# Проверка на бессмертие

Мэй

Азия – это импланты, кланы и сияющие голограммы.

Хакер Ашен Сон работает на корпорацию, и ее владелец лично просит отыскать виновного в смерти старого знакомого. Который успел оцифровать личность и готов помочь с поисками собственного убийцы.

1. Место действия – Гонконг недалёкого будущего. Сеттинг азиатский, но не китайских новелл, а скорее фильмов о китайской мафии и, разумеется, фантастики: триады, клановость.

2. Название – отсылка к «тесту бессмертия». «Тест бессмертия» – это вариация теста Тьюринга, которая определяет, качественно ли передан характер человека, а именно – возможно ли отличить скопированный характер от характера человека, послужившего его источником.

3. Оформление от популярной художницы Sennoma.

4. «Проверка на бессмертие» – это игра Deus Ex, смешанная с «Благородным домом» Клавелла и приправленная современным развитием нейросетей.

5. Однотомник, броманс, тема обретения семьи.

© Мэй, текст, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

> Это новая Азия будущего, где бок о бок живут азиаты и европейцы, где технологии вроде бы доступны каждому, но миром все еще правят деньги и власть, и борьба за них идет на уровнях, недоступных обычному человеку. Суровая реальность без справедливости.

> ЛЕРА БИРЮКОВА,

> автор ТГ-канала «Дерзкая улитка»

v.1.1.

Небо над Коулуном не бывало полностью тёмным.

Ашен Сон смотрел на отсветы на облаках и отстукивал по парапету рваный ритм. Указательный и безымянный пальцы скрывали перчатки.

Голограммы карпов проплывали вверх и вниз перед его лицом, но Ашен Сон давно научился не обращать внимания на рекламу. Столбы зазывали на фестивали, предлагали новую зубную пасту и люксовые импланты – или аугменты, моды, как их ещё называли, хотя в этом районе никто не мог себе позволить такие дорогущие игрушки.

Лан опаздывал.

Больше удивляло, что он вообще решил встретиться.

Вверх от парапета шла лестница, терявшаяся во мраке следующего уровня Коулуна. Узкие проулки извилисто вели во все стороны, подсвечиваемые неоном. Доносились ароматы горячей еды и повторяющаяся по кругу модная мелодия.

Обогнув Ашена, мимо заторопился сухонький китаец, пробормотав что-то про «ровноглазых». Мысленно Ашен Сон хмыкнул. Европейцем был только отец, но от него досталась вся внешность.

Ашен всю жизнь прожил в Объединённой Азии. В городах, полных людей, высоких технологий и неоновых реклам, обещающих всё счастье мира по сходной цене. Ашен разучился верить в это ещё ребёнком.

Вздохнув, Ашен с раздражением провёл рукой по волосам. Попробовал рассмотреть своё отражение в грязной витрине закрытой сейчас лавки. Корни вроде бы отрастали. И почему при всём уровне нынешних технологий не могут придумать краску, которая заставляла бы волосы сразу расти пепельными? Хотя ходили слухи, что «Аморе косметикс» работали над этим и скоро представят новинку.

Карпы замерцали помехами, но быстро пришли в норму. Похоже, перебои с энергией. Когда-то Коулун считался трущобами Гонконга, потом стал парком, а теперь снова вернулся к первоначальному состоянию: тесные домишки, так себе условия жизни, зато самая низкая арендная плата и внимание властей сквозь пальцы. Идеальное место, чтобы встретиться вдали от любопытных глаз.

Услышав подъезжающий мотоцикл, Ашен Сон обернулся и облокотился на парапет. Напустил на лицо безразличное выражение и даже насмешливо приподнял брови, всем видом показывая, что он вовсе и не ждал особо.

Байк лавировал на узкой улочке, едва не касаясь поцарапанными боками стен. Райдер пригнулся, чтобы не задеть висевшие фонарики из рисовой бумаги, и, наконец, остановился перед Ашеном. Голова в шлеме повернулась, и Ашен приподнял подбородок, смотря нагло и не включая встроенные в глаза аугменты.

Райдер снял шлем, оказавшись молодым китайцем, которого большинство считали привлекательным. Высокие скулы, очень тёмные глаза. Пальцы украшали перстни, в ухе поблёскивала тонкой цепочкой серьга.

– Ты слишком самоуверенный для ровноглазого в Коулуне, – заметил китаец.

– А где твой шлем с кошачьими ушками?

Усмехнувшись, Лан слез с мотоцикла. Он был одного роста с невысоким Ашеном, но казался хрупким. Вряд ли кто на местных улицах признал бы в нём одного из самых могущественных людей Гонконга, Великого дракона корпорации «Шэньхун». Маскировался он отлично: никакой охраны или скоростных байков, которые обожал.

– Курить будешь?

Ашен Сон покачал головой, а Лан проворно вытащил сигарету. Язычок от пламени зажигалки смешался с холодным светом плавающих в стороне голограмм. Прислонившись к парапету, Лан глубоко затянулся, запрокинув голову.

По лестнице спустилась китаянка в замызганном халате, ворча себе под нос. То ли на каком-то наречии, то ли просто настолько неразборчиво, что Ашен уловил только раздражение об очередных молодых лоботрясах, которые встали посреди дороги. На ухе у неё мерцал кохлеарный имплант, способный отсекать заданные звуки.

– Давно вернулся в Гонконг? – спросил Ашен.

– Только что. Джетлаг меня однажды доконает.

Открыв глаза, Лан повернул голову, внимательно смотря на Ашена. Тот давно привык к подобному взгляду, хотя в первый раз, когда сын главы клана посмотрел на него именно так, Ашен пожалел, что решился просить убежища и защиты.

Взгляд сквозь.

Подобный бывал у обладателей имплантов: глаза выдавали им всю доступную информацию о человеке. Шэнь Лан смотрел так, будто хотел без всяких нейроштук докопаться до сути, узнать, что за человек перед ним.

– Я помню, ты терпеть не можешь летать, – хмыкнул Ашен. – Особенно через полмира. Думал, завтра возвращаешься.

– Завершили встречу раньше.

– Всё прошло успешно?

Лан кивнул, выпуская дым в белёсое небо. Они были знакомы несколько лет, с тех пор как Ашен Сон продал клану Шэнь всю информацию, которую умыкнул у одной корпорации, и попросил защиту. Они же решили дать гораздо больше и наняли хакера на работу.

Тогда Ашен Сон верил, что это и правда обычное деловое соглашение с «Шэньхун». Именно Лан объяснил, что это нечто большее. Теперь Ашен – часть клана. Они убьют за него, если понадобится – но и он должен быть готов умереть за них.

