Константин Б
Шепот ветвей забвения

Пролог.

В тот день, когда солнце обагрило небо кровью, а земля разверзлась под ногами, содрогаясь от гнева богов, свершилось предательство, обрекшее на вечные страдания целый род. Не князь, не воевода, не колдун – простой смертный, движимый жаждой власти и верой в темные силы, заключил сделку с Тьмой, поправ древние законы, осквернив святыни предков, открыв врата для зла, которое едва не поглотило мир. И в наказание за это святотатство, за это чудовищное преступление, боги древние, разгневанные и оскорбленные, наложили на его потомков проклятие, тяготеющее над ними из поколения в поколение, словно печать вечного позора, печать тьмы, которую невозможно смыть ни слезами раскаяния, ни кровью самопожертвования.

Отныне каждый наследник рода, достигший зрелости, должен был стать вместилищем тьмы, сосудом, сдерживающим зло, бушующее внутри, стремящееся вырваться наружу, поглотить мир, обратить все живое в пепел. И чем сильнее становилась тьма, тем слабее становились ее стражи, тем тяжелее становилось бремя, тем ближе становился час, когда проклятие должно было обрушиться на мир, поглотив его во тьме хаоса и безумия. Каждый из них, рождаясь, получал в дар не жизнь, а приговор, не надежду, а проклятие, не свет, а тьму, заключенную в самой его душе, отравляющую его мысли, желания, помыслы, превращая его в живого мертвеца, в марионетку темных сил, в слугу зла, обреченного вечно бороться с самим собой, не находя покоя, не зная избавления.

Имя его не имело значения. Суть оставалась неизменной – он был хранителем и узником, палачом и жертвой, Князем Тьмы и Света, разрываемым на части вечным противостоянием двух начал, обреченным на вечную борьбу, на вечное страдание, на вечную жертву, имя которой – спасение мира от гибели. Но была ли надежда на искупление? Сможет ли кто-нибудь сломать проклятие? Или же тьма все-таки поглотит мир? Это уже другая история.

Часть I. Пробуждение Леса

Глава 1. Запах вереска и предчувствие

Эпизод 1: Знакомство с Ярославой, её бытом и жизнью в деревне.

Солнце, лениво пробившись сквозь густую пелену тумана, словно сквозь кисею, бросило первый луч на бревенчатые избы, с покосившимися крышами, покрытыми мхом, и крохотными оконцами, словно сонные глаза. В деревне Древляга, затерявшейся среди бескрайних лесов, жизнь текла неспешно, подчиняясь ритму природы. Здесь, где шепот ветвей переплетался с пением птиц, а воздух был напоен терпким запахом вереска, смешанным с влажной землей и прелыми листьями, и тонким, дразнящим ароматом лисичек, выглядывающих из-под пожухлой травы, родилась и выросла Ярослава.

Ей минуло семнадцать весен, и она была не столько красивой, сколько ладной – крепкая, с широкими плечами, привыкшими к тяжёлой работе. Кожа, тронутая загаром, золотилась на солнце, а русые волосы, заплетённые в толстую косу, спускались до пояса, храня в себе аромат трав и дыма очага. Глаза Ярославы были серыми, как утренняя дымка над рекой, но когда она улыбалась, в них вспыхивали озорные искорки. Вот и сейчас, увидев, как соседская девчушка Аленка ковыляет по дороге, Ярослава приветливо махнула ей рукой.

– Что случилось, Аленушка? – спросила она, подойдя ближе.

Девчушка всхлипнула и показала на распухшее колено.

– Упала… больно!

Ярослава осмотрела коленку, прошептала короткий заговор и сорвала листок подорожника, росшего у самой дороги.

– Не плачь, милая, сейчас приложим, и как рукой снимет. «Лес нам поможет», —сказала она, прикладывая листок к ране и перевязывая его чистой тряпицей. – Вот увидишь, завтра уже скакать будешь!

Аленка вытерла слезы и робко улыбнулась.

Ярослава жила с бабушкой Анисьей, знахаркой и повитухой, чей дом стоял на самой окраине, словно отделяя деревню от чащи. Бабушка Анисья, древняя, как сам лес, была кладезем знаний о целебных травах, заговорах и древних поверьях. Именно она научила Ярославу понимать язык леса, чувствовать его настроение и находить в нём лекарство от любой хвори.

Утро Ярославы начиналось задолго до петухов. Она просыпалась от тихого шёпота бабушки, читающей древние молитвы. Пока Анисья возилась у печи, готовя травяной отвар, Ярослава отправлялась к реке. По пути она обязательно здоровалась со старой березой, чьи ветви, словно руки, тянулись к небу. “Здравствуй, матушка Береза, – шептала она, касаясь ее коры. – Дай мне сил и мудрости на день грядущий”. Умывшись студёной водой, она приветствовала солнце поклоном и обращалась к духам природы, прося у них защиты и помощи. Сегодня, однако, в воздухе чувствовалось какое-то беспокойство. Легкий ветерок, обычно ласковый, словно пытался что-то шепнуть, но слова его были неразборчивы. И в запахе трав чувствовалась странная, едва уловимая горечь.

Вернувшись домой, Ярослава помогала бабушке по хозяйству: топила печь, доила козу, убиралась в избе. Затем они вместе отправлялись в лес. Бабушка Анисья, опираясь на резной посох, медленно шла по тропинкам, указывая на нужные травы и рассказывая об их свойствах. Ярослава внимательно слушала, запоминая каждое слово. Ее руки ловко срезали листья, выкапывали корни, собирали ягоды и грибы. В ее плетеной корзинке всегда находилось место для чего-нибудь полезного.

Деревенские жители уважали Анисью и побаивались её. Знали, что она может и вылечить, и навредить, если разозлить её. К Ярославе же относились доброжелательно. Она помогала им в поле, присматривала за детьми, лечила скотину. В её руках любая работа спорилась, а сердце было открыто для сострадания.

По вечерам, когда солнце садилось за горизонт, Ярослава садилась у окна и плела венки из полевых цветов. Она любила слушать сказки, которые рассказывала бабушка, истории о лесных духах, о древних богах и героях. Иногда, под мерное потрескивание лучины, ей казалось, что она сама – часть этих сказок, что её жизнь – не просто череда будней, а нечто большее, таинственное и неизведанное.

После ужина, убрав со стола, девушки выходили на крыльцо подышать свежим воздухом.

– Бабушка, а правда, что лес живой? – спросила Ярослава, запрокинув голову к звёздному небу.

– Живой, внученька, живой. Он дышит, чувствует, слышит. Только не всякому дураку лес сказки сказывает, а только тому, у кого сердце чуткое да душа чистая, – ответила Анисья, гладя внучку по голове. – Не каждому он открывает свои тайны.

И Ярослава старалась слушать. Она прислушивалась к шелесту листьев, пению птиц, жужжанию насекомых. И ей казалось, что она слышит не просто звуки, а голоса. Голоса, которые рассказывают ей о прошлом, настоящем и будущем. Но сегодня, в этих голосах слышалась тревога, словно лес предчувствовал беду.

Эпизод 2: Странные сны и предчувствия Ярославы.

Ночь опустилась на Древлягу мягкой, бархатной пеленой, укутав землю в тишину и мрак. В домах давно погасли огни, лишь редкие звёзды мерцали в тёмном небе, словно осколки разбитого зеркала. В избе Анисьи и Ярославы тоже было тихо, лишь потрескивали поленья в печи, да за стеной сонно вздыхал старый кот Баюн.

Ярослава лежала в своей кровати, укрывшись домотканым одеялом, вышитым красными петухами, и пыталась уснуть. Но сон не шёл. В голове роились мысли, навеянные странными предчувствиями. День выдался неспокойным, и тревога, поселившаяся в её сердце, не отступала. Ей казалось, что в лесу происходит что-то неладное, что древние силы пришли в движение.

Наконец, сон сморил её, но это был не спокойный, умиротворяющий сон, а тягучий, беспокойный кошмар. Ей снилось, будто она идёт по тёмному, незнакомому лесу. Деревья вокруг неё высокие, мрачные, с переплетёнными ветвями, словно костлявые пальцы. Под ногами хлюпает болотная жижа, а в воздухе висит густой, удушающий запах гнили. Она пытается идти быстрее, но ноги вязнут в трясине, а тьма сгущается вокруг неё, словно голодный зверь.

Вдруг, впереди, она видит свет. Слабый, мерцающий огонёк, словно далёкая звезда. Она изо всех сил тянется к нему, надеясь на спасение. Но чем ближе она подходит, тем страшнее становится лес. Появляются странные тени, из-под земли тянутся корявые руки, а в кустах слышится злобное шипение.

И вот, она уже совсем близко к свету. Но когда она подходит, видит, что это не огонёк, а горящие глаза. Глаза огромного, чёрного волка. Он смотрит на неё в упор, и в его взгляде Ярослава видит нечто ужасное, древнее, непостижимое. Волк оскаливает клыки и рычит, готовясь к прыжку. Ярослава хочет закричать, но не может издать ни звука. Ноги приросли к земле, и она понимает, что ей некуда бежать.

В этот момент она просыпается в холодном поту. Сердце бешено колотится в груди, дыхание сбилось. Она садится в кровати и смотрит в тёмное окно. В лесу по-прежнему тихо, но она чувствует, что волк из её сна где-то рядом, что он наблюдает за ней.

“Что это было?” – прошептала она, дрожа от страха.

Она попыталась успокоиться, вспомнить что-нибудь хорошее. Вспомнила летний день, когда они с бабушкой собирали землянику на опушке леса. Вспомнила, как Аленка, та самая девчушка с разбитой коленкой, подарила ей венок из ромашек. Но воспоминания не приносили облегчения. Страх, поселившийся в её сердце, был сильнее.

Ярослава встала с кровати и подошла к окну. Луна, полная и яркая, висела в небе, освещая деревню серебристым светом. Всё казалось мирным и спокойным, но Ярослава знала, что это лишь обман. Она чувствовала, что зло уже близко, что оно подкрадывается к Древляге, словно хищный зверь.

Её взгляд упал на лес, тёмный и молчаливый. Ей показалось, что она видит там тени, которые движутся между деревьями. Она присмотрелась внимательнее, но тени исчезли.

“Померещилось”, – подумала она. Но что-то подсказывало ей, что это не так. Что лес пытается ей что-то сказать, предупредить о надвигающейся опасности.

Вдруг, в тишине ночи раздался вой. Долгий, тоскливый, пронзительный вой волка. Ярослава вздрогнула. Этот вой был совсем рядом, словно волк стоял прямо под её окном.

Она отступила от окна, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Она знала, что этот вой – не просто звук. Это знак. Знак того, что её жизнь больше не будет прежней. Что ей предстоит столкнуться с чем-то страшным, с чем-то, что может изменить её навсегда.

Она вернулась в кровать, но сон больше не приходил. Она лежала с открытыми глазами, слушая вой волка и гадая, что ждёт её впереди. Предчувствие беды сжимало её сердце ледяной хваткой. Ей казалось, что она стоит на пороге чего-то ужасного, что тьма уже близко и готова поглотить её мир. И она чувствовала себя маленькой и беззащитной перед лицом надвигающейся опасности. За окном же, лес молчал, храня свои тайны. И только луна, свидетельница многих столетий, равнодушно взирала на спящую деревню, не выдавая ни единого знака.

Эпизод 3: Появление князя Велеслава в окрестностях.

Следующее утро, словно выкованное из свинца, навалилось на Древлягу. Солнце, будто и вовсе забыв о своих обязанностях, пряталось за плотной завесой облаков, отчего и без того неяркие краски деревни поблекли, словно старая вышивка. И без того тихую жизнь села всколыхнула весть, пронёсшаяся шёпотом из избы в избу, словно осенний ветер по оголённым ветвям: в заброшенном поместье на краю леса поселился князь. Велеслав, так его называли. Князь! В Древляге, где дальше волостного писаря и не видывали господ, это звучало как гром среди ясного неба.

Бабки, как вороньё на плетне, загалдели, перемывая косточки новому поселенцу, припоминая старые сказки о князьях-оборотнях и проклятых родах. Мужики хмурили брови, исподволь поглядывая в сторону леса – не к добру, мол, княжеский глаз в их скромном хозяйстве. Девки же, краснея и переглядываясь, мечтали одним глазком взглянуть на знатного гостя, представляя его себе то ли молодцем писаным, то ли чудищем рогатым – всё едино, заморское диво!

Ярослава, услышав эту новость от пробегавшей мимо Аленки, почувствовала, как неприятный холодок заползает под кожу. Ей вспомнился вчерашний кошмар – чёрный волк с горящими глазами и тягучий страх, сковавший тело. Лес, обычно щедрый на звуки, притих, словно затаился в ожидании беды. Бабушка Анисья, услышав про князя, лишь покачала головой, её лицо, изборождённое морщинами, словно высохшая земля трещинами, стало ещё суровее.

“Не к добру, Яросветушка, не к добру, когда в наши земли чужак приходит, да еще и князь, – проскрипела она, словно старая дверь. – Знать, не просто так его нелёгкая сюда занесла.” “А что ж плохого, бабушка? – ответила Ярослава, стараясь не выказывать волнения. – Может, человек хороший, помощи ищет.” Анисья посмотрела на внучку долгим, испытующим взглядом, словно видела её насквозь. “Хороший человек в заброшенном поместье не поселится. Место там гиблое, нечистое. Не зря его стороной обходят.” Не успела Ярослава ответить, как в дверь постучали. На пороге стоял Гришка, кузнецов сын, запыхавшийся и испуганный. “Ярослава! Бабушка Анисья дома? Беда у нас, беда!” “Что стряслось, Гришенька?” – обеспокоенно спросила Ярослава. “У Петра корова заболела! Всю ночь мычала, билась, а сейчас совсем слегла. Говорят, то все от этого… от князя!” Ярослава ахнула, предчувствие беды сжало сердце. “Покажи, Гриша, – сказала она решительно. – Сейчас посмотрим.” В хлеву у Петра стоял тяжёлый, удушливый запах. Корова лежала на боку, тяжело дыша, её глаза закатились, а тело била дрожь. Марья, жена Петра, причитала, словно по покойнику. “Ох, кормилица наша, ох, что ж с тобой сталось? За что ж нам такое горе!” Ярослава осмотрела корову, коснулась её горячего лба. Сердце её ёкнуло – не просто болезнь, а порча, злой умысел. Она почувствовала это нутром, словно лезвие ножа коснулось её кожи. “Тише, Марья, тише, – успокоила ее Ярослава. – Постараюсь помочь.” Она попросила Гришку принести воды и тряпок, а сама стала доставать из своей котомки травы и коренья. Анисья молча помогала внучке, напевая тихую, древнюю молитву. Ярослава развела костёр, над которым поставила котелок с водой и травами. В воздухе поплыл горьковатый, терпкий запах. Она шептала над котелком заговоры, призывая силы природы на помощь.

Вдруг Ярослава почувствовала, как кто-то смотрит на нее. Она подняла глаза и увидела в дверях князя Велеслава. Он стоял, облокотившись на косяк, и наблюдал за происходящим. Его лицо, бледное, как лунный свет, казалось высеченным из камня. Глаза, тёмные и холодные, словно омуты, не выражали ничего, кроме равнодушия. Ярославу словно током прошило – она узнала его, того самого волка из её кошмара. Страх сковал её, не давая пошевелиться. “Что здесь происходит?” – произнес Велеслав, его голос был тихим, но в нём чувствовалась властная сила. Анисья, не поднимая головы, продолжала напевать свою молитву. Ярослава же молчала, не в силах вымолвить ни слова. “Порча здесь, князь”, – наконец, произнесла Анисья, глядя на Велеслава исподлобья. – “Твоих рук дело?” Велеслав усмехнулся, его глаза сверкнули недобрым огнём. “Я здесь ни при чём, старуха. Я лишь наблюдаю.” Ярослава продолжала свою работу, стараясь не обращать внимания на князя. Она чувствовала, как его присутствие сковывает её, лишает сил. Но она знала, что должна помочь корове, должна противостоять тьме, которая надвигается на их деревню. Закончив с отваром, она напоила им корову, продолжая шептать заговоры. Через некоторое время корова немного оживилась, перестала биться в судорогах. “Уходи, князь, – сказала Анисья, обращаясь к Велеславу. – Не место тебе здесь. Не тревожь то, что спит.” “А что спит?” – усмехнулся Велеслав. – “И почему я должен уходить?” “Потому что ты принесёшь беду в наши земли. Потому что ты разбудишь древнее зло, которое погубит всё живое. Уходи, пока не поздно!” Велеслав подошёл ближе к Ярославе, его взгляд прожигал её насквозь. “Ты боишься меня, травница? Чувствуешь мою силу?” Ярослава молчала, не отрывая взгляда от коровы. “Не бойся, – прошептал Велеслав, наклонившись к её уху. – Я тебе ещё пригожусь.” С этими словами он развернулся и вышел из хлева. Ярослава проводила его взглядом, чувствуя, как по её телу пробегает дрожь. Когда князь скрылся из виду, Анисья вздохнула и сказала: “Он опасен, Яросветушка. Очень опасен. Но ты должна быть сильной. Ты должна защитить нашу землю.” “Как, бабушка? Я не знаю, как!” – отчаянно воскликнула Ярослава. Анисья взяла её за руку и повела из хлева. “Я тебе помогу, внученька. Я расскажу тебе всё, что знаю. Я научу тебя управлять своей силой. Но помни, что выбор всегда остаётся за тобой. И ты должна быть готова к тому, что тебе придётся пожертвовать всем ради спасения мира.” Ночь над Древлягой опустилась тяжёлая, тревожная. Звёзды спрятались за тучами, а лес молчал, словно затаился в ожидании бури. И только в избе Анисьи горел огонёк, освещая лица бабушки и внучки, готовых к борьбе с надвигающейся тьмой.

