# Нити судьбы. По ту сторону барьера

Эмили Ли

Война магов и людей разделила территорию королевства на две части, исказила природу и нарушила гармонию, породила монстров. Земля по ту сторону возникшего барьера навсегда осталась потерянной для остального мира. Это ли не отличное пристанище для беглецов, разыскиваемых инквизицией королевства и армией империи? Возможно. Жаль только, что выяснять придется лично, ведь пересечь обратно барьер уже не выйдет.

Четвертая книга серии.

## Глава 1


Башня, г. Илана, королевство Иллинуя

938 год Века Дракона.

Открыв дверь в свою комнату, Дарий заметил на полу, прямо возле порога, сложенный вчетверо лист. Наклонился, поднял его, ухмыляясь. Виола соскучилась и назначила встречу? Простила всё-таки. Он знал, что она не сможет дуться долго. Просто не сможет.

Дарий разворачивал бумагу с легким чувством самодовольства, уже предвкушая приятную ночь. Аккуратные линии незнакомого почерка сообщили место и время. Подписи не было. Не было и сопутствующих романтических признаний. Он поднес бумагу к носу: ничем не пахнет, значит, не от женщины, те любят сопроводить послание каким-нибудь цветочным ароматом. Вспыхнувшее ранее изумление отозвалось интересом. Кому и зачем он мог понадобиться? Но если это всё же дама, то у неё получилось обратить на себя внимание.

До назначенного часа было не так много времени. Дарий переоделся в простую рубашку и брюки и, оставив мантию в комнате, поспешно вышел. По дороге он вспоминал всех магнесс, которые недавно флиртовали с ним, и гадал, кто же мог прислать ему записку. Может, Фелиция? Злюка из новеньких ищеек, острый язычок которой вечно находит себе проблем? К нему, Дарию, у неё была вообще сильная неприязнь. И хоть поводов для этого он не давал, Фелиция не упускала возможности его уколоть каким-нибудь язвительным замечанием. Истинную причину подобного он улавливал всеми фибрами своей души… Хотя нет, скорее, тела. Влечение, которое отражалось в её глазах, сложно было с чем-то спутать. Его чутье в любовных делах ещё никогда не подводило.

Перед нужным поворотом Дарий замедлился, успокоил дыхание и вальяжной походкой вышел к обозначенной в записке статуе магов воды. Звук воды, переливающийся из чаши, выполненной в форме руки, в большую чашу фонтана, раздавался в ночи мягким журчанием. Табличка «Жизнь во благо остальных», установленная на стенке нижней части композиции, притягивала взгляд. Дарий усмехнулся. Кто-нибудь вообще верит в это? Лично у него нет знакомых, которые бы идеализировали своё существование и трактовали смысл жизни в таком ключе.

Дарий скучающе прошелся вдоль фонтана, опуская пальцы в прохладную воду. Он, конечно, больше любил композицию своей стихии, которая была расположена в противоположной части сада, но в такую душную ночь сойдет и эта: хоть немного охлаждает пространство.

Шагов он не услышал, скорее, ощутил чье-то присутствие и резко обернулся. От изумленного возгласа не удержался:

– Эарендил?!

Эльф коротко кивнул в знак приветствия, останавливаясь на комфортном расстоянии, которое позволяло не повышать голос в разговоре, но и не подходить близко. Дарий не любил молчание и загадки, поэтому сразу перешел к делу:

– Зачем хотел меня видеть?

– Я не доложил Инквизитору о твоем упущении.

Голос эльфа был ему неприятен. Если бы звук можно было нарисовать, то низкий диапазон звучания кайнарис получил бы определение льда. Упоминание об их стычке вызвало внутри волну негатива, смешенную с сожалением и грустью, которая охватывала его каждый раз при воспоминании о рыжей ведьме.

– Да, я понял. – Дарий не спешил благодарить, понимая теперь, к чему эта встреча.

– Мне нужна ответная услуга, – спокойно проговорил эльф.

Дарий ответил на колючий взгляд синих глаз, гадая, что же могло понадобиться магу. Нога нетерпеливо начала отстукивать по земле, что привлекло внимание Эарендила, но ничего с собой поделать Дарий не мог.

– Какая? – поторопил его он.

– Если моей команде будет грозить опасность, ты должен будешь защитить их, спасти.

– Но… – Сотни вопросов рождались в голове Дария, и пока он выбирал, какой из них задать, эльф продолжил:

– И будем считать, что твой долг передо мной закрыт.

– Хорошо, – недоумевая, согласился Дарий. – Но как я узнаю, что им грозит опасность? Это же не моя команда?!

– Когда… или если придет время, ты поймешь, – ответил эльф. – Доброй ночи.

«Бред какой-то», – пронеслось у Дария в голове, глядя на спину удаляющегося кайнарис.


Дарий стоял сейчас в толпе магов и лениво прокручивал в памяти тот странный момент из прошлого, пытаясь хоть как-то отвлечься от изнуряющего летнего зноя. Ожидание выступления Инквизитора затягивалось, постепенно превращаясь в испытание. Ведь парадные мантии, которые магов заставили надеть, невыносимо перегревали тело. Ещё и солнце постаралось внести свою лепту и нещадно жарило сверху. Скорее бы уже им разрешили уйти.

Дарий окинул взором коллег по несчастью. В первом ряду, ближе к импровизированной сцене стояли кайнарис, после шло несколько рядов ищеек, в одном из таких стоял и он сам. За ищейками выстроились лекари, учителя и маги других специальностей. В конце томились студенты и ученики. Солдаты Инквизиции, также облачённые в полное обмундирование, расположились стройными рядами по краям шеренги магов.

Жителей Башни никогда, на памяти Дария, не собирали полным составом. Видно, Инквизитор собирается сделать какое-то серьезное заявление. Дарий хмыкнул, конечно, ведь недавнее событие требовало хоть какой-то официальной реакции. Поврежденная чередой взрывов ограждающая стена и часть жилых строений так и не были восстановлены. Все силы Инквизиции были брошены на поимку беглецов. Конечно, многие маги довольно быстро опомнились и вернулись добровольно, но часть была всё ещё в бегах. Дарий же в тот день и не думал сбегать, хотя, признаться, настроение толпы было очень заразительным.

Все резко умолкли, в воздухе разлилось напряжение, и Дарий стал искать причину. В окружении солдат своей армии к ним шел сам Король. Шок сослуживцев Дарий разделял. Никогда правитель королевства не вмешивался в дела магов. Как никогда и не появлялся в Башне.

Сотни пар глаз неотрывно следили за худощавой статной фигурой Короля, что приближался к пустому возвышению, с которого должен был говорить Инквизитор.

– Подданные Иллинуи! – сразу начал Король, обводя взглядом затихших жителей Башни. – Вопиющий случай, который недавно произошел, заставил меня отвлечься от государственных дел и почтить вас своим присутствием. Смею заверить, что королевство откликнется на вашу беду и поможет в самые кратчайшие сроки восстановить работу Башни. Обещаю, что виновные будут обязательно найдены и наказаны. Серьезность моего намерения подтверждает и сделанный вам подарок: часть королевской армии останется здесь для поддержания порядка. – Король сделал паузу, но никто не аплодировал. Все замерли, ожидая продолжения. – И с прискорбием хочу вам сообщить о кончине Инквизитора Фредерика. Он долго служил во благо остальных, но годы ни к кому из нас немилостивы, поэтому почтим его память минутой молчания.

Минуты молчания не вышло. Эта новость вызвала у всех шок. Люди начали перешептываться, сначала тише, а потом несмелый ропот перешел в гул. Королевские солдаты, что плотным рядом стояли перед возвышением, достали мечи и синхронно застучали ими о свои щиты. Привлеченные шумом жители Башни замолчали. Когда снова стало тихо, Король опустил взор в землю, подчёркивая момент траура. Кайнарис и ищейки склонили головы, отдавая последнюю дань уважения бывшему Инквизитору. Остальные маги последовали их примеру. Никто не любил Инквизитора, но неизвестность они не любили ещё больше, поэтому скорбь в сердцах многих была вполне искренна.

Перемена на лице Короля была мгновенной. Он широко улыбнулся, чуть смещаясь в сторону. На постамент поднялся человек, которого из-за солдат Короля ранее не было видно.

– Поприветствуем леди Ивори, нашего нового Инквизитора! – раздался торжествующий голос Короля.

На сей раз изумление, граничащее с шоком, у всех вылилось в молчание. Особо смелые рискнули недоуменно переглянуться между собой. В невероятность услышанного не могли поверить не только маги, но и солдаты Инквизиции. Новый Инквизитор… женщина? Дарий не был силен в истории магии и Башни, но точно знал, что женщины раньше никогда не были Инквизиторами.

Он чуть подался вперед, желая её рассмотреть. Лицо леди Ивори было неестественно белым, и если брови и ресницы женщина чуть выделила косметикой, то всё остальное вполне могло принадлежать покойнику. Хотя нет, пожалуй, у покойника губы и глаза хоть с какой-то краской. Волосы нового Инквизитора были под стать коже: ослепительно-белыми. Раскаленный летний ветер трепал её прическу, выбивая отдельные локоны и бросая ей их на лицо.

Рост леди Ивори был невысок. Несмотря на зной, на Инквизиторе было закрытое черное платье из тяжелой ткани и такая же черная накидка. Темные вещи ещё больше подчеркивали необычность внешности женщины, вызывая, скорее, желание скривиться и отвернуться, чем рассматривать. И всё же Дарий скользнул взглядом по её фигуре, невольно отмечая хрупкость леди Ивори и… практически полное отсутствие груди. Глаза прошлись дальше, замирая на кистях её рук. Кольцо Инквизитора, которое было на ней, сообщило, что в должность та уже вступила.

И это странное создание будет вершить теперь их судьбы?


Первыми опомнились кайнарис, склоняя головы в почтении. Следом нестройным рядом поклонились ищейки, запуская цепочку приветствия. Дарий поспешно отвел взгляд и уставился в землю.

– Приветствую вас. – Голос Инквизитора был неожиданно громкий и сильный. – Уверена, у всех нас впереди много работы, поэтому не буду вас задерживать. Кайнарис и ищеек жду через полчаса в главном зале. Остальные могут вернуться к своим обязанностям.

Она царственно махнула рукой и удалилась в окружении небольшого отряда солдат королевской армии в сторону главного крыла Башни. Как только её фигура скрылась в недрах территории, Король уехал, оставляя недоуменную толпу под палящим солнцем.

Маги и солдаты Инквизиции нестройными рядами покидали площадь, перешептываясь и бросая взгляды в ту сторону, куда удалилась Инквизитор. Дарий уже почти покинул площадку, где их всех собирали, как услышал тяжелую поступь десятков ног. Он обернулся. Чеканя шаг, два больших отряда королевских солдат, следовали к зданиям Башни. Мысль, что больше ничего не будет, как раньше, больно уколола плохим предчувствием. Он мельком взглянул на проходивших мимо солдат Инквизиции. Выражения их лиц отражало посетившее его смятение.

Время до собрания Дарий потратил в прохладе каменных стен. Чтобы хоть как-то остудить пылающее лицо и голову, он намочил волосы холодной водой. Сразу стало легче. Толком не вытирая волосы, он откинул их назад и поспешил в общий зал. Инквизитор была уже на месте. Она не садилась на высокий стул, который служил чем-то вроде трона в Башне и находился на небольшом постаменте, а стояла с гордо выпрямленной спиной, смотря на всех свысока. По левую сторону от неё переминался с ноги на ногу худой мужчина средних лет и держал в руках досточку, на которой располагались чистые листы. Свои жидкие волосы мужчина периодически поправлял рукой, приглаживая на одну сторону.

– Это мой помощник Эдан, – коротко представила мужчину Инквизитор, когда все собрались. – А теперь начнем с главного. Я хочу услышать ваши предположения. Кто мог устроить взрыв? – Бледно-голубые, на грани прозрачности, глаза внимательно следили за собравшимися.

– Инквизитор, – подала голос магнесса. Дарий скосил взгляд и увидел, что Элиссия сделала шаг вперед. – Я думаю, что это был кайнарис Эарендил.

– Вы думаете? – холодно переспросила леди Ивори, и у Дария от её тона по спине пробежали неприятные мурашки.

– Я уверена, – твердо и зло ответила Элиссия, а потом упрямо поджала губы и сжала руки в кулаки.

– Хорошо, – кивнула Инквизитор. Взгляд стал более надменным. – Есть ещё какие-нибудь предположения или уверенности?

Все продолжали хранить молчание, а Элиссия сделала шаг назад, вставая на своё место.

– Мне стало известно, что Фенрис Эарендил уже был в бегах и был прощен. Более того, он был возвращен в ряды служащих, – нарушила молчание Инквизитор.

Дарий открыл рот от удивления. Он слышал про слухи, которые ходили в Башне, но думал, что это не более чем выдумки. Представить, что прошлый Инквизитор кого-то пощадил после побега, было сложно. Дарий постарался как можно незаметнее окинуть взглядом сослуживцев. Некоторых, как и его, данное, столь открытое утверждение подвергло в недоумение, но многие никак не отреагировали на заявление, словно… знали об этом. Дарий сразу же себя успокоил: он не пользовался особым расположением у руководства, поэтому ему и не давали сложные и секретные задания. Отсюда и отсутствие проверенной информации.

Инквизитор продолжила:

– Подобное больше не повторится. Любой, кто осмелится нарушить приказ, будет лишен права пользоваться посохом навсегда. Попытка покинуть территорию Башни без согласования карается смертью. – Леди Ивори чуть повернула голову к своему помощнику, касаясь его мимолетным взглядом. – Эдан, подготовь точный список всех сбежавших, но возвращенных магов, а также сбежавших и добровольно вернувшихся. Солдата, смотрящего в день взрыва за браслетами магов, допросить, а потом казнить. Команду Эарендила допросить, а затем казнить. – Она вернула внимание первым рядам. – Кайнарис, вы освобождаетесь от занимаемых должностей и становитесь ищейками, для вас собрание закончено, покиньте помещение.

Ищейки в молчании провожали взглядами магов, служивших бывшему Инквизитору, ошеломленно ожидая продолжения.

Дария вдруг прошиб пот, волосы на голове от ужаса зашевелились. Это то, о чем его просил эльф: спасти его людей. Но как? Эта страшная женщина казнит его вместе с остальными, если поймает. И почему нет суда? Вина солдат не доказана! Они могли и не знать, что планировал их командир! Да и не факт, что взрывы организовал именно Эарендил. Эльф мог просто сбежать, воспользовавшись ситуацией!

Дарий нервно покусывал губу, судорожно стараясь придумать, как быть. Как он мог попасть в такую ловушку и связать себя невыполнимым обещанием?

– Мне нужны новые кайнарис, – прервал его панику голос Инквизитора. – Прошу подойти ближе тех, кто хочет предложить свою кандидатуру. – Дарий увидел, как десять человек вышли вперед, в том числе и магнесса, которая назвала имя Фенриса. Инквизитор окинула их беглым взглядом и безэмоционально сказала. – Вы мне не подходите. Покиньте зал и возвращайтесь к своим обязанностям.

Дарий вообще уже перестал понимать, что происходит. Он озирался на своих оставшихся в помещении коллег и гадал, что будет дальше. Его нервозность разделяли остальные.

– Ваши кандидатуры, за исключением тех, кто предпринимал попытку к бегству, будут изучены на должность кайнарис, – сказала Ивори, а затем показала в сторону своего помощника. – Подойдите к Эдану и назовите своё имя, а потом можете быть свободны. Если вы пройдёте первый отбор, вас оповестят.

