Ольга Нуднова
Вчерашний день

Хочу сказать слова признательности и благодарности замечательному человеку НАТАЛЬЕ АЛЕКСАНДРОВНЕ за помощь и поддержку в сложный период моей жизни, при написании этого романа.

Автор.

Все имена и события вымышлены.

Все совпадения случайны.

«Грусть улетает на крыльях времени!»

(цитаты о жизни)

Пролог

«Как бы ни было разбито ваше сердце, мир не остановится из-за вашего горя!»

(цитаты о жизни)

Дождь поливал вовсю.

Она открыла дверь на улицу, вышла из здания, остановилась на пороге под каменным козырьком и посмотрела наверх.

Дождь зарядил надолго. Небо было сплошь затянуто серыми, мрачными тучами. Никакого просвета.

Вдоль улицы зажглись фонари. Машины проезжали мимо с включенными фарами.

Непогода пришла в город.

Она достала из бокового кармана сумочки брелок от любимой красной Хонды, только собралась нажать на него, как вдруг вспомнила, что ее послушная подружка утром не завелась и так и осталась стоять на парковке у дома. И теперь ничем не могла ей помочь, не могла скрыть ее от дождя в своем уютном салоне.

Рука женщины опустилась, вернула брелок на свое место, обратно в кармашек сумочки.

Теперь от этого нешуточного ливня ее мог спасти только зонт, который как нельзя кстати оказался в недрах ее кожаной сумочки. Он словно ожидал заранее, что пойдет дождь.

Придется выходить из укрытия под каменным козырьком здания, открывать зонт и идти по мокрым лужам в сторону дома. Хорошо, что жила она недалеко, каких-то пару кварталов от работы. По городским меркам, совсем чуть-чуть.

Она вздохнула. Делать нечего!

Она открыла огромный цветной зонт, еле удержала его в руках от резкого порыва налетевшего ветра и решительно шагнула в темноту улицы.

Тусклый свет фонарей не добавил яркости, а даже гасил свет, пытаясь скорее погрузить окружающий мир в темноту и мрак.

Как назло, на небе не было видно ни звезд, ни луны, ни других небесных светил.

Сплошные, серые, рваные тучи…

Сегодня она задержалась на работе допоздна выбилась из графика. Штатный психолог на полставки – все-таки какая-то добавка в семейный кошелек.

Хотя муж давно предлагал ей сидеть дома, заниматься хозяйством или принимать на дому всех этих сирых, убогих и проблемных.

А не засиживаться до последнего клиента неизвестно до какого времени. Дом, семья на первом месте. Пора расставить все приоритеты.

Последний клиент сегодня оказался слишком навязчивым, занудным, педантичным. Он хотел все и сразу. Чтобы она, как психолог, за один сеанс, здесь и сейчас, решила все его проблемы, вылечила его разбитое сердце.

Она даже на какое-то мгновение растерялась сама. Он выбил ее из рабочей колеи.

Но ведь волшебной палочки, а тем более таблетки от разбитого сердца нет, не существует. Не придумали еще такого.

Все решается постепенно, с течением времени.

Она шла по улице и все прокручивала в голове весь этот неприятный разговор.

Если сердце разбито, как можно сразу помочь? Как можно вылечить его?

Она – не скорая помощь. Когда ты влюблен, и тебе больно – это как рана. Она заживет, только со временем, а шрам останется на всю жизнь.

Погруженная в свои мысли, она внезапно налетела на мужчину в черном пальто с красным шарфом на шее. Тот был абсолютно мокрый и достаточно нетрезв.

Мокрые завитки темно – русых волос прилипли к голове.

Мужчина пытался завязать шнурок на модном ботинке, но все время промахивался.

Одновременно он пытался удержать в руке бутылку элитного виски. У него это плохо получалось.

В конце концов бутылка выскользнула у мужчины из рук и благополучно разбилась об асфальт, издав громкий протяжный звук на прощанье.

«Ай, ну и ладно!» – мужчина с трудом удержался на ногах.

