Лана Светлая
Новогоднее похищение Айсберга

ПРОЛОГ

– Снежка будет… нам должна… уф-ф… как земля колхозу… – задыхаясь, произношу я, с трудом выпрямляясь. Рукой провожу по мокрому от испарины лбу, после чего смотрю на подругу.

Валюха выглядит примерно так же, как и я: вся в поту, схватившаяся рукой за свою поясницу и жадно вдыхающая воздух.

– Где этот наш сказочный персонаж? – только сейчас доходит, что при нашем появлении никто в огромную гостиную комнату с камином так и не вышел. А шумели мы знатно, пока затаскивали в дом бессознательное тело парня нашей общей с Валей подруги – Снежаны.

Обвожу взглядом комнату. Несколько настенных бра горят мягким приглушенным светом. Небольшой столик в углу гостинки пестрит тарелками с салатами, пустым бокалом и бутылкой открытого шампанского.

Короче, ощущение, что хозяева только что встали из-за приготовленного к празднованию Нового года стола и куда-то вышли.

Единственное, что странно – камин не горит. Хотя это первое, что всегда делает наша любимая подруга Снежанка, когда появляется здесь, в своём загородном домике.

Самая трезвая из всех частей моего тела – охренительная, подтянутая в фитнес клубе жопа сиреной ревёт о том, что тут скрывается какой-то подвох. Но мозг – это пьяненькая после нескольких бутылок шампанского сволочь, которая небрежно отмахивается от предупреждений, которые ей посылает моя задница.

Пыхтя как паровоз, достаю из кармана пуховика телефон и набираю нужный номер.

– Ксюх… – испуганный голос Валюхи переключает мое внимание на подругу, пока я дожидаюсь гудков в сотовом. В трубке только что-то шипит и хрюкает. И это точно не мелодичный голосок нашей Снежки.

Связь здесь отвратная. Дозвониться до кого-то получается не всегда и не с первого раза.

Скидываю звонок, снова набираю номер и только после этого смотрю на подругу.

Та любуется… ну как любуется, с ужасом смотрит на мужика, которого мы положили на диван.

– А это нормально, что он всё ещё без сознания? – в панике шёпотом произносит Валюха, с опаской отступая подальше от дивана.

Мда…

Трезвый сообщник в таком деле, как похищение человека – это, я вам скажу, тот ещё геморрой. Эх, надо было бы, конечно, взять с собой Лиду или Ваську, но Валя была единственная свободная на тот момент, да ещё и трезвая. Что было немаловажно, так как кому-то нужно было сесть за руль машины.

– Валь, он дышит, а значит… – мне приходится заткнуться, так как в трубке раздаётся голос Снежки. – Снеж, рыба ты моя сказочная, а ты где? – я тоже стараюсь говорить тихо, чтобы ненароком не «разбудить» «прекрасного прЫнца» на диване, но выходит так себе. Девушки навеселе, наверное, в принципе не умеют говорить шёпотом. Спиртное – как тот переключатель, который переводит все голосовые функции в режим «вкл».

– Ксюш, я… была… при… он… поми… – я словно слушаю заику, да ещё и с добавлением всяких звуковых эффектов: хрипы, писки и громкий треск.

Чёртова связь!

Пытаюсь сложить этот пазл из слов и непонятных букв, но ничего не выходит.

– Просто скажи, где ты! – шиплю в трубку, снимая пуховик, в котором я уже, кажется, начинаю вариться.

– Дома… я… квартире…

– Ты в своей квартире в городе, что ли? –меня чуть ли не подкидывает от возмущения.

Столько стараний, и всё зря?!

Вижу округлившиеся от шока глаза Валюхи напротив. Она даже перестала выглядеть испуганным зайчиком, когда услышала мой вопрос.

– Да, я в своей квартире, – это единственное, что я слышу чётко. После чего радостный голос Снежки совсем пропадает, и связь разрывается.

– Ой… – растерянно произносит Валя, зажимая рот рукой.

– Так… – мозг начинает усиленно обдумывать наши дальнейшие действия.

Сдаваться сейчас, когда цель так близка?

Да хренушки!

Бросаю взгляд на настенные часы. Девять вечера. До Нового года ещё три часа. Можно всё успеть, если поторопиться и не щёлкать клювом.

– Значит так, – решительно начинаю говорить я, приближаясь к подруге. – Ты сейчас едешь до этой… – Ксюха, ты обещала самой себе, что перестанешь сквернословить совсем. – Короче, едешь к Снежке, загружаешь её в машину, и пулей мчитесь сюда.

Валька, убирая руку от губ, словно рыбка, выброшенная на берег, только беззвучно открывает и закрывает рот не в силах произнести ни единого слова.

– Я всё продумала, – уверенно произношу, пытаясь её успокоить. – Туда и обратно – это час. Мы оставляем этих голубков здесь, а сами уезжаем. Ты закидываешь меня по пути домой и в одиннадцать уже будешь дома. Так что давай, Валюха, шевели копытцами, – начинаю её подталкивать к двери, куда она безропотно начинает выдвигаться.

И только взявшись за ручку входной двери, подруга немного очухивается.

– Ксюш, а если он очнётся до того момента, как мы вернёмся? – шепчет она, кидая за мою спину в сторону дивана опасливый взгляд.

– Я ему всё объясню, – открывая дверь, практически выталкиваю её на крыльцо, на котором лежит слой снега, наверное, уже сантиметров десять. И, судя по тому, как валит снег, он будет только увеличиваться.

Именно поэтому и нельзя терять ни единой минуточки. У Валюхи, конечно, машина зверь – какой-то крутой джип, которому не так уж и страшна зимняя непогода и снежные барханы–но, думаю, даже ему будет сложновато сюда добраться, если дорогу окончательно завалит снегом.

– Шевели колготками, Валюха! Пулей туда и обратно!

После моих приказов подружка резво бежит к своей машине и уезжает.

Я же, облегчённо выдыхая, возвращаюсь в дом и разуваюсь, вешая пуховик на крючок возле двери. Иду в сторону дивана, запихивая сотовый в карман джинсов.

