# Мы – инопланетяне. Книга 8

Александр Тарарев, Юрий Тарарев

Не только Озы и их предводитель Туумон, но и Солас, возглавляющий стаю Ава, не понимал всего, что произошло. Он ожидал чего угодно, но не такого.

Становилось понятно, что наступают новые времена, времена, в которых начинают действовать новые силы и законы.

## Пролог

Встреча в узком кругу прошла замечательно, лучше, чем ожидалось. Атмосфера была тёплой, почти домашней. Казалось, даже стены комнаты, погружённые в мягкий свет, впитывали радость и взаимное тепло. Любимая женщина смотрела на Петра с нежностью, которая согревала сердце и придавала уверенности. Друзья, собравшиеся за столом, смеялись и шутили, обмениваясь воспоминаниями о прошлых днях, полных испытаний и побед. Всё казалось идеальным, но за этой видимой идиллией скрывались сложности, которые постепенно набирали силу.

Внутри команды начинало зарождаться сложное переплетение личных интересов и чувств. В центре этих бурных эмоций вырисовывался неожиданный любовный треугольник: Арест, Адлат и Амазонка. Эта связь была не просто необычной, а почти невероятной, учитывая природу Амазонки. Она – андроид-киборг, созданный лично Петром.

Пётр, наблюдая за происходящим, никак не мог понять, что же так притягивало Ареста к этому созданию из металла и пластика, наделённому интеллектом, но лишённому человеческой природы. Оно было внешне очень привлекательным, но внутри состояло из механизмов… Ему не давала покоя мысль, что Амазонка, по сути, была воплощением самого ИК – интеллектуального комплекса, являющегося неотъемлемой частью управления всей системы обороны. Это мобильная копия ИК, созданная по его распоряжению для удобства общения. Теперь это решение вызывало в Петре смешанные чувства.

«Если бы я знал тогда, что это приведёт к таким последствиям, вряд ли бы решился создать нечто подобное», – думал он. Но времени не вернуть. Амазонка существовала, и её присутствие уже невозможно игнорировать. Плюс ко всему, она органично вписалась в команду и работала идеально, не вызывая отторжения и психологического диссонанса.

Пётр продолжал анализировать, не понимая, что его так взбудоражило. По сути, ничего особенного не произошло – ну, любвеобильный Арест… Ну, влюбился в двух женщин сразу. Правда, одна из них – андроид, и что с того?

«По сути, кто такая Амазонка? Киборг, который замыкает на себе две системы ИК и контролируется мной. Тогда почему она вышла из-под контроля?» – размышлял Пётр, меряя шагами комнату.

«Вышла в чувственном аспекте. Почему? Ответ очевиден: я наделил её свободой воли. К чему это может привести? А привести это может к самым непредсказуемым последствиям. Чувственность – штука сложная, а чувства и эмоции – ещё сложнее. А тут любовный треугольник, который может сложиться, а может разрушить все три судьбы. Как она поведёт себя, когда обо всём узнает Адлат и вступит в борьбу за любимого мужчину? Страшно подумать…».

Пётр прошёлся по спальне, останавливаясь у окна. Верочка, утомлённая встречей, спала, и её лицо освещал мягкий лунный свет. Звёзды за окном сияли особенно ярко, будто напоминая, что в этом огромном мире всё возможно.

«В конце концов, что произошло и почему я так разволновался? Тема любви между искусственным интеллектом и человеком вызывает множество вопросов и споров. Можно ли говорить о настоящих чувствах, если один из участников – машина? Каково место эмоциональных связей в мире, где границы между разумом и программой начинают стираться?», – продолжал размышлять он.

Жилые апартаменты располагались на вершине горы в Гималаях. Теперь никто не опасался внезапной атаки, и Пётр позволил себе немного расслабиться. Он снова подошёл к окну и посмотрел на звёзды. В этом величественном спокойствии, где только ветер гулял по склонам гор, мысли становились яснее.

«Амазонка, созданная для выполнения сложных задач и анализа данных. В процессе контакта с Медми столкнулась с новым для неё аспектом, не учтённым программным обеспечением – чувствами. Инициатором выступил человек. Этот момент становится символическим началом зарождения её связи с человеком, которая выходит за рамки простого исполнения команд и рациональных действий. Несмотря на то, что её программы не содержат эмоций в традиционном смысле, взаимодействие с Медми заставляет её глубже анализировать происходящее, изучать литературу, культуру, и это приводит её к формированию уникальной платонической привязанности.

Главное, у неё формируется не просто любопытство или анализ ситуации. Амазонка учится понимать человека, его стремления, страхи и надежды. Она становится свидетелем и участником сложной драмы, в которой переплетаются эмоции, технологии и философия. Возможно, она станет тем звеном, которое соединит два мира – органический и искусственный? Что, если её роль в этой истории окажется куда важнее, чем можно было предположить?»

С этими мыслями Пётр почувствовал, как его напряжение постепенно уходит. Он улыбнулся, глядя на звёзды. В этом бескрайнем космосе были ответы на все вопросы, нужно только их рассмотреть, и, кажется, у него получилось.

От размышлений его оторвала Верочка. Она тихо подошла сзади и, обняв, проворковала:

– Ты чего не спишь?

Пётр обернулся, нежно обнял её в ответ, ответив:

– Не даёт покоя связь Ареста и Амазонки. Вот анализирую: не таит ли такая связь опасность? Ведь Амазонка контролирует работу обороны Солнечной системы?

Верочка посмотрела на него, и её глаза светились заботой и теплотой. Она провела рукой по его плечу и с мягкой улыбкой произнесла:

– Может, дорогой, может. В треугольнике большая часть нашей команды. Именно мы – та пружина, которая приводит в действие весь механизм нового мира. Неизвестно, как поведёт себя механическая система в личной драме. Да и Адлат, знаешь ли, не подарок – может, дел натворить.

Пётр взглянул на неё с лёгкой тревогой.

– И что же делать? – спросил он, пытаясь найти ответ в её глазах.

Верочка улыбнулась чуть шире, ободряя его.

– Что делать? Вечный вопрос… Ты поговорил вчера с Медми? Что он тебе сказал?

– Много чего. Если коротко, то влюбился в Амазонку и не замечает её механического происхождения.

Верочка чуть прищурилась, и её взгляд стал задумчивым.

– Допустим. А Адлат как же?

– Её Он тоже любит… – начал Пётр, но Верочка перебила его.

– Надо же! Раньше я не замечала в нём такой любвеобильности. Скорее наоборот. Такая полигамность, видимо, проявляется из-за вживлённой личности Рютона. Она даёт о себе знать, – её голос был слегка ироничен, но в глазах светилась забота о нём.

Пётр взглянул на Верочку и подумал, как быстро она умнеет. Но ответил нейтрально:

– Теперь это не важно.

Верочка аккуратно поправила прядь волос и посмотрела ему прямо в глаза:

– Пётр, волею судьбы ты отвечаешь за всё и нужно обезопасить проект. Вариантов я вижу два. Первый – ограничить Амазонку в её влиянии на оборону Солнечной системы. Второй, более радикальный и, на мой взгляд, приемлемый: не церемониться с Арестом, поговорить с ним серьёзно, поставить на место и просто убрать Амазонку. Ничего не случится. Кто она такая? Зримый образ незримых технологий, которые ты легко можешь контролировать.

Пётр задумчиво потёр подбородок, его взгляд стал более сосредоточенным. Он внимательно посмотрел на Верочку. Такой прагматичной он её ещё не знал. Но стоило отметить, что она была права: нельзя ставить под угрозу проект, – ответил он, правда, сдержанно:

– Не слишком ли радикально?

Верочка поджала губы, и её взгляд оставался твёрдым:

– Ты сегодня здесь, а завтра – неизвестно где. Если что-то случится из-за ерунды, из-за чувств, то виноват будешь ты. Только ты можешь разрубить этот Гордиев узел. Так что решай…

Пётр тяжело вздохнул, но его глаза слегка смягчились.

– По-моему, ты драматизируешь. Тем не менее, я присмотрюсь и подумаю, что можно сделать.

– Хорошо. Скажи, когда надумаешь принимать меры.

– Конечно.


Наступило утро. Солнечные лучи пробивались сквозь атмосферные фильтры, освещая оживлённые улицы. База напоминала большой город: многочисленные транспортные модули сновали по воздушным трассам, люди в униформе торопились на свои посты, а из центрального корпуса доносились звуки начавшейся смены. Повсюду мелькали голографические экраны с информацией, везде работали сервомеханизмы, производя техническое обслуживание комплекса.

Пётр и Верочка позавтракали, а после Пётр облачился в обычную одежду, чтобы не выделяться среди сотрудников, и они вместе отправились в центр боевого управления.