Дарий вклинился в нестройный ряд ищеек, назвался и поспешил выйти.

## Глава 2


Мысли отчаянно крутились в поисках верного решения. Ничего лучше, чем просто предупредить команду Эарендила, как назло, на ум не приходило. Он быстрым шагом шел в крыло, где располагались солдаты Инквизиции, и торговался сам с собой. Предупреждения достаточно же? Они вполне могут успеть убежать… А что ещё можно сделать в такой ситуации?

Он остановился у первой попавшейся двери и постучал. Ему открыли. Воцарилось неловкое молчание. Дарий уже открыл было рот спросить про людей Эарендила, как понял, что если сейчас поинтересуется чужой командой, а потом та сбежит, то его причастность сразу вычислят.

– Простите, ошибся, – сказал маг и медленно отправился дальше.

Что же делать? Как предупредить их? Маг примерно помнил, как они выглядят, может, если он будет продолжать идти по коридору, то увидит их. План был откровенно глупый, но это всё, на что сейчас хватало воображения.

Дарий заметил оживление у одного из окон, выходящих на внутренний двор, подошел к столпившимся в угрюмом молчании солдатам и посмотрел вниз. В окружении отряда королевской армии через двор, гордо подняв головы, следовали шестеро мужчин. Несложно было догадаться, что он опоздал.

Он знал, куда их повели. Есть только одно место, где держат провинившихся магов и других служащих. Оно не являлось тюрьмой в прямом смысле своего слова. Это небольшое здание, некогда служившее складом, имело ряд изолированных помещений. Камер там было не так много, штук десять, если Дарий правильно помнил, а коридор с одним поворотом. И сторожили это здание всего два человека. В основном стояли снаружи, сидеть внутри, особенно летом не любили – скучно.

Дарий в этом месте сам периодически отсиживался. Нет, не в охране. Последнее взыскание было совсем недавно, когда его застукали с Виолой. Воспоминание отозвалось в душе ярким отголоском и тут же погасло, сменяясь внезапной идеей. Точно! Виола! А ведь всё может получиться!

Он поспешил в лечебное крыло. Нужный ему кабинет он смог бы найти с закрытыми глазами – часто здесь бывал. Не в качестве пациента, естественно, но лекарь ему определенно в те моменты был нужен. Перед знакомой дверью он какое-то время постоял, успокаиваясь и поправляя ненавистную парадную мантию, а потом осторожно приоткрыл дверь и неслышно скользнул внутрь.

Виола стояла у окна и что-то смешивала, склонившись над емкостями. Глядя на её каштановые волосы, собранные в две косички и убранные назад, Дарий невольно улыбнулся. Светлая форма лекаря и платок на голове ей шли, как никому другому. И хоть сейчас не видел её лица, он точно знал, какое там застыло выражение. Когда она находилась в стенах лечебницы, её милое личико становилось ещё более одухотворенным и привлекательным.

Дарий ухмыльнулся. Тело отозвалось приятным волнением, вспоминая жаркие встречи. Ему так нравилось стирать очарование невинности с её лица, заменяя его страстью. Он не смог удержаться и тихо подкрался к ней, обнимая сзади. Виола воскликнула и резко обернулась.

– Дарий! Что ты делаешь?! Сюда могут зайти! Отпусти! – Она постаралась выбраться, но он ещё крепче прижал её к себе.

– Не хочу, – прошептал он ей на ухо, специально понижая голос, прекрасно понимая, как это действовало на неё. А впрочем, не только на неё… – Скучала по мне?

Рука медленно, с нажимом заскользила по животу Виолы, поднимаясь до груди. Вторая рука проделала свой путь вниз, останавливаясь у девушки между ног. Её учащенное дыхание вызвало у него довольную улыбку. Дарий чуть ослабил хватку, собираясь развернуть её лицом к себе. Виола опомнилась и оттолкнула его. Она отбежала от мага, становясь чуть поодаль, так, чтобы их разделял стол.

– Я же тебе говорила, чтобы ты больше не приходил! – И хоть её лицо заливала краска, а в глазах отчетливо читалось желание, говорила она сердито.

Его губы против воли растянулись в улыбке. Так мило сердится – снова захотелось прижать её к себе.

– Всё ещё злишься? – Он сделал шаг к ней навстречу, и Виола быстро сменила свою позицию на противоположную, не давая ему сократить расстояние.

– Ещё спрашиваешь?! Ты назвал меня чужим именем! Как ты вообще мог?! Занимался любовью со мной, а думал о другой? – Её голос задрожал от сдерживаемых слез и обиды. Дарий мысленно закатил глаза. Кто его тогда дернул приходить выпившим к Виоле? Теперь вовек не забудет. – А меня ведь предупреждали, что ты… что ты… Повеса! Но я думала, что у нас с тобой всё иначе! И вообще… Кто это девка?! Лайя? У нас нет таких в Башне! Я узнавала!

Улыбка сползла с лица. Дарий чуть успел спрятать своё истинное выражение лица за маской спокойствия. Виола собирала сведения о нем? Это что-то новенькое. Не хватало ему ещё фанатичной влюбленной. Если бы не причины быть здесь, он бы уже ушел и больше не вернулся.

– Это была моя первая любовь, – слова лжи легко слетели с губ. – Мы были вместе совсем немного, а потом она выбрала другого и вышла за него замуж. Эта девушка не магнесса. В тот день… – Он сделал паузу, изображая грусть, хотя в душе рождался гнев. Он умел врать, но не любил. В отношениях с девушками он предпочитал недосказанность. И вот ради обещания, которое он дал эльфу, теперь приходится нести эту чушь. – В тот день была годовщина её свадьбы… Не знаю, как так вышло и почему я назвал её имя. Прости меня… Я знаю, что с моей стороны, это было… мерзко. И раз мы с тобой больше не состоим в отношениях, то, может, сможем остаться друзьями?

Испуг, который появился в глазах Виолы, не остался незамеченным, но свой триумф Дарий ничем не выдал, а подошел ближе, протянул руку и тихо сказал:

– Так что? Друзья?

Девушка сникла, губы задрожали, но руку она всё же пожала. Дарий бросил на неё виноватый взгляд, слабо улыбнулся и снова заговорил:

– Новый Инквизитор очень странная, пугает своими выпадами, выгнала с должности всех кайнарис…

Виола изумленно распахнула глаза, на миг забывая о собственном горе. Дарий поспешил захватить её внимание и продолжил. Он говорил о произошедшем на собрании, перескакивал на сплетни, потом вспоминал о своем прошлом задании, между всем этим делом интересовался тем, чем была сейчас занята Виола. Плавно подошел к теме лечебницы и зелий. Попросил устроить ему экскурсию. В этом моменте ему даже не нужно было играть. Его интерес был искренен. Когда необходимые ему сведения были получены, он наигранно спохватился, «вспоминая», что у него ещё есть дела.

– Было очень приятно с тобой так поболтать, – сказал он с улыбкой. – Спасибо за компанию.

Он приобнял её и по-дружески похлопал по спине, задерживая в объятиях чуть дольше положенного. Сердце застучало чуть чаще, волнуясь. Если она сейчас позволит ему уйти, то придется срочно искать замену, а это было бы очень и очень некстати. И всё же дальше тянуть уже нельзя, иначе игра в дружбу будет неправдоподобной. Дарий отстранился и развернулся, собираясь уйти.

– Не хочу быть друзьями! – воскликнула она, хватая его за руку. – Я хочу быть твоей!

Выдох облегчения едва удалось сдержать. Дарий обернулся и притянул её к себе.

– Ви… – прошептал он ей и стал покрывать поцелуями её лицо и шею. – Я так скучал… – Его ласки стали смелее, а её дыхание всё сбивчивее. Он вдруг резко отстранился и зажмурился. – Черт, прости, но мне нужно идти, меня загрузили какой-то ерундой аж до ночи.

– Приходи сегодня, – прошептала она, лаская его затуманенным от страсти взглядом. – Моя соседка в отпуске сейчас, не в Башне.

Дарий собирался позвать её к себе, ведь он сейчас тоже временно без соседа, но так даже лучше. Он снова осыпал её поцелуями, наговорил романтической чепухи, а после оставил одну.

До наступления сумерек он находился у себя в комнате, нервно меряя пространство и раз от раза ругая себя за данное обещание, которое, скорее всего, будет стоить ему жизни. Когда за окном зажглись фонари, Дарий переоделся в темные штаны и рубашку – чудо, что у него такое вообще было, – надел поверх мантию, в карманы спрятал несколько платков и вышел. Людей в коридоре, да и на территории было не так много – наличие в Башне королевских солдат отбивало желание гулять.

До полуразрушенного здания, которое выбрал в качестве наблюдательного пункта, он добрался без особых происшествий. На пути ему попалось лишь несколько подростков, и те были слишком заняты друг другом. Пристроившись у образовавшегося разлома в стене, Дарий нашел глазами виднеющуюся тюрьму. Следующий час на удивление прошел слишком быстро. Наверное, так и бывает, когда хочешь пожить подольше… Дарий отбросил похоронные мысли и снова прогнал в голове свой шаткий план, отмечая ключевые позиции главных источников проблем.

Два королевских солдата патрулировали территорию у сада, где он собирался пройти. Ещё два чуть дальше… Но эти, вроде как, не должны стать помехой при должном везении и правильно выбранном моменте… И два охранника из солдат Башни у дверей в тюрьму. Итого четыре помехи и два элемента неожиданности… Вроде как звучит не так… убийственно.

Дарий ушел тем же путем обратно, только в нужном месте свернул в лечебное крыло. Малоиспользуемые коридоры и ниши в нем он знал очень хорошо, поэтому засидевшихся магов он благополучно миновал: они с Виолой иногда встречались в лечебнице по ночам, отсюда и знания.

Не доходя до нужной двери, он приподнял вазон с цветами и забрал лежащий там ключ. Попав в кабинет, Дарий на ощупь дошел по комнаты со шкафом, где лекари хранили зелья. Он щелкнул пальцами. Оранжевые огоньки зависли в воздухе, неярко освещая пространство.

Дарий схватил примеченную несколькими часами ранее сумку и подбежал к шкафу. Здесь находились редкие зелья, которые не использовали. Здесь же и лежал тот самый порошок, который раздавали всем прошлой осенью для поимки имперцев. Дарий, стараясь не двигать остальные колбочки, добрался до нужных ему и забрал, аккуратно складывая себе в сумку. Потом метнулся к другому шкафу, где находились обычные лечебные зелья и перевязочный материал. Если солдат пытали, то им могут понадобиться лекарства. Иначе какой смысл в спасении, если за территорией Башни они погибнут?

«Черт, Эарендил, во что же ты меня втянул?!»

Он сначала хотел взять несколько пузырьков, а потом плюнул и сгрузил почти всё, что было, справедливо решив, что всё равно пропажу обнаружат, так какая разница?

Дарий снял с себя мантию, скрутил и оставил здесь, а потом убрал волосы под косынку, повязал ещё один платок на лицо, оставляя себе только глаза, и вышел, прикрывая за собой дверь. Один из пузырьков с сонным порошком он держал в руке на случай, если ему не повезет встретить случайного свидетеля.

До сада он добрался без проблем. Затаившись за высоким раскидистым кустом, Дарий замер в ожидании патрулирующего солдата. Приближение одетого в броню мужчины сложно было не услышать. Когда шаги раздались совсем рядом и снова стали отдаляться, Дарий магией погасил несколько ближайших от него фонарей, потом выскочил и бросил в лицо солдата порошок. Падающее тело маг предусмотрительно подхватил и стал оттаскивать в сторону.

Едва он спрятал мирно-посапывающую, непомерно-тяжелую тушу, зажег обратно фонари. Под прикрытием ровного забора из кустарников Дарий, низко пригнувшись, побежал в сторону, где находился следующий солдат. Счет шел на секунды. Напарник дозорного не должен заметить отсутствие служивого. Сумку с зельями Дарий двумя руками прижимал к себе, боясь лишним звуком выдать себя.

Схема была та же: погашенные фонари, порошок и заботливо подставленные руки. Второй дозорный оказался ещё тяжелее первого. Дарий затащил тело за кусты и устало выдохнул. Руки мелко подрагивали от перенапряжения и адреналина. Магия ярко отзывалась на зашкаливающее чувство опасности – линии на руке заметно выделялись, подсвечивая оранжевыми всполохами.

Он вернул освещение на место и стал пробираться к тюрьме. Солдат у здания не было – значит, они внутри. Черт. А ведь он планировал выманить одного из них за угол, а теперь это не получится. Не желая раньше времени выдать своего присутствия, он стал тихонечко приоткрывать дверь… Протяжный скрип несмазанных петель скрасил ночь элементом неожиданности. Дарий тихо выругался, сквозь плотно сжатые зубы. И снова сердце стало отбивать бешеный ритм, вторя порывистым движениям.

Дарий ворвался внутрь, бросил в одного охранника порошок, а потом рванул ко второму. Сориентироваться солдат не успел. Маг схватил его за голову и со всей силы приложил о своё колено, а потом, для верности, хорошенько несколько раз припечатал об стену. Когда тело охранника упало на пол, Дарий нервно выдохнул, оглядываясь. Первый охранник мирно спал.

Он быстро обыскал одного и второго в поисках ключей от камер, потом поправил платок на голове, тщательно пряча волосы, затем натянул повыше платок, укрывающий лицо, и стал открывать камеры.

Запертых комнат оказалось восемь. Шесть солдат Эарендила, солдат, который смотрел за браслетами в день взрыва… А кто ещё? Черт! Если там заперт простой маг, отсиживающийся за дисциплинарное взыскание, то тот точно его выдаст. Мало того что второй охранник, которого пришлось вырубить физической силой, его наверняка сможет описать, так ещё и это. Что ж так не везет-то?.. Но придется рискнуть и всех выпустить, не спрашивать же кто есть кто…

Он спешил, отчего руки подрагивали, и замки не с первого раза поддавались. Некоторые солдаты были уже допрошены и выглядели совсем скверно, но всё же смогли выйти из своих камер. Они ошеломленно смотрели на таинственного спасителя и нерешительно топтались в коридоре. Лишь один из них, светловолосый мужчина средних лет, осмотрел своих сослуживцев, потом мельком бросил взгляд на лежащих охранников и подошел к нему.

– Вы должны бежать, – сказал ему Дарий, старательно меняя голос. – Суда не будет. Вас казнят сразу после того, как допросят. – Он снял с себя сумку и отдал солдату. – Здесь лечебные зелья.

– Но как? – донесся чей-то слабый шепот. – Всё охраняется, а мы без оружия.

На этот вопрос у Дария не было ответа. Как и плана. Сплошная импровизация. Добраться до ворот, вырубить охранников, а там по обстоятельствам. И то, в этой части спасения Дарий надеялся не участвовать.

Светловолосый солдат передал сумку другому, а сам подошел к охранникам и забрал их оружие.

– Айрой, Дуглас, – заговорил он, обращаясь к сослуживцам, – помогите Калебу и Брайту. Клейтон, возьмешь на себя Дерека.

– Грегори, это безумие! – возразил кто-то. – Бежать из Башни? Серьезно? Нас поймают и казнят! Уж не лучше ли…

– Я выведу вас, – жестко перебил его Грегори, а потом посмотрел на Дария, обращаясь уже к нему: – Я знаю, что вы и так сделали для нас слишком многое, но прошу помочь ещё немного. Нужно погасить на некоторое время фонари.