Увидев женщину под распахнутым зонтом, мужчина противно захихикал: «А я тебя знаю! Ты пыталась вправить нам мозги, чтобы мы не разбежались. Только твои проповеди и вынос мозга не помогли. Она все равно ушла! Может быть, даже благодаря тебе, твоей промывке мозгов!»

Она остановилась и внимательно посмотрела на мужчину.

Она внезапно вспомнила его. Его и его жену. Эту странную пару.

Они приходили к ней на прием. Где-то лет семь назад.

Она вспомнила восхищенный взгляд его спутницы. Как она смотрела на него! Да, это была Любовь! С ее стороны точно.

Они не были официально женаты. Обычный гражданский брак.

Что-то у них не ладилось. И они пришли к ней узнать, выяснить, в чем же дело. Расставаться они вовсе не собирались. Они хотели, чтобы все наладилось.

А там оказалось, все проще пареной репы. Все так просто и банально.

Обычный негатив. Непринятие общества, родных, друзей. Переживания по этому поводу. Как следствие, невозможность иметь ребенка.

Обсуждение, осуждение…Старо, как мир!

Как результат, разбитое сердце! Ну, и как его можно вылечить?

Но они хотели быть вместе!

Они очень старались. Они пытались совершить эту последнюю попытку, этот последний танец.

О, какой это был мужчина! Молодой Бог!

Красивый, харизматичный, с сильным мужским стержнем, мужским началом. Темные волосы, зеленые глаза, чувственные губы, мускулистое, атлетическое тело…

И она рядом с ним. Маленькая, хрупкая, нежная, словно фарфоровая статуэтка, с прекрасной душой, особенным внутренним миром, погруженная в него, своего мужчину.

Они прекрасно дополняли друг друга.

Тогда, на сеансе, она очень хотела им помочь.

В паре не было детей. Именно поэтому он все и откладывал женитьбу. Хотя, по-своему, он, конечно, любил свою спутницу.

Только разницу в возрасте никто не отменял. Это-то и было главным камнем преткновения, самой главной проблемой. Ах, а что скажет мама и княгиня Марья Алексеевна?

Они ушли от нее тогда, после сеанса, после разговора с ней, какие-то новые, совершенно другие, обновленные, пытающиеся до конца разобраться в своих чувствах. Удивленные – как же их так накрыло?

И вот сейчас она смотрела на этого мужчину. И она не могла понять. Куда делся тот прекрасный молодой Бог? И кто этот незнакомый, пьяный человек перед ней?

Неужели время так смогло изменить его? Стереть все прекрасное с его лица и высветить ярким светом его пороки, уничтожив все его пороки и добродетели?

Мужчина гадливо улыбнулся.

Он все-таки завязал шнурки на ботинке, дыхнул на нее совсем не цветочным ароматом и сказал: «Старуха-то моя все-таки уехала в Париж, квартирку там прикупила, да еще кошака огромного завела. И назвала его моим именем. Представляете, мейн кун Стасик! А меня с собой не взяла. И знать меня больше не хочет. Везде заблокировала, трубку не берет. Вот стерва!»

Мужчина покачнулся, ухватился за фонарный столб и чуть не упал.

Тусклый свет фонаря осветил его измученное лицо: «Я все равно ее, дуру, люблю! Она так и не поняла этого!»

«Идите домой! Лекарство от разбитого сердца очень простое. Горячая ванна и крепкий сон!» – она устало вздохнула, – «Грусть улетает на крыльях времени!»

Она пошла по улице дальше.

Дождь продолжал идти.

Дома ее ждал любимый муж, горячий чай и очередной сериал.

Только на душе было как-то тоскливо от увиденной картины.

Мужчину было жалко. Хотя эмоции, которые могут разбить ваше сердце, иногда исцеляют его.

Мужчина смотрел ей вслед. О чем он думал? Что было в его душе?

Когда сердце разбито, мосты сожжены, ничто больше не имеет значения. Хотя, возможно, конец счастья есть начало нового мира.

Любовь никогда не теряется.

Если даже тебе не ответили взаимностью, она потечет обратно, смягчит и очистит сердце.