Лан стал его другом. Но даже Ашен не всегда мог понять, что у того в голове.

– Я напомнил им, кто здесь Великий дракон, – криво усмехнулся Лан. – Это стоило им нескольких миллионов, а мне – пары бессонных ночей.

– Тогда почему захотел встретиться, а не поехал домой?

Лан снова выпустил дым, на этот раз чуть отклонившись, так что через вихрящиеся клубы проплыл полупрозрачный рекламный карп.

– Для тебя есть задание.

– От тебя лично или от «Шэньхун»?

– Это официальное задание корпорации. Но я хотел попросить лично.

– Да что за загадки? – проворчал Ашен.

К его удивлению, Лан рассмеялся, негромко и мелодично.

– Извини, Аш. Ты прав.

Он затянулся напоследок и автоматически сунул потушенный окурок в карман. Грязноватый проулок вряд ли заметил бы мусор, но Ашен слышал, что по единице генетического материала умельцы уже могут изготавливать яды. Будучи наследником клана, Лан никогда не рисковал в подобных вещах.

Став Великим драконом после смерти отца, начал относиться ещё внимательнее. Именно из-за этого пришлось ехать в Европу и напоминать о прошлых соглашениях. Европейцы часто забывали, что подписывали договор с кланом, а не с конкретным Драконом.

Улыбка исчезла с лица Лана, он подобрался, превратившись в остро отточенный клинок.

– Убили одного важного человека. Брайана Морана.

– Мораны? Из «Моран индастриз»?

– Сын генерального директора. Мой старый знакомый. Его сестра попросила помочь с выяснением обстоятельств.

– Ева Моран? Твоя невеста? Подожди… я-то здесь при чём? Я не детектив.

– Нужен не детектив. Нужен хакер.

Ашен Сон нахмурился, мало что понимая. Он не был знаком с Евой Моран, о Брайане Моране много слышал. Их компания занимала важное место не только в Гонконге, но в принципе на рынке.

– Аш, я не в курсе подробностей, – вздохнул Лан. – Но я хочу знать, кто убил Брайана. И почему. Ты лучший хакер. Найди тех, кто за этим стоит.

– Даже если кто-то важный?

– Конечно, это кто-то важный, – хмыкнул Лан. – Все корпорации гудят из-за смерти моего отца. Самое время, чтобы убирать конкурентов и упрочнять положение. Но разбираться предоставь мне. Просто выясни, кто стоит за смертью Брайана.

Звучало как просьба, хотя отказаться Ашен Сон не смог бы. Он не просто работал на клан, он, по сути, принадлежал ему. Но теперь понимал, почему Лан хотел встретиться – подчеркнуть, что результат важен лично ему. Раз уж дело связано с его старым знакомым и невестой.

– Ева расскажет подробности, – продолжил Лан.

Ашен насторожился. Его социальный мод уловил почти незаметные нюансы в голосе Лана. Едва слышные паузы, растягивание фраз. Беспокойство.

– Я должен знать что-то ещё? – спросил Ашен Сон.

– Просто будь осторожен.

– Не я беру самый задрипанный мотоцикл, чтобы инкогнито притащиться на встречу в злачный район Гонконга!

Ашен Сон усмехнулся, но Лан оставался серьёзным, его губы даже не дрогнули, и беспокойство Ашена крепло.

– Почему не встретились в офисе? – спросил Ашен. – Наверняка ведь туда поедешь.

– Мне нравится Коулун. Здесь можно быть кем угодно, и всем всё равно.

После смерти отца Лан встал во главе клана Шэнь и корпорации «Шэньхун». Многие считали его слишком молодым для подобной роли, пытались узнать границы его слабости. Наверняка это выматывало.

– Хорошо, я разберусь с убийством Брайана, – сказал Ашен. – Будешь ещё курить?

– Нет. Чёртов джетлаг!

Лан потёр переносицу, морщась. Потом повернулся, чтобы облокотиться на парапет, как и Ашен. Теперь они оба стояли лицом к длинной лестнице.

– Есть ещё кое-что, Аш. О чём нужно сказать лично.

Ага, значит, интуиция всё-таки не подвела.

– Ходили слухи, что Брайан связался с Красной комнатой, – сказал Лан.

– Что? Это же байка Даркнета. Красной комнаты нет.

– Возможно. А возможно, Брайан отыскал её.

– Я думал, его смерть связана с тем, что он сын главы корпорации.

– Неужели ты считаешь, если Красная комната существует, её не прикрывает одна из корпораций?

– Дерьмо.

Теперь у Ашена руки зачесались покурить, хотя он старался следить за собой и бросить эту привычку. Он продержался уже неделю, не хотелось так глупо начинать.

По лестнице спускался очередной китаец в потрёпанном плаще, на этот раз молча, смотря себе под ноги. Ашен мог его понять, выщербленные ступеньки не внушали доверие.

– Аш…

Он мгновенно напрягся, услышав в голосе Лана одновременно металл и предупреждение, но внешне тот оставался таким же расслабленным. Что-то было не так, и Ашен вцепился в парапет.

Раньше он думал, что его жизнь полна опасностей. Он переезжал из одного дешёвого жилья в другое, прокачивал навыки и спускал деньги на новые девайсы и импланты. Он не заботился о завтрашнем дне, ему нравилось жить на острие.

Пока он не стал частью «Шэнхуна». Вот тогда он узнал, что такое настоящая опасность.

Когда Великий дракон поручил ему первое дело, нужно было отследить, куда утекают деньги с закрытого счёта. Для Ашена Сона это оказалось пустяком, но никто не позволил отсиживаться в офисе.

Они ворвались в маленький притон как раз тут, в Коулуне. Местечко втиснулось между лапшичной и прачечной. Оказалось, служило прикрытием для группы, понемногу воровавшей деньги у корпораций.

В том же притоне оказался и Лан. Когда пришли его люди и настала пора скинуть маскировку, он в один момент превратился из расслабленного парня в беспощадного руководителя.

Тогда Ашен впервые увидел Лана в действии. Он хладнокровно приказал убить всех, кроме единственного вора, которого оставили для допроса.

Сейчас, на узкой улочке Коулуна, Лан тоже подобрался, резко ушёл в сторону, когда китаец на ступеньках поравнялся с ними. Оттолкнул Ашена, быстро ударил первым, и Ашен заметил, как из руки нападавшего выпал нож.

Лан вырубил его несколькими быстрыми ударами.