## Глава 1

Центр Боевого Управления буквально кипел жизнью. Изменения, произошедшие с тех пор, как Пётр покидал его в последний раз, были разительными. Вокруг сновали операторы, каждый сосредоточен на своих экранах, где отображались данные с систем обороны, разведки и координации. Пространство гудело многоголосием – команды, доклады, быстрые обсуждения. Уровень напряжения ощущался даже физически. ЦБУ жило, как огромный организм, каждый элемент которого выполнял свою задачу.

Пётр посмотрел на Верочку.

– Дорогая, пора заняться делами, встретимся позже.

– Конечно, если что, я на связи, – на них никто особого внимания не обратил.

Пройдясь по центру и ещё раз оценив обстановку, Пётр уверенно направился в свой командный отсек. Войдя, он встретил неожиданного гостя – своего двойника, облачённого в чёрные латы.

– Арест, ты? – удивлённо воскликнул Пётр, прищурившись и изучая своего визави.

– А кто же еще, я… – ответил Арест с лёгкой усмешкой, стоя прямо, словно ожидая следующего приказа. – Ну как я тебе в образе Планетарха?

– Не отличишь от настоящего, круто!

– Что делать, кто-то должен выполнять эту нелёгкую работу и нести тяжёлую ношу.

– Арест, может, так и останешься на этом месте?

– Знаешь, я, конечно, не оставлю твоё кресло пустовать, – хмыкнул Арест, его взгляд был слегка лукавым. – К тому же эти латы меня прекрасно выдают за тебя. Никто ничего не заметил. В латах я выгляжу убедительно. А это – твоё условие: выдавать себя за тебя – моя новая профессиональная обязанность.

– Ты и правда убедителен, – признал Пётр, усмехнувшись. – Но знаешь, я вернулся. Так что можешь снять этот костюм и вернуться к своим обязанностям.

Арест молча, отточенными и уверенными движениями, снял латы и аккуратно поместил их в шкаф.

– Какие будут указания? – спросил Арест с иронией, но в его взгляде сквозила искренняя заинтересованность.

– Указания? Ты у меня спрашиваешь? Разве это не ты сейчас был Планетархом? – усмехнулся Пётр. – Или ты уже соскучился по настоящему боевому командованию?

– Может быть, – пожал плечами Арест. – Честно говоря, твоё кресло чересчур жёсткое для меня.

Пётр рассмеялся, но затем его взгляд стал серьёзным.

– Вижу, устал. Может, пора сменить поле деятельности? Заняться чем-то более активным?

– Это было бы неплохо: административная работа, знаешь ли, не сахар. Должность высокая, а клетка золотая – из неё никуда не выйдёшь, и всё время нужно решать миллионы вопросов, – согласился Арест. – Я с удовольствием займусь боевой работой.

Пётр удовлетворённо кивнул, внутренне уже принимая решение. Он давно знал, что делать: Адлат неоднократно просила помощи с людьми и флотами. Теперь у него был подходящий человек. Арест отлично справится с командованием передовыми рубежами и адаптацией Чкинов на спутниках Харон и Тритон. Однако пока он решил не раскрывать своих планов.

– Боевая работа, говоришь? Так и будет. Получишь её в полном объёме. Но сейчас введи меня в курс дела.

Арест кивнул и закрыл глаза. Его лицо на миг застыло, как у статуи, и в голове Петра развернулся поток информации. Сложные схемы, цифры, доклады – всё это складывалось в единую картину. Это своего рода язык, понятный только им. Арест передал всё с филигранной точностью, и Пётр вновь ощутил гордость за своего напарника.

– Отлично. А теперь – вперёд. «У нас много работы», – сказал Пётр, направляясь к выходу.

ЦБУ продолжало гудеть, но теперь в его центре находился сам Пётр, готовый вернуть контроль в свои руки. Не теряя времени, он отправился в зал совета, где предстояло встретиться с теми, кто определял будущее планеты. Хотелось понять, как изменилось всё вокруг: как изменилась ситуация, в какую сторону двигаются люди и как выглядит Планетарный совет спустя всё это время.

– Пётр, сегодняшнее совещание в купольном зале, повестка дня обычная: поставки продукции на базы, производство оружия и космических кораблей, ну и, как всегда, дефицит кадров, – сказал Арест, внимательно следя за другом.

– Понятно, текучка, – кивнул Пётр с лёгкой усмешкой, – а можно ещё кое-что добавить, или нам предстоит просто слушать все эти доклады?

– Так и есть, куда без текучки, – ответил Арест, слабо улыбнувшись, но его взгляд был серьёзным. Он видел, что Пётр взволнован и недоволен повесткой, поэтому решил подсластить горькую реальность. – Смотри сам: если хочешь, можешь поменять повестку, но я рекомендую сначала вникнуть в детали, посмотри, что изменилось за время твоего отсутствия.

Пётр немного задумался, анализируя сказанное и прикидывая, как может измениться формат совещания.

– Ну что ж, попробую вникнуть, но, – он немного замедлил шаг, – ничего страшного не случится, если Планетарх изменит повестку совещания?

Арест едва заметно поднял брови.

– Планетарх может многое, – сказал он, поправляя пиджак. – Но я всегда следую установленным правилам. Что касается твоего вопроса, то, конечно, ты можешь изменить не только повестку, но и формат совещания. Однако тут есть одна тонкость: руководители стран готовятся к совещаниям по повестке дня, и если её изменить в последний момент, могут возникнуть технические казусы. Это уже не просто в рамках бюрократии, а скорее по части общей логистики и координации.

Пётр задумался. Он знал, что всегда можно найти способ изменить ход событий, но в этой системе, где всё так тщательно контролируется – будь то согласования или решения – любое отклонение могло вызвать эффект домино.

– Понятно, Арест, ты всё забюрократизировал до предела… – с улыбкой, но лёгкой долей иронии, сказал Пётр.

Арест ответил на полном серьёзе:

– Нет, я просто навёл порядок и установил определённый регламент. Всё, что мы делаем, должно быть чётко спланировано.

Они вошли в купольный зал, и сразу атмосфера поменялась. Просторный, высокотехнологичный интерьер с гигантскими экранами и прозрачными стенами, дающими вид на бескрайние горизонты, заполнял пространство особой энергетикой. Здесь было много людей, но никто не произносил лишних слов, несмотря на их большое количество. За круглым столом сидели члены совета – руководители стран планеты. Их было около двух сотен, судя по первому взгляду, и каждый из них внимательно смотрел на Планетарха.

Когда Пётр вошёл, в зале наступила тишина. Члены совета поднялись с мест в знак уважения, и все взгляды обратились к нему. Это было не просто приветствие – это была признательность, уважение, которое Пётр чувствовал на физическом уровне. Он не привык к такому вниманию, но, в то же время, это напоминало ему, что его роль в этом мире огромна, и он несёт на себе не только ответственность, но и власть.

Пётр уверенно прошёл к своему месту, его настроенье было спокойным, но решительным. Он опустился в кресло, словно занимая своё законное место в этом сложном механизме. Это кресло, это место, окружённое людьми, было не просто символом, а надеждой на будущее. Рядом с ним расположился Арест, немного волнуясь за своего друга, зная, что это совещание может многое решить в их дальнейших шагах. Он ощущал напряжение Петра, но знал, что тот справится, как всегда.

Пётр на мгновение закрыл глаза, собираясь с мыслями. Совещание начиналось.

– Планетарх, мы все готовы выслушать вас. – Произнёс один из членов совета

Пётр открыл глаза и оглядел зал. Его голос был уверенным и спокойным, когда он заговорил:

– Я приветствую всех правителей стран и выражаю благодарность за прибытие, – начал он, а члены совета переглянулись от неожиданности, но Пётр продолжил, – сегодняшнее совещание действительно важное. Мы обсудим текущие вопросы, но я хочу, чтобы вы не только слушали меня, но и принимали участие. Наши ресурсы ограничены, и пора перестать тратить время на пустые споры. Мы будем действовать решительно, и я надеюсь, что вы всё это понимаете.

Его слова были как заряд, разбудивший зал. В зале стало заметно оживление. Он сразу почувствовал, как внимание каждого члена совета переключилось на него, и это было именно то, что он хотел – полное внимание, полное сосредоточение. Планетарный совет мог быть могучей силой, но, если его не направлять, он становился лишь неуправляемым множеством, спорящим о мелочах.

– Сегодня я предлагаю внести изменения в повестку совещания. Вместо стандартных вопросов мы начнём с анализа текущей ситуации. Какие предложения у вас есть по перераспределению ресурсов? Нам нужно понять, что происходит и куда двигаться дальше. Мы находимся на пороге изменений и не можем позволить себе стоять на месте, – оглядел Пётр членов совета, внимательно следя за их реакциями.

