Юлия Эллисон
Афера на троих

Аннотация: Всем привет, меня зовут Робин – я преподаватель в университете, но в свободное от работы время я как тот самый лесной воришка – помогаю бедным, обворовывая богатых, которые ведут далеко не праведный образ жизни. И, конечно, делаю я это не одна, а вместе с двумя моими талантливыми студентами. Стыдно ли мне? Нет, ни капельки, ведь я вершу справедливость! Только вот встреча с моей бывшей детской влюбленностью путает нам все карты, ведь он полицейский, и может легко нас поймать. Кто знает, чем закончится очередное дело?

Пролог

Обычный теплый майский денек был освещен сотнями улыбок людей, которые радовались за выпускников полицейской академии. Экзамены сданы, и будущие защитники общества шли на городскую площадь получать свои значки. Местные репортеры шумно рассказывали о лучших студентах, праздничные ленты украшали улицу, а воздушные шарики создавали непередаваемый колорит. Музыканты же сбились где-то в одном углу и задорно играли современную попсовую мелодию, переделанную для духовых и ударных.

В магазин натуральной косметики, где толпились, кажется, человек тридцать, зашла невысокая рыжая женщина с проседью, в больших солнцезащитных очках и встала в очередь. В руках у нее был бумажный пакет с торчащими во все стороны зеленью и овощами. Плащ, надетый на ней, был старым, с местами виднеющимися дырками. Никто и не обратил на нее внимания, потому что все были заняты своими делами: покупатели пробовали сторговаться подешевле, консультанты рассказывали о необычайных свойствах нового тибетского мыла, а усатый владелец-продавец пытался не ошибиться в расчетах со своими клиентами. Спустя десять минут подошла очередь этой дамы. Она взяла два кусочка мыла, что лежали около кассы, понюхала их, улыбнулась.

– Эти подойдут, – сказала женщина еле слышно.

– С вас двенадцать долларов, – вежливо и устало сказал хозяин лавки.

– Дороговато, – промолвила она, – давайте договоримся.

– НЕТ! – неожиданно зло перебил мужчина, смешно шевеля усами. – Сколько же можно?! Целый день вы все тут ходите и просите скидки! Мне не на что содержать семью! Вы что, хотите, чтобы я разорился?

– Послушай, – с легкой ленцой сказала женщина, даже не сменив своей доброжелательной улыбки. – Я знаю, КТО ты, Билл Картер, какой у тебя дом на Парк Авеню, сколько денег на счету в банке «ЭйрМани», как ты занижаешь зарплату своим продавцам и как обманываешь клиентов, выдавая подделки из твоего гаража за бренды. Также знаю о том, что ты не платишь алименты своей бывшей жене, уклоняешься от налогов и даже выбрасываешь мусор в соседские баки по ночам, чтобы не платить за вывоз. Так что доставай свои денежки.

Женщина неожиданно вытащила из внутреннего кармана пальто револьвер и направила на усача, при этом оставаясь такой же обычной, какой она казалась при входе в помещение магазина.

– Деньги в пакет. И постарайся побыстрее, – так же спокойно и тихо произнесла она, аккуратно вывалила зелень и овощи из пакета на прилавок и осторожно отдала его побледневшему словно мел продавцу.

Еще недавно нагло ухмыляющиеся усы явно потеряли некоторый лоск. Консультанты притихли, а некоторые люди вокруг поспешили на выход. Хотя кое-кто еще остался, с любопытством глядя на разворачивающуюся сцену.

– Хватит тыкать уже на эту кнопку! Ты ведь сам ее включаешь только для проверок, так что никто не приедет, – сказала грабительница владельцу, который в это время уже чуть не вдавил кнопку экстренного вызова в нижнюю часть прилавка под кассовым аппаратом.

Рыжая женищина все столь же безмятежно обернулась на оставшихся ошарашенных покупателей, сказав:

– Не волнуйтесь, это учения: вон там стоит камера, сейчас меня будут захватывать наши славные полицейские, а пистолет этот, – направив пушку на людей, – муляж! Так что без паники, господа.

Другие покупатели, что не спешили покидать магазин, облегченно выдохнули. Консультанты тоже несколько приободрились, начав робко расхваливать товары на прилавках.

– Что? Учения? – услышав успокаивающую речь от грабительницы, вытер пот со лба владелец. Кажется, он решил, что эта речь предназначалась ему.

– Да я не тебе, болван, складывай деньги, – сказала дама, подняла револьвер вверх и выстрелила прямо над головой Билла. От громкого звука все настороженно замолчали и уставились на продавца, покрытого побелкой. – Смешные усы, не правда ли? – произнесла дама и расхохоталась, направив пистолет на трясущегося владельца магазина, осознавшего, что выбора у него теперь точно не осталось. – А мне сказали, что патроны будут холостые! – и еще громче рассмеялась. Вслед за ней, нервно засмеялись покупатели, которые уже просто не понимали, что происходит.

Увидев, что Билл Картер в конкретном ступоре, дама с пистолетом наклонилась поближе и прошептала:

– Открываем кассу, достаем наличку, засовываем в пакет, не забываем улыбаться и махать рукой на улицу, чтобы обошлось без дырки в твоей жадной и пустой башке.

Владелец магазина сделал все по инструкции, чтобы не гневить грабительницу, при этом продолжая противно шевелить усами, потеть и дрожать. Или не грабительницу. Билл вообще не понимал, что происходит, почему все радуются, а его грабят.

«Может, это какой-нибудь розыгрыш или новое телевизионное шоу? Скорее всего, так и есть, потому что не может ведь человек в разгар празднества по поводу выпуска из полицейской академии, когда каждый второй на улице – со значком и оружием, просто зайти в магазин и ограбить его. Но тогда зачем надо отдавать ей настоящие деньги? Наверное, для полной достоверности съемки», – думал он.

– У тебя еще в сейфе лежат четыре тысячи двести долларов, и лучше бы отдать их на воспитание твоих прекрасных деток. И спасибо за мыло, оно должно понравиться моим маленьким разбойникам, – сказала дама, взяла пакет, сложила в него обратно часть овощей и зелени, убрала револьвер в карман пальто, где ему было и место, и пошла к выходу. – Всем хорошего дня и веселого праздника! – задорно крикнула она. – Смотрите себя сегодня в вечернем развлекательном шоу на центральном канале! – и вышла на улицу под аплодисменты нескольких покупателей.

У самого входа из магазина рыжая грабительница в пальто натолкнулась на полицейского в парадной форме и почти таких же больших солнцезащитных очках, как и у нее самой, опирающегося на трость.

– Поосторожнее, молодой человек! Так и человека с ног сбить можно! – громко сказала женщина, крепко обнимая пакет обеими руками.

– Простите, я не заметил вас, – обронил, извиняясь, полицейский. – Кстати, вы не слышали ли здесь громкого хлопка, может выстрела? Недавно от этой витрины отбежали люди…

– Совсем молодежь охамела, вопросами своими докучают неповинным гражданам… Лучше бы бандитов искали, а не парады устраивали! У меня кошки не кормлены, ах, моя бедная Матильда, – перебила женщина полицейского ворчливым возгласом, глядя себе под ноги. Взмахнула рукой, все еще бубня что-то о своем, и ушла.

– Надеюсь, не стану таким же в старости, – глубоко вздыхая, сказал капитан Вильямс.

Глава 1

Капитан Вильямс

Женщина, что сетовала о кошках, почему-то показалась мне странной фальшивкой. Такой, как все эти повернутые на своих детях мамаши, на самом деле желающие выделиться среди других, но ничего из себя не представляющие. Однако внутренние ощущения к делу не пришьешь, так что я счел своим долгом сначала зайти в покинутый ей магазин и осмотреться.

Пройдя несколько шагов, я зашел в магазин и увидел картину: покупатели чему-то радуются, горячо обсуждая, кто смелее бы себя проявил, кто бы и как набросился на настоящего грабителя, кто бы пожертвовал собой ради остальных. За прилавком же стоит человек с побелкой на голове и усах, касса открыта, рядом лежат пара стручков фасоли. Мой цепкий взгляд бывшего спецназовца-ФБРовца мигом уловил все детали.

– Пахнет порохом, здесь недавно стреляли? – Снимая очки, я сразу перешел к делу. – Кто стрелял? Зачем? Из какого оружия? – поинтересовался, надеясь на хоть один внятный ответ.

– Р-р-р-револьв-в-вер, – заикаясь начал рассказывать продавец, – женщина, пакет, деньги, фасоль, налоги, – торопясь и путаясь в словах, продолжил он.

– Стоп-стоп, какая женщина, какая фасоль? – достал значок из кармана и продемонстрировал. – Капитан полиции Вильямс. Соберитесь и расскажите все как было.

– Да что тут рассказывать, – отозвался позади меня парень, не скрывающий улыбку от происходящего, – сегодня сами вечером все увидите! Нас ведь снимало телевидение! – наивно помахал он рукой в сторону окна и, широко улыбаясь, крикнул: – Привет, мама, я в телевизоре!!!

Хм… иногда этот долбанутый мир сложно понять – как можно шутить с настоящим оружием? Впрочем, бывает.

– А, раз шоу, тогда не буду мешать, развлекайтесь! – разочарованно проговорил я и направился к выходу, надевая очки.

– Что насчет моих денег? – робко спросил усатый человек, покрытый побелкой. – Когда мне их вернут?

– Какие еще деньги? – строгим голосом, нахмурив брови, спросил я, останавливаясь в дверях.

– Ну я же вам все ясно рассказал: пришла женщина с этими вот овощами, – показывая рукой на прилавок, наконец начал внятно что-то рассказывать хозяин магазина. То, что он не простой служащий, выдавало качество одежды и сытый огонек во взгляде. – Угрожая муляжом вашим, она приказала отдать деньги. Потом случайно оказалось, что патроны не совсем холостые – она выстрелила в потолок, я испугался, отдал ей все, что было в кассе, и она ушла, сказав, что сейчас ее задержит полиция. Но это ведь все шоу, верно? Почему вы ей дали настоящий пистолет? Она же могла в кого-нибудь попасть!

– Рыжая? В плаще? – повысив голос, спросил я. Интуиция редко меня подводила, вот и сейчас стало понятно, почему так среагировал на ту странную прохожую.

– С бумажным пакетом, – ответил продавец.

Его слова я едва услышал, потому что уже почти выбежал на улицу с чувством гнева. Я ведь сам с ней столкнулся! И вместо того чтобы схватить, как вопила мне интуиция, просто отпустил преступницу! Куда она могла пойти?

Эти драгоценные минуты, потраченные на общение с бестолковым усачом и еще более несмышленым мальчишкой, были решающими – она успела уйти. Хотя в ее возрасте далеко не убежишь, если это, конечно, не качественный грим.

Люди обходили меня, торопясь на праздник. Не у кого даже было спросить, видел ли кто эту дамочку. В какую же сторону она пошла? Так, я шел прямо, она навстречу – значит, идти туда…

Хромая, прошел около пятидесяти шагов и увидел пожилую пару, сидевшую на скамейке. Подошел к ним.

– Вы не видели тут женщину, рыжую? Одета в плащ, в руках бумажный пакет, большие очки. Она проходила здесь около десяти минут назад, – вежливо, но торопливо поинтересовался я, потому что на кону каждая минута.