– Глупо! – сказал он.

Один из перстней мерцал голубоватым светом модов, идти на Великого дракона с ножом и правда верх глупости. Если только ты не местный грабитель, решивший, что два молодых мужчины станут лёгкой добычей.

Или если ты не отвлекающий манёвр.

Дрон вынырнул из-за козырька здания, на его ощерившихся лезвиями боках мелькнул кислотный отсвет вывески. Лан вскинул другую руку, делая причудливый жест пальцами. Кольца снова вспыхнули. Дорогие, высококлассные гаджеты вместо имплантов, они создавали электромагнитный импульс.

Стёкла лавочек дрогнули и осыпались вниз крошевом, но дрон явно был защищён. Он ринулся вперёд, целясь в Лана. Тот был главой «Шэньхун», но его областями всегда оставались финансы и политика, он не был воином. Как и Ашен.

Он заметил силуэт, метнувшийся со скоростью, казавшейся невозможной для человека. Фигура подпрыгнула, будто кошка, мелькнули лезвия, и дрон рухнул на грязный асфальт.

Приземлившись, девушка выпрямилась и хмуро глянула на Лана. Стройная, гибкая, в чёрном костюме с высоким горлом. На широком кожаном поясе выгравированный бордовый дракон. Тёмная помада и выразительные глаза, подведённые красным. В собранных волосах заплетённые косички, на кончиках пальцев титановые когти золотистого цвета. Смертоносное и опасное оружие.

Шэнь Фэйлин могла казаться красивой девушкой, но давно являлась главным Когтем Дракона. Она подошла стремительно и, не убирая лезвия, ткнула одним в грудь Лана:

– Мог предупредить о встрече.

– Я знал, что будешь следить за мной.

– Теперь ты – Великий дракон. Ты не можешь просто так уйти, как обычный человек.

– Ты права, – ровно сказал Лан. – Теперь я Великий дракон. Это значит, я буду делать то, что считаю нужным.

Фэйлин прищурилась, но не ответила. Как подозревал Ашен, она следила за Ланом от самого самолёта и беспокоилась не из-за того, что Лан теперь глава клана.

Лан – её старший брат.

– Пусть дрон заберут, – сказал Лан. – Посмотрим, чья разработка, хотя вряд ли что выясним. Кланы и корпорации прощупывают нас. Фэйлин, захвати вот этого господина, но, скорее всего, ему заплатили минут пятнадцать назад.

Лан ткнул носком ботинка лежавшего без сознания нападавшего. Повернулся к Ашену:

– Я хочу знать все подробности о смерти Брайана.

Он вздохнул и скрыл зевок в кулаке. Ашен Сон прекрасно знал, что Лан может быть беспощадным драконом, но ему и Фэйлин мог показать, что он ещё и человек.

– Поеду посплю, – закончил Лан. – Проклятый джетлаг!

Ашен Сон помнил, как в том притоне Лан руководил жёстко и бескомпромиссно, а потом его рвало за углом. Ашен тогда неловко поддерживал и никому не сказал ни слова. С этого и началась их дружба.

v.1.2.

Здание «Моран индастриз» возвышалось в деловом центре Гонконга. Небоскрёб, утопающий в огнях из окон и многочисленной рекламе. Этим вечером в воздухе висела влага, размывая неоновый свет.

Ева считала, баннеры уродуют здание. С другой стороны, они расцвечивали весь Гонконг, споря с ночным мраком, делая город светлее.

Сейчас Ева поднималась на лифте, и стеклянная кабина скользила по внешней части здания «Моран индастриз», а реклама мерцала со всех сторон. Ева проехала мимо огромного светодиодного экрана, на котором женское лицо без единого изъяна демонстрировало новые ампулы нанитов для разглаживания морщин.

Лифт связывал между собой ключевые этажи, но воспользоваться им могли только члены правления или семья Моран, так что Ева не опасалась, что кого-то встретит. Мелькнула мысль, что нужно убрать из базы Брайана, он больше не воспользуется лифтом.

Натянув на руки тонкие чёрные перчатки, Ева вышла из остановившейся кабины. Прошла через приёмную комнату и сразу оказалась в собственном офисе.

– Свет, вариант два.

Сияние пошло из-под большого рабочего стола и стула для посетителей. Вполне достаточно, чтобы создать неофициальную обстановку, но напомнить, что вообще-то Ева здесь главная, а пришедший всего лишь будет работать на неё. К тому же Еве просто нравилось, что приглушённый свет не мешал любоваться ночным городом.

Прошелестев длинным бархатным платьем, Ева подошла к панорамному окну, смотря на открывшийся пейзаж и собираясь с мыслями. Когда-то она родилась в Гонконге, но не разделяла энтузиазма брата. Вот он искренне восторгался здешней атмосферой, впитывал её. Городской неон отражался у него в глазах, подземка вибрировала в такт биению сердца, море в бухте шелестело, как дыхание.

Уезжая в Америку на учёбу, Ева жалела о том, что расстаётся с братом и семьёй, но не испытывала сожалений о городе. Хотя в школе-пансионе её удивляли местные привычки, и Ева не раз ловила себя на мысли, что азиатские люди ей ближе.

В Гарварде она уже не вспоминала об этом. Училась с удовольствием, со страстью. Думала задержаться в Штатах, но отец категорично вызвал в Гонконг.

– Ты получила степень в менеджменте. Употреби её на благо семейного дела.

Теперь Ева смотрела на пульсирующий огнями и жизнью город и не могла понять, чего в ней больше, отца-европейца и западного образования или матери-китаянки и тяги к местной земле, заставлявшей сжигать благовония и консультироваться с мастером по фэншуй.

«Ты продолжение этого города. Он тоже соткан из противоречий востока и запада. Поэтому все корпорации здесь. Пульсирующее сердце».

– Ты же не можешь подслушивать мои мысли, – пробормотала Ева.

Голос в голове вроде бы засмеялся, но звучало сухо, пергаментно.

«Я и не слышу. Но ты смотришь на город, и я знаю тебя».

– Прекрати. Ты меня не знаешь.

Брайан знал. Старший брат и наследник отца, отмахивавшийся от дел компании. Его интересовали исследования, которые проводили «Моран индастриз». Ева радовалась, что отец не стал настаивать и отправил Брайна туда, к чему лежала его душа. Он руководил отделом разработок.

Они часто встречались за ужином и ходили в непримечательные заведения, которые выбирал Брайан. Он размахивал палочками вместо того, чтобы есть, жестикулировал, рассказывая о новом проекте. Он внимательно слушал.