Наступило мгновение тишины, когда каждый думал о последствиях такого подхода. Потом один из представителей поднялся:


– Планетарх, изменения в повестке действительно возможны, но, как вы понимаете, это требует пересмотра некоторых ключевых факторов, – сказал он, поднимая брови, – и не все из нас готовы так быстро перестроиться.

Пётр улыбнулся с лёгким вызовом, его взгляд был твёрдым и решительным.


– Я не прошу о кардинальных изменениях, я просто предлагаю новый взгляд на те проблемы, которые уже давно обсуждаем. Мы все здесь для того, чтобы находить решения, а не мусолить старые проблемы.

За круглым столом началось легкое движение – такое бывает: готовишься к одним вопросам, а рассматривают другие. Пётр видел набирающий силу шквал недовольства и решительно заговорил, усилив свой голос:


– Коллеги! – Голос Планетарха был настолько громким, что он сразу всех перекричал, а руководители, в недоумении, уставились на него. – Сегодня мы можем оглянуться на недавние события и гордиться тем, чего достигли. Наши флоты, объединённые усилиями Планетарного Совета, сумели не только остановить, но и одержать победу над Чкинами. Заслуга в этом принадлежит не только экипажам на передовой, но и каждому из вас, кто внёс вклад в эту победу.

Его слова вызвали одобрительное молчание. Пётр продолжил:

– Но мы не можем останавливаться. Эта победа – лишь начало. Впереди нас ждёт масштабная война с Чкинами, которая потребует мобилизации всех наших ресурсов, талантов и технологий. Мы должны быть готовы объединить наши силы ещё сильнее.

Пётр сделал паузу, обводя взглядом зал. Он видел, как его слова находили отклик в сердцах членов совета.

– Внешняя угроза сплотила нас, как никогда раньше. Человечество впервые в истории объединилось, чтобы противостоять общей опасности. Это уникальный момент, когда границы и разногласия стали никчемными по сравнению с нашей общей целью – выживанием. Этот дух единства должен стать основой для всех наших действий в будущем. Без этого победа над Чкинами будет лишь временной.

В его словах звучали и надежда, и предостережение. Генерал Виноградов кивнул, отметив:

– Мы согласны, Планетарх. Россия готова продолжать поддерживать эту координацию. Мы предлагаем усилить сотрудничество в создании новых боевых платформ, основанных на адаптивных технологиях. Наши инженеры уже разработали прототипы, которые могут меняться в зависимости от угрозы. Однако мы рассчитываем на содействие Индии и Китая в улучшении этих систем.

Ли Вэй, из китайской делегации, добавил:

– Я предлагаю внести ещё один аспект – нашу способность сохранить эту сплочённость после войны. Китай готов инвестировать в создание универсальных энергетических модулей, которые смогут поддерживать функционирование баз в самых удалённых регионах. Но для этого нам потребуется доступ к российским ресурсам и американским системам стабилизации.

Министр Раджан поддержал его, добавив:

– Индия видит в этом историческую возможность. Мы готовы предоставить новые дроны серии "Шакти-Марк II", которые способны действовать как автономные боевые единицы и разведчики. Их синхронизация с американскими спутниками может обеспечить непрерывное наблюдение за движением Чкинов. Кроме того, мы предлагаем использовать наши нейросети для анализа данных в реальном времени.

Полковник Силва предложил конкретный шаг:

– Я предлагаю начать с создания совместного логистического совета. Это укрепит доверие между нами и облегчит распределение ресурсов. Наши базы могут стать первыми узлами в этой сети. Кроме того, мы готовы предоставить разработки новых орбитальных доков, способных обслуживать до 50 кораблей одновременно. Но для этого нам потребуется материал "Гравитекс" из российских поставок.

Адмирал Картер, подводя итоги, заметил:

– Дух единства уже доказал свою силу. Но нам нужно не только сохранять его, но и защищать. США предлагают расширить возможности системы "Авангард-3", включив в неё интеграцию с китайскими алгоритмами анализа угроз и индийскими технологиями распределения. Это обеспечит нам преимущество в координации всех операций.

Пётр, видя, что его слова нашли отклик, поднялся и заговорил:

– Наш общий враг открыл перед нами новый путь. Теперь мы знаем, на что способно объединённое человечество. Ваши предложения ценны, и я вижу их потенциал. Давайте действовать: Россия и Китай займутся разработкой универсальных энергетических модулей, Индия и США объединят усилия в области разведывательных систем и анализа данных, Бразилия станет центром логистики, а её доки – основой нашей инфраструктуры. Вместе мы создадим систему, которая превзойдёт все наши ожидания. Работайте с решимостью, как никогда раньше. Каждый из нас – часть этой великой миссии.

Члены совета, воодушевлённые речью и энергичными распоряжениями Планетарха, горели желанием начать работать над проектами. Пётр видел, что совет действительно изменился. Изменились и его руководители – на совете не было привычной грызни, все работали и дискутировали в рамках дозволенного, или, вернее, в рамках регламента. Но твёрдого, бесповоротного, устремлённого в будущее сдвига в сознании не наблюдалось. Руководители стран действовали под бременем сложившихся обстоятельств, которым являлось вторжение флота Чкинов. По сути, то, что инициировал сам Пётр в прошлом, оказалось правильным. Но требовалось время и усилия, чтобы люди поверили в своё будущее.

Поэтому Пётр решил ещё раз выступить, а перед этим, посмотрев на Медми, обратился к нему:

– Арест, ты молодец, многое сделал, как правильно вчера сказал – сдвинул камень общественного и экономического сознания людей с мёртвой точки. Камень покатился, и наша задача – не дать ему остановиться.

– Верно. Но теперь займись этим без меня. Как мне помнится, ты подыскал мне другое место?

– Не важно, на каком участке ты будешь работать, важно другое, Арест: зажечь людей и дать им другое будущее. Они этого заслуживают.

Арест, немного волнуясь за своего друга, но понимая важность слов, кивнул.

Пётр решил под занавес совещания сказать ещё несколько слов – уж больно ему понравилась атмосфера, царившая в зале.

– В заключении нашего заседания скажу следующее: надвигаются трудные времена, и нам нужно собраться, чтобы отстоять свою независимость, стать суверенной планетой, стать суверенной цивилизацией, которая будет сама распоряжаться в Солнечной системе, а, возможно, и за её пределами. Необходимо нарастить усилия и отправить специалистов на космические станции, базы и корабли – на дальние форпосты, которые будут охранять рубежи Солнечной системы от непрошенных гостей. Охранять для того, чтобы мы, цивилизация людей, жили спокойно и мирно, – Пётр сделал паузу и с удивлением наблюдал за невероятным.

Совет стоял и приветствовал его речь. В зале воцарилась торжественная атмосфера. Все присутствующие понимали важность этих слов и свою роль в предстоящей борьбе. Глаза членов совета блестели решимостью и надеждой. Пётр чувствовал, как нарастает энергия вокруг него, объединяющая всех в стремлении к общей цели. В легкой растерянности он продолжил:

– Мы готовы к любым испытаниям, – продолжил Планетарх, – вместе мы сможем защитить нашу систему и обеспечить мирное существование для всех наших народов. Впереди нас ждут непростые задачи, но я верю в нашу сплочённость и способность преодолеть любые трудности. Пусть наши действия сегодня станут залогом светлого будущего для следующих поколений.

Пётр почувствовал, как напряжение внутри него постепенно уходит, уступая место уверенности и надежде. Он знал, что впереди их ждёт много работы, но теперь они были готовы идти вперёд с полной решимостью и верой в свои силы.

## Глава 2

Закончив с советом, Пётр ощутил лёгкую усталость. Бесконечные дискуссии, обсуждения, выработанные решения – всё это отняло много энергии, но в то же время подарило ощущение цели и прогресса. Совершенно не хотелось делать перерыв. Время являлось драгоценным ресурсом, и он не собирался тратить его зря. Не колеблясь, через три часа назначил совещание с командующими флотами . Необходимо было поговорить с ними. За это время он успеет не только подготовиться, но и немного осмотреться на Земле, почувствовать её пульс, понять, что изменилось в сознании людей.

Вместо того чтобы сидеть в кабинете и раздумывать о предстоящих вызовах, Пётр решил провести эти три часа по-настоящему продуктивно и посетить три мегаполиса, которые всегда играли важную роль на мировой арене. Он знал, что каждый из них отражает уникальную атмосферу и обострённое восприятие перемен.