Глава 2. Тень на Солнце

Эпизод 1: Первое столкновение Ярославы и Велеслава.

Солнце, обычно щедрое на тепло, сегодня словно скупилось на лучи, спрятавшись за пеленой серых туч. Деревня Древляга замерла в тревожном ожидании, словно зверь, притаившийся перед прыжком. После визита князя Велеслава в воздухе повисло напряжение, ощутимое, как тугая тетива лука. Жители перешептывались, поглядывая в сторону поместья, словно боясь произнести имя князя вслух.

Ярослава, несмотря на охвативший её страх, чувствовала непреодолимое любопытство. Ей хотелось понять, что за человек этот Велеслав, почему его появление вызвало такую тревогу в лесу и почему её сны стали такими беспокойными. Она знала, что бабушка Анисья не одобрит её любопытства, но не могла противиться зову сердца.

Утром, под предлогом сбора трав, Ярослава отправилась в сторону поместья. Лес встретил её настороженным молчанием. Птицы не пели, ветер не шелестел листвой, словно всё живое затаилось, чувствуя приближение чего-то зловещего. Ярослава шла по тропинке, стараясь не шуметь, прислушиваясь к каждому звуку.

Поместье встретило её угрюмым величием. Обветшалые стены, покрытые мхом, покосившиеся ворота, заросший бурьяном двор – всё говорило о запустении и забытости. В окнах зияла темнота, словно глазницы мёртвого великана. Ярослава, помедлив, толкнула калитку, и та со скрипом отворилась, словно приветствуя незваную гостью.

Она вошла во двор, оглядываясь по сторонам. Тишина давила на уши, словно ватой заложили. Вдруг, она услышала звук шагов. Тяжёлые, размеренные шаги приближались со стороны дома. Ярослава замерла за старой яблоней, стараясь остаться незамеченной.

Из дверей дома вышел князь Велеслав. Он был одет в чёрный плащ, скрывающий его фигуру, и его лицо казалось ещё бледнее, чем вчера. Он остановился посреди двора, оглядываясь по сторонам, словно чувствуя чьё-то присутствие.

Ярослава, затаив дыхание, наблюдала за ним. Ей хотелось рассмотреть его лицо, понять, что скрывается в его глазах. Но Велеслав был непроницаем, словно каменная статуя.

Вдруг, он резко повернул голову в её сторону. Его взгляд, пронзительный и холодный, словно лезвие ножа, устремился прямо на Ярославу. Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он увидел её.

“Что ты здесь делаешь?” – спросил Велеслав, его голос звучал ровно и бесстрастно, но в нём чувствовалась скрытая угроза.

Ярослава, собравшись с духом, вышла из-за яблони. “Я… я собирала травы”, – ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза.

“Травы здесь не растут, травница”, – усмехнулся Велеслав, его глаза сузились. “Ты лжёшь”.

Ярослава почувствовала, как краска заливает её лицо. Она не ожидала, что он так быстро разоблачит её ложь. “Я… я хотела посмотреть на вас”, – призналась она, опустив голову. “В деревне все говорят о вас”.

Велеслав подошёл к ней ближе, его взгляд прожигал её насквозь. “И что же они говорят?”

“Говорят, что вы… странный”, – прошептала Ярослава, стараясь не выдать своего страха. “Что вы принесли в нашу деревню беду”.

Велеслав остановился в шаге от неё. “Беду? Это интересно”, – произнес он, его голос стал тише. “А ты сама как думаешь, травница? Я принёс беду?”

Ярослава подняла голову и посмотрела ему в глаза. В них она увидела не только холод и отстранённость, но и что-то ещё. Что-то, похожее на боль и печаль. “Я не знаю”, – ответила она, искренне. “Но я чувствую, что что-то не так. Лес молчит, птицы не поют… А мне снятся кошмары”.

Велеслав молчал, пристально глядя на неё. Ярославе казалось, что он пытается заглянуть ей в душу, прочитать её мысли. “Кошмары, говоришь?” – наконец произнес он, его голос стал мягче. “А что ты видишь в своих кошмарах?”

Ярослава рассказала ему о своём сне, о тёмном лесе, о горящих глазах волка. Велеслав слушал её внимательно, не перебивая. Когда она закончила, он произнес: “Твои сны – это предупреждение, Ярослава. В нашем мире пробуждаются тёмные силы. И тебе предстоит сыграть в этом не последнюю роль”.

Ярослава вздрогнула. “Я? Почему я?”

Велеслав улыбнулся, но в его улыбке не было тепла. “Потому что ты связана с лесом, травница. Ты чувствуешь его боль, слышишь его голоса. И ты – единственная, кто может остановить надвигающуюся тьму”.

“Но я… я всего лишь простая травница”, – растерянно прошептала Ярослава. “Что я могу сделать?”

“Ты сильнее, чем думаешь, Ярослава”, – ответил Велеслав, его голос звучал ободряюще. “В тебе течёт кровь древних славянских богов. И в тебе пробуждается сила, способная противостоять тьме”.

Он подошёл к ней совсем близко и взял её руку в свою. Ярослава почувствовала, как по её телу пробежала дрожь. Рука Велеслава была холодной, как лёд, но в то же время она чувствовала от него какую-то странную, притягательную силу.

“Я помогу тебе, Ярослава”, – прошептал Велеслав, глядя ей прямо в глаза. “Я научу тебя управлять своей силой. И вместе мы сможем остановить тьму, которая надвигается на наш мир”.

Эпизод 2: Начало необъяснимых событий в деревне.

Слова князя Велеслава, словно зерна, упавшие в плодородную почву, начали прорастать в сердце Ярославы, переплетаясь с её собственными, смутными предчувствиями. “Кровь древних славянских богов… сила, способная противостоять тьме…” Неужели это правда? Неужели в ней, простой травнице, и впрямь дремлет такая мощь? “Что… что происходит?” – прошептала она, чувствуя, как зыбкая пелена накрывает привычный мир, превращая его в подобие отражения в неспокойной воде.

Князь, словно прочитав ее мысли, спокойно ответил: “Тьма пробуждается, Ярослава. И она уже здесь, в Древляге. Ты почувствуешь это, как чувствуешь дыхание леса, как отличаешь шепот березы от стона сосны”. Словно в подтверждение его слов, в тот же день на Древлягу обрушилась череда странных, необъяснимых событий. Словно кто-то невидимый, злобный, наложил проклятие на землю.

Сначала коровы у всех до единой хозяек словно сговорились – молоко пропало, будто выпили его до дна какие-то злые духи. Помрачнели лица деревенских молочниц, ведь молоко – не только еда, но и источник дохода, способ хоть какую копейку заработать. Потом, словно по мановению чёрной руки, на огородах начали чахнуть посадки. Листья скручивались, вяли, словно их выпивала неведомая хворь, урожай погибал, не успев созреть.

Всполошились мужики, ведь от урожая зависела их жизнь, их сытость зимой. Они крестились, шептали молитвы, обходили свои огороды с иконами, но ничего не помогало. А к вечеру, когда солнце уже собиралось уйти за горизонт, небо над Древлягой затянулось зловещими тучами, будто кто-то разлил чернила по небесному полотну. Ничто не предвещало грозы, ни ветерка, ни раската грома, но в воздухе висело тягостное, гнетущее предчувствие беды.

Жители деревни, и без того напуганные появлением чужака-князя, начали роптать, перешёптываться, обвиняя во всём Велеслава. “Это он, окаянный, навлек на нас гнев богов! – шептала старуха Ульяна, крестясь дрожащей рукой. – Пришёл, как ворон чёрный, и принёс с собой заразу”.

Только бабушка Анисья хранила молчание, лишь изредка бросая на внучку тревожные, полные тайной печали взгляды. Ярослава, чувствуя свою ответственность, словно грех на душе, не находила себе места. Она ходила по деревне, словно неприкаянная тень, пытаясь помочь людям, но все её усилия оказывались тщетными. Травы, которые раньше всегда помогали, словно потеряли свою силу, утратили волшебную искру. Земля отказывалась рожать, скотина чахла на глазах, а люди, словно подкошенные, теряли надежду.

Под вечер, когда последние лучи солнца едва пробивались сквозь свинцовые тучи, к Ярославе прибежала заплаканная Аленка. “Ярослава, помоги! Матушке моей худо! – запричитала девочка, хватая Ярославу за подол платья. – Говорит, что-то давит на грудь, дышать не может, словно камень положили!”

Не раздумывая ни секунды, Ярослава побежала вместе с Аленкой к их избе, словно крылья выросли за спиной. Изба встретила их гнетущей тишиной и удушливым запахом болезни. Мать Аленки, Марфа, лежала на лавке, тяжело дыша и судорожно хватаясь за грудь. Лицо её было бледным, словно выбеленным полотном, покрытым липкой, холодной испариной.

Ярослава осмотрела Марфу, осторожно ощупала её запястье, пытаясь нащупать пульс. Сердце женщины билось часто, слабо, словно испуганная птица, пытающаяся вырваться из клетки. “Что с ней, Ярославушка?” – прошептала Аленка, всхлипывая и вытирая слёзы грязным подолом.

“На неё наслали болезнь, Аленушка, – ответила Ярослава, нахмурившись, – Порча это, видать. Кто-то зла Марфе пожелал. Но я постараюсь ей помочь. Не плачь, милая, мы будем бороться”. Она попросила Аленку принести воды и чистую тряпку. Затем достала из своей сумки бережно хранимые сушёные травы – зверобой, ромашку, шалфей – и принялась готовить отвар, словно совершая древний, священный ритуал.

Пока отвар заваривался на медленном огне, Ярослава шептала над ним древние заговоры, молитвы, слова, дошедшие до неё из глубины веков, прося духов природы о помощи, о милости, о исцелении. Когда отвар был готов, Ярослава, осторожно поддерживая Марфу, дала ей несколько глотков. Женщина закашлялась, словно отплёвываясь от болезни, но немного оживилась. Ярослава приложила к её груди компресс из трав, прошептав еще несколько тихих, утешительных слов.

Долго, очень долго Ярослава не отходила от Марфы, наблюдая за её состоянием, словно сторожевой пёс, охраняющий вверенную ему территорию. К утру женщине стало немного лучше, дыхание выровнялось, стало более ровным и спокойным, а на щеках проступил слабый румянец, словно робкий луч солнца пробился сквозь тучи. “Спасибо тебе, Ярослава, – прошептала Марфа, глядя на девушку с благодарностью, – Ты спасла меня, детонька. Как я тебе отплачу?”

“Не я, Марфа, а лес, – ответила Ярослава, скромно потупив взгляд, – Это он дал мне силу вылечить тебя. Это он подсказал, какие травы нужны”. Но, покидая избу Марфы и возвращаясь домой под свинцовым небом, Ярослава чувствовала не радость, а тяжёлую, сосущую тревогу. Она понимала, что болезнь Марфы – это лишь предвестник, лишь капля в море бед, обрушившихся на Древлягу. Что тьма, о которой говорил Велеслав, крепчает, словно голодный зверь, и что остановить её будет нелегко.

Ей вновь вспомнились слова князя о её связи с лесом, о крови древних богов, текущей в её жилах. Неужели это правда? Неужели она, простая травница, действительно способна противостоять этой нарастающей, всепоглощающей тьме? Она чувствовала себя маленькой, слабой, беззащитной перед лицом надвигающейся опасности, словно былинка в бушующем море.

Придя домой, она застала бабушку Анисью сидящей у печи. Старуха, сгорбившись, смотрела на пляшущие языки пламени, словно пыталась разглядеть в них ответы на мучающие её вопросы. “Что случилось, внученька?” – спросила она, не оборачиваясь, словно чувствовала присутствие Ярославы.

“В деревне беда, бабушка, – ответила Ярослава, опускаясь на лавку рядом с ней. Голос её звучал устало и надломленно. – Болезни, неурожай… Кажется, что на нас навели порчу. Люди на князя косятся”. Анисья вздохнула, тяжело, словно поднимая неподъёмную ношу. “Я знала, что так будет, – проговорила она, глядя на Ярославу с тревогой, – Князь Велеслав принёс с собой тьму. Он разбудил древнее зло. И остановить его можешь только ты”.

“Но я не знаю, как, бабушка!” – воскликнула Ярослава, отчаяние сдавило ей горло, перехватывая дыхание. – “Я всего лишь простая травница! Что я могу сделать против такой силы?”

Анисья взяла её руку в свою, её ладонь, сухая и морщинистая, словно кора старого дерева, но теплая и надежная. “Ты не простая травница, внученька, – сказала она, глядя Ярославе прямо в глаза, – В тебе течёт кровь наших предков, древних волхвов и ведуний. Ты связана с лесом, ты чувствуешь его силу. И ты должна использовать эту силу, чтобы защитить нашу деревню, защитить свой народ”.

“Но я боюсь, бабушка, – прошептала Ярослава, слезы навернулись на её глаза, – Я боюсь, что не справлюсь. Я боюсь, что тьма окажется сильнее меня”.

“Страх – это нормально, внученька, – ответила Анисья, гладя её по голове, – Страх – это признак того, что ты жива, что ты чувствуешь. Но страх не должен тебя парализовать, сковать твои действия. Ты должна быть сильной, ради себя, ради своих близких, ради нашей деревни, ради всего мира”. Она встала с лавки, опираясь на свой резной посох, и медленно подошла к старому, окованному железом сундуку, стоявшему в углу избы. Сундук был древним, словно ровесник леса, и хранил в себе множество тайн и секретов.

Открыла его скрипучую крышку и достала оттуда древний, кожаный том, перевязанный толстой, потемневшей от времени веревкой. Книга выглядела так, словно видела на своем веку многое, словно впитала в себя мудрость веков. “Это книга наших предков, внученька, – сказала она, протягивая книгу Ярославе. – В ней записаны древние знания, заговоры, рецепты, истории. Она поможет тебе понять свою силу и использовать её во благо. Читай её внимательно, в ней ты найдёшь ответы на свои вопросы”.

Эпизод 3: Пропажа человека и нарастающая тревога.

Книга в руках Ярославы казалась тяжёлой, словно хранила в себе не только слова, но и груз веков, отпечатки дум и переживаний её предков. Девушка, усевшись у окна, принялась изучать древний фолиант. Листы, пожелтевшие от времени, были исписаны старославянской вязью, понять которую без знания древних наречий было почти невозможно.

К счастью, бабушка Анисья научила внучку читать эти письмена, раскрывая перед ней сокровенные знания, сокрытые от посторонних глаз. Ярослава, поначалу, испытывала благоговейный трепет перед этой книгой, чувствуя в ней мощь и мудрость, но сейчас, когда на деревню надвигалась тьма, она видела в ней свой единственный шанс на спасение.

Часами напролёт Ярослава сидела над книгой, расшифровывая письмена, изучая заговоры и рецепты, вникая в истории, которые рассказывали её предки. Она узнала о могущественных славянских богах, о лесных духах, о злых демонах и ведьмах, способных причинить людям великий вред. Она поняла, что её связь с лесом – не просто дар, но и большая ответственность.

Она узнала, что в её роду были ведуньи и волхвы, обладавшие невероятной силой, способные исцелять и защищать, а при необходимости – и карать. Читая, Ярослава пыталась понять, как ей использовать эти знания, как бороться с надвигающейся тьмой. Она перечитывала главы, посвящённые защите от порчи и сглаза, искала рецепты целебных отваров и заговоров, способных исцелить болезни.

В книге она нашла упоминания о древних обрядах, которые могли бы помочь изгнать нечистую силу, но для их проведения требовалось особое место, особое время и особые знания. По мере того, как Ярослава углублялась в чтение, её тревога не утихала, а, наоборот, росла. Она чувствовала, что тьма, о которой говорил Велеслав, уже близко, что она подбирается к Древляге, словно хищный зверь.

И вскоре, словно предчувствуя беду, в деревне случилось страшное происшествие. Пропал кузнец Мирон, здоровенный мужик, каких поискать. Ушёл он, как обычно, на покос, да так и не вернулся. Жена его, Маланья, извелась вся, перебегала все дома, требуя помощи, но никто не мог найти и следа Мирона.

Вначале, когда кузнец пропал, деревенские думали, что он просто заблудился, заплутал, зашёл слишком далеко в лес. Но шли дни, а Мирон не возвращался. Его искали всем миром: прочёсывали лес, обыскивали берега реки, расспрашивали всех, кто мог его видеть. Никто ничего не знал. Словно Мирон растворился в воздухе, исчез, как будто его и не было вовсе.

Тревога в деревне достигла предела. Люди перестали выходить из домов после заката, запирали двери и окна на все засовы, боясь каждого шороха. Весь Древляга дрожал от страха, и этот страх, словно ледяная рука, сжимал сердца жителей.

Разговоры о князе Велеславе вспыхнули с новой силой. Люди шептались, что именно он, пришелец из тёмных земель, виновен в пропаже кузнеца, что он наслал на деревню проклятие.

Ярослава, узнав о пропаже Мирона, почувствовала, как в её сердце поселился ещё больший страх. Она знала, что просто так люди не пропадают, что за этим стоит что-то тёмное, зловещее. Она чувствовала, как нарастает напряжение, как лес сгущается вокруг Древляги, как тьма приближается всё ближе и ближе.

Она отправилась к бабушке Анисье, вся в смятении. – Бабушка, что нам делать? – взволнованно спросила Ярослава. – Мирон пропал! Все боятся!

