# Белая сирень. Давай любить друг друга.

Ангелина Метих

Геля – восемнадцатилетняя студентка первого курса, учится в одной группе со своими лучшими друзьями. В преддверии зачёта один из них выручил её, одолжив флешку с необходимыми материалами. На следующий день она решила вернуть её лично, так как не смогла связаться с ним по телефону. Придя к нему, с каждой минутой, проведённой там, воздух сгущался, наполняясь неловким, но явственным влечением. Сердце сковывала мысль: этот друг – парень её лучшей подруги.

## Глава 1

Уже знойный конец мая разносит благоухание этого нежнейшего цветка. Только пройдешь мимо, как пленяющий аромат окутывает тебя с ног до головы. Так хочется стоять рядом под солнцем, согревающим гладкую кожу. Чувствовать лёгкое дуновение зефирного ветра, дарующего прохладу и так, кстати, остужающего от жары.

Есть поверье, что, найдя пятилистный цветок сирени, можно загадать желание, и если съесть его, оно обязательно сбудется и принесет удачу. Но также можно сжать его крепко в ладони, прошептать ему своё желание и спрятать в шкатулку, пока оно не сбудется.

– Геля! Ты чего там застыла? – окликнул девчачий голос девушку.

Она медленно открыла глаза, словно проснулась от сладостного сна. Ветерок не давал темным волнистым волосам упасть на лицо. Смуглая, немного глянцевая кожа отражала солнце на плечах, держащих тонкие лямки светло-голубого сарафана. Он идеально очерчивал её талию.

– Опоздаем на зачет, шевелись! – и снова тот девчачий голос.

Геля еще раз глубоко вздохнула и развернулась к девушке. Бледное лицо источало нетерпение. Тёмно-огненные волосы, небрежно собранные в хвост и веснушки, проявившиеся, не так давно раскрывали характер девушки: жесткий, но очень добродушный. Как строгая мама, она всегда следила, чтобы всё было сделано правильно и вовремя, не терпела непунктуальность, чем её лучшая подруга Геля, к сожалению, обладала.

– Валь, да всё нормально. Пока очередь до нас дойдет, мы успеем все билеты выучить, – беззаботно говорила Геля.

– Ты хоть один выучила?

– Ну… Я точно знаю пять из них, и думаю, один мне попадется.

– Вот это ты оптимист, я там корпела над билетами, а ты у нас, оказывается, госпожа удача, такая уверенная.

– Да, я такая, – вздернула та нос.

К аудитории они подошли вовремя, вся группа уже собралась, но никого ещё не вызывали. У подоконника стояла пара парней из их общей компании.

– Ну, наконец, мы думали, что вы решили пойти на пересдачу, – сказал один из них.

– Это не в моём стиле, – сказала Валя ему, подойдя к другому, поцеловала в щеку и обняла за талию. – А вот Геля, похоже, хотела слиться с природой.

– Это, по крайней мере, лучше, чем сидеть на парах, – ответила ей та. – Представь, ты просто куст, колыхающийся на ветру, и ничего не надо. Солнышко, вода, земля и воздух. Никакой тебе учебы, работы и повседневной рутины.

– Ага, мечтай больше. Только ты всё равно не куст. И работать придется, так что давай не отлынивай. Я твоей маме обещала проследить за тобой.

– Чё за мной следить, мне же не пять.

– Если бы я не следила, ты бы там так и стояла.

– Ну и пусть.

Гремя ключами, к двери аудитории подошёл преподаватель.

– Ну что, все к пересдаче готовы? – сказал он таким тоном, что было сложно понять, шутит он или уже готов всех завалить.

– Виктор Иванович, а когда следующая, может, я сразу туда приду? – сказал их первый друг.

– Алексей, я тебе могу и через год пересдачу поставить, если хочешь, но ты же всё равно не подготовишься, – говорил он, смотря поверх очков. – Но уверен, что сдашь с помощью Юрия, не так ли? – перевел взгляд на второго.

– Ну что вы наговариваете? Лёха у нас умный и без шпор всё сдаст и без меня, – сказал Юра, закинув руку другу на плечо.

– Ладно, заходите. Хватит болтовни, – отпер он дверь и вошел первый.

– Ты же меня не оставишь? – шепнул Лёха Юрке.

– Ну не знаю, я же уже зарекомендовал тебя, как умника, – похлопал он его за плечо и пошел в аудиторию, а тот громко сглотнул.

Юра – парень высокого роста, из-за чего немного ссутулился. У него короткие волосы темно-каштанового цвета, подчеркивающие почти черные, как бездна, глаза.

Он и Валя уже почти год встречались. Сказать, что там была крепкая любовь, в которой они бы ходили за ручки, обозначая их как пару, нельзя. Да, они любили и заботились, но со стороны было больше похоже на брата и сестру. С детства дружили, и решили, что можно было бы попробовать построить отношения. Это понятие для них не особо раскрылось, будто ничего и не изменилось с дружбы, но им было комфортно вместе, и расставаться они не собирались.

Лёха же ниже Юры почти на голову, но всё так же выше девчонок. Русые волосы такой длины, что можно завязать хвостик, но не больше сантиметра. Худенький, и казалось, что его бледная кожа тонкая как шелк. На жилистых руках проступали вены. Несмотря на его телосложение, он занимается лёгкой атлетикой и всего себя отдаёт на тренировках. Не мудрено, что девушкой он так и не обзавелся, да и когда бы. Большую часть времени он проводит в зале. Хотел и Юру с собой забрать, но тот отказался, ссылаясь на то, что ему хватает физкультуры.

Дружба с Лёхой началась в восьмом классе, когда тот перевелся к ним. Собственно, примерно тогда вся компания и собралась. Правда, Геля училась в параллели, но каждую перемену сидела у них в кабинете, порой опаздывая на свои уроки. В компании, конечно, было ещё несколько человек, но они вчетвером стали самыми крепкими. За эти несколько лет кто-то уже ушел из их компашки, а кто-то только появился, но не они. Вместе решили поступать, так как ни у одного из них не было представления, куда идти после девятого класса. Выбор пал на техническо-инженерный колледж градостроительства.

Через пару часов уже вся группа была свободна и выходила из здания колледжа. За время зачета солнце успело нагреть воздух и асфальт, только легкий ветер спасал от духоты.

– Июнь еще не начался, а уже жарища, – сказал Лёха. – Чувствую, посреди лета мы все оплавимся, а впереди еще практика.

– Не ссы, практика-то учебная, – сказал Юра

– Да я не об этом, а о том, что мы на улице всё это делать будем, под солнцепеком.

– И откуда ты это знаешь? – спросила Геля

– Да к отцу езжу мимо колледжа часто и видел, как студенты тут летом площадь двора меряют. И прямо на жаре. Ужас, надо было на автомеханика поступать.

– Не переживай, если что, мы тебя откачаем от солнечного удара, – сказал Юра щурясь от яркого света. – Чё, какие планы?

– Я бы "Крошку-картошку" поела, та, что в парке, – сказала Валя.

– Куда тебе? Сама как картошка, – посмеялся Лёха.

– В башке у тебя картошка, вместо мозгов, – ответила она.

– У меня всё нормально в голове.

– Ага, было бы нормально, сдал бы без шпор. Это еще умудриться надо, списать и еще на трояк с натяжкой.

– Ну, вообще, я бы тоже не прочь поесть, – перебила их Геля. – Идемте тогда в парк.

От вымощенной в парке каменной плитки исходило тепло, как от батарей. Ходить босиком по ней было бы мучением. Хорошо, что над столиками у киоска кроны клёнов укрывали большой тенью. Они уже сидели, ожидая заказанную еду.

– Ох, еще завтра зачет, и можно выдохнуть, – сказал Леха.

– Да ты и не напрягался, – облокотился о спинку стула и закинул руки за голову Юра.

– Ну, так-то да, но всё равно нервничаю, вдруг пересдать не дадут.

– А то ты не знаешь, как это делается, – покосился на него Юра. – На лапу дал, и трояк в кармане, а захочешь, и пятерка.

– Это слишком легкий путь для него, – сказала Валя.

– На счет завтра я бы вообще не переживал, – сказал Юра. – Завтра же у Натахи зачет, она вроде как разрешает пользоваться тетрадью.

Натаха, так её называют студенты между собой – молоденькая преподавательница лет двадцати пяти, только окончила педагогический институт и всегда добро относилась к учащимся. В основном давала писать конспект с учебников и не задавала домашки. Иногда даже ставила фильмы, а сама выходила из кабинета. В общем, она нравилась всем. Одевалась по молодежной моде и часто разговаривала с девчонками об их новой одежде. Любила говорить о жизни и рассказывала про то, как провела день и куда ходила. Некоторые старшекурсники засматривались на её фигуру в форме часов, скрытно говоря при ней: «Какие красивые у неё глаза», конечно, имея в виду не их.