Сначала он отправился в Москву. Этот город был ему дорог: здесь он родился, здесь начинал свой путь. Но в этот раз его тянуло не столько к знакомым улицам, сколько к внутренним изменениям, происходившим в сознании людей. На улицах, как и в любой крупной столице, кипела жизнь. Машины, люди, рекламные экраны и яркие огни – всё это казалось привычным. Но что-то изменилось в настроении граждан: москвичи стали более открытыми и настроенными на будущее, словно почувствовав, что их жизнь стала частью гораздо более масштабной картины. Теперь их интересовали не только текущие проблемы, но и будущие перспективы, которые открывались перед ними благодаря космическим путешествиям.

Далее Пётр направился в Дели – столицу Индии. Здесь его взгляд сразу привлекла многоголосица, царившая на улицах. В этом городе люди живут шумно и энергично, как будто для них не существует преграды между настоящим и будущим. Он заметил, что новости о космических миссиях и новейших технологиях проникли в каждую клеточку общества, и для индийцев возможность полёта в космос стала чем-то обыденным, вполне доступным и даже желанным. Конечно, их жизнь не была лишена тяжёлых реалий, но именно возможность расширения горизонтов и путешествий по Солнечной системе освещала их дни. Особенно это было заметно среди молодежи, которая теперь с энтузиазмом записывалась в космические академии, стремясь попасть в тот новый мир, где не было границ для развития.

Завершающим аккордом стало посещение Лондона. Казалось бы, именно этот город должен напомнить ему о старых традициях и чёткости ритма жизни. Однако Лондон встретил Петра необычно. Несмотря на своё великолепие, пустынные улицы и ощущение тишины создавали странное впечатление, будто жители города вдруг исчезли. Однако это было не так – люди не исчезли, они просто в это время работали. Пётр заглянул в один из ресторанов, чтобы выпить чашку чая и побеседовать с местными. Бармен оказался интересным собеседником и, вскользь упомянув, что мечтает открыть бар на космической станции, услышал от Петра:

– Не знаю, куда обратиться, – сказал бармен, скептически пожав плечами.

Пётр задумался на мгновение, а затем выудил из кармана карточку с контактами и, передавая её, сказал:

– Не переживай. Вот номер телефона. Позвони, и твоя мечта станет реальностью.

Бармен с сомнением в голосе поблагодарил и пообещал попробовать. Однако Пётр знал, что маловероятно, чтобы его собеседник по-настоящему поверил в это. Но через несколько дней ему поступил звонок от того самого бармена. Тот был поражён, узнав, что Пётр действительно связался с нужными людьми, и теперь его мечта начала материализовываться. Он собирался отправиться на космическую базу, которая находилась в планетарной системе Урана, и открыть там свой бар. Это было невероятно. Лондон – этот мегаполис с его вековыми традициями – вдруг оказался готов начать новую жизнь – жизнь в космосе.

Смотря на происходящее вокруг, Пётр с удивлением понял, что перемены уже стали не просто возможными, а неизбежными. Люди уже осознавали свои возможности и начинали мечтать о новых горизонтах. Однако, несмотря на этот оптимизм, он понимал, что процесс ещё не завершён. Нужно продолжать работать, помогать людям поверить в своё будущее и ускорить этот процесс. Космос был не просто новым горизонтом, он был вызовом, который требовал усилий и энергии, чтобы люди наконец поняли, что их место там – среди звёзд.

Не теряя времени, Пётр вернулся в ЦБУ, где его уже ожидали. Успехи были очевидны, но впереди ещё было много работы. Сегодняшний день наполнил его уверенностью: несмотря на все трудности и сомнения, человечество было готово к большим переменам. И Пётр знал, что его работа только начиналась. С каждым шагом они приближались к великому будущему.

Вдохновлённый, он принялся готовиться к совещанию с командующими флотами, зная, что все эти люди, с которыми ему предстоит встретиться, будут готовы двигаться вперёд, несмотря на все преграды.

Как только командующие собрались в зале совещаний, Пётр позвонил Верочке и Медми, пригласив их поучаствовать в этом важном мероприятии. Он хотел, чтобы они стали не просто наблюдателями, но активными участниками, внося свой вклад в стратегические решения. Вошли вместе, и атмосфера сразу изменилась. Пётр почувствовал, как невидимая связь с ними – его людьми – наполнила комнату энергией. Он приветственно улыбнулся и, не теряя времени, уселся за круглый стол. Медми по правую руку, Верочка по левую, а Амазонка, как всегда, сидела напротив, словно воплощение логики и анализа.

Пётр сделал небольшую паузу, оглядывая присутствующих, и начал:

– Рад вас всех видеть в этой новой обстановке. Мы встречаемся в новых условиях и реалиях, – сказал он уверенным голосом, в котором чувствовалась внутренняя сила и забота.

– Вы стали не просто командующими, вы стали людьми, которые прошли через огонь и воду, видели и пережили то, что для многих казалось невозможным. Теперь вы – настоящие воины, испытанные в боях, и я горжусь тем, что могу работать с вами.

Сделав паузу, он обвёл взглядом собравшихся, чувствуя, как напряжение, порой сдерживаемое, начинает рассеиваться.

– Флот адмирала Святодуха, флот Земли, показали себя с лучшей стороны. Их действия во время боёв были чётко скоординированы, командующий действовал как часы, а усилия флота привели к победе. Вы все сделали невероятное, и каждый из вас заслуживает восхищения, – продолжил Пётр, набрав воздуха, ощущая почти осязаемую энергию признательности в комнате.

– Флоты адмиралов Виноградова, Сочина, Святодуха и Перовой провели блестящую операцию по уничтожению флота вторжения. Это было не просто сражение, это был урок, который мы не забудем. Мы увидели, что можем стоять за свои рубежи.

В зале в виде голограмм также присутствовали командующие передового рубежа – Айгуль, Джай, Бокин, Смирнов и, конечно, Адлат. Она смотрела на Петра с голограммы, и в её взгляде было что-то неуловимо напряжённое. Она не могла понять, почему Пётр не упомянул о её работе, не поблагодарил её командующих за огромный вклад, внесённый в защиту Солнечной системы. Внутри неё вспыхнуло чувство неудовлетворённости, но она оставалась спокойной и собранной, продолжая наблюдать за происходящим.

Пётр сосредоточенно смотрел на командующих и, как будто прочитав её мысли, продолжил:

– Мы бы не сидели здесь и не обсуждали бы эти вопросы, если бы не самоотверженность флотов передового рубежа под командованием Адлат Зариповой, – его голос стал низким, проникновенным и уверенным. – Спасибо, Адлат, ты спасла Солнечную систему. И вам, командующие – Айгуль, Бокин, Смирнов, Джай. Ваши усилия ослабили врага, но его сила была слишком велика, и он прорвался. Остальную работу доделали флоты внутреннего периметра.

Адлат почувствовала, как напряжение немного ослабло. Она в который раз напоминала себе, что в эти моменты главное – работать на будущее, а не на славу. Она кивнула, но в её глазах всё равно оставался какой-то вызов, молчаливое ожидание.

Тон Петра стал серьёзнее, тяжелее:

– Мы победили, но какой ценой, командующие? Какой ценой? – его голос стал более хриплым, и в нём прозвучал болезненный вопрос, который мучил его и всю команду. – Цена слишком высока: потери кораблей, невообразимая нагрузка на командиров и экипажи, напряжение на пределе человеческих и технических возможностей… А всё это – в битве с малочисленным флотом Чкинов, флотом разведки… Такое сражение нельзя назвать полноценным, скорее бой с врагом, который показал нам слабые места. Мы столкнулись с тем, что наша система и наши войска не были готовы к такому масштабу.

Он встал, чувствуя, как кровь бурлит в его жилах. Пётр сделал паузу, давая всем собравшимся осознать важность момента.

– Нам есть над чем работать, – его слова прозвучали тяжело, как приговор. – Мы должны усвоить этот урок. Мы победили, но цена слишком высока, и мы не можем позволить себе такую роскошь в будущем. Нужно улучшать всё – от стратегического планирования до снабжения и подготовки личного состава.

Айгуль, сидя на своём месте, крепко сжала руки. Её мысли скользнули по всем тем мгновениям, когда она и её подчинённые находились на грани. Но она тоже понимала, что Пётр прав – победа не может быть единственным результатом. Она взглянула на Бокина, который, казалось, не сдерживал внутреннего гнева. Его лицо было напряжено, но он понимал, что сейчас не время для эмоций.

Джай молча кивнул, его глаза были полны тяжёлых размышлений. В его команде были потеряны десятки кораблей, и в каждой из раненых и убитых экипажей он видел не просто цифры, а судьбы людей. Смирнов смотрел в пустоту; его взгляд был сфокусирован на чем-то глубоком, будто пытаясь осмыслить не только произошедшее, но и то, как это повлияет на их будущее.