Брайан любил морепродукты и не переносил молоко. Он великолепно ругался на нескольких диалектах, местные его уважали. Он любил поэзию и к созданию искусственных интеллектов подходил как к поэмам.

Он был. Но теперь он мёртв. Ева хотела выяснить, кто это сделал. А потом найти ублюдка и вспороть ему глотку.

Усевшись за стол, Ева коснулась дисплея:

– Эвелина, он здесь?

– Ждёт в приёмной комнате. Впускать?

– Да, пожалуйста.

Ева развернулась спиной к огромным окнам и лицом к входной двери. К счастью, посетитель не заставил себя долго ждать. Вошёл решительно, сразу направился к креслу, в котором и устроился.

Весь в тёмной одежде, нижнюю часть лица скрывал респиратор, который гость не потрудился снять. Но самым примечательным в его внешности, безусловно, оставались пепельные волосы, выбритые на висках. Глаза гостя чуть отсвечивали модами, мизинцы и безымянные пальцы рук скрыты перчатками, но Ева и без того знала, что они тоже напичканы нейроштуками. Он мог держать в руках базы данных. Буквально. В костяшках пальцев прятались слоты для информации.

Не смущаясь, гость разглядывал кабинет, надолго остановившись на стилизованном камине со свечами.

– Ашен Сон, я так понимаю?

Он перевёл взгляд на Еву и наверняка попытался просканировать, но такой фокус у него не выйдет. У Евы имелся собственный имплант, отец настоял на нём, когда ей исполнилось четырнадцать, официальный возраст, позволявший вживление. Маленькая игрушка, вшитая под кожу, скрывала информацию от таких вот обладателей глаз. Ничего, кроме имени. Но Ашен Сон и без того знал, к кому пришёл.

– Предлагаю не ходить вокруг да около, – заявил он, и его голос звучал чуть приглушённо. – Мы оба знаем, зачем я здесь. Убийство твоего брата, Брайана Морана.

– Может, снимешь респиратор? Говорить приятнее с тем, чьё лицо видишь.

Еву раздражала эта манера прятаться, она и респираторы не любила, справедливо полагая, что они не столько из-за городского смога, сколько из-за желания некоторых личностей скрыть себя. Как будто их данные сложно взломать! Брайан раскусывал такие системы, когда Ева была совсем маленькой.

Ашен Сон стянул респиратор, оставив его болтаться под подбородком. Обычное лицо, узкое, бледное. Угадывалось что-то азиатское, но в целом Ашена легко принять за чистейшего европейца.

– Я выполню задачу наилучшим образом, потому что Шэнь Лан лично попросил об этом.

Во фразе едва заметно прозвучало что-то церемониальное. Откинувшись в кресле, Ева скрестила руки:

– Ты не только работаешь на «Шэньхун», ты часть клана, правильно?

Ашен Сон кивнул:

– Я слышал, что у вас в «Моран индастриз» всё иначе. Вы не отсюда.

– Мой дед основал компанию в Европе, но приехал в Гонконг и прожил тут всю жизнь. Мой отец родился тут. Нас до сих пор считают чужеземцами, хоть и вынуждены считаться.

Ещё бы не были! «Моран индастриз» слишком заметная корпорация, чтобы с ней не считаться. К тому же и дед, и отец успели оказать важные услуги местным.

– Ты училась не здесь, – сказал Ашен Сон. – Родилась в Гонконге, закончила Гарвард. Два года назад приехала по настоянию своего отца и заняла пост операционного директора в «Моран индастриз». Компания однажды перейдёт к тебе.

– Уже взломал наши базы?

– Зачем? Всё это можно отыскать в открытом доступе. Я всего лишь навёл справки. Хотя больше меня интересовал твой брат. Брайан всю жизнь прожил в Объединённой Азии, окончил Шанхайский университет, жил в Гонконге. Лан считал его хорошим знакомым, так что, думаю, Брайан куда лучше тебя понимал, что такое кланы.

Ева поджала губы, но не стала отвечать. Брайан действительно с восторгом рассказывал об уникальной системе азиатских корпораций. Ева не разделяла его воодушевления и здесь, считая, что тот же «Шэньхун» – это нечто среднее между торговым домом и мафиозной триадой. Внутри корпорации их объединяет не только общая работа, даже не одни семейные узы, как у Моранов, но и клановая система, где вовсе не обязательно приходиться кровным родственником.

Из-за этого возникало много проблем при работе с ними.

– Да, меня приняли в клан Шэнь, – кивнул Ашен Сон. – Я под их защитой, иначе, скорее всего, был бы мёртв.

Конечно, мёртв, подумала Ева, но перед этим корпораты из тебя бы душу вытрясли. Когда-то Ашен Сон считался гениальным хакером, пока не прихватил слишком много информации у «Титана». Эта компания объявила на него охоту, часть триад ей подчинялись. В общем, Ашен Сон прав: никто с ним церемониться не стал бы. Пока «Шэньхун» не объявила, что теперь он работает на них. Наверняка это стоило всех секретов «Титана».

– Значит, Лан попросил тебя заняться делом, – сказала Ева. – Хорошо.

Все знали, что Ева – невеста Лана, но мало кто был посвящён в детали их отношений. Ева решила исходить из того, что вряд ли для хакера существовали запертые двери и спрятанные секреты под неплотно прикрытыми крышками. Значит, он в курсе, что эта свадьба представляла собой часть сделки, которую заключили их отцы.

– Тебя не было в инструкциях Брайана, – сказала Ева. – Но ты можешь помочь найти тех, кого он указал.

– Инструкции?

– На случай его смерти. Он обновил их полгода назад. Там сказано, если с ним что-то случится, я должна привлечь Отшельника и Колесо Фортуны. Знаю, что это какие-то хакеры, но не в курсе, как их отыскать.

Ашен Сон нахмурился и подпёр рукой подбородок. Взгляд у него стал немного отсутствующим, скорее всего, он уже залез в Сеть.

– Знаю их, – сказал Ашен. – Точнее, Отшельника. Колесо Фортуны работает с ним. Мы никогда не встречались в жизни, но этот парень, Отшельник, и правда хорош. Я смогу послать им весточку. Думаешь, они что-то знают о смерти Брайана?

– Надеюсь на это.

В тот вечер Ева собиралась встретиться с Брайаном. Она задерживалась, работая с документами, а он занимался допоздна в лаборатории с высокотехнологичными разработками, которые становились «мозгами» умных машин, управляли домами, самолётами и даже лифтами. Еве позвонил не брат, которого она ждала, а отец, сообщивший, что Брайана хотели убить.