– Молодой человек, тут такой праздник, разве всех рассмотришь? – закатывая глаза, сказала старушка.

– Помолчи, Грета, – громко прошептал сидящий рядом с ней пенсионер и посмотрел на меня. – Рыженькая такая, да? Стройная которая? Из-под плаща голые лодыжки торчали – загляденье! – быстро проговорил старик, его глаза заблестели, а улыбка поползла по лицу. – Боюсь, она для тебя старовата. Ну и вкусы нынче у молодежи…

– Мне по делу, – угрюмо ответил ему. – Видели, куда она пошла?

– Я бы ей дал своровать свое сердце, хе-хе-хе, – посмеялся пенсионер, закашлявшись.

– Говард! Как не стыдно? При живой-то жене! – возмутилась Грета.

– Сварливой жене, – парировал старик, нежно приобняв супругу за плечо и поцеловав её в щеку.

– И все же, куда она ушла? – нетерпеливо спросил я.

– Я проводил ее взглядом ровно до той подворотни, а сквозь стены я не вижу, уж извиняй, парень, – шутя сказал пенсионер, указывая на противоположный дом.

– Спасибо за информацию, всего доброго! – крикнул я им и похромал туда как можно быстрее.

– Эх, любовь, гормоны… – вдумчиво произнес дед за спиной. – Но сейчас я уже не стану бегать за дамами в возрасте, мне и своей старушки хватит, – закончил он, получив легонько локтем в ребра от своей супруги.

Я все же невольно улыбнулся с этой парочки. Хорошо, когда есть надежное плечо рядом.

Глава 2

Рыжая дама в пальто

– Божечки мои, чуть не влипла! – прошептала я, ускоряя шаг и смешиваясь с толпой. – Чуть пакет не выронила! Надо быть осторожнее и ни в кого не врезаться больше.

Чуть-чуть не дошла до поворота в нужную подворотню, как у меня слетела босоножка. Я тихонько поругалась на себя за небрежность, наклонилась поднять свою обувь. И только когда ее надевала, увидела, как на меня уставился какой-то дед на скамеечке в нескольких метрах. Что же его так привлекло? Вот блин, я же забыла, что сейчас в колготках и свободной юбке выше колен, которая немного задралась, обнажая ногу. Плащ меня не спас, поэтому решила не обижать старичка, приспустила очки и подмигнула, улыбаясь. Краем глаза увидела, как дедулька поплыл от счастья. Свернула в подворотню, прошла мусорные баки.

– К черту маскировку, меня здесь никто не увидит! – бодро заявила я и сбросила парик. – Ох уж этот дурацкий рыжий парик, еще и с проседью! В следующий раз сама выбираю образ!

Поставив бумажный пакет рядом с баком, запустила руки в волосы. Непередаваемое ощущение. Принялась за плащ. Здесь не все так просто. К моим бокам приклеены маленькие легкие подушки, которые не сковывают движения и прибавляют размера три.

«Вернусь, сама их замотаю в эти подушки, чтоб их», – по-доброму мысленно пригрозила своим разбойникам. «Так, вроде все двенадцать подушечек», – быстро закончила с ними, ведь медлить нельзя. Наконец осталась в своей удобной одежде. В белой обтягивающей футболке в горизонтальную полоску и темно-серой свободной юбке чуть выше колен. Осталось сменить эти дурацкие босоножки на свои удобные кроссовки и снять макияж.

Достала из внутреннего кармана плаща влажные салфетки и начала стирать грим. Времени это долго не заняло, не в первый раз ведь. Где-то рядом должен быть рюкзак с моими вещами. «Ну и где же он?» – пронеслось в моей голове, пока я взглядом искала его в куче мусора.

– А вы, мадам, прежней мне нравились больше, – раздался мужской голос во тьме.

Я обомлела. Вот и все, допрыгалась. Пока искала рюкзак, отошла от бака, на котором лежал плащ с револьвером. «Бежать обратно слишком поздно, у него виден в руках пистолет, и он направлен на меня. Даже если успею достать свой пистолет и выстрелю в этого копа, судя по выправке, убийство мне не прибавит чести. Ну что ж, будем играть в дурочку», – проносились мысли в голове.

– Могу ради вас одеться обратно, если изволите, тем более в такой сырости здесь прохладно, – нервничая, как школьница, промямлила я.

– Стоять! Ты мне лучше вот что скажи, – ответил мужской бас, – сколько ты взяла с собой денег?

– А-а-а, э-э, денег? Да там немного было, совсем немного. Могу вернуть, если надо, – оправдывалась я, понимая, что наказания не избежать. Либо пуля в спину, либо срок.

– Кому вернуть? Что ты вообще несешь, девочка? У меня к тебе деловое предложение, а ну, подойди. Не бойся, я не кусаюсь. По вторникам, – немного хрипя, выговорил человек с пистолетом и громко чихнул.

Делать было нечего, пришлось подчиниться. Я подошла поближе и увидела какого-то бездомного, который держал в руках футляр для солнцезащитных очков, в которых я была в магазине, и мой открытый рюкзак с вещами.

– Возьмешь за полтинник сумку вместе с содержимым? Кушать хочется. Выручи, девочка, – с надеждой он посмотрел на меня и вежливо улыбнулся.

Еще с полминуты я стояла в ступоре, не веря своим глазам. Это не полицейский, у него нет пистолета, мои вещи в порядке. Выдохнула от облегчения – напридумывала себе невесть что и сама же поверила. Бездомный сидел в тени, чтобы его не было видно стражам правопорядка. Оно и понятно, ни к чему такие приключения. Густая борода, длинные немытые волосы, грязные руки, рваная одежда – все в нем выдавало крайнюю нужду.

– Пятьдесят долларов не многовато? – иронично поинтересовалась я, хотя была готова дать и все двести, лишь бы выбраться из этой переделки живой и здоровой. Но главное – неузнанной.

– Ладно-ладно, давай тридцать, и по рукам. Только прошу, не кричи и не зови полицию. Иначе меня посадят, – бойко проговорил мужчина.

– Кричать не буду, не волнуйтесь. Сама не люблю гласность, – ответила я, всматриваясь в свой рюкзак. Он был не тронут, только расстегнут один отсек, видимо в поисках еды. – Можно? – указала я на рюкзак.

– Конечно, посмотрите, за что собираетесь платить.

Взяла рюкзак, подошла к бумажному пакету, просунула в него руку, незаметно взяла часть денег и положила в открытый отсек. Затем двинулась к мужчине, протягивая чуть более крупную сумму.

Я видела, как он обомлел. В его глазах читалось удивление. Оно и понятно – кто бы по своей воле дал незнакомому человеку денег больше, чем тот просит?

– Берите деньги, и по рукам! – поторопила я продавца своего рюкзака. – Только скажите, откуда он у вас?

– Я нашел его минут десять назад, – виновато ответил мужчина, – какой-то хулиган закинул его в этот переулок, попав как раз мне в спину. А ведь я спал. А сон-то какой был… – и взял деньги.

– Вот возьмите еще овощи. Они свежие. Потом купите себе еще, – сказала я, отдавая пакет, в котором валялось еще несколько зеленых огурцов, помидоров и еще кое-что, и вернулась к плащу с револьвером.

Забрав брошенные вещи, направилась обратно к моему собеседнику.

– Вы голодны, нужно подкрепиться! – заботливо сказала я. – Там помидоры и салат, немного стручковой фасоли. Уж простите, что она не мытая, какая есть.

– Спасибо, спасибо большое! – протянув руки к еде, жалобным голосом произнес бездомный.

– Кстати, возьмите подушки, чтобы было где спать. Они маленькие, но мягкие, должны понравиться. И вот еще плащ. Он не такой теплый, как хотелось бы, но от ветра спасает просто чудесно. За размер не волнуйтесь – подойдет, сама примеряла.

Глаза мужчины делались все более круглыми. Он не понимал, что это все значит, за что ему выпала такая честь. Но больше всего мужчина испуганно удивился, когда я достала пистолет из внутреннего кармана плаща.

– Не волнуйтесь, это муляж, – спокойно сказала я, чтобы не шокировать, и улыбнулась. – Плащ вам, револьвер мне. Но мне нужно идти, всего вам доброго. И помните – меня здесь не было!

Держа в руках свой рюкзак и широко улыбаясь, я пошла обратно к мусорным бакам, где лежал рыжий дурацкий парик. Достала кроссовки, убрала пистолет, протерев его и эти огромные очки использованными салфетками, быстро переобулась. Грязные салфетки, очки и неудобные босоножки положила в рядом стоящую коробку, которую затем аккуратно перенесла в бак. Хорошо, что все это продолжалось недолго, ведь мне еще нужно уйти подальше отсюда.

«Куда же деть пистолет? Не отдавать же его бездомному! Да и случайный прохожий не должен его найти. Если полицейские сработают хорошо, то опросят того старика на лавочке, и он им скажет, куда идти. А положу-ка я пистолет в эту же коробку. Пускай пороются в мусоре – работа такая, что поделать?» – и, хихикая, я вышла из подворотни с рюкзаком на спине. Полностью другим человеком.

Глава 3

Капитан Вильямс

«Она должна быть где-то здесь – это глухой переулок, отсюда не выйти просто так» – думал я, стараясь как можно быстрее просмотреть все пространство предполагаемого места пребывания преступницы, но боль в правой ноге мешала нормально передвигаться. Старое ранение давало о себе знать.

«По пожарной лестнице, вероятнее, не полезет, ведь с пакетом будет неудобно. И она же вооружена, надо быть осторожнее», – кружился в голове поток мыслей. «А что, если она выбежит мне навстречу? Может, вызвать подкрепление? Да ну, глупости, и не таких брал», – думал я, расстегивая кобуру, прислушиваясь к каждому шороху и звуку многомиллионного города, стараясь вычленить именно то, что может помочь мне в поимке.

Но кобура, как назло, отказывалась расстегиваться по моему первому требованию. Я уже не раз говорил начальству, что ее необходимо заменить, но пока оно оставалось глухо и слепо; наверное, ждут случая, когда я столкнусь с реальным вооруженным преступником нос к носу и меня, наконец, застрелят. Только это заставит их задуматься об устаревшем обмундировании. И неважно, что я давно не выезжаю на вызовы, в последний год занимаясь обучением новичков.

Полез двумя руками к пистолету, на мгновение отвлекаясь от пространства, опустив голову. И именно в этот момент с кем-то столкнулся, больно ударяясь плечом.

– Эй! Осторожнее! – возмущенно крикнула на меня девушка с русыми волосами, забранными в хвост, одетая в белую футболку со смешным принтом панды с блестками и темную юбку чуть выше колена. – Я могла упасть!

Она налетела из-за угла так внезапно, что я не успел сориентироваться, ведь даже не слышал ее.

– Извините, – опешил я, пытаясь понять, как мог пропустить ее шаги, ведь чутко прислушивался, – нет времени. Здесь идет задержание опасного вооруженного преступника. Вам лучше покинуть эту территорию, – выдал скороговоркой, наконец доставая свой пистолет, при этом мимолетно сравнивая незнакомку с той пожилой женщиной, что я видел у магазина, но не отметил ничего общего. Значит, это не она.

– Конечно, офицер, я ухожу, – произнесла девушка чуть испуганно и быстро зашагала прочь. Я обернулся, только теперь понимая, почему не слышал шагов – подошвы ее кроссовок была достаточно мягкими, скрадывая шаги.