– Отсутствие освещения привлечет большее внимание, чем люди, идущие в саду, – возразил Дарий.

– Нам хватит и минуты.

Дарий кивнул.

Сзади раздался слабый женский голос:

– Заберите меня с собой.

Солдаты расступились и обернулись. Облаченная в какие-то лохмотья девушка, тело которой было покрыто незажившими порезами, стояла, упрямо поджав губы, и старалась не шататься.

– Хорошо, – раздался голос Грегори.

– Ты с ума сошел! – возразили ему. – Я слышал, как наша охрана говорила, что поймали ведьму! Это, скорее всего, она и есть. Она должна умереть!

– Калеб, – голос Грегори стал угрожающим, – ты тоже должен умереть. Оставить тебя здесь?

Других возражений не последовало.

– Время! – напомнил им Дарий и приоткрыл дверь, выглядывая наружу. Убедившись, что во дворе никого нет, он щелкнул пальцами, направляя свою волю к ближайшим фонарям, гася их. – Уходите, я прикрою вас.

Он стоял и часто озирался, боясь появления случайных свидетелей. Солдаты обхватили раненых сослуживцев и один за другим стали покидать здание. Ведьма, держась за свои бока, шла сама. Поравнявшись с магом, она на мгновение остановилась и посмотрела прямо ему в глаза. В её взгляде не было благодарности, только усталость.

Ему стало неуютно от её внимания. Он нервно потянулся к своему лицу, собираясь поправить платок. От его простого жеста она отшатнулась, втягивая голову в плечи и закрывая её руками, словно защищаясь от удара. Глаза при этом широко распахнулись, затравленно смотря на него. Рот приоткрылся в безмолвном возгласе.

Дарий вздрогнул и аккуратно опустил руку, пораженно смотря на девушку.

– Пойдем, милая, нужно уходить. – Грегори подошел к ведьме, чуть касаясь её локтя, подталкивая к выходу. Она испуганно дернулась от него. – Тебя больше никто не обидит. Даю слово.

Девушка поспешила отойти от него и ушла вслед остальным. Грегори вышел последним.

– Это он попросил? – тихо спросил солдат. Дарий сразу понял, о ком тот говорит, и кивнул. Лицо мужчины озарила теплая улыбка и глаза засветились гордостью, словно ему сообщили про какое-то достижение его сына. – Дай нам ещё две минуты, а потом возвращай освещение. И… Спасибо. Ты молодец! Ещё увидимся, Дарий.

Грегори обогнал остальных и повел их куда-то в сторону от ворот. Дарий какое-то время смотрел им вслед, а потом закрыл за собой дверь тюрьмы, отбежал на приличное расстояние и вернул свет. Дорога до лечебницы была наполнена тревожным ожиданием криков охраны. Ему казалось, что сейчас беглецов обнаружат и поднимется тревога. Но лечебница, куда он бежал, была всё ближе, а тишина продолжала укутывать пространство.

Уже в комнате лекарей, переодеваясь в мантию и сворачивая свою одежду, Дарий гадал, как так вышло, что тот солдат, Грегори, его узнал. Эарендил предупредил? Тогда к чему был тот вопрос? А что выдало? Волосы выбились? Глаза запомнил? Черт. А если и охранник вспомнит?

Спрятав пугающие мысли подальше, он закрыл на ключ лечебницу и поспешил к Виоле. Дарий смутно представлял, как в состоянии, в каком он сейчас пребывал, у него получится изображать чудеса любви, но выбора всё равно не было.

И хоть нужды особой не было, он всё равно старался прятаться от одиноких прогуливающихся жителей Башни. Чем меньше глаз его увидит, тем лучше. Собственная шевелюра, что всегда нравилась ему за яркий, огненный оттенок, сегодня стала досадным элементом. Был бы каким-нибудь шатеном, так и проблем не было. Обычный, рядовой маг обычной, рядовой внешности.

На стук Виола открыла сразу. Дарий видел её недовольство и обиду – не дал ничему этому вылиться в слова. Он закрыл за собой дверь и заключил девушку в объятия, но поцеловать себя она не разрешила, уперлась руками ему в грудь.

– Дарий, ты что? Бежал ко мне? Так тяжело дышишь, и глаза…

– Да, – с улыбкой сказал он. – Очень хотел увидеть тебя, поэтому до комнаты бежал.

– А где ты до этого был? Уже поздно!

Дарий погасил вспышку собственного гнева, мысленно уговаривая себя, что сейчас не время отстаивать право на личную жизнь, в которую он Виолу, да и никого другого, не пускал.

– Ви… Не хочу говорить… Я так скучал…

Голос вышел почти не сердитый. Почти. Дарий сгладил оплошность поцелуем. Добиться нужной нежности не получалось. Виола словно чувствовала его неискренность, поэтому не откликалась. Пришлось прибегнуть к уловке. Он вспомнил ту единственную, ради кого был готов бросить всех женщин мира. Единственную, кому предложил постоянные отношения. Образ красивой рыжей ведьмы с зелеными глазами занял его мысли, волнуя тело и заставляя целовать другую жарче.

## Глава 3


Пропажу заключенных обнаружили ближе к утру. Это могло означать только одно – территорию Башни они покинули. Проснувшись от звуков тревоги, Дарий оставил Виолу и отправился к себе в комнату. Вещи, которые были на нем во время освобождения пленников, он ещё вчера оставил в укромном месте, но сегодня, проходя это самое место, решил не рисковать – заберет их позже.

До комнаты он так и не дошел – объявили о собрании в главном зале.


Он шел по пустому коридору к массивным дверям, за которым его и остальных магов ждала Инквизитор, и внутренне содрогался. Представить её реакцию было страшно. Мысль пришла к нему внезапно: она казнит охранников. Он спас несколько жизней, погубив при этом других. Ужас и раскаяние охватило его, вызывая мелкую дрожь внутри. Губы мгновенно пересохли, а ладони, наоборот, вспотели. Что же он наделал?! И даже если он снова провернет свой трюк со спасением, казнят следующих.

– Торник, чего плетешься? Иль не рад увидеть Инквизитора с самого утра? – поддел его обгоняющий Алий.

Дарий посмотрел на друга и криво усмехнулся, старательно пряча взгляд, боясь выдать своё состояние.

– Очень смешно, – бросил он, но шаг ускорил. Последним в зал всё же не хотел зайти. Не хватало ещё, чтобы это привлекло к нему внимание.

Помимо ищеек и бывших кайнарис в зале были и лекари. Дарий нашел глазами Виолу. Почувствовав его взгляд, она обернулась и послала ему слабую улыбку. Он ответил ей тем же. Открыто подойти не рискнул.

Двери широко распахнулись. В зал вошла леди Ивори. Её лицо было ещё более бледным, чем вчера. А может, она просто сегодня не нанесла себе косметику. Идеально ровная осанка, медленный величественный шаг и черная мантия Инквизитора – от леди Ивори исходила какая-то особая холодная аура. Хотелось отойти подальше. Некоторые так и сделали.

Позади неё шел Эдан. В руках мужчины снова были листы. Небольшие глаза помощника со скрытым злорадством обводили всех взглядом. Замыкал шествие отряд королевских солдат.

Инквизитор поднялась на возвышение и на этот раз села. Эдан остался стоять, занимая место справа у трона. Солдаты встали у стены по обе стороны от магов.

Разница между солдатами Башни и солдатами Короля остро ощущалась. Да, и те и другие вроде как контролировали магическое сообщество сейчас, вот только первые, скорее, воспринимались, как строгий старший брат, призванный следить за младшим. А вот солдаты Короля, что в данный момент сверлили их взглядами, мало чем отличались от Эдана. Злорадство и пренебрежение, легкое презрение и чувство превосходства – это отражали десятки взглядов.

Кайнарис бывшего Инквизитора гордо стояли впереди. Дария посетила странная мысль, что сделано это было не по привычке, а специально, словно они хотели… хотели защитить остальных. Интуиция, вторя мыслям, забила тревогу, отзываясь на очередное плохое предчувствие.

– Команда Эарендила, смотрящий за браслетами, пойманная недавно ведьма сбежали! – голос леди Ивори звенел в абсолютной тишине. – У них был сообщник в Башне. И я хочу знать кто это. Ищейкам обыскать все здания, опросить всех жителей. Должны быть свидетели. Лекарям осмотреть лечебницы и свои кабинеты, пересчитать все зелья и доложить о пропаже. У вас есть на это шесть часов. Лекари могут быть свободны, а ищейкам подойти к Эдану. Он выдаст каждому его участок работы.

Как только Инквизитор удалилась, лекари поспешили уйти, оставляя ищеек в окружении королевских солдат и Эдана. Не особо разбирающийся в устройстве Башни помощник Инквизитора иногда разрешал магам самим выбирать участки.

Дарий вызвался обследовать территорию возле темницы. Ему в напарники дали Маркуса, бывшего кайнарис. Высокий и статный темноволосый мужчина с небольшой бородой вызвал у Дария прилив ужаса. Это был однозначно конец. Маркус слыл очень талантливым магом, немногим уступал Эарендилу, а это значит, что след от магии уловит запросто. А вычислить, кто именно из магов огня колдовал, останется малым делом.

Дарий и сам не знал, почему ещё не бежит прочь, а продолжает идти за ним. И на что надеется? Надо было, наверное, использовать свой шанс на свободу вместе с остальными, вчера. Тоска стала разливаться в душе, вытесняя страх. Жизни в бегах он никогда не хотел для себя.

Маркус дошел до места, где Дарий вчера ждал первого патрульного, стал осматриваться. Глаза кайнарис замерли на близлежащих фонарях, а потом взгляд устремился дальше, замирая на тех, которые погасли следующими.

– Твои наблюдения? – спросил он.

Смысла врать не было, Дарий уже по глазам видел, что Маркус всю картину воссоздал. Да и солдаты Короля небось доложили, где на них напали.

– Думаю, в этом месте скрывался их союзник. – Дарий указал реальное место, где сам и прятался. – Дождался, распылил порошок. Потом под прикрытием растительности отправился к тюрьме.

Маркус одобрительно кивнул, задумчиво посматривая на фонари.

– Что-нибудь ещё? Магия? – спросил кайнарис, продолжая смотреть вдаль.

Дыхание перехватило, сердце забилось раненой птицей в груди. Дарий на выдохе как можно небрежнее произнес:

– Следов магии не обнаружил.

Маркус молчал, о чем-то раздумывая, а Дарий прикидывал, получится ли у него с одного удара вырубить кайнарис; вычислял, по какой траектории ему бежать к воротам Башни; вспоминал, где в это время будет меньше солдат Инквизиции и Короля. Прогнозы такого варианта развития событий были неутешительные. Без посоха и меча только на одной физической силе – без шансов. Пришлось искать альтернативу. Нужное оправдание нашел себе сразу: он средних способностей маг, не самая талантливая ищейка, поэтому следов магии вполне мог и не уловить. Это если вдруг спросят. Остальное – импровизация по обстоятельствам.

– Этот рыхлый, довольно глубокий след на траве говорит, что здесь тянули солдата, – сказал наконец Маркус, указывая рукой на землю. – Широкий куст – отличное прикрытие. Спрятавшегося там человека можно заметить только с крыла Инквизитора или крыла кайнарис, вот только там сейчас проводятся ремонтные работы, значит, вечером шанс нарваться на свидетеля минимален. Поэтому союзник пленников выбрал более длинную траекторию к тюрьме неслучайно, ведь она была более надежной. – Кайнарис повернулся к Дарию. Темные глаза скользнули по его лицу непроницаемым взглядом. – Хорошая работа, Торник.

Маркус отправился к тюрьме, а Дарий не сразу отошел от сковавшего его оцепенения. Почему кайнарис ничего не сказал про магию? Не может быть, чтобы не почувствовал. Он решил утаить или просто приберег эту новость для Эдана?

Заметив, что Маркус уже порядком отошел, поспешил его догнать.

– Солдат, что вчера охраняли пленников, допросили, – будничным тоном сообщил Маркус.

– Что рассказали? – с замиранием дыхания поинтересовался Дарий.

– Оба утверждают, что всё произошло так быстро, что ничего не успели заметить.

– Но… – немного растерянно начал Дарий и осекся, не понимая, что сказать. Он точно знал, что второй охранник видел его. Почему смолчал?

– Напавший был явно в очень хорошей физической форме. – Маркус вдруг иронично усмехнулся и добавил: – Я всегда считал, что магу нужно полагаться не только на свою магию. Ведь посох не всегда при нас, в отличие от кулаков. Но… учебная программа магического сообщества явно имеет ряд недостатков.

Как и та фраза про хорошую работу, последняя речь кайнарис показалась Дарию завуалированной и адресованной именно ему. Ощущение, что Маркус догадался, кто был тот самый союзник, не оставляло.

Они вошли в тюрьму. В этом не было смысла, но так было положено. Маркус зачем-то зашел в одну из камер и уже оттуда сказал:

– Торник, можешь подсветить? Здесь какие-то пятна.

Дарий пошевелил пальцами, маленькие огненные сферы осветили пространство, сразу принося осознание: сопоставить два следа магии элементарно. Правильно среагировать он не успел, Маркус ему вдруг улыбнулся и сказал:

– А, ничего, просто показалось.

Маркус осмотрел все камеры, а потом вышел из здания, говоря напоследок:

– Я доложу Инквизитору результаты.

Дарий провожал спину мужчины взглядом, не понимая, как быть. Бежать? Ждать? Что делать-то? Маркус решил скрыть правду? Но почему? Или сейчас сдаст его? Сомнения терзали его. Желание жить сражалось с нежеланием лишиться привычной жизни. Там, за стеной Башни его ничего не ждет, только бег, нищета и страх. После недолгих споров с самим собой победила робкая надежда на мирное разрешение. Дарий выбрал ожидание, как возможность ещё раз испытать судьбу на везение. Обычно та решала в его пользу, вдруг решит так ещё раз.

Время до следующего собрания он провел, праздно блуждая по территории и прислушиваясь к разговорам других. Ничего, что указывало на то, что ему грозит опасность, не было, поэтому ко времени собрания Дарий был уже спокоен.

И снова в зале перед Инквизитором стояли кайнарис, ищейки и лекари. Леди Ивори поднялась с трона и медленно подошла к самому краю постамента. И хоть её бледное лицо ничего не выражало, Дарию показалась, что в эту минуту она их всех люто ненавидит. Сквозь чувство омерзения, которое возникало каждый раз, когда он смотрел на неё, пробилось любопытство. Интересно, а в чем причина подобного отношения? Просто злится из-за ситуации? Или за этим кроется что-то личное?

– Никто ничего не видел, – налитый властью голос звучал громом, существуя словно отдельно от хрупкой женщины, что застыла перед ними каменным изваянием. – Никто ничего не слышал. Ни одного свидетеля из жителей Башни. У лекарей ничего не пропало. Что это? Поразительное везение или ваша плохая работа? А может, вы все покрываете преступника?

Она замолчала. Прозрачные глаза скользили поверх молчаливых магов. Кто-то смотрел в пол, кто-то изучал спину впередистоящего, кто-то бездумно устремил взор впереди себя. Были и те, кто не прятал глаз, открыто смотрел в ответ. Дарий невольно нашел глазами Маркуса. Тот, как и остальные кайнарис, стояли в первом ряду. Гордо поднятые головы, ровные спины, спокойствие и уверенность в своих силах. Дарий невольно в восхищении выдохнул: вот это выдержка!