Звук разбитого сердца – это самая громкая тишина на свете.

Ностальгия

«Нельзя поддаваться ностальгии, иначе утонешь в зыбучих песках прошлого!»

(цитаты о жизни)

Эрика достала из недр встроенного шкафа большую клетчатую сумку-переноску. Сумка, как нельзя кстати, подходила для длительного путешествия.

Эрика протерла сумку внутри, боковые швы, снаружи, повесила проветрить сумку на застекленной лоджии с окнами в пол. Потом она положила внутрь сумки пушистый шарф. Этот шарф очень любил ее домашний питомец.

Вещи самой Эрики были давным-давно уложены. Они скромно стояли в коридоре у дверного косяка.

Эрика сама была тоже давно одета и полностью готова к дороге.

Черный брючный костюм элегантно обтягивал высокую, стройную фигуру женщины.

Шелковый платок и черные очки на лице дополняли друг друга, делали картину завершенной.

Все напоминало какое-то позднее ретро из голливудских фильмов.

Недоставало только кота в переноске.

Но только мейн кун туда не спешил. Он не торопился лишиться свободы хоть на непродолжительное время.

Сегодня Стасик проснулся не с той лапы. Все бесило и раздражало его.

Вот-вот должно было что-то случиться, произойти на досуге.

Не помогал ни тыг-дыг-дыг по квартире, ни бег за мышкой, ни подобострастное мурлыканье, ни заглядывание в глазки любимой хозяйке, ни обходы вокруг ее длинных, стройных ног.

Хозяйка с утра покормила мейн куна – ну, очень мало! – да еще сунула ему за щеку какую-то белую таблетку, потрясла кота за морду. И таблетка провалилась куда-то внутрь него.

Стасик очень обиделся на нее.

Кот был так раздражен, почти зол. Он бил хвостом по полу, но укусить Эрику не решился.

Только когда он увидел, как хозяйка достает из шкафа клетчатую переноску, в которой его возили в разные места, даже к ветеринару на прививку, а еще на расчесывание и стрижку когтей.

Тут Стасик не выдержал. Его переклинило совсем. Он забился под диван.

Никакие просьбы, никакие уговоры и разговоры с ним, никакие мольбы, никакие угрозы не действовали на кота, не могли выудить его оттуда.

Кот рычал, как лев, показывал острые, белоснежные клыки, шипел, как змея, и уползал все дальше и дальше.

Но, как обычно, победила дружба. А еще радикальные меры, которые были применены к коту.

Обычная швабра и поднятый диван сделали свое дело.

Кота достали из-под дивана, отряхнули со всех сторон, как мягкую игрушку, и засунули в сумку.

Кот устал бороться и сопротивляться. Сейчас он нервно зевал, жалобно мяукал, пытался звать на помощь, хоть кого-нибудь.

Потом он расслабился и только тихо наблюдал, щуря желтые глаза, как хозяйка ходит по квартире, что-то говорит в телефонную трубку, смеется и благодарит кого-то.

Вот-вот должно было подъехать такси.

Сегодня они улетали на родину Эрики.

Женщина была приятно взволнована, возбуждена, беспокойна предстоящим полетом.

Вдобавок, она брала в этот раз с собой кота, своего пушистого серого Стасика. Впервые за несколько лет.

Эрика давно жила за границей.

Она никуда не выезжала, жила в спокойствии, гармонии, душевном покое и согласии с самой собой. Она почти забыла ту давнюю, некрасивую, печальную, любовную историю, из-за которой она и вынуждена была уехать из родного города, практически навсегда. Но разве можно убежать от самой себя?

Но когда Эрика приобрела огромного мейн куна, ей стало намного легче. Жизнь ее изменилась только в лучшую сторону.

Стасика на лето оставили ей старые приятели. Они ехали отдыхать на море, а кота нужно было куда-то пристроить.

Эрика согласилась помочь.

Теперь она вынуждена была заниматься мейн куном. Кормить, вычесывать, интересоваться его самочувствием, играть с котом.