– Ох уж эта молодежь, – проворчал я, копируя слова рыжей пожилой женщины, за которой теперь охочусь, и сосредоточенно обернулся в сторону переулка. Идти, удерживая одной рукой трость, а другой наводя оружие, было уже почти привычно, хотя по первости, сразу после травмы, думал, что совсем не смогу этого делать, но тело привыкло. А вместе с ним и я.

И вот наконец я в переулке.

Оглянулся, выискивая признаки хоть какой-то жизни или намеки на то, что здесь как минимум кто-то был.

На первый взгляд никого, только мусорный бак приоткрыт. Прислонив трость к кирпичной стене здания, сдвинул крышку, сразу же наводя пистолет на пустоту, пытаясь выцепить в полумраке мусорных пакетов что-то дышащее, но ничего не шевелилось. Для надежности потыкал тростью пару пакетов на дне. Мягкие, а значит, тут в самом деле никого.

Проверил и остальные баки, но все было чисто.

Пошел дальше, вглядываясь в покрытые граффити стены, пытаясь увидеть какой-нибудь черный вход в здание или даже в подвал, но ничего нет. Но не растворилась же она!

Однако, когда я уже почти расстроился, что упустил дамочку, невдалеке послышался какой-то шум. Насторажился, весь подбираясь и на время отставляя трость в сторону, двигаясь плавной, щадящей походкой с присогнутыми коленями и стараясь не обращать внимания на адскую боль в правом.

Эффект неожиданности всегда был лучшим способом задержания бандитов, так что я выскочил, как мог, из-за угла и громким отработанным голосом крикнул:

– Полиция, руки вверх! – спиной ко мне в темноте стоял силуэт в плаще. – Брось оружие или я буду стрелять! – еще громче приказал, ожидая всего чего угодно.

Однако руки медленно поднялись, и оружия в них не было. Это удача, но расслабляться не стоит.

– Выйди на свет и повернись ко мне лицом. Без резких движений, – уже намного спокойнее сказал я, чтобы не провоцировать преступницу, но по мере разворота фигуры испытывал все большее удивление.

«Что за?..» – нахмурился, цепко рассматривая фигуру в плаще. «Откуда у нее борода?» – сначала подумал я, но потом все же разглядел мужчину, который покорно выходил на свет.

Судя по обветшалой одежде, виднеющейся под плащом с грязными пятнами от какого-то соуса, можно было сделать вывод, что он бездомный. В пользу этой же теории говорили его нечесаные, грязные и спутанные волосы и в целом весьма помятый вид.

Шумно выдохнув, опустил оружие, признавая, что это точно не тот, кого я ищу.

– Кто вы, откуда этот плащ? Кого-нибудь видели здесь недавно? – спросил я быстро, пытаясь понять, как та дамочка могла меня опередить.

– Пожалуйста, не стреляйте! – взволнованно воскликнул бородач. – Нет у меня никакого оружия. Я живу здесь, в этих коробках, плащ нашел в баке, когда искал еду. Решил померить – смотрите, как чудесно подошел, – широко улыбаясь прогнившими зубами, начал кружиться мужчина, словно он балерина на паркете, заметив, что я уже не угрожаю ему пистолетом. – Никого здесь не видел, слышал только какие-то звуки ближе к улице, думал, кто-то выбросил мусор, пошел поглядеть, а тут такая красота! – погладил он плащ руками.

– Вы бездомный, мне нужно отвезти вас в участок, проверить всю информацию и решить, что с вами делать, – разочарованно сказал я, убирая пистолет на место.

Как же не хотелось ехать с ним в участок! Праздник на улице, хорошая весенняя погода, а я тут в мрачном загаженном переулке дышу сырым воздухом.

Да какого, собственно, черта, я об этом забочусь? Это не мои проблемы, вон пусть офицеры едут и разбираются. Сами от меня избавились, как только я получил ранение, вот и пусть… работают теперь тоже сами!

Понятно, что во мне говорила обида, но я ничего не мог с собой поделать. Достал рацию, сдвигая в сторону парадный китель, в который пришлось вырядиться из-за праздника.

– Дежурный, это капитан Вильямс, – монотонно сказал я в рацию, активируя нужный канал связи. – Переулок Карпина по Дауншифт-авеню. Бездомный, надо бы забрать.

– Капитан, – донеслось в ответ меньше чем через минуту, – все наряды заняты патрулированием, остальные на площади. Освободятся только вечером, тогда и заберут. Никуда он не денется, конец связи, – безразлично ответил дежурный, и рация замолчала.

– Что ж, – пожав плечами, начал я, – видимо, сегодня вам повезло: у вас есть время собрать свои пожитки. Патруль приедет к вечеру и заберет вас. Если хотите крышу над головой, какая бы она ни была, —сказал чуть тише, – дождитесь полицейских. Всего доброго.

Бездомный промолчал, и я решил, что сделал здесь все, что мог. Пошел обратно к бакам, где, по словам мужчины, он нашел плащ, да и я оставил там свою трость, без которой теперь не могу нормально передвигаться.

«Не зря ведь это есть в учебной программе курсантов» – подумал я и открыл баки во второй раз, раздвигая мусор в стороны в надежде, что тут появился не только плащ, но и что-то поинтереснее. Удача! В глаза бросилась чистенькая и свеженькая картонная коробка.

Надел перчатку, благо она входит в комплект парадного костюма, аккуратно достал коробку.

– Опаньки, – обрадовался я, когда разгреб лежащие сверху салфетки, рассматривая добычу, – а вот и рррр-револь-ввер, – передразнил того смешного усатого кассира. – Что там дальше? – зарылся глубже. – Парик. Какой ужасный парик, это же надо было такой напялить. А ведь ей шло, – с задумчивой улыбкой вспомнил я и увидел очки и футляр от них на дне, – Ну хоть что-то.

Время искать преступницу по горячим следам уже ушло, да и рана в ноге не давала покоя после продолжительного бега. Не торопясь, я собрал улики обратно, взял коробку левой рукой и неспешно побрел к площади смотреть вручение значков уже бывшим курсантам и нынешним полноправным полицейским.

«Хоть бы успеть на вручение своего выпуска. Вечером отдохну» —пронеслось в голове, вызывая огорчение, и я ускорил шаг. Вдалеке увидел патрульную машину, подошел к коллегам, отдав коробку со словами: «К вечеру будет вызов о разбое. Этот болван только через несколько часов поймет, что произошло». И, сделав безразличную гримасу, побрел на отдаленные звуки музыки.

Глава 4

Девушка с рюкзаком

– Угадайте, кто вернулся! – крикнула я, входя в свою уютную небольшую квартирку. У моих разбойников были ключи, и они часто зависали здесь, даже когда я отсутствовала.

Конечно, тут не так уж много места, как хотелось бы – всего лишь гостиная, совмещенная с кухней, и небольшая спаленка, да и ремонт довольно старомодный, доставшийся мне еще от прошлых хозяев, но главное, что это была по-настоящему моя квартира. И я любила ее такой, какая она есть. К тому же втроём мы вполне помещались.

– Привет, Робин! – поприветствовал меня двадцатилетний брюнет, радостно улыбаясь, и щелкнул пультом телевизора, выключая плазменную панель. – Ну как все прошло? – тихо спросил он, глядя слегка исподлобья, как часто это делал. Густая темная челка упала ему на лицо, делая внешний вид привлекательным. Всегда считала, что ему бы пошла мотоциклетная куртка и парочка чокеров на шее. Все девки были бы его. Однако он предпочитал повседневный стиль – джинсы и цветные футболки, редко заставляя себя сменить верх на рубашку, когда этого требовал случай.

– Здравствуй, Мартин! – ответила я, ставя рюкзак на стул в прихожей, ощущая настоящее облегчение, что все завершилось и все в порядке. В очередной раз. – В этот раз почти идеально, если не считать нескольких инцидентов. Представляешь, два раза столкнулась с полицейским, чуть не высыпала при нем деньги, сердце в пятки туда-сюда-обратно скакало. И да, в следующий раз поаккуратнее прячь рюкзак с вещами, а то я слишком много времени убила, пока его искала. Если бы полицейский не задержался где-то, то меня наверняка бы могли схватить.

– А что не так? – слегка иронично спросил Мартин, нахально фыркнув. Он иногда вел себя как настоящая задница, но я все равно его любила. – Я тихонечко его оставил за баком, где и договаривались.

– Ты швырнул его в спящего человека! – немного громче ответила я и приподняла бровь. – Тем более обманывать, как ты знаешь, не всегда хорошо. – Иногда я ощущала себя настоящей мамочкой этих двоих, хотя на самом деле была ненамного старше.

Щеки Мартина едва заметно покрылись краской, но внешне он никак не показал своего смущения, вскочив с большого синего дивана по центру гостиной. Этот предмет мебели определенно был моей гордостью – я купила его на распродаже в позапрошлом году, и он служил мне верой и правдой.

– Да кто ж мог знать, есть там кто или нет? По другой стороне улицы шли патрульные, они могли заметить, как я захожу с рюкзаком и выхожу без него. Подозрительно, знаешь ли! – виновато ответил брюнет, все же признавая за собой ошибку. – Поэтому по-быстрому выкинул его и ушел дальше.

Что ж, я и не собиралась над ним издеваться. Лишь немного пожурить, чтобы в следующий раз думал головой.

– Ладно, – успокоила его, – все бывает. Не страшно. Кстати, вот умора сегодня случилась с этим усачом! – с улыбкой сказала я. – Надо бы рассказать об этом и Рику. Где он, кстати? – обернувшись, посмотрела вокруг. Обычно эта парочка практически неразлучна, и я ожидала встретить их обоих у меня в квартире.

– Вышел купить еды. А то тебя не дождешься. Ты купила стручковую фасоль с помидорами? Сделаем салатик? – поинтересовался Мартин, подходя к кухонному островку и доставая большую стеклянную миску.

Этот парень определенно любил и умел готовить, часто балуя нас вкусной едой.

– Твоя еда была жестоко съедена голодным бездомным человеком, которого ты посмел разбудить моим рюкзаком, – весело улыбнулась я своему разбойнику, слегка виновато разводя руки в стороны. Надо было в самом деле зайти в супермаркет, что ли… Не подумала, признаю. Слишком хотелось попасть домой. – Так что у нас два выхода: либо мы ждем Рика и, как всегда, разочаровываемся в его выборе, либо заказываем пиццу. И так как времени у нас маловато – скоро ночь, и тебя снова потеряют родители, – выбираем пиццу.

– Пиццу! – уверенно откликнулся Мартин, убирая миску на место. Он так же, как и я, не любил, когда Рик покупал свои безвкусные консервы вместо нормальной еды. Не знаю, как можно есть эту гадость, но мой второй разбойник их просто обожал.

Я взялась за телефон, подходя к небольшому журнальному столику, рассматривая буклеты с доставкой.

– Добрый вечер, – сказала я уже спустя пару минут женщине на том конце провода. – «Ананасовый рай» огромную, наличка, самовывоз, – вежливо попросила я. – Через двадцать минут зайду, спасибо.

Пиццерия находилась за углом, так что я не видела смысла платить за доставку.

– Нет, Робин, опять ананасовая? Да сколько можно? – простонал Мартин, хватаясь за голову, словно я разочаровала его слишком сильно.