«ПрЫнц» всё ещё в отключке.

И это хорошо. Идеальным вариантом будет, конечно, если он ещё в таком же состоянии часок пролежит. А там и «прЫнцесса» его пришкандыляет.

Делать нефиг, поэтому я, на цыпочках пройдя мимо огромного мужского тела на диване, иду в сторону стола. Наливаю себе шампусика и с лёгким чувством досады выпиваю его. Досадно, потому что мой план, который ещё пару часов назад казался мне идеальным, каким-то чудесным образом в какой-то такой же чудесный момент свернул вот ВООБЩЕ не туда.

А я же всё продумала буквально до мелочей. Даже речь репетировала, практически заучив то, что собиралась сказать парню подруги.

Плеснув себе ещё немного шампанского, разворачиваюсь и иду в сторону окна.

В районе бедра начинает вибрировать.

Быстро достаю телефон. На экране мордочка Снежаны. Принимаю вызов, проведя пальцем по экрану.

– Снежка?

– Слава богу, Ксюш, что связь появилась, – облегчённо выдыхает это создание в трубке.

Слава богу, что ты не квакаешь, как в прошлый раз.

– Я звоню-звоню, а мне…

– Снежка, потом будешь дебаты разводить, – тихо говорю в сотовый, чтобы громким голосом не разбудить свою «спящую красавицу», которая в нескольких метрах валяется за моей спиной. – Ты когда умудрилась домой свинтить, золотце ты моё ненаглядное?! Мы с Валюхой десять минут назад приехали к тебе в лесной домик, а тебя и след простыл!

– Эм-м… а вы что, сейчас там? – лёгкое недоумение сквозит в тоне моей подруги.

– Снежка, не беси меня! – рычу я в ответ. – Я тебе это только что сказала!

– Ой!..

– В каком смысле «Ой!» – задница снова чует жёсткую подставу.

– Ксюнь, ты только не злись, – торопливо начинает тараторить Снежана, время от времени заливаясь счастливым смехом. – Представляешь, я же уехала туда. Сидела там одна, ревела. Думала, как помириться с Димочкой. А ончто сделал, знаешь?!

Жопа уже просто пылает от предчувствия надвигающегося пиздеца.

– И что же сделал Димочка? – хрипло выдавливаю из себя.

– Он сам приехал ко мне, – практически захлёбывается от радости Снежка. – Мы поговорили, помирились и уехали в город!

Бум!

– То есть… он сейчас с тобой? В городе? Вот прямо сейчас?

– Ну… да, – у подружки на смену радости приходит растерянность.

– И ты его вот прям сейчас… видишь?

– Э-э-э… ну… да, – теперь в её голосе на смену растерянности приходит тревога.

Я практически глохну. В ушах стоит такой звон, что я даже не слышу какое-то тихое шебуршание позади себя.

– И ты уверена, что тот, кого ты видишь, это твой Димочка? – это не я спрашиваю. Это мой не совсем трезвый мозг выдвигает такой вариант вопроса, пьяненько похихикивая.

– Конечно, я уверена. Ксюнь, что происходит? – в панике спрашивает подруга.

Твою мать!

Это кого тогда я похитила?!

Само собой, закон подлости никто не отменял. Именно поэтому в эту же самую секунду связь снова пропадает, разъединяя меня с подругой.

Вот тут ко мне полностью возвращается слух. И я прекрасно слышу тяжелые мужские шаги позади себя.

Словно в замедленной съемке, я разворачиваюсь.

О, «прЫнц» проснулся. Хотя нет…

Судя по выражению лица этого мужика, проснулся злой огнедышащий дракон. Он, сверля меня злым демоническим взглядом, не спеша наматывает на свою огромную ладонь верёвку. Именно ту, которой ещё пять минут назад он был, как нам с подругой казалось, крепко связан. И ведь мы реально с Валюхой думали, что обездвижили мужика намертво, когда примерно полчаса назад загружали его в машину подруги.

Тяжело и громко сглатываю.

– Ну что, любительница БДСМ, – хриплый баритон звучит слишком зловеще. – Проведём с тобой полноценную сессию.

И это, бляха муха, даже не вопрос.

Мозг махом трезвеет и падает в обморок, потому что…

Ну, я бы тоже сейчас с радостью отрубилась.

– Эм… красный? – практически пищу. И, видя недоумение, проскользнувшее в темно-карих глазах, поясняю. – Кажется, это слово говорят, когда хотят всё прекратить в этих ваших сессиях. Разве… нет?

Глава 1

Я практически выползаю после работы из здания уже практически в десять вечера.

Бесконечные годовые отчёты в конце декабря практически напрочь убивают ощущение наступающего праздника – Нового года. Даже яркая иллюминация на домах и витринах магазинчиков, расположенных на первых этажах зданий, уже не вызывают того восторга и трепета, как, предположим, ещё недели две назад.

Дохожу до парковки и ныряю в тёплый салон своей фордовской фиесты, кредит за которую мне платить ещё целый год.

Загадать себе на Новый год, что ли, выигрыш миллиона в лотерее?

Завожу авто, выжидаю минут пятнадцать, чтобы прогреть её, и только собираюсь трогаться, как раздаётся музыка, установленная на подругу Василису.

Чёрт!

Если в такое время звонит именно она, то это точно будет как-то связано со Снежкой.

Ведь из всех нас пятерых подруг – меня, Василисы, Лиды, Валентины и Снежаны – последняя в случае очередного пиздеца в своей жизни звонит первым делом именно Ваське. После чего та, конечно же, трубит в свой мощный рог, созывая нашу банду, чтобы решить очередную проблему в жизни этой сказочной «прЫнцесски».

А почему сказочной? Да потому что Снежка у нас и правда как будто не от мира сего. Вся такая… такая…

Чёрт! В двух словах даже не объяснишь, что из себя представляет наша Снежка. Она – человек, которого кто-то сверху наделил всеми лучшими и наивными качествами всех известных принцесс из сказок.