Анисья, выслушав внучку, нахмурилась. Она уже знала, что это не просто пропажа человека, а страшное предзнаменование. – Это дело рук нечистой силы, внученька, – сказала она, глядя на Ярославу печальными глазами. – Князь Велеслав – лишь инструмент, а вот что за сила стоит за ним – это ещё предстоит узнать. Но я знаю, что нам нужно действовать быстро, иначе тьма поглотит нас всех.

– Что же нам делать? – снова спросила Ярослава, готовая на всё, чтобы помочь своим землякам. – Нужно идти в лес, – ответила Анисья, решительно взяв внучку за руку. – Нужно найти Мирона, пока он не стал жертвой тьмы. Но помни, Ярослава, лес сейчас полон опасностей, будь осторожна. Тебе придётся применить все свои знания и силу, чтобы выжить и спасти его.

И вот, вдвоём они отправились в лес, решив нести его бремя на своих хрупких плечах. Ярослава взяла с собой книгу, котомку с травами и амулетом, подаренным бабушкой. Анисья же взяла свой посох и древние знания, которые помогли ей прожить долгую и непростую жизнь.

Они шли по лесу, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому звуку. Ярослава чувствовала, как лес молчит, как он настороженно следит за ними. Воздух был наполнен тревожным напряжением, словно перед грозой. Они искали следы, пытались понять, куда мог деться Мирон. Но лес хранил свои тайны, не желая выдавать правду. Ярослава чувствовала, что кто-то следит за ними, что за ними наблюдают невидимые глаза, что они не одни в этой страшной игре.

Вдруг, Ярослава почувствовала странный запах – резкий, сладковатый, противный. Она знала этот запах – запах смерти. – Бабушка, здесь рядом что-то случилось, – сказала Ярослава, крепче сжимая руку бабушки. – Я чувствую запах смерти.

Анисья кивнула. – Да, Ярослава. Этот запах не предвещает ничего доброго. Будь осторожна.

Они шли дальше, стараясь идти по запаху. И вскоре они вышли на небольшую поляну, посреди которой стоял старый, засохший дуб. У подножия дуба лежал Мирон. Он был мёртв. Тело его было неестественно вывернуто, лицо искажено гримасой ужаса. На его шее Ярослава заметила странные отметины, словно от укусов дикого зверя. Рядом с ним валялась его коса, вся в засохшей крови.

Ярослава почувствовала, как слёзы застилают её глаза. Ей было страшно, больно, но она знала, что нельзя поддаваться панике. Надо было что-то делать.

Анисья, не произнеся ни слова, подошла к телу Мирона, опустилась на колени и стала читать над ним древнюю молитву. Ярослава, стоя рядом, чувствовала, как слова бабушки проникают в неё, успокаивают и придают сил.

Закончив молитву, Анисья поднялась и сказала: – Это не зверь сделал, Ярослава. Это дело рук нечистой силы. Она высосала из него всю жизненную энергию.

Ярослава вздрогнула. Она понимала, что бабушка права, что это только начало. – Что же нам делать, бабушка? – спросила Ярослава, с ужасом глядя на тело Мирона. – Нужно похоронить его по всем правилам, – ответила Анисья. – Чтобы его душа смогла спокойно отправиться в мир иной. А потом… потом мы должны выяснить, кто стоит за этим.

Они похоронили Мирона на опушке леса, совершив все необходимые обряды. Ярослава помнила все слова, которые говорила бабушка, и делала всё в точности, как было положено. Она почувствовала, как силы покидают её, как она устала от горя и страха. Но она понимала, что нельзя сдаваться.

Возвращаясь в деревню, они молчали. Ярослава думала о том, что ей предстоит сделать, как противостоять надвигающейся тьме. Она знала, что ей будет трудно, что её ждут опасности и испытания. Но она была готова к борьбе.

Когда они вернулись в Древлягу, их встретила страшная новость. Пропала ещё одна девушка – молодая, красивая Василиса. И страх в деревне стал поистине всеобъемлющим. Ярослава и Анисья знали, что ситуация становится критической, что тьма набирает силу, и что им нужно действовать быстро, чтобы спасти оставшихся жителей деревни. И они понимали, что теперь им предстоит сделать ещё один шаг в неизвестность, шаг навстречу опасности.

Глава 3. Шепот Древних Сил

Эпизод 1: Ярослава узнает о своих способностях.

Решение было принято. В одиночку Ярославе было не справиться с тьмой, сгущающейся над их землей. И словно отвечая на её безмолвную просьбу о помощи, к ней вызвались Лука и Степан, готовые разделить с ней все опасности грядущего пути. Лука, опытный охотник, вызвался проводить ее лесными тропами, а Степан, кузнец, поклялся защитить ее от любой нечисти, отомстив за смерть сына. И вот, объединенные общей целью и горем, они двинулись вглубь леса, навстречу неведомому, надеясь найти ответы на мучающие их вопросы и спасти Древлягу от надвигающейся гибели. Впереди мерцал свет, что-то освещало им путь…

Светящаяся сфера, окутавшая Ярославу и ее спутников, медленно гасла, словно догоравшая свеча. Ярослава, опираясь на ствол ближайшей березы, чувствовала себя измотанной, словно после тяжелой работы в поле. Сила, пробудившаяся в ней, была огромной, но и истощала она немилосердно. Лука и Степан, выбравшись из-за деревьев, с опаской поглядывали по сторонам. Лес, еще недавно бушевавший, словно обезумевший зверь, снова затих, словно ничего и не было. Но в воздухе по-прежнему висел запах гнили и смерти, напоминая о случившемся.

– Что это было? – прошептал Лука, глядя на Ярославу с благоговейным страхом. – Откуда у тебя такая сила? Ярослава, прикрыв глаза, попыталась восстановить дыхание. “Я не знаю, – ответила она, чувствуя, как в голове пульсирует боль. – Я просто… почувствовала, что должна защитить вас”.

Степан, кузнец, молча подошел к Ярославе и низко поклонился ей. В его глазах, обычно угрюмых и сердитых, сейчас читалось искреннее уважение. “Спасибо тебе, Ярослава, – произнес он хриплым голосом. – Ты спасла нас. И отомстила бы за моего Мирона, будь он жив…”

Ярослава, посмотрев на Степана, почувствовала жалость к этому сильному, но сломленному горем человеку. Она знала, что он до сих пор не может смириться со смертью сына, что боль утраты гложет его сердце. Но еще сильнее в ее сердце разгоралась тревога за пропавшую Василису.

– Мы отомстим за Мирона, Степан, – твердо сказала Ярослава, – Мы найдем того, кто убил его, и заставим заплатить за все зло, что он причинил нашей деревне. И мы найдем Василису. Я чувствую, что она еще жива, и мы обязаны ее спасти.

– Я с тобой, Ярослава, – ответил Степан, выпрямляясь. – Куда ты, туда и я. Вместе мы одолеем любую нечисть.

Ярослава вздохнула. Нужно было решить, что делать дальше. Возвращаться в деревню без Василисы она не могла, но и продолжать поиски в одиночку было слишком опасно.

– Нам нужно вернуться в Древлягу, – сказала Ярослава, обводя взглядом своих спутников. – Нужно рассказать бабушке Анисье о том, что произошло, и попросить у нее совета. Возможно, она знает, как найти Василису.

Лука и Степан согласились с ней, и они двинулись в обратный путь, стараясь не отставать друг от друга. Лес, словно извинившись за свое недавнее безумие, снова затих, укрывая их своей тишиной. Но Ярослава чувствовала, что это лишь затишье перед бурей, что тьма, разбуженная Велеславом, не отступит так просто.

По дороге в деревню Ярослава вспоминала все, что произошло с ней за последние дни. Она вспоминала свои кошмары, слова Велеслава, книгу, подаренную бабушкой Анисьей, и силу, пробудившуюся в ней. Она понимала, что ее жизнь изменилась навсегда, что она больше не сможет жить так, как прежде.

Она чувствовала, что на ее плечи легла огромная ответственность, что от ее действий зависит судьба не только ее деревни, но и всего мира. И она знала, что не имеет права на ошибку.

Когда они, наконец, добрались до Древляги, их встретила тревожная тишина. В домах не горел свет, на улицах не было ни души. Ярослава почувствовала, как сердце ее сжимается от дурного предчувствия.

– Что-то случилось, – тихо произнесла она, глядя по сторонам. – Я чувствую, что в деревне беда. Лука и Степан переглянулись, чувствуя, как страх снова заползает под кожу.

Они, настороженно двигаясь вперед, направились к избе Анисьи. Ярослава, чувствуя, как ее сердце бешено колотится в груди, толкнула дверь и вошла внутрь.

Изба встретила ее темнотой и тишиной. Ярослава, достав из сумки лучину, зажгла ее и осветила комнату.

То, что она увидела, заставило ее застыть в ужасе. Бабушка Анисья лежала на полу без сознания, а вокруг нее были разбросаны травы, книги и обереги. На лице старухи застыла гримаса ужаса, а тело била мелкая дрожь.

– Бабушка! – закричала Ярослава и бросилась к ней. – Что с тобой? Кто это сделал? Лука и Степан, войдя в избу, замерли, пораженные увиденным. Степан, опустившись на колени рядом с Ярославой, начал ощупывать пульс Анисьи.

– Она жива, – сказал он, поднимая голову. – Но она очень слаба. Что-то случилось, пока нас не было.

Ярослава, чувствуя, как слезы застилают ее глаза, обхватила бабушку руками. “Кто это сделал? – шептала она, глядя на ее лицо. – Кто посмел поднять руку на тебя?”.

Вдруг, она услышала тихий шепот. Бабушка Анисья, открыв глаза, посмотрела на Ярославу и прошептала: “Велеслав… Он забрал… силу…”

С этими словами она закрыла глаза и снова потеряла сознание. Ярослава почувствовала, как в ее сердце вспыхивает ярость. Велеслав… Он посмел напасть на ее бабушку, на ее наставницу, на самого близкого ей человека! И он еще удерживает Василису! Он заплатит за это!

– Он поплатится! – выкрикнула Ярослава, сжимая кулаки. – Я найду его и заставлю ответить за все, что он натворил! И я спасу Василису!

Она поднялась с колен, глядя на Луку и Степана с решимостью в глазах. “Мы отправляемся в поместье Велеслава, – сказала она твердым голосом. – Мы должны остановить его, пока он не причинил еще больше вреда нашей деревне. Кто со мной?”

Лука и Степан, не раздумывая ни секунды, ответили: “Мы с тобой, Ярослава!”.

И, оставив Анисью, Ярослава и мужики двинулись в поместье. Ярослава знала, что их ждет опасная битва, что Велеслав не сдастся без боя. Но она была готова ко всему. Ведь теперь у нее было не только знание и сила, но и верные друзья, готовые сражаться за нее и за свою деревню до конца. И она верила, что вместе они смогут одолеть любую тьму. И Василису она спасет!

Эпизод 2: Помощь старой знахарки и открытие древних знаний.

Убедившись, что Анисья дышит, хоть и слабо, Ярослава решительно поднялась. Ярость и решимость, бурлившие в её крови, давали силы.

– Степан, Лука, – обратилась она к мужикам, – Нужно идти. Каждая минута дорога. Велеслав не остановится, пока не добьётся своего.

Степан, нахмурившись, кивнул. В его глазах плескалась неприкрытая злоба. Лука, обычно более осторожный, сейчас тоже был настроен решительно.

– Что с бабушкой, Ярослава? – спросил он, исподволь поглядывая на лежащую на полу Анисью. – Он забрал её силу, – ответила Ярослава, стиснув зубы. – Но она выживет. Я это чувствую.

Ярослава быстро оглядела избу, пытаясь понять, что можно взять с собой. Взгляд её упал на старый сундук, из которого Анисья достала книгу. “Книга! Она нам пригодится”.

– Лука, помоги мне, – сказала Ярослава, направляясь к сундуку.

Вместе они подняли тяжелую крышку и достали древний фолиант. Ярослава бережно прижала его к груди, словно это было самое ценное сокровище на свете.

– Что это, Ярослава? – спросил Степан, глядя на книгу с любопытством. – Книга наших предков, – ответила Ярослава, – В ней хранятся знания и сила, которые помогут нам победить Велеслава.

Решив, что больше ничего полезного в избе нет, Ярослава окинула взглядом своих спутников. Лука взял свой верный лук и колчан стрел, Степан – кованый молот, которым работал в кузнице. Сама Ярослава, кроме книги, взяла с собой сумку с травами и амулет, подаренный бабушкой.

Выйдя из избы, Ярослава заперла дверь на засов. Нужно было хоть как-то защитить Анисью от незваных гостей. “Мы вернёмся, бабушка, – прошептала Ярослава, глядя на покосившиеся стены избы. – И всё будет хорошо”.

Ночь над Древлягой стояла тёмная, безлунная. Лишь изредка сквозь тучи проглядывали далёкие звёзды, словно пытаясь осветить путникам дорогу. Лес встретил их настороженным молчанием. Казалось, что деревья, словно живые существа, следят за ними, прислушиваясь к каждому шороху.

Ярослава шла впереди, уверенно ступая по тропинке. Она чувствовала, как лес провожает её, как его сила поддерживает её. В голове звучали слова из книги, заговоры и молитвы, которые она успела запомнить.

– Ярослава, куда мы идём? – спросил Лука, нарушая тишину. – Может, лучше обойти поместье стороной? Велеслав наверняка ждёт нас там. – Нет, Лука, – ответила Ярослава. – Мы должны идти прямо в поместье. Велеслав думает, что мы испугаемся и убежим. Но мы покажем ему, что жители Древляги не боятся тьмы.

– А если он силой обладает огромной? Что мы ему противопоставим? – сомневался Степан. – У нас есть книга, есть мои знания, – ответила Ярослава. – И главное – у нас есть вера. Вера в то, что мы победим зло.

Они шли молча, каждый думая о своём. Степан, наверняка, вспоминал своего сына, Лука – свою семью, Ярослава – бабушку Анисью и Василису, томящуюся в плену у Велеслава.

Вдруг, Ярослава остановилась, подняв руку.

– Что такое? – обеспокоенно спросил Лука. – Я чувствую… что-то неладное, – ответила Ярослава, глядя по сторонам. – Здесь кто-то есть.

Лука и Степан навострили слух, готовясь к бою. Вдруг, из-за деревьев выскочила старуха, одетая в лохмотья. Лицо её было испещрено морщинами, а глаза горели безумным огнём.

– Стойте! Не ходите туда! – закричала она, махая руками. – Там смерть! Там тьма!

Ярослава нахмурилась. Она чувствовала, что старуха говорит правду, что впереди их ждёт смертельная опасность.

– Кто ты? – спросила Ярослава, подходя к старухе ближе. – И что ты знаешь о Велеславе? – Я… я Агафья, – ответила старуха, запинаясь. – Я живу в лесу… Я всё вижу… Я всё знаю… Велеслав… Он слуга тьмы… Он хочет погубить мир…

– А где Василиса? – тревожно спросила Ярослава. – Он держит ее в подземелье… В самом сердце поместья… Там… ужас… Ярослава почувствовала, как сердце её сжимается от дурного предчувствия. “Мы должны спасти Василису”, – подумала она.

– Агафья, – сказала Ярослава, – Ты можешь нам помочь? Ты знаешь, как пройти в поместье незамеченными? Старуха Агафья немного поколебалась, а затем кивнула. – Я покажу вам… Тайную тропу… Но будьте осторожны… Велеслав не дремлет… Он чувствует ваше приближение… Агафья повернулась и, шурша лохмотьями, побежала в глубь леса. Ярослава, Лука и Степан, переглянувшись, последовали за ней, готовые к любым испытаниям.

Эпизод 3: Первые столкновения с нечистью.

Агафья, шурша своими лохмотьями, словно осенний лист пожухлой травой, повела Ярославу и мужиков вглубь леса. Тропа, по которой они шли, едва просматривалась в ночной темноте, петляя между старыми деревьями, словно змея. Ветви деревьев сплетались над головой, образуя мрачный свод, сквозь который едва пробивался свет звёзд. В воздухе висел густой, влажный запах прелой листвы и сырой земли.

Ярослава чувствовала, как лес настороженно следит за ними. Она слышала тихий шепот листьев, словно деревья переговаривались между собой, предупреждая о приближении незваных гостей. Земля под ногами была мягкой и податливой, словно болото, готовое поглотить тех, кто осмелится нарушить его покой.

Лука и Степан шли позади Ярославы, настороженно осматриваясь по сторонам. Лука держал наготове свой лук, готовый в любой момент выпустить стрелу в невидимого врага. Степан сжимал в руке свой кованый молот, словно черпая в нём силу и уверенность.

– Куда ты нас ведёшь, Агафья? – спросил Лука, нарушая тишину. – Долго ещё идти?

Агафья, не останавливаясь, повернула к нему своё морщинистое лицо, словно высохшее яблоко. Её глаза, горевшие безумным огнём, казались бездонными колодцами, полными тьмы и безумия.

– Скоро придём, – проскрипела она, словно старая дверь. – Нужно только пройти через проклятое место.

– Через какое проклятое место? – насторожился Степан, крепче сжимая свой молот.

– Через болото мертвецов, – ответила Агафья, усмехнувшись. – Там души грешников бродят, ищут покоя. Но покоя им там не найти.

Ярослава почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она слышала от бабушки Анисьи истории про болото мертвецов, про души заблудших, которые не могут найти дорогу в мир иной и обречены вечно скитаться во тьме, заманивая путников в трясину.