– Это тебе в наказание! – весело кинула в него сложенным пополам листком бумаги, должным изображать из себя самолетик. Но мое художество, как обычно, оказалось провальным. – Мне она тоже надоела, но когда дело будет проходить на отлично, тогда и поговорим о ваших супер-пупер острых с колбасами, сырами и оливками. А сейчас ставь чай.

Не успели мы доспорить, как входная дверь открылась и вошел Рик, тут же радостно улыбаясь, совсем как Мартин недавно.

– Здравствуй, Робин! Ну как все прошло? Мы тебя заждались, поэтому я купил консерву с тунцом.

Мы с Мартином переглянулись, сдерживая улыбки.

– Рик, ты в своем репертуаре! – насмешливо фыркнул брюнет. Однако я знала, что, несмотря ни на что, оба были друг за друга горой, а все эти веселые подколки и фырки – лишь напускное.

– Ты про консерву, или что я так долго ходил? – оправдываясь, опустил голову вниз наш компьютерный гений, тоже едва сдерживая улыбку.

– Не слушай его, он проголодался, поэтому так шутит! – разрядила обстановку. – Доставай, что принес. Сейчас будем дегустировать. Только мне нужно отлучиться минут на десять, а вы пока наливайте чай, все готовьте… Словом, скоро буду, – и я вышла из дома, не забыв прихватить с собой явно купленный для меня небольшой пирожок со все той же рыбой, подмигнув парням.

Если консервы я еще как-то выдержу, то всю эту сдобу, тем более с рыбой, я просто терпеть не могла.

Разбойники – это двое моих студентов. Первый – Рик. Этот рыжий парень был из детдома, родители оставили его в детстве по непонятным причинам. Я читала дело.

Его родители не были алкоголиками или преступниками, мальчика в год просто оставили у дверей с запиской и несколькими сотнями долларов, а сами пропали. В этой записке было имя, фамилия ребенка и возраст, также родители обещали найти и забрать Рика, как только будет возможно. Его дразнили из-за рыжего цвета волос, и вскоре ребенок стал замкнутым, поэтому очень много читал, коротая свое детство в одиночестве, все надеясь, что его и вправду заберут.

Но мальчик рос, и надежда с каждым годом все больше оставляла его. Рик рано повзрослел среди более старших ребят-хулиганов и девочек-задир. Тот детдом не был идеальным местом для воспитания личности, оттуда скорее выходили дети с полукриминальным прошлым и еще худшим будущим. Но Рик не хотел стать таким же, как и его сверстники, поэтому блестяще учился в школе, где я его и приметила, когда согласилась заглянуть с небольшим курсом от университета, чтобы заманить молодежь.

До сих пор помню тот день в деталях – была конференция среди учеников по разным направлениям. От биологии и химии до литературы и искусствоведения. Я сама только второй год преподавала информатику в университете, поэтому мне было интересно познакомиться с талантливыми детьми. На работе в те годы мне разрешалось учить детей только основам: строить таблицы и делать презентации, не более того. Дальше я и не лезла. Но все же хотелось знать, пусть и не от моих занудливых коллег, как движется наука информатики.

Рик выступал со своей работой об информационной защите предприятия. Он сделал все – от сайта и ежедневно сменяемых паролей до непосредственно физической защиты здания с кодовыми замками и паролями. Я слушала его с такими широко открытыми глазами, будто увидела огромный бриллиант. (Хотя почему «будто»? Я до сих пор считаю, что он лучший, кого знаю). Так оно впоследствии и оказалось.

К сожалению, в тот год жюри не оценило работу молодого таланта. Они посчитали, что в этом возрасте ребенок должен рисовать анимацию и писать несложные программы. И по причине того, что работа Рика была крайне сложная и интересная, его не посчитали автором, сказав, что работа украдена, скопирована, а то и просто сделана его родителями, чтобы получить грант в качестве награды за победу в конференции. Мальчик тогда на глазах у всей аудитории расплакался и убежал. А я догнала и сделала предложение, от которого он не смог отказаться.

Хах, до сих пор помню его огромные глаза, когда я предложила исправить несправедливость своим способом, проучив членов жюри: взломать их аккаунты в социальных сетях и слить парочку откровенных тайных переписок – не с женами, разумеется. И его удовлетворение, когда благоверные этих напыщенных снобов требовали раздела имущества. Я даже сводила его на суд по бракоразводному процессу одного из них.

Сдав на отлично вступительные экзамены, Рик поступил на кафедру информационной безопасности. Преподавателями у него были не те зануды, с которыми я начинала свою работу, а новые специалисты из именитых вузов, привлеченные к нам грантами и бесплатным жильем. Они уже по-другому вели свою работу с детьми, окуная их в омут возможностей программирования.

Людей в университете было много, но, к сожалению, мало кто общался с Риком, поэтому я часто оставалась вдвоем с ним на кафедре, где он рассказывал о своих трудах и планах. В учебных аудиториях стояли камеры, и было бы подозрительно постоянно зависать в их поле зрения. Другое дело кафедра – она состояла из прихожей, где сидел секретарь, стояло несколько компьютеров и принтеров для студентов; нескольких кабинетов для преподавателей и, конечно же, огромной приемной заведующего кафедрой.

Скольких же трудов стоило выбить себе один из этих кабинетов! Здесь мне помог Рик и его работы. Официально мы работали над новыми проектами, формально – искали наших «клиентов», изучали их, вскрывали почты и узнавали много нового, на чем можно заработать.

Второго разбойника, Мартина, нельзя было просто взять и не заметить.

Этот высокий брюнет был одним из заводил своей группы: постоянно организовывал походы, всевозможные вылазки, упрашивал администрацию университета открыть внеочередной доступ к спортивной площадке, где устраивались соревнования по волейболу, теннису и другим активным видам спорта, и это все за первые полгода учебы!

Мартин учится на экономиста, и сразу бросалось в глаза, что он пошел туда не по своей воле. Отец у него был управляющим банком, мать – заместителем директора в страховой компании. Родители хотели, чтобы чадо пошло по их стопам, но юношеская неусидчивость и сугубо позитивный настрой делал из парня далеко не самого прилежного ученика.

Как-то на кафедре мои коллеги обсуждали возможное скорейшее отчисление Мартина из-за неуспеваемости. Репутация не позволяла принять небольшое отчисление его родителей в бюджет университета. Новости вмиг разлетятся, так что из-за одного ученика было решено не рисковать. Поэтому я решила подтянуть его по предметам, а затем, увидев в нем подходящую кандидатуру, посвятила его в наши планы. Помню, как глаза Мартина чуть не вывалились от одновременного удивления и радости. Взяв обещание никому ничего не рассказывать, даже если его защекочут до смерти, мы приняли парня в команду.

Через месяц мы занимались всем уже втроем. Мальчики хоть и были ровесниками, долго привыкали друг к другу. Зато потом наше времяпрепровождение стало доставлять удовольствие всем – Рик подробно вдавался в детали своих задумок, я направляла его в нужное русло и по ходу объясняла Мартину математический анализ. Так и получилась наша шайка. Или банда. Пришлось в моем кабинете поставить еще один стул. Места еще меньше, зато доверия друг к другу больше.

Глава 5

Откусив самый краешек пирожка, где нет начинки, вышла из квартиры, и тихонько, будто задумчиво, пошла по лестнице. Сама же вслушивалась в разговоры соседей.

На втором этаже, прямо подо мной, жила женщина с двумя детьми – мальчиком семи лет и трехлетней девочкой. Милая, добрая, отзывчивая женщина, еле способная прокормить и одеть детишек. Днем она работала в садике, где воспитывалась девочка, а после того, как уложит детей спать, уходила мыть полы в школу, где учился сын. Ей было очень тяжело тянуть сразу двоих, тем более что отец совершенно не вспоминал об их существовании, решив, что развитие собственного бизнеса важнее семьи.

И все бы ничего, если бы хоть оплачивал счета свой покинутой семьи, однако вместо этого он обобрал бывшую супругу как липку, выгнав ее из квартиры и отсудив у нее старый кадиллак, годный разве что на помойку, гараж из-под которого он и использовал для варки своего мыла, что продавал в центре за бешеные деньги, злостно привирая насчет его эксклюзивности и полезности.

Иногда я сидела с детьми соседки. Мне было так жалко семью, что недавно мы с моими разбойниками все же разузнали кто и где их отец, взломали его почту, увидели договоры о поставках и зарплатах рабочих, узнали о гаражном производстве, установке тревожной кнопки. Вчера ночью даже проведали его магазин – Мартин проверил, есть ли где-нибудь оружие, Рик поискал скрытые камеры и посмотрел, что тревожная кнопка выключена, я пересчитала деньги в сейфе, благо код был сохранен все на той же почте, так что взламывать не было нужды. Ночью мы ничего не взяли, мы же не обычные воришки, наша цель – напомнить человеку о своей ответственности, пусть этим человеком и является пустоголовый усатый Билл. Сегодня утром он это вспомнил. Надеюсь.

Сейчас, проходя мимо двери своей соседки, я ничего не слышала. Уже поздно, и дети, скорее всего, спят. «Надо бы вернуться побыстрее, вдруг проснутся», – подумала я и быстрым шагом спустилась еще ниже.

Наш домик с квартирным фондом был совсем небольшим. На первом этаже жили алкоголики, которые ходили друг к другу в гости и пили вместе. На втором была только соседка с детьми, а напротив меня жил старенький бодренький дед. Потому насчет скрытности я не переживала. Все знали, что я преподаватель, занимаюсь репетиторством, так что подозрений не было, если ко мне кто-то приходил. Хотя Мартина и Рика я уже давно назначила своими племянниками для соседей, чтобы не было лишних сомнений.

Выйдя на улицу, вдохнула наполненный выхлопными газами воздух полной грудью. Мимо промчалось отчаянно бибикающее такси, кто-то невдалеке устроил локальную разборку, был слышен шум города. Нью-Йорк… Обожаю этот город! Город возможностей и мечты, хотя тех, кто не сумел с ним слиться, он совсем не щадит.

Глянула на мрачное небо. Как же быстро стемнело… Огни проезжающих машин как обычно слепили, заставляя щуриться. Двинулась по левой стороне улицы, высматривая в картонных коробках нужное.

– А вот и наш Фред! – радостно встретила я бездомную местную собаку, ради которой и вышла сюда, наклонилась к ней, погладила и, на всякий случай обернувшись поглядеть, смотрит ли кто на меня из окон собственной квартиры, дала бродяжке остатки пирожка. Я знаю, что мои окна в это время суток закрыты наглухо, но не могу на глазах Рика кормить бедняжку его выбором на ужин, если он случайно выглянет в окно.

Фред посмотрел на протянутую руку и выпечку в ней, понюхал и словно бы поморщился, шумно чихнув, хотя был совсем не привередлив.

– Кушай, дружок. Понимаю, это не то, что ты ожидал, но все же еда.

Безысходно вздохнув, собака лизнула мои пальцы забрала остатки еды и тихонько ушла к себе в угол около входной. Вот и ладненько.

Отряхнув руки от крошек, довольная собой, поднялась и пошла к пиццерии. Вечера еще оставались холодными, несмотря на то, что днем было довольно тепло. Поплотнее закуталась в пуловер и зашагала шустрее, огибая редких прохожих широкой дугой. Яркая вывеска с кусочками пиццы так и манила к себе.