Прикиньте, это наше чудо, уезжая за город в свой лесной домик тире дача, на полном серьёзе разговаривает с посаженными ею там цветочками и деревьями. Не удивлюсь, если и с белками, живущими там в лесу в огромном количестве, она беседует. Прикидываю, как эти рыжие создания охреневают, когда Снежка им что-то на своём человеческом языке впаривает.

Вот поэтому я и называю её, конечно же, безумно любя, разными именами, но всегда в связке с прилагательным «сказочная».

А Василиса у нас – это, можно сказать, крёстная фея Снежки. Она как взяла её под своё крыло ещё в пятом классе, когда наша банда только-только формировалась, так и продолжает её оберегать. Ну а нам с Валюхой и Лидой судьба уже выбора не оставила, так как, слава тебе господи, родители нам всем вложили в голову правильные вещи про женскую дружбу.

Я любому могу плюнуть в глаз, кто скажет, что кто-то из нас пятерых рано или поздно может предать другую. Шестнадцать лет дружбы доказали, что это не про нас.

Куклами в детстве, не жалея, делились.

В студенчестве курсовые, рефераты и тому подобное писали друг другу, когда время сдачи у одной из нас поджимало.

Парней, которые подкатывали свои яйца к двум, а то и трём из нас в надежде, что хоть с одной-то обломится, посылали лесом дружным хором. Да и мужиков друг у друга не уводили.

И при любой проблеме, даже маломальской, даже среди ночи неслись на всех порах к той, которой в этот момент требовалось подставить своё плечо и оказать поддержку, пусть даже просто на словах.

Судя по позднему звонку Василисы, которая просто так никогда не звонит после девяти вечера, надо готовить своё плечо для Снежки.

– Да, Вась? – отвечаю я в телефон, уже понимая, в какую сторону города мне нужно выдвигаться с парковки.

– Привет, Ксюш, – напряжённым тоном здоровается подруга. – А ты можешь к Снежке сейчас подъехать?

Что и требовалось доказать.

Вывожу её на громкую связь и трогаюсь с места, выезжая с парковки на центральную улицу, в противоположную от моего дома сторону, которая ведёт в сторону района, где проживает наш сказочный персонаж.

– Чего случилось? – громко интересуюсь, набирая скорость. Машин в это время уже мало, поэтому должна добраться до нужного места минут за пятнадцать. – Вась, если ты мне скажешь, что она опять привела домой какого-то бомжа, накормила его, отмыла, оставила переночевать, а тот вынес у неё полквартиры, пока она спала, клянусь, я её прибью!

Ага, был у нас такой случай. Хорошо, хоть этот мужик в годах, по словам Снежки, не изнасиловал эту дурочку, а просто вынес всё золото, мелкую технику и деньги.

Как же я бушевала тогда, когда Снежана отказалась идти в полицию писать заявление на этого бомжа, с которым она встретилась на остановке и который влил ей в уши, какой он бедный и несчастный.

– Ему, наверное, сейчас эти материальные ценности нужнее, чем мне, –единственное, что твердила эта наивняшка, упрямо поджимая губы, когда мы вчетвером на неё наседали, убеждая, что нужно поймать и наказать этого мужика.

Мимоходом вспоминая тот случай, я терпеливо жду от подруги подтверждений или опровержений моей версии.

– Да лучше бы тут бомж был, ей богу! – в сердцах произносит Василиса. – Короче, давай быстрее. При тебе она точно не будет так себя вести. Хоть успокоится немного.

Значит, ревёт там наша Снежка, поэтому нужно именно моё присутствие. Ведь при мне она старается не плакать. Грозный вид и волшебный матерный посыл от меня в плане того, что горю слезами не поможешь, срабатывают покруче любого успокоительного для неё.

Это девчонки скачут вокруг неё, когда она исполняет «плач Ярославны». А я такого терпеть не могу. Ну какого хрена реветь, если никто из близких смертельно не заболел и не умер.

Да, проблемы возникают. Да, их необходимо как-то решать. Поэтому и нужно поджать свои нижние девяносто и тратить все усилия на то, чтобы выйти из той задницы, в которую тебя запихнула судьба, а не реветь в подушку.

Так, ладно.

Значит, там не так всё страшно, раз с моей стороны нужны только мой грозно-зверский вид и русский матерный.

Глава 2

– Ну, чего тут у неё произошло? – спрашиваю у Лиды, которая открыла мне дверь. Начинаю медленно раздеваться, специально затягивая время моего появления на кухне, откуда слышится плач Снежки.

– Если коротко, – хмуро бурчит подруга, забирая у меня шапку и шарф и убирая всё это в небольшой настенный шкафчик для головных уборов. – Наша Снежка, оказывается, встречалась последние два месяца с мужиком.

От неожиданности я даже замираю, балансируя на одной ноге, так как в этот момент задрала конечность вверх, чтобы расстегнуть сапог.

– Ага, представляешь, – возмущённо продолжает пояснять Лидок, видя мой охреневший взгляд. Мой желудок издает яростное бурчание, словно тоже офигивая от прилетевшей неожиданной новости, хотя, понятно же, причина совершенно в другом – последний раз сегодня я ела примерно в час дня. – Только Васька, как оказалось, была в курсе.

– Люлей им вставили? – продолжаю разуваться. Хотя можно и не спрашивать. Представляю, каких собак спустили на этих двух партизан Лида и Валюха. Такое у нас впервые, чтобы что-то утаивать друг от друга.

– Само собой, – фыркает подруга. – Так вот, сегодня Снежка поругалась со своим.

– Прям-таки поругались? – недоверчиво хмыкаю. Представить Снежку в амплуа склочной скандалистки никак не выходит.

– Представь! Сама в шоке. По её словам, она прям чуть ли не кричала.

Хм-м-м… Если это так, то Снежка, похоже, реально втюрилась в этого неизвестного парня.

Я уже разделась, но мы продолжаем стоять в коридоре, так как хочется дослушать то, что скажет подруга.