Она уже не так страдала, не так переживала и не так много думала о расставании с бывшим мужем.

Что случилось, то случилось. Значит, так должно было быть. Видно, ни какой Любви вовсе не было, раз он так легко пошел на контакт с другой, так легко предал Эрику.

В этот момент после жесткого подлого поступка мужа, ей совсем не хотелось жить, вставать по утрам, умываться, расчесываться, куда-то ходить, о чем-то говорить. Она лежала в кровати, отвернувшись к стене, и просто плакала. Слезы текли по ее щекам без остановки. И, казалось, не было никаких сил выжить и жить дальше.

Но огромный мейн кун перевернул ее жизнь напрочь.

Очевидно, ее приятели почувствовали ее состояние, действительно хотели помочь выкарабкаться из мерзкой трясины депрессии.

И у них это получилось.

Стасик так привязался к Эрике, что никого уже к себе не подпускал, уже никого не хотел видеть своей любимой хозяйкой, кроме Эрики.

Приятели, вернувшись с морей, были удивлены такой Любовью кот а к женщине. Они согласились отказаться от него.

Так у Эрики появился настоящий друг.

А сегодня они впервые отправились в путешествие вместе.

Причина была самая банальная.

Крестник Эрики, сын ее подруги Виктории, решил жениться.

Его родители были не в восторге от ее избранницы. Да и лет ему было маловато для женитьбы. Сама девушка приехала из провинции, с амбициями и намерениями устроиться в большом городе. Красивая, с умопомрачительной фигурой, умением разбираться в плотских утехах. Что еще нужно молодому парню?

Умение вовремя раздвигать ноги, когда попросят, вовремя кивать и уметь гладить мужское эго. Кроткая и покорная…О такой мечтают все мужчины.

Вика, как умудренная жизненным опытом женщина, сказала мужу: «Я препятствовать не буду. Да и ты, отец, не вмешивайся, держи себя в руках. Они нашли друг друга, возможно, полюбили. Пусть живут. Дай Бог им счастья!»

Все это Вика выложила Эрике по телефону. Она сказала, что они очень ждут ее на свадьбу. И отказа не принимают.

Только Вика не сказала своей подруге самого главного, что среди гостей будет ее бывший муж Стас. Он тоже приглашен. И не один.

Вика не сказала, потому что побоялась реакции Эрики.

Она знала всю подноготную, всю историю Любви Эрики. И, как близкий друг, хотела только добра, хотела ей помочь помириться с ним.

Но если бы Эрика знала, что ее ждет в этом путешествии, она ни за что не согласилась бы на эту авантюру.

Итак, что мы имеем.

Вводные данные – Эрика, ее подруга Виктория, бывший муж Стас, огромный кошак с тем же именем, крестник Эрики, его свадьба с идеальной девушкой… Ну, и прочие гости.

Что же из всего этого получится?

И при чем тут ностальгия?

Встреча с прошлым всегда приправлена ностальгией.

Память – это единственный рай, из которого нас не могут изгнать.

Прошлое – всегда хорошее, ведь из него удалось благополучно выползти с наименьшими потерями. Одна капля печали открывает в сердце сотню жемчужин.

Впрочем, ностальгия – это желание вернуть то, что мы никогда не имели.

Эрика подумала и переоделась. Она предпочла походный вариант – кожаная куртка, джинсы и белая рубашка. Потом она взяла чемодан на колесиках, пакет с подарками для семейства Виктории и переноску с котом.

Как известно, путь в неизведанное начинается с первого шага. И Эрика это знала.

За окном просигналило такси…

Назад в прошлое

«Жизнь слишком коротка, чтобы мечтать о чем-то незначительном!»

(цитаты о жизни)

Самолет опоздал, от слова «совсем». Практически на два часа.

Эрика отстегнула поясной ремень в кресле, попыталась встать из него, но тут же села обратно.

После длительной поездки, после основательного перелета ноги затекли. Эрика пошевелила пальчиками, потом нагнулась, с трудом натянула на ноги кроссовки с яркой, вызывающей надписью на боку «Nike».

Это было делать довольно неудобно.