– Добрый вечер, я за «Ананасовым раем», – зашла в теплое помещение, растирая подмерзшие пальцы. Надо было хоть юбку сменить на джинсы, но что сделано, то сделано. Замерзнуть совсем не должна.

– Да-да, мы уже поняли. Только вы ее и заказываете, – ответил продавец с улыбкой, показывая на большую коробку, подготовленную специально для меня.

Фыркнула, доставая из кармана юбки пару банкнот и забирая свой заказ.

Обратный путь занял гораздо меньше времени, чем я потратила на поход сюда, и я даже почти не отморозила себя пятую точку.

Ребята в квартире о чем-то возбужденно спорили, устроившись на кухонном островке, расшвыряв повсюду какие-то бумаги. Мартин с горящими глазами почти прыгал вокруг Рика. Рыжик, в свою очередь, сидел за столом и медленно отрицательно мотал головой, слегка сжав губы.

– Это не выйдет, это опасно, это сложно… – бормотал Рик, – ты не пролезешь.

– Куда это он не пролезет? – приподняв брови и откусывая долгожданный кусочек пиццы, спросила я, предлагая парням присоединиться к пиршеству.

Мартин тут же жадно схватил кусок, но не успокоился. Ананасы он не любит, как же… А то я не знаю моих разбойников! Рик присоединился к нам, тоже забирая себе кусочек, педантично достав для этого тарелку, чтобы не крошить.

– Да везде я пролезу, там свернусь клубком, вот здесь буду отталкиваться ногами, а здесь… – показывал в лежащие на столе бумаги брюнет, пока я его не перебила, рассматривая не слишком понятные мне чертежи. Но… захотят – расскажут.

– А здесь, – встряла я в разговор, глянув на время и поняв, что уже совсем поздно, – время ночь, так что быстренько убираем со стола и пора на выход, разбойнички. Мне еще приготовиться к завтрашней лекции надо, так что марш домой!

Пицца была уже прикончена, так что не приходилось переживать, что ребята голодные.

Мартин едва заметно скривился от моего указа – с родителями он все же не особенно ладил, а вот Рик лишь равнодушно пожал плечами. Он жил не так далеко от меня в выделенной ему комнате в общежитии кампуса, так что мог не слишком торопиться.

– Робин, мы нашли нового «клиента»! – наконец разродились оба, глядя на меня с ярким светом азарта в глазах.

Ухмыльнулась, двигая к себе ближе их чертежи. Что ж… посмотрим, что они тут нарыли.

Глава 6

Капитан Вильямс

– Привет, моя красавица! – устало поприветствовал я свою лохматую сожительницу. – Кушать хочешь, Клэри? Давай сейчас разогрею, поешь. Как прошел день?

В ответ послышался звонкий радостный лай, заставивший мое сердце порадоваться. Ко мне на руки беспардонно запрыгнула небольшая собака и всего облизала, словно я не на пару часов отлучался, а как минимум суток на трое. Нога заныла от неожиданного веса. Избитый коротким хвостом, поставил мохнатую на пол, потрепав дворнягу по голове.

– Да, я тоже соскучился. Давай пока иди погуляй быстренько, а потом возвращайся – ужинать будем. Сегодня у тебя говядина с овощами.

Приоткрыл дверь, давая ей выбежать в крохотный сад. Клэри мигом выскочила из дома. С улыбкой проводил ее взглядом и двинулся к холодильнику, порадовавшему меня полупустой банкой газировки и одинокой плиткой шоколада, непонятно как сюда затесавшейся. Негусто.

«Ничего страшного, если сам останусь голодный, но не накормить свою малышку, это грех страшный», – размышлял, открывая банку свежих собачьих консервов.

Как же хорошо, что я наконец дома. Пока чайник разогревался, скинул ботинки и рухнул на диван, глядя в потолок. Телевизора нет, да и зачем он мне. Есть радио, новости все слышно. Я снимал эту квартирку вот уже пять лет, впечатлившись именно отдельным выходом в сад, как раз для моей собаки. А так это была весьма тесная, крохотная студия, где всего одна комната для всего на свете, с такой же крохотной душевой, больше похожей на чулан.

Налив кружку чая, включил ноутбук, по привычке проверяя почту. Сразу же посыпались входящие от моих выпускников. Ой, сколько же фото! Как они любят делать селфи, а ведь вроде взрослые уже, офицеры полиции. «Ха, а вот это здорово получилось», – четыре выпускника сели на плечи к другим, надели плащи так, что получились четверо высоких здоровых полицейских, и брызгают водой из пистолетов в другие выпускные группы.

– Вот ведь преступники, – с веселой улыбкой прокомментировал их шалости.

Начал смотреть почту дальше. Полчаса назад пришло приглашение от одной из выпускниц посетить их тусовку. Фыркнул. Она даже прикрепила фотографию, где мой выпуск делает жесты, приглашая к заставленному едой и напитками столу. А то, видите ли, без наставника не то. Вспомнились былые времена, свой выпуск… У нас такого, конечно, не было, всех этих клубов мы себе не позволяли, но изрядно повеселиться и оторваться могли.

Открыл очередное сообщение – оно от Эдмонда, моего «осведомителя» из участка. Мы вместе учились, прошли огонь и воду, и теперь он, как семейный человек с тремя детьми, выбрал безопасную работу в дежурке, а меня после травмы отстранили от выездной суеты. Хорошо хоть вступилось начальство и мне сохранили работу, просто поставив скорее наставником, чем боевой единицей. Что эти федералы вообще забыли в том складе…

«Две драки, семейная разборка, не заплатил в магазине», – прочитал сводку на сегодня по моему участку. Бывшему, разумеется.

Полистал ниже, глядя на номера улиц, пытаясь найти нужное.

«Вооруженное ограбление, бездомный».

– Вот оно! – радостно вскинул руки, словно это было лично моей заслугой, что сводку вообще написали. – Надо бы посмотреть, кто занимается ограблением, может, получится восстановить картину, – как всегда вполголоса проговорил я.

Рядом никого не было, так что я мог позволить себе создать видимость того, что сейчас не один. С напарником мне никогда не случалось скучать, а сейчас приходилось разговаривать с вернувшейся с прогулки собакой, просочившейся в специальное окошко в двери и уже радостно жующей свои консервы.

Захлопнул ноутбук и убрал его на журнальный столик, глянув на часы. Время почти десять, а спать не хотелось. Так всегда бывает, когда пытаешься распутать дело, даже если не свое, забивая голову все новыми мыслями и догадками. Несмотря на усталость, выпитый чай приободрил так, что все-таки я решил «тряхнуть стариной» и отпраздновать свой первый выпуск. В конце концов, почему бы и нет? Я не так уж стар, чтобы игнорировать молодежные тусовки.

Натянул повседневные брюки, рубашку. Долго выбирал между удобством и стилем. Выбрал удобство и надел кроссовки.

«Довольно формальностей, надо встряхнуться» – сказал себе мысленно.

Ловко прикрепил пистолет под пиджак, по привычке – на левый бок. Значок справа, чтобы не светить оружием. Выходя, хлопнул пристроившуюся на диване свою сытую красавицу.

– Вернусь поздно! – сообщил Клери и в последний раз глянул на себя в зеркало. Вроде выглядел вполне прилично.

Клуб находился недалеко от моего дома, так что я решил не торопиться, а спокойно проехаться на своей старушке-машине по пустым улицам, тем более свежий ночной воздух был как панацея после сегодняшних приключений. По дороге увидел девушку, которая кормила пса, по его лохматости можно сказать – бездомного. Как же прекрасно, что в наше время остались добрые люди.

Приехав, оставил машину около заднего выхода отдельно стоящего здания, чтобы не мешать толпе подвыпивших, когда они начнут вываливаться из клуба. Как часто бывало в моей практике, этот контингент может оставить некоторые биологические следы на автомобиле, так что лучше подстраховаться.

Фейсконтроля в клубе как такового не было, разве что смотрели, чтобы был не малолетка и не вдребезги пьяный. Зато внутри обыскали бы по полной, но я поспешил предъявить значок во избежание. Формальности, но именно они спасают жизни людей.

Свой выпуск не пришлось искать долго, так как двое из моих ребят – Адам и Сандер, – уже отжигали на танцполе, распугав добрую половину зала. Я видел их выкрутасы, когда мы оттачивали самооборону в зале. По мне, конечно, это не совсем танцы в моем привычном понимании, но все же лучше танцевать этот брейк-данс, нежели курить траву и колоться. Тогда, в зале самообороны, у них был какой-то баттл – я так и не понял смысла, но ребятам нравилось, так что я иногда давал им возможность развлекаться как хотят в перерывах между спаррингами.

А вот то, что они вытворяли сейчас – ни в какие ворота. Улыбнулся, глядя на их пируэты.

Музыка закончилась, и на сцену вышла Франческа – моя лучшая студентка. Ох нет! Она встала у микрофона и закрыла глаза. Заиграла музыка… Я знаю, что сейчас будет. Мои бедные-бедные уши!

На Новый год она подарила всем однокурсникам и мне диски со своей музыкой. Сказать, что все были в восторге, даже язык не поворачивается.

– Здравствуйте, капитан Вильямс! – послышалось сразу с нескольких сторон. Ребята, мои выпускники, окружили меня. Веселые, все в парадной форме, словно им совсем не жаль ее испачкать всякими жирными закусками и случайно пролитыми жидкостями, но это уже их проблемы. – Как же хорошо, что вы пришли! – чуть ли не хором обрадовались они.

– Я не мог пропустить такое важное событие, – дружелюбно улыбнулся я, подсаживаясь за их стол. – Все-таки первый выпуск самый запоминающийся, тем более такой успешный!

– Это все благодаря вам! – отвечали мне.

– Да, да! – окружили меня голоса.

Настроение плавно поднималось. Клуб, выбранный для празднования, был не так уж и плох. Музыка, что лилась из колонок, не заставляла кричать, помещение достаточно просторное, свет приглушен, но здесь не темно, как в подвале. Повсюду цветные огни.

– Ну что, давайте рассказывайте, как сейчас зажигает молодежь. Я надеюсь, не выпиваете? – притворно нахмурился, рассматривая стоящие за столом бутылки. Крепкого вроде ничего не было.

– Честь мундира позорить нельзя, сами же говорили! – наперебой кричали завтрашние офицеры полиции.

Я рассмеялся.

– Капитан Вильямс, давайте танцевать, – потянули за руки сразу несколько выпускниц, приглашая на танцпол.

Мне тут же нацепили маленькую шляпку на резинке на голову и надели смешные очки. Отлично, теперь я похож на клоуна. Адам и Сандер со своими компаниями (или как называется эта подтанцовка?) уже расходились, как и толпа вокруг них, освобождая место для более традиционных, на мой взгляд, клубных танцев. По ходу дела их даже не смутила Франческа с микрофоном на сцене – они умудрились танцевать и под ее вопли.

«Господи, как хорошо, что со всеми этими разговорами я не слышал песню Франчески», – радостно пронеслись мысли в голове.

Теперь в клубе потемнело. Выключили свет, включили большие диско-шары, которые разбрасывали разноцветные лучи на весь зал. Включилась ритмичная музыка, народ потянулся танцевать. Хотя это по-прежнему не выглядело душным подвалом, да и колонки были расположены удачно в стороне от столиков, так что все равно не приходилось кричать.