– Короче, они разругались, и «прЫнц» свалил в закат, – тихим голосом продолжает говорить Лида. – И теперь наша принцесса ревёт белугой. Слушай, Ксюх, ты только давай помягче. Наша Снежка, похоже, намертво влюбилась в этого мужика.

– Разберёмся, – хмуро взираю на то, как Лида нервным движением руки поправляет свои пепельные волосы.

Мы топаем на кухню, и я осматриваю представшую картину.

Трое подруг сидят за круглым столом.

Снежана плачет, постоянно вытирая слезы и сморкаясь в бумажные салфетки, которые ей подают хмурые Валя с Васькой, сидящие по обе от неё стороны.

Наша белокурая сказочная красотуля даже сейчас выглядит на все сто с немного припухшими и красными от рёва глазами.

Чёрт! Вот как ей это удаётся?! Тут пять минут поревёшь и выглядишь как страхолюдная надутая жаба, а этой хоть бы хны.

При виде меня Снежка давится плачем и пытается остановить эти реки слёз. Получается так себе – истерика не тормозит так быстро, как ей бы хотелось. Подруга по инерции продолжает всхлипывать и икать.

Лида усаживается за стол, подпирая подбородок ладошкой.

– Где ведро? – мрачно интересуюсь у этой троицы, подходя к холодильнику и открывая его дверцу. Надо чего-нибудь перекусить, иначе желудок скоро сожрёт сам себя. Вон как ревёт, аж все присутствующие в огромной кухне это слышат.

– Какое ведро? – первой отмирает Васька.

– А вы что, не догадались ей чего-нибудь подставить? Она же у нас сказочный персонаж, – шарю по забитым полкам в поисках еды. О, тазик с оливьешечкой. Довольная достаю чашку с салатом и разворачиваюсь лицом к подругам. Снежка даже всхлипывать меньше стала от недоумения после моих слов. Девчонки тоже в удивлении загнули свои брови, не сводя с меня вопрошающих глаз. – А вдруг у неё слёзы волшебные, омолаживающие, ну или красоту там прибавляющие, – на полном серьёзе вещаю я, беря ложку, хлеб и плюхаясь на стул прямо напротив Снежки. – Мы бы масочки с этим волшебным эликсиром поделали. Ну вы чего, девчонки, не догадались, что ли, дать ей какую-нибудь тару.

Все махом заводятся.

– Ксюха!.. – рычит Васька.

– Ксю, ну ты, блин, даёшь!.. – осуждающе качает головой Валя.

– Не смешно, Ксюша!.. – даже Лидок подключается к остальным.

Только одна Снежка молчит, с растерянностью смотря на каждую из нас.

Ну, наконец-то все немного начинают приходить в себя, переставая выглядеть так, словно находятся на похоронах.

– Да я вижу, что весельем тут у вас вообще не пахнет, – невозмутимо говорю и начинаю наяривать салат прямо из чашки, забывая даже про хлеб, который положила на столе рядом на салфетку. – Ладно, в курс дела меня Лида немного ввела. Снеж, мы потом с тобой ещё обсудим то, что ты скрывала от нас своего парня. Но сейчас хотелось бы знать, почему вы поругались. И попытаемся придумать, как всё исправить, раз ты настолько втрескалась в этого неизвестного нам принца.

Девчонки молчат, разом переводя взгляд на Снежану, предоставляя ей право голоса.

– Ну, мы… – она уже практически не всхлипывает. Смущенно смотрит на меня, элегантно вытирая платочком остатки слёз с щек. – У нас с Димочкой когда зашёл разговор про то, как мы будем встречать Новый год, вышел ужасный конфликт.

– А можно поподробнее, – обращаюсь к ней, замедляясь с поглощением еды. Первый голод я утолила, можно и не вбрасывать в себя пищу в таком стремительном темпе.

– Он предложил мне встретить праздник у него, – пока не вижу проблему, поэтому просто киваю. Если у них там прям такая любовь-любовь, то всё вроде как логично. Зачерпывая ложкой салат, поднимаю её вверх, чтобы поднести к губам. Даже рот успеваю открыть, прежде чем прилетают от подруги дальнейшие пояснения. – А я стала настаивать на том, чтобы мы поехали к моим родителям.

Чего?!

Ложка застывает в воздухе буквально в паре сантиметров ото рта, который так и остаётся открытым. Мои глаза приобретают такую же форму, как и уста.

Судя по лицу Снежки, сейчас будут дальнейшие пояснялки, но…

Блин!

Маты так и хотят начать вылетать из моего рта. Это понимают все, кроме нашей плаксы.

Первой реагирует сидящая справа от меня Лида. Она махом соображает, что нужно делать. Хватает меня за руку, которой держу ложку, и помогает впихнуть её мне в рот, затыкая жерло кипящего вулкана, который вот-вот начнёт извержение.

Валюха, сидящая слева, быстро берёт хлеб со стола. По её глазам вижу, что сейчас мне и хлебобулочное изделие впихнут в рот, чтобы наверняка заткнуть меня.

Но я успеваю кинуть полный ярости взгляд в её сторону, и она с сожалением на лице тормозит и просто протягивает мне кусочек хлеба, который я всё-таки беру.

Пытаясь успокоиться, начинаю тщательно пережёвывать салат, слушая дальнейшие пояснения от Снежаны.

Глава 3

Добегаю до машины Валентины и с радостным выдохом ныряю в тёплый салон.

– Привет, – давлю улыбку, стряхивая снежинки с волос

– О-о-о.… – протяжно тянет подруга, осматривая меня. – Кто-то, я смотрю, уже начал встречать Новый год.

– Завидуй молча, – отмахиваюсь небрежно. – Когда начальство хочет с тобой выпить, сама понимаешь, отказываться – не вариант. Ну что, задание выполнила?

– Само собой. Только не понимаю, зачем нам это надо.

– Будем мирить этих голубков, – торжественно вещаю, пристёгиваясь ремнём безопасности.

Эта светлая мысль посетила меня, наверное, после второго… или третьего бокалов шампанского, которые я выпила на новогоднем фуршете на работе, организованный руководством.