Брайан умер, пока Ева ехала в больницу.

Сейф с инструкциями она открыла той же ночью. На её дрожащих руках ещё оставалась кровь брата, и Ева верила, что внутри найдутся подсказки к тому, что произошло. Но ничего. Только указания отыскать Отшельника и Колесо Фортуны.

Ашен Сон пригодится, если сможет быстро это сделать. Поэтому Ева и попросила Лана о помощи, знала, что у него есть ресурсы.

Родительские договорённости претили, сколько раз Ева ругалась по этому поводу с отцом! Он неизменно повторял, что договор нельзя нарушать. Ева злилась. Но когда познакомилась с Ланом, поняла: проблема ещё и в том, что он неплохой человек.

Взгляд Ашена Сона оставался таким же расфокусированным, глаза чуть мерцали. Левой рукой он коснулся правой ладони, пробежал пальцами по коже, и Ева не сомневалась: там тоже мод, уже вовсю занимавшийся поиском.

У самой Евы имелось достаточно встроенных аугментов, но она всё равно не представляла, как можно одновременно быть и здесь, и там, без всяких экранов и дополнительных гаджетов.

– В этом деле будет участвовать ещё кое-кто, – сказала Ева.

Она прикинула последствия, но если Ашен Сон работал на Лана, то надёжнее человека не найти. Особенно его квалификации.

«Ты уверена, что стоит ему рассказывать?» Голос прошелестел прямо в голове Евы.

– Да, – ответила девушка. Она тронула нейрошунт за правым ухом, касаясь невидимых сенсоров, чтобы подсоединиться к системе офиса.

– Ещё один хакер? – взгляд Ашена Сона сосредоточился на Еве.

– Брайан.

Ашен нахмурился, явно не понимая:

– Подожди… твой мёртвый брат? Он оставил ещё инструкции, и они нам помогут?

– Нет. Сам Брайан.

В этот момент из офисных динамиков раздался приятный мужской голос:

– Привет, Ашен. Рад с тобой познакомиться. Хоть и вот так.

Ева отдала должное выдержке Ашена Сона. В его голове наверняка пронеслось с десяток вариантов, что происходит, но он сохранял спокойствие, только нахмурился. Его пальцы снова пробежали по кисти рук, наверняка тестировал и анализировал, что за систему сейчас слышит. Ева облегчила ему задачу:

– Брайан занимался программой «Бессмертие».

Вот теперь глаза Ашена расширились. Он явно знал, что это такое.

– Это же разработка, – сказал он. – Эксперимент. Никому так и не удавалось сделать цифровую копию человека.

– Брайан занимался «Бессмертием» несколько лет, – сказала Ева. – Он изучал возможности саморазвивающихся нейросетей и на их основе придумал, как загрузить личность в инфополе.

– Подожди…

– Это Брайан, – кивнула Ева, касаясь нейрошунта за ухом. – Вот здесь. Его цифровая личность. Он загрузил себя в программу за полгода до смерти. У этой личности его характер, его воспоминания, его образ мыслей.

Капсула с данными нашлась в том же сейфе. Когда Ева загрузила её и поняла, что это такое, она едва не задохнулась от эмоций. Услышав голос мёртвого Брайана.

– Я и есть он, – спокойно сказал голос. – Но в моих воспоминаниях отсутствуют последние полгода жизни реального Брайана, поэтому ответов у меня нет. Но я могу помочь их отыскать.

– Экспериментальная разработка, – сказала Ева. – О ней никто не должен знать. Насколько я понимаю, копий других личностей не существует. Мой брат… всегда предпочитал пробовать на себе. Результат по каким-то причинам не устроил его полностью. Или он хотел проводить ещё тесты.

– Он что-то планировал, – подал голос Брайан. – Но информация об этом в меня не загружена.

До сих пор Ева терялась, как воспринимать вот эту цифровую копию. Она говорила, как брат, создавалась иллюзия, что даже мыслила, но до сих пор оставалось непонятным – это обученный бот или действительно полноценная копия, к которой так стремилось «Бессмертие».

Похоже, Ашена Сона не смущали подобные вещи. Он широко улыбнулся:

– То есть будем искать убийцу с какими-то хакерами и вот этим? Прекрасно!

– Да, – подтвердил бестелесный голос. – Нужно узнать, кто меня убил.


Яо нёсся по ночному городу, не обращая внимания на знаки. Неоновые отблески скользили по его телу, а за спиной мерцали девять голограммных хвостов.

Под козырьком рынка Яо остановился отдышаться. На уровнях под ним сияла назойливая реклама, поэтому Яо планировал забраться повыше, чтобы двигаться по крышам. Для таких, как он, ночной город представлялся не только домами, переплетёнными многочисленными мостками, но и запутанной дорогой, путём, который он с удовольствием прокладывал. Когда Яо мог отыскать новую тропу в привычный район, он приходил в восторг.

– Эй, посторонись!

Яо едва успел отшатнуться, когда прогромыхал уличный торговец с тележкой. Он с раздражением отмахнулся от голограммных хвостов, но потом заметил ножны с катаной, и выражение лица тут же стало испуганным.

– Извините, господин.

Яо только фыркнул. Принюхался – похоже, у торговца лапша, а её совсем не хотелось. Крутанувшись на месте, Яо нырнул на рынок, утопая в ароматах еды и разговорах. Углубляться не стал и уже через пару минут продолжил путь, но в рюкзаке пристроился контейнер с жареной курицей на палочках.

Катана не мешала движениям, Яо давно с ней сроднился. Эндрю посмеивался, что раньше, когда Азия не была единой хотя бы формально, хули-цзин никогда бы не стал носить катану, но теперь всё слишком смешалось.

Яо только закатывал глаза и ворчал:

– Шибко умный ты!

Эндрю не обижался, пожимал плечами. Но ждать вечно он не будет, Яо стоило поспешить. Разбежавшись, он сделал рисковый прыжок, из-под подошв кед даже сорвалось несколько камушков, зато пролетел чётко через голограммного карпа, который плыл по улице с рекламой косметической фирмы. Перед спуском на крышу уровнем ниже проблем не возникло, Яо ловко сделал сальто в воздухе, приземляясь мягко и пружинисто.

Он обошёл металлическую коробку, в которой скрывались корпоративные антенны или подобная чушь. Яо совершенно не разбирался, знал только, что к замкам лезть без подготовки не стоит, тряханёт так, что хорошо, если выживешь.

