Вадим Мальцев
Лишь немногие

От автора

Задумывались ли вы, каков будет итог технологически развитой цивилизации, спустя достаточно большой промежуток времени? Может быть, её представители достигнут невероятных успехов в науке, раскроют тайны Вселенной и будут жить в согласии с мудрыми законами Природы или может, раздираемое социальными противоречиями общество ждёт вырождение и гибель?

В повести «Лишь немногие», я попробовал ответить на один из поставленных вопросов, а заодно попытался привлечь внимание к проблемам, не замечать которые просто невозможно.

Книга унесёт читателя далеко. Даже очень далеко во времени, где ему предстоит познакомиться с двумя мирами: первый, чуждый и непонятный для отдалённой во времени второй, более гуманной и справедливой цивилизации. Её жители пытаются лучше узнать обитателей первого мира, воспользоваться их достижениями, понять причины их падения и не повторить тех же самых ошибок. В процессе повествования они делают неожиданные выводы.

Какие? Для этого вам придётся ознакомиться с содержанием книги.

По возможности, я старался избегать модных ныне «стрелялок» и «бодалок».

В книгу включены также пять моих первых рассказов в жанре фантастики.

Выражаю свою благодарность Татьяне Гуцуляк за разработку дизайна обложки книги.

В.А. Мальцев

Таруса – Кузьмищево, 2025г.

Лишь немногие. (Повесть)
Пролог

Одной из планет системы старого жёлтого светила повезло гораздо больше чем её соседям. Имея достаточно удалённую от звезды орбиту, а также размер и массу позволяющие удерживать плотную атмосферу, она находится на внутреннем краю так называемой «Зоны обитаемости¹». Добавьте сюда бескрайние водные просторы, тёплый климат и вы получите уютный дом для огромного количества живых существ, которые вот уже несколько миллиардов периодов² считают её своим домом.

Медленное движение тектонических плит и другие геологические процессы многократно меняли облик планеты, пока к настоящему времени не образовали три крупных континента и бесчисленное количество островов, омываемых водами двух гигантских океанов.

Центральный, – он же самый крупный массив суши вытянулся с запада на восток вдоль экватора. Его делит на две почти равные половины протяжённый горный хребет, простирающийся от Северного океана до Южного. Он играет роль некоего барьера между двумя совершенно разными экосистемами, со своими причудливыми обитателями и странными законами их существования.

Второй, Восточный континент лишь немного уступает размерами своему соседу. Он расположен к северо-востоку от Центрального материка и отделён от него протяжённым узким проливом. Весь массив находится в Северном полушарии, но почти не выходит за пределы субтропической зоны. Берега его опоясывает тёплое течение, а разнообразие форм жизни велико настолько, что порой кажется, затейница Природа именно здесь спустила с цепи свою буйную фантазию, избрав эту землю в качестве этакой лаборатории.

На удалении от остальных расположен третий, Западный материк. Эта большая горная страна по площади почти не уступает остальным двум, но значительная её часть похожа на обособленный негостеприимный мир, где обширные горные плато сменяют лесные массивы и степи, а реликтовый животный мир мало схож с обитателями других континентов.

О жителях многочисленных островных групп я не буду даже упоминать, ибо попросту невозможно перечислить их фантастическое разнообразие, да нам и нет необходимости уделять внимание этому вопросу.

На самом севере Центрального континента, там, где одна из великих рек огибает гигантскую равнину, простирается территория болот и озёр. В глубокой древности здесь находился крупный пресноводный водоём и теперь считается, что именно он стал колыбелью для представителей разумной формы жизни, чьи потомки освоили бескрайние пространства планеты.

Прошли многие тысячи периодов, прежде чем наделённые разумом выходцы мелководий научились изготавливать орудия труда, обрабатывать камень и металлы, возводить первые поселения. Со временем, они достигли уровня достаточно высокоразвитой цивилизации, укротили энергию атома и сделали первые шаги в освоении космического пространства.

Свою родную планету они назвали Ауса, себя именуют аусианами, а звезду, дающую им свет и жизнь – Калуша.

Часть первая

Глава 1
С чего всё и началось

Эшулл неторопливо покинул главный зал совещаний, где только что завершились слушания доклада о происхождении древних форм жизни. Автором новой теории был его старый друг исследователь Иолл. Как руководитель научного центра, Эшулл оказал всяческое содействие в продвижении его работы.

После утомительного дня можно и расслабиться! Ловко перебирая всеми восемью конечностями, он направился в парк Центрального городского яруса. Ему очень нравилось это тихое местечко, где в уединении можно позабыть обо всех проблемах.

Вдоволь побродив в тени причудливых растений, Эшулл вызвал квар и отправился в жилой сектор.

Ещё немного и вот, наконец, он дома! Теперь можно с удовольствием погрузиться в комнатный бассейн и предаться размышлениям.

В домашнем водоёме всегда думается легче. В своё время Эшулл достиг высшего уровня признания за свой вклад в развитие археологии, и с тех пор Научный Совет всегда прислушивался к его мнению. Вот и сегодня он сделал выбор, который обязательно повлияет на развитие мировой науки.

«Прочь сомнения, – подумал Эшулл, – Иолл никогда никого не подводил, так что я не зря принял его сторону. А если он вдруг допустил ошибку – не беда! Ведь поиск истинного пути иногда может завести в тупик, но зато поможет чётче обозначить новые ориентиры».

Кроме некоторых фундаментальных истин, касающихся истории происхождения аусийской цивилизации и её доминирования над остальными видами, Иолл выдвинул теорию инопланетного посещения Аусы в прошлом. А чтобы прояснить окончательно этот вопрос, он предложил отправить экспедицию в малоизученную часть Западного континента – туда, где к подножию Старых гор примыкает широкое каменистое плато, отделённое от остальной части материка большой степной зоной.

В этой местности неоднократно велись исследовательские работы, а древний горный хребет служит ныне местом добычи полезных ископаемых. Но прежде чем начать их разработку, перспективный участок всегда передают учёным, чтобы они успели найти и сберечь для потомков абсолютно всё, что могло бы пролить свет на тайны прошлого.

Порой разработчикам здесь попадались странные артефакты явно искусственного происхождения. Эти находки всегда приводили учёных в недоумение: откуда они взялись на планете, где разумная жизнь появилась относительно недавно?

Выдвигались самые различные предположения, но версия исследователя Иолла казалась наиболее правдоподобной.

Следующей по популярности считалась теория естественного их происхождения. Были, конечно, и другие варианты и так продолжалось до тех пор, пока Иолл не предложил разобраться на месте.

Кроме официально принятых, существовала ещё одна, довольно странная теория. Её автором был Аилл – известный не только своими научными достижениями, но и порой просто безумными идеями.

