Михаил Шинкин
Дети богов. Первый медведь

Предисловие:

На дворе 2044 год. Произошло многое за двадцать первый век: войны, болезни, активация оккультных сообществ, укрепление власти транснациональных мегакорпораций и развитие технологий. Корпорации, основавшие свою столицу – город-государство Накарам де Кашихар, как правительства различных стран ведут охоту за технологиями вымершей цивилизации, которые многие называют «Дарами Богов». Но на пути к знанию, власти и богатству встают не только конкурирующие силы, но и существа из Межмирья, оказавшие непосредственное влияние на мифы и легенды всех народов земного шара.

Эта история повествует о злоключениях в небольшом норвежском городке деревенского типа неподалеку от Скандинавских гор. Людям, прошедшим боль и разрушение войны с культистами, спустя годы вновь предстоит столкнуться с новым врагом в виде загадочного убийцы-маньяка.

Действующие лица:

Бьерн: мужчина, успевший многое повидать за свои года, включая боль и разрушения от войны с оккультными сообществами. Староста небольшой норвежской деревни недалеко от Скандинавских гор.

Хагдаҥ Эхэ: шаман из Якутии, что познакомился с Бьерном на войне. Служил с ним в одном отряде. Остался жить с новым другом в норвежской деревне, желая через некоторое время вернуться на родину.

Аркадий: молодой полицейский, работающий с властями Норвегии по обмену опытом. Четко соблюдает все технические инструкции. Имея брата в институте Тайн Мира, понимает, что однажды может столкнуться с чем-то необъяснимым.

Кирилова: кандидат магических наук, оперативник института Тайн Мира. Ученица Вентидия Ауэрбаха и одна из приближенных заместителя директора – Ерофея. Среди коллег имеет прозвище Поволжская Ведьма.

Ди-1: он же сто одиннадцатый. Сам предпочитает величать себя Амбассадором. Воин ТМ, который является результатом совместной работы института Тайн Мира и корпорации ГЕНом. Молчаливый, прямолинейный, любит постоянно напевать себе под нос одну и ту же мелодию.

Он вспомнил, как еще утром стоял на пороге уютного деревянного домика, вдыхая свежий хвойный воздух, пропитанный влагой и ароматом земли. Тихий скрип двери приглашал его вернуться обратно в тепло родного дома, где потрескивал огонь в очаге, а на столе ждал горячий кофе, приготовленный женой. За окном вместо экрана телевизора открывался вид на бескрайние просторы норвежских лесов, простирающихся к востоку от величественных Скандинавских гор, вершины которых терялись в облаках, окрашенных в розовые и оранжевые тона восходящего солнца.

Бьерн был высоким, мощным мужчиной, которому скоро предстояло праздновать свое шестидесятилетие. Его жесткое узколобое лицо выдавало в нем человека, который успел на своем веку повстречать множество опасностей. Его потухшие, табачного цвета глаза взирали на чащу, через чью непроглядную крону вековых сосен с трудом пробивались лучи полуденного солнца, вырисовывая на лесной подстилке из мха и опавших листьев причудливые узоры из света и тени.

Ранее подобные вылазки в лес представлялись Бьерну путешествием в мир первозданной природы, где тишину нарушает лишь шелест листьев и нежный шепот древних тайн – пение птиц, мелодично разливающееся в тишине, и редкий шорох из глубины чащи, вызывающий волну неопределенности и легкого страха, которые легко побеждались его винтовкой Крага-Йоргенсена, что передавалась из поколения в поколение, начиная с прадеда. Кроме семейного талисмана Бьерн носил с собой табельный пистолет-пулемет HK MP5 2034 года выпуска и пистолет HK P30.

Аромат хвои вперемешку с привкусом сосны ласкал его нюх; нежный ветерок, играя на его непричесанных волосах, шептал тайны древнего леса, пробуждая благоговение перед его мощью и красотой. Но в этом спокойствии скрывалась тревога: свежие следы – маленькие, почти незаметные отпечатки лап. Дикая природа, могучие хищники – рыси, призрачно скользящие среди деревьев, волки – полновластные хозяева этих мест, не любили людей, что так жадно сужали их ареал обитания. Но их Бьерн не боялся, поскольку за время своей службы в армии успел поучаствовать не только в государственных конфликтах, но и также в охоте на различные оккультные сообщества, что словно грибы после дождя возникали последние полтора десятилетия во всем мире то тут, то там. Там он узнал ужасы, что способен творить человек, но никак не зверь.