Головой она упиралась в впереди стоящее кресло, а рядом пыхтел от напряжения сосед по ряду.

Он тоже решил надеть обувь на ноги, одновременно с ней. У него это действие получалось неважно. И вдобавок, своим острым локтем он решил упереться прямо в бок Эрики.

Она тихо ойкнула, попыталась отодвинуться от него, но двигаться было некуда. С одной стороны было окно самолета. Эрика сидела у самой стены. Два соседних кресла занимал ее сосед. И мест больше не было.

Выйти у Эрики не было никакой возможности.

Она хотела как можно скорее покинуть салон самолета, присоединиться к толпе страждущих пассажиров, мечтающих выбраться из лайнера после длительного перелета как можно быстрее.

Но пришлось терпеливо ждать своей очереди, пока нерасторопный сосед освободит свое тучное тело от мягких, комфортабельных сидений и позволит ей выйти.

Эрика подумала о своем милом, огромном мейн куне, которого пришлось вместе с переноской поместить в багажный отсек. Почему-то именно на этом рейсе и на этом самолете животных в салоне провозить запрещалось. И в салон не пускали ни с кем, а тем более с котами.

Эрике пришлось купить проездной билет на кота, как на багаж. А весил мейн кун немало, целых семнадцать килограммов.

И теперь ее любимый шерстяной Стасик ехал где-то глубоко внутри огромных недр Боинга 777, в темном, душном отсеке, где-то рядом с вещами других пассажиров этого рейса.

Рядом в металлическом закрытом вольере находилась длинношерстная немецкая овчарка. Она громко лаяла, рычала на бедного Стасика, словно тот был виноват во всех бедах мира, в частности, что они путешествуют в таких стесненных, неудобных условиях.

Хотя был и свой «плюс». Они ехали вместе и вполне могли подружиться. Если бы она не была такой активной и громкой. А он не вел себя так глупо и по-дурацки.

В ответ на домогательства овчарки кот шипел, потом притих и только изредка жалобно мяукал, подавая голос, что он тут, что он никуда не делся, не исчез. Хотя очень хотелось это сделать.

Но вокруг была тишина.

Слышался только мерный гул двигателя самолета.

И еще были сумки, сумки, сумки – разных цветов и размеров. А еще были и чемоданы, картонные коробки, корзины с фруктами и вещами. И прочая перевозимая утварь.

Рейс был специальный, ностальгический.

Все хотели побыстрее попасть домой, побыстрее очутиться в своем милом, ненаглядном прошлом. Все стремились туда, словно одержимые, словно там их ожидало давно позабытое, но потрясающе волнующее счастье.

Эрика тоже думала об этом. Но еще сильнее она склонялась к мысли, что прошлое нужно только помнить, но жить им нельзя. Прошлое было. Было и прошло…

Самолет выпустил шасси, мягко покружил над зданием аэропорта, потом коснулся бетонной дорожки, побежал по ней, замедляя скорость, пока полностью не остановился.

По радиотрансляции в самолете сообщили, что они прибыли в пункт назначения. И какая погода за бортом.

Эрика все еще сидела в кресле.

Она смотрела в окно. Она увидела, как к самолету подвезли длинный трап, установили рукав. Она увидела, как первые пассажиры начали покидать самолет, исчезая где-то в глубине рукава.

Замкнутое, тесное пространство самолета немножко угнетало. А климат контроль и вовсе остановился. Ибо кондиционер на борту испортился где-то на половине пути.

Сосед, наконец-то, выбрался из своих кресел.

Он достал с верхней полки свой портфель необъятных объемов, зачем-то расстегнул все замки, заглянул внутрь, словно проверил все содержимое портфеля, очень удивился тому, что все оказалось на своем месте, никуда не девалось за время пути, опять застегнул замки и поставил портфель в кресло.

Сосед мило улыбнулся Эрике, подмигнул и с наслаждением начал вливаться в выходящую толпу пассажиров.

Проход был свободен.