Игристое на голодный желудок – это как тот ядерный реактор, который активизирует физические силы и бодрость духа, которые к тридцать первому декабрю убиты практически напрочь.

А в моём случае есть ещё одна фишечка воздействия на меня алкоголя. Мне хватает буквально немного, чтобы превратиться в самое доброе существо на планете. Под градусом я всех люблю и обожаю. Сразу же тянет на то, чтобы осчастливить всех вокруг.

Само собой, первая кандидатура, кого я собралась одарить лучами своей пьяной любвеобильности, конечно же – Снежка.

Вот именно поэтому я ещё на работе обзвонила девчонок, кроме Снежаны, выясняя, кто из них не стругает салаты и ещё не начал праздновать Новый год так же, как и я.

Лидок уже с мужем и детьми укатила к родителям, откуда ей было не вырваться. Васька также, как и я, в обед уже на работе с коллективом хряпнула винца. Благо Валентина оказалась мало того, что свободна весь день, так ещё и трезва как стёклышко. А то, что она ещё была и на колесах –это вообще просто подарок небес. И жирный такой намёк, что задуманное мной обязательно должно получиться.

Именно Валентине и было поручено задание узнать всё, что можно, про «прЫнца» Снежки.

Мой великий план состоял в том, чтобы приехать к нему и спокойно поговорить с мужиком, объясняя, что эта дурочка всё переосмыслила, хочет помириться, но не решается сделать первый шаг в силу своей девичьей скромности.

А то, что она переосмыслила, это без вариантов. Вчера я вполне доходчиво, в своём стиле объяснила этой сказочной наивняшке, где она была не права. Даже если мои нормальные слова до неё сразу и не дошли, то уж маты, исполняющие роль запятых между слов в предложениях, помогли этой принцессе понять, как она ошиблась и что так делать больше никогда не надо.

– И как мы будем мирить их? – скептически интересуется у меня Валюха, которой мной по телефону было всего лишь дано задание, но без каких-либо пояснений.

– Просто поговорим с парнем. Намекнём, что наша девица-красавица всё осознала, а ещё к тому же все глаза выплакала у окна в ожидании его королевского высочества. И если она ему дорога, то он помчится к ней, чтобы помириться.

– Снежка так-то свалила в свой загородный домик.

– Дадим ему адресок, если он про него не знает.

– Ну, не знаю, Ксюш, – с сомнением качает головой подруга.

– Да ладно тебе, Валь, – залихватски начинает толкать речь мой пьяненький мозг. – Сегодня тридцать первое декабря – время новогодних чудес! Так давай сами совершим это самое чудо для нашей подруги!

– Надеюсь, я об этом не пожалею, – бурчит Валентина, снимая машину с ручника и трогаясь с места.

– Кстати, ты инфу у Снежки добывала? Она не спрашивала, нафига тебе это надо?

– Я же аккуратно, как ты и просила, – косится на меня с возмущением подруга.

– Что узнала?

– Нам повезло, что Снежка знала, где он собирается провести Новый год. По плану, который он озвучил ей перед ссорой, было так: двенадцать встретить у него дома, потом заскочить к её родителям, а уже после поехать к его другу, который живёт за городом.

– Адреса все выяснила? – спрашиваю, когда мы останавливаемся на красный на очередном светофоре.

– Конечно. Следовала строго твоему приказу – узнать, где сегодня можно поймать этого парня, – Валюшка поворачивает голову в мою сторону. – Я даже его номер смогла добыть, – с гордостью произносит она с таким видом, словно ожидает, что я ей сейчас медаль начну вручать за этот подвиг.

– Молодец, Валюха! – хихикаю я. – Я теперь только тебя буду брать с собой в разведку. Мы сейчас к нему домой едем?

– Начнём оттуда, – важно произносит она, трогаясь с места, так как загорелся зелёный.

Судя по её виду, ей тоже интересна идея помирить этих двух товарищей.

Дома парня Снежаны не оказалось, и мы выдвинулись на выезд из города по второму адресу, который она выпытала у нашей подруги.

Дом друга Димочки находился в той же стороне, что и дача Снежки, куда она укатила. Мне это очередным добрым знаком показалось: если парень согласится помириться со Снежкой, мы с Валюхой даже отвезём его к ней.

Всю дорогу до коттеджного посёлка, куда лежал наш путь, мы с Валюхой громко подпевали весёлым новогодним песням, которые крутили по радио. И замолчали только тогда, когда подъехали к нужному нам дому.

Подруга паркуется возле высокого забора, огромные ворота которого открыты нараспашку.

Вылезаем из машины и застываем в проёме ворот, осматривая обстановку.

Огромная, освещённая кучей уличных светильников, территория, в центре которой возвышается большой двухэтажный дом. Какие-то небольшие постройки. Кажется, даже бассейн есть, если мне спьяну не померещилось. Всё выглядит так, словно тут какой-то жутко богатый чувак живёт.

Так. Если я помирю Димочку со Снежкой, первый будет просто обязан познакомить меня с хозяином этого дома. Я бы не отказалась от такого кавалера.

Ну а что?

Валюхе не надо, она у нас замуж выходит через два месяца.

А я одинокая, очень даже симпотишная девушка в самом расцвете своего пестика, которому просто зашибись как не хватает… вот такой вот тычинки. Год как уже не хватает, если что.

Важно, чтобы эта самая тычинка была молодой и обязательно в свободном полёте. Ой, а можно ещё бонусом в честь свершения мной новогоднего чуда будет идти привлекательная внешность?

Хотя самое главное, чтобы между нами заискрило. Да так, чтобы всё вокруг возгоралось.

Ведь без последнего пункта мне эта тычинка будет нахрен не нужна, как бы она богата ни была. Во мне, конечно, много недостатков, но меркантильность – точно не мой конёк.

Мне же, как нашей сказочной принцессе Снежке, любоФ подавай.

Глава 4

– Ну что, идём? – интересуется Валентина, смотря на меня с некоторой долей неуверенности.

Я малость тоже трезвею, от чего и начинает одолевать какое-то смутное предчувствие глобального пиздеца. Надо бы загасить его в зародыше. А ещё лучше – утопить.