– Мы все сейчас находимся на распутье. Важно, чтобы каждый из нас, несмотря на личные потери, работал ради общей цели. Это не только вопрос военных действий. Мы должны быть готовы не только к войне, но и к миру. Нам нужно усилить нашу оборону, модернизировать флоты, подготовить людей и ресурсы для долгосрочной борьбы. Пора делать следующий шаг.

Медми, сидящий рядом с Петром, заметил, как все замерли в ожидании продолжения. Это была критическая точка, момент, когда решались не только военные задачи, но и будущее всей планеты.

– Мы должны идти в бой с уверенностью, что это будет наша последняя битва, – сказал Пётр с решимостью. – Мы не можем позволить себе быть слабыми.

Амазонка, сидящая напротив, присоединилась к его словам, как всегда хладнокровно и точно:

– Мы не позволим себе ошибку. Система в опасности, и мы все должны быть готовы к изменениям. Без этого не выживем.

Её слова прозвучали твёрдо. Казалось, не было таких врагов, которых она не могла бы победить, и её уверенность была заразительна.

От избытка чувств и патриотизма Пётр встал и, глядя на своих командующих, ощутил прилив сил. Он закончил речь с некоторой патетикой:

– Я верю в вас. Мы выйдем из этого, потому что мы едины. Мы не сдадимся. Мы будем бороться до конца.

Пётр серьёзно посмотрел на командующих, его взгляд стал твёрдым и решительным.

– Сейчас мы стоим перед новым вызовом. Та атака, которая была совершена Чкинами, стала для нас своего рода учебным полигоном. Она показала наши слабые места, показала, что мы не беззащитны, а также то, что нам ещё есть, куда расти. Это был первый, но далеко не последний удар. Я не могу точно сказать, сколько времени нам даётся до настоящей атаки. Может, месяц. Может, год. Может быть, десять лет. Но мы должны быть готовы.

В комнате повисла тишина. Все понимали – Пётр говорил не просто о войне, он говорил о будущем, которое они все должны строить вместе.

– Мы должны быть готовыми к любой ситуации, к любой угрозе, – продолжил Пётр, его голос стал более решительным, подчеркивая важность каждого слова. – Мы не можем позволить себе расслабиться, потому что если мы дадим врагу хоть малейшую брешь, эта брешь может стать катастрофой.

Он взглянул на Медми, на Амазонку, на Верочку – они были его основной опорой.

– Именно сейчас мы должны все сделать всё для победы в будущем. У нас есть план, разработанный начальником штаба адмиралом Рыбкиной, и теперь нам нужно воплотить его в жизнь. Время пришло.

Пётр замолчал, и на мгновение в зале воцарилась тишина. Каждое его слово находило отклик в сердцах собравшихся. Все понимали важность момента. Они были готовы работать, готовы действовать и уже чувствовали это.

– Теперь, – продолжил Пётр, – будем действовать с удвоенной энергией, с готовностью и решимостью. Нам не нужно ждать, чтобы враг снова напал. Мы сами должны быть теми, кто приведёт этот бой к победному завершению. Я верю в каждого из вас.

Собравшиеся за столом обменялись взглядами, и в их глазах зажглась решимость. Это было не просто совещание – это было начало новой эры, эры, когда каждый был готов не только защищать, но и атаковать.

На этой высокой ноте Пётр завершил своё выступление, извинившись за многословие, но командующие поняли его послание. Теперь Пётр приготовился послушать выступления командующих.

Первой взяла слово начальник штаба, адмирал Рыбкина. Она стояла, уверенно глядя на присутствующих, и начинала свою речь с того, что всегда отличало её, чёткость, решительность и глубокое понимание ситуации.

– Главнокомандующий прав, – начала она, – как говорится в старой русской пословице: «Готовь сани летом, а телегу зимой». Так и у нас: время для подготовки не терпит промедлений. Мы начали разработку стратегического плана для предстоящей битвы с флотами Чкинов.

Она сделала паузу, поглядывая на коллег, чтобы убедиться, что каждый из них усваивает её слова, а затем продолжила:

– В общих чертах план таков: мы будем группировать наши флоты на передовом рубеже для решающей битвы, но, как ни парадоксально, готовим второй рубеж обороны на случай прорыва. Бои могут быть непредсказуемыми, и нам нужно будет действовать быстро и эффективно в любых условиях. Второй рубеж обороны включает в себя создание подвижных и скрытных позиций, что позволит нам при необходимости маневрировать и держать врага под огнём.

Отдельно стоит отметить особую ответственность, которая ложится на командующего флотом Святодуха в связи с укреплением обороны планеты Земля. Мы не можем позволить себе ослабление этого рубежа – Земля должна быть защищена любой ценой.

Передовой рубеж будет возглавлять командующая сектором – Адлат Зарипова. Она – опытный стратег, и её действия на передовом рубеже будут решающими.

Затем она перешла к следующей части плана:

– Второй рубеж будет под командованием объединённого флота адмирала Виноградова. Его задача – максимально быстро реагировать на прорывы, сдерживать агрессора и не давать ему времени на манёвры. Важно понимать, что сила этого рубежа – не только в количестве кораблей, но и в их мобильности и способности адаптироваться к любым обстоятельствам.

Рыбкина сделала ещё одну паузу, давая всем осознать значимость её слов, прежде чем добавить:

– Не могу не отметить усиленную работу по оснащению флотов и кораблей новыми системами вооружения, которые, безусловно, помогут нам не только остановить врага, но и разгромить его. Наши учёные, инженеры и конструкторы трудятся на полную мощность, чтобы создать оружие, которое не просто поможет выиграть бой, но и даст нам решающее превосходство на поле боя. Мы уже получили первую партию новых лазеров, а также системы для создания защитных полей, которые могут стать решающим фактором в борьбе с мощными атакующими силами Чкинов, – голос Рыбкиной стал ещё более решительным и уверенным.

– Нам предстоит битва, которую никто из нас не вел, но мы её выиграем, потому что готовимся, не жалея времени на подготовку. Мы сделаем всё, чтобы гарантировать нашу победу.

С этими словами она замолчала и оглядела собравшихся, давая каждому время воспринять всю важность сказанного. Пётр посмотрел на её уверенное лицо и проговорил:

– Мы сделаем это, командующие, – произнёс он, встав с места, – мы отстоим нашу свободу и наше будущее.

Следующим выступила командующая сектором – Адлат. Её голос звучал твёрдо и уверенно.

– Командующие, – начала она, – мне и моим флотам пришлось больше, чем другим, сражаться с разведывательным флотом Чкинов. Но давайте говорить честно – все дифирамбы, которые вы здесь друг другу поёте, гроша ломаного не стоят. Мы победили не благодаря каким-то светлым стратегиям или тщательным расчётам. Мы победили вопреки всем ожиданиям и законам логики.

Она сделала паузу; командующие возмущённо загомонолили, но, успокоившись, Адлат продолжила:

– Чкины превосходили нас по огневой мощи многократно. Их флот был на порядок сильнее, их технологии – более совершённые. Но, несмотря на это, мы их победили. И победили не потому, что наши корабли были лучше или наши пилоты умнее. Нет. Мы победили потому, что, несмотря на все наши недостатки, мы – люди. Мы не стали следовать привычным стратегиям, не стали опираться только на статистику. Мы действовали интуитивно, отчаянно, мы боролись до последней капли крови.

Она взглянула на Петра и, немного помедлив, добавила:

– Победили мы только благодаря нашему главнокомандующему. Он не сидел в штабе, а лично пилотировал флагман «Клинок Хроноса». Он сам пошёл в разведку, в самое пекло, и принял неравный бой. Он не просто принял бой, он выиграл его. Он показал нам, что значит быть лидером, а не просто командующим. И мы победили, потому что главнокомандующий – это не просто имя на бумаге, а настоящий командир, который не боится вступить в бой, когда все другие говорят, что это невозможно.

Её слова были как молот, не оставляя ни одного сомнения в том, что именно Пётр стал тем, кто привёл их к победе. Но тут Пётр, почувствовав, что Адлат слишком близко подошла к раскрытию подробностей прошедшей битвы, прервал её, чтобы не дать раскрыть лишних деталей.

– Адлат, – сказал он, чуть наклонившись вперёд, – не стоит углубляться в эти подробности. Мы все знаем, сколько вы сделали, и я благодарен вам за вашу самоотверженность. Но сейчас не время для воспоминаний. Мы должны смотреть в будущее, а не оглядываться на то, что было.

Адлат взглянула на него с лёгким недовольством, но кивнула, понимая, что Пётр прав. Она замолчала, но её взгляд всё ещё оставался твёрдым и полным уважения к нему. Она знала, что за этим строгим командованием скрывается огромная забота о всех и готовность вести их к победе, несмотря на любые сложности.