Эндрю обнаружился с другой стороны. Прислонившись к стенке, он водил перед собой руками. На металлических кольцах на пальцах, как и на очках, мерцали огоньки соединения. Эндрю подключался к таким устройствам, чтобы скачивать информацию корпоратов.

– Это я, – громко заявил Яо. – Поесть принёс.

Эндрю замер и сделал смахивающее движение. Яо знал, когда тот всерьёз занят, то не ответит, хотя на реальные дела они всегда ходили вместе. Пока Эндрю отключался от окружающего мира и нырял в киберпространство, Яо сторожил.

– Привет. – Эндрю улыбнулся и поднял очки, растирая переносицу, на которой остался красноватый след.

Яо был бы рад, если Эндрю увидел его хвосты. Их полупрозрачное сияние на фоне гудящего города. Яо так гордился, когда у торговцев наконец-то отыскал интерфейс хули-цзин!

Эндрю был слеп. Его мутные молочные глаза смотрели перед собой и моргали, видимо, чтобы снять напряжение. Эндрю видел только цифровой мир.

Скинув рюкзак, Яо уселся рядом с другом, одновременно расстёгивая молнию, чтобы достать курицу на палочках.

– Тебе нужны новые очки, – проворчал Яо. От старых Эндрю явно уставал. Такое случалось, если пользоваться интерфейсом слишком интенсивно.

– Мне нужно кое-что другое.

Неловко выпрямившись, Эндрю, не сняв колец, расстегнул куртку. Футболка на боку пропиталась кровью.

Выругавшись в духе рабочих-кули, Яо потянулся не к контейнеру с едой, а к портативной аптечке, которую всегда таскал с собой. Он и Эндрю пытался одну такую всучить, но тот лишь качал головой:

– Стимуляторы и обезбол у меня и так есть, а остальное не увижу.

Тогда Яо до хрипоты спорил, что с большинством нынешних технологий видеть и не нужно, но сейчас не мог не признать, что самому справиться с раной Эндрю было бы сложно.

Разорвав футболку, Яо цокнул языком и бесцеремонно залил порез антисептиком. Эндрю выгнулся и зашипел от боли, но Яо не ощущал стыда.

– Ты заслужил, – мрачно сказал Яо. – Мог скинуть сообщение, чтобы я поспешил, а не сидеть и ждать. А если б я задержался? Ты бы тут кровью истекал?

– Ты же пришёл.

Яо ещё разок от души брызнул антисептика, но больно уже не было. А жаль. Эндрю ничему жизнь не учит. Яо иногда недоумевал: это какое-то извращённое стремление к саморазрушению? Или Эндрю правда плевать, когда он увлечён в киберпространстве? Или ему приятно получать помощь Яо?

Рана не казалась серьёзной, но походила на след от боевого лазера.

– На что ты умудрился нарваться? Каким вообще образом?

– Тут поставили охрану.

Опешив, Яо огляделся и почти сразу заметил чёрный шар в углу крыши. Обычно он такие сносил одним ударом, пока Эндрю подключался. Но тут их постоянное место, отродясь охраны не было!

– И ты остался? – спросил Яо. – Ты припёрся на нашу обычную крышу, тебя подстрелила новая охранная пушка, а ты спокойно подключился к их сети?

– Не так уж спокойно. Я торопился. Чтобы сразу вырубить её и сигналку.

– Ну я рад, что ты такой расторопный.

Почти со злостью Яо облепил рану жидким пластырем. Пару дней Эндрю походит, потом можно снять.

– Спасибо, – сказал Эндрю. Поморщился, усаживаясь удобнее.

Если бы он видел, то сразу заметил бы пушку. Он знал, где они могут быть расположены. Но от киберочков оружие надёжно скрывалось, и это всегда немного пугало Яо. Что, если Эндрю нарвётся на что-то такое без него и страховки его катаны? Поэтому Эндрю обычно и не ходил на дела в одиночку. Да и крышу эту они знали!

– Спроси, – улыбнулся Эндрю. Он стаскивал с пальцев кольца, его глаза невидяще смотрели вперёд. – Я же знаю, тебе интересно.

Яо фыркнул, усаживаясь рядом. Распластал голограммные хвосты вокруг. Он понимал, почему Эндрю не убрался отсюда побыстрее. Если тут поставили пушку, значит, в сети есть что-то ценное.

– Ладно, – проворчал Яо, убирая аптечку и доставая контейнер с едой. – Что там было?

– Адреса некоторых мест Даркнета.

– И ради этого ты кровью истекал?

– Просто ждал тебя.

Яо закатил глаза, зная, что друг его не видит. Передал ему палочку и вцепился зубами в поджаренный кусок курицы. Перед ними проплывала ввысь синяя неоновая медуза, и Яо в очередной раз пожалел, что Эндрю её не видит.

– Ещё кое-что, – сообщил Эндрю. – Нам пришло письмо, нас зовут в Сянган.

– Сянган? Работа какая-то?

– Возможно. Сообщение для Отшельника и Колеса фортуны.

Яо замер. Значит, от кого-то из круга хакеров. Или от того, на кого работает хакер. Это всё волновало и обещало приключение, может, слегка опасное. Постаравшись, чтобы голос его не выдавал, Яо спросил как можно безразличнее:

– От кого пришло сообщение?

Он почти готовился, что Эндрю пожмёт плечами, чаще всего те, кто предлагал им работу, шифровались. Но тут, похоже, другой случай.

– От Мага.

Ашен Сон.

v.1.3

Помещения «Шэньхун» нравились Ашену больше, чем «Моран индастриз». В последних будто веяло холодом, как и от Евы. Небоскрёб «Шэньхун» казался приветливее, хотя сам Лан мастерски умел отстраняться, а не изображать отстранение, как Ева.

Поднявшись почти что в небо, Ашен Сон покинул лифт и прошёл по тёмно-алому ковру к кабинету Лана. Интерьер вокруг представал сдержанным, флюоресцентные трубки на колоннах переходили в красные бумажные фонарики. Арка отделяла приёмную.

Ли Чэньгуан работала здесь всё время, сколько Ашен знал «Шэньхун». Милая улыбчивая женщина чуть за сорок. Она одна из немногих, кто не скрывал свою информацию, а наоборот, охотно её показывал, поэтому по зрачку Ашена поползли данные об имени, должности и многочисленных установленных модах. Секретарь с ходу оценивала посетителя поблескивающими глазами, Ашен мог биться об заклад, что она неплохой хакер.