– Айн момент, – говорю подруге, возвращаясь к машине. Быстро достаю из своей сумки шейкер, в который мне девчонки из отдела «накапали» шампусика в дорожку, так сказать.

– Ты издеваешься?! – чуть ли не вопит Валюха, смотря, как я по-быстрому выпиваю эликсир храбрости и бесстрашия.

Игристое бахает в голову быстро.

Добрая Ксюша обзаводится соседями. На скамейке запасных появляются Ксюша-Геракл, готовая к разным подвигам, и Ксюша-Халк, готовая расхерачить к чертям собачим любое препятствие, возникающее на нашем пути.

– Не ворчи как старая грымза, – бурчу, захлопывая дверь машины и снова присоединяясь к подруге, от возмущения отбивающей ногами чечётку. – Усё! Я готова.

– Вижу я, как ты готова, – ворчит она, пока мы медленно начинаем двигаться в сторону дома, в котором все окна светятся. – Какой план, пьянь ты брюнетистая? Просто постучимся и вызовем парня на разговор?

– Не-е-е… – тяну с сомнением. – Эта компашка наверняка уже празднует. Мы появимся, а вдруг они начнут приглашать нас к столу. Ну, я бы так точно сделала, заявись ко мне нежданные гости. А если парня Снежки там нет? Прикинь, как мы будем выглядеть. Лучше давай сначала осмотримся.

– Ты в курсе, что алкоголь напрочь убивает в тебе здравомыслящего человека? – Валюха укоризненно смотрит на меня. – Проще было бы постучать, вызвать его и на этом всё.

Я лишь фыркаю, всматриваясь в окна дома, когда мы подходим к нему.

Странно, но на первом этаже вообще никого из людей не наблюдается.

Задираю голову вверх, чтобы посмотреть на второй этаж. В левых крайних двух огромных окнах вижу движущиеся силуэты. Кажется, оттуда даже музыка слышна и громкие взрывы смеха. Видимо, хозяин дома и его гости находятся именно там.

Взгляд фиксирует что-то типа небольшой беседки, возведённой прямо напротив того места, где расположены эти самые окна, в которых, как я думаю, празднуют. А ещё я вижу лестницу, которая прислонена с одной стороны беседки.

План моментально рождается в моей голове.

Ага, Ксюша-Геракл встаёт со скамейки запасных. Совершать подвиги – да как нефиг делать!

– Значит так, – торопливо начинаю объяснять подруге, что пришло мне в голову. – Надо сначала точно выяснить, тут ли он. Я залезу на беседку и посмотрю в окно, – глаза Валюхи округляются. – Ты позвонишь ему, раз у нас номер есть, и скажешь, чтобы он вышел на улицу, так как для него есть послание от Снежки. А я буду смотреть в окно и точно увижу, кто ответит на сотовый. Вернее, если кто-то возьмёт телефон, то это точно наш клиент, – её глаза раскрываются всё шире и шире. – А если никто даже пальцем не пошевелит, но тебе этот Димочка ответит, что он где-то в другом месте. И тогда мы просто свалим отсюда, никого не потревожив. Гениально, а!

– Дебиально, я бы сказала, – Валюха делает жест рука-лицо.

Но я уже даже не слушаю. Иду в сторону беседки и тут же начинаю взбираться по лестнице. Благо я в брючном костюме. Не представляю, как бы я это делала в платье, которое хотела утром надеть, но передумала. Как знала, что придётся заниматься физзарядкой.

Пыхтя как паровоз, взбираюсь на крышу невысокой беседки. На ней какая-то странная плёнка, придавленная с четырёх сторон по углам почему-то… поленьями.

По-собачьи начинаю передвигаться поближе к той стороне, которая ближе всего к окнам. Добравшись до края беседки, поднимаю голову и всматриваюсь в оконный проём.

– Ты как там, жива? – слышу шёпот Валюхи.

– Конечно. Только брюки от снега стали мокрыми. Бр-р-р… Коленкам холодно, мать вашу!

Я была права. Праздновали именно тут. Огромная комната с наряженной ёлкой, а посередине накрытый стол.

Куча мужиков (на счёте девять я сбилась) и ни одной представительницы слабого пола. Кто-то сидит за столом и ест, кто-то передвигается по комнате, а кто-то то выходит из комнаты, то снова появляется. И все выглядят абсолютно счастливыми, веселыми и не совсем трезвыми.

Хотя нет, один экземпляр, стоящий у камина с бокалом, в котором плещется что-то тёмное, хмур и серьёзен. Экземплярчик, конечно, выделяется из всей массы мужских особей в этом помещении. Огромный симпатичный мужик с бородой лет так за тридцать. Тёмно-синий тонкий свитер подчёркивает мощные плечи и такую же мощную грудь.

– Ну чего там? – и дальше любоваться красавчиком мне не даёт вопрос подруги.

– Давай, Валюха, звони, – командую я, стараясь отследить всех мужиков, чтобы поймать того, кто из них ответит на вызов.

Подруга, что-то тихо бурча себе под нос, видимо, начинает набирать номер.

Меня накрывает волной разочарования, когда я вижу, что достаёт из кармана чёрных джинсов тот красавчик у камина. Смотрит на экран сотового и, ещё больше нахмурившись, подносит его к уху.

– Я его вычислила, – оповещаю подругу. – Вызывай парня на улицу.

Эх, повезло всё-таки Снежке. Такого мужика заграбастала.

Я передвигаюсь в сторону края, где стоит подруга и свешиваю голову вниз, смотря на неё.

– Дима, здравствуйте, – кинув на меня яростный взгляд, Валюха быстро начинает тараторить. – Вас беспокоит подруга Снежаны, Валентина. Наверняка она вам про меня рассказывала. Понимаю, что моя просьба прозвучит странно, но не могли бы вы выйти на улицу. Я тут вас жду. Хотелось бы сказать вам кое-что, это касается Снежаны… Чёрт-чёрт-чёрт! – разочарованно чертыхается Валентина, убирая от уха телефон.