– Я хочу услышать ваше мнение, – сказала она спустя паузу.

Ответом было молчание.

В воздухе повисло непринятие, которое невольно объединило в едином порыве всех находящихся в комнате магов. Глаза Эдана уже предвкушали кровавую расправу, а вот на лице леди Ивори ничего не дрогнуло.

– Хорошо, – снова заговорила она. – Все, кто делят комнату с кем-то ещё, должны подробно написать, как прошел их вчерашний день и где, когда и во сколько они видели своего соседа. Листы выдадут вам после допроса тех, кто проживает один, или кто был вчера один в комнате.

Инквизитор села на трон, чуть повела головой, давая слово помощнику. Эдан сделал несколько шагов вперед, останавливаясь возле леди Ивори, и зачитал первое имя. Названный маг подошел к помощнику и стал отвечать на вопросы. Эдан делал пометки у себя на листах.

Дарий с подступающим ужасом ждал своей очереди. Он не думал, что это будет вот так, открыто, при всех. Его план прикрыться Виолой не казался уже таким идеальным. Мало того что она по каким-то причинам никому не сказала о пропаже зелий, так ещё и получит наказание из-за него за совместную ночь.

Категоричного и официального запрета на отношения у магов и магнесс не было, но открытого проявления интимности не одобряли. Никаких публичных поцелуев, прикосновений, объятий, и конечно, никакого совместного проживания. За это полагались взыскания. В особо «тяжелых» случаях заключение под стражу. А вот отношения солдата Башни и магнессы строго запрещены, даже дружеские. И то и другое, естественно, нарушалось. Там, где есть люди и любовь, там плохо работают правила.

– Дарий Торник! – громко позвал его Эдан.

Дарий набросил на лицо маску спокойствия и твердой походкой подошел к Инквизитору. Её бесцветные глаза безразлично скользнули по нему и замерли на эмблеме ищейки, вышитой на мантии.

– Дарий Торник, ищейка. На момент совершения преступления проживал один в помещении, – откровенно скучающим тоном продолжил повторяющуюся раз за разом процедуру Эдан, перед этим заглядывая в свои бумаги. – Слушаю.

Дарий в голове уже всё в тысячный раз прокрутил, поэтому сухо и четко стал описывать свой день. Фразу Инквизитора «ни одного свидетеля из жителей Башни» помнил. Значит, свидетели со стороны солдат Короля вполне могли быть, о чем предусмотрительно умолчала и леди Ивори, и Эдан. Когда дошел черед до вечера, он запнулся. Вот так при всех сейчас сказать про Виолу? Он не планировал афишировать их связь, это уже что-то ближе к признанию отношений. Он тряхнул головой, прогоняя секундную слабость. Трясется за свою свободу, когда на кону стоит его жизнь…

– Вечер и ночь я провел у Виолы Сантон, – проговорил он четко.

– С какого времени у вас начинается вечер? – с ехидной иронией уточнил Эдан.

Дарий забыл сделать вдох. Черт. Черт. Черт. Если скажет правду, то его внесут в список возможных подозреваемых. Если соврет, то останется уповать на милость Виолы. Да и Виола могла быть где угодно до момента его прихода.

– Что такое? – усмехнулся Эдан, с издевкой рассматривая лицо мага. – Не помните, во сколько пошли к девушке?

– Я не смотрел на время, – уверенно сказал Дарий, тщательно контролируя выражение лица и собственное дыхание, – но было уже темно.

Взгляд Инквизитора стал заинтересованным, она повернула в его сторону голову. Дарию даже не нужно было смотреть в ответ, чтобы понимать: ничего хорошего ему не светит.

– Что ж, спросим тогда у вашей дамы. Возможно, её память более надежная, – с хищной улыбкой произнес Эдан и позвал: – Виола Сантон.

Щеки Виолы густо заливала краска, отзываясь на всеобщее внимание. Девушка шла и нервно сжимала ткань своего платья. По мере приближения к Инквизитору губы белели, а грудь вздымалась всё чаще. Виола остановилась возле Дария и опустила взгляд в пол, не в силах справиться с паникой.

– Чего вы боитесь? – подала голос Инквизитор, скользя внимательным взглядом по лицу и фигуре девушки.

– Меня никогда не вызывали к Инквизитору, – чуть дрогнувшим голосом произнесла Виола.

Чувствуя страх девушки всем своим нутром, Дарий испытал острый приступ вины. Это он втянул её во всё это. Наплевав на последствия, Дарий нашел её руку, переплел свои пальцы с её и крепко сжал. Этот жест не остался без внимания Инквизитора. Бледные губы леди Ивори брезгливо скривились.

– Виола Сантон, – заговорил Эдан, понимая, что Инквизитор больше ничего говорить не будет. – Вы доложили, что у вас все зелья на месте и ничего не пропало. Верно?

– Да, – голос девушки всё ещё был тихим, но дрожь уже ушла: рука Дария придавала мужества.

– Во сколько пришел Дарий Торник?

– Около девяти. Плюс-минус. На время не смотрела.

– И провел у вас всю ночь? – продолжил тот.

– Да.

– Какого рода отношения вас связывают с ищейкой? – глаза помощника Инквизитора курсировали по телу лекаря.

У Дария от его вопроса всё загорелось внутри, захотелось выжечь глаза этому мерзкому человеку. Кулак сам собой сжался, а губы вытянулись в плотную жесткую линию. Инквизитор заметила агрессивную реакцию и снова остановила свой взор на нем, открыто рассматривая.

– Мы любовники. – Лицо Виолы стало ещё более красным от стыда.

Эдан явно наслаждался происходящим. Ощущение собственного могущества и вседозволенности читалось на лице помощника. Желание сжечь Эдана, а заодно и Инквизитора, сделало магические линии у Дария ярче.

Помощник перевел взгляд на леди Ивори. Та, продолжая рассматривать ищейку, кивнула в знак того, что вопросов у неё нет. Виола поспешила вернуться на своё место, прячась за спины других лекарей. Дарий не стал далеко уходить, зашел только за кайнарис, желая лучше слышать показания остальных.

Когда допросили всех, кто жил один в комнате, Эдан ушел за листами, вернулся спустя минут двадцать. После чистые листы раздали остальным магам, что жили по несколько человек в комнате, и приказали описать свой прошлый день. Естественно, никого из общего зала так и не отпустили. Как и первых справившихся, так и тех, кого допрашивали устно. Все продолжили стоять, а Инквизитор сидеть.

И только когда последний лист с показаниями был у Эдана, леди Ивори покинула зал.

Маги говорить не смели, разбредались по территории Башни в молчании, оставляя все разговоры до момента, когда можно было быть уверенным в том, что не будет лишних королевских ушей. Дарий уходил одним из самых последних. Опустошение после двух таких сумасшедших на эмоции дней накрыло его, делая движения медленными. Сквозь пелену усталости и безразличия проникла тихая мысль. Получилось. Люди Эарендила на свободе, а он остался жив. Обещание удалось сдержать.

– Торник, – раздался у самого уха бодрый голос Алия, а следом на плечо легла его рука. – Сначала в зал не загнать, теперь не выгнать. Случилось что?

– Устал. Бессонная ночь. Долгий день, – отрешенно проговорил Дарий, пытаясь осознать тот факт, что всё закончилось. Но самое удивительное было в том, что Маркус, Виола, охранник, которого он избил, и ещё непонятно какое количество людей соврали Инквизитору. Сумасшедшие…

– Та ещё у нас Инквизитор, – иронично сказал Алий. – Заценил, как мелко она мстила всем нам за молчание? Специально унижала открытым допросом, заставляя всех часами стоять и слушать, а следом затеяла и письменные показания для остальных.

– Письменные показания имели смысл, – заметил Дарий, лениво бредя вперед. – Так никто не мог договориться. Всем пришлось писать как есть. Это позволит найти несостыковки.

– Говоришь как ищейка, – весело поддел его друг, а потом вдруг мечтательным голосом добавил: – Интересно, кто был этот герой?

– Герой? – переспросил Дарий, чувствуя, что потерял нить разговора.

– Да, тот герой, который освободил людей под носом у солдат Короля и нового Инквизитора.

– И почему его никто не выдал? – Он не заметил, как сказал это вслух.

Алий пожал плечами.

– Может, никто и правда ничего не видел, а если и видел, то не придал значения. И вообще, почему она к магам прицепилась? Здесь полно обслуживающего персонала, да и солдат хватает.

– Думаю, это Инквизитор оставила на следующий день. – Дарий увидел здание, где располагалась лечебница, и встрепенулся. – Я пойду. До завтра.

Не дожидаясь ответа, он поспешил прочь. Как он и предполагал, Виола была там, сидела на диване, поджав под себя ноги, и плакала. Увидев его, она отвернулась к окну. Дарий подошел и опустился на пол возле неё.

– Спасибо, – сказал он тихо.

Она всхлипнула и снова начала плакать.

– Ты воспользовался мной, – Виола не спрашивала, а утверждала.

Ему нечего было сказать в своё оправдание.

– Почему не рассказал? Не попросил помочь? Не доверился? Зачем обманывал? – Она повернула к нему своё заплаканное лицо. Дарий ошеломленно на неё посмотрел. Такое ему не приходило в голову. Он даже на секунду не мог допустить мысли, что кто-то может добровольно нарушить закон Башни. – Ты ведь в тот день пришел и говорил со мной только для того, чтобы я рассказала, где какие лекарства. И потом ночью. Это всё было сделано специально. – Она упрямо вытерла слезы с лица, но те опять побежали. – Я для тебя ничего не значу? Да?

Он смотрел на неё и не мог поверить. Виола сидит и сожалеет о том, что он её не любит. Её нисколько не волнует тот факт, что он совершил преступление и что она его прикрыла.

– Я очень хорошо к тебе отношусь, – начал Дарий, но Виола подняла ладошку, призывая его замолчать.

– Ты любишь меня, Дарий?

Её глаза с мольбой смотрели на него. Безопаснее было сейчас ответить: «Да», но Дарий не смог соврать, не после того, что она для него сделала.

– Я очень хорошо отношусь к тебе, Виола. Мне нравятся наши встречи, но не думаю, что это любовь. Прости меня.

Разочарование исказило лицо Виолы, но вместе с тем высушило слезы. Она покачала головой, словно не желая верить самой себе.

– Про ту девушку, про Лайю, ты тоже наврал? – Она прикрыла глаза. Ей не нужен был ответ. Она его уже и сама знала. – Уходи.

– Ви…

– Я не выдам тебя. Но не смей больше приходить.

Глаз она не открыла, просто отвернула голову. Дарий послушно поднялся и ушел. Едва дверь за ним закрылась, из комнаты донесся горестный плач.

## Глава 4


– Инквизитор, принести бумаги, которые вы просили днем?

Голос помощника, который следовал за ней попятам, сочился приторной услужливостью. Если бы Ивори могла сейчас хоть что-то испытывать, кроме ослепляющей боли, от которой в глазах темнело и расплывалось, то содрогнулась бы от омерзения. Этот проклятый, скользкий червяк, которого приставил к ней Король, приблизился, словно чувствуя её состояние.

– Я изучу их завтра, – холодно ответила она, продолжая держать ровно спину и идти. Боль, исходящая от поясницы, пронзала ноги с каждым новым шагом. – Подбери несколько вариантов для моего нового кабинета. Он будет на том же этаже, что и моя комната.

– Это временная мера, пока не закончатся ремонтные работы в той части Башни? Или…

– Или, – отрезала она.

Представить, что ей придется снова подниматься в кабинет всех прошлых Инквизиторов по той лестнице на самый верх день за днем, даже в мыслях было страшно. Она не была уверена, что её сердце выдержит столько боли. Даже с обезболивающим это было бы слишком сильным испытанием. Достаточно того раза, что уже был. В ту единственную встречу с бывшим Инквизитором.

– Я имел смелость распорядиться о вашей охране. Выбранные вами покои будут охранять снаружи два солдата.

«Солдата Короля», – мысленно закончила слова Эдана Ивори.

– Благодарю за заботу, – рвущееся презрение в голосе она заменила надменностью, – но это последний раз, когда ты проявил инициативу, не согласовав её предварительно со мной. – Эдан ничего не сказал, позади раздался лишь возмущенный выдох. Ивори, не меняя интонации, напомнила о необходимости ответа: – Эдан?

– Конечно, Инквизитор. Виноват. Хотел, как лучше.

Пользуясь тем, что он не может видеть её лицо, она усмехнулась. Именно так и хотел. Как лучше. Зато его инициатива напомнила ей о главном.

– К утру подготовь личные дела магов, которые могут подойти на роль кайнарис. Строго из тех, кто попал в список в первый день.

– Конечно.

Ей показалось, что его зубы скрипнули. Это разнообразило её ад толикой радости.

– На сегодня свободен. Я пришлю за тобой завтра сама.

Эдан поклонился и оставил её одну.

Крыло, которое спешно для неё освобождали сегодня, находилось на втором этаже. Здесь она будет жить. Спальню уже выбрала, завтра облюбует и кабинет. Так ей придется терзать своё тело только одним лестничным пролетом. И этот самый лестничный пролет сейчас смотрел на неё, испытывая её несгибаемую волю на прочность.

– Создатель, – беззвучно прошептала она, крепче перехватывая перила, – не оставь послушное дитя твоё, подари милость свою.

Долгие часы, где она стояла, ходила, сидела, врывались в её сознание напоминанием, что обезболивающее ждет её в спальне и что не нужно было столько времени издеваться над телом и заставлять его быть в вертикальном положении.

Она стиснула зубы и согнула ногу, ставя её на первую ступень. Спину пронзила острая боль, вызывая невольный выдох. В глазах резко потемнело. Пальцы упрямо впились в дерево перил. Она справится. У неё получится. Это временно. Просто дни такие, слишком нагруженные движением.

Теперь ещё один шаг…

До своей двери она добралась, практически ничего не слыша и не видя. Болезненные импульсы скручивали всё тело в узел, выворачивая наизнанку. Её поприветствовали охранники, но она не нашла в себе силы кивнуть. Едва осталась во мраке комнаты одна, она упала на пол, ложась ровно и вытягиваясь. Легче не стало, но хотя бы не било разрядами новой боли.

Когда сердце перестало заходиться от муки, она дотянулась до коробок со своими вещами, которые принесли ей в комнату и которые она запретила разбирать другим, опрокинула ближайшую. Содержимое найденного пузырька с зельем сразу же отправилось в рот.

Ивори устало прикрыла глаза, полностью погружаясь во внутренние ощущения. Чувствовать, как боль оставляет тело, – её рай на земле. Когда её агония прекратилась, вернулся здравый смысл. Столь сильное обострение – это её вина. Не нужно было держать магов в том зале четыре часа. Столько сидеть, держа ровно спину… А ведь она ещё не отошла после длительного путешествия и того подъема в кабинет к Фредерику.

Она сама себя одернула. Нужно было держать тех магов так долго. Они точно знали больше, чем говорили, по крайней мере некоторые, и смели бросать ей вызов. Глупцы. Сами оттягивают неизбежное. Чем быстрее она восстановит контроль над Башней, тем лучше им всем будет.

До кровати она добралась спустя минут тридцать. Сил на еду, водные процедуры или ещё что-нибудь совсем не было. Последнее, что посетило её измученное сознание, это было: «Завтра… Всё будет завтра».