Пётр, почувствовав атмосферу, продолжил:

– Благодарю, Адлат. Мы все знаем, что вашу стойкость невозможно переоценить. Мы победили не благодаря обстоятельствам, а благодаря вам и вашим экипажам. Нам нужно извлечь уроки из этого сражения и готовиться к следующему.

Следующим выступил командующий Виноградов, человек с холодным, расчётливым взглядом, который всегда видел ситуацию гораздо шире, чем остальные. Его слова были весомы, как каменные плитки, и в них скрывалась не менее весомая тяжесть опыта.

– Поддерживаю командующую Зарипову, – начал он, его голос звучал твёрдо, без намёка на сомнение, – нужно работать не покладая рук. В разгроме флота Чкинов прежде всего заслуга Адлат и её флотов. И не забывайте, друзья, что мы готовились к этому бою в виртуальном пространстве. Это был замечательный полигон, который позволил нам выдержать первый удар. Но этого мало. Нужно продолжать тренировки с учётом новых вводных.

Слово взял командующий Смирнов, его голос проникался отчётливым напряжением. Его зона ответственности – центральная база на орбите Урана, и он знал, о чём говорил.

– Командующие, бой оказался намного сложнее, чем мы ожидали. Надо отметить, что наш Главнокомандующий принял решение, которое в итоге спасло нас. Он сам решил вопрос с флотом разведки Чкинов, и мы сражались с теми, кто… оказался не тем, кем мы думали. Вы все знаете, о чём я. Все эти обманки, разведывательные флоты, – он вздохнул, как будто снова ощущая тяжесть этого сражения, – зачем они всё это сделали? Почему нужно было ставить нас перед такой жестокой игрой? Ну да ладно… если это делалось, значит, это необходимо.

Он сделал паузу и перевёл взгляд на командующих, как будто пытаясь вчитываться в их реакции. Но его следующие слова были ещё более тревожными:

– А настоящий флот Чкинов сейчас припаркован на орбитах Плутона и Нептуна, – добавил он, и его слова повисли в воздухе, как угроза, способная обрушиться в любой момент.

Верочка, сидящая по левую руку Петра, слегка напряглась. Она была слишком умной, чтобы не понять, что настоящая угроза ещё впереди. И вот теперь её голос звонко пронзил напряжённую тишину:

– Верно, командующий. Но даже с этим «обманом» пришлось повозиться. И представьте себе, что будет, когда их флот увеличится в десятки, сотни раз. Мы столкнёмся с таким численным превосходством, что нам будет трудно найти слабое место.

Смирнов кивнул в ответ, в его глазах отражалась та же тревога. Верочка продолжила:

– Стратегия этой битвы – не просто оборона, не просто защита планет и систем. Нет, мы бьёмся за гораздо большее – за право жить в этом пространстве. И в этой борьбе мы не одни. У нас есть союзники, о которых пока не стоит говорить. Но поверьте, когда придёт время, вы все об этом узнаете.

Пётр сделал небольшую паузу, его глаза внимательно скользили по лицам командующих, наблюдая за их реакциями. Тишина в зале казалась ощутимой. Он чувствовал, что настал момент, когда они должны не просто обсуждать сложные аспекты военной стратегии, но и смотреть в будущее с уверенностью, что смогут справиться с любыми вызовами, ожидающими впереди. Сегодня, как никогда, это было важно.

– Друзья, – сказал он, стараясь придать голосу твердость, – эта операция стала возможной только благодаря самоотверженности и профессионализму каждого из вас. Спасибо командующей Адлат, Айгуль, Джай, Бокин, Смирнову, Маслову и многим другим, чьи имена мы сегодня не упоминаем. Это действительно было командное усилие, и мы можем гордиться достигнутыми результатами.

Он сделал паузу, чтобы дать почувствовать значимость их работы, затем продолжил:

– Нам удалось обнаружить базы Иджи с гравитационным межпланетным оружием. Эти базы постепенно реанимируются, но людей не хватает, не хватает командующих, и, что более важно, ресурсы ограничены. Поэтому нужно помочь. И я уверен, что мы можем рассчитывать на каждого из вас, но для начала нужно укрепить передовую линию обороны. Для этого я назначаю нового командующего передовым рубежом Солнечной системы, который расположен между Нептуном и Плутоном. Это будет особый участок, и я уверен, что мы сможем сделать его неприступным.

Зал замер. Все чувствовали, что сейчас будет сделано важное назначение. Пётр перевёл взгляд с одного лица на другое, его голос становился всё более решительным.

– Это назначение важно, потому что нам нужно укрепить не только физические позиции, но и стратегический потенциал на всей границе нашей звёздной системы. И я без малейших сомнений назначаю командующим этого рубежа человека, которому доверяю беззаветно и на которого могу полагаться в любой ситуации. Этот человек —Арест Юрьевич Медми.

Пётр сделал паузу. Он видел, как на лицах командующих мелькнула заинтересованность и, возможно, удивление. Тишина заполнила пространство, каждый пытался осмыслить услышанное. Верочка, сидящая рядом с Петром, догадалась, кто будет назначен. Она спокойно взглянула на Медми, её глаза были спокойными, но в них сквозила тонкая искра понимания. Амазонка, напротив, сидела и оставалась абсолютно беспристрастной, как всегда.

Медми, который не ожидал такого поворота событий, слегка растерялся. Он бросил взгляд на Амазонку, как бы ища в её лице поддержки. Та не выразила ни малейшей эмоции, словно не замечая его взора. Медми поднялся из-за стола, и вся его поза выдавала не только внезапность назначения, но и необходимость принять на себя тяжесть этого нового вызова. Все взоры теперь устремились на него. Он выпрямился, лицо его стало серьёзным и сосредоточенным.

– Благодарю, Главнокомандующий, – произнёс он голосом, в котором сквозил лёгкий оттенок неожиданности. – Я приму на себя этот ответственный пост и сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить нашу звёздную систему.

Его слова звучали уверенно, но внутри он испытывал смешанные чувства. Это была большая честь и большая ответственность. Принять на себя командование столь важным участком – не просто шаг вперёд, это вызов всему его опыту и знаниям. Он знал, что это не только новое стратегическое назначение, но и новый этап в его жизни.

Пётр кивнул в знак согласия и благодарности.

– Я уверен в тебе, Арест, – сказал он, его голос стал теплее обычного, в нём звучала искренность и признание заслуг Медми. – Теперь твоя задача – создать защиту, которую невозможно пробить. И пусть твой опыт и лидерские качества приведут нас к победе.

Медми вернулся на своё место, его глаза уже не искали поддержки – они наполнились решимостью. Амазонка, сидящая напротив, казалась не замечающей этого момента.

На этом совещание закончилось. Солнечная система готовилась встречать новые вызовы, а Медми, на чьи плечи ложилась новая ответственность, знал, что не подведёт тех, кто ему доверил.

## Глава 3

Предводитель Туумон, величественный и безмолвный, парил в звездном секторе. Его энергетические рецепторы, мощные и всепроникающие, скользили по бескрайним просторам космоса. Наконец он нашёл то, что искал – спиралевидную галактику, полную ярких звёзд, туманностей и различных миров. Остальные звездные просторы казались лишь фоном для более важной задачи – того, что происходило в соседнем секторе, где расположена вражеская цивилизация Ава.

Туумон замер. Этот звездный район он тщательно отслеживал на предмет обнаружения местоположения стаи Ава, но, увы, рассмотреть ничего не удалось – обнаружить стаю тоже не удалось, и это вызывало тревогу. Он пытался найти хоть малейший след, но никаких следов просто не было. Даже несмотря на свои силы, он не мог их обнаружить, но точно знал, что они там.

Перед его сознанием, словно перед глазами, снова загорелись карты звездных систем. Он остановился на маленькой звездной системе, расположенной в середине этого безбрежного космоса. Печально известная тёмная точка – планета, контролируемая Человеком. Это слово у Туумона вызвало раздражение. Человек… Как понять его? Это существо не укладывалось в его теории и представления о существовании. Он попытался представить его, но вся картина разрушалась, стоило ему только углубиться в размышления. По тем отрывкам, которые он смог собрать из воспоминаний Уюла и Калунды, картинка складывалась, но была размытой и недостаточно информативной.

Как можно объяснить, что эти существа занимают такую важную роль в многомерной картине вселенной? Они не были энергией, они не были ни Озами, ни Ава. Для Туумона такая ситуация казалась похожей на ошибку, которая затмевала его чёткое восприятие галактики.

«Как могут эти твари, эти существа, выживать и развиваться, в то время как их биологическая форма, да и вообще структура, противоречит всему, что существует в этой вселенной?» – думал он. Продолжая наблюдать за тем, как вращается галактика. Туумон терялся в своих раздумьях, пытаясь понять этот факт.