– Ты чего? – удивленно интересуюсь у неё.

– Телефон сел. Он не успел ничего мне в ответ сказать.

Я быстро поворачиваю голову и смотрю в окно.

Тот мужчина, который ответил на звонок, что-то сказав другим мужикам, отходит от камина и выходит из комнаты.

– Всё нормально, – успокаиваю Валюху, чтобы она не расстраивалась. – Наш «прЫнц» выходит из комнаты. Значит, всё услышал. Сейчас прибежит сюда.

– Давай уже сползай оттуда, – говорит подруга, задирая голову. – Ты у нас главная по этому новогоднему чуду, так что сама будешь с ним говорить.

Я начинаю пятиться задом назад, но за что-то одной брючиной цепляюсь. Судя по всему, на что-то острое напоролась.

Замираю на месте, так как не хочется рвать брюки. Матерясь себе под нос, на ощупь пытаюсь рукой отсоединить себя от внезапного препятствия. Время идёт, а у меня ни фига не получается.

И тут мы слышим, как открывается входная дверь.

Я с какого-то перепуга принимаю лежачее положение, распластавшись звездой, и пытаюсь словно спрятаться.

– Валюха, я тут застряла намертво, – шепчу Валюхе, повернувшейся лицом к выходящему из дома мужика. – Короче, речь на тебе. А как поговорите, отправляй его отсюда, чтобы я могла слезть.

– Ты издеваешься?! – шипит грозно подруга. Мы обе видим, что на крыльцо выходит мужчина в пуховике. Узрев, что на улице идет снегопад, он накидывает капюшон на голову и начинает спускаться по ступенькам.

– Ты прикинь, что он может подумать, если увидит меня на крыше. Ясно же, что я тут подглядывала за ними. Да он никогда не станет мириться со Снежкой, посчитав её подруг немного «ку-ку». Испугается парень, что и она такая же. Короче, говори сама с ним и даже не вздумай смотреть наверх, поняла?!

Я затыкаюсь, как только мужская фигура поворачивается в нашу сторону и топает к беседке.

Глава 5

Мужик довольно медленно идёт в нашу сторону, как будто крадётсякакой-то хищный зверюга.

В натюреле, так сказать, он выглядит ещё мощнее, чем за стеклом, когда стоял у камина в комнате.

Мой мозг немного коротит из-за некого несоответствия. А в чём оно заключается? Да в том, что вот эта гора мышц, природной грубой мощи и сногсшибательной самцовой ауры, долетевшей даже до меня, которая вот-вот сдует меня нафиг с беседки, вот совсем не во вкусе Снежки. Типаж не её от слова ВАЩЕ. Она у нас всю жизнь встречалась с какими-то интеллигентными хлюпиками в очочках. Каким макаром она умудрилась вляпаться вот в… ЭТО, хотелось бы мне знать!

Даже мне, предпочитающей в мужиках типаж этакого брутала, и то немного не по себе от вида этого самца.

По мере приближения мужчины во мне всё начинает странным образом вибрировать и дрожать. Тело покрывается мелкими мурашками. И это точно не от холода, который я ощущаю, лежа на заснеженной крыше беседки.

Валюха, судя по молчанию, похоже, в кому впала, когда ЭТО приблизилось к ней и нависло горой.

– И чего мы тут забыли? – звучит довольно невежливо и, я бы даже сказала, грубо хриплым баритоном.

От хамского тона мужика я моментально начинаю злиться. Аж руки в кулаки сжимаются, так хочется треснуть по его черепушке, чтобы не смел так разговаривать.

Хочется свесить голову и послать его в прекрасное далеко, но сдерживает только одно – я же вроде как в засаде. Голову я всё-таки немного приподнимаю, чтобы узреть, как это хамло начинает щелкать пальцами перед лицом Валюхи, потерявшей дар речи.

– Просыпаемся-просыпаемся, дамочка! – продолжает хамить мужик, заставляя меня от ярости заскрипеть зубами, а руками начать на ощупь двигаться по беседке в поисках чего-нибудь тяжелого, чтобы всё-таки огреть его по кумполу.

Внутри всё бурлит, кипит и вот-вот взорвётся.

Нет, ну это совсем ни в какие ворота! Ни здрасти тебе, ни «будем знакомы», да даже элементарного «что вы хотели?».

Короче…

Козел он, а не принц!

Между тем мужик обходит по кругу вокруг застывшей, походу, в шоке Валентины и оказывается прямо под краем беседки, где уже торчит моя голова. Меховая опушка на капюшоне находится буквально в двадцати сантиметрах от меня. Мужик реально огромный, ростом он, наверное, где-то под два метра, раз его макушка настолько близко от моих глаз.

– Проснулась? – интересуется он у подруги, которая медленно разворачивается к нему лицом. В этот момент моя рука натыкается на полено, кучу которых я заприметила, когда сюда забралась. Пальцы на каком-то автомате довольно крепко сжимают его, когда я слышу продолжение. – Давай, дамочка, врубай речевой аппарат и отвечай уже на мой вопрос: чего мы тут без приглашения шарохаемся?

Всё!

Это предел. Мой.

Ксюха-Халк не просто встаёт со скамейки запасных, нет. Она в секунду вырубает обеих Ксюш – Добряху и Геракла, и…

Всё-таки делает то, что хотелось сделать с того самого момента, как заговорил этот мужик, а именно херачит поленом ему по кумполу.

Валюха взвизгивает, закрывая рот рукой, когда он, как подкошенный, с каким-то странным хрипом падает к её ногам.

Она медленно поднимает голову вверх, смотря на меня с ужасом в широко открытых глазах. Тело у её ног тихо стонет, но не двигается.

– А нехрен было грубить! – всё же с вызовом произношу я, приходя немного в себя.

Чёрт-чёрт-чёрт!

А если я его сильно шибанула?!

Мозг в панике мечется, но успокаиваю себя тем, что удар был всё-таки не таким уж и сильным. Да и капюшон с мехом тоже должен был смягчить удар.

– Ты что натворила?! – с паникой в голосе говорит Валюха.