Эрика вздохнула, тоже покинула свое кресло и вышла в проход между рядами. Багажа у нее не было. Только маленькая сумочка через плечо и пакет с подарками для Вики и ее семьи.

Любимый Стасик в переноске ожидал ее где-то далеко внизу, в багажном отделении аэропорта.

Эрика прошла по рукаву, обогнула длинный-предлинный коридор и вышла в зал прилета.

Здесь не изменилось ничего. Все было до дрожи знакомо, осязаемо и мило. Словно она никуда и не уехала на каких-то …дцать лет. Да, а их пролетело не так уж и мало!

Даже краска на стенах была почти такого же цвета. Служащие тоже были в почти такой же униформе.

А главное, Эрика с удивлением увидела, хотя она и так это знала. Ну – не знала, а была почти уверена.

Буквы, вырезанные в углу, никуда не делись. Буквы остались такими же, несмотря на прошедшие годы. Буквы ее имени, ее и Стаса, ее бывшего мужа.

Ах, какая была Любовь!

Эрика усмехнулась: «Да, все прошло! Почти прошло…Но все напоминает о нем!»

Потом она вздохнула и сказала себе самой: «Моя милая девочка! Посмотри на часы! Стрелки бегут только вперед. А знаешь, почему? Потому что прошлое уже не имеет никакого значения.

О нем не нужно сожалеть. Нужно лишь извлекать уроки на будущее!»

Эрика огляделась.

Она направилась прямо в багажное отделение аэропорта. Там ей вручили переноску с ее любимым мейн куном.

Бедный кот почти охрип. Он так перенервничал в полете, что уже отчаялся увидеть когда-нибудь свою любимую хозяйку.

Эрика открыла переноску, взяла кота на руки, крепко прижала его к себе, ласково погладила по спутанной шерсти.

«Бедный, мой бедный Стасик!» – прошептала она.

Эрика вышла на привокзальную площадь.

Машины с шашечками наверху и зелеными огоньками проезжали мимо нее. Никто не хотел брать ее с таким огромным котом.

Водители видели кота, почти монстра, на руках у женщины, качали головами, не останавливались и ехали дальше. С мейн куном им было не по пути.

Эрика замерзла и уже начала отчаиваться.

Она поставила сумку на асфальт. Она попыталась засунуть Стасика обратно в переноску. Но не тут-то было.

Кот категорически отказывался залезать туда. Он упирался всеми четырьмя лапами одновременно. Вдобавок, он все сильнее прижимался к Эрике и начинал выпускать когти.

Стасик негодовал: «Как! Опять туда? Ни за что!»

Кот вцепился в куртку Эрики. Эрика ойкнула и стала отодвигаться от него. Но кот висел намертво.

«Вы Эри ка?» – внезапно услышала женщина.

Молодой белозубый парень улыбался ей во все тридцать два резца и подходил к ней.

«Какой превосходный экземпляр!» – восхитился парень, увидев мейн куна.

Эрика оглянулась.

«Меня Виктория Павловна попросила вас встретить! Я друг ее сына! Меня Марио зовут!» – проговорил парень.

«Вы что, итальянец?» – спросила Эрика.

«Мой папа оттуда!» – улыбался парень.

Он был весь такой веселый, в джинсовой куртке, черноглазый, с копной темных волос на голове.

Эрике он понравился.

«Да, все только начинается!» – подумала она, – «А прошлое? А что прошлое? Его нужно просто помнить! Но жить им нельзя!»

Теперь Эрика знала это точно.

По-другому!

«Трудно найти слова, когда действительно есть, что сказать!»

(цитаты о жизни)

Марио погладил кота по шее, почесал за ухом.

Мейн кун разомлел от удовольствия, от такого приятного отношения к себе. Стасик не выдержал явного подхалимажа со стороны парня, такой ласки и нежности. Он неожиданно замурлыкал и охотно пошел к парню на руки.

«Надо же!» – рассмеялась Эрика, – «Он меня никак не хотел отпускать, а вас признал за своего, даже ласкаться начал и песенку свою запел!»