Я оглянулся по сторонам. Люди ходили туда-сюда со стаканами, смеялись, флиртовали и, как правило, торговали наркотиками. Этот клуб числился в моей сводке, один раз пришлось в прямом смысле слова штурмовать двери кабинета управляющего. Но это было пару лет назад, больше серьезных инцидентов не случалось. Думаю, сегодня обойдется без происшествий и незаконного сбыта, ведь зал полон людей в форме, какой чудак решит так рисковать?

Громкая музыка расслабляла, самому захотелось было тряхнуть стариной, но нога напомнила о себе, да и с палкой не совсем удобно танцевать. Конечно, если только она не прикреплена к потолку и полу, но это другое. Правой рукой оперся на свою трость, левой попытался изобразить волну, плавно перетекающую в плечи и в правую руку. Не знаю, как это выглядело со стороны, но судя по раздавшимся удивленным голосам танцующих, я все еще могу задать жару.

Какое-то время я еще пытался танцевать, но устал знатно. Подошел к барной стойке, чтобы посидеть отдохнуть. Успел заметить, что некоторые мои выпускники и выпускницы слишком близко танцуют, улыбаясь друг другу с яркими искрами в глазах. Наверное, между ними что-то есть, но это не мое дело.

Пока учились в академии, этого ничего не было видно, да и нельзя показывать свои чувства, по крайней мере я так учил: сначала обязанности, потом романтика. Нельзя в критической ситуации давать решать сердцу, что делать, нужно трезво думать головой.

Нет, я, конечно, не против отношений, но не думал, что ребята станут скрывать это так сильно, что и не заподозрить. Также заметил, что Франческа заметно лучше танцует, нежели поет. Атмосфера расслабляла, мне было весело и интересно.

Внезапно в кармане ощутилась вибрация. Достал телефон.

«Кто это еще может быть почти в полночь?» – удивленно взглянул я на экран и тут же вслух сказал:

– Мама?! – отвернулся в сторону, закрывая телефон ладонью, чтобы было не так шумно и появилась возможность слышать, о чем она хочет рассказать. – Привет, ты почему так поздно звонишь? Почему не спишь еще? – с легким упреком спросил я.

– Привет, золотце. Извини, что поздно, просто хотела убедиться, что ты помнишь про наш уговор.

– Какой уговор? Подожди, пожалуйста, тут музыка громко играет. – Надо отойти еще дальше от барной стойки, чтобы лучше слышать. Сделал пять шагов в сторону. – Да, продолжай, какой уговор? – попытался понять, но в голову, как назло, ничего не шло.

– Ты что, забыл? Мы же договаривались: как у тебя будет выпуск, ты должен кое-куда сходить. Мисс Пирс, помнишь такую? Ты сам обещал! – в голосе матери был слышен легкий упрек.

Эм… Мозг медленно заворочался. Мисс Пирс – это девушка, с которой мама хочет, чтобы я сходил на свидание. Кажется, начинаю припоминать что-то такое. Я в тот вечер слишком устал, вымотался, предыдущей ночью почти не спал, так что намек от мамы застал меня врасплох. Кажется, я и правда пообещал лишнего, но спорить тогда сил у меня не было.

От неожиданности того, как быстро на меня обрушилась кара за забывчивость, я растерялся. Попытался что-то сказать, но получались лишь нелепые движения нижней челюстью.

– Я, я… Да не сразу же бежать все это делать! Мама, я сегодня только выпустил ребят, офицеров, понимаешь? Только сегодня! – начал оправдываться, пытаясь хоть немного отсрочить неизбежное. – Вот, позвали отметить, у нас тут концерт, – решил, что лучше не упоминать слово «клуб», еще подумает не то. – Завтра отосплюсь, у меня выходной, а потом опять на работу, сама понимаешь, что некогда мне ходить по всяким…

– Эндрю, – перебила меня мама, – я знаю, ты человек чести и должен сдержать слово. Завтра как раз есть отличная возможность сделать это.

Вот же! Кто бы мог подумать, что все так получится. Теперь остается надеяться, что эта мисс Пирс окажется более занятой, чем я. И более способной противиться собственным родителям, решившим, что нам пора уже лепить личную жизнь.

– Хорошо, ладно, сделаю, – разочарованно пробормотал, понимая, что против маминого мое слово до сих пор не котируется, да и выспаться не получится.

– Тогда до завтра, я позвоню мисс Пирс вечером и обо всем спрошу. Она должна быть в курсе. Мы ждем не дождемся этого, как ты не понимаешь!

– Я-то как раз понимаю… Давай до завтра, люблю тебя, папе привет.

– Пока, золотце.

Глава 7

Кажется, я влип. Ляпнул лишнего в теплом семейном кругу, и вот теперь придется отдуваться. Тяжело вздохнул, представляя, как буду объяснять маме, почему я не хочу встречаться с подобранной ею девушкой. Ну ничего, с этим разберусь завтра, а пока надо бы преподать молодежи еще пару танцевальных уроков, раз уж я все же дошел сюда, вспомнить свою бурную клубную молодость.

Уже собирался встать с высокого барного стула, как увидел, что моя трость загорожена стройной ножкой девушки, решившей присесть по соседству. Она, оказывается, сидела справа от меня лицом к стойке бара, а я и не заметил, как она подошла, пока разговаривал, уткнувшись носом в темный угол.

Прикинул. Почему бы не попробовать свои силы, включить обаяние и очаровать эту рыженькую красотку? Интрижка будет приятным бонусом под конец этого тяжелого дня.

– Мисс… – Я тихо прокашлялся, немного улыбаясь. Надеюсь, разговор выйдет приятным. – Вы не могли бы немного подвинуться, мне нужно забрать одну мою вещь.

И в этот момент я понял, в каком нелепом виде перед ней предстану, если девушка обернется, – вроде бы в форме, молодой, а уже практически хромой инвалид.

Ох, порой меня раздражает собственная ущербность после ранения. Тут же сник, но трость все же забрать надо. Без нее я не могу толком ходить, нога отдает такой болью, что страшно ступить.

– Одну твою вещь, золотце? – послышался томный голос, хотя голова по-прежнему была отвернута. Левая рука красотки отпустила стакан, напоследок проведя по нему наманикюренным длинным ноготком.

Было слышно, что девушка немного издевается надо мной: наверняка слышала, мамино обращение, ведь мне пришлось включить громкую связь, чтобы хоть немного что-то слышать. В голосе слишком много сарказма.

– Да, одну мою вещь, – не рассчитывая уже ни на что, ответил ей. Вряд ли кто-то захочет знакомиться с мужчиной, когда другая женщина по телефону его называет «золотце». Тем более мама!

Я потянулся к трости, которая стояла за ее прелестной ножкой, но это было ошибкой. Тут же эта особа резко развернулась и попыталась влепить мне пощечину. Я практически мгновенно поставил блок и очень сильно удивился. Удар был такой силы, что, не облокотись я левой рукой на стул, на котором только что сидел, честное слово, эта девчонка свалила бы меня с ног!

Удивленно посмотрел на эту рыжую бестию.

– Какого черта ты себе позволяешь? – вскрикнула девушка, вставая и наконец поворачиваясь ко мне лицом. – Думаешь, заговорил с клевой чикой в баре, и можно руки распускать? Извращенец! Негодяй!

Она выкрикивала каждое новое оскорбление с легким, но ощутимым для меня, неустойчивого, толчком мне в грудь. На нас начали коситься и подтягиваться поближе.

Я смотрел на нее и не мог поверить, что только что пытался подкатить к «этому» – длинные, будто приклеенные ресницы, ярко-красная размазанная по половине лица помада, брови, прямые и широкие, как взлетная полоса, были прикрыты длинной челкой, щёки же, наоборот, выбелены так, будто она само привидение. Даже в цирке таких не показывают. Больше всего она походила на жуткого клоуна из всех этих современных страшилок.

Но потом мне стало смешно от того, в какую ситуацию попал: два идиота сейчас подерутся – один инвалид, другой страшила. Конечно, в клубах разборки – обычное дело. Но не тогда, когда один полицейский, а другая ночной ужас. Девушка же, видя мою улыбку, начала орать громче:

– Приставать сюда пришел? Еще не напоил, а уже за ноги трогать лезешь? Да как ты смеешь?! Чего улыбаешься, да я тебе сейчас такое устрою, да я тебе уши отор…

Она отходила от бара все дальше и дальше, толкая меня перед собой, но ее планам помешали ее собственные высоченные каблуки.

Девушка, явно весьма перебравшая алкоголя или еще чего, внезапно поскользнулась, потеряла равновесие и с визгом «твою м…» упала, раскорячившись на полу, как морская звезда.

Публика, окружавшая нас (в том числе и некоторые мои студенты, и следившая за представлением охрана клуба), кинулась поднимать девушку, но я был ближе, и, несмотря на свою ногу, ринулся спасать «утопающую» первым. Это было моей второй ошибкой в этот вечер.

Жертва длинных каблуков, увидев, как я опять тяну свои руки к ней, смекнула, что мне было недостаточно толчков и унижений, и, видимо, решила показать, кто тут главный. И с криком: «Да отвали ты уже!» начала подъем своей элегантной ножки в мою сторону, явно намереваясь пнуть. Я, в свою очередь, как обычно трезво воспринимая ситуацию и оперативно принимая решения, прикрыл открывшуюся брешь в своей обороне коленкой левой здоровой ноги. Удар пришелся на нее, подкосив меня так, что я полетел прямо на своего агрессора.

Здоровое колено смягчило падение, но в силу болезненного приземления на раненую ногу, я охнул и скорчился, придавив собой эту тощую психопатку. Попробовал подняться сам – не получилось. Правая рука почему-то предательски ныла, будто я заработал огромный синяк, и опираться на нее не было совершенно никаких сил. Здоровая нога не разгибалась от резкого удара, а правая и без того больная, и опереться на нее я не могу, даже если сильно захочу. Вот я и раскорячился на девице, пытаясь подняться хотя бы на локтях.

К нам подбежали люди – помочь встать, но вдруг резко выключился свет и затихла музыка. Меня немного приподняли, подхватив под локти, но тут же почему-то отпустили, и я снова рухнул на рыжую бестию, которая, уже не стесняясь никого, громко орала матом на все помещение, перекрикивая всех. Разговоры начали прекращаться, отовсюду послышалось шуршание – видимо, люди полезли за своими телефонами, чтобы включить фонарики.

Резкий хлопок, похожий на взрыв, раздался где-то в глубине зала. «Похоже на свето-шумовую», – подумал я.

До этого смирно лежавшая дама мало того, что не прекратила орать, но и начала крутиться, как бешеная белка, явно пытаясь выбраться из-под меня. От нее сильно пахло алкоголем. Правда, уже через пару мгновений она все же выдохлась и замерла, чтобы выдать невероятное:

– После ТАКОГО, золотце, ты обязан на мне жениться! – Голос был уже более ласковым – видимо, дама успокоилась. Ох, поди пойми, что у этих пьяных в голове: только что орала, что я извращенец и негодяй, и вот, пожалуйста. – Кстати, что это у тебя упирается мне в бедро? – поинтересовалась девушка.