Бьерн продолжал углубляться в лес, следуя едва заметной тропой, чтобы ощутить спокойствие перед надвигающейся скрытой угрозой. Он не раз в детстве ходил этими тропами и знал их как свои пять пальцев. Магия и загадки этих лесов всегда готовили его к встрече с неведомым хищником. Он обычно знал, как это будет: внезапно глубокая тишина прервется хрустом ветки – тонким, словно звон стекла; сердце замрет, после чего ритм начнет резко учащаться, чувства обострятся, через мгновение станет понятен источник звука, и хищник, кем бы он ни являлся, падет к ногам Бьерна от точного выстрела винтовки. Так обычно и происходило.

У старосты деревни хватало забот, особенно учитывая то, что он исполнял и роль местного полицейского. Односельчане прозвали его Ярлом, своим боевым вождем. И во многом благодаря заслугам перед государством ему позволили сочетать эти две должности, что требовало от него немалых усилий. Поэтому он подумывал уйти на заслуженную пенсию и передать свою работу уже другим людям, что по отдельности станут исполнять свои обязанности. Его сыновья уже давно покинули деревню и явно не захотят возвращаться обратно, чтобы принять от него бремя правления над менее чем тысячью человек.

Воздух стал тяжелым, густым от предчувствия чего-то неестественного. Казалось, что сама природа не принимает того, кто прячется во тьме леса. Высокие сосны стоят как молчаливые стражи, но некоторые из них, переломанные пополам, пали на другие деревья, больше не способные защищать обитателей от невидимого врага.

В глубине леса среди деревьев высилась тень, но она медленно растеклась при приближении человека, словно призрак. Быстрый взмах темного хвоста, скрывавшегося за стволом могучей ели. Животное? Возможно, лось, пробирающийся сквозь подлесок? Или гордый олень, осторожно ступающий по опавшей листве? А может, всего лишь игра ветра, срывающего листья с ветвей? Неизвестность усиливала тревогу, напоминая о хрупкости и непредсказуемости дикой природы, о ее силе и превосходстве над человеком.

Самым опасным хищником в этих местах являлся бурый медведь. Он царствовал в этих лесах безраздельно, правда, уступая своему более мощному брату – белому медведю, чей ареал обитания начинался всего через полтора десятка километров от этих лесов. И Бьерн знал, что он и есть альфа-хищник этих лесов, поскольку его имя и обозначает «Медведь». Но не сегодня.

Ощущение непрерывного противостояния тишины и страха, спокойствия и угрозы сопровождало его на всем пути. Ему казалось, что шепот ветра в кронах деревьев умоляет повернуть обратно, заботясь о нем.

Все это началось недавно. Когда в их деревню пришел католицизм. Официально до этого они исповедовали лютеранство, но по сложившемуся стечению обстоятельств последних десятилетий односельчане Бьерна давно не посещали церковь. Это произошло с того момента, когда оккультное сообщество, терзавшее Норвегию, дотянуло свои когти и до их городка. Оно пропагандировало веру в неких иных, непонятных существ, не имеющих отношения ни к Раю, ни к Аду. Именно они разрушили церковь, что было их не первым неблагочестивым деянием.

Тогда жители и стали отмечать у себя тревожащие сновидения. Гнетущие требования вроде внутреннего голоса согласиться с оккультистами, просто принять иное мировоззрение. Более ничего.

Эти события совпали с возвращением Бьерна. Он вошел на порог своего дома с новым другом Хагдаҥом Эхэ, с которым они познакомились на войне. Эхэ уже на тот момент был весьма престарелым мужчиной невысокого роста, худощавого телосложения, но не обделенного внушительной силой. Как он оказался на войне с оккультными сообществами, он не раскрывал, однако ему и его друзьям всегда сопутствовала удача. Из их отряда погибло всего несколько новобранцев, и то при несчастных случаях.

И при его появлении в поселении оккультное сообщество сразу же пропало. Он с радостью поселился недалеко от дома старосты деревни, обнеся свое жилище не забором, а целым садом из шиповника. Также Эхэ стал ответственен за новую диковинку в деревне, из-за чего городок приобрел небольшую туристическую популярность – он разводил оленей.

Бьерн стер со своего лица счастливую улыбку при воспоминании, как провел не один вечер, слушая рассказы о мифологии Якутии из уст шамана. Тропа вела дальше через густой ельник. Под ногами стелился мягкий ковер из мха, приглушающий шаги. В воздухе витал расслабляющий аромат прелой листвы и хвои, смешанный с запахом влажной земли. Мужчина заметил свежие следы: большие лапы, отпечатки когтей, глубоко впившихся в землю. Он понял, что за ним наблюдают. Вновь тень впереди растворилась, как бы приглашая зайти дальше в непроглядную чащу.