– И как же нам пройти через это болото? – спросила Ярослава, стараясь не выдать своего волнения.

– Есть один способ, – ответила Агафья, останавливаясь на краю небольшой поляны. – Нужно оставить им подношение. Тогда они нас пропустят.

– Какое подношение? – спросил Лука, нахмурив брови.

Агафья достала из-под своих лохмотьев небольшой мешочек, сделанный из грубой ткани. Развязав его, она достала оттуда несколько сушёных трав и небольшую кость, словно обглоданную зверьем.

– Травы успокоят их души, а кость накормит их голод, – ответила Агафья, глядя на мужиков безумным взглядом. – Только так мы сможем пройти через болото мертвецов.

Ярослава, не доверяя Агафье, чувствовала, что им некуда деваться. Если они хотят попасть в поместье Велеслава незамеченными, им придётся пройти через это проклятое место.

– Хорошо, – сказала Ярослава, кивнув. – Делай, что должна. Но помни, Агафья, если ты задумала нас обмануть, тебе не поздоровится.

Агафья усмехнулась, словно не испугалась угроз Ярославы. Она подошла к краю поляны и начала шептать какие-то непонятные слова, разбрасывая травы и кроша кость на землю. В воздухе поплыл странный, удушливый запах, словно запах гнили и разложения.

Вдруг, с болота, расположенного за поляной, послышались тихие стоны и вздохи. В воздухе начали появляться призрачные фигуры, словно сотканные из тумана и тьмы. Они были бледными и бесплотными, с пустыми глазницами и искажёнными гримасами ужаса на лицах.

Лука и Степан, увидев призраков, задрожали от страха. Лука выпустил стрелу в одну из фигур, но она прошла сквозь неё, не причинив никакого вреда. Степан замахнулся своим молотом на другую фигуру, но она растворилась в воздухе, словно дым.

– Не трогайте их! – закричала Агафья, не отрываясь от своего ритуала. – Они не причинят вам вреда, если вы будете вести себя тихо.

Ярослава, чувствуя, как сила леса переполняет её тело, попыталась успокоиться и сосредоточиться. Она вспомнила слова из книги, посвящённые защите от призраков и привидений. Она закрыла глаза и начала читать заговор, призывая силы света на помощь.

– Духи света, духи добра, защитите нас от тьмы и зла! Отгоните призраков проклятых, дайте нам пройти дорогой правды!

Вдруг, вокруг Ярославы, Луки и Степана возникла светящаяся сфера, словно щит, защищающий их от тёмных сил. Призраки, приблизившись к сфере, зашипели и отступили, словно обожжённые огнём.

– Идём! – скомандовала Ярослава, открыв глаза. – Быстро!

Агафья, закончив свой ритуал, побежала вперёд, словно заяц, спасающийся от охотников. Ярослава, Лука и Степан, окружённые светящейся сферой, последовали за ней, стараясь не отставать.

Болото встретило их холодом и мраком. Под ногами хлюпала болотная жижа, в которой можно было утонуть в мгновение ока. Вокруг них бродили призрачные фигуры, словно тени, пытающиеся коснуться их своими ледяными руками.

Ярослава, чувствуя, как сила покидает её, старалась поддерживать светящуюся сферу, защищающую их от призраков. Лука и Степан, дрожа от страха, шли рядом с ней, стараясь не смотреть на жутких созданий, окружавших их со всех сторон.

Вдруг, один из призраков, самый страшный и зловещий, отделился от толпы и устремился прямо на Ярославу. Его лицо было искажено гримасой ненависти и отчаяния, а из пустых глазниц сочилась чёрная слизь. Он протянул к Ярославе свои костлявые руки, словно желая задушить её.

Ярослава, не успев среагировать, почувствовала, как ледяные пальцы коснулись её лица. Холод пронзил её тело, словно тысяча иголок, лишая сил и воли.

Перед глазами Ярославы потемнело, и она почувствовала, что теряет сознание. Но в самый последний момент она вспомнила слова бабушки Анисьи: “Ты сильнее, чем думаешь, Ярослава. В тебе течёт кровь древних славянских богов. И в тебе пробуждается сила, способная противостоять тьме”.

Собрав последние силы, Ярослава выкрикнула заговор, призывая силу леса на помощь.

– Лес-батюшка, матушка-земля, дайте мне силу, дайте мне мощь! Защитите меня от зла и тьмы, помогите победить проклятых!

И в тот же миг, Ярослава почувствовала, как её тело наполняется новой, неистовой силой. Она открыла глаза, и её взгляд стал гореть ярким, зелёным пламенем. Она подняла руки, и из её ладоней вырвался поток энергии, который обрушился на призрака, словно молния с небес.

Призрак закричал от боли и отшатнулся от Ярославы, словно обожжённый огнём. Он попытался сопротивляться, но сила Ярославы была слишком велика. Поток энергии продолжал терзать его бесплотное тело, пока, наконец, он не рассыпался в прах, оставив после себя лишь небольшой клочок тумана.

Увидев это, остальные призраки зашипели и отступили, словно испугавшись силы Ярославы. Они перестали преследовать путников и растворились в болотной мгле.

Ярослава, чувствуя, как сила покидает её, опустилась на колени, тяжело дыша. Лука и Степан, поражённые увиденным, молча смотрели на неё, не в силах вымолвить ни слова.

Агафья, увидев, что призраки больше не представляют угрозы, усмехнулась и продолжила свой путь. Ярослава, с трудом поднявшись на ноги, последовала за ней, понимая, что впереди их ждёт ещё много испытаний. И что только сила, заключённая в ней, и верность её друзей помогут ей одолеть тьму и спасти Василису.

Глава 4. Князь Тьмы и Света

Эпизод 1: Раскрытие части тайны Велеслава.

Поместье встретило их мертвой тишиной. Ни единого звука, словно сама природа затаила дыхание, предчувствуя недоброе. Луна, играя в прятки за рваными клочьями туч, то озаряла бледным светом обветшалые стены, словно выставляя их напоказ, то вновь погружала во мрак, делая еще более зловещими. Ветер, пробиравшийся сквозь прогнившие рамы и трещины в стенах, выл, словно голодный волк, разнося по округе запах запустения и смерти. Запах, который щекотал ноздри, заставляя кровь стынуть в жилах.

Ярослава, сжав в озябших пальцах древнюю книгу, чувствовала, как ее окутывает липкий, парализующий страх. Это было не простое волнение, а первобытный ужас, поднимающийся из самых глубин души. В этом месте, в обители князя Велеслава, тьма ощущалась особенно сильно, не как отсутствие света, а как осязаемая субстанция, плотная, давящая, готовая в любой момент поглотить все живое.

«Здесь нечисто, – прошептала Агафья, истово перекрестившись корявой рукой. Ее голос, обычно скрипучий и уверенный, сейчас дрожал, словно осенний лист на ветру. – Чует мое старое сердце, здесь недобрый дух хозяину помогает. Не по своей воле он творит зло, а под чьим-то колдовским принуждением».

Ярослава кивнула, соглашаясь со словами старухи. Она и сама чувствовала, как сила леса, обычно щедро наполнявшая ее энергией, словно могучий поток реки, здесь иссякает, превращаясь в тонкий ручеек, едва способный пробиться сквозь толщу тьмы. Это было похоже на то, как живое существо, попавшее в тщательно расставленный капкан, беспомощно бьется в попытке освободиться.

«Агафья, скажи мне, где Василиса? – спросила Ярослава, глядя на старуху с тревогой и надеждой. Ее голос, несмотря на страх, звучал твердо и решительно. – Ты знаешь, где ее держат? Какова ее участь?»

«Знаю, касатка, знаю, – ответила Агафья, поёжившись, словно от сильного холода, хотя ночь была тихой и безветренной. – В подземелье, в самой глубине поместья. Там Велеслав творит свои черные дела. Место то гибкое, не приведи Господи никому туда попасть».

«Покажешь нам дорогу? – настаивала Ярослава, чувствуя, как в сердце разгорается пламя праведного гнева и неукротимой решимости. – Не время сейчас страшиться, нужно действовать».

Агафья немного поколебалась, словно борясь с собственными страхами, но затем, словно приняв важное решение, кивнула и, подобно призрачной тени, скользнула вдоль щербатой, увитой плющом стены поместья. Ее лохмотья шуршали, словно перебирали сухие листья, а стоптанные лапти бесшумно ступали по каменистой земле.

Ярослава, Лука и Степан, переглянувшись, последовали за ней, стараясь не издавать ни звука. Они пробирались через заросший бурьяном двор, огибая покосившиеся сараи с провалившимися крышами, зияющие черными дырами окон, и заброшенные конюшни, от которых остался лишь прогнивший остов. В воздухе витал спертый запах сырости и гнили, смешанный с терпким, незнакомым ароматом каких-то зловещих трав, от которого першило в горле и кружилась голова.

Вдруг, Агафья остановилась у старого, заброшенного колодца, заросшего мхом и оплетенного диким виноградом, словно пышным погребальным саваном.

«Здесь вход, – прошептала она, указывая костлявым пальцем на темное, зияющее отверстие в земле. – Будьте осторожны, там опасно. Велеслав поставил стражу, нечисть всякую на подмогу призвал. Без молитвы туда соваться – верная погибель».

Ярослава, нахмурившись, подошла к колодцу и заглянула внутрь. Внизу простиралась непроглядная тьма, словно бездонная пропасть, готовая поглотить любого, кто осмелится в нее спуститься. Оттуда тянуло холодом и сыростью, а в воздухе витал едва уловимый запах серы, словно предвестник адского пламени.

«Есть другой путь? – спросил Лука, с опаской поглядывая в темную бездну колодца. Его лицо, обычно румяное и добродушное, сейчас побледнело, а в глазах читался неподдельный страх. – Может, обойдем стороной? Или поищем другой лаз?»

«Нет, другого пути нет, – ответила Агафья, покачав головой, словно старая сова. – Только через колодец можно попасть в подземелье. Велеслав все ходы-выходы перекрыл, не оставил ни единой лазейки».

Ярослава вздохнула, чувствуя, как нарастает тревога. Ей совсем не нравилась эта затея, от нее веяло безысходностью и смертельной опасностью. Но времени на долгие раздумья не было. Василиса, возможно, ждала помощи, и она не могла ее подвести.

«Степан, у тебя есть веревка? – спросила Ярослава, глядя на кузнеца с надеждой. Его крепкая фигура и уверенный взгляд всегда вселяли в нее чувство спокойствия и защищенности.

Степан, молча, кивнул и достал из своей видавшей виды сумки толстую, прочную веревку, сплетенную из конского волоса. Он привязал один конец веревки к старому, корявому дубу, росшему рядом с колодцем, а другой конец, не говоря ни слова, бросил в темную, манящую своей неизвестностью бездну.

«Держитесь крепче, – сказал Степан, глядя на Ярославу с серьезным выражением лица. – Веревка крепкая, но все равно будьте осторожны. Я буду помогать вам спускаться».

Ярослава кивнула и, перекрестившись, взялась за шершавую веревку. Сердце ее бешено колотилось в груди, словно пойманная в силок птица, но страх, как ни странно, постепенно отступал, уступая место непоколебимой решимости.

«Я с тобой, Ярослава, – прошептал Лука, взяв ее за руку и крепко сжав ее пальцы. – Что бы там ни было, мы вместе. Разделим все невзгоды поровну».

Ярослава благодарно улыбнулась Луке, чувствуя, как его поддержка придает ей сил. Она перекинула веревку через плечо и, собравшись с духом, начала медленно, осторожно спускаться в колодец, словно в пасть неведомого чудовища. Степан помогал ей, осторожно спуская веревку, стараясь не дергать и не создавать лишнего шума.

А Агафья, склонившись над темным жерлом колодца, шептала древние заговоры, слова, дошедшие до нее из глубины веков, оберегающие путников от зла и призывающие на помощь добрых духов. Ее голос звучал тихо и монотонно, словно журчание ручья, но Ярослава чувствовала, как эти слова наполняют ее душу силой и уверенностью.

Внизу, во тьме, Ярославу ждали неведомые опасности, страшные испытания и, возможно, даже смерть. Но она знала, что должна пройти через все это, чтобы спасти Василису, вернуть мир в свою родную деревню и остановить князя Велеслава, слугу тьмы, чьи истинные намерения были ей еще не до конца ясны. И в этой борьбе ей помогут верные друзья, сила леса и вера в то, что добро всегда побеждает зло, как бы сильно оно ни было.

Эпизод 2: Углубление связи между Ярославой и князем.

С каждым метром, что Ярослава спускалась в колодец, тьма вокруг становилась все гуще, словно ее можно было потрогать руками. Холод пронизывал до костей, несмотря на теплую рубаху, влажный воздух обволакивал тело, словно похоронный саван. В ноздри бил запах плесени, гнили и чего-то еще, неуловимо знакомого, но оттого еще более пугающего. Запах… соблазна? Греха? Запретного знания?

В голове всплывали отрывки из старинных сказаний, рассказанных бабушкой Анисьей долгими зимними вечерами. О подземных царствах, где правят демоны и колдуны, где льются реки крови и совершаются немыслимые ритуалы. О душах грешников, навеки запертых в темных лабиринтах, ищущих избавления, но находящих лишь новые муки.

"Не бойся, Ярослава," – шептала она себе, пытаясь унять дрожь, сотрясавшую все тело. – "Ты не одна. С тобой сила леса, с тобой защита предков. Зло не властно над тобой, пока ты веришь в добро".

Но слова эти звучали неубедительно, словно жалкая попытка заглушить голос страха, настойчиво шептавшего о надвигающейся опасности. Ей казалось, что колодец – это не просто путь в подземелье, а портал в другой мир, где нет места свету и надежде.

Вдруг, веревка дернулась, словно кто-то тянул ее вниз. Ярослава вздрогнула и замерла, прислушиваясь. Тишина. Лишь ветер завывал в наверху, словно оплакивая ее судьбу.

Она продолжила спуск, осторожно перебирая руками шершавую веревку. Ей казалось, что кто-то наблюдает за ней из темноты, ощупывает взглядом, словно раздевает донага, обнажая все ее страхи и слабости.

Наконец, ноги Ярославы коснулись чего-то твердого. Земля? Камень? Она отпустила веревку и осторожно огляделась, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в кромешной тьме.

"Лука? Степан?" – прошептала она, чувствуя, как нарастает паника.

"Мы здесь, Ярослава," – ответил приглушенный голос Луки. – "Сейчас спустимся. Все хорошо?"

"Да," – ответила Ярослава, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно. – "Все в порядке. Только темно очень".

Вскоре, Лука и Степан, осторожно спускаясь по веревке, присоединились к Ярославе. Присутствие верных друзей немного успокоило ее, но тревога не отступала. Она чувствовала, что они находятся в месте, где все пропитано злом, где каждый шаг может стать последним.

"Куда дальше?" – спросил Степан, осматриваясь по сторонам. Его голос звучал глухо и напряженно.

Ярослава достала из сумки лучину и зажгла ее. Слабый огонек осветил небольшую пещеру, выдолбленную в сырой скале. На стенах пещеры виднелись странные символы, выцарапанные острым предметом. Символы, от которых веяло древней, зловещей силой.

В стене пещеры зиял узкий, темный проход, словно приглашая путников вглубь подземелья. Оттуда тянуло холодом и сыростью, а в воздухе витал тошнотворный запах серы и крови.

"Туда," – сказала Ярослава, указывая на проход. Ее голос дрожал, но в глазах горел огонь решимости. – "Агафья сказала, что Василиса в подземелье. Мы должны ее найти".

Они двинулись вперед, осторожно ступая по скользкому, неровному полу. Проход становился все уже и темнее, словно они пробирались сквозь кишки огромного, мертвого чудовища. В воздухе витал тяжелый, удушающий запах разложения, от которого кружилась голова и подступала тошнота.

Вдруг, из темноты выскочили две фигуры, одетые в черные, балахоны, скрывающие их лица. В руках они держали факелы, освещающие их злобные, искаженные лица.

"Стойте! Дальше нельзя!" – закричал один из них, его голос звучал грубо и хрипло, словно карканье ворона. – "Князь Велеслав запретил кому-либо входить в подземелье! Вы нарушили его волю!"

"Мы не боимся князя Велеслава!" – ответила Ярослава, выхватывая из сумки свой амулет, сделанный из волчьего клыка. – "Мы пришли спасти Василису! Она – наша сестра!"

Стражники злобно рассмеялись, их лица исказились в отвратительной гримасе.

"Василиса? Она уже давно принадлежит князю," – сказал один из стражников, делая шаг вперед. – "Она отдала ему свою волю, свое тело, свою душу. И вам лучше уйти отсюда, пока не поздно. Иначе вы разделите ее участь. Станете игрушками в руках князя, его рабами, его…”

Он не успел договорить. Ярослава, словно дикая кошка, бросилась на стражников, размахивая своим амулетом, словно оружием. Лука и Степан, не теряя времени, последовали за ней, готовые сражаться не на жизнь, а на смерть.

Битва была короткой, яростной и кровавой. Стражники, вооруженные острыми мечами, нападали с яростью фанатиков. Лука и Степан, защищая Ярославу, отбивали удары, нанося сокрушительные удары своими кулаками, ногами и подручными средствами.

Ярослава, используя свои знания трав и заговоров, создавала вокруг стражников завесу из дыма и зловонных испарений, сбивая их с толку и лишая сил. Она чувствовала, как сила леса наполняет ее тело, придавая ей невероятную ловкость и выносливость.

Вдруг, один из стражников, обезумев от ярости, оттолкнул Луку в сторону и схватил Ярославу за руку, сжимая ее с такой силой, что кости, казалось, хрустели. Он потащил ее в темный проход, изрыгая проклятия и угрозы.