– Чтоб ты знала, это мой ствол! – честно и прямолинейно отрапортовал ей, пытаясь понять, что происходит вокруг и почему исчез свет.

Иногда случается так, что, только сказав слова, мы начинаем обдумывать их с позиции своего собеседника. И бывает, что эти слова могут звучать по-разному в различных ситуациях. Сейчас как раз был этот случай. Как я догадался уже через две секунды после сказанного, это было моей третьей ошибкой. Эта мелкая паразитка съежилась подо мной, а затем со звонким криком «Извращенец!» оттолкнула так, что я отлетел к ногам рядом стоящих зевак, которые слепили нас фонариками.

Кегли были выбиты, шаром был я. Теперь повалились на пол уже на меня, болезненно тыкая локтями и коленями в мое тело. А та ненормальная девица через мгновение вскочила на ноги и исчезла из виду, стуча каблуками и расталкивая публику своими тощими, но явно агрессивными локоточками.

Предсказуемо, мои выпускники стояли вокруг меня и ржали. Это не назвать хохотом. Они натурально ржали. Вздохнул, все же садясь на полу, когда с меня стащили тех, кого я повалил недавно.

Адам и Сандер наконец подняли меня, помогая привести одежду в порядок. Правда, кто бы привел еще тело – рука нещадно болела, старое ранение ныло, а на колене, похоже, расплылся здоровый синяк.

– А вы пикап-мастер, сэр! – волна смеха прокатилась вокруг нас. Адам, как всегда, найдет пару слов в любой ситуации.

– Когда начнутся лекции по обольщению слабого пола, сэр? – Сандер взялся продолжать.

– Я тебе покажу слабого! – тут подбежала Франческа и, подхватив Сандера на руки, стала кружиться вместе с ним. Ух.

Мы с Адамом стояли как истуканы, глядя на это шутливое представление.

– Офицер Корбин, отставить кружить офицера Диаса! – нехотя скомандовал я через пару минут, потому что смотреть на это можно было вечно.

Сандер, который пытался освободиться от мертвого хвата Франчески, ужасно смешно корчился. Так даже специально не получится.

И мы все уже было расслабились, совсем забыв про то, что у нас происходит непонятно что с отключением света, но тут раздался выстрел, затем второй. Люди на танцполе вскрикнули, пригнулись.

Франческа разжала руки, отпуская Сандера в свободный полет в направлении пола.

«Не мне одному сегодня валяться», – подумал я, доставая пистолет, и выработанным голосом скомандовал:

– Всем лечь на пол, полиция! Без паники! – крикнул так громко и резко, что даже некоторые из наших пригнулись. Правда, они первые сообразили, что к чему, и встали.

Почему-то именно из-за слов «без паники» у большинства людей что-то переключается в мозгу и они становятся неуправляемыми. Хотя военные психологи и их методички учат в стрессовых ситуациях именно этим фразам, они почему-то не помогают, а наоборот.

Толпа побежала.

Меня начало сносить людской волной куда-то в сторону. Я не смог сориентироваться, фонари телефонов светили кто куда, постоянно попадая мне в глаза.

Правая рука ныла, так что я взял пистолет в левую и постарался отойти к стене, чтобы окончательно не снесло. Мои ребята не отставали ни на шаг, чтобы обсудить план действий.

– Франческа, бери девчонок, организуйте вывод людей из клуба, – быстро беру ситуацию в свои руки.

– Адам, Сандер, найдите наших, пусть рассредоточатся по клубу, фонари выключить, кто кого увидит с оружием, хватать и кричать, идти на звук. Иду по центру. И без самодеятельности!

– Есть! – крикнули офицеры все разом.

Третий выстрел. Оставшиеся в клубе люди закричали и побежали активнее, света стало намного меньше.

Оружие было только у меня, поэтому своих подчиненных отправил на периметр, сам же поковылял туда, где были выстрелы. Когда зал начал опустошаться, я понял, что стреляли у подсобки, где обычно сидит охрана. Дверь была выбита, из комнаты слышались страшные ругательства, какой-то шорох, похожий на борьбу.

– Полиция! Бросить оружие и лечь на пол, живо! – прокричал и зашел в комнату, оценивая обстановку.

– Да мы и так лежим, кретин, – ответил голос под ногами. – Помоги выбраться!

Двое мужчин извивались под сеткой, пытаясь выбраться. Третий лежал и охал, держась за голову. Рядом лежал пистолет, использованная свето-шумовая граната, разбросанные купюры и много, много наркотиков.

– Все ко мне! – крикнул своим подопечным, ногой отодвигая пистолет от раненого. – Включить фонари. Адам, вызови скорую, Сандер, звони в участок, этих – в наручники. А вы, господа пострадавшие, задержаны по подозрению в незаконном обороте наркотиков. У вас есть право…

– Пошел ты! – послышалось с пола.

– Как угодно, – безразлично ответил я.

Вышел из комнаты, и вдруг на меня из-за угла вылетел испуганный парень. Он был одет в черное, как тот мужчина на полу, видимо охранник. Он не хотел нападать, напротив, весь его вид просил о помощи.

– Полиция! Вызовите полицию! – Он схватил меня за рубашку и тряхнул.

– Руки убрать, – громко скомандовал я. – Ты же охранник, почему в клубе такой бардак? Отвечать! – решил поиграть в начальника, раз все равно вокруг полный хаос.

– Сначала крики в зале, какая-то драка, потом свет выключился, а там и выстрелы, – затараторил горе-секьюрити. Он явно тут новенький, судя по нервному состоянию, которого у привычного человека быть не должно. В этом клубе постоянно что-то да случается. – Я испугался и спрятался у запасного выхода. А там она!

Его глаза все больше вылезали из орбит. Видно было, насколько сильно «она» его ошарашила.

– Кто «она»? – заинтересованно спросил.

– Она, она! – Охранник показал пальцем в коридор, ведущий вглубь клуба.

Все становится еще интереснее.

– Понятно, вы задержаны для дачи показаний как подозреваемый в угрозе человечеству посредством своей трусости и глупости, – безразлично вынес вердикт, заметив, что никто меня уже не слушает, лишь трясется как осиновый лист. Кто взял его на работу вообще? – Посторожите его, – попросил своих ребят, – и приведите в чувство.

Ребята вокруг меня улыбнулись и тут же окружили перепугавшегося парня.

Я же поковылял к коридору, откуда и выскочил испуганный охранник. И вправду тут слишком темно, чтобы толком что-то разглядеть. Не удивлен, что он был несколько дезориентирован. Но я все же дошел до конца, подсвечивая себе фонариком телефона, и увидел, что дверь запасного выхода приоткрыта.

Выглянул на улицу, но там уже никого не было, только моя машина стояла, будто меня ждала. Осмотрел всю стоянку на всякий случай, но большинство автомобилей уже испарились кто куда – посетители клуба явно не хотели здесь оставаться после стрельбы. Однако я все же увидел двух скейтбордистов метрах в тридцати. Но они быстро удалялись.

Прищурился, пытаясь рассмотреть их лучше. Один из них был в колготках и… Да это же та девчонка из клуба!

Хмыкнул, покачав головой. Понятно, чем был шокирован паренек – я на себе испытал ее «любовь», если можно так сказать.

Быстро, как мог, добрался обратно в клуб, двоих из команды отправив на улицу, чтобы помогли там девчонкам, ответственным за эвакуацию пьяных посетителей. Надеюсь, разбежались не все. Остальным указал оцепить периметр и никого не пускать до прибытия полицейского наряда. Я же поторопился в машину – надо догнать этих ребят на скейтах. Не уверен, но почему-то мне кажется, что не обошлось без этой скандальной девицы.

Глава 8

Мартин

– Я на месте, проверим связь, – сказал я, подходя к клубу с черного хода.

– На канале, – отозвался Рик.

– Слышу, – ответила Робин.

Эта операция хоть и планировалась нами довольно давно, но собираться пришлось слишком быстро, так что часть задуманного пошла не совсем по плану. Например, наша Робин вместо обольстительной красотки получилась слегка кривой пьяненькой девицей благодаря поспешному макияжу, так что теперь ей предстояло отыграть именно это амплуа.

– Кто-то припарковал машину прямо около выхода. Отлично, с улицы меня видно не будет. Оставлю скейтборды за мусорными баками. Никогда бы не подумал, что от них может быть такая польза, – посмеялся я. – Как дела в клубе?

– Камеры подключил на себя, теперь я вас вижу, общая запись больше не ведется. В самом кабинете камер нет, но у двери двое охранников. На фейсконтроле один бугай, в зале около бара еще один и все, больше никого не вижу, – отчитался Рик, наверняка как обычно внимательно все оценив, прежде чем сообщать нам. Он всегда был гиперответственным.

– Робин?

– Зашла без проблем. Здесь одни полицейские, как мы и думали. Человек пятнадцать вроде насчитала. Пошла танцевать, разведаю обстановку.

Я слышал грохот музыки, на мгновение позавидовав девушке. Ей всегда доставались самые веселые роли, хотя и самые опасные.

– Полицейские волны в порядке, в этом районе чисто. Мартин, проверь дверь, – спокойным тоном сказал Рик.

– Уже, – ответил я, ковыряясь отмычкой в замочной скважине двери черного хода, убедившись, что выход свободен. – Есть. Дверь свободно ходит, закрыта либо на плохой замок изнутри, либо на щеколду, – подергал, ощущая хлипкость конструкции. На край и выбить можно, даже Робин справится. – В случае чего выйдете без проблем. Все, поднимаюсь и залезаю.

Я проверил беспроводной наушник – слететь не должен. Залез по пожарной лестнице и вышел на крышу клуба.

Город тихо готовился ко сну. Время близилось к полуночи, только свет автомобильных фар и фонарных столбов прорезали тьму города. Осенние тучи заполонили небо, звезд не видно. Наверное, сегодня будет дождь. По мокрому асфальту не очень комфортно кататься на скейтборде, поэтому будем надеяться, погода не подведет.

Надел перчатки, маску до половины лица, которая закрывала только рот и нос, натянул резиновую шапочку, чтобы волосы случайно не упали, и следователи потом не смогли меня вычислить по результатам ДНК. Детективов пересмотрел, но в нашем деле и в наше время перестраховка лишней не будет. Черные, немного свободные спортивные брюки, чтобы не цепляться ни за что, но в то же время, чтобы не сковывали движения при лазании, такая же черная спортивная кофта. Поправил маленькую нагрудную сумку с инструментами, проверил карабины рабочего рюкзачка, чтобы не бряцал во время движения.

– Ну что, маленький ниндзя, готов? Давай уже, ползи. – Рик будто подглядывал за мной.

– Да, готов, – встряхнулся, настраиваясь. – Все, молчу. Робин, докладывай

Я выдохнул и полез открывать вентиляционный люк. Кусачки у меня были, так что легко вскрыл крышку, влез в трубу и включил собранный Риком самодельный прибор ночного видения, оглядываясь по сторонам.

– Все спокойно, – отчиталась Робин тихо, – люди танцуют, пьют. Только полицейские трезвые. Выпуск сегодня ведь, странные они какие-то. Двое танцуют брейк-данс, неплохо получается. А я, как дура, сижу одна в баре – хоть бы кто подкатил. Зря, что ли, так одевалась? – раздосадовано продолжила девушка. – Прикрытие прикрытием, но больше я такой легкодоступной особой наряжаться не буду! Это последний раз, когда вы выбираете мне наряд!