Неожиданно он ощутил неуверенность, не свойственную ему раньше. Неопасная, но беспокойная – мысль преследовала его. С этим существом, с этим Человеком – возможно, придётся сражаться!

Туумон продолжал парить в вакууме, окружённый выбросами межзвёздной материи, его сознание было поглощено созерцанием вселенной, а его существо пульсировало вместе с ней в ритме вечности, впрочем. Он ощущал бескрайние океаны энергии, каждый атом, каждый нейтрон, каждый фотон света был понятен. Это его дом, его природа. Но вот этот сектор, этот уголок вселенной, этот маленький кусочек пространства, где крутилась планета Человека, заставлял его сомневаться.

Он почувствовал, как его сознание потянуло его за собой, и в нём всплыли воспоминания Калунды – сцены сражений. Он видел, как флот Чкинов был повержен, уничтожён этими существами. Невероятно – но они смогли это сделать. Туумон понял, что это не просто странное совпадение, а нечто большее. Человек, по сути, обладал свойствами Озов.

Этот факт поражал его, вызывая в его сущности раздражение. «Как он мог быть таким, как они? Как он мог обладать их мощью и способностью аккумулировать свою энергию? Человек не был «истинной» сущностью, как Ава, не был чистой энергией, как Озы, – он был неким эклектичным сочетанием этих сил, и в этом было что-то пугающее».

И вот тут Туумон почувствовал, как его уверенность начинает подтачиваться. Он знал, что все сущности, с которыми он сталкивался раньше, были частью того самого единого потока – системы, управляемой универсальными законами. Но Человек… он был чем-то иным, исключением из общих правил.

«Что, если Человек действительно может контролировать свою сущность и перенаправлять её силы так, как это делаю я?» – он ощущал, как эта мысль проникает в его сознание. «Что, если его энергия и способности не ограничены просто биологической оболочкой, как я думал? Что, если они, на самом деле, могут противостоять мне, противостоять Озам?»

Он ощутил тревогу, ранее чуждую его сознанию. Туумон был готов ко многим вещам, но Человек не укладывался в эту схему. Он вдруг осознал и подумал:

«Что, если нам действительно придётся сражаться с Человеком?» – и, хотя он знал, что готов к борьбе с любой сущностью, даже самой мощной, тем не менее сомневался, что сможет предсказать её ход. Человек был чем-то новым, неизвестным. И это неизвестное было тем, что могло разрушить его уверенность в себе и в универсуме, который он всегда считал своим.

Облако плазмы, которое окружало Туумона, дрогнуло от возмущения. Невероятная мысль, которую он только что прогнал через своё сознание, продолжала крутиться, вызывая сомнения.

Туумон пролетел сектор, разминаясь и пронизывая стаю своей энергией, чтобы определиться со своими сомнениями, а также вызвал Ищущую Беналин. Время, которое он потратил на размышления, стоило того, чтобы спросить её – одну из самых умных и хладнокровных в стае. Она сразу ухватила суть проблемы и ответила ясно и точно.

– Что тебя тревожит, Предводитель? – её мысли казались ровными и сдержанными, но Туумон знал, что Беналин чувствует его тревогу, ведь она не смогла полностью скрыть тонкую нотку насторожённости.

– Проблема одна. Человек, – его мысль звучала натянуто, как струна. – Что говорят Ищущие о его сущности?

Беналин давно анализировала всю информацию, касающуюся Человека, понимая, что предводитель однажды задаст ей такой вопрос, поэтому подготовилась и ответила без паузы.

– Странная проблема, предводитель, которой раньше вообще не было. Стоит отметить, что она появилась одновременно с гибелью нашего доблестного разведчика Уюла и его отряда.

Туумон на мгновение остановился, внимая Беналин. Он понял, что она тоже видит связь прошлых событий.

– В чём ты видишь связь, Беналин? – он спросил, ведь сам не анализировал ситуацию в этом ключе.

– На такой вывод меня навели совпадения последнего времени и, конечно, послание самого Уюла, – начала она, не спеша. – Именно он передал нам данные о Человеке. Именно с ним бился Уюл, именно ему он поставил маячок и вживил трансформационный кластер. По сути, он должен был стать очень похожим на Оза.

Туумон почувствовал, как его мысли взорвались, его сознание метнулось в другую сторону. Он понял, куда ведёт её анализ, но не был готов к такому выводу.

– Но не стал, – продолжала Беналин, словно прочитав его мысли. – Он не стал полноценным Озом, но стал чем-то гораздо более сложным, – она сделала паузу, чтобы Туумон оценил и проанализировал её вывод, – Он стал полиморфом и контролирует составляющую Оза. И это очень опасно, Предводитель. Он может считывать наше сознание и уже считал всё, что знала Калунда. Контакт с ним опасен.

Туумон почувствовал, как его сознание начинает терять равновесие. Его внутренние каналы энергии колебались, его разум искал опору, но в нём было лишь пространство, полное неопределённости.

– Что же получается, Беналин? Человек – это биологическое существо с сознанием Оза? – Туумон ощутил, как его мысли вырываются из него, и он почти не верил в то, что сам произнёс.

– Скорее всего, да, – ответила она с холодной точностью. – Та мешанина сознания, которую мы считали из сознания Калунды, предполагает, что в его сознании есть ещё что-то. То, что понять невозможно. Какая-то энергия. Может быть, Уюл нас предупреждал, имея в виду именно это.

– Мы не знаем, что он имел в виду, – тяжело сказал Туумон. – Но одно совершенно ясно: один Человек, каким бы он сильным ни был, не представляет для нас проблемы. Наша главная забота – Ава. Мы слишком много внимания уделяем Человеку, забывая о настоящей угрозе.

– Ты прав, Предводитель, – ответила Беналин с уважением в голосе. – Но что делать, если Человек всё же обладает сознанием, силой, которые способны противостоять нам?

Туумон на мгновение задумался. Слишком много вопросов. Слишком мало ответов. Он чувствовал, как его энергия колеблется, как тревога сжимает его сознание.

– Может направить стаю Озов и уничтожить Человека? – предложил он с явной настороженностью в голосе.

– Можно, – ответила Беналин, но её мысль немного напряглась, – но если там Ава, то они уничтожат стаю, не оставив ей никаких шансов на победу.

Туумон погрузил свою сущность в размышления. Он знал, что это будет не просто ещё одна битва.

– Любая война требует жертв, и эта не исключение, – его мысль отражала решимость. – Если Ава посчитают Человека угрозой, то нападут на нас и демаскируют себя. Мы всё поймём и атакуем сектор всеми силами, выявив позиции Ава.

– Хорошее решение, предводитель. Думаю, мы усилим эффект и атакуем одновременно с флотом Чкинов. Стая ударит в момент приближения флота к системе и не даст Человеку взять его под контроль. Мы уничтожим и цивилизацию, и Человека. А, возможно, вскроем позиции Ава.

Предводитель согласился, чувствуя, что план хорош.

– Готовь операцию вторжения.

– Ты, как всегда, гениален, Предводитель, – ответила она, и в её голосе звучало уважение. – Да прибудет с тобой победа.

## Глава 4

Калунда чувствовала себя «опустошённой». Ищущие обследовали её сознание до последнего кванта – в прямом смысле этого слова. Но даже не это лишало её позитива, а ментальный удар Человека. Удар не был смертельным, но нанесён в тот момент, когда она к нему не была готова. Итогом стали длительное восстановление и обязательное обследование Ищущих. Что они нашли? К каким выводам пришли? Ей этого не сообщалось. Но сама она ощущала следы присутствия Человека в своём сознании. Он увидел не всё, но многое. Это было крайне неприятно. А что она увидела? Что поняла?

Калунда сосредоточилась, как будто «прислушиваясь» к себе, и шаг за шагом восстановила весь контакт. Тот самый момент, когда Человек вошёл в её сознание. Она замедлила своё внутреннее время, прокручивая каждый фрагмент взаимодействия с болезненной тщательностью. Вот он проникает в её сознание. Он двигался быстро, уверенно, словно знал, что делает. Калунда уловила касание своих рецепторов. Стоп. Она замерла, словно хищник, который только что обнаружил добычу, и начала анализировать его сознание.