– Добрый вечер, Ашен Сон, – улыбнулась Чэньгуан. – Молодой господин занят, подожди пару минут.

– Конечно.

– Джу спрашивала о тебе. Когда ты позовёшь её на свидание?

– Мы с Джу даже не знакомы, – рассмеялся Ашен.

– Но я много о тебе рассказывала!

Дочери Чэньгуан недавно исполнилось восемнадцать, и секретарь упорно пыталась сосватать её Ашену. То есть если бы всерьёз хотела, Ашен так легко не отвертелся, но сейчас это представало милой шуткой.

– Я посмотрю своё расписание, – серьёзно заявил Ашен.

– Ох, знаю я твоё расписание! Молодой господин только вернулся, а уже ни минуты покоя. Сейчас и тебя загрузит.

– Шэнь Лан и домой не ездил?

– Конечно, нет.

Что было не так уж удивительно. У него имелись личные жилые комнаты над офисом, а дом свой Лан не любил и частенько оставался прямо тут.

Дверь кабинета распахнулась, выпуская сухонького старичка с жидкими усами, который, кажется, уже был древен, когда Ашен только родился. Ашен знал его, видел несколько раз и сам пользовался его услугами, когда последний имплант не приживался. Юй Синь, семейный врач клана Шэнь.

– Проходи, Ашен Сон, молодой господин ждёт, – сказала секретарь.

С удивлением проводив взглядом Юй Синя, который дружелюбно раскланялся, Ашен скользнул в кабинет. Как и его отец, Лан предпочитал старинную лаковую мебель, а книжные шкафы по стенам упирались в потолок, хотя бумажные книги редко кто сейчас читал. Освещение, почти незаметное у входа, нарастало к столу, вливаясь в панораму ночного города за окном.

Лан просматривал документы на тонком планшете, прислонившись к столу. В строгой чёрной рубашке со стоячим воротником, на бёдрах перекрещивались линии ремней. Небольшая гладкая коробочка бота покачивалась над правым плечом. Личный электронный помощник, часть ИИ «Шэньхун». Лан дал ему имя «Горацио» и находил крайне забавным обращаться к нему, изображая голос заправского Гамлета.

– Что здесь делал врач? – спросил Ашен.

– Консультировал насчёт импланта.

– Да неужели решил ещё поставить?

– Нет.

Садиться Ашен не хотел, поэтому облокотился на спинку стула и хитро посмотрел на Лана:

– Фильтр, м? Я почти уверен. Какой-нибудь фильтр загрязнённого воздуха или…

– Нет, не фильтр.

Давняя игра не надоедала Ашену. В мире почти не осталось людей, у которых не имелось бы десятка всевозможных модов. Домохозяйки отслеживали скидки в ближайших магазинах, даже бродяги обзаводились инфолинками.

У Лана имелся всего один имплант.

Ашен Сон ещё в самом начале работы прошерстил все возможные доски обсуждений, чтобы собрать сплетни. Оказалось, люди знали, что Шэнь Лан избегал модов, но причину он никогда не озвучивал официально. Слухов и сплетен имелось предостаточно, они могли попасть как в точку, так и пальцем в небо.

Тогда Ашен Сон работал на отца Лана, Великого дракона клана Шэнь, поэтому спросил напрямую. Тот настолько же прямо решил не отвечать:

– Спроси у Лана.

Что тоже оказалось тупиковым путём. Лан неизменно говорил, что однажды Ашен узнает, но не сейчас. Так и началась их своеобразная игра: Ашен предполагал очередной имплант, Лан неизменно качал головой.

Как-то раз Ашен Сон в сердцах предположил, что у него мод, который отвергает другие.

– Зачем бы он понадобился? – вскинул брови Лан.

– Никогда ничего не поставят без твоего ведома.

– Интересный вариант, но нет. Всё проще.

Ашен так не думал, потому что ни разу не приблизился к разгадке. Это в определённой степени будоражило, хотя и прибавляло работы, ведь Ашен не мог внедрить в имплант Лана какое-нибудь следящее устройство. Просто на всякий случай. Как и проверить программное обеспечение.

Доктор Юй Синь точно знал. Однажды Ашен Сон даже малодушно влез в его системы. Присвистнул, сколько всего в теле Шэнь Фэйлин, у их отца тоже имелись очень техничные и полулегальные моды. Никакой информации о Лане. Скорее всего, она хранилась только в голове Юй Синя. Такая секретность приводила Ашена в восторг, и он пообещал себе, что однажды докопается до правды.

Лан заверял, что единственный полноценный имплант. Никаких других. Когда Ашен спросил о причине отсутствия, Лан тонко улыбнулся:

– Ты мог бы хакнуть мой имплант?

– Конечно.

– Вот и ответ.

Любую электронику можно взломать, Ашен Сон знал об этом лучше многих. Его только интересовало: Лан против гипотетического хака этого мода? Или он бережёт тот единственный важный, к которому можно было бы подсоединиться через другие?

Тем не менее нейрокольца он носил с удовольствием, а интерфейсы допреальности искренне обожал. Но ничего, что вживлялось под кожу.

Тем заманчивее для Ашена выглядел единственный имплант, который Лан всё-таки поставил.

– Однажды я выясню, – пробормотал он.

– Намекнуть? – миролюбиво поинтересовался Лан.

– Не вздумай!

Опустив планшет, Лан посмотрел на Ашена и перешёл к основной теме:

– Встречался с Евой?

– Это вопрос? – проворчал Ашен. – Или твои шпионы и так доложили, поэтому утверждаешь?

– Я знал, что ты сразу захочешь заняться делом. И знал, что Ева не откажет во встрече.

Иногда Ашен думал, что Лан слишком хорошо его изучил. Что было странно и удивительно с учётом того, что Ашен Сон не заводил приятелей по жизни, и немногие знали его в лицо или по имени.

– Да, – вздохнул Ашен. – И она представила меня любопытному участнику нашего расследования.

Утаивать подобные вещи от Лана он не собирался, так что если Ева планировала скрывать цифровую копию мёртвого брата, зря она рассказала об этом Ашену.

Обычно Лан реагировал весьма сдержанно, но наедине позволял себе больше эмоций. На его лице отразилось удивление:

– Так… так Брайан до сих пор в каком-то смысле существует.

– У него хитрая защита, фактически он на слоте памяти Евы. Но однажды я обязательно покопаюсь в этом коде.

– Я думал, Брайан влез в Красную комнату… но его смерть могла быть связана и с работой, с проектом «Бессмертие». Это же для всех и лакомый кусок, и опасность.