Не отвечая, я встаю на колени и начинаю задом двигаться в сторону лестницы. Получается достаточно быстро это сделать, так как даже гвоздь, за который до всего этого пиздеца зацепилась одна брючина, куда-то делся.

Уже через несколько секунд я стояла рядом с Валюхой возле тела Снежкиного «прЫнца», лежащего на боку.

– Мы теперь как с ним разговаривать будем? – истерично интересуется у меня подруга, пока я присаживаюсь на корточки, чтобы проверить, в каком состоянии мужик.

Ну что сказать?

Он без сознания, но, слава тебе Господи, живой и здоро… Нет, тут эта фраза будет не совсем к месту.

Ну, главное, что живой, да?

– Да не будем мы теперь с ним никак говорить, – поднимаясь, хмуро смотрю на Валюху.

Ксюха-Геракл очухивается, приходя в себя, и снова (правда, немного пошатываясь после такого-то удара) рвётся в бой.

– Не надо нам с тобой такого счастья. Пусть Снежка сама разговаривает со своим хахалем, – вроде как поясняю я.

– Ты что… Предлагаешь его тут бросить, а нам смыться?! Но он… он… – начинает заикаться подруга, до которой смысл моих слов не дошёл.

– Нет, он, конечно, то ещё… плавающее и непотопляемое в реке, сама понимаешь что, но бросать его тут точно не вариант. Поэтому мы его сейчас дотащим до машины, загрузим и доставим к Снежке. Тут всего-то езды каких-то десять-пятнадцать минут до её домика. Отдадим нашей сказочной принцессе её принца, и пусть она сама с ним дальше разбирается.

– Ты совсем ку-ку?! – ревёт Валюха, но тут же понижает голос, когда мужик снова тихо стонет. – Я на такое не подписывалась!

– Бросить – не вариант. А когда он придёт в себя, первое, что сделает– вызовет ментов, чтобы нас упекли в тюрягу. Сама же слышала, как он разговаривал. Думаешь, он просто так отпустит нас? – вижу сомнения на лице подруги и начинаю додавливать её. – Валюх, самый безопасный для нас вариант – это сдать этого козла в нежные ручки Снежки. Они будут увлечены своим примирением и про нас и думать забудут. Короче, пока он не очухался, давай двигаться в темпе вальса. Ты берёшь его за руки, я – за ноги. И тащим к машине.

Тихо матерясь себе под нос, подруга всё-таки сдаётся и с опаской подходит к лежащему на земле телу.

Как мы не сломали себе поясницу, пока тащили мужика к машине, вопрос на миллион. Этот мамонт весил, наверное, килограммов под сто пятьдесят.

Аккуратно уложив его снова на землю возле авто, я открываю заднюю дверь машины, и мой взгляд падает на моток белой верёвки.

– О, мать, – нервно и пьяненько хихикаю я, доставая увиденное. – А ты как знала, что нам это может пригодиться. Готовилась, что ли, к такому варианту развития событий?

– Да иди ты в… пень дырявый! – тяжело дыша, отмахивается от меня Валюха. – Я даже не знала, что это там лежит. Отец сегодня с утра у меня брал машину. Видимо, это он забыл.

– Дяде Вове моё огромное мерси, – склоняюсь к мужику и начинаю разматывать верёвку в руках.

– Ты что собралась делать, кукухнутая ты моя? – с опаской спрашивает подруга, вставая рядом со мной.

– Связывать, конечно, – невозмутимо отвечаю на вопрос, пропуская оскорбление мимо ушей.

– НАХРЕНА? – чуть ли не рычит Валюха.

Госпидя…

Вот всё ей надо разжёвывать.

– А если он очнётся раньше времени, когда мы ещё будем ехать, а? – я подаю ей часть верёвки. – Надо обездвижить этого мамонта, чтобы нам ответочка в виде удара по кумполу от него с заднего сиденья не прилетела! Чует моя задница, что данный товарищ точно может это сделать, как только поймёт, что мы его похитили.

– Не мы, а ты, дорогая моя! – начинает мне помогать связывать нашего «прЫнца» подружайка, кряхтя, когда приходится приподнимать эту тушу. – Имей в виду, на суде я буду говорить, что ты меня заставила.

– Не ссы, Валюха! Что-то мне подсказывает, что совершить новогоднее чудо сегодня нам с тобой всё-таки удастся.

– Надеюсь, что подсказывает тебе это не твоя задница, – тяжело дыша, выдаёт подруга. – Потому как эта часть твоего тела отвечает за другое, – и прежде чем я интересуюсь, за что именно, она уточняет. – Она у тебя отвечает за затаскивание нас именно в то, как она называется!

Глава 6

Скукота…

Хмуро взираю на друганов, которые веселятся так, словно они на первой своей гулянке, на которой нет родаков, но есть море спиртного.

– Айс, ты чего такой кислый? – кричит Серёга, сидящий за столом и разливающий по пустым рюмкам водку. – Давай к нам.

– Я с вами, мужики, – поднимаю бокал с коньяком, из которого сделал буквально пару глотков. – Жду важного звонка, а вы там так ржёте, что я ни хрена не услышу.

– Нет, всё-таки классно мы решили отмечать Новый год чисто пацанами, без баб, – радостно гогочет Ванька, намахнув полную рюмаху. – Димон – красава! Надо бы ему за эту идею подогнать какой-нибудь презент.

– Ты только ему это не ляпни, – усмехаюсь я. – У него так-то горе вселенского масштаба.

Наш общий друг Дмитрий, можно сказать, настоящий виновник того, как мы пришли к решению собраться мужиками. Первоначально хотели праздновать Новый год по старой традиции: со своими жёнами, девушками, ну или с проститутками, у кого не было баб. Но буквально на днях Димон разосрался со своей кралей. Друган впал в дикую депрессию, и мы, чтобы его поддержать, единогласно решили: никаких баб. Будем отрываться по-мужски, не боясь постоянных одёргиваний со стороны своих женщин, которые в большинстве своём только портят нам этот чудесный праздник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.