"Ярослава!" – закричал Лука, бросаясь на помощь. Но было уже поздно. Стражник, словно демон, утащил Ярославу в темную пасть подземелья, оставив Луку и Степана в недоумении.

Лука и Степан, понимая, что Ярослава находится в смертельной опасности, без колебаний бросились вслед за стражником, надеясь спасти ее из лап князя Велеслава, чья истинная сущность начинала открываться им во всей своей отвратительной красе. Они знали, что их ждет впереди, но страх отступил перед чувством долга и верности.

Эпизод 3: Совет старейшин и решение отправить Ярославу на поиски помощи.

В ушах звенело, перед глазами плясали багровые искры. Ярослава почувствовала, как ее грубо швырнули на что-то твердое и холодное. Она попыталась пошевелиться, но руки все еще были связаны за спиной, а тело словно налилось свинцом. Где она? Что произошло?

Память возвращалась обрывками, словно кадры из страшного сна. Темный колодец. Зловещие символы на стенах пещеры. Стражники в черных балахонах. Яростная схватка. И… пронзительный взгляд, полный боли и отчаяния, мелькнувший в глазах одного из стражников, прежде чем тьма поглотила ее сознание.

Постепенно зрение прояснилось. Ярослава увидела, что находится в небольшой, темной комнате. Голые каменные стены, покрытые толстым слоем плесени, сочились влагой. В углу комнаты тускло горел факел, отбрасывая причудливые тени, словно танцующие демоны. В воздухе витал удушливый запах сырости, гнили и чего-то еще, сладковато-приторного, вызывающего тошноту.

Она попыталась встать, но тело не слушалось. Ноги словно онемели, а в голове пульсировала тупая боль. Она села, прислонившись спиной к холодной стене, и стала ждать, пытаясь собраться с мыслями и придумать, как вырваться из этой западни.

Вдруг, дверь комнаты, словно зев могилы, медленно отворилась, и в комнату вошел… князь Велеслав.

Он был одет в длинную, черную рубаху, перехваченную в поясе серебряной цепью. Его лицо, бледное, как лунный свет, казалось неживым, словно высеченным из камня. Но глаза… глаза горели странным, нездешним огнем, в котором смешались боль, отчаяние и какая-то темная, манящая сила.

«Здравствуй, Ярослава, – произнес Велеслав, его голос звучал тихо и вкрадчиво, словно шепот ночного ветра. – Я так долго ждал этой встречи».

Ярослава, глядя на Велеслава, почувствовала, как ее охватывает неконтролируемая дрожь. Ей было страшно, но в то же время… любопытно? В его взгляде она увидела не только холод и отстраненность, но и что-то еще. Что-то, похожее на призыв о помощи.

«Что тебе нужно от меня? – спросила Ярослава, стараясь, чтобы ее голос звучал твердо и уверенно. – Где Василиса? Что ты с ней сделал?»

Велеслав усмехнулся, и эта усмешка показалась Ярославе зловещей, словно предвестник беды.

«Василиса? Она в безопасности, – ответил он, делая шаг вперед. – Она выполняет свой долг. Служит высшей цели. И ты, Ярослава, тоже можешь к ней присоединиться».

«Служить какой цели? – воскликнула Ярослава, чувствуя, как ее охватывает гнев. – Служить тьме? Разрушать мир? Я никогда на это не соглашусь!»

Велеслав остановился в нескольких шагах от Ярославы и посмотрел на нее долгим, изучающим взглядом.

«Ты ошибаешься, Ярослава, – произнес он, качая головой. – Тьма – это не разрушение, а очищение. Это способ избавиться от слабости, от иллюзий, от всего, что мешает нам стать сильнее, свободнее, совершеннее».

Он сделал еще один шаг, и теперь они стояли лицом к лицу. Ярослава чувствовала исходящую от него силу, темную, манящую, словно омут, готовый затянуть ее в свою бездну.

«Я чувствую твою силу, Ярослава, – прошептал Велеслав, его голос звучал хрипло и страстно. – В тебе дремлет огромная мощь, способная изменить мир. Но ты боишься ее, ты пытаешься подавить ее. Зачем?»

Он протянул руку и коснулся ее щеки. Ярослава вздрогнула от этого прикосновения, словно ее коснулось пламя.

«Позволь мне помочь тебе, Ярослава, – прошептал Велеслав, глядя ей прямо в глаза. – Позволь мне раскрыть твой потенциал. Вместе мы станем непобедимы. Мы будем править этим миром».

Ярослава почувствовала, как ее воля слабеет, словно под гипнозом. Она понимала, что Велеслав пытается ее сломить, подчинить своей воле, но что-то в глубине ее души сопротивлялось этому.

Она вспомнила свою бабушку Анисью, ее мудрые советы, ее веру в добро. Она вспомнила Луку и Степана, своих верных друзей, готовых отдать за нее жизнь. Она вспомнила Василису, свою подругу, попавшую в беду.

И вдруг, гнев, вспыхнувший в ее сердце, словно искра, разжег пламя ненависти к Велеславу, к его лживым словам, к его темной силе.

«Я никогда тебе не поверю! – воскликнула Ярослава, отталкивая руку Велеслава. – Ты лжец и обманщик! Ты служишь тьме, и я сделаю все, чтобы остановить тебя!»

Велеслав отступил назад, его лицо исказилось в гримасе гнева.

«Ты пожалеешь об этом, Ярослава, – прорычал он, его глаза сверкнули злобой. – Ты сама навлекла на себя беду».

Он развернулся и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. Ярослава осталась одна во тьме, дрожа от страха и ненависти. Она знала, что теперь ее ждет еще более страшное испытание. Но она была готова к нему. Она была готова бороться до конца, ради себя, ради своих близких, ради всего мира.

Дверь захлопнулась, и комната погрузилась в еще более гнетущую тишину. Оставшись одна во тьме, Ярослава чувствовала, как липкий страх снова обволакивает ее, словно саван, лишая воли и сил. Слова Велеслава, его признания, его предложения смешались в ее голове с кошмарными воспоминаниями о сегодняшнем дне, с предчувствиями надвигающейся беды, создавая хаос в ее душе, не позволяя сосредоточиться, понять, что делать дальше, как вырваться из этой проклятой тюрьмы, как спасти своих друзей, как помешать князю окаянному воплотить в жизнь свои зловещие планы.

Вдруг, она почувствовала странный холод, проникающий под кожу, пронизывающий до костей, словно ветер с ледяных вершин, не щадящий ни тела, ни души. Комната закружилась перед глазами, стены словно сблизились, сдавливая ее со всех сторон, не оставляя места для дыхания. Она почувствовала, как ноги подкашиваются, тело теряет опору, и упала на пол, словно подрубленное дерево, бессильная и беспомощная.

И тогда началось… Что-то страшное, непостижимое, переходящее грани реальности и сновидения, материи и духа. Она почувствовала, как ее тело охватывает жар, сжигающий изнутри, словно пламя ада, лишающий воли и сознания. Она увидела, как на стенах комнаты появляются странные символы, выжженные на камне, словно клеймо проклятия, излучающие зловещий мрак. Она услышала голоса, шепчущие ее имя, зовущие ее в мир тьмы и забвения, обещающие власть и силу, за цену отречения от света, от любви, от самой жизни. Она почувствовала, как кто-то касается ее, словно холодные руки мертвеца, ощупывая ее тело, вытягивая из нее энергию, силу, душу.

Ее пытались сломить, подчинить своей воле, превратить в марионетку, в слугу тьмы, в оружие зла. И она почти поддалась, почувствовав, как ее сознание растворяется в темноте, как ее воля угасает, как ее душа погружается в вечный сон. Ей казалось, что конец близок, что она обречена, что тьма одержала победу, поглотив ее без остатка.

Но даже в самой глубокой тьме, в самом тяжелом отчаянии всегда остается искра надежды, маленький огонек веры, способный разгореться в пламя, разгоняющее мрак, дарующее силу для борьбы, для возрождения, для победы. И этой искрой, этим огоньком для Ярославы стало воспоминание о бабушке Анисье, ее мудрых советах, ее нежной любви, ее вере в нее, в ее силу, в ее предназначение. Она вспомнила слова древней молитвы, которую бабушка учила ее с детства, молитвы, обращенной к древней богине, матери всего сущего, хранительнице рода, заступнице женщин, дарующей силу, мудрость, защиту от зла и тьмы. Она закрыла глаза и начала шептать эту молитву, словно заклинание, словно призыв о помощи, словно крик души, достигающий самых высоких небес.

"Мать Сва, Лада-матушка, родительница мира и света! Услышь мольбу мою, дочери твоей, помоги мне в час тяжкий, избавь от тьмы и зла, даруй силу и мудрость, защити от врагов, верни надежду и веру! Во имя жизни, во имя любви, во имя рода, прошу тебя, матушка, не оставь меня!"

И в ответ на ее мольбу произошло чудо. В комнате вспыхнул яркий свет, ослепляющий и обжигающий, словно солнце, спустившееся на землю. Над Ярославой явился образ богини, прекрасный и величественный, словно воплощение самой женственности, материнской любви, небесной красоты. Лицо ее было нежным и лучезарным, словно рассветное небо, глаза – ясными и голубыми, словно чистые озера, волосы – золотыми, словно колосья пшеницы, одежда – белой, словно снег, украшенной цветами, птицами, зверями, символами жизни, плодородия, гармонии. Она протянула к Ярославе руку, и от ее прикосновения все оковы и чары тьмы рассыпались в прах, словно гнилые нитки.

"Не бойся, дочь моя," – произнесла богиня голосом, звучащим словно музыка ветра, словно шелест листьев, словно журчание ручья, нежным и утешительным, словно колыбельная, поющая мать над колыбелью дитя. – "Ты не одна. Я всегда с тобой. Я защищу тебя, Я помогу тебе, Я направлю тебя. Верь в себя, верь в свою силу, верь в свою судьбу. И ты победишь тьму, освободишь свою землю, вернешь мир и покой в свой мир."

И в этот момент Ярослава почувствовала, как в ее тело вливается неведомая сила, словно поток живительной энергии, наполняющий каждую клеточку, каждый нерв, каждую мышцу. Боль и усталость исчезли, словно их и не было, страх и отчаяние растворились в свете любви и надежды. Она почувствовала себя сильной, свободной, непобедимой, словно воплощение воли богов, готовое выполнить их священный завет, очистить мир от зла и тьмы, вернуть гармонию и справедливость. И веревка, сковывающая ее руки, вдруг ослабла, словно сама теряя силу, словно боясь удержать на своих руках ту, кто получила благословение богов.

Собрав последние силы, Ярослава рванула руками с невероятной силой. Кожаные ремни, еще минуту назад плотно обхватывающие её запястья, брызнули во все стороны обрывками кожи, словно ничтожные нити, не способные сдержать силу, рожденную из веры и гнева. Она поднялась с пола, словно выкованная из стали, взгляд ее горел ярким, зелёным светом, и она была готова принять всё, что ждёт её впереди.

Глава 5. Дорога в неизвестность

Эпизод 1: Начало путешествия Ярославы.

Комната, еще недавно пропитанная ужасом и запахом серы, теперь казалась Ярославе подобием убежища. Она стояла посреди нее, босая, с выжженными на коже символами, словно клеймом проклятия, но полная решимости. Тьма, коснувшаяся ее, не сломила, а лишь закалила, пробудила неведомые доселе силы.

Она огляделась. Взять с собой практически нечего. Лучина догорала, освещая лишь небольшой клочок пространства. Книга предков – вот главное сокровище, ее нить с прошлым, источник знаний и силы. Она прижала ее к груди, словно ребенка, и почувствовала тепло, исходящее от древних страниц.

Нужно уходить. Нужно найти Луку и Степана. И спасти Василису, пока еще не поздно. Но куда идти? Где искать помощи в этом проклятом месте?

Вдруг, Ярослава услышала тихий шепот. Словно ветер, гуляющий в трубе, прошелестел у нее над ухом. Но ветра в подземелье не было.

"Иди на север…" – прошептал голос, едва различимый. – "Там найдешь ответы…"

Ярослава вздрогнула. Кто это говорит? Духи предков? Или зловещий голос подземелья, пытающийся заманить ее в ловушку?

"Кто здесь?" – спросила она, оглядываясь по сторонам.

Тишина. Только потрескивание факела и глухие удары сердца в висках.

"На север…" – повторил голос, настойчивее и отчетливее. – "Иди к Старому Яру. Там тебя ждут…"

Старый Яр? Ярослава слышала это название от бабушки Анисьи. Древнее капище, затерянное в глухих лесах. Место силы, где до сих пор живут древние боги и духи. Место, где можно получить ответы на самые сложные вопросы.

Но дорога к Старому Яру была долгой и опасной. Она пролегала через непроходимые болота, дремучие леса, населенные дикими зверями и злыми духами. Одна она не справится.

Нужно найти Луку и Степана. Вместе они смогут преодолеть все препятствия.

Ярослава вышла из комнаты и оказалась в длинном, темном коридоре. Вдоль стен горели факелы, отбрасывая зловещие тени, словно крадущиеся чудовища. Коридор уходил вдаль, теряясь в полумраке.

Она пошла вперед, стараясь не шуметь. В ушах звенела тишина, нарушаемая лишь глухими ударами ее сердца. Ярослава чувствовала, что за ней кто-то наблюдает. Чьи-то невидимые глаза следят за каждым ее движением.

Вдруг, из темноты выскочила фигура. Высокая, худая, облаченная в черные одежды. Лица не было видно, оно скрывалось под капюшоном.

Ярослава вздрогнула и отступила назад. Это та самая фигура, которая пыталась похитить ее душу!

Фигура приблизилась к Ярославе и заговорила тихим, загробным голосом.

"Ты не уйдешь отсюда, травница. Ты принадлежишь князю. Он ждет тебя".

Ярослава, собравшись с духом, ответила:

"Я никому не принадлежу! Я свободна! И я уйду отсюда, чего бы мне это ни стоило!"

С этими словами она выхватила из-за пояса нож, подаренный ей Лукой, и бросилась на фигуру.

Фигура отшатнулась назад, словно испугавшись. Она подняла руки и из ее пальцев вырвались потоки темной энергии, словно ядовитые змеи, жаждущие вонзиться в тело Ярославы.

Ярослава увернулась от энергетических потоков и нанесла удар ножом. Но нож прошел сквозь фигуру, словно сквозь воздух.

"Ты не можешь меня убить, травница, – прошептала фигура, насмешливо. – Я – не из этого мира. Я – слуга тьмы. И я буду преследовать тебя до конца".

Фигура растворилась в воздухе, оставив после себя лишь запах серы и страха. Ярослава осталась одна в коридоре, дрожа от злости и бессилия.

Она понимала, что это только начало. Ее будут преследовать, ей будут мешать, ее будут пытаться сломить. Но она не сдастся. Она пройдет через все испытания и достигнет своей цели.

Она шла по коридору, словно одержимая, не обращая внимания на страх и усталость. Она знала, что где-то там, в этом проклятом подземелье, ее ждут Лука и Степан. И она должна их найти.

Вдруг, она услышала приглушенные голоса. Они доносились из-за толстой каменной двери, находившейся в конце коридора.

Ярослава подкралась к двери и прислушалась.

"…не знаю, что делать, Степан, – говорил один голос, который Ярослава узнала сразу. Голос Луки, дрожащий от отчаяния. – Ярославы нет, Василисы нет… Что нам теперь делать?"

"Не отчаивайся, Лука, – ответил другой голос, грубый и хриплый. Голос Степана. – Ярослава сильная. Она выберется. Мы должны ее найти".

"Но где ее искать? Это подземелье словно бездонная яма. Мы блуждаем здесь уже несколько часов и не можем найти ни выхода, ни следов Ярославы…"

Ярослава не стала больше слушать. Она со всей силы ударила ногой по двери.

"Лука! Степан! Это я!" – закричала она, надеясь, что они услышат ее голос.

За дверью воцарилась тишина. Затем послышались торопливые шаги. Дверь распахнулась, и на пороге появились Лука и Степан. Их лица были измученными и грязными, но глаза горели радостью.

"Ярослава!" – воскликнул Лука, бросаясь к ней и заключая ее в объятия. – "Ты жива! Мы так волновались!"

"Слава богам!" – прошептал Степан, вытирая слезы с лица. – "Мы думали, что ты погибла".

Ярослава обняла своих друзей, чувствуя, как на ее душу возвращается покой. Она была не одна. У нее были верные друзья, готовые разделить с ней все невзгоды. Вместе они смогут преодолеть любые препятствия.

"Я в порядке," – сказала Ярослава, отстраняясь от Луки. – "Но у нас мало времени. Нужно уходить отсюда. Велеслав готовит что-то ужасное".

"А Василиса?" – спросил Лука. – "Ты ее видела?"

Ярослава покачала головой.

"Нет. Но я знаю, что она здесь. Мы должны ее найти. И тогда – убираться из этого проклятого места".

"Куда мы пойдем?" – спросил Степан.

Ярослава посмотрела на своих друзей и уверенно ответила:

"На север. К Старому Яру. Там мы найдем ответы и силу, чтобы победить Велеслава и освободить нашу землю от тьмы".

И они, взявшись за руки, двинулись в путь, навстречу неизвестности, навстречу опасности, навстречу своей судьбе.

Эпизод 2: Встреча с первым союзником – лешим.