***

Следующий день Башни кипел жизнью. Для нового гарнизона, состоящего из двух больших отрядов солдат Короля, нужно было организовать постоянное место проживания. Насколько успела заметить Ивори, солдаты Башни не приветствовали «такую помощь» Короля, а восприняли как вторжение в свою жизнь и службу. Во многом это была вина, конечно, и самих новоприбывших, которые открыто демонстрировали пренебрежение ко всем жителям Башни. Поэтому вариант о подселении не рассматривался. Здесь была острая реакция одновременно с двух сторон. Усугублять ещё и эту составляющую не хотелось. Пришлось перекраивать привычный уклад на новый лад. Под новый гарнизон отдали одну из частей Башни, а живущих там ранее людей переселили в комнаты к другим. Теперь никто не жил поодиночке, а много кто и вовсе стал делить комнату на троих.

Значительная прибавка населения вынудила пересмотреть расписание работы столовой и обслуживающего персонала. Ещё одним существенным изменением стало распределение большей части солдат Башни на ремонтные работы – они допустили разрушения, так пусть помогают их ликвидировать. Солдаты Короля стали следить за территорией. Теперь они отвечали за порядок и охрану. Ивори самой не нравилось собственное распоряжение, но другого выхода не было. Жизнь Башни должна была быть восстановлена и подчинена порядку.

Этим и был наполнен весь день. Согласованиями и… разборками несогласных с изменениями. К вечеру тюремное здание было уже заполнено особо яро протестующими. Причем сидели они там не по одному в камере.

Когда ночь опустилась на мир и когда Инквизитор смогла снова принять горизонтальное положение у себя в спальне, сожаления захватили её: она опять не успела просмотреть дела магов на должность кайнарис, а ведь завтра нужно было ещё отдельно допросить солдат по поводу того побега – значит, опять времени не будет. Ещё и новый кабинет обустроить надо. Бумаги Фредерика разобрать, найти хоть какие-то записи по главной тайне, которую проклятый старик унес с собой в могилу. Если бы Ивори тогда знала, что он обманет её и подсунет фальшивку… Хорошо, что Королю об этом пока не известно. Пока… потому что долго от Эдана скрывать не выйдет, а если знает Эдан – знает и Король.

Тревожные мысли лишили сна, поэтому, немного успокоив тело небольшим отдыхом, она снова поднялась и отправилась в кабинет, разбирать документы и иные записи Фредерика.

***

– Прекращай уже играть мускулами и иди сюда, мне скучно, – крикнул Алий, приподнимая голову с земли и пытаясь рассмотреть друга. Несмотря на раннее утро, солнце ослепляло, заставляя щуриться.

Дарий ничего не ответил, не желая сбивать дыхание. Да ему и немного осталось. Закончив интенсивную тренировку, он подобрал свою рубашку и отправился к Алию, который лежал, вытянувшись на траве.

– Плесни водички, – попросил Дарий, чуть толкая Алия в бок.

– Вот ещё, – весело усмехнулся тот, поворачивая голову на звук, при этом не открывая глаз. – У тебя и так здесь целый отряд поклонниц собрался. Вон стоят и слюни пускают. Ты хочешь их убить зрелищем воды, стекающим по телу?

Дарий насмешливо фыркнул и снова пихнул друга.

– Не жадничай. Я сейчас сгорю от жары.

Алий сжалился – несколько водных шариков, сотворенных его магией, разбились о голову Дария. Тот блаженно тряхнул волосами, разбрызгивая капли, и пробормотал: «Ещё».

– Что, хорошо, когда друг – маг воды? – засмеялся Алий. – Мне вот не так повезло.

– Зимой сочтемся.

Алий снова засмеялся.

– Зачем ты вообще изводишь себя обычными тренировками, как простой солдат?

Дарий невольно вспомнил весьма справедливые слова, сказанные Маркусом.

– Посох, в отличие от кулаков, не всегда с нами, – задумчиво произнес Дарий, вспоминая и о произошедшем в тюрьме. Именно его физические навыки помогли одолеть охранника. Чувствуя настороженность Алия, который напрягся от несвойственных интонаций голоса друга, Дарий поспешил улыбнуться и скрасить философские мысли юмором: – Да и тренированное тело очень нравится девушкам.

И словно в ответ на его тихие речи небольшая группка юных магнесс захихикала, стреляя глазками в его сторону. Но их внимание ему сегодня не льстило. Недавние события затмевали все мысли в его голове. Дарий натянул на себя рубашку, чтобы ещё больше не провоцировать дам.

– Так вот в чем дело, – поддержал его веселое замечание Алий. – А я-то думал, что это всё твои красные волосы и орлиные черты лица. А оказывается, на тело они клюют.

– Тебе ли жаловаться, – усмехнулся Дарий, бросая ироничный взгляд на друга. – Блондин с голубыми глазами, ещё и маг воды. Гармония прямо. И внешность как у какого-то аристократа. Признавайся, небось внебрачный сынок лорда?

Алий переменился в лице, а Дарий мысленно чертыхнулся. Он и забыл, как сильно тот печалится отсутствием воспоминаний о родне. Ему, Дарию, были чужды подобные стенания, вот он периодически и попадал впросак со своим неуместным юмором.

Неприятный момент стер преподаватель, который быстрым шагом приближался к юным магнессам, явно прогуливающим свои занятия.

– Кому-то сейчас влетит, – довольно произнес Алий, садясь, чтобы лучше видеть разворачивающуюся сцену.

Девушки заметили приближающуюся угрозу и нервно засуетились, собирая разложенные на траве вещи. Одна из девушек решительно направилась в сторону ищеек. Алий улыбнулся ещё шире, а Дарий нахмурился. Ему только малолеток не хватало. И хоть приближающаяся была, скорее всего, студенткой последнего курса, все эти первые влюбленности и невинности… одни проблемы от них. Встревал так несколько раз, потом чуть отвязался.

– Извините, – смело сказала она, останавливаясь и обращаясь к Дарию. – Вы очень понравились моей подруге Валери. Она просила передать вам это.

Девушка протянула ему записку. Дарий усмехнулся, открыто рассматривая подошедшую. Невысокого роста, довольно пышных форм, с короткими, до плеч волосами русого цвета, в простом платье без каких-либо украшений, что обычно девушки её возраста плетут или изготавливают самостоятельно. Классическая «боевая» подруга при скромняжке-красавице или лидер разномастной компании.

Видя, что Дарий не собирается разворачивать послание, девушка решила проявить настойчивость и добавить мотивации. Она указала рукой на одну из подруг, которых отчитывал преподаватель.

– Валери – это та девушка с рыжими волосами в синей юбке.

Глаза Дария невольно устремились в указанную сторону. Он видел тогда стайку наблюдающих за ним девиц, но рыжеволосой точно не заметил. Возможно, она пришла позже, а возможно, просто пряталась за другими, стесняясь. Вот и сейчас она стояла к нему спиной. Рыжие локоны красивым каскадом спадали по стройной спине, стремясь к пояснице.

Умом он понимал, что это невозможно, но душе было не приказать. Всё заволновалось и устремилось вперед. Подойти, коснуться волос, позвать, чтобы обернулась. Имя, которое он назвал, едва шевеля губами, к счастью, никто не услышал.

– Что передать? – поторопила девушка.

«Там не Лайя».

– Я приду, – словно со стороны услышал он свой голос, не в силах продолжать искать желанные черты в облике незнакомой студентки.

Посланница удовлетворенно кивнула и посмотрела на Алия.

– Я Люси, – сказала она, вдруг немного смущаясь.

– Алий, – представился он, поднимаясь, испытывая дискомфорт оттого, что девушка, с которой он заговорил, стоит.

– Я хотела бы пригласить вас на свидание. – Былая самоуверенность куда-то испарилась, украшая лицо ещё более сильным румянцем.

Алий от такого прямого предложения растерялся, поэтому просто кивнул.

– Люси!!! – закричал преподаватель.

– Место в записке. До встречи, – быстро сказала она и побежала к преподавателю.

Дарий взглянул на лицо друга и рассмеялся.

– Я от неожиданности согласился, – пробормотал Алий, словно оправдываясь. – Никогда вот так открыто никто не заявлял о своих желаниях. Ну и дети пошли…

– Говоришь как старик, – засмеялся Дарий. – Ты и сам только пару лет назад выпустился из академии. И не надо делать вид, что девчонка тебе не понравилась.

– А сам-то чего согласился? – решил не оставаться в стороне Алий. – У тебя лекарша есть, Виола. Я думал, серьезно у вас.

– Я и серьезно? – Дарий скосил на него выразительный взгляд и поднял одну бровь.

Алий хмыкнул.

Подходило время магической тренировки, и они не спеша отправились к месту общего сбора. Дарий первый увидел Инквизитора, которая сидела с краю площадки под большим зонтом, прячась от солнца.

– А эта что здесь забыла? – прошептал он другу.

– Она же кайнарис себе хотела. Вот, наверное, решила сама посмотреть, кто как сражается, – предположил Алий.

– Тогда можешь меня не жалеть на тренировке, я не буду стараться, а то не приведи Создатель, ещё включит в список претендентов.

– С твоими-то дисциплинарными взысканиями? – рассмеялся Алий. – Ты не станешь кайнарис, даже если будешь драться, как сам дьявол!

Дарий улыбнулся в ответ. Ему полегчало. И всё же судьбу испытывать не собирался: он провалится намеренно по всем пунктам.

Ивори изнывала от жары. Не спасало даже легкое платье, которое она надела вместо мантии Инквизитора, и тень. Эдана, стоящего за спиной, она чувствовала каждой клеточкой своего уставшего тела. Каждый раз, когда помощнику надо было что-то сказать, он наклонялся, и её обдавало его дыханием. От омерзения Ивори покрывалась мурашками, сдерживая порыв отшатнуться. Когда-нибудь Эдану надоест эта игра, и он успокоится. Она была уверена. Это не первый в её жизни мужчина, который пытался вывести её из равновесия. Безразличие – самое верное оружие с такими людьми.

Тренировка началась. Эдан указывал на мужчин и женщин, вступавших в схватку, отмечая тех, кто были в списке отобранных. Ивори не была магом, но оценить магические возможности и мастерство была в состоянии. По-другому и быть не могло, ведь она Инквизитор. Помощник комментировал все победы и поражения магов, словно сомневался в её способностях.

– Этого мага земли пометьте, – прервала его на полуслове Ивори, смотря на очередной тренировочный бой ищеек.

Эдан сделал соответствующую запись в отдельном листе и продолжил комментировать происходящее, словно его никто не прерывал.

– Мага огня впишите, – снова прервала Эдана спустя время Инквизитор.

– Я всецело доверяю вашему выбору, Инквизитор, – елейным голосом заговорил Эдан, – но Дарий Торник проиграл бой. Это вот тот красноволосый маг. Ни к чему тратить время на него. Лучше обратите внимание на его напарника.

Она подняла на своего помощника холодный взгляд. Эдан растянул губы в приторной улыбке и коротко кивнул.

Когда все тренировочные бои завершились, Эдан зачитал имена тех, кто пройдут во второй этап и снова сразятся.

Дарий услышал своё имя и удивленно посмотрел на друга. Почему оставили его, а не Алия? Он же проиграл. Странно. Он, конечно, не следил, кто кому проигрывал и кого за какие критерии отбирали, но всё равно… логика-то должна присутствовать! Кто выиграл, тот проходит дальше. Очевидно же. Или нет?

Начался второй этап. На сей раз Дарий старательно отмечал себе, кто как дерется, чтобы понять принцип следующего отбора. Когда дошел его черед, то он не стал долго тянуть и довольно скоро ушел с площадки, поверженный противником.

По окончании поединков Эдан назвал его имя и имя Эмина. Указал рукой на площадку, приглашая к бою. Дарий, открыто недоумевая, вышел, устремляя свой взор на противника. Эмин – маг воздуха. Средних способностей, но не самый слабый из тех, кто прошел во второй этап, были люди и похуже техникой. Почему их поставили вместе. Попытка определить самого слабого? Что ж. Тогда сейчас определят. Раз предыдущих двух его проигрышей им не хватило.

Они заняли позиции, кивнули друг другу. Проиграть сразу – подозрительно, поэтому Дарий сначала успешно уворачивался и изображал видимость атаки, а потом, спустя минуты три, пропустил удар, позволяя мощной струе воздуха поднять его вверх и приложить об землю. Бок обдало болью, выбивая вместе с этим воздух из легких. Дарий не сдержал стона. Эмин подбежал, собираясь помочь.

– Всё нормально, – процедил Дарий, потирая ушибленные места и поднимаясь. – Сам виноват, не уследил.

– Ещё раз, – раздался голос леди Ивори.

Эмин и Дарий одинаково удивленно замерли и посмотрели на Инквизитора. Что происходит? Зачем это? Он проиграл. Опять. Что непонятного было?

Эдан махнул рукой, приказывая магам занять позиции.

Дарий сжал посох в руках и сосредоточился. Эмин бросил на него виноватый взгляд и атаковал. На сей раз маг воздуха, опасаясь сильно травмировать, призывал только воронки, которые должны были дезориентировать противника. Дарий долго не выжидал и попался в воздушный водоворот. Тот закружил и бросил его на землю. Было не так больно, как прошлый раз, но всё равно ощутимо.

Бой Дарий проиграл. Эмин снова подбежал к магу огня и помог ему подняться.

– В арсенале магии воздуха есть молнии. Я хочу увидеть их в деле, – холодно сказала леди Ивори.

– Мы не применяем их на тренировке. Есть большая вероятность травмировать напарника, – слегка ошеломленно заговорил Эмин.

– Значит, придется тщательно контролировать свою силу, – ответила Инквизитор, – а вашему оппоненту придётся очень постараться и выиграть этот бой до момента получения травмы.

Хоть голос был бесцветный, как и сама она, все оттенки иронии легко угадывались. И Дарий понял, почему его ещё раз вызвали на поединок. Его план провалиться она разгадала и сейчас вот так решила поиздеваться. Ну что ж, не только у неё есть упрямство. Он сжал посох в руке и кивнул Эмину, давая сигнал о начале.

Короткий бой, и разряд, который попал в плечо, выбил оружие из рук и воздух из груди, сотряс тело. Дарий согнулся, крепко стискивая зубы, чтобы не закричать от боли.

– Ещё раз.

Гнев придал ему сил. Дарий поднял свой посох и снова кивнул Эмину. Маг воздуха покачал головой, делая шаг назад, отказываясь драться.

– Если сейчас откажешься, то лишишься посоха навсегда, – с каким-то мстительным удовольствием произнесла Инквизитор.

– Нормально всё будет, – сказал Дарий Эмину. – Давай, я готов.

В этот раз Дарий добавил реалистичности, сопротивляясь чуть дольше, но всё равно выгадал момент и подставился под воздушный удар, желая избежать удара молнией. Сказалась усталость – Дарий не успел сгруппироваться – голова встретилась с землей. Из разбитой губы пошла кровь.

Эмин наклонился, помогая Дарию подняться, и, пользуясь тем, что находится спиной к Инквизитору, прошептал магу огня:

– Зачем ты поддаешься мне?

– Тебе кажется, – тихо и зло пробормотал Дарий, а потом вытер рукавом кровь с подбородка.

– Ещё раз.

Даже Эдан не понял к чему это.

– Леди Ивори…

Она подняла руку, приказывая замолчать, и помощник снова зашел за её спину. Маги, стоящие в стороне и смотрящие за сражением, зашептались. Эмин и Дарий снова заняли свои позиции. Несколько минут сражений, и Дарий опять лежит на земле, кашляя.