Эшулл даже изменился в цвете, вспоминая, какую дискуссию вызвало появление Аилла в зале совещаний:

– Наша Ауса образовалась около шести миллиардов периодов назад и является частью планетарной семьи карликовой жёлтой звезды Калуши, – издалека начал Аилл. – Насколько мы знаем, долгое время жизнь на планете пребывала в примитивном состоянии…

– Это общеизвестный факт, – вмешались оппоненты, – какое отношение он имеет к докладу?

– Самое прямое! – невозмутимо продолжил Аилл. – Пройдя целый ряд массовых вымираний, Всемогущая Природа дала разум именно нам, аусианам.

– И об этом все знают, – согласился Эшулл, – в чём суть сказанного?

– В очень простой вещи, – спокойно ответил Аилл, – не думаете ли вы о том, что в череде многочисленных преобразований, пресловутая «искра разума» проявила себя не единожды?

В зале повисла тишина. Высказанная мысль была настолько неожиданной, что никто так и не решился ответить сразу.

Скорее всего, Аилл просто заблуждался. Ведь каждый, даже самый молодой аусианин знал, что он – представитель единственного разумного вида из всех существ, что населяли планету со времени её образования. Но аусиане никогда не отбрасывали ни одной, даже с виду абсурдной версии, а сначала подвергали её тщательной проверке. Поэтому к высказыванию такого крупного учёного как Аилл все отнеслись с полной серьёзностью.

– Чем вы можете подтвердить свои предположения? – первым нарушил молчание Эшулл.

– Пока ничем, – взмахнул конечностями Аилл, – но я собираюсь найти доказательства, поэтому прошу включить меня в состав экспедиции.

– Мы рассмотрим вашу просьбу, – уклончиво ответил ему ведущий…

…Хорошенько поразмыслив, Эшулл подумал, что Аилла просто необходимо отправить в Старые горы. Вряд ли он найдёт ответ на свои вопросы, но зато попутно сделает полезное открытие, а заодно избавится от лишних иллюзий и переключится на что-нибудь более серьёзное.

Приняв решение, он вытянул все свои восемь щупалец и удобно расположился на дне бассейна.

Глава 2
Решение принято

Как следует обдумав все детали, Эшулл покинул водоём и взобрался на реду – карликовое комнатное деревце с плоской кроной, где находилась его постель. Прочно обхватив щупальцами ветви, он погрузился было в сон, как вдруг включился переговорник:

– Это Иолл,– послышался знакомый голос. – Хочу тебя поблагодарить за поддержку. Теперь я смогу быстро подготовить экспедицию. Надеюсь, у нас всё получится!

– Не сомневаюсь, – согласился Эшулл, – Аилла я тоже думаю поддержать. Возьмёте его с собой?

– Обязательно! Это мой главный оппонент, да ещё напичканный нестандартными идеями. Такой необходим нам, а найдёт он ответ на свои вопросы или нет – особого значения не имеет.

– Пусть удача сопутствует вам! Держите меня в курсе всех событий и не забывайте, что в лабораториях научного сектора ждут ваших открытий с нетерпением.

– Когда мы вернёмся, то загрузим вас работой на много периодов, – обнадёжил друга Иолл, – до встречи!

Переговорник замолчал. Эшулл отбросил его в сторону, так как спать больше не хотелось. Неторопливо покинул он свои комнаты и отправился на вершину обитаемой пирамиды – в сад верхнего яруса. Здесь он расположился на краю высотного здания и с интересом принялся наблюдать, как синее небо приобретает пурпурно-багровый оттенок, а красный диск стареющей Калуши теряется в водах серовато-зелёного моря, на берегу которого раскинулся его город.

Чем сильнее сгущались сумерки – тем отчётливей на небосклоне сиял ярко-жёлтый Хоз – крупный и единственный спутник Аусы. Ещё немного – и городское освещение перешло с вечернего на ночной режим, раскрасив разноцветными огнями опоясывающую дорогу, по которой торопливо мчались маленькие светящиеся точки. Они переливались всеми цветами радуги и больше походили на крупных степных насекомых, чем на транспортные средства.

Большие, окутанные садами пирамидальные здания, кольцом охватывали центральный городской купол, где находился электронный центр управления. Полностью автоматизированный, город походил на некий живой организм, где каждый аусианин свободно пользовался всеми доступными благами цивилизации, исходя из своего вклада в развитие общества. Такая социальная структура позволила задействовать огромные интеллектуальные ресурсы, избавиться от бездельников, а заодно освободить аусиан от выполнения тяжёлой физической работы.

Эшулл с удовольствием подумал о том, насколько мудра Природа, давшая именно его виду шанс построить развитое общество. Рачительно используя ресурсы планеты, аусиане смогли гармонично объединить две совершенно разных сферы: технологии и Природу, при этом они не мешали остальным живым существам, сделав их фактически равноправными «совладельцами» Аусы.

Как и многие другие аусиане, Эшулл искренне верил в то, что Великая Созидательница Природа – не абстрактное понятие, а нечто разумное, более сложное, высокое, но одновременно и беззащитное. Осторожно, шаг за шагом она приоткрывает двери познания расе исследователей. Цель Великой Природы – помочь разумным существам самостоятельно изучить мир, сделать его лучше, дать им силы для распространения аусийских форм жизни по всей Вселенной.

Вдоволь налюбовавшись вечерними красотами, Эшулл вернулся в дом, взял переговорник и связался с Аиллом.

Глава 3
Короткие сборы

Реликтовые образования древнейших эпох, Старые горы давно утратили своё гордое величие, и постепенно уступили пальму первенства более молодым возвышенностям Центрального материка.

«Хранитель древних тайн» – так именуют аусиане этот таинственный и труднодоступный регион. Ныне горы служат местом добычи полезных ископаемых и дают начало могучим рекам, несущим свои воды в Южный и Северный океаны. С одной стороны, к ним примыкает почти безжизненное каменистое плато; постепенно оно переходит в большую труднопроходимую пустыню. С другой, от самых предгорий, начинается дремучий лес. За ним, вплоть до самого океана, простирается обширная степная зона.

Недавно учёные установили, что в глубокой древности на Аусе было шесть и даже более континентов. Со временем, движение литосферных плит привело к тому, что материки образовали единый суперконтинент, где центральную часть занимала безжизненная пустыня, а чахлая растительность ютилась вдоль бескрайних побережий.

Через десятки миллионов периодов незыблемая континентальная твердь разделилась на три уже известные нам части. Задолго до образования суперконтинента произошло последнее Большое вымирание, причину которого установить пока не удалось. Прошла целая эпоха, прежде чем Ауса оправилась от неведомой катастрофы и смогла возродить своё биологическое разнообразие.