«Я умею обращаться с животными. Я обожаю их, а они меня. Даже такие большие и очень милые, как ваш мейн кун!» – Марио открыл заднюю дверь машины и запустил кота внутрь, – «Пусть посидит без клетки, на свободе. Он никуда не денется. Не переживайте!»

Стасик внимательно все обнюхал и действительно вытянулся на заднем сидении, не переставая мурчать. Он делал это так громко и радостно, что казалось, что рядом подключили трактор, который тарахтел на всю катушку.

Марио засмеялся: «Какой ты, парень, громкий, однако!»

Стасик поднял голову, сузил свои янтарные глаза удивительного желтого оттенка. Ему здесь все нравилось! Однозначно!

И этот лохматый парень тоже нравился коту. Он чувствовал, что тот не причинит вреда его хозяйке. Значит, можно расслабиться.

Марио открыл багажник джипа, поместил в него чемодан Эрики и пакет с подарками.

Затем он открыл переднюю дверь машины, галантно поклонился девушке: «Устраивайтесь поудобнее, ехать довольно долго. Виктория Павловна с семьей теперь живут далеко, за городом!»

Эрика опустилась на мягкое сидение рядом с водителем, пристроила сумочку на колени и посмотрела в зеркало назад.

Стасик вытянулся на заднем сидении во весь свой немаленький рост огромного мейн куна. Кот задремал, но продолжал мурчать на весь салон, как сказочный кот Баюн из детских сказок.

Машина Марио была новая, чистая, ухоженная, красивая, с новыми чехлами на сидениях.

Марио повернул ключ в зажигании. Джип плавно тронулся с места.

Парень искоса разглядывал девушку.

Эрика на него не смотрела.

Мысли ее были далеко, где-то совсем не здесь, совсем в другой, параллельной реальности.

Эрика думала о своей жизни.

Жизнь – это поезд, который везет ее от станции до станции. С нею рядом всегда находятся люди.

Человек – существо социальное.

Эти люди – попутчики. Они едут с ней до следующей остановки, до следующего поворота.

В лучшие моменты жизни ей казалось, что это она управляет поездом, позволяет другим пассажирам ехать вместе с ней в одном вагоне.

В худшие моменты она ехала молча, была всего лишь пассажиром этого поезда.

А иногда ей казалось, что она просто лежит на рельсах. А ее поезд ушел…

Но в такие грустные минуты она всегда помнила – обязательно будет следующий поезд!

И до своей станции она доберется обязательно. Одна или с кем-нибудь еще, своим пассажиром, тем самым, любимым и единственным.

Эрика старалась не думать о прошлом. Что было, то было. Оно прошло…

Если ты хочешь вернуться в прошлое, то вряд ли это получится сделать. И все будет не так хорошо, как раньше, в самые счастливые моменты твоей жизни.

Конечно, этот поезд может и вернуться. Но как ни крути, на остановке рядом с тобой будут уже совсем другие люди.

Эрика посмотрела на Марио. Его сильные, мужественные руки лежали на руле, словно отдыхали. Он вел машину легко и свободно, будто играючи.

А может, просто дорога была хорошая!

Марио спросил Эри ку: «Какую музыку вы любите? Давайте что-нибудь послушаем! Ехать веселее будет!»

Эрика кивнула: «Можно ретро!»

Марио повернул ручку приемника.

Салон заполнил голос Лолиты:

«Мне неприятно тебя видеть таким,

Пьяным и злым у моего дома.

Тебе не привыкнуть, что теперь я с другим,

Не будет по Любви, будет по-другому!»

Эрику словно ударили. Ее подбросило от песни и ее слов.

Самая большая ненависть возникает к тому, кто сумел дотронуться до сердца, а потом плюнул в душу.

Мари о заметил состояние Эрики: «Вам неприятна песня? Сейчас найдем что-нибудь другое, нейтральное и повеселее!»

Он покрутил ручку радиоприемника. Машину тряхнуло на повороте. Салон заполнили ритмы зарубежной эстрады. Незнакомая певица на французском языке чувственно, со страстью запела о Любви.

Эрика смотрела в окно. Потом она закрыла глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.