– Ещё раз.

– Инквизитор! – воскликнул Алий, подскакивая с места. – К чему это? Дарий столько раз проигрывал! Зачем снова заставлять его сражаться?!

– Пятнадцать дней заточения, – сказала леди Ивори, а потом повернулась к солдатам Инквизиции. – Увести.

Дарий резко развернулся к Инквизитору, желание убивать открыто читалось на его лице. Солдаты Короля, что охраняли её и Эдана, в предвкушении расправы встрепенулись.

– Ещё один шаг Торник, и твой друг навсегда лишится права пользоваться посохом, – предупредила она спокойным голосом.

Дарий замер, задохнувшись в своей ненависти к ней. Его глаза, ставшие ярко-зелеными от охвативших эмоций, столкнулись с её пустыми, прозрачными. И глядя на него в упор, она снова произнесла:

– Ещё раз.

Едва начался бой, Эмин бросился на огонь Дария. Пламя охватило его одежду, задевая и руки, но маг воздуха и не думал его тушить. Закричав от боли, он упал, показывая, что проиграл. Несколько магов воды одновременно запустили в Эмина водными сферами, гася огонь, а подскочивший Дарий упал перед ним на колени, не зная, чем ещё помочь.

– Прости, черт, зачем… – запричитал маг огня, в отчаянии смотря на обожженную кожу Эмина.

Инквизитор презрительно смотрела на эту картину, а потом махнула помощнику рукой, показывая, что с отбором закончили. Она величественно встала и отправилась прочь. Эдан засеменил следом. Когда они дошли до лестницы на второй этаж, леди Ивори небрежно бросила:

– Принеси мне в кабинет личные дела магов, которых я выделила сегодня после второго этапа.

Эдан поспешил исполнять, а она решила зайти к себе в спальню. Злость, которая разрывала её изнутри, требовала выхода. Едва дверь за ней закрылась, Ивори сжала руки в кулаки и заскрипела зубами. Проклятые маги! Как же она их ненавидит! Источники её бед! И этот наглец! Он её за полную идиотку держит, неспособную различить реальный проигрыш от специального? И всё это на глазах слизняка Эдана!

От нервов спина разболелась с новой силой. Ивори выпила лекарство и медленно направилась в кабинет. Эдан уже ждал её. Нужные ей папки он прижимал к себе, как родные.

– Дело Дария Торника тоже принес? – спросила она, уже немного разбираясь в поведении и мотивах своего «помощника».

– Это весьма посредственный маг, он не подходит на должность кайнарис, – мягко настоял Эдан.

– Когда мне будут нужны твои умозаключения, я ими поинтересуюсь, – хлестко ответила она, вкладывая в свой голос всё своё отношение к нему.

Взгляд мужчины стал злым, желание отомстить застыло в его глазах, отражаясь и во вкрадчивом голосе:

– Его Величество назначил меня вашим помощником, и моя прямая обязанность принимать всяческое участие в вашей жизни и жизни Башни.

– Я благодарна за оказанную со стороны Его Величества мне милость, Эдан, – выделила его имя голосом Ивори, открыто показывая свою степень уважения к нему, как к человеку, единственному, к которому она обращалась по имени и на «ты». – Вот и прими участие в жизни своего Инквизитора и выполни приказ, если не хочешь, чтобы я попросила у Его Величества другого помощника.

Он положил документы ей на стол и спешно удалился, нервно теребя в руках флягу, которую всегда носил у себя в большом кармане длинного кафтана, по форме напоминающего мантию.

Пожалуется потом на неё Королю? А на что? На требование предоставить документы? Или на вольное обращение? А потом сама же себя отдернула. И то и другое никак не нарушает планы Короля, Эдан не дурак, всё понимает, поэтому проглотит и сделает, как она скажет.

Вскоре он вернулся, неся в руке довольно объемное дело. Ивори спрятала удивление: такой молодой маг, а уже столько информации в личном деле.

– Спасибо, Эдан. Оставь меня на несколько часов. Жара утомила меня. Я хочу побыть одна.

Помощник сдержанно кивнул и удалился.

## Глава 5


Тех, кто впечатлил её своими навыками и сосредоточенностью, было десять человек. И Дарий Торник. Маг огня, который упрямо добивался проигрыша. Ивори взяла висящую на спинке стула шаль и укутала плечи: просторные, каменные помещения Башни вначале дарили прохладу от летнего зноя, но потом награждали и ознобом. Она села за свой стол, подложив под спину подушечку, и удобно откинулась на спинку стула. Глаза устало прикрылись, а тело расслабилось. Одна. Как же хорошо. Со двора через приоткрытое окно донесся чей-то счастливый смех, больно царапая душу собственным горем, напоминая о днях, которым было уже не суждено повториться.

Ивори шумно выдохнула, пригладила щекочущие лицо белые пряди и потянулась за первой папкой. Маг воздуха. Магический талант и физическая сила отмечена довольно высокими. Знает несколько языков. Да, это одно из основных требований – знание азурианского. Она забыла предупредить Эдана, чтобы при составлении самого первого списка убрал тех, кто не знает язык империи. Что ж, тем меньше возиться с финальным отбором. Хотя если ей никто так и не приглянется, то придется повторить.

Ивори вернулась к первому кандидату. Список заданий впечатлял. Ещё больше впечатляло отсутствие замечаний, выговоров и прочих отрицательных моментов. Идеальная ищейка Инквизиции. Верный системе и законам Башни солдат, служащий во благо остальных. Она мельком бросила взгляд на портрет мага и его имя и убрала в сторону. Этот человек ей точно не подойдет.

Второй маг был неплох, тоже весьма положительно зарекомендовал себя на службе, но не знал азурианского. Поэтому его дело так же было отложено в сторону.

В деле третьего мужчины было помечено наличие длительных постоянных отношений с женщиной из обслуживающего персонала кухни. У пары даже был совместный ребенок. Сын двенадцати лет, который проживал вместе с матерью в Илане. Магическим талантом ребенок не наделен. Эта информация вызвала у Ивори недоумение. Что Инквизитор Фредерик здесь позволял? Официальная позиция Башни не поощряла отношения, но всё ж допускала, если это не переходило какие-то границы. Но ребенок? У мага? И вот так открыто записать это в личное дело? Если Король узнает…

Ивори поспешно закрыла папку и откинула в сторону, словно боясь обжечься. Правила Башни требовали изолировать мага от его семьи и наказать, чтобы это стало уроком остальным, но принимать решение прямо сейчас не рискнула – слишком много всего навалилось. В любом случае маг с привязанностями ей не подходил на роль кайнарис.

Дело мага воздуха, Эмина, она откинула сразу. Ей не нужен человек, который из-за жалости к противнику сдается.

Четыре следующих человека её заинтересовали. Два мага огня, маг воды и маг земли. Азурианский знали. Послужные списки солидные. В меру и повинностей было. Если отношения и были, то о них ничего не сообщалось. Способности к магии достойные.

Ещё две ищейки, хоть ей и понравились тогда на тренировке: она помнила и одного, и другого, – не знали азурианский. Жаль.

Получается всего четверо. Она ещё раз просмотрела их дела и изучила портреты, вложенные в папку. Кто-то визуально понравился больше. Кого-то запомнила по решительности и жесткости в бою. А кто-то просто впечатлил сложностями выполненных заданий. Выбором осталась довольна. Завтра вызовет их и побеседует лично.

Она уже поднялась, как заметила объемную папку, лежащую на углу стола. Торник. Она и забыла о нем. Подтянув документы поближе, Ивори снова устроилась на стуле.

На первой странице традиционно лежал портрет ищейки. Она поднесла его ближе, рассматривая. Художник очень точно передал огонь, который живет в душе у молодого мага, и его несдержанность. Ивори вспомнила его злость, когда он направился к ней. Если бы не опасность, которая грозила его другу, то как далеко он бы зашел для удовлетворения своего гнева? Она посмотрела на его дату рождения. Всего на пару лет младше. Уголок губ Ивори дернулся в скрытой самоиронии. Почти ровесники, а разница между ними столь велика, сколь велика живущая в её душе тоска и отчаяние. У неё не было и маленькой искорки тех чувств и эмоций, которыми искрили зеленые глаза мага. Смешок всё же вырвался. И запомнила же, какие у него глаза.

Магические способности указаны, как средние. Зато физическая подготовка отмечена отличной. Помимо магии, владел одноручным мечом. Особых талантов не выявлено. Знаний других языков не было. Информация об отношениях отсутствовала. Задания, на которые его посылали, не отличались какой-то сложностью и оригинальностью. Чаще всего это были простые зачистки территории от монстров. Несмотря на то что солдаты в его команде гибли периодически, люди к нему в команду подавали прошение сами, а не назначались по переводу. Этот факт вызывал удивление. Знают, что командир из него никудышный, и всё равно идут?

На всех остальных листах было перечисление нарушений и понесенные за них дисциплинарные взыскания.

Распитие алкоголя и неподобающее поведение.

Ивори невольно задумалась над формулировкой. Каким должно быть поведение, чтобы его отметили в личном деле, как неподобающее?

Отношения с женщинами в неподобающем месте.

Она усмехнулась. Человек, ведущий личные дела ищеек, явно страдал отсутствием воображения и должным словарным запасом. Какое-то у него всё неподобающее.

Физическое проявление агрессии.

Драка? Она скривилась. Глупый, скорее, юношеский способ выяснения отношений. Её кайнарис должен быть сдержан и расчетлив.

Отказ от задания.

Вот это было интересно. Она отметила про себя, что нужно запросить подробный отчет о том задании.

И снова было неподобающее поведение и неподобающее место, и так по кругу. Имена женщин, указанные в отчете, были разными. Несколько раз встречалась уже знакомая ей лекарь.

Ивори закрыла дело и задумчиво уставилась на папку. Очень неоднозначная личность. Для бунтаря ему не хватало попыток бегства и открытого недовольства правилами, а для хорошего служащего слишком много нарушений. Для талантливого командира – много смертей вверенных ему людей и недостаточно талантов, а для плохого – отряд, в который пришли люди добровольно. Слишком проблемный и неуправляемый человек.

Кроме того, учитывая количество женщин, верность не являлась добродетелью Дария. И вроде как верность Инквизитору отличалась от верности к любовной пассии, основа одна – желание быть возле и заботиться. К тому же он не знал азурианский. И тут же в памяти возникло воспоминание о тренировочном бое. Он намеренно уменьшал свои способности. Как знать, может и здесь соврал?

Она вдруг поймала себя на мысли, нет, на уверенности, что всё равно хочет побеседовать с ним лично, как и с теми, кто ей приглянулся на должность кайнарис. Было у Дария Торника то, что выделяло его среди всех остальных. Ведь именно это она искала в человеке, который будет возле неё день ото дня. Ей нужен тот, кто обладает смелостью нарушать закон, но при этом тот, кто не бежит от ответственности за свои деяния.

Ивори положила дело Дария к главным претендентам на должность кайнарис.


***

Дарий открыто шел к тюрьме. Воспоминание о той ночи накладывалось на сегодняшний вечер и холодило кожу, вызывая неприятные мурашки. Ему казалось, что все сейчас смотрят на него, знают, что это был он, и ждут, что он снова сделает это – спасет заключенных.

Как в ту ночь, дверь протяжно скрипнула. Дарий вздрогнул, но тут же заставил себя сосредоточиться на настоящем и зашел внутрь. На него недоуменно уставились дежурные.

– Можно мне поговорить с другом? Маг воды, Алий. Сегодня его определили сюда, – попросил он.

Солдаты переглянулись, а потом один из них прошелся взглядом по Дарию, в глазах мелькнуло узнавание: случай на тренировке стал достоянием общественности.

– Третья дверь справа. Пять минут. Если скажешь кому-нибудь, что я разрешил…

– Никому, – сразу же отозвался Дарий и благодарно кивнул.

Он прошел чуть дальше и замер у нужной двери, громко зашептал:

– Алий, ты тут? – Друг отозвался. Голос был бодрым. Это вызывало у Дария грустную улыбку. – Как ты?

– Как на задании.

– Это как? – не понял Дарий.

– Шесть солдат Инквизиции и я, ищейка, – весело пояснил тот.

– А их-то за что?

– В основном за нелюбовь к красно-белым мундирам. Так что мне здесь очень даже весело.

Несмотря на самоиронию и бодрость Алия, Дарий предполагал, что другу сейчас очень непросто. В отличие от него самого Алий никогда не получал выговоров и наказаний. Сначала прилежный ученик, потом отличный командир. Алий собирался дослужиться и до кайнарис, высшей должности для мага. И вот теперь сидит в камере. Из-за него.

– Почему ещё здесь? – снова подал голос Алий. – У тебя свидание.

Дарий напрочь о нем забыл.

– Я не пойду. Нет настроения слушать девичьи глупости, – небрежно ответил он.

– Нет уж. Иди и скажи Люси, девчонке, которая меня пригласила, что я пока занят. И спроси, в каком корпусе она живет. Выйду и сам найду её.

– Время! – крикнул со своего места охранник, намекая Дарию, что пора на выход.

– Передам, – сказал Дарий другу и поспешил уйти.

Развернув записку и поняв, что уже минут на десять опаздывает, Дарий побежал. Выполнить просьбу друга очень хотелось.

Девушки были на месте. Завидев Дария, Люси поспешила навстречу.

– Мы слышали, что случилось. С вашим другом всё хорошо? – спросила она.

– Относительно, – уклончиво ответил Дарий. – Он просил узнать, где вас можно найти?

– Я в восточном корпусе живу, боевое подразделение, комната шестнадцать, – гордо сообщила Люси, прямо смотря на него.

Дарий в душе усмехнулся. Конечно, на кого она ещё может учиться, как не на будущую ищейку? И судя по характеру и упорству, у неё все шансы пройти отбор, если, конечно, ум не подкачает. Чтобы стать ищейкой одной силы недостаточно.

– Я передам, – сухо ответил он, разворачиваясь, чтобы уйти.

– Он такой смелый! Не побоялся открыто выступить против Инквизитора! Совсем как Фенрис Эарендил! – донесся восхищенный шепот Люси, обращенный неизвестно к кому.

Имя Эарендил всколыхнуло внутри злость. Хороша смелость! Наворотил дел и скрылся, а остальным расхлёбывать! Внезапная смерть бывшего Инквизитора, вмешательство Короля! Какие занимательные случайности!

– Такие речи не для юных особ, – одернул её Дарий, оборачиваясь и строго на неё смотря.

– Я не сказала ничего предосудительного! Прежний Инквизитор был ужасен, но эта и вовсе монстр! Жалею, что не ушла с остальными, когда была возможность! Я надеюсь, скоро всё изменится! Маги не должны терпеть несправедливости от простых людей! Никто не давал им права распоряжаться нами!

Дарий знал, что в последние годы мятежные настроения получали всё большее распространение, но сегодня впервые услышал это вот так открыто, ещё и из уст девчонки. Он приблизился к ней и с высоты своего роста стал нависать, подсознательно желая запугать её и вместе с тем образумить.

– Такие речи запрещены! Если тебя услышат, то могут казнить! Ты же понимаешь? – сердито зашептал он девушке. – Выкинь это из своей головы! И больше никогда не говори подобного вслух!

– Я думала, вы смелее, – разочарованно протянула Люси.

– Не путай смелость с безрассудностью, – жестко ответил ей маг. – Твои слова безрассудны и могут привести к гибели тебя и твою подругу. А теперь возвращайтесь к себе. Обе!