– Возможно, всё связано друг с другом.

Горацио над плечом Лана дёрнулся, и Ашен не мог не подумать – в очередной раз, – что бот его раздражает. Он знал, что у того внутри, но всё равно постоянно влезал в него и проверял прошивку.

– У нас будут и другие помощники, – заявил Ашен Сон. – Или информаторы.

– Ещё мёртвые люди?

– Надеюсь, они доберутся живыми.

Пока Ашен коротко рассказывал о двух хакерах, на которых указал Брайан, незаметно коснулся руки, и перед глазами вспыхнули полосы, подсвечивающие невидимые нити. В стенах скрывались физические кабели, волны связи пронизывали пространство. Рядом с людьми обычно высвечивались параметры их модов, но Лан в этом плане оставался белым шумом. Ашену было доступно только его имя и некоторые данные, и то потому, что он обладал высшим доступом к корпоративной Сети «Шэньхун».

Болтающийся в воздухе бот Горацио тоже был её частью. Все параметры высветились на сетчатке Ашена, он не останавливался, пробежал пальцами по костяшкам, запуская глубокие программы. Показалось больше параметров. Бот представлял собой простую систему с несложной конфигурацией и раскрывал перед Ашеном нутро, будто луговой цветок сердцевину.

Будто труп под скальпелем патологоанатома.

Не сразу Ашен понял, что он уже некоторое время молчит, а Лан смотрит на него, скрестив руки на груди.

– Скажи-ка, друг Горацио, разве это вежливо – хакать посреди разговора?

Ашен моргнул, сворачивая большинство параметров, и посмотрел на Лана.

– Очень невежливо, – отозвался бот.

– Невежливо говорить обо мне, когда я тут, – проворчал Ашен Сон.

– Разве? Кажется, ты увлёкся и в очередной раз взламывал моего бота.

– Это моя работа.

Что было правдой. Когда Великий дракон, отец Лана, предложил Ашену Сону работу, он предельно чётко очертил круг обязанностей. Ашен следил за системами «Шэньхун» как снаружи, так и внутри. Что значило – он искал бреши в защите, чтобы никто извне не смог их отыскать. Но и внутри всё проверял досконально. Импланты Великого дракона Ашен Сон регулярно взламывал, чтобы убедиться, что это не сделал кто-то другой. С ботом Лана поступал точно так же, хотя функционал у того весьма ограничен и даже при взломе через него мало что можно сделать.

– Горацио – дурацкое имя для бота.

– Не оскорбляй Горацио, – заявил Лан. – Расскажи лучше, что знаешь об этих хакерах.

Моргнув, Ашен вызвал видимую только ему висящую в воздухе консоль и протянул руку за нужными файлами, но Лан остановил его:

– Только не говори, что собрал на них файлы.

– Конечно, – удивился Ашен. Не стал уточнять, что ещё до всей истории с Брайаном. Он интересовался, что за люди скрываются в Старшем Аркане.

– Скинь мне, – сказал Лан. – Но сейчас давай кратко.

– Эндрю Робертсу девятнадцать, но он тот ещё технический гений, с детства увлекался электроникой. Евразиец. О его прошлом известно мало, семья очень бедная, отец держал лавочку в Нанкине.

При упоминании города Лан нахмурился, и Ашен догадывался, что тот угадал в верном направлении. В последнее время Нанкин вспоминали только в одном контексте.

– Да, он попал в беспорядки в Нанкине, – кивнул Ашен Сон. – Вся его семья оказалась погребена в развалинах, когда полгода назад ситуация в городе вышла из-под контроля. Его родные погибли, Эндрю доставили в больницу, он чудом выжил. Возвращаться ему было некуда, он скитался. Денег не осталось, зато имелся инфолинк, с которым он виртуозно обращался. Тогда он и пересёкся с Фэн Яо. Талантливый юноша. Постоянно крутился в обществе хакеров благодаря старшему брату, но сам больше занимался боевыми искусствами.

– Пересеклись? – нахмурился Лан. – Что ты имеешь в виду?

– О, чудесная история! Старший брат Яо сдуру влез в сомнительные операции, которые оказались ему не по зубам. Их накрыли.

– Полиция?

– Одна из триад. Эти дурни умудрились влезть в дела триад. Не знаю подробностей, но Эндрю помог им, хотя они не были знакомы. Думаю… думаю, Эндрю счёл задачу достаточно интересной. Потому что влез в данные триад, подправил их, и они больше не имели вопросов к Яо и его семье.

Влезть в дела триад – это надо обладать определённой храбростью. Или отбитостью. Ашену заочно нравился Эндрю, потому что сам он когда-то занимался подобным. Искал задачи сложнее и интереснее, испытывал восторг, решая их.

– Эндрю стал Отшельником, Яо взял имя Колеса Фортуны. Они работают вместе.

– Логично, что Брайан мог оставить информацию кому-то со стороны. Никто не заподозрит и не выйдет на них. Подчищать хвосты Брайан умел. Эти двое в Нанкине?

– На пути сюда. Прибудут завтра, я назначил встречу в той забегаловке, к которой ты почему-то питаешь нежные чувства. Думал, захочешь принять участие во встрече.

Конечно же, Лан кивнул, Ашен Сон даже не сомневался. Скорее всего, весь день Лан будет заниматься делами компании, но не упустит шанса вечером самолично принять участие в небольшой авантюре.

– Может, регистратор погоды? – предположил Ашен. – Или измеритель уровня загрязнения в воздухе. Ну, знаешь, чтобы быть в курсе, когда стоит надеть респиратор.

Конечно, очевидно, что имплант Лана – нечто иное, но предположений у Ашена пока не было, а остановиться иногда крайне трудно.


Застыв перед уличным торговцем, Яо рассматривал товар широко распахнутыми глазами.

– Что-то важное? – спросил Эндрю.

Как и много раз до этого, Яо отчаянно жалел, что друг не может увидеть того же, что и он. Ночной Шанхай не впечатлял – шумный, яркий, не сильно отличающийся от Нанкина. Ну, может, уровней в городе поменьше, так что Яо чувствовал себя неуверенно. Да воздух грязный, постоянно хотелось натянуть респиратор.

Привлекли Яо вовсе не многочисленные небоскрёбы, размываемые смогом, а скромная передвижная лавка на улице. На нескольких уровнях полок выстроилось в ряд настоящее волшебство: снежные шары. Стеклянные, разной формы, многие в виде старинных фонарей. Они светились изнутри, а синтетический снег беспрестанно двигался.