– Что-то похожее я слышал сегодня утром, – рассмеялся Рик, заставив и меня тихо фыркнуть.

Робин и правда весьма часто высказывалась на тему того, что мы слишком усердствуем, продумывая ей прикрытие, но всегда соглашалась с нашими доводами, хоть и ворчала.

– Мартин, я знаю, ты слышишь и думаешь то же самое, что и наш гений. Поэтому вы оба получите у меня!

Пришлось остановиться и послать смайлик, а то вдруг и вправду задаст нам. Или еще хуже – будет покупать эту ужасную ананасовую пиццу до конца наших дней!

Мягкая резина кроссовок не шумела и не скрипела внутри трубы, сама же вентиляция была такой старой, что даже стучи я по ней головой, звука было бы очень мало. Я помнил карту ходов наизусть, потому что Рик, пока Робин наряжалась в пугало, заставил меня целых шесть раз зарисовать по памяти весь план этого клуба со всеми тупиками и выходами.

Да даже если забуду, не волновался, потому что карта была еще и дополнительно загружена на электронные часы, через которые я приловчился набирать сообщения и звонить ребятам, когда надо. Телефон брать не стал, потому что он в любом случае большой и громоздкий, а тут еще забота будет, как изловчиться так, чтобы он не поцарапался, не разбился или просто не выпал. В часах стояла сим-карта, поэтому все звонки и сообщения не требовали подключения телефона. Такие были у нас всех.

Спустя минут десять осторожного продвижения по вентиляции, я услышал мужские голоса. Надеюсь, именно тех, кто нам так нужен.

Полз так долго, потому что метил себе дорогу светящимся в темноте маркером – для отступления.

«Робин, разведай, сколько человек», – быстро набрал я сообщение.

– Иду, – послышалось в ухе.

Тихо подобрался поближе в решетке, откуда был виден разве что шкаф с документами около стены и слышны голоса на небольшом отдалении. В комнате было светло, даже очень как для ночного клуба, но это неудивительно, все же не общий зал.

Достал сеть, чтобы накинуть ее на этих торговцев смертью, засевших в помещении.

Рик нашел в социальных сетях несколько записей об упоминании наркотиков в этом клубе. Да и некоторые фото отсюда были сделаны людьми, видимо, весьма недалекими, раз решили запечатлеть свои «припудренные носы». Начальство было явно замешано в этом, иначе откуда у простого администратора бара взялся новый Майбах буквально на прошлой неделе, а у обычной уборщицы – дом в Малибу?

Полиции почему-то было наплевать… Может, взятки брали, либо просто не видели всего творящегося здесь безобразия. Даже как-то иронично, что офицеры выбрали именно этот клуб для празднования выпускного.

Я прислушался к разговору, успев записать на диктофон пару фраз о новой поставке дури в следующую пятницу и высокой популярности товара, когда совсем рядом раздался пронзительный женский вскрик, и сразу же за ним дверь в помещение с глухим стуком распахнулась, заставив всех замолчать.

– Где же этот чертов туалет?! – Робин была неподражаема в своей роли. – А-а-а, мальчики… – тут же начала она кокетничать, затем пьяно икнула, послышался булькающий звук, словно она что-то пила.

Я едва не захихикал. Она неподражаема, и ей всегда потрясающе удаются пьяные роли. Актерская игра просто на пять с плюсом – ей надо было в фильмах сниматься, а не с нами тусить на этом дне общества. Однако я благодарен судьбе, что она еще не сцене, а с нами.

– Выведи эту сумасшедшую, живо! – раздраженно скомандовал один из мужчин в комнате, видимо охране. Я придвинулся поближе к решетке вентиляции, чтобы видеть, что происходит, но ракурс был не слишком хорош.

– Женщина, здесь нет туалета, выйдите, пожалуйста, – поспокойнее ответил лысый детина у входа. – Надо быть добрее с людьми, и тогда они к тебе потянутся, – вежливо уверил он своего злобного собеседника.

Робин перевела мутный взгляд с одного мужчины на другого и взбеленилась четко по плану.

– Ты тут кого женщиной назвал, цыпленок-переросток? Иди сюда! – резко выкрикнула девушка и, судя по топоту каблуков, пошла в наступление – мне было плохо видно, потому что отполз чуть глубже, чтобы не спалиться.

– А-а-а-а! Уберите её! Аа! Шизичка мелкая, пошла вон! – закричал мастер обходительного общения уже через минуту.

Я уже почти хохотал в голос, представив, как она выцарапывает этому бугаю глаза, но видя лишь отдельные сцены мелькания рыжего парика и лысую макушку.

Зажал рот руками так, чтобы не издать ни звука. Музыка, конечно, слышна из зала, но легкий смешок мог меня выдать.

Наконец, в кабинете все успокоилось, «бешеную суку» вывели из помещения под всеобщий хаос.

Спустя какое-то время в наушнике слышен отчет:

– Двое у двери – один качок, другой салага, – двое внутри за столом. Дверца сейфа открыта, что в нем – не видно. На столе бумаги, свертки, у одного увидела пистолет – потянулся за ним, когда я зашла.

«Робин, – напечатал я с широкой улыбкой, – а ты всегда, когда ищешь туалет, вышибаешь дверь ногой?»

Слышен был дикий хохот Рика.

Прошло несколько секунд, прежде чем Робин начала отвечать. Видимо, долго подбирала слова, чтобы не послать нас в открытую, а сделать это как обычно – в несколько завуалированном виде.

– Я полную рюмку водки на себя вылила, чтобы пахнуть подобающе. Меня и так чуть не вырвало от этого, так потом еще холодно стало. Охрана пыталась схватить, но живьем не взяли, кое-как раскорячилась на этих каблуках дурацких, но все же разведку боем провела! – горячо оправдывалась девушка. – Так что иди-ка ты, Мартин, в…

– Робин, тебе открывать концерт, не забывай, – перебил тираду Рик.

– Помню, иду обратно в бар, ждите сигнала, – сказала рыжая девушка.

Глава 9

Время ожидания в вентиляции скрашивали подробные разговоры мужчин, находившихся подо мной в комнате, – о поставках наркотиков, деньгах, недавних задержаниях с их товаром и, конечно же, о рыженькой подвыпившей особе, которая так незвано завалилась к ним.

– Только за этот месяц мы потеряли около двух килограммов порошка. Но это все ерунда, по сравнению с теми огромными ресницами! – раздался голос снизу, и они засмеялись.

– Ты видел помаду? Она как будто ее ела? – хохот залил кабинет.

«Робин, они тут ржут над твоим прикидом, издеваются», – быстренько напечатал сообщение.

– Тогда пора. – Тихий выдох послышался в микрофоне, и я приготовился. Достал светошумовую гранату, поудобнее взял в руки сетку, поправил прибор ночного видения.

– Понял, вызываю полицию на соседний адрес и жду момента на свое усмотрение, – деловито отозвался Рик. – Городские сети перезагружаются в течение десяти минут, но в клубе может быть своё дополнительное питание, и хотя я ничего такого на плане здания не увидел, ориентируемся на две или три минуты.

Дальше все развивалось достаточно быстро. Скоро послышался громкий смех из зала – людей явно что-то веселило.

– Так, охранник-качок отправил своего тощего коллегу посмотреть, что в зале творится, – сказал наш компьютерный гений, который следил за всем через камеры, – и… поехали!

Свет выключился, музыка стихла. Я, не теряя ни минуты, выбил вентиляционный люк и бросил в комнату светошумовую гранату, предварительно закрыв глаза и уши и не забыв открыть рот. Снизу раздался громкий хлопок, мужчины заорали.

Спустя мгновения посмотрел вниз и понял, что мы кое-что не просчитали, а именно – высоту потолков. Тут было около четырех метров, так что забраться обратно станет проблемой. Но тормозить было нельзя, поэтому я руками схватился за край трубы, повис и спрыгнул. Приземление вышло не очень удачное, я упал, зато с этого ракурса оказалось удобно сделать подножку мужику, который носился от стенки к стенке и кричал, схватившись за глаза.

Глухой звук падения, но тем временем второй все же нащупал на столе пистолет и стал стрелять вслепую. Я пригнулся. Твою мать!

Даже не целясь, он мог попасть в меня, поэтому я быстрым отточенным движением обезоружил стрелявшего, при этом, кажется, сломав ему ногой руку, но сейчас не до церемоний.

В комнату с матом залетел бугай-охранник с еще одним пистолетом. Да что ж такое-то! Подавшись назад для разгона, я сильно толкнул недавно обезоруженного прямиком в сторону двери. Бугая оттолкнула резко закрывшаяся дверь, которую теперь подпирал своим телом один из наркоторговцев. Второго, пытавшегося встать, так же толкнул в сторону двери, затем достал сеть и накинул её на них.

Отлично, что прибор ночного видения даже не сполз, иначе я бы пропал. Быстро осмотрел содержимое сейфа – много пакетов с белым порошком, их трогать не стал, иначе на одежде останутся следы и запах.

Деньги лежали пачками – спасибо торговцам, мне же собирать быстрее. Заодно взял бумаги, скомкал наскоро и затолкал в рюкзак. Двое под сетью, ругаясь, в это время пытались встать, но от брошенного в них стула прыть поубавилась. Дверь то и дело ненамного приоткрывалась, стуча о ворочающиеся тела, но распахнуть ее пока не могли – удачно я их расположил.

В носу уже у самого свербело, несмотря на фильтры, но тормозить и поправлять их некогда.

– Пора сматываться, – застегивая рюкзак и надевая его на спину, пробормотал сам себе. Пододвинул стол к месту, откуда пару минут назад вывалился из вентиляции. – Низковато, – чертыхнулся, шаря глазами по помещению.

К счастью, тут находился еще один стул – не тот, который я швырнул в наркоторговцев.

Поставил стул на стол и услышал, как дверь все-таки открылась. В этот момент охранник, светя мне прямо в лицо фонарём и направляя пистолет, закричал:

– Руки вверх!

– Робин, тревога, выручай, – прошептал я часам, замирая.

– Руки я сказал! – громче скомандовал бугай.

– Робин, – отозвался Рик в ухе. – Мартин в беде, срочно выручай.

– Слышу-слышу, уже бегу, – будто вставая откуда-то, ответила девушка.

– Кто ты такой? Из какой банды? Босс кто? – задавал вопросы вооруженный человек, тем временем цепко меня осматривая. Проклятье!

– Помоги встать, Кайл, чтоб тебя, – послышался голос с пола.

– Не сейчас. Отвечай, парень, иначе я тебе вышибу…

Приближающийся сзади стук каблуков заставил охранника замолчать. Он было повернул голову, но не успел уклониться от прыгнувшей на него со спины Робин. От неожиданности человек с пистолетом выстрелил. Сверху раздался грохот, в то время как он сам, громко вскрикнув, впечатался в стену.

– Слава шпилькам, я спасен! – не веря, что обошлось, выдохнул я, не теряя времени все же сооружая свою конструкцию со стулом.

– Быстрее! – поторопила меня нервно Робин.

Свет выпавшего из рук охранника фонаря тускло освещал комнату, но этого было достаточно, чтобы сориентироваться.

– Я не достану, – опечалился я, прикидывая расстояние.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.