Рыжеволосая девушка, что пришла на свидание из-за него и что стояла сейчас чуть в стороне, давая возможность подруге узнать про Алия, грустно посмотрела на него. Дарий невольно задержал на ней взгляд, сравнивая. Не тот оттенок волос, не те глаза, не тот овал лица, не те губы… Глупо было даже начинать искать в ней хоть какое-то сходство с рыжеволосой ведьмой. Разочарование накрыло его, завершая отвратительный день таким же отвратительным вечером.

Он не стал прощаться, а просто развернулся и ушел. О том, чтобы заснуть в таком состоянии, и речи не было. Он шел и мысленно подсчитывал дни, вычисляя, чья сегодня смена на кухне. Веселая и озорная кухарка Карен нравилась ему, встречи с ней были наполнены особым шармом и перчинкой, но сейчас попасться ей на глаза не хотелось. Ему хватило разборок с Виолой.

Поняв, что сегодня смена Валенти, женщины Надира, мага воздуха, Дарий облегченно выдохнул. Кухня и склад без присмотра – Валенти будет в объятиях мага, что негласно звался её мужем. Хорошо, значит, бутылку крепкого алкоголя удастся стащить без проблем.

***

Ему снилась та ночь и избитая, замученная ведьма, которая ушла вместе с людьми Эарендила. Вот только финал во сне был другой. Ведьму пронзали мечом у него на глазах раз за разом, а он стоял и ничего не делал, просто смотрел. Кровь заливала её лохмотья и тоненькими струйками стекала по безвольно опустившимся рукам и ногам девушки, подбираясь к месту, где он находился. Когда его сапог коснулась красная жидкость, он зажмурился, желая убежать, но не мог сделать и шага.

– И снова прощайте, Дарий…

Её голос. Дарий распахнул глаза. Та ведьма была Лайей. Её глаза смотрели на него с укором. В последний раз. А потом она умерла.

Он проснулся от собственного крика. Его сосед по комнате, Флорит, что-то возмущенно пробормотал и отвернулся к стене. Желание вскочить и ходить по комнате Дарий гасил в себе как мог. Мало того что он пришел среди ночи пьяный, чем разбудил соседа, потом закричал от кошмара, так если ещё и начать ходить.

Надеясь, что одно и то же его хмельную голову тревожить не будет, он заставил себя закрыть глаза и расслабиться.

Он снова очутился на какой-то полянке, где стояло два небольших дома. Снова, потому что это место ему часто снится. Так же часто, как и рыжая ведьма. Где это находится, он не знал. Знал только, что ему очень сильно нужно именно туда. Странно, но сейчас он четко осознавал, что спит. Настолько четко, что понимал: захочет – проснется. Но просыпаться он не хотел. Хотел увидеть её.

Сердце взволнованно забилось в предвкушении встречи. Дарий замер лишь на секунду, прислушиваясь к собственным ощущениям, и понял, что она сейчас в бо́льшем доме. Он сорвался с места и побежал, легко преодолел крыльцо и распахнул дверь.

Воздух с шумом покинул легкие. Так бывает, когда получаешь сильный удар под дых.

Лайя обнимала эльфа, жарко целуя и прижимая к себе. Его руки гладили её спину, ласкали, касаясь обнаженной кожи.

Дарий попятился назад, оставаясь незамеченным для соединенных страстью людей. Его мир рушился, разливаясь болью от осознания: она принадлежит другому. А следом пришла жгучая ревность. Магия в крови забурлила, требуя выхода. Линии на руке ярко загорелись, отзываясь на порыв. Убить. Эарендил не смеет касаться его женщины!

– Торник! Мать твою! – Последовал удар в бок. – Проснись! Сейчас всё спалишь!

Дарий резко дернулся, пытаясь понять, где он и что происходит. Огненные шары, выпущенные его магией, летали в воздухе, ярко освещая пространство.

– Не знаю, что с тобой происходит, но катись отсюда, пока не проветришь свою голову! – почти рыча от злости добавил Флорит.

Дарий погасил огонь, наспех оделся, схватил недопитую бутылку и рванул прочь. Ночью в саду никого не будет, а композиция его стихии всегда успокаивала.

***

Было поздно, но сон к ней так и не пришел. Ивори плеснула в широкий бокал ещё крепленого вина и вышла на балкон своей комнаты. Ночная прохлада окружила её, игриво забираясь под легкую сорочку. Где-то глубоко внутри захмелевшего сознания мелькнула мысль: «Если её сейчас кто-то увидит…» И тут возник ответ: «То ничего не будет». И всё же вернуться за шалью пришлось: прохладный ветерок сковывал мышцы, что вполне потом могло вылиться в боль спины.

Её балкон выходил на сад стихий. Обитатели Башни ещё не прознали о её комнате, считая, что леди Ивори занимает уцелевшую часть крыла бывшего Инквизитора, поэтому в саду так часто прогуливались люди. Быть обнаруженными своим новым Инквизитором они не боялись.

Ближе всего к её балкону была композиция стихии огня. Она была представлена массивной, ростом с человека, статуей орлэна – главным хищником воздушного пространства, не считая драконов. Мощный изогнутый клюв, огромные лапы с когтями этой птицы одинаково смертельны для людей и животных. Яркое природное оранжевое оперение орлэна сейчас олицетворял пожирающий фигуру огонь. Рваные всполохи пламени делали птицу воистину прекрасной и устрашающей. Очень подходило стихии огня.

Несмотря на красоту опасного создания, что было живым существом, а не порождением тьмы, Ивори была рада, что орлэн, как и драконы, остались за барьером. Они изначально обитали больше в той части королевства, лишь изредка забираясь севернее, а после Великого раскола их больше никто не видел. Выходит, барьер не позволяет ничему проникнуть на эту часть Иллинуи и Азуриана: ни по земле, ни по воздуху.

Появившегося человека Ивори узнала сразу. Красные волосы мага сложно было перепутать с другими. Дарий ходил вокруг композиции магии огня, периодически останавливаясь, чтобы сделать глоток прямо из горлышка бутылки. Ивори следила за хаотичными перемещениями ищейки взглядом, лениво размышляя о причинах такого состояния мужчины. Повздорил со своей очередной пассией? Или переживает за друга? Или…

Маг вдруг остановился и с силой запустил бутылку в композицию. Стекло с громким звоном разлетелось, освобождая янтарную жидкость и разбрызгивая её вокруг. Огонь, обнимающий статую орлэна, сердито замигал, а потом снова выровнялся. Дарий сел на землю, запустил свои пальцы в волосы, стягивая их, и яростно зарычал.

Неподобающее поведение в неподобающем месте.

Пришло вдруг ей на ум.

## Глава 6


Когда ему сказали явиться в кабинет к Инквизитору, Дарий не удивился. Почему-то был уверен, что его поведение на тренировке эта страшная женщина не оставит без внимания. Сопровождающий его солдат привел на второй этаж и жестом указал оставаться на месте. Под дверьми уже стояло три мага. Он изумленно уставился на них, вспоминая, что они тоже проходили отбор на должность кайнарис.

– Что происходит? – спросил Дарий, обращаясь сразу ко всем.

– Насколько я понял, – отозвался один из магов, – здесь теперь новый кабинет Инквизитора, и все мы «приглашены» на собеседование. Очевидно, будем кайнарис.

Дарий не стал скрывать своего изумления. Кайнарис? И он? Он-то почему? Его недоумение разделяли и остальные. Самсон, один из ожидающих магов, решил открыто высказать то, что посещало головы остальных:

– Некоторых, видимо, отбирали за особые заслуги. Да, Торник? Поэтому тогда выпендривался на тренировке? Внимание по-другому не мог привлечь?

– Не надо мерить всех по себе, – холодно отозвался Дарий, не желая ссориться на глазах у солдат Короля, что стояли в охране у двери кабинета.

– Даже такой женщиной не побрезгуешь, чтобы заполучить тепленькое место? – ядовито прошептал ему Самсон, подходя ближе, чтобы солдаты не слышали.

Дарий с одного удара вырубил его. Вспышка гнева сразу же сменилась недоумением: что ж Самсон слабенький-то такой? И следом пришла ироничная мысль: «Не годится такой в кайнарис».

Солдаты пришли в себя быстро, подскочили, несколько раз от всего благородства души ударили Дария, а затем скрутили, словно тот собирался бежать. На шум вышла Инквизитор. Увидев на полу одного мага без сознания и Дария, которого куда-то волокут, она быстро справилась с изумлением и спросила:

– Что произошло?

– Торник напал на мага, – отчитался один из солдат.

Леди Ивори перевела взгляд на оставшихся двух магов, что стояли в стороне. Те кивнули, подтверждая.

– Причина? – на сей раз вопрос был обращен к Дарию.

Солдаты встряхнули его и заставили стоять ровно.

– Личная, – скупо ответил Дарий, отводя взгляд и смотря в пол.

– Приказать выбить из вас её силой, Дарий Торник? – её голос обжигал властью, а выражение лица предвкушало кровавую расправу.

– Как вам будет угодно, – холодно ответил ей маг, линии на его руке засияли ярче, выдавая сдерживаемый гнев.

Она кивнула солдатам, отдавая молчаливый приказ. Те крепче перехватили Дария и снова повели его прочь.

– Инквизитор! – окликнул её один из оставшихся магов. Она повернулась в его сторону, ожидая продолжения. – Дарий не виновен. Самсон спровоцировал его. – Инквизитор продолжала прожигать его взглядом, поэтому он снова заговорил, тщательно подбирая слова: – Самсон усомнился в навыках Дария и в истинных причинах быть здесь.

– И это стало причиной драки? – уточнила леди Ивори, понимая, что более сказанного уже не будет.

– Так точно, Инквизитор.

Гнев разливался внутри, мешая ясно думать. Как же ей надоели эти вечные недомолвки, укрывательства и нарушения дисциплины! Запереть бы всех магов в одном здании и сжечь! Чудо ещё, что стервятник этот сейчас не рядом. Вот бы где потешился: драка прямо под её кабинетом.

– Что сказал Самсон? – голос сочился ненавистью. – Дословно.

Она не стала его запугивать – всё читалось во взгляде.

– Сказал, что Торник специально на тренировке ваше внимание привлекал и что… – Хлесткий взгляд Инквизитора придал смелости, и маг решил сказать как есть: – Сказал, что Торник даже такой женщиной не побрезгует, чтобы заполучить тепленькое место.

Это было не то, что она ожидала услышать. Замешательство требовало времени. Она молчала. Маги почти перестали дышать. Приближающийся Эдан придал мыслям Ивори скорости.

– Сколько ударов нанес Торник? – спросила она, уже окончательно приходя в себя.

– Один.

Леди Ивори скользнула взглядом на мага, что ещё лежал без сознания. Уголок рта дрогнул в ухмылке.

– Хорошо, – одобрительно сказала она сама себе.

– Инквизитор! Леди Ивори! – воскликнул Эдан. – Что случилось?

– Недоразумение, – ответила ему Инквизитор. – Этого. – Она указала рукой на Самсона. – Казнить за оскорбление Инквизитора. Дария Торника – его сейчас отвели в камеру – привести. Остальных попрошу в мой кабинет.

– Прислать вам новую охрану?

– Да.

Леди Ивори отпустила мага, с которым проводила собеседование, оставила лишь свидетелей произошедшего.

– Распускание сплетен я приравниваю к прямому оскорблению, – сказала Инквизитор. – Если не хотите разделить судьбу Самсона, то настоятельно рекомендую забыть, что видели и слышали. – Мужчины кивнули. – Свободны.

Дария почти довели до тюрьмы, как появился помощник Инквизитора и сказал привести его обратно. Неужели кто-то пересказал ей разговор? Черт. Только этого не хватало. Ещё подумает, что он о её чести беспокоился. Или, наоборот, решит, что он действительно заинтересовался ею? Телу стало холодно, по нему пробежали мурашки. Спать ради «тепленького» места он ни с кем точно не собирался. Да он никогда не хотел такого места. Он вообще не понимал, почему туда рвутся?

В комнату его втолкнули. Кабинет был огромный, как и стол, заваленный бумагами. Неподвижная фигура женщины показалась Дарию очень маленькой и хрупкой. Леди Ивори сидела за столом, идеально ровно держа спину. Обе её руки лежали на поверхности стола. Массивное кольцо Инквизитора было ей явно велико и смотрелось неуместно. Неуместно, как и сама женщина в роли Инквизитора.

Он остановился посередине комнаты, смотря на леди Ивори. Она тоже рассматривала его. Оба молчали.

И всё же первой тишину нарушила она:

– Дарий, почему вы не вызвались на должность кайнарис? Обеспечивать личную охрану Инквизитора почетно. Кроме того, в службе в рядах кайнарис есть ряд преимуществ.

Дарий помнил про эти «преимущества», одно из которых – стирание памяти после особо важных заданий. Он ни одним своим воспоминанием не хотел бы пожертвовать ради мнимой свободы и возможности бывать за стенами Башни в одиночестве. Кроме того, его отряд нравится ему. Их контроль не является тотальным. Да и той свободы, что у него уже есть, ему более чем достаточно.

– Меня устраивает мой род деятельности. Я на своём месте.

– На каком вы месте буду решать я, – надменно произнесла она.

Дарий задержал дыхание, стиснул зубы, подавляя слова, которые собирались вырваться. Он видел, что она внимательно следит за его реакцией, и это злило его ещё больше. Она повела рукой, подзывая его ещё ближе. Он послушно сделал несколько шагов и остановился. Она снова повела рукой, подзывая. Дарий сделал ровно один шаг. И снова молчаливый приказ. И снова только один шаг.

Он и сам не понимал, почему делает это. Почему сопротивляется ей. Она же легко может лишить его жизни. Он осознавал и продолжал упрямо испытывать её. Они закончили эту игру, когда идти ему больше было некуда – их разделял только её стол. Смотря в её прозрачные глаза, он вдруг понял, почему она выбрала его и продолжала рассматривать на должность кайнарис. Делать вид, что рассматривает. Ей хотелось сломать его. Заставить склонить голову.

– Я планирую взять себе на службу только одного, – сказала вдруг она. – Других кайнарис не будет. Ни сейчас, ни потом. Вы можете кого-нибудь порекомендовать?

Одного? Почему одного? Обычно у Инквизитора в личной охране человек десять так точно есть, а ей нужен только один? Или это она так шутит? Он вдруг представил, как она улыбается, и ужаснулся.

– Не смею советовать, – ответил он, пряча недоумение за рассматриванием поверхности стола. – Все ищейки достойны такой чести.

– Про себя вы тоже так думаете? – Инквизитор продолжила в упор рассматривать его, чем сильно раздражала и нервировала одновременно.

– Моё мнение субъективно, и я оставлю его при себе, – довольно смело сказал Дарий.

– Выбранный мной кайнарис будет повсюду сопровождать меня, а также посещать со мной официальные мероприятия, в том числе проводимые и в империи Азуриан. В связи с этим знание азурианского является обязательным требованием, – спокойно проговорила она.

Дарий сдержал вздох облегчения. Хвала Создателю его предусмотрительности! Как чувствовал, что чем меньше знают о нем в Башне, тем лучше.

– Дарий, – тихо и вкрадчиво позвала она, вынуждая его посмотреть на неё.

Её взгляд скользнул по его телу, вернулся к лицу и замер, захватывая в плен глаза. Не было больше надменности и безграничной власти. Была лишь молодая женщина, такой странной, отталкивающей, но вместе с тем завораживающей внешности. Женщина, которая откровенно ласкала его взглядом.