Климат тоже подвергся изменениям и стал более влажным и тёплым. Постепенно новые виды животных и растений фактически заново отвоевали себе поверхность планеты и освоили пустынные территории. Кое-где, правда, чудом выжили древние формы жизни, в большинстве своём представленные странными, а порой и мерзкими существами. Сохранились и некоторые причудливые реликтовые растения, но их сильно потеснили более приспособленные и совершенные виды…

…После всех согласований, организаторы экспедиции проложили маршрут именно через лес. Этим они хотели решить сразу два вопроса: во-первых, он намного интересней, чем поход через каменистое плато, заодно позволит вести наблюдение за его обитателями. Во-вторых, выбранная для исследований северная часть предгорья как раз примыкает прямо к лесному массиву.

Подготовка не заняла много времени: Иолл быстро набрал и укомплектовал всем необходимым команду, куда он постарался включить как молодых, так и старших представителей научного сообщества. Такое решение было вполне обоснованным, так как «старики» обязательно поделятся опытом с молодёжью, а уж та не упустит своего шанса извлечь пользу из советов ветеранов.

Глава 4
Прибыли на место

В назначенное время, к восточному побережью Западного континента прибыло транспортное судно с участниками экспедиции.

Быстро выгрузив свои пожитки, исследователи устроили совещание:

– Для начала предлагаю разбить временный лагерь здесь, на берегу, – распорядился Иолл, – разделимся на две группы: первая из тех, кто покрепче – занимается грузом, а вторая пусть обустраивает стойбище.

– Зачем тратить время впустую, если до места назначения всего несколько суток пути? – поинтересовался Аилл. – Не лучше ли отправиться сразу на место?

– Переезд был долгим, утомительным, поэтому лучше потратить немного времени на отдых, восстановить силы, а уж потом можно и в путь, – пояснил Иолл. – К тому же нам необходима база на побережье, а лучшего варианта, чем эта бухта не найти. Заодно позволим биологам изучить местную живность, да и торопиться нам некуда.

– Тогда пойду, посмотрю, требуется ли моя помощь в разгрузке, – согласился Аилл.

– Оставь сложные дела молодым, – осадил его Иолл, – нам, старикам, и в лагере есть чем заняться…

Дела продвигались быстро. Вскоре друзья отправили транспорт обратно и с удовольствием расположились в удобных палатках.

Исключение составила молодёжь – самые энергичные особи решили провести свободное время на свежем воздухе. Ловко управляясь всеми своими конечностями, они наперегонки ринулись в ближайшую рощицу и мигом вскарабкались по стволам боруша³ на вершину, где принялись резвиться в густой листве.

– Будьте аккуратней и не нарвитесь на хищников! – предупредил Аилл.

– Не волнуйся, они хорошо обучены и сумеют защитить друг друга, тем более что у старших есть защитные парализаторы, – успокоил его Иолл, – пойдём лучше займёмся своими делами…

После недолгого отдыха работа вновь закипела. Хоть исследование прибрежной территории не входило в основной план экспедиции, старшие решили, что отказываться от столь выгодного шанса было бы неразумно.

И они оказались правы! Разнообразные минералы, окаменелые останки причудливых древних форм жизни, керны с образцами почвы – в течение нескольких суток был собран богатый урожай артефактов, ценных ещё тем, что Западный континент был малоизучен, и каждая находка могла стать настоящим открытием! Аилл лично проследил, чтобы даже самые незначительные детали бережно уложили в контейнеры и приготовили к отправке.

Лишь только когда всеобщее любопытство было удовлетворено, Иолл распорядился покинуть лагерь. На месте остались несколько старых специалистов – пеший переход был для них сложен, поэтому они решили дождаться прибытия кваров.

Глава 5
Планы изменились

О своём решении Иолл объявил Аиллу вечером, во время беседы в ветвях боруша:

– Завтра отправляемся дальше, – произнёс он, обхватив щупальцами длинную ветвь с огромным широким листом. – Пойдём по ранее утверждённому маршруту прямиком в Старые горы, где мы и завершим нашу миссию. Я думаю, начать нам следует с южного склона горы Лат.

– Почему именно с неё? – поинтересовался Аилл.

– Ты же сам знаешь, что с ней связано множество странных легенд местных аборигенов и там уже были сделаны некоторые интересные находки. К тому же к горе примыкает протяжённый каньон, поэтому мне кажется, что успех нас ждёт именно там. Надеюсь, вы поддержите мою идею.

– Как у руководителя, у тебя должны быть веские основания для принятия такого решения, – согласился Аилл, – но как нам быть с распоряжением Совета исследовать северную часть предгорья?

– Я уже связался с Эшуллом и получил одобрение. Мы даже не нарушим первоначальных планов – лишь слегка их подкорректируем, выбрав более интересный участок.

– Иолл, я тебя не узнаю! – удивился Аилл, – ты даже не спросил мнения остальных членов экспедиции и не обсудил с нами все плюсы и минусы изменения маршрута! Такое примитивное отношение к делу было свойственно нашим далёким предкам, но тебе, крупному учёному…

– Да нет же! – перебил друга Иолл, – решение Совета носит рекомендательный характер, а я только просил немного подкорректировать первоначальные планы. Эшулл сообщил, что нам будет оказана любая необходимая техническая поддержка, а также согласился с тем, что мы можем действовать по своему усмотрению, не меняя основного плана экспедиции.

Ещё один довод: северная сторона неплохо изучена – я же предлагаю начать поиски с юга, где было сделано несколько значимых находок. А они как раз и наводят на мысль начать поиски именно здесь.

– Тогда я на твоей стороне, – вытянул два щупальца в знак согласия Аилл.

– Мне предложили помощь в переброске участников по воздуху на место, – продолжил Иолл, – квары⁴ вышлют по первому требованию, и я предлагаю старшим коллегам воспользоваться таким шансом, а мы налегке отправимся прямиком в сторону тропического леса, где заодно понаблюдаем за местной растительностью и животным миром.

– Согласен, но как же…

– Оставшиеся погрузят оборудование в квары и отправят находки в центр. По прибытии к месту нашей будущей дислокации, они займутся обустройством нового лагеря. Как раз к приходу остальных всё будет готово.

– Хорошо, – согласился Аилл, – теперь надо выбрать направление. Если идти по побережью к лесу минуя степь, то понадобится не менее четырёх переходов.

– А что если мы отправимся напрямую, через степь? Успеем управиться за пару-тройку сегментов⁵.

– Отлично! – поддержал Аилл.

Новый план Аиллу понравился, поэтому ему оставалось только помочь другу и набраться терпения. Но как к такой перемене отнесутся остальные участники?

«Всё-таки ему следовало сначала посоветоваться с нами, прежде чем обращаться в Совет, – подумал Аилл, – он нисколько не повзрослел, несмотря на свой солидный возраст. Выдвигать новую идею, мгновенно менять первоначальные планы – в этом весь Иолл! Но кто знает, может в такой перемене есть свой смысл?»

Когда Иолл ознакомил остальных с новым планом, поднялся гул одобрения, а самые молодые, радуясь предстоящему путешествию, мигом взобрались на самые верхушки деревьев и принялись резвиться в ветвях верхнего яруса, ловко перебирая щупальцами.