– Ох, Натаха, – с извращённой ноткой сказал Лёха. – Эта дива снится всем парням колледжа.

– Ну, ты и мерзость, – сказала Валя.

– А что? Правда, лучше, чем ложь.

– Ты в курсе, что мысли в принципе можно при себе держать?

– Не имею такой функции, извини, – съязвил он.

– Блин, я совсем забыла, – сказала Геля. – Мне конспект надо было написать, а она сказала, он будет как дополнительный вопрос. У кого-то есть случайно тетрадь с собой? – оглядела она всех.

– Нет, сегодня же только зачет был, незачем брать её, – ответила Валя.

– Погоди, у меня, по-моему, флешка с презентацией того конспекта есть, – Юра стал рыться в своей набедренной сумке. – Да, есть. Тебе повезло, – он достал потертую флешку.

– Ты мой спаситель, – выдохнула Геля.

– Только завтра принеси, она нужна мне будет.

– Без вопросов.

Лёха и Юра принесли готовую еду. От горячей, раскрытой, как книжка, картошки валил пар. Сыр в начинке растекался и придавал ей аппетитную тягучесть, а сладость майонеза дополняли солёные корнишоны.

После обеда ребята разошлись по своим делам. Все были слишком заняты, чтобы продолжать прогулку или собраться в этот день всей компанией. Геля поскорее хотела написать конспект к завтрашнему зачету, потому что вопрос по нему, как и говорилось, будет обязательным, а всё из-за безобидной шутки одного из одногруппников. Но это уже не имело значения. Конспект должен был быть.

Уже сидя дома с кружкой горячего ароматного чая, она открыла ноутбук и вставила флешку. В ней было всего три файла: «фото», «учеба», «музыка отца». Интерес пробивал полазить в папках. В первой папке по экрану поплыли множество прогружающихся фотографий. Формат был мелкий, и нельзя было точно сказать, что в них. Она начала просмотр с самого начала. Оказалось, это сборная солянка из разных дней жизни Юры. Вот какой-то праздник, он сидит в возрасте лет пяти за праздничным столом в обнимку с бабушкой. Они с отцом на надувной лодке с удочками в руках, оба загорелые в одних купальных шортах, похоже, ему тут около двенадцати. Каждый раз, перелистывая, Геля смотрела на словно живые моменты прошлого. Сейчас мало кто делает такие фото, заказывают фотосессии, красятся, наряжаются. Всё для того, чтобы казаться лучше, чем есть на самом деле. От того становится грустно: раньше они казались живее, никого не волновало, как кто выглядит и в какой позе сидит, важны были эмоции, что чувствовали в тот момент.

Пролистывая дальше, Геля дошла до относительно свежих снимков. Там уже их компания, но тогда, когда она только собралась, они тоже тогда веселились. Походы в лес и на пляж. Есть даже с сидящими на поваленной коряге Гелей и Валей, красные и мокрые, явно уставшие после пройденного пути.

Геля ухмыльнулась: «Помню этот день, я тогда упала в родник».

Еще несколько селфи Вали и Юры вместе. Отдельные снимки Гели. Она немного нахмурилась: «Точно, я же просила его сфотографировать меня отдельно, а потом взяла сама себя фоткать, похоже, он скинул всё, что наснимал тогда». Досмотрев, Геля всё-таки решила начать писать конспект.

Следующим утром она сидела на зачете за своей партой, но ни Юра, ни Валя так и не пришли на него.

– Лёх, – шепнула она сидящему за ней Лёхе. – А чё Юра с Валей не пришли?

– Так они же автомат получили, – ответил он. – Натаха попросила передать им, и староста написала.

– Вот же! – недовольно сказала она. – Блин, я Юре должна отдать флешку, она нужна ему сегодня. А ты передать не сможешь?

– Не, я сразу уеду после зачета к отцу.

– Ясно, позвоню ему позже тогда.

Но, позвонив после зачета, абонент был вне зоны действия. И в соц. сети он с самого утра не заходил. Геля оставила ему сообщения, но тщетно. Написала Вале, но та ответила, что не с ним и очень занята.

– Блин, и чё теперь к нему идти? – бубнила она про себя. – Ладно.

По дороге к дому Юры Геля приметила рабочих, которые ремонтировали линию проводов. А подойдя к забору, постучала. Сразу же с другой стороны подбежала низенькая собачка и залаяла во всю глотку.

– Лика, заглохни! – послышался голос за забором. – Иди на место!

Лай прекратился, но осталось лёгкое злобное рычание. Калитка открылась, и из неё выглянул Юра. В серой футболке и спортивных шортах, а на ногах красовались меховые домашние тапочки фиолетового цвета с блестками по подошве.

– О привет, а я думал, это работники чего-то хотят, – сказал он, явно удивленный приходу. – Хочешь зайти?

– Да, если чайник поставишь.

– Сама поставишь.

– Модные тапки, – сказала она, проходя во двор.

– Знаю, классно, правда? Отобрал у сестры.

– А купить нельзя?

– Нее, так же веселее.

Они зашли на кухню, Геля разулась, кинула сумку на стул у полки для обуви и пошла к плите.

– Ты просто так пришла? – Юра облокотился о столешницу и легонько улыбался.

– Вообще нет, – зажгла она конфорку и поставила чайник. – Я флешку принесла, – подошла к сумке и достала её из внутреннего кармана.

– Точно, спасибо, я вообще про это забыл.

– А чего у тебя телефон не абонент?

– Видела, провода чинят? Так вот, выключили по улице свет, а телефон сдох. Успел только утром прочитать сообщение от старосты.

– Ясно, и чем же ты себя занимаешь в такое скучное время?

– Ноутбук мамы разобрал, почистить от пыли, давно просила. Вот время пришло

– Тебе чай наливать? – спросила она, доставая кружки. – А чё я спрашиваю, конечно, будешь. Блин, а чай, как обычно, на самом верху.

Юра подошел вплотную к Геле и потянулся к верхней полке. Геля почувствовала тепло, исходящее от его кожи, и приятный лёгкий аромат мыла. Когда достал чай, поставил на стол и задержался на несколько секунд. По затылку Гели промчалось горячее дыхание, и в тот же момент в животе всё сжалось. Он тут же встал обратно.

– Спасибо, – сказала она, кладя чайные пакетики по кружкам, не понимая, что это сейчас было.

Она даже не могла повернуться и посмотреть на него, боясь встретиться взглядами, но тут же выдохнула, когда услышала его голос.

– Пойдем в комнату, – сказав это, он взял свою кружку и ушел.

Включили свет, как только они вошли в неё, и его темная комната стала гораздо приятнее.

– Аллилуйя! – сказал он, включая свой компьютер в углу комнаты. – Поставлю музыку. О, тут плейлист новый, ща поглядим.

Музыка была на латинский лад. Геле нравилась она, потому что всегда пробуждала желание пританцовывать. Она встала рядом с Юрой, смотря в компьютер, чтобы узнать название и еле заметно двигала в такт плечами.

– Не видел, чтобы ты танцевала когда-нибудь, – ухмыльнулся Юра. – Думал, это не про тебя.

– Ты много обо мне не знаешь, – оперлась она о его рабочий стол и поставила кружку. – У меня не зря закрыты аудио.

– Хочу послушать, мне аж интересно стало, откроешь? – он сидел в своем игровом кресле.

– Ни в коем случае! – возмутилась она. – Это как в душу проникнуть.

– Не пустишь? – тихо сказал он.

– Что? – сказала она, пытаясь понять, послышалось ли ей.

– Что? – сразу ответил он.

– Что ты сказал?

– Ничего, это так. Мысли вслух.

Она немного нахмурила лоб. Неужели, кажется, что он на что-то намекает, или ей так хочется думать? А может, она просто параноит. В любом случае, они видели её в любом виде, так что хуже он о ней не подумает.

– А знаешь, так уж и быть, но я не открою, а зайду просто на свою страницу, – сказала она и начала вводить свои данные.

Пока Геля стояла над ним, он, забывшись, разглядывал её лицо и то, как она заправляла локоны за ухо. И тут же опомнился, когда услышал её голос.

– Вот, так. Слушаем мой плейлист, раз ты так хочешь.

– А почему ты так вдруг решила показать мне его?

– Ну, я подумала, что ты, Валя и Лёха мои близкие друзья, и почему я должна от вас скрывать своё настоящее я. Правда?

– Ну да, – неуверенно сказал он.

Из колонок полилась музыка, сменялась с одной на другую. То песни времен молодости их родителей, то самые новые. Были на разных языках и с разными смыслами. Но Геле это доставляло удовольствие, с каждой песней она всё больше пританцовывала и уже с очередной песней впрыгнула на его кровать и начала даже подпевать. Он расплылся в улыбке, посмеиваясь, но без издёвок. Он был восхищен её выступлением. Пока она плясала на его кровати, ему захотелось коснуться её. Хотя бы просто взяться за руку. Но это было бы странно. Он и так переборщил, неосознанно пытаясь привлечь внимание. Её чёрные кудри скакали, как пружинки. Голос был явно не для пения, но она всё же попадала в ноты.

– Чего сидишь? Иди сюда, – перекрикивала она колонку.

Он помотал головой и она, тут же соскочила с кровати, схватив его за руку, потащила обратно. Подняв обе его кисти, управляла им, танцуя, вскоре он поддался и сам начал, припрыгивая, танцевать. Её смех, отражающийся от стен комнаты, пронзал слух и сердце. Когда они все вместе проводят время в компании, его также посещают мысли о ней, но сидящая рядом Валя и остальные отвлекают и останавливают от каких-либо действий. А сейчас было впервые, как они остались вдвоём, и он сам не понимал, насколько это сложно – быть наедине с ней. Конечно, он любил Валю, но она не вызывала такой жар в груди, как это делала Геля. Он не испытывал такое даже тогда, когда они начали встречаться. Всё спрашивал себя, почему же тогда он не отказал ей и не предложил начать отношения с Гелей. Сейчас было тяжело представить, что он просто бросит Валю и тут же переметнётся к её лучшей подруге.

Музыка переключилась на медляк начала двухтысячных, и Геля спрыгнув с кровати, подошла к компьютеру.

– Сейчас переключу.

– Подожди, а может, станцуем?

– Медляк? – посмотрела она с удивлением.

– Ну да, а что тут такого?

– Ну, просто в наше время парни давно не приглашают, я последний раз в классе седьмом танцевала его. Давай, раз приглашаешь, надеюсь, Валя не будет против.

– Это останется нашей тайной, – шепотом сказал он и обнял вокруг талии, а второй рукой придерживал её кисть. – Расслабься, я не кусаюсь.

Она неуверенно и скованно себя чувствовала, хоть это всего лишь танец, но будто для неё это было что-то большее. Смотря куда угодно, только не на него, она чувствовала буравящий взгляд. Её дыхание становилось всё чувственнее, пульс повысился, окрашивая щёки в еле заметный румянец на смугловатой коже. Всё-таки она решилась поднять голову и тут же утонула в его черных глазах, смотрящих прямо ей в душу. Он наклонился к ней, взглянув на приоткрытые от дыхания губы, и остановился так близко, что можно было почувствовать их тепло. Геля, как зачарованная, подалась вперед, закрыла глаза и коснулась его губ. В этот момент она забыла, как дышать, а он будто никогда и не умел до сих пор. Они уже не танцевали, и даже музыка была для них не слышна.

## Глава 2

Они медленно отдалились друг от друга и чувствовали себя как во сне. Еще присутствовал горячий пульс в губах от сладостного прикосновения. Геля открыла глаза и посмотрела на Юру. Он сильно сомкнул веки, словно испытывал внутреннюю боль. И к ней пришло осознание того, что сейчас произошло. Её взгляд расширился от удивления и ужаса.

– О боже, – прошептала она, прикрыв рот рукой. – Прости, я… Мне нужно идти, – высвободившись из объятий Юры, она развернулась, зашла на кухню, схватила сумку и вышла из дома.

Хлопок дверью отозвался трещиной в сердце Юры. Он не пытался её остановить, но каждая клеточка тела молила, чтобы она осталась, и он понимал, насколько это было бы тяжело. Геля была для него ангелом, подарившим чувства, о существовании которых он понятия не имел. Она стала откровением для его души.

А Валя… С ней было всё иначе. Они переживали вместе разные ситуации еще задолго до отношений – и горести, и радости. Но это, не шло ни в какое сравнение с тем, что он сейчас испытал.

Геля шла по краю дороги быстрым шагом, скрестив руки на груди. Она смотрела в асфальт, не замечая ни прохожих, ни проезжавших мимо машин. Паника охватила её. Мысли вбивались, словно гвозди молотком: "Что я наделала?", "А как же Валя, что теперь с ней будет? Вдруг он решит сознаться". Слёзы накатывались от переизбытка эмоций. Она не хотела, чтобы Валя об этом узнала. Не потому, что боялась, что она разозлится и решит драться с ней, а потому, что любила её. И сделать ей больно было невыносимо.

Но влечение одурманивало её, будто выпила эликсир, затуманивающий разум. Никто раньше так не заставлял её дыхание прерываться. Все прежние поцелуи были сухими, безжизненными и не трогали душу. Несмотря на новые чувства, она не могла позволить Вале узнать об этом и тем более повторить это, хоть желание ещё теплилось в груди. Она хотела вернуться, и эта мысль терзала её. Страх, вина и желание сводили с ума. Она винила себя: если бы она не потянулась к нему в ответ, ничего бы не было. Но ошибка уже сделана.

Внезапный сигнал автомобиля ударил в голову, вернув её в реальность из своих мыслей. Геля вздрогнула от неожиданности. Рядом остановилась красная иномарка, в которой сидели Валя и её мама за рулём.

– Подвезти? – бросила Валя, ухмыльнувшись.

– А? Да нет, спасибо. Я пешком.

– Садись давай, – кивнула она на заднюю дверь.

Геля, секунду поколебавшись, всё-таки села, не найдя отговорок. Устроившись на сиденье, она поджала губы и уставилась в окно, пытаясь не шевелиться, словно за одно движение её рассекут розгами.

– Тебе домой? – спросила мама Вали, полная женщина с небрежной рыжей гулькой на голове, не отводя взгляд от дороги.

– Да, домой. Спасибо, что подвозите.

– Не за что.

– Ты у Юры была? – небрежно спросила Валя, бросив на Гелю быстрый взгляд.

Гелю обдало жаром, а в горле от сухости встал ком.

– Что? – сказала она, будто не расслышала, давая себе фору придумать какую-то отмазку.

– Флешку ты отнесла ему?

– А, да, конечно. Я даже во двор не заходила, он так занят был.

Геля поймала себя на мысли, что слишком много болтает лишнего.

– Ты же завтра пойдешь на беседку? В группе уже написали, что встречаемся в три.

– Не знаю, у меня столько дел… По дому уборка, ещё всякое… – пыталась отговориться Геля, хотя ей очень нравилось проводить время в компании.

– Хах, деловая такая. Ладно, напишешь, если вдруг не придёшь.

– Хорошо.

До дома они ехали в молчании, чему Геля была благодарна. Она хоть и не против болтовни Вали и её мамы, но сегодня молилась о тишине.

– Спасибо еще раз, – выдохнула она, выходя из машины.

– До завтра! – крикнула Валя, и они уехали.

– Ага, – тихо сказала Геля, смотря на отдаляющиеся огни. – Что завтра мне предстоит?

Вечер прошел в море мыслей, а Геля дрейфовала на них с помощью маленького плота, называемого "благоразумием", чтобы окончательно не свести себя с ума. Она не заходила в социальные сети, так как думала, что увидит сообщения от него или гневные от Вали. Надеясь, что её мысли притупятся, налила себе четвёртую кружку чая и включила очередную серию своего любимого сериала. Любимым он стал три часа назад, когда она нашла его на просторах интернета и всё это время смотрела, спасаясь от самой себя.

Просмотр еще пары серий ей всё же помог расслабиться, и она провалилась в глубокий безмятежный сон, как будто весь день работала на ногах.

Следующим утром она проснулась слишком рано и от нервного предчувствия о предстоящем вечере, как одержимая, сделала все дела до обеда, хотя всегда растягивала их на долгое время, тем самым опаздывая на встречи.

Её тошнило от осознания безысходности. Если она признается Вале, то, может, их дружба оборвется навсегда, а может, она порвет с Юрой и простит Гелю, но сама останется несчастной после расставания. А если Юра уже ей всё рассказал? Или расскажет? Валя возненавидит Гелю, и всё усугубит то, что она не созналась тогда в машине. И снова она начала тонуть в переживаниях. Вариант не пойти на встречу тоже не особо подходящий, ведь лучше узнать, что же всё-таки будет происходить, чем сходить с ума в четырех стенах. Придется смириться до вечера, но получится ли?

Время тянулось как патока по стене. Геля, не сводила глаз с часов, и наконец, дождалась назначенного часа. Она надела джинсовые шорты и фисташковую футболку. Уже обутая она всматривалась в своё отражение минут десять, пытаясь успокоить бардак, всё еще стоявший в голове.

– Всё будет в порядке, – сказала она своему двойнику, взяла рюкзак и вышла из дома.

Солнце приятно пригревало кожу, напряжение немного отступало. Она шла по улице, отгоняя дурные мысли, но те, как назойливые мухи, возвращались к ней. Накручивала себе события и разговоры, которых могло и не быть.

До беседки оставалось пройти лишь пару кварталов. Геля остановилась, вздохнула свежего воздуха и прислушалась к окружающей среде, чтобы отвлечься. С детской площадки неподалёку, раздавались радостные возгласы детей. Был слышен гул машины на соседней улице и лай собак. На фонарном столбе щебетала сойка. Геля взглянула на неё и решив, что это хороший знак, отправилась дальше.

В отдалении уже виднелась квадратная беседка с узорчатыми изгибами из стали. Она была выкрашена в голубой цвет, а крыша была сделана из железной кровли. Уже местами облупившаяся краска оголяла ржавчину.

Вся компания была уже в сборе, и галдели, кто, о чем.

– Привет, всем, – улыбнувшись, сказала Геля, усаживаясь на скамью и начала копаться в сумке в поисках чего-то нужного.

– О, привет, а я хотела тебе уже позвонить – сказала Валя с параллельной стороны беседки.

Геля подняла голову и замерла на долю секунды, увидев, как Валя сидела в углу, непринуждённо закинув одну ногу на бедро Юры. Геля мельком глянула на него и опустила глаза. Он облокотился на перила беседки и смотрел на неё, периодически отводя взгляд. Она чувствовала себя, как под дулом пистолета. В груди встал ком напряжения, но нельзя было дать понять другим, что что-то не так.

Она снова подняла голову на Юру и их глаза встретились. Он нервно прикусывал нижнюю губу и легонько подёргивал ногой. Геля перевела взгляд на Валю, а за тем снова на него, будто хочет дать ему знак: " У тебя же есть Валя, зачем эти игры? "

Их отвлек друг от друга грохот, словно рухнуло что-то железное. Лёха повис вверх ногами на перилах беседки, как мартышка.

– Задний ряд что-то совсем грустный сидит, – сказал он, багровея от прилива крови, указывая на Гелю, Юру и Валю.

– А что, хочешь, чтобы я для тебя станцевала? – съязвила Валя.

– Не стоит, у меня таких денег на приватный танец нет.

– А хочешь бесплатно вмажу по морде?

– Спасибо, откажусь.

Валя резко встала с места, но Лёха мигом схватившись руками за верхнюю балку, вытащил ноги, спрыгнул и успел увернуться от шлепка по спине, который она хотела ему нанести.

– А чего убегаешь? На словах такой смелый, а от хрупкой девочки убегаешь, – дразнила его Валя и шагала следом, а тот, как кенгуру, скачками отдалялся.

– Не знал, что полные бывают хрупкими. Думал, ты как мул, можешь протащить повозку с пятьюдесятью людьми.

– Тебе хана! – бросила Валя и сорвавшись с мест а, погналась за ним. Он же ловко уворачивался, находясь в опасной близости от её рук.

Наблюдая за всем этим концертом, Геля расслабилась и даже смеялась. Юра же не обращал внимания на друзей, а неотрывно смотрел на Гелю. Он думал о том, какая гладкая её кожа, как приятно всегда пахнет её любимыми духами. Ему нравились естественные волнистые волосы, не тронутые краской, и очень мягкие. Сейчас он смотрел на улыбку с едва заметной ямочкой, совершенно забыв об остальных ребятах. Она посмотрела на него, всё еще улыбаясь, и тут же поджала губы. Его глаза вернули её в состояние неловкости, и она отвернулась, продолжая смотреть на бегающих Валю и Лёху, но уже не с тем весельем.

Юру задело то, что её улыбка исчезла, стоило ей только взглянуть на него. Неужели он настолько ей противен? Из-за одной ужасной, но такой желанной ошибки она перестала считать его своим другом? Или вовсе ей был противен тот поцелуй?