– Вот смотрю на вас и понимаю, – продолжила она, понижая голос до тихого, грудного голоса, – что хочу, чтобы вы раздели меня, уложили на этот стол и грубо любили, заставляя кричать от страсти. – Она сделала паузу, наслаждаясь его реакцией, и договорила: – Раз за разом. Ещё и ещё…

Дарий подавился воздухом и закашлялся, тараща на неё глаза. Выражение её лица снова стало непроницаемым и надменным, голос прежним: громким и сильным.

– Вижу, азурианский вы знаете, что весьма меня радует, – спокойно сказала леди Ивори.

Дарий вдруг понял, что она его подловила. Последнее, шокирующее его предложение, Инквизитор сказала на азурианском, и если бы он не знал языка восточных соседей, то не среагировал бы. Так глупо попасться! Злость на себя за яркую эмоциональность окрасила щеки едва заметной краской. Он завел свои руки за спину и там с силой сжал в кулаки. То, что она скажет дальше, знал и ненавидел её за это.

– Дарий, вы будете моим кайнарис.

«Какого черта! Что тебе нужно?! Выбери другого!»

Он крепко сжимал зубы, опасаясь начать говорить. Взгляд замер на её тонкой шее, которая манила, уговаривая… Одно движение его сильных, тренированных рук, и сотни магов разом освободятся от её дикости. Любой Инквизитор будет лучше её.

– Ответите мне что-нибудь? – Её бровь в насмешке взлетела вверх, словно издеваясь.

– Я не хочу быть кайнарис. Ни вашим. Ни чьим-либо ещё, – выдавил из себя Дарий.

– Почему? – безэмоционально поинтересовалась она, медленно поднимаясь со своего стула. – Это честь…

Освобождение людей Эарендила. Новый Инквизитор. Вина перед Виолой, что терзала душу каждый день. Тренировка, и пострадавший Эмин. Алий, которого посадили под стражу из-за него. Вчерашний сон, про который он запрещал себе думать, но который изводил его ревностью. И вот теперь великая честь! Это стало последней каплей. Он всплеснул руками, гнев вырвался наружу.

– Какая, к черту, честь? Быть марионеткой без прошлого? Чтоб в моей голове копались за несколько дней свободы, которую предоставляют в поощрение за службу? Да гори она огнем, такая свобода! Меня устраивает всё именно так, как оно есть!

– Вас не будут лишать памяти, какое бы вы задание ни выполнили. Слово Инквизитора. По крайней мере, пока я занимаю этот пост.

Он ошеломленно на неё уставился, открывая рот. На него словно вылили ушат ледяной воды. Дарий не мог поверить в то, что услышал. Что у неё за юмор такой?!

– Вы же знаете заклинание обещания, которое нельзя нарушить. Проведите его, если согласны принять моё предложение, – продолжила она.

– Почему я? – оторопело произнес он, всматриваясь в её лицо, ища там признаки безумия, влечения, веселья… Хоть чего-нибудь, что объяснило бы её предложение.

– У вас есть те качества, которые должны быть у моего кайнарис. – Она стояла ровно и позволяла ему таращиться на неё, давала время осознать сказанное.

Тысячи разных мыслей разом ворвались в его сознание. Но главной была одна. У него будет время без контроля. Без команды. Только один. И он сможет найти Лайю, не ставя её жизнь под угрозу. Прошлый сон вторгся в его создание болезненным воспоминанием. Дарий скрипнул зубами. Даже если это по какой-то безумной причине правда, он не отдаст Лайю Эарендилу. Это его ведьма.

– Я согласен, – сказал он, и леди Ивори улыбнулась.

Дарий с удивлением отметил, как преобразилось её лицо, становясь более живым и привлекательным. Пока она не передумала, он быстро прочел заклинание, и их соединенная кровь подтвердила данное леди Ивори обещание.

– Поздравляю, Дарий, вы – мой кайнарис.

Она, всё ещё улыбаясь ему, протянула руку для поцелуя. Он коснулся губами её холодной маленькой руки.

– К вашим услугам, Инквизитор.

## Глава 7


Королевство Иллинуя. Земля за барьером.

938 год Века Дракона.

Лайя, Тэруми и Чонсок не оставляли надежды отыскать место, которое бы открыло проход обратно. Фенрис же в этом участие не принимал, делал лишь замечание, когда его спутники отходили от него далеко. Первой сдалась Лайя.

– Назад ведь пути нет? – И хоть на него она не смотрела сейчас, было и так понятно, что вопрос адресован Фенрису.

– Скорее всего, – задумчиво ответил эльф, а потом всё же подошел к едва видимой прозрачной стене и коснулся рукой. – Не могу понять, что за силы питают эту стену. Они кажутся мне знакомыми и незнакомыми одновременно.

– Возможно, это поддерживают маги, что живут здесь? – предположила Лайя.

– Или эльфы, – добавила Тэруми, вспоминая привратника.

– Какая разница, – вклинился в размышления остальных Чонсок. – Нам нужно добраться до ближайшей нормальной земли и людей, если такие ещё здесь остались.

– Давайте уже посмотрим, что ждет нас впереди, – как можно оптимистичнее сказала Лайя, поправляя сумки и оружие. – Может, ещё рано паниковать.

Тэруми иронично хмыкнула и отправилась вперед. Чонсок поспешил нагнать её. Фенрис посох не стал убирать. Оружие мага при движении иногда касалось черной земли, издавая глухой звук. В иной раз Тэруми непременно пошутила бы по этому поводу, но окружающий лес напрочь отбивал желание юморить.

Земля под ногами потрескалась от недостатка влаги. Деревья, окружавшие их, стояли скрюченные, без листвы, и протягивали свои ветви, как руки, к небосводу, словно моля о помощи. Небо над головой было затянуто плотной пеленой облаков, создавая полумрак, несмотря на то что было раннее утро.

– На Гиблый лес похоже, – заметил Чонсок спустя время.

– Не совсем, – отрешенно проговорил Фенрис, пребывая в ещё большей задумчивости, чем обычно. – Земля здесь мертва. Нет живых энергий.

– Насколько это плохо? – решила уточнить Тэруми.

– Люди с даром используют свою особую внутреннюю силу для связи со стихией и для колдовства. Но магия не рождается сама по себе, мы вытягиваем её из внешнего мира. На этой земле ничего нет. Я едва могу колдовать. Подозреваю, что магия, которая держит столько лет этот барьер, убивает землю, вытягивая из неё силы.

– А учитывая, сколько лет прошло с Великого раскола, вся земля за барьером может быть такой? – предположил Чонсок.

– Возможно.

– А вот сейчас для паники самое время. – В голосе Тэруми причудливо смешалось охватившее её нервное веселье и ужас.

Лайя зашептала заклинание, золотисто-черные вихри едва выбрались из земли, как сразу же погасли. Она опустилась на одно колено и коснулась земли, желая ощутить отклик, а потом подняла глаза, полные ужаса, на Фенриса. Что бы кому ни говорила, она представляла землю за Полосой отчуждения чем-то вроде рая. Местом, где рожденные с даром люди свободны и счастливы. Поэтому разочарование от открывшейся реальности было настолько велико, что мыслить рационально у неё не выходило. Она была готова броситься обратно к стене и искать выход до тех пор, пока есть силы.

Порыв Лайи Фенрис угадал и взял за руку, поднимая и притягивая к себе.

– Если здесь есть хоть кто-то, мы его найдем. Если ничего нет, то найдем способ вернуться, – прошептал он ей на ухо. – Всё будет хорошо. Я рядом.

– Говори, угрюмый, говори… – пробормотала Тэруми, что тоже услышала его слова, и стала растирать свои озябшие от страха плечи. – Прямо бальзам на душу…

Чонсок подошел и обхватил её, обнял со спины, наклонился и прижался щекой к её щеке.

– Я не верю, что наша с тобой история вот так закончится, – твердо сказал ей Чонсок. – Поэтому отставить панику танэри, пойдем искать людей.

– Боги с ними, с людьми, еды надо найти, – уже более спокойным голосом ответила Тэруми, нежась в его объятиях. – У нас с собой достаточно провизии, но дольше недели вряд ли получится бродяжничать.

Заключение Тэруми было здравым, поэтому в путь отправились немедленно: чем скорее выйдут из мертвой зоны, тем лучше.

К окружающей природе, вернее, её останкам, они привыкли довольно скоро. Длительных остановок не делали, и, несмотря на голод, не ели, единогласно решив, что можно обойтись небольшим перекусом перед сном.

– Знаете, о чем я подумала? – спустя почти полдня молчаливого хода раздался вдруг веселый голос Тэруми. Лайя и Фенрис вздрогнули, вырываясь из плена своих тяжелых мыслей. Чонсок бросил на девушку теплый взгляд, становясь счастливым от одного только звука её голоса. – Прошел почти год с момента нашей первой встречи, а ничего не изменилось. Мы снова куда-то идем. Вчетвером. Впереди неясные цели и бесконечная дорога. Пешком. Может, это и есть наша судьба? Вот такая жизнь?

– Меня такое не устраивает, – категорично ответил Чонсок. – Я не хочу жить, скитаясь. Мы найдем место, которое станет нашим домом.

– А мне всё равно, – сказала Тэруми и небрежно пожала плечами. – Мой дом там, где вы! Или, как говорит Лайя, вы и есть мой дом! – Она чуть сместилась и обняла Чона за талию, заглядывая ему в глаза и посылая нежную улыбку. – Но если ты этого так хочешь, то найдём мы, где жить.

– Кстати, об этом, – спохватилась Лайя. – Предлагаю сделать небольшой привал, я покажу вам карту этой половины королевства. – В ответ на изумление в глазах спутников она пояснила: – Мы с Лукасом составили свою, исходя из того, что удалось найти в научных трактатах и книгах.

– Так вот чем вы занимались ночами, шушукаясь по углам, – весело поддела её Тэруми.

– Так только ночами и было время, – незлобно огрызнулась Лайя, – он же днями и вечерами с тобой был.

– Как это? – не понял Чонсок, переводя взгляд с одной на другую.

– Он жил с нами… – при виде того, каким стало лицо воина, Лайя осеклась.

– Всего до весны, – отмахнулась Тэруми, нетерпеливо дергая Лайю. – Показывай уже.

Чонсок взял Тэруми за пояс и потянул на себя. Она не ожидала, неловко попятилась, и, оступаясь, упала в его объятия, которые сейчас явно отличались от предыдущих. А после его пальцы с силой впились в её предплечья.

– Почему он жил с вами? И что ты делала с ним днями и вечерами? – тихо, но с явной угрозой спросил он.

Тэруми не сразу поняла, в чем причина его гнева, поэтому недоуменно повернула голову, стараясь рассмотреть его лицо. Карие глаза любимого опасно поблескивали, обещая ей долгие непростые разговоры.

– Ты ревнуешь? – дошло до неё наконец. Тэруми изумленно распахнула глаза, пытаясь до конца осознать нелепость собственного предположения. – К малому? – Он сердито нахмурился, а она задорно захохотала. – Боги, Чон, ладно б ещё к Фенрису там… но к малому? – Она снова заливисто засмеялась.

– А у меня есть причины ревновать тебя к Фенрису? – Его глаза опасно сузились.

– Ну он хотя бы мужчина, а не ребенок, – всё ещё смеясь, пояснила Тэруми. – Старый, правда, дремучий, ходить только с палкой может…

– Ах ты гадина! – взвилась Лайя и метнулась к Тэруми, собираясь знатно ту напинать.

Азурианка снова захохотала и, освобождаясь от тисков Чонсока, рванула прочь.

– Немного льда для танэри? – скучающим тоном предложил Фенрис, тратя очень много сил, чтобы сформировать небольшие ледяные шары.

– Не вздумай, – пригрозил ему Чон, следя глазами за бегающими вдалеке девушками. – Лайя! Тэ! Вернитесь!

Девушки послушались и вскоре, запыхавшиеся, стояли рядом. Фенрис опустил сотворенные ледышки Лайе на руки. Один из них она сразу же отправила в рот, при этом издав стон наслаждения: льдинка приятно утоляла жажду. Ещё двумя она стала обтирать лицо и шею.

– Эй, а мне? – с укором буркнула Тэруми, жадно следя глазами за ведьмочкой, плавясь от духоты окружающего пространства.

– Я предлагал, – с прохладцей ответил Фенрис, поблескивая ехидцей в глазах. – Чон не разрешил.

Воин от такой наглой интерпретации истинных мотивов эльфа, возмущенно выдохнул. Маг сотворил ещё один ледяной шарик и тут же отправил его себе в рот, а потом убрал посох, превращая его снова в браслет, сопровождая это действие комментарием:

– Весь магический резерв израсходовал, восстановится нескоро.

Тэруми злобно на него зыркнула и хотела послать эльфа подальше и жестом, но в последний момент передумала. Чонсок протянул ей флягу с водой. Та, как и жидкость внутри, была противно теплой. Тэруми отпила совсем немного, а потом уселась на землю, сразу же возвращаясь к насущному.

– Так что там с картой?


Лайя среди альбомов, которые взяла с собой за барьер, нашла сложенный вчетверо большой лист и развернула, пристроив на черную землю. Они уселись вокруг карты, рассматривая схематично нарисованные населенные пункты и слушая пояснения Лайи:

– На этой части королевства было пять крупных городов. Но несмотря на то, что официально они все входили в состав Иллинуи, города Азимар и Вланвий имели собственное управление, культуру и религию.

– Как оплот агров и клан кайми на севере? – уточнил Чонсок.

– Да, принцип такой же. Живут на территории королевства, но по собственным законам и соображениям. Итак, Азимар – город у подножия южных гор. Его ещё называли городом ремесленников. Шахты, которые простирались под городом, бездонны и богаты весьма ценными ресурсами. Это и позволяло городу быть весьма обособленным. Вланвий подпирал с одной стороны те же непроходимые южные горы, со второй – касался побережья океана. Вот только благами водного пространства пользоваться в полной мере город не мог: мель, подводные течения, воронки, рифы… Шахты во Вланвии тоже имелись, но не в таком масштабе, как у Азимара.

Лайя провела пальцем по кривой, ломаной линии на карте, что проходила поперек от западных гор до океана, отделяя Азимар и Вланвий от остальной территории королевства, и пояснила:

– Незадолго до возникновения Полосы отчуждения и барьера в 482 году Века Дракона оба города оказались частично изолированными. Образовался гигантский разлом. Причины произошедшего узнать не получилось. Война же буйствовала, не до исследований было. Но связь с той территорией довольно быстро наладили: построили несколько мостов.

– Это всё замечательно, – прервала её Тэруми, – но до них идти и идти. Что с остальными городами? Которые без этих заморочек с разломом и мостами.

– Ещё три крупных города – Метир, Лимния и Изима – были основными поставщиками продовольствия. Обширные поля в этой части королевства обслуживали множество поселений и маленьких деревушек, подконтрольных этим городам. Всё на карту не наносила, потом дополню, если будет нужно. В этой части королевства не было толком военных частей, поэтому сюда и устремились маги в последнем своем сражении.

– Ближайший город к Полосе отчуждения – Изима. Туда и пойдем, – заключила Тэруми, тыкая пальцем в карту.

– Я бы хотела побывать в Дэйлоре, в городе эльфов, что расположен на побережье, на востоке королевства! – немного мечтательно сказала Лайя и в порыве чувств взяла Фенриса за руки. – Фенрис! Представляешь, увидеть настоящих эльфов!