«Пусть наиграются, как следует, – подумал Иолл, – в степи не будет такого изобилия растительности».

Глава 6
Через степь

Восточную часть Западного континента мало затронула цивилизация. Здесь прибрежная степная равнина резко переходила в джунгли, богатые всевозможной живностью, а те в свою очередь упирались в могучие древние горы.

Но до них ещё надо было добраться. Скорректированный маршрут как раз пролегал через большой лесной массив, где гигантские стволы боруша тесно переплетались кронами, создавая из них некое подобие единого цветущего острова. Такие «острова» могли занимать огромные площади верхнего растительного яруса, а на их поверхности сформировалась своеобразная экосистема, где обитали тысячи видов животных и насекомых, которые никогда не покидали места своего обитания…

…Переход через степь и джунгли небезопасен, и может быть следовало пойти другим, более лёгким путём, но не таковы были аусиане, чтобы отказаться от шанса понаблюдать за местной живностью.

Первым делом Иолл занялся вопросами безопасности: самым ловким и сильным он выдал оборонительное оружие, но прежде молодёжь выслушала длинную лекцию, где старый наставник в очередной раз разъяснил им правила поведения при встрече с хищниками и защиты от них.

Старшим выдали только парализаторы – вещь практически бесполезная при встрече с крупным зверем, но очень эффективная при нападении мелких. Иолл не стал мучить стариков инструкциями и ограничился лишь рекомендацией не расслабляться и быть как можно внимательней.

Теперь можно было отправляться в путь.

Не успели путешественники покинуть береговую зону, как попали в заросли мягкого хамула – низкорослого стелющегося растения, доминирующего в степных просторах Аусы.

Переход предполагал всего две ночёвки и не сулил особых бед. Неприятность могла принести встреча с таннами – хищными видами многочисленного семейства ифли⁶, чьей стихией были бескрайние воздушные пространства планеты. Такие существа с лёгкостью могли стянуть что-то из багажа, но на членов экспедиции посягнуть вряд ли бы посмели. Неосмотрительному путнику грозила опасность оказаться в щупальцах гванов – крупных и хитрых ночных охотников. Остерегаться следовало и ойсию – затянутую плёнкой фальшивого хамула опасную ловушку, из которой было практически невозможно выбраться без посторонней помощи.

Чтобы избежать неожиданностей, Иолл при первой же возможности рассказывал коллегам о подстерегающих их опасностях.

По совету Аилла, тоже хорошо знакомого с местными «подарками», во время ночёвок по периметру лагеря устанавливали датчики движения, а дежурные всю ночь жгли костры, – для них вполне сгодились жёсткие стебли фамии, – местного и довольно распространённого кустарника с острыми изогнутыми шипами.

Иногда по пути встречались одинокие лаканы – громадные и опасные хищники, способные без труда проглотить даже самого крупного аусианина. Их бесформенные серо-зелёные туши передвигались скачкообразными движениями, издавая при этом странные квакающие звуки. Лаканы – одни из немногих, кто пережил массовое вымирание в глубокой древности. Они отличаются большой прожорливостью и неразборчивостью в пище, поэтому при встрече с этим ненасытным монстром все тут же прижимались друг к другу и начинали размахивать щупальцами, чтобы создать иллюзию крупного и опасного животного.

На глупого лакана такой фальшивый «монстр» действовал отрезвляюще и одураченному хищнику ничего не оставалось делать, как отправиться на поиски более доступной жертвы.

Правда, несмотря на принятые меры защиты, без происшествий всё-таки не обошлось! Причём благодаря безрассудству и излишней энергии молодых коллег. Ведь согласитесь, довольно тоскливо брести по жаркой степной равнине и наблюдать практически однообразный пейзаж, в то время, когда так хочется порезвиться в ветвях высоких деревьев.

В первый день молодёжь отчаянно скучала, уныло взирая на редкие кусты фамии совсем непригодные для игр. Чего уж тут говорить о мягком ковре хамула и прочей стелющейся поросли?

К счастью, на второй день похода стали попадаться древовидные равы⁷ – их гигантские плоские стебли гордо возвышались над остальной растительностью.

Заприметив по пути первое такое дерево, молодые учёные Канн, Олл и Улии бросились к его могучему основанию и мигом вскарабкались на самую вершину центрального ствола. Плоский, слегка вогнутый стебель вмиг превратился в своеобразный аттракцион: друзья лихо скатывались по нему вниз, используя растение в виде этакой горки.

Не успели старшие оглянуться, как за тройкой смельчаков последовали и остальные.

– И что мне теперь остаётся делать с ними? – развёл щупальца в стороны Иолл, – ведут себя совсем как дети, причём каждый из них имеет учёную степень.

– Вспомни себя в их возрасте, друг мой, – успокоил его Аилл, – такова уж наша природа, да и небольшое развлечение пойдёт им только на пользу.

– Да я бы и сам не прочь присоединиться к ним, – признался Иолл, – но куда мне теперь…

– В своё время и мы тоже порезвились, – успокоил его Аилл, – теперь нам остались лишь воспоминания. А знаешь…

Неожиданно раздался тревожный свист. О помощи взывала Улии. Все тут же бросились к ней, но Улии, не обращая внимания на подбежавших, продолжала свистеть, вытянув щупальца в сторону соседней равы.

Как оказалось, молодой археолог Олл решил взобраться на самый верх одного из стеблей растения и раскачать его так, чтобы можно было дотянуться до широких листьев более низкого, но раскидистого дерева лула. Ему просто захотелось отведать больших и сочных плодов, растущих прямо на стволе лулы. Затея почти удалась, только едва он протянул щупальце, чтобы сорвать фрукт, как сам не заметил, что угодил в ловушку хитрого айзи.

Это хищное животное наводило страх на всех обитателей Аусы без исключения. Как правило, айзи размещали свои липкие ловчие нити в ветвях высоких плодовых деревьев. Неосторожная жертва, не подозревая о подстерегающей её опасности, приближалась к стволу и тут же попадала в капкан, выбраться из которого без посторонней помощи было невозможно.

Брыкаясь и пытаясь вырваться на волю, жертва ещё больше опутывала себя липкими нитями и постепенно затихала, обездвиженная выделяемым ими ядовитым соком.

В то же самое время пробуждался из полудрёмы хищник, а последнее, что видел несчастный – это огромное полупрозрачное слизистое тело, обволакивающее его, чтобы растворить без остатка внутри своего жуткого организма…

Олл уже сделал все «положенные» ошибки и, обмотанный ядовитыми плетями почти перестал сопротивляться, с ужасом наблюдая, как к нему медленно приближается страшный слизневидный монстр.

Лишь мгновения оставались для принятия решения.

«Канн, держи!» – крикнул Иолл и бросил молодому учёному продолговатую изогнутую трубку.

Ловко поймав оружие, Канн нацелился в самый центр слизня и выстрелил в него парализующим зарядом. Чудовище сжалось, обмякло и свалилось в заросли хамула.

– Быстро, все на помощь к Оллу! – скомандовал вовремя подоспевший Аилл, – только не прикасайтесь к нитям!

– А как же мы тогда его вызволим? – вовремя отдёрнул щупальца Канн.

– Срезайте их у основания – там, где они крепятся к ветвям! – прокричал в ответ Аилл, – когда они потеряют связь с корнями, то сразу утратят большинство своих возможностей.

Ядовитые сети были вмиг нейтрализованы, а полубезжизненное тело Олла бережно доставили в лагерь.

– Ничего, – скоро поправится, – тщательно осмотрев бедолагу вынес свой вердикт Аилл, – Улии, вколи ему двойную дозу противоядия и пусть хорошенько выспится. Утром он будет полностью здоров.

– Откуда такая уверенность? – поинтересовался Иолл.

– Всякое в жизни бывало… – уклончиво ответил Аилл.

После нападения айзи у молодёжи отпала охота резвиться, поэтому остаток пути преодолели быстро и без особых приключений. К вечеру второго перехода равы стали встречаться целыми семействами, а над ними гордо возвышались ещё более высокие стволы боруша.

Степной участок был пройден – впереди ждал густой лес.

Глава 7
Пёстрое разнообразие жизни

Обходить огромный лесной массив было бессмысленно – он протянулся вдоль чуть ли не всего горного хребта, поэтому ранее принятое решение «штурмовать» зелёную преграду было наиболее разумным и интересным.

Но прежде чем войти в густую незнакомую чащу, путешественники решили устроить привал и только после короткого отдыха и обсуждения предстоящих событий отправились дальше.

Живая зелёная масса как будто разом поглотила исследователей, погрузив группу в сумрак, сквозь который едва пробивались редкие лучи Калуши. Из гигантов, в лесу доминировали огромные равы и боруши. Если с равой мы уже познакомились, то о боруше следует рассказать отдельно.

Он представляет собой огромное дерево, возвышающееся над всей остальной лесной растительностью. Лишь только равы, да ещё парочка видов пытаются соперничать с ним размерами, впрочем, безуспешно. Боруш обладает полым коленчатым стволом и настолько широкой раскидистой верховой кроной, что крупные листья плотным кольцом окружают верхнюю часть растения, образуя своеобразный зелёный остров. В центре такого «острова» находится крупное соцветие, кишащее всевозможными видами насекомых и мелких животных. Если дерево произрастает не в одиночном экземпляре, то каждый такой островок накрепко объединяется ветвями с соседями, образуя сплошной зелёный массив. Поглядите на него сверху и вам покажется, будто кто-то расстелил бескрайний зелёный ковёр, покрытый белыми узорами цветущих клумб.

Жители таких клумб являются излюбленным лакомством разноцветных ифли⁸ и других покорителей воздушных пространств. Вместе они образуют совершенно обособленную от остального мира экологическую систему верхнего яруса, непохожую на обитателей нижних «этажей».

Каждый аусианин просто в восторге от подобных «островов», где можно не просто хорошо провести время, но и при необходимости укрыться от опасности. В глубокой древности их предки так и поступали, да и сейчас этот старинный способ защиты оказался как нельзя кстати. Плотное сплетение листвы позволяет беспрепятственно передвигаться по зелёной глади, а хищники нижних ярусов редко посягают на независимость этого странного мирка, поэтому путешественники решили использовать зелёные просторы в качестве места для ночлега и укрытия на случай опасности.

Если сквозь густую листву к поверхности почти не проникает свет, то это не означает, что странный мир нижних ярусов мёртв! Многочисленные виды животных давно приспособились к миру мрака, а полые стволы боруша служат пристанищем для сотен видов насекомых, некоторые из которых являются излюбленным лакомством аусиан.

Как только группа вошла в лес, молодёжь тут же использовала эту возможность чтобы поразвлечься: самые шустрые мигом вскарабкались по высоким стволам и набрали полные контейнеры уссей – крупных, сладковатых на вкус жучков и принялись с удовольствием уплетать их.

Иоллу сразу не понравилось такое бесшабашное поведение коллег, поэтому он поделился своими опасениями с другом:

– Опять ворчишь? Когда они ещё успеют? Ведь в жилом секторе не встретишь такого пёстрого разнообразия жизни, – успокоил его Аилл.

– Да я и не против, – пробурчал Иолл, – только нельзя забывать, что мы не на прогулке. Вспомни недавний случай в степи. В любой момент может появиться хищник.

– Не волнуйся! Они хоть и любят ещё поиграть как дети, но в остальном – это вполне зрелые аусиане, причём лучшие из лучших. Ты ведь сам отбирал себе помощников. На-ка вот, лучше отведай немного уссей.

– Давай, – согласился Иолл, и принял из щупалец Аилла большой свёрток листа боруша, в котором копошился с десяток крупных насекомых. – И когда ты успел их набрать, Аилл?

– Тряхнул стариной, взобрался с ребятами к самой кроне, пока ты тут выискивал опасности. Там наловил себе немного и тебя не забыл. Угощайся.

Иолл не стал спорить, и с удовольствием захрустел вкусным усси…

Тем не менее, Иолл оказался прав. В лесной чаще легко можно было нарваться на ооров, – их ловчие сети встречались по всему нижнему ярусу. Едва путешественники вошли в лес, как на каждом шагу им стали попадаться зловещие ловушки айзи, гроздями свисавшие между стволами. Естественное желание всего живого тянуться к свету, кажется, их нисколько не затрагивало – эти жуткие создания прекрасно чувствовали себя во тьме и терпеливо поджидали добычу. А в ней не было недостатка! Одной из основных жертв ловчих сетей становились шустрые пёстрые ифли – этакие фосфоресцирующие огоньки в мире вечной ночи.

Часто подобные ловушки доставляли много хлопот и более крупным существам – добычей ооров или айзи могли стать и сами аусиане, стоило им только утратить бдительность, поэтому путешественники теперь более внимательно слушали советы вечно ворчливого Иолла. Но всё же излюбленной добычей хищников были шумные и неприятные на вид фьи⁹ – лохматые существа всего лишь с двумя парами конечностей, которые относятся к вымирающему ныне семейству млечников.

Нижний ярус тёмного мира был покрыт густым, тёмнозелёным ковром. Древние мхи, со временем заполонившие все ниши, ранее занятые травами, служили домом для мелких существ, и порой казалось, что этот ковёр движется как единый организм, переливаясь разноцветными живыми огоньками.

Крупные массивы таких лесов простирались на огромные расстояния, а потом они обрывались неожиданно, сразу. И тут же начинался новый мир, где доминировали другие виды животных. Такой же необычный и не менее прекрасный, он диктовал своим обитателям иные законы бытия, выработанные эволюцией за многие миллионы периодов.

Глава 8
Фьи

В прошлой главе я уже упомянул о неких обитателях лесов, именуемых «фьи». Думаю, пришло время рассказать о них отдельно.

Проворные, покрытые клочьями жёсткой шерсти зверьки, фьи относятся к почти исчезнувшему ныне семейству млечников. Являясь реликтом древнейших эпох и обладая всего четырьмя конечностями, они каким-то пока непонятным образом смогли уцелеть в череде массовых вымираний прошлого и приспособиться к новым условиям. Их местом обитания служат густые леса, но есть и степные, а также пустынные виды. Ведут они стадный образ жизни, где существует строжайшая иерархия – отличительный признак примитивных форм жизни. Одной из особенностей фьи является их патологическая жестокость даже по отношению к себе подобным. Из всех обитателей планеты, они считаются самыми неприятными, но вместе с тем вызывают наибольший интерес учёных.

Фьи прекрасно лазают по деревьям и являются настоящим бедствием для аусиан, так как любят забираться в их дома и красть всё съедобное и блестящее.

Награбив съестных припасов, обычно они вступают друг с другом в перебранку за лучшие куски добычи, что только помогает земледельцам отлавливать ворюг и проводить работы по сокращению их поголовья.

Почти с самого начала экспедиции, фьи доставили немало хлопот путешественникам. Они постоянно носились промеж деревьев и издавали отвратительные резкие звуки, временами пытаясь запустить в исследователей камень, палку или ещё какой подходящий предмет. Стоило только кому-то отвлечься, как они тут же норовили стащить всё, что вызывало у них интерес.       Несмотря на их наглость и злобность, фьи довольно сильно трусливы. Аусиане давно уловили эту их особенность и быстро научились решать проблему. Стоило только одному из фьи приблизиться слишком близко к отряду, как дежурный издавал резкий свист или запускал в их сторону заряд парализатора слабой мощности. В тот же момент, опрокидывая друг друга, вся стая бросалась прочь с диким визгом. Такая спешка обходилась некоторым из них очень дорого – убегая, они становились лёгкой добычей ооров, айзи или попадали в щупальца других, не менее опасных хищников.

Но даже подобные набеги дотошный Иолл использовал во благо, превратив их в практические занятия для молодёжи:

– Обратите внимание, – начинал он, заприметив визгливую группу, – до Большого Вымирания их вид был широко распространён на нашей планете. Они держатся мелкими стаями, живут на деревьях, в пещерах или норах и беспрекословно подчиняются своему вожаку, а также его помощникам.

– Примитивная форма иерархического социального устройства, да и сами они – тупковая ветвь эволюции, – подметил Олл.

– Не согласен насчёт тупиковости! – Иолл поднял в знак внимания сразу три щупальца и сменил свой обычный сероватый оттенок на серо-зелёный, – этот вид хоть и сильно сократил свой ареал обитания, но он является одним из самых успешных на планете. Да, они встречаются всё реже, но удивляет их особенность выживать в самых сложных условиях. Разве это не говорит об их силе?

– За сотни миллионов периодов они так и не смогли далеко продвинуться, – не сдавался Олл, – как жили, так и живут в норах, а ведь за такой долгий срок можно было заложить хотя бы основу пусть и примитивной, но цивилизации. Смотрите, как ловко они метали в нас палки и камни! Кто мешал им использовать их как первые орудия труда по примеру наших предков?

– Так вот ты о чём, Олл! – вмешался в разговор Аилл, – пока никто точно не знает, что было в глубокой древности, до появления аусиан. Может они и имели такие способности. Кто знает?

– Аилл живёт в своём мире, – в недоумении развёл щупальца Иолл, – в таком случае, мне ближе предположение Олла. Фьи, хоть и проворные, но очень тупы, чтобы пойти по пути развития.

– Но их нынешнее состояние ещё ничего не доказывает! – продолжал упорствовать Аилл, – шанс есть у любого вида, даже такого примитивного, как фьи.

– Тогда почему же именно мы сейчас организовали эту экспедицию, а не они? – или ты предполагаешь обратное развитие, деградацию?

– Именно! – согласился Аилл. – Считаю, что прежде эти фьи занимали более высокое положение среди живых существ. Пусть им далеко до аусиан, но в период их становления какие-то примитивные зачатки цивилизации могли возникнуть и у них.

– Смело, интересно, но неверно, – ответил Иолл.

– А если они достигли своего предела в развитии? – предположил Олл, – а сейчас попросту деградируют, пока окончательно не вымрут. И не ждёт ли нас подобный путь? Может живые существа растут подобно горным вершинам и также начинают разрушаться под воздействием внешних факторов.

– Верно, – задумался Аилл, – может ты по-своему прав.

– Обязательно… Погоди, Улии! – внезапно воскликнул Олл и быстро начал карабкаться по стволу высокого дерева, в кроне которого заметил свою подружку.

– Молодой ещё, горячий, – проводил его взглядом Иолл, – а помнишь, Аилл, когда мы были молодыми, тебе сильно нравилась…

– Оставим эту историю в покое, – сердито ответил Аилл, – но Олл отчасти прав. Агрессивность и другие негативные способности фьи помогли им сохраниться как виду.

– Наша старая планета помнит и более ужасных существ. – Продолжил Иолл. – Задолго до появления фьи она принадлежала гигантским ящерам. И если бы не катастрофа…

– Ты имеешь в виду падение крупного астероида? – оживился Аилл, – он расчистил дорогу млечникам, но до первых фьи было ещё очень далеко. Без массового вымирания у них не было бы никаких шансов. Впрочем, как и у нас. Позднее.

– Если с древними ящерами всё понятно, то с нами много неясностей. – Иолл снова поднял три щупальца, – ведь пока непонятно, что убрало млечников с нашего пути. Недра Аусы сохранили множество странных предметов, но объяснить их природу учёные пока не могут. Некоторые из них явно искусственного происхождения.

– И что ты об этом думаешь?

– Скорее, совпадение и не более того. Природа способна создавать и не такие чудеса…

В это время из чащи выбежало небольшое стадо фьи. Группу возглавляла особь крупнее и по виду намного сильнее остальных – скорее всего вожак. С опаской поглядывая в сторону аусиан, стадо сгрудилось вокруг него и заверещало что-то непонятное.

Дикие вопли сразу привлекли внимание молодёжи, резвившейся в стеблях равы. Побросав все дела, учёные помчались в лагерь, чтобы понаблюдать за происходящим, а заодно задать вопросы старшим.

Иолл сразу почувствовал себя этаким лектором-экспертом. Аилл решил поддержать друга.

– Обратите внимание, – объявил он коллегам, – сейчас произойдёт нечто интересное.

– Какой-нибудь ритуал? – поинтересовался подоспевший первым Канн.

– Вроде того.

С визгом и «переругиваясь» друг с другом странными бормочущими звуками, стадо фьи расположилось у подножия невысокого холма. Неожиданно вожак издал длинный пронзительный вопль, после чего остальные особи окружили холм и встали на четвереньки.

Вожак окинул взглядом своих рабов, горделиво запрокинул голову и начал неторопливо подниматься на вершину под ритмичное завывание толпы.

– Что они делают? – удивился Канн.

– Воздают почести главному, пояснил Иолл.

– Зачем? Он что-то сделал для них такое, от чего всем стало лучше?

– Скорее наоборот. Смысл бытия этого вида – занять более привилегированное положение. А на пути к «вершине» они готовы уничтожать всех, кто противоречит воле вожака или ведёт себя не так как остальное стадо. Вон, сам посмотри!

В это время две рослые особи – явно из числа приближённых вождя – ринулись с холма вниз. Выхватив старого фьи из толпы, они поволокли его на холм. На самой вершине они прижали голову несчастного к Аусе, а сами отошли немного в сторону и тоже опустились на четвереньки. Вожак издал странный нечленораздельный вопль, после чего ногой столкнул приговорённого вниз. Бедолага кубарем скатился к самому подножию, где на него сразу набросилась вся стая.

Вмиг тело «отступника» было разодрано в клочья, а ещё через мгновение стадо дружно заурчало, смакуя остатки разорванного тела.

– Отвратительно! – прижал все восемь щупалец к телу Олл, – разве можно убивать и поедать себе подобных? До чего мерзкое зрелище!

– У фьи так принято, – пояснил покрасневший от возмущения Аилл, – обряд предназначен для устрашения остальных членов стада, чтобы у кого-либо не возникло желания пойти против воли «элиты».

– Примитивное, свойственное только животным, поведение, – развёл щупальца в стороны Иолл, – и ты считаешь, что у таких вот существ могли бы возникнуть сложные социальные взаимоотношения, вплоть до зачатков цивилизации?

– Кто знает…– не стал возражать Аилл.

Попрыгав с воплями на холме ещё немного, вожак спустился вниз. Тут же к нему на четвереньках подползли двое «телохранителей» и распластались под его ногами.

В это время всё остальное племя успело выстроиться в круг и тоже опустилось на четвереньки, после чего все принялись хаотично ползать вокруг вождя, время от времени издавая пронзительные и неприятные вопли. Вожак отвечал им ответным рыком и зачем-то поднимал большую кривую палку вверх.

– Чем это они занимаются? – удивился Олл.

– Демонстрируют лояльность и покорность. Любая непокорность вожаку и неприятие унижений с его стороны будет воспринята как некая угроза его доминированию, после которой отступника ждёт то, что мы сейчас наблюдали.

– Ужасно! – снова сжал в узел щупальца Олл, – поэтому нам отвратительны эти животные.

– И не только поэтому, – продолжил Аилл – ещё и по причине той ненависти, что они испытывают к таким же, но другим.

– То есть?

– То племя, которое мы сейчас изучаем, давно враждует со своими соседями, а их стойбище находится на другой стороне леса. Причина – всё те же различия между обеими группами. Причём они заключаются лишь в том, что одно племя ползает вокруг вождя справа налево, а второе – наоборот.

– И всё? – удивился Олл.

– Есть ещё расхождения в окраске шерсти, размерах конечностей, форме глаз и другие незначительные детали. Они не успокоятся до тех пор, пока одни полностью не истребят других.

– Какая ерунда, глупость, тупость, – не выдержал Канн, на глазах меняя пигментацию тела с обычного сероватого цвета на ярко красный.

– Да, такова их природа, – развёл щупальца в стороны Аилл.

– Но ведь и мы отличаемся немного размерами, цветовыми оттенками, повадками, – никак не мог успокоиться Олл, – обитатели Центрального континента имеют различия с жителями Восточного и Западного, а уж какое разнообразие дают нам островные группы! Но ведь такая мелочь не мешает нам сотрудничать, в итоге представляя единую расу разумных существ.

– Вот именно, разумных! – вмешался Иолл, – Поэтому мы и доминируем над всеми остальными видами. Поэтому мы и сумели построить цивилизацию, а остальные способны только враждовать между собой и уничтожать малейшие проявления сообразительности среди своих соплеменников.

В древности подобные проявления встречались и среди нас. Но потомки первых аусиан сумели понять насколько сотрудничество важнее вражды, насколько легче выжить и приспособиться к новым условиям вместе, а не по раздельности. Наградой для них и стала та самая «искра разума», что позволила нам эволюционировать в цивилизованное сообщество.

– То есть, ты считаешь, что у тех видов, которые идут по пути конфронтации, нет шанса достичь нашего уровня? – продолжил мысль Аилл.

– Примитивную цивилизацию они возможно и построят. Но потом всё равно вернутся к своему первобытному состоянию.

– То есть, ты всё-таки согласен, что фьи…

– Только не они! – перебил друга Иолл, – их отсталая «социальная структура», когда прогрессируют те, кто демонстрирует лояльность вожаку, а остальные попросту отсекаются, в итоге обречена на полный провал.

– Понятно! Они сами мешают развиваться лучшим, то есть блокируют естественный ход событий.

– Примерно так. Животный мир строится по принципу естественного отбора, но, постепенно на смену ему приходит искусственный отбор. Он то и позволяет лучшим обрести новые навыки, развить умственные способности и, в сочетании с милосердием к более слабым представителям своего вида, даёт шанс построить настоящую цивилизацию, где разум, технологии и Природа гармонично сосуществуют вместе, а не находятся в противоречии.

– Если какие-то примитивные зачатки социального поведения у них всё-таки есть, – вмешался в разговор Канн. – То развитые конечности и достаточно крупный мозг, всё-таки могли бы…

– Увы! Наши биологи давно наблюдают за фьи и сделали неутешительные выводы: имея перспективное физическое строение, они идут прямо противоположным развитию путём. Если кто-то из них, вместо того чтобы целыми днями ползать на четвереньках и демонстрировать свою преданность научится, например, обтёсывать камнем дерево – он тут же будет уничтожен, а его наработки преданы поруганию и забвению. В лучшем случае вожак присвоит их себе, но не сможет использовать правильно, так как идея исходит не от него.

Не последнюю роль в процессе разложения играет культивирование «одинаковости», то есть, повторение определённых действий, обязательных для всех. К примеру, даже если у всего племени принято чесать по утрам спину, то этим должны заниматься абсолютно все без исключения. Причём на виду у остальных. В случае если одна из особей просто не станет это делать просто потому что спина не чешется, то такого «отступника» могут разорвать в клочья.

– А разве вожаки не понимают, что развитие принесёт пользу всему племени, а им – в первую очередь? – удивился Олл.

– Они не способны понимать, – развёл щупальца в стороны Иолл.

– Но разве нельзя созвать совет мудрейших и совместно решать текущие вопросы? – вмешался Инн, один из самых молодых участников экспедиции.

– Совет мудрейших? У фьи? – удивился Иолл.

– Неудачное сравнение, – поджал щупальца Инн, – допустим, это будет совет племени, стада, общества.

– Не получится, – ответил Иолл, – ведь такой подход подразумевает коллективное обсуждение и принятие решения компетентными особями, по типу того, как это делается у нас. А как же тогда воля и авторитет вожака? А какое положение в стаде займёт его свита? А перед кем остальные будут пресмыкаться? Да и не может быть ничего подобного у диких зверей.

Глава 9
Наконец добрались

Ещё несколько дней таких приключений и исследователи достигли конечного пункта назначения, где их уже ожидал заранее подготовленный лагерь.

Когда вошли на территорию, Иолл не без удовольствия подметил, что одной стороной он примыкает к небольшому озеру, над тихими водами которого резвятся шустрые ифли, а с другой, сразу за защитным ограждением, начинается живописная поляна. Третья часть городка упирается в высокий обрывистый холм – его решили использовать в качестве естественной защиты от диких животных. Побросав всё снаряжение, молодёжь первым делом устремилась к водоёму, где небольшая стайка маленьких и безобидных синих уннов играла с разноцветными ифли.

Шустрые крылатые ифли с писком проносились над гладью озера, ловко выхватывая мелких обитателей. Тотчас из воды выскакивал унн, пытаясь перехватить добычу. Обычно он промахивался, так как скорости ифлей могли бы позавидовать любые обитатели планеты. Скорее, это было подобие игры, где, потерпев неудачу унн забавно шлёпался в озеро, растопырив все пять своих щупалец, после чего начинал охоту сначала.

Когда-то в далёкой древности, дифли – предки современных ифлей, были одним из доминирующих водных видов, но во время одного из массовых вымираний некоторые дифли сумели освоить новую для них среду, уступив своё место гуланам – нынешним «хозяевам морей». Постепенно дифли вытеснили алонов – древних крылатых существ и стали безраздельно господствовать в воздушном пространстве Аусы, положив начало многочисленному семейству ифли.

В отличие от ифли, унны наоборот вернулись с суши в воду, и в процессе эволюции утратили три конечности. Более того, предки уннов – гаунны были грозными хищниками, и мало кому удавалось вырваться из их цепких щупалец. Пока учёные не смогли найти ответ на вопрос, почему гаунны сильно потеряли в размерах, изменили пигментацию с красно-зелёной на синюю и из страшных хищников превратились в кротких и забавных существ. Но видимо такова была «цена» выживаемости этого вида в череде катаклизмов прошлого.

Кроме ифли, уннов и ещё нескольких видов мелких животных, в этих местах обитали огромные меги и проворные эглы. Это очень свирепые хищники, главной добычей которых являются шустрые фьи и крупные виды ифлей. Меги и эглы представляли опасность и для аусиан – тут главное быть внимательным и держаться подальше от их щупалец. А если кто забывал о бдительности, о ней напоминали дикие вопли неосторожного фьи, частенько раздававшиеся из лесной чащи. Они здорово охлаждали пыл желающих посетить территорию, где гостям рады только в виде угощения.

Глава 10
Энергия энтузиазма

После прибытия решили устроить небольшой отдых и только потом взялись за дело.

Широкий и протяжённый каньон, примыкающий к южному склону горы Лат, находился не слишком далеко от палаточного городка, поэтому добраться до него не составило особого труда.

Первым делом Иолл отправил в ущелье небольшой разведывательный отряд. Налегке, без оборудования, молодым учёным будет легче выбрать подходящее для работы место.

Остальные принялись за изучение перспективного с точки зрения археологов участка, находящегося вблизи от основного лагеря.

Иолл возлагал надежды на южную сторону каньона – там, где русло древней и давно исчезнувшей реки подточило склон и оставило после себя глубокое ущелье. Здесь же открывается путь в многочисленные карстовые образования. Он не без оснований предположил, что пещеры простираются далеко вглубь планеты и именно в них можно найти много интересного. Желающих заняться этим вопросом и переквалифицироваться в спелеологов оказалось много, но он выбрал только самых ловких.

– Отправляйся ты, Олл, – обратился он к одному из них, – возьми с собой Улии – вы с ней самые молодые и любопытные, а старшим группы пусть будет Канн – у него больше опыта, что пойдёт вам только на пользу.

– Спасибо, учитель! – обрадовались счастливчики.

– Только давайте обойдёмся без излишнего риска, – предупредил Иолл, – каждый шаг обдумывайте и действуйте исходя из обстановки. Выберите себе ещё троих помощников – здесь уже решать вам.

– Мы так и поступим, – успокоил старика довольный Канн.

Разведчики не стали долго задерживаться в лагере и, взяв с собой всё необходимое, вскоре отправились навстречу новым приключениям.

«Эх, как же хочется отправиться с ними!» – подумал Иолл, взглядом провожая избранников.

– Ничего не поделаешь, коллега, – понял причину его грусти Аилл, – наступила очередь других. Придёт время – подрастёт и им замена. Здесь самое главное – сберечь и направить в правильное русло энергию энтузиазма, переполняющую молодых особей. Она управляет всеми нами, даёт возможность развиваться дальше и главное, чтобы она не иссякла в наших потомках.

– Она всегда будет с нами, – прервал раздумья Иолл, – если мы не сохраним её, то быстро утратим свою разумную составляющую и вернёмся обратно в мир животных.

– Этого никогда не произойдёт! – слегка присвистнул Аилл, – Вот ты дал шанс этой маленькой группе проявить себя в деле, а когда-то старшие помогли сделать первые шаги и нам. Мы вырастим достойную смену и ещё успеем порадоваться их победам.

– Всё верно, – согласился Иолл, – …гляди, кажется, сегодня у нас удачный день!

Друзья прервали разговор и поспешили к группе оставшихся, которые возились вокруг большой каменной глыбы. Судя по изменившейся пигментации, а также излишне эмоциональной жестикуляции, они нашли нечто интересное.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Область вокруг любой звезды, где температурные условия позволяют воде пребывать в жидкой фазе, если для этого есть подходящая планета.

Вернуться

2

то есть, лет.

Вернуться

3

Боруш – распространённое на Аусе древовидное растение с высоким пустотелым стволом и верховой плоской и очень плотной кроной, увенчанной крупными соцветиями.

Вернуться

4

Летательный аппарат, очень отдалённо напоминающий наш квадрокоптер.

Вернуться

5

Дней.

Вернуться

6

В прошлом, ифли доминировали в океанах. По прошествии времени, их потомки эволюционировали настолько, что освоили воздушное пространство и сушу.

Вернуться

7

Ещё одно крупное дерево Аусы. Говорят, некоторые экземпляры превосходят по высоте даже гигантский боруш.

Вернуться

8

Предки ифлей в глубокой древности доминировали в морских просторах. Со временем, многие виды вышли на сушу, освоили воздушные пространства, дав начало множеству новых видов животных.

Вернуться

9

В далёком прошлом этот вид животных семейства млечников доминировал на Аусе.

Вернуться