Воссоединившись, Ярослава, Лука и Степан бежали прочь из проклятого подземелья, словно спасаясь от самой смерти, которая, казалось, дышала им в спину. Страх гнал их вперед, но в то же время в сердце каждого теплилась надежда на спасение и верность общему делу. Они знали, что Велеслав не оставит их в покое, что он будет преследовать их до тех пор, пока не достигнет своей цели. Но они были готовы к борьбе, готовы дать отпор тьме, которая пыталась поглотить их мир.

Они пробирались по темным коридорам подземелья, словно крысы, бегущие с тонущего корабля. Каждый шорох, каждая тень заставляли их вздрагивать и настораживаться. В воздухе витал запах плесени, гнили и чего-то еще, неуловимо знакомого, но оттого еще более пугающего. Ярослава чувствовала, как ее тело покрывается мурашками, как ее волосы встают дыбом на затылке. Она ощущала присутствие чего-то зловещего, невидимого, которое следило за ними из темноты.

Наконец, они добрались до выхода из подземелья – старого, заброшенного колодца, ведущего на поверхность. Лука и Степан помогли Ярославе выбраться наверх, а затем выбрались сами. Оказавшись на свежем воздухе, они облегченно вздохнули, словно сбросили с плеч непосильную ношу. Но радость их была недолгой. Они понимали, что опасность еще не миновала, что самое сложное еще впереди.

Ночь отступала, уступая место утренним сумеркам. Лучи восходящего солнца, пробиваясь сквозь густую листву деревьев, окрашивали все вокруг в багряные тона. Лес, еще недавно казавшийся Ярославе враждебным и чужим, теперь встречал их словно старый друг. Она чувствовала, как сила леса возвращается к ней, наполняя ее энергией и уверенностью.

"Куда теперь?" – спросил Степан, оглядываясь по сторонам.

Ярослава, достав из сумки книгу предков, открыла ее на нужной странице и стала читать вслух:

"Идите на север, к Старому Яру. Дорога туда трудна и опасна. Вас ждут болота, леса и горы. Но если вы пройдете все испытания, то найдете там силу и знание, которые помогут вам победить тьму."

"Старый Яр…" – пробормотал Лука, нахмурив брови. – "Я слышал об этом месте. Говорят, там живут древние боги и духи. Но как туда добраться? Никто не знает дороги."

"Я знаю, – ответила Ярослава, закрывая книгу. – Мне во сне явился дух предка и указал путь. Мы должны идти на север, через болота и леса. Нам предстоит долгая и трудная дорога".

Они двинулись в путь, стараясь не терять друг друга из виду. Лука шел впереди, высматривая дорогу и выискивая признаки опасности. Степан шел сзади, прикрывая их тыл. Ярослава шла посередине, держа в руках книгу предков и амулет, подаренный бабушкой Анисьей.

Лес встретил их настороженным молчанием. Деревья словно замерли, прислушиваясь к их шагам. Птицы перестали петь, а звери попрятались в свои норы. Ярослава чувствовала, что они находятся под пристальным наблюдением, что за ними следят чьи-то невидимые глаза.

Вскоре они вышли к болоту. Топь простиралась перед ними словно безбрежное море, покрытое густым слоем тины и ряски. В воздухе витал удушливый запах гнили и разложения. Над болотом кружились тучи мошкары и комаров, жаждущих свежей крови.

"Ну и местечко…" – пробормотал Степан, сплевывая на землю. – "Как мы здесь пройдем? Утонем ведь, как пить дать".

"Нужно быть осторожными, – ответила Ярослава, осматривая болото. – Здесь бродят злые духи и призраки. Они могут заманить нас в трясину".

Они двинулись вперед, осторожно ступая по кочкам и корягам, стараясь не оступиться и не провалиться в трясину. Под ногами хлюпала болотная жижа, издавая неприятные звуки. В воздухе витал густой туман, ограничивающий видимость.

Вдруг, Лука остановился и поднял руку.

"Что такое?" – спросила Ярослава, насторожившись.

"Я слышу… что-то неладное, – ответил Лука, нахмурив брови. – Словно кто-то идет за нами".

Они прислушались. И действительно, из-за спины доносились тихие шаги, словно кто-то крался за ними по болоту.

"Кто там?" – крикнул Степан, сжимая в руке свой кованый молот.

В ответ – тишина. Только хлюпанье болотной жижи и жужжание комаров.

"Покажись!" – повторил Степан, готовясь к бою.

И вдруг, из тумана появилась фигура. Высокая, худая, с длинными руками и ногами. Лицо ее было скрыто под густой бородой и спутанными волосами. Одеяние ее было сделано из мха и листьев, словно она сама была частью болота.

"Кто ты?" – спросила Ярослава, выхватывая из сумки свой амулет.

Фигура молчала, приближаясь к ним медленными, крадущимися шагами. Ярослава почувствовала, как ее охватывает страх. От этой фигуры веяло чем-то зловещим и потусторонним.

"Это леший!" – прошептал Лука, его голос дрожал от страха. – "Бежим отсюда!"

Но бежать было поздно. Леший уже стоял перед ними, преграждая им путь. Он посмотрел на них своими маленькими, злыми глазками, и усмехнулся.

"Куда же вы собрались, людишки?" – прохрипел он своим скрипучим голосом. – "Разве вам не нравится в моем болоте?"

Ярослава, собравшись с духом, ответила:

"Мы не хотим тебе зла, леший. Мы просто хотим пройти через твое болото. Мы идем к Старому Яру".

Леший злобно рассмеялся, обнажив свои гнилые зубы.

"К Старому Яру? Зачем вам туда? Вы ищете силу и знание? Но у меня этого добра хватает. Я могу дать вам все, что вы хотите. Только заплатите мне за это".

"Что ты хочешь взамен?" – спросила Ярослава, насторожившись.

"Я хочу… вашу кровь, – ответил леший, облизывая свои губы. – Мне нужна ваша жизненная сила. Она придаст мне сил и молодости".

Лука и Степан, услышав слова лешего, схватились за оружие.

"Не подходи к нам, нечисть!" – закричал Степан, замахиваясь своим молотом. – "Иначе я тебе голову отшибу!"

Леший злобно усмехнулся.

"Вы думаете, что сможете меня победить? Я – хозяин этого болота! Я могу сделать с вами все, что захочу. Я могу заманить вас в трясину, превратить вас в деревья, или скормить вас своим комарам!"

Он взмахнул рукой, и вокруг Ярославы, Луки и Степана поднялся густой туман, скрывая их от глаз. Они почувствовали, как их ноги вязнут в трясине, как их окружают призрачные фигуры, шепчущие им на ухо злые слова.

Ярослава, понимая, что они попали в ловушку, достала из сумки свой амулет и стала читать заговор, призывая на помощь силы леса.

"Лес-батюшка, матушка-земля! Защитите нас от зла и нечисти! Помогите нам победить лешего и выбраться из этого проклятого болота!"

И вдруг, вокруг них вспыхнул яркий свет, рассеивающий туман и отпугивающий призраков. Леший закричал от боли и отступил назад, словно обожженный огнем.

"Что ты делаешь, девка?" – прохрипел он, глядя на Ярославу с ненавистью. – "Ты нарушила мои чары! Ты заплатишь за это!"

Он снова взмахнул рукой, и на Ярославу, Луку и Степана обрушился град камней и веток. Они увернулись от летящих снарядов и бросились в атаку на лешего.

Началась ожесточенная битва. Лука стрелял в лешего из лука, Степан бил его молотом, а Ярослава поливала его ядовитыми травами и читала заговоры. Но леший был сильным и ловким противником. Он уворачивался от их ударов, нанося свои контрудары.

Вдруг, леший схватил Ярославу за руку и потащил ее в трясину. Она закричала от ужаса и попыталась вырваться, но леший держал ее крепко.

"Прощайся с жизнью, девка!" – прохрипел он, затаскивая ее в болото. – "Теперь ты будешь служить мне!"

И в этот момент произошло нечто невероятное…

Эпизод 3: Преодоление первой опасности на пути.

Ледяная хватка болотной жижи сковала ноги, тянула вниз, в объятия вечного сна. Ярослава отчаянно барахталась, но тщетно. Леший, изрыгая злобный хохот, утягивал ее глубже в трясину, словно добычу, обреченную на гибель. В глазах потемнело, легкие обожгло от нехватки воздуха.

И в этот момент, словно молния, пронзившая тьму, Ярославу озарило воспоминание. Бабушка Анисья, склонившись над котлом с кипящим зельем, напевала старинный заговор: "Против нечисти лесной, да болотной напасти – корень папоротника силу дает, от беды защищает!"

Папоротник! Ярослава вспомнила, как прятала в кармане рубахи несколько сушеных листьев папоротника на удачу. С трудом, сквозь толщу болотной жижи, она нашарила рукой карман, нащупала хрупкий лист и, собрав последние силы, сжала его в кулаке, шепча заветные слова:

"Сила папоротника, древняя мощь! Отгони зло, прочь нечисть, даруй защиту!"

И свершилось чудо. Вокруг Ярославы вспыхнул яркий зеленый свет, от которого леший взвыл, словно раненый зверь, и отпустил ее руку. Болотная жижа, словно повинуясь невидимой силе, раздалась, позволяя Ярославе выбраться на твердую кочку.

Обессиленная, она рухнула на землю, тяжело дыша. Перед глазами все плыло, в ушах звенело. Но она знала, что нельзя терять времени. Леший еще не побежден, он жаждет мести.

Собравшись с силами, Ярослава поднялась на ноги и увидела, что Лука и Степан, словно зачарованные, стоят неподалеку, не в силах пошевелиться. Леший, словно кукловод, дергал за невидимые нити, лишая их воли.

"Не поддавайтесь ему! – закричала Ярослава, стараясь перекричать вой ветра и шепот болота. – Он лжет! Он хочет поработить вас!"

Она бросила в лешего горсть сушеных трав, выкрикивая заговор: "Зверобой – от зла, полынь – от наваждения, чертополох – от силы черной! Очистите их разум, освободите их волю!"

Травы, словно стрелы, вонзились в лешего, заставляя его взвыть от боли. Чары рассеялись, и Лука со Степаном, очнувшись, схватились за оружие.

"Спасибо, Ярослава! – воскликнул Лука, оглядываясь по сторонам. – Что это было? Я словно во сне побывал!"

"Не время говорить! – ответила Ярослава, указывая на лешего. – Нужно его остановить, пока он не натворил еще бед!"

И началась финальная битва. Ярослава, Лука и Степан, объединенные общей целью, обрушили на лешего всю свою ярость и ненависть. Лука стрелял в него из лука, целясь в глаза и сердце. Степан бил его молотом, круша кости и ломая ветви. Ярослава поливала его ядовитыми травами и читала заговоры, лишая сил и воли.

Леший отчаянно сопротивлялся, метая в них камни, ветви и комья грязи. Он выл, кричал, проклинал их, но его сила постепенно иссякала. Ярослава чувствовала, как его власть над болотом слабеет, как тьма отступает перед светом.

Вдруг, Степан, разозлившись, нанес лешему сокрушительный удар молотом по голове. Леший пошатнулся и упал в трясину, словно подрубленное дерево. Болотная жижа сомкнулась над ним, и он исчез, словно его никогда и не было.

На болоте воцарилась тишина. Только ветер продолжал выть в ветвях деревьев, словно оплакивая гибель лесного духа.

Ярослава, Лука и Степан, обессиленные, опустились на землю, тяжело дыша. Они победили, но победа далась им нелегко.

"Ну и тварь…" – пробормотал Степан, вытирая пот со лба. – "Еле справились".

"Спасибо вам, друзья, – сказала Ярослава, глядя на Луку и Степана с благодарностью. – Без вас я бы не справилась".

"Это тебе спасибо, Ярослава, – ответил Лука, обнимая ее за плечи. – Ты спасла нас. Ты – наша надежда".

Они отдохнули немного, а затем двинулись дальше, вглубь болота. Дорога была трудной и опасной, но они не сдавались. Они знали, что должны пройти через все испытания, чтобы добраться до Старого Яра и получить силу, необходимую для борьбы с тьмой.

Через несколько часов они вышли на твердую землю. Болото осталось позади, словно страшный сон. Перед ними простирался дремучий лес, манящий своей таинственностью и неизведанностью.

"Ну что, друзья, – сказала Ярослава, глядя на Луку и Степана с улыбкой. – Вперед, к новым приключениям!"

И они, взявшись за руки, шагнули в глубь леса, навстречу своей судьбе. Они не знали, что их ждет впереди, какие опасности и испытания им предстоит пройти. Но они были уверены в одном – вместе они смогут одолеть любую тьму и спасти свой мир от гибели. Путь был выбран, и отступать они не собирались. Вперед, к Старому Яру!

Глава 6. Лесные тайны

Эпизод 1: Поиски древнего капища.

Серые сумерки сгущались над древним лесом, словно зловещий саван, окутывая землю в непроглядную тьму. Деревья-великаны, словно стражи, высились по обе стороны узкой тропы, переплетая свои корявые ветви над головой, образуя мрачный свод. Лишь редкие лучи заходящего солнца пробивались сквозь этот живой полог, окрашивая мшистые стволы в багряные тона.

Ярослава, Лука и Степан углублялись в чащу, словно пловцы, ныряющие в пучину неизведанного. После победы над лешим, их сердца переполняла надежда, но в то же время их не покидало чувство тревоги. Они понимали, что болото – лишь первое препятствие на их пути, что дальше их ждут еще более серьезные испытания.

Тропа, по которой они шли, становилась все уже и извилистее, словно намеренно уводя их вглубь леса, подальше от цивилизации. Под ногами хлюпала болотная жижа, смешанная с опавшей листвой и гниющими ветками. В воздухе витал терпкий запах прелой листвы, влажной земли и чего-то еще, неуловимо знакомого, но оттого еще более пугающего. Запах древности, запах тайны, запах потустороннего мира.

"Здесь как-то не по себе," – прошептал Лука, оглядываясь по сторонам. Его голос дрожал, словно осиновый лист на ветру. – "Словно кто-то следит за нами…"

Степан, молча, сжал в руке свой кованый молот, готовясь к любой опасности. Его лицо, обычно суровое и невозмутимое, сейчас выражало тревогу и напряжение.

Ярослава, достав из сумки книгу предков, открыла ее на нужной странице и стала читать про себя:

"Чтобы найти древнее капище, нужно слушать голос леса. Он укажет путь. Но будьте осторожны, не доверяйте всем, кого встретите на своем пути. В лесу много злых духов, которые могут заманить вас в ловушку…"

Она закрыла книгу и прислушалась. В лесу царила тишина. Только ветер шелестел листвой, да где-то вдалеке ухала сова.

"Я ничего не слышу," – сказала Ярослава, нахмурив брови. – "Лес молчит".

"Может быть, мы идем не туда?" – предположил Лука.

"Нет, я чувствую, что мы на правильном пути," – ответила Ярослава, глядя на своих спутников с уверенностью. – "Просто лес испытывает нас. Он хочет проверить, достойны ли мы знания, которое ищем".

Она сделала глубокий вдох и, закрыв глаза, попыталась сосредоточиться, слиться с природой, почувствовать ее энергию. В голове всплывали отрывки из старинных сказок, рассказанных бабушкой Анисьей. О лесных духах, о берегинях, о леших и кикиморах… О том, как важно уважать лес, беречь его, не нарушать его покой.

И вдруг, она услышала тихий шепот. Словно голоса, доносившиеся издалека, звали ее по имени:

"Ярослава… Ярослава… Иди к старому дубу… Там найдешь подсказку…"

Ярослава открыла глаза и посмотрела на своих спутников.

"Я слышала голос," – сказала она. – "Он сказал нам идти к старому дубу. Там мы найдем подсказку".

"Старый дуб?" – переспросил Степан, оглядываясь по сторонам. – "Здесь полно старых дубов. Как мы узнаем, какой из них нам нужен?"

"Я почувствую," – ответила Ярослава, – "Мое сердце подскажет мне".

Они двинулись вперед, внимательно осматривая каждый дуб, встречавшийся им на пути. Ярослава шла впереди, чувствуя, как ее сердце начинает биться сильнее и сильнее.

Наконец, они вышли на небольшую поляну, в центре которой рос огромный, старый дуб. Его могучий ствол был испещрен морщинами и трещинами, словно на нем отпечаталась вся история леса. Его ветви, словно костлявые руки, тянулись к небу, моля о милости.

Ярослава, подойдя к дубу, прикоснулась к его коре и почувствовала, как ее охватывает волна тепла. Она закрыла глаза и прислушалась.

"Здесь…" – прошептала она. – "Это тот самый дуб".

"И что нам теперь делать?" – спросил Лука, с любопытством разглядывая дерево. – "Где здесь подсказка?"

Ярослава открыла глаза и стала внимательно осматривать ствол дуба. Вскоре она заметила, что на коре вырезаны странные символы, словно руны.

"Смотрите! – воскликнула она, указывая на символы. – Здесь что-то написано!"

Степан и Лука подошли ближе и стали рассматривать руны.

"Я ничего не понимаю," – сказал Степан, пожимая плечами. – "Какая-то тарабарщина".

"Это древние руны," – ответила Ярослава, – "Я видела их в книге предков. Они указывают путь к тайному месту".

Она достала из сумки книгу и стала сравнивать руны на дереве с рунами в книге.

"Так… так… вот оно!" – воскликнула она, радостно. – "Здесь написано: "Идите на восток, пока не увидите три камня, сложенные вместе. Там найдете тайный ход".

"На восток…" – пробормотал Лука, глядя на восходящее солнце. – "Хорошо, идем на восток".

Они двинулись на восток, пробираясь сквозь густой подлесок. Дорога была трудной и утомительной. Под ногами постоянно попадались коряги и корни деревьев. Ветки хлестали по лицам, словно пытаясь остановить их.

Но они не сдавались. Они шли вперед, веря в то, что достигнут своей цели. Они знали, что на кону стоит судьба их мира, и они не имели права на ошибку.

Через несколько часов они вышли на небольшую поляну. И вдруг, Ярослава замерла, словно пораженная молнией.

"Смотрите!" – прошептала она, указывая вперед. – "Там… три камня!"

Лука и Степан посмотрели в указанном направлении и увидели… Три огромных камня, сложенных вместе, словно алтарь древних богов. Камни были покрыты мхом и лишайником, словно простояли здесь

Эпизод 2: Встреча с духами леса.

Сердце Ярославы забилось сильнее, словно предчувствуя нечто важное. Три огромных валуна, поросшие мхом и лишайником, возвышались на небольшой полянке, словно древний жертвенник, забытый богами и людьми. Время оставило на них свой неизгладимый отпечаток, исчертив их кору морщинами и трещинами. Сама поляна, словно по волшебству, сияла изумрудной зеленью, выделяясь среди окружающего мрачного леса. Здесь чувствовалась иная энергия, тихая, но мощная, словно дремлющая сила, готовая пробудиться в любой момент.

Лука и Степан, завороженные, приблизились к камням. Лука осторожно провел рукой по шершавой поверхности, словно здороваясь с древним созданием. Степан же, нахмурившись, осматривал окрестности, словно ожидая нападения.

"Что теперь?" – прошептал Лука, нарушая тишину.

Ярослава, не отвечая, подошла к камням и прикоснулась к ним ладонью. Она закрыла глаза, пытаясь настроиться на волну поляны, почувствовать ее пульс. В голове зазвучали отголоски древних мелодий, словно голоса предков, шепчущие ей на ухо забытые заклинания. Она чувствовала, как ее тело наполняется энергией, теплой и живительной, словно весеннее солнце.

Вдруг, она увидела. Не глазами, а скорее внутренним взором. Она увидела, как камни оживают, как из них вырастают призрачные фигуры, словно сотканные из тумана и лунного света. Они были прекрасны и величественны, словно древние боги, спустившиеся с небес.

Ярослава открыла глаза и увидела, что Лука и Степан смотрят на нее с недоумением.

"Что с тобой, Ярослава?" – спросил Степан, обеспокоенно. – "Ты какая-то странная…"

"Я вижу их…" – прошептала Ярослава, не отрывая взгляда от камней. – "Я вижу духов леса…"

Лука и Степан переглянулись, словно сомневаясь в ее вменяемости.

"Каких духов?" – спросил Лука, стараясь не показывать своего страха. – "Здесь никого нет…"

"Они здесь… рядом с нами…" – ответила Ярослава, указывая на камни. – "Они хотят поговорить с нами…"

И вдруг, произошло чудо. Воздух вокруг них заискрился, словно наполненный миллионами маленьких огоньков. Ветер усилился, завывая в ветвях деревьев, словно орган. И камни… камни начали говорить.

"Приветствуем вас, путники, – произнес один из камней, его голос звучал словно рокот грома. – Зачем вы пришли в наше священное место?"

Лука и Степан отшатнулись от камней, словно обожженные огнем.

"Что… что это?" – пробормотал Лука, заикаясь от страха.

"Это духи леса, – ответила Ярослава, стараясь сохранить спокойствие. – Они охраняют это место. Мы должны поговорить с ними".

"Говорить с камнями?!" – воскликнул Степан, его лицо исказилось от ужаса. – "Ты совсем обезумела, девка!"

"Успокойся, Степан, – сказала Ярослава, беря его за руку. – Они не причинят нам вреда. Просто слушай, что они скажут".

Она повернулась к камням и произнесла:

"Мы пришли к вам с миром, духи леса. Мы ищем помощи. На нашу землю надвигается тьма. Нам нужно найти древнее капище, чтобы получить силу, необходимую для борьбы со злом".

Камни молчали, словно обдумывая ее слова. Затем один из них, самый большой и старый, ответил:

"Мы знаем о вашей беде, путники. Мы видим тьму, которая надвигается на ваш мир. Но мы не можем вам помочь. Мы связаны этим местом. Мы не можем покинуть его".

"Но что же нам делать?" – спросила Ярослава, чувствуя, как ее надежда тает. – "Неужели нам нет спасения?"

"Есть один способ, – ответил другой камень, его голос звучал тише и печальнее. – Вы должны найти проводника. Того, кто знает лес, как свои пять пальцев. Того, кто может провести вас к тайному капищу".

"Где мы можем найти такого проводника?" – спросила Ярослава, с надеждой глядя на камни.

"Ищите хранителя ключей, – ответил третий камень, его голос звучал словно шелест листьев. – Он знает тайные тропы и скрытые переходы. Но будьте осторожны, он не доверяет людям. Вам придется заслужить его доверие".

"Где мы можем найти хранителя ключей?" – спросила Ярослава, волнуясь.

Камни замолчали, и тишина воцарилась на поляне. Затем самый большой камень ответил:

"Ищите его там, где старые корни переплетаются с новыми надеждами. Там, где прошлое встречается с будущим. Там, где тьма борется со светом. Там вы найдете хранителя ключей".

С этими словами духи леса растворились в воздухе, словно туман, оставив после себя лишь легкий запах хвои и сырой земли. Камни замолчали, и поляна вновь погрузилась в тишину.

Ярослава, Лука и Степан стояли на поляне, словно оглушенные. Они не знали, что думать, что делать дальше. Они получили подсказку, но она была слишком расплывчатой и непонятной.

"Что это все значит?" – спросил Степан, оглядываясь по сторонам. – "Что за хранитель ключей? Где нам его искать?"

"Я не знаю," – ответила Ярослава, задумчиво глядя на камни. – "Но я чувствую, что это очень важно. Если мы найдем этого хранителя ключей, он поможет нам добраться до тайного капища".

"Но как нам его найти?" – настаивал Степан. – "Где это место, где старые корни переплетаются с новыми надеждами?"

Ярослава закрыла глаза, пытаясь вспомнить все, что говорила ей бабушка Анисья о лесных духах и тайных местах. И вдруг, ее осенило.

"Я знаю!" – воскликнула она, радостно. – "Это же старая мельница! Она стоит на границе леса и поля, там старые корни переплетаются с новыми надеждами! Бабушка рассказывала, что там живет старый мельник, который знает лес, как свои пять пальцев!"

"Старый мельник…" – пробормотал Лука, нахмурив брови. – "Я слышал о нем. Говорят, он немного не в себе… Живет один в своей мельнице и никого к себе не подпускает".

"Это не имеет значения," – ответила Ярослава. – "Он – наша единственная надежда. Мы должны пойти к нему и попросить о помощи".

Они двинулись в путь, надеясь добраться до старой мельницы до наступления темноты. Они не знали, что их ждет впереди, какие испытания им предстоит пройти, чтобы заслужить доверие старого мельника. Но они верили в то, что духи леса помогут им, что они найдут силу и знание, необходимые для борьбы с тьмой.

Эпизод 3: Получение ценной информации о надвигающейся угрозе.

Старая мельница, словно забытый призрак прошлого, маячила вдали, на самой границе леса и бескрайних полей. Ее обветшалые стены, когда-то белые, теперь покрылись толстым слоем мха и лишайника, словно сама природа пыталась поглотить ее, вернуть в свое лоно. Покосившееся крыло, когда-то гордо рассекавшее воздух, теперь печально повисло, словно сломанное крыло подбитой птицы. Тишину нарушал лишь скрип старой доски, раскачиваемой ветром, словно предсмертный вздох.

Ярослава, Лука и Степан, утомленные долгим переходом, с надеждой смотрели на мельницу, словно на маяк, указывающий путь к спасению. Но в то же время в их сердцах нарастала тревога. Они знали, что старый мельник – не простой человек. Легенды гласили, что он связан с лесом, с духами, с древними силами, которые могут помочь, но могут и погубить.

"Ну что, друзья," – сказала Ярослава, стараясь скрыть волнение. – "Пора узнать, кто скрывается за стенами этой мельницы".

Они приблизились к мельнице, ступая осторожно, словно боясь потревожить ее сон. Вокруг царила зловещая тишина. Ни звука, ни движения. Лишь ветер завывал в трубах, словно оплакивая ушедшие времена.

Лука, достав из-за пояса свой верный нож, первым подошел к двери. Она была старой, деревянной, с облупившейся краской и ржавым замком. Лука постучал в дверь три раза, сдержанно и уважительно.

Тишина. Ни ответа, ни движения.

Лука постучал еще раз, громче и настойчивее.

И вдруг, изнутри послышался скрипучий голос:

"Кто там? Что вам нужно в моей обители?"

"Мы путники, – ответила Ярослава, – Мы ищем помощи. Нам нужно поговорить с вами".

"Помощи?" – проскрипел голос. – "Здесь нет никакой помощи. Уходите прочь, пока не поздно".

"Мы знаем, что вы связаны с лесом, – продолжала Ярослава. – Мы знаем, что вы можете нам помочь. На нашу землю надвигается тьма. Нам нужно найти древнее капище".

После этих слов дверь медленно отворилась, из щели выплыл узкий луч света. В дверном проеме появился старик. Он был высоким и худым, с длинной, седой бородой, ниспадающей до пояса. Его лицо было испещрено морщинами и шрамами, словно на нем отпечаталась вся история этого леса. Глаза его были глубоко посажены и смотрели пронзительно, словно видели насквозь.

"Вы знаете слишком много," – проскрипел старик, глядя на них с подозрением. – "Кто вы такие? И кто вас послал?"

"Нас никто не посылал, – ответила Ярослава, – Мы сами пришли к вам. Мы слышали, что вы знаете лес, как свои пять пальцев. Мы надеемся, что вы поможете нам найти тайный путь к древнему капищу".

Старик молчал, пристально разглядывая Ярославу, Луку и Степана. Затем, вздохнув, произнес:

"Хорошо, входите. Но помните, я не люблю гостей. И я не стану помогать тем, кто не заслуживает доверия".

Он посторонился, пропуская их в мельницу. Внутри было темно и сыро. Пахло пылью, мукой и чем-то еще, неуловимо знакомым, но оттого еще более тревожным. В полумраке комнаты виднелись старые жернова, мешки с зерном, паутина, свисающая с потолка, словно призрачные сети.

Старик провел их в небольшую комнату, освещенную тусклой керосиновой лампой. В комнате стоял стол, заваленный книгами, травами, амулетами и другими странными предметами. На стенах висели связки сушеных трав, чучела птиц и зверей, а также какие-то непонятные рисунки и символы.

"Присаживайтесь," – сказал старик, указывая на деревянные скамьи, стоящие вдоль стены.

Ярослава, Лука и Степан, не говоря ни слова, сели на скамьи. Старик сел напротив них и стал пристально их разглядывать.

"Итак, зачем вы пришли?" – спросил он, нарушая тишину. – "Что вам нужно от меня?"

Ярослава, собравшись с духом, рассказала ему все: о появлении князя Велеслава, о нависшей над их землей тьме, о пророчестве духов леса и о необходимости найти древнее капище.

Старик слушал ее внимательно, не перебивая, словно взвешивая каждое ее слово. Когда Ярослава закончила свой рассказ, он долго молчал, глядя в одну точку, словно видел что-то, невидимое другим.

"Я знаю о чем вы говорите," – произнес он наконец, его голос звучал тихо и печально. – "Тьма действительно надвигается. И она гораздо сильнее, чем вы думаете".

"Что нам делать?" – спросила Ярослава, чувствуя, как ее охватывает отчаяние. – "Как нам остановить ее?"

"Остановить ее будет нелегко, – ответил старик, качая головой. – Велеслав – лишь марионетка в руках гораздо более могущественных сил. Он служит древнему злу, которое хочет погубить наш мир".

"Что это за зло?" – спросил Лука, насторожившись.

"Это зло – древний культ, поклоняющийся темным богам, – ответил старик. – Они хотят вернуть их власть над нашим миром, погрузить его во тьму и хаос".

"И как они связаны с Велеславом?" – спросила Ярослава, пытаясь понять всю картину.

"Велеслав – их избранник, – ответил старик. – Он потомок древнего рода, связанного с этими темными богами. Они наделили его силой и знаниями, чтобы он помог им осуществить свой зловещий план."

"Какой план?" – спросил Степан, сжимая кулаки. – "Что они хотят сделать?"

"Они хотят открыть врата в наш мир для своих богов, – ответил старик. – Для этого им нужен древний артефакт, спрятанный в тайном капище. Велеслав должен найти этот артефакт и использовать его для открытия врат."

"А что это за артефакт?" – спросила Ярослава, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

"Это… Зеркало Тьмы, – ответил старик, понизив голос. – Оно способно отражать не только свет, но и саму реальность. С его помощью можно открыть портал в любой мир, в любую эпоху. Но его сила настолько велика, что может поглотить все живое, превратить мир в безжизненную пустыню."

"И Велеслав хочет использовать это Зеркало, чтобы впустить темных богов в наш мир?" – спросил Лука, с ужасом глядя на старика.

"Да," – ответил старик, кивая головой. – "И если ему это удастся, то наш мир будет обречен."

"Но почему древнее капище так важно для них?" – спросила Ярослава, пытаясь понять логику врага.

"Древнее капище – место силы, – ответил старик. – Там находится портал в другой мир, который можно использовать для усиления Зеркала Тьмы. Без капища Велеслав не сможет открыть врата для своих богов."

"Значит, мы должны добраться до капища раньше Велеслава," – сказала Ярослава, глядя на своих друзей с решимостью. – "Мы должны помешать ему заполучить Зеркало Тьмы и открыть врата для темных богов".

"Это будет очень сложно," – ответил старик, качая головой. – "Велеслав окружен сильной охраной. Кроме того, капище охраняют древние ловушки и проклятия. Многие пытались добраться до него, но никто не вернулся живым."

"Мы не боимся трудностей," – ответила Ярослава, глядя на старика с вызовом. – "Мы готовы рискнуть всем, чтобы спасти наш мир".

Старик посмотрел на нее долгим, оценивающим взглядом. Затем, вздохнув, произнес:

"Хорошо, я помогу вам. Я знаю тайный путь к древнему капищу. Я проведу вас через лес и помогу избежать опасностей. Но помните, я не могу идти с вами до конца. Я должен остаться здесь, чтобы охранять мельницу. Когда вы доберетесь до капища, вы должны будете действовать самостоятельно."

"Мы согласны," – ответила Ярослава, радостно. – "Спасибо вам за помощь".

"Не благодарите меня раньше времени," – ответил старик. – "Путь к капищу будет труден и опасен. И не факт, что вы вернетесь живыми. Но если вы готовы рискнуть всем ради спасения своего мира, то я готов вам помочь."

Старик встал из-за стола и подошел к старинному сундуку, стоявшему в углу комнаты. Он открыл его и достал оттуда несколько предметов: карту леса, амулеты для защиты от злых духов и мешочек с целебными травами.

"Возьмите это с собой," – сказал он, протягивая им предметы. – "Они помогут вам в пути. Но помните, главное – это ваша вера, ваша смелость и ваша дружба. Только вместе вы сможете одолеть тьму."

Он вручил Ярославе карту и амулеты, Луке – лук и стрелы с серебряными наконечниками, а Степану – мешочек с целебными травами.

"Вы должны отправиться в путь немедленно," – сказал старик. – "Велеслав уже близко. Если вы не успеете, то все будет потеряно."

Ярослава, Лука и Степан, поблагодарив старика за помощь, вышли из мельницы и направились в глубь леса, туда, где их ждали новые опасности и испытания, навстречу своей судьбе, навстречу тьме, которая надвигалась на их мир. Старик долго смотрел им вслед, пока они не скрылись за деревьями. В его глазах читалась тревога, но в то же время и надежда. Он верил в этих молодых людей, верил в их силу и отвагу. Он надеялся, что им удастся остановить тьму и спасти их мир от гибели.

Глава 7. Заблудшие души

Эпизод 1: Столкновение с Мавками.

Выбравшись из объятий старой мельницы, Ярослава, Лука и Степан вновь погрузились в сумрак древнего леса. Прощальный совет мельника, словно эхо, звучал в их ушах, напоминая о неотвратимо надвигающейся тьме и о хрупкости их надежды. Карта, полученная от старика, была их единственным проводником в лабиринте лесных троп, а амулеты, висевшие на груди, – робкой защитой от неведомых опасностей.

Лес встретил их неприветливо. Густые кроны деревьев, словно сговорившись, сомкнулись над головой, лишая путников последних лучей дневного света. Земля под ногами, усыпанная опавшей листвой, пружинила и скользила, словно живая. В воздухе витал густой, влажный запах прелой листвы и сырой земли, смешанный с едва уловимым ароматом диких трав и грибов. Тишина, давящая и зловещая, словно ватой обволакивала все вокруг, нарушаемая лишь редким треском сломанной ветки под ногой и далеким уханьем совы.

Ярослава шла первой, уверенно прокладывая путь по едва заметным лесным приметам, указанным на карте мельника. Лука и Степан шли следом, настороженно оглядываясь по сторонам, готовые в любой момент отразить нападение. В их сердцах боролись надежда и страх. Надежда на то, что они смогут добраться до древнего капища и спасти мир, и страх перед неведомыми опасностями, которые могли подстерегать их на каждом шагу.

День клонился к закату, лес погружался в густеющую тьму. Сумрак сгущался, словно живая материя, заполняя собой все вокруг, играя тенями, превращая знакомые очертания деревьев и кустов в причудливые фигуры, напоминающие сказочных чудовищ. Ветер усилился, завывая в ветвях деревьев, словно голодный зверь, разнося по лесу шепот и шорохи, заставляющие сердце биться чаще.

"Надо бы привал устроить," – проговорил Степан, поежившись от прохлады. – "Скоро совсем стемнеет, в такой тьме далеко не уйдем."

Ярослава остановилась, оглядываясь по сторонам. Место и вправду было не самое уютное. Мрачные ели нависали над тропой, словно стражи, а под ногами расстилалось болотистое место, поросшее кочками и чахлой травой. Но выбора особого не было.

"Хорошо, остановимся здесь," – согласилась Ярослава. – "Разведем костер, поужинаем и отдохнем немного. А на рассвете снова в путь."

Лука и Степан с облегчением вздохнули и принялись за дело. Лука быстро нашел сухие ветки и хворост, а Степан, достав из сумки огниво, ловко высек искру и разжег костер. Вскоре веселые языки пламени заплясали, разгоняя тьму и холод, озаряя тревожные лица путников.

Ярослава достала из сумки мешочек с травами, подаренный мельником, и бросила щепотку в огонь. В воздух поднялся густой дым, наполненный терпким ароматом чабреца и можжевельника.

"Это чтобы нечисть отпугнуть," – пояснила Ярослава, глядя на вопросительные взгляды друзей. – "Мельник сказал, что в этом лесу всякое водится."

Пока костер разгорался, Степан достал из сумки нехитрую еду: ржаной хлеб, соленые огурцы и кусок вяленого мяса. Ужин был скромным, но после долгого пути казался настоящим пиршеством.

Усевшись вокруг костра, путники молча жевали хлеб, согреваясь теплом огня. Тишина леса казалась еще более зловещей в сгущающихся сумерках. Лишь треск поленьев в костре и завывание ветра нарушали ее.

Вдруг, из темноты донесся тонкий, сладкий голос, словно пение птицы, но в нем чувствовалась какая-то неестественная, манящая сила.

"Эй, путники! Кто вы такие и что делаете в нашем лесу?"

Ярослава, Лука и Степан вздрогнули и переглянулись. Голос доносился откуда-то из темноты, словно из самой чащи леса.

"Кто здесь?" – крикнул Лука, настороженно оглядываясь по сторонам.

Из темноты выплыли три фигуры. Они были прекрасны и нежны, словно видения из сказки. Длинные распущенные волосы, украшенные лесными цветами, легкие белые рубахи, струящиеся словно дымка. Но в их глазах горел странный, нездешний огонь, а улыбки были неестественно сладкими и манящими.

"Не бойтесь нас, путники," – пропел один из них, его голос звучал словно серебряный колокольчик. – "Мы мавки, духи леса. Мы хотим познакомиться с вами."

Ярослава сразу узнала их. Мавки. Лесные девы, прекрасные и опасные. Они манят путников своей красотой и пением, заводят в глушь и губят их своими ласками. Бабушка Анисья предупреждала ее о них не раз.

"Мы не хотим знакомиться с вами," – ответила Ярослава, стараясь сохранять спокойствие. – "Мы спешим по своим делам. Пропустите нас."

Мавки засмеялись, их смех раскатился по лесу словно звон хрусталя.

"Куда же вы спешите в такой час, милые путники?" – спросила одна из мавок, приближаясь к костру. – "Разве вам не хочется отдохнуть в нашем лесу, послушать наши песни, полюбоваться нашей красотой?"

"Нет, не хочется," – твердо ответила Ярослава, вставая на ноги. – "Мы не поддадимся вашим чарам. Уходите прочь, пока не поздно."

Мавки переглянулись, их сладкие улыбки исчезли, сменяясь злобными гримасами. В их глазах загорелся ненавистный огонь.

"Ах так? Вы не хотите по-хорошему?" – прошипела одна из мавок, ее голос изменился, стал резким и зловещим. – "Тогда вы пожалеете, что оказались в нашем лесу!"

С этими словами мавки бросились на путников, словно дикие звери, готовые разорвать свою добычу. Началось первое серьезное испытание на их пути к древнему капищу.

Эпизод 2: Испытание смелости и сострадания.

Миг покоя у костра оказался обманчивым, словно зыбкая гладь лесного озера, скрывающая под собой омут. Едва сладкие голоса мавок прозвучали в ночи, идиллия мирного ужина рассыпалась в прах, сменившись первобытным ужасом. Прекрасные видения леса, еще секунду назад манящие своей неземной красотой, в одно мгновение обнажили звериную сущность.

Мавки обрушились на путников стремительно и яростно, словно лесные фурии, сорвавшиеся с цепи. Их белые одежды, казавшиеся нежными и воздушными, вблизи обернулись грубым холстом, местами истрепанным и грязным. Лица, пленившие своей красотой, исказились в злобной гримасе, обнажив острые, звериные зубы. В глазах, еще недавно манящих, вспыхнул голодный, нечеловеческий огонь.

Первой приняла удар Ярослава. Одна из мавок, словно тень, метнулась к ней, целясь длинными, костлявыми пальцами в горло. Ярослава едва успела отскочить, почувствовав, как холодные когти скользнули по коже, оставив жгучую царапину. Сердце бешено заколотилось в груди, адреналин хлынул в кровь, прогоняя сонливость и усталость.

Лука и Степан, не теряя ни секунды, бросились на помощь Ярославе. Лука, словно молния, вскинул лук и пустил стрелу в ближайшую мавку. Стрела, просвистев в воздухе, вонзилась в плечо лесной девы, но та, казалось, не почувствовала боли. Лишь злобно зашипела, словно змея, и вырвала стрелу из плоти, отбросив ее в сторону, словно пушинку.

Степан, с боевым кличем, обрушил на другую мавку свой кованый молот. Удар был страшен, но мавка оказалась на удивление ловкой. Она увернулась от молота, словно тень, и, извернувшись, полоснула Степана когтями по руке. Кровь брызнула на землю, окрашивая траву в багряный цвет. Степан, стиснув зубы от боли, отступил назад, прижимая рану ладонью.

Бой разгорелся с неистовой силой. Мавки, словно дикие кошки, метались вокруг путников, нападая со всех сторон, царапая когтями, кусая острыми зубами. Их движения были быстры и непредсказуемы, словно тени, скользящие в ночи. Их голоса, еще недавно сладкие и манящие, теперь превратились в злобное шипение и карканье, разрывающее тишину леса.

Ярослава, понимая, что грубая сила здесь бессильна, решила использовать свои знания трав и заговоров. Она выхватила из сумки мешочек с травами, подаренный стариком-мельником, и, рассыпав щепотку под ноги мавкам, прошептала древний заговор:

"Полынь-трава, горька да дымна, отгони нечисть, прогони тьму! Силой земли, словом ведуньи, заклинаю вас, духи лесные, отступите прочь!"

Травы, словно ожившие, расстелились по земле едким дымом, заполняя воздух горьким запахом. Мавки зашипели и заметались, словно обожженные огнем. Дым обжигал им глаза, заставляя отступать.

Лука, воспользовавшись моментом, снова вскинул лук и выпустил стрелу. На этот раз стрела попала в грудь одной из мавок. Лесная дева вскрикнула от боли, ее прекрасное лицо исказилось в муке. Из раны хлынула черная, густая кровь, словно деготь. Мавка пошатнулась и упала на землю, дергаясь в предсмертных судорогах.

Вид крови еще больше разозлил оставшихся мавок. Они закричали еще громче и с новой яростью набросились на путников. Одна из них, самая высокая и злобная, бросилась на Ярославу, целясь когтями в лицо.

Ярослава едва успела увернуться, но мавка все же задела ее щеку. Острая боль пронзила кожу, кровь побежала ручьем. Ярослава отшатнулась назад, прижимая руку к ране.

В этот момент Степан, превозмогая боль в раненой руке, снова бросился в атаку на мавку, защищавшую Ярославу. Он замахнулся молотом с новой силой, целясь в голову лесной девы. Мавка не успела увернуться. Молот обрушился на нее со всей силой, раздробив череп с жутким хрустом. Мавка безвольно обмякла и рухнула на землю, словно кукла, брошенная неумелой рукой.

Оставшаяся мавка, увидев гибель своих сестер, завизжала от ярости и отчаяния. Она поняла, что бой проигран, что люди оказались сильнее, чем она думала. Но она не собиралась сдаваться без боя. Собрав последние силы, она бросилась на Ярославу в последней, отчаянной атаке.

Ярослава, обессиленная и раненная, едва могла стоять на ногах. Но в ее глазах горел огонь решимости. Она знала, что не имеет права проиграть. На кону стояла судьба ее мира.

Собрав всю свою волю в кулак, Ярослава выступила навстречу мавке. В руке она сжимала амулет, подаренный бабушкой Анисьей. В сердце звучали слова древней молитвы, призывающей на помощь силы света.

Мавка набросилась на нее с диким воплем, целясь когтями в грудь. Но Ярослава не дрогнула. В последний миг она выставила перед собой амулет, словно щит, и прошептала слова заклинания:

"Сила Рода, сила Предков, защити меня от зла и тьмы! Силой Света, Силой Любви, изгоняю тебя, нечисть лесная! Прочь от сюда, во имя Света!"

И вдруг, от амулета вспыхнул яркий белый свет, ослепляющий и обжигающий. Мавка закричала от боли и отшатнулась назад, словно пораженная молнией. Свет продолжал литься от амулета, окутывая Ярославу защитным коконом. Мавка, не выдержав его силы, завизжала и растворилась в воздухе, словно дым, оставив после себя лишь горький запах серы и страха.

Битва была кончена. Лес затих, словно затаив дыхание. Лишь пламя костра продолжало плясать, освещая поле битвы, усеянное телами павших мавок.

Эпизод 3: Помощь заблудшим душам.

Рассвет робко окрашивал горизонт бледными полосами света, просачиваясь сквозь густые кроны деревьев и освещая поле ночной битвы. Дым от костра, потрескивая, еще вился над полянкой, смешиваясь с утренним туманом, словно призрачная пелена, укрывающая следы жестокой схватки. Тишина, наступившая после яростного боя, давила на уши, тяжелая и зловещая, словно предвещая новые испытания.

Ярослава, Лука и Степан сидели неподвижно вокруг догорающего костра, словно изваяния, высеченные из усталости и потрясения. Лица их были бледны, одежда изорвана и испачкана кровью – не только мавочьей, черной и густой, но и алой, человеческой. Воздух был пропитан запахом гари, трав и терпким, металлическим духом крови.

Ярослава подняла взгляд на тела поверженных мавок, разбросанные по поляне, словно сломанные куклы. В утреннем свете их неестественная красота поблекла, обнажив пугающую, мертвенную сущность. Их белые одежды, еще недавно струящиеся и легкие, теперь казались грязными и жалкими, а распущенные волосы, украшенные лесными цветами, спутались и свалялись, словно трава, примятая копытами дикого зверя.

Несмотря на то, что мавки напали первыми, несли зло и представляли смертельную угрозу, в сердце Ярославы зародилось странное чувство – не то жалости, не то горечи. Она подошла ближе к одной из поверженных дев, той, что пала от стрелы Луки. Присмотрелась к ее застывшему лицу, искаженному гримасой боли и ужаса. Даже в смерти в нем проглядывали отголоски былой красоты, но теперь эта красота казалась холодной и пустой, словно мерцание гнилушек в болотной трясине.

"Заблудшие души…" – прошептала Ярослава, словно обращаясь к самой себе.

Лука, услышав ее слова, поднял голову и посмотрел на нее с вопросом. Степан, молча, ворошил угли костра, словно пытаясь найти в них ответы на невысказанные вопросы.

"Что ты сказала, Ярослава?" – спросил Лука, его голос звучал устало и тихо.

Ярослава вздохнула и обернулась к друзьям.

"Я думаю… мавки… они ведь тоже заблудшие души," – повторила она, глядя на них с печалью в глазах. – "Не просто злые духи, а… искалеченные, заблудившиеся."

Степан фыркнул, не поднимая головы.

"Заблудшие? Они чуть нас всех не убили, Ярослава. Какие же они заблудшие? Злобная нечисть, вот кто они."

"Может, и так," – согласилась Ярослава, качая головой. – "Но бабушка Анисья рассказывала… мавки – это души девушек, умерших не своей смертью, проклятых или обиженных. Они не по своей воле злыми становятся… Лес их портит, тьма лесная… Вот и бродят они, между мирами, злобу свою на живых срывают."

Лука задумался, глядя на тела мавок. В его глазах, обычно светлых и добрых, сейчас читалась тень грусти.

"Если это так… может, им можно помочь?" – прошептал он, словно боясь нарушить тишину леса.

Степан усмехнулся невесело.

"Помочь мертвым? Ты чего, Лука? Их только в землю закопать и забыть, чтоб не мешали живым."

"Нет, Степан," – возразила Ярослава, покачав головой. – "Если это заблудшие души, то им нужно помочь найти покой. Нельзя просто так их оставить… Даже если они на нас напали…"

Она вспомнила слова мельника о сострадании, о том, что даже к врагам нужно относиться с милосердием. И поняла, что это – еще одно испытание на их пути. Испытание не только смелости, но и сострадания.

"Что ты предлагаешь, Ярослава?" – спросил Лука, глядя на нее с надеждой.

Ярослава задумалась на мгновение, а затем решительно произнесла:

"Нужно похоронить их… по-человечески. И попросить духов леса… чтобы упокоили их души."

Степан недоверчиво посмотрел на нее.

"Хоронить нечисть? Ты шутишь, Ярослава? Да они этого не заслуживают!"

"Может, и не заслуживают, Степан," – ответила Ярослава, глядя ему прямо в глаза. – "Но мы должны поступить по-человечески. Ради себя… ради своей души. Иначе тьма и в нас проникнет, если сердца ожесточим."

Лука поддержал Ярославу, кивнув головой. Степан, хоть и ворчал, но спорить не стал. Он понимал, что Ярослава права, что в их борьбе со злом важно не потерять человечность, не опуститься до уровня тьмы, с которой они сражаются.

Вместе они вырыли три неглубокие могилы на краю поляны. С трудом перенесли тела мавок и опустили их в землю. Ярослава сорвала полевые цветы и положила их на могилы, словно последнее прощание.

Затем, встав на колени перед могилами, она закрыла глаза и обратилась к духам леса:

"Духи леса, силы природы! Просим вас, смилуйтесь над душами заблудшими, над мавками павшими. Не по своей воле зло творили они, но по воле тьмы лесной. Примите их души в свое лоно, даруйте им покой и забвение. Пусть обретут они мир в мире ином, и не тревожат больше мира живых."

Она долго молчала, словно прислушиваясь к ответам духов. Ветер стих, лес замер в молчании. И вдруг, над могилами мавок закружились легкие огоньки, словно души, освобождающиеся от земных уз. Огоньки плавно поднялись в небо и растворились в утренней дымке.

Ярослава открыла глаза и почувствовала легкость на душе. Словно какой-то тяжелый груз спал с ее плеч. Она поверила, что души мавок обрели покой, что их страдания закончились.

Встав на ноги, она оглядела Луку и Степана. На их лицах тоже читалось облегчение. Они поняли, что поступили правильно, что сострадание и милосердие – не слабость, а сила, способная противостоять даже самой темной тьме.

"Ну что ж," – сказала Ярослава, улыбаясь друзьям слабой улыбкой. – "Пора идти дальше. Путь к капищу еще долгий."

И они, собрав свои нехитрые пожитки, снова двинулись в путь, оставляя за спиной поляну с тремя свежими могилами и легкой надеждой в сердцах. Впереди их ждали новые испытания, но теперь они знали, что не одни в своей борьбе, что силы света и добра на их стороне, и что даже заблудшим душам можно помочь обрести покой.

Глава 8. Узники болот

Эпизод 1: Попадание в ловушку болотника.

Утро, едва забрезжившее над лесом, словно подарившее робкую надежду на избавление от ночных кошмаров, быстро уступило место гнетущей тревоге. Лес, пробуждаясь от ночного оцепенения, не спешил раскрывать объятия свету, а напротив, словно намеренно сгущал сумрак, окутывая путников липкой пеленой предчувствия беды. Тропа, едва уловимая ранее, казалось, исчезла вовсе, растворившись в хаосе переплетенных корней, поваленных стволов и густого подлеска. Земля под ногами, еще утром казавшаяся твердой, теперь зыбко податливо хлюпала под каждым шагом, словно предупреждая о той опасности, что таилась в самой ее глубине.

Ярослава, вглядываясь в пожелтевшую карту мельника, с тревогой ощущала, как уверенность оставляет ее. Линии, еще вчера казавшиеся четкими и понятными, теперь расплывались перед глазами, словно следы на воде, указывая путь в неведомое, пугающее. Путь, казалось, заводил их в самое сердце лесной глуши, туда, где царили первобытные силы, где даже робкие лучи солнца не осмеливались проникнуть сквозь непроницаемый полог ветвей. Запах прелой листвы, уже привычный за время путешествия, теперь смешивался с чем-то новым, тяжелым и удушливым, ароматом болотной топи, от которого першило в горле и кружилась голова.

"Куда мы идем, Ярослава?" – прошептал Лука, его голос звучал напряженно, словно натянутая струна. Он оглядывался по сторонам, пытаясь разглядеть хоть что-то в густом сумраке, но лес молчал, скрывая свои тайны за непроницаемой стеной деревьев. – "Здесь… здесь кажется еще хуже, чем в том болоте, где мавки обитали. Там хоть как-то дышалось, а здесь… словно в погребе сыром