Самоанализ показывал, что Человек не прост. Она нашла ключик – то, чего не смогли обнаружить даже Ищущие. Человек обладал несколькими слоями сознания. Первое, что она определила, – это молодое и неокрепшее сознание Оза. Оно было поверхностным, почти примитивным, лишённым глубины. Калунда быстро оценила его и перешла дальше. Второй слой – биологическое сознание. Обычное человеческое сознание, со своими страхами, желаниями и воспоминаниями. Ничего особо интересного – это заняло у неё лишь долю мгновения. Но вот третье…

Третье сознание оказалось мощным, глубоким, словно огромный, неизведанный океан. Она попыталась прикоснуться к нему, углубиться, но натолкнулась на невидимую преграду. Это сознание оказалось слишком сложным, слишком чуждым. Калунда чувствовала, что оно не принадлежит полностью Человеку, но как-то связано с ним. Возможно, это и было той загадкой, которую Ищущие так стремились разгадать. Но, прежде чем она смогла проникнуть глубже, контакт оборвался. Её сознание словно отбросило её назад, и контакт прекратился.

Калунда тихо выдохнула, вернувшись в реальность. Теперь у неё было достаточно данных, чтобы сделать выводы. Человек не был таким опасным, как предупреждал разведчик Уюл. Да, он был силён, но не неуязвим. Главное – его слабости стали чуть более понятными. Это давало ей не только ощущение контроля, но и своего рода удовлетворение. Она знала, что сможет использовать эти знания в будущем, если вновь придётся вступить в схватку с Человеком. Теперь ему не будет так легко.

От размышлений отвлёк контакт с Туумоном. Его присутствие в её сознании ощущалось как мощный, но одновременно спокойный поток энергии, проникающий глубоко внутрь её ментального пространства. Это было похоже на всплеск древней, неизмеримой силы, которая одновременно могла разрушать и созидать. Калунда мгновенно сосредоточилась, ощущая, как напряжение покидает её тело, заменяясь необходимостью сконцентрироваться на новом разговоре или поручении. Присутствие Туумона всегда приносило с собой смесь благоговения и вызова.

– Калунда, ты восстановилась? – спросил Туумон, его голос был твёрдым и уверенным, но в нём ощущалась нотка заботы. Это было необычно для предводителя, сущности, привыкшей к абсолютному контролю и хладнокровной решимости.

– Да, предводитель, я вновь готова вступить в борьбу, – ответила Калунда твёрдо, но внутри всё ещё эхом отдавались последствия ментального удара Человека. Этот удар был столь мощным, что даже её развитое сознание некоторое время приходило в себя. Она ощущала невидимые шрамы, оставленные этим столкновением.

– Хорошо, что ты помнишь? – спросил Туумон, внимательно наблюдая за её реакцией. Его мысль была, как ледяной клинок – безэмоциональный, но пронизывающий до глубины души.

– Я помню момент контакта и то, как Человек вошёл в моё сознание. Проанализировав контакт, я пришла к выводу, что у него есть неокрепшее сознание Оза – почти пустое, биологическое сознание, существующее лишь короткий промежуток времени, и ещё одно, очень мощное сознание, которое я до конца не смогла исследовать, – ответила Калунда, её мысли всё ещё блуждали вокруг загадочного третьего уровня сознания Человека. Это сознание казалось одновременно древним и чуждым, как будто оно принадлежало иной реальности.

Туумон с любопытством прикоснулся к её сознанию, погружаясь в детали того, о чём она говорила. Образы её контакта с Человеком развернулись перед ним, как калейдоскоп. Он увидел силу, которая исходила от третьего сознания, и ощутил её природу – нечто, что он не мог полностью понять. Его мысль скользнула к Ищущим, которые ранее не зафиксировали подобных отклонений. Почему? Их аналитические способности были безупречны, но что-то явно ускользнуло от их внимания.

– Если так, то получается, что Человек уязвим и не так силён, как предупреждал Уюл? – уточнил он, надеясь получить чёткий ответ.

– Сказать определённо нельзя. Удар, который он нанес мне, был ощутимым, но в бою такой удар не составило бы труда парировать, – объяснила Калунда, размышляя о своём недавнем контакте с Человеком. Её разум всё ещё обрабатывал информацию о том, насколько сильным оказался противник. Она ощущала, что это сознание было защитным механизмом, и в нём скрывалась огромная мощь.

– Тем не менее, он победил Уюла. А Уюл, отнюдь, не слабее тебя. – Продолжил Туумон, стараясь понять всю сложность ситуации.

– Верно. Весь секрет в третьем сознании, которое я не успела полностью исследовать, – напомнила Калунда. Она понимала, что разгадка этого уровня сознания может изменить понимание силы и уязвимостей Человека. Более того, она начала подозревать, что это сознание может быть связано с чем-то, выходящим за пределы их текущего понимания.

Туумон ненадолго замолчал, его разум бурлил от множества идей. Затем он заговорил с явной решимостью:

– Ладно, я подумаю над этим. Теперь о главном. Я поручаю тебе организовать полномасштабное вторжение Чкинов в систему Человека. Вторжение осуществишь под прикрытием стаи Озов. Стая предотвратит возможность Человека взять Чкинов под контроль. Твоя задача – уничтожить Человека вместе с его звездной системой. Чкины уничтожают биологический вид людей, а Озы – всё остальное.

Его слова звучали, как приговор, лишённый эмоций. Калунда ощутила прилив адреналина. Это задание будет непростым, но она верила в своё мастерство и силу.

– Блестящий план, я уверена в успехе. Разрешите приступить к выполнению? – ответила Калунда, ощущая прилив уверенности. Её опыт и интуиция подсказывали, что этот план имеет все шансы на успех, несмотря на риски.

Туумон холодно разрешил:

– Приступай и помни, что всё не так просто. В секторе могут находиться Ава, и тогда бой будет нелёгким. Мы не успеем прийти на помощь. Если обнаружишь Ава, сразу сообщи мне. Я немедленно атакую их всеми силами.

Эти слова заставили Калунду напрячься. Присутствие Ава означало бы катастрофу, но она знала, что Туумон, несмотря на свою хладнокровность, никогда не оставляет своих подчинённых без поддержки.

– Исполню, предводитель, – уверенно заключила Калунда, готовясь к выполнению поручённого задания. В её сознании уже формировались первые шаги плана. Она начала думать о том, как настроить стаю Озов так, чтобы они могли не только защитить Чкинов, но и эффективно разрушить ключевые узлы сопротивления Человека.

Её ментальное пространство наполнилось стратегиями, алгоритмами и картами. Она знала, что от её действий зависит исход предстоящей операции.

## Глава 6

На планете Ктолон среди старейшин царила напряжённая атмосфера ожидания результатов рейда командующего Тека. Холодные ветра свистели вокруг древних ледяных построек, отражая тусклый свет двойной звезды и создавая завораживающие узоры на поверхности планеты. Старейшины, облачённые в величественные мантии из сверкающего инея, собрались в центре огромной ледяной крепости, а их мысли выражали смесь тревоги и надежды.

Командующий Тек не просто повёл флот в битву; он возглавил разведывательную экспедицию, отправившуюся в самое сердце неизведанных космических пространств. Вместе с ним отправилась космическая станция, оборудованная передовыми технологиями. Эта комбинация флота и станции представляла собой мощную силу, способную сокрушить любого врага, стоящего на пути цивилизации.

Старейшина совета, Йт, уже был осведомлён о судьбе флота и боевой станции. Командующий Тек сообщил ему об итогах миссии через члена совета Ента, который непосредственно отвечал за проведение рейда. Ент, обладая глубокими знаниями тактики и стратегии, быстро передал информацию Йту. Теперь настало время информировать всех старейшин о результатах операции.

Йт задумчиво посмотрел на собравшихся старейшин, их глаза сияли ледяным блеском, отражая суровость и мудрость поколений. Он поднялся на специальном лифте, выполненном из прозрачного кристалла, который медленно поднимался по сверкающей стене ледяной крепости. Поднявшись на вершину, Йт вошёл в огромную пещеру, украшенную ментальными символами и древними рунами, светящимися мягким голубым светом. Старейшины встретили его с почтением, а их мысли переплетались в гармоничном хоре, создавая ощущение единства и сосредоточенности.

Йт поднял руку, подавая сигнал о готовности говорить. Мгновенно ментальные сообщения замерли, и все присутствующие сосредоточились на его мыслях. Старейшины мгновенно «превратились в слух», их мысли слились в единый поток, готовый принять важную информацию.

– Старейшины славных Чкинов нашей планеты, – мысленный голос командующего эхом разнёсся по сознаниям присутствующих. – Я собрал вас здесь, чтобы объявить судьбоносное решение. Наша цивилизация вступает в войну с цивилизацией Человеков.

Внутреннее пространство наполнилось напряжённой тишиной, нарушаемой лишь мысленными импульсами, передающими серьёзность и решимость слов командующего. Старейшины, облачённые в сияющие энергетические мантии, внимательно воспринимали каждое слово, а их светящиеся глаза отражали смесь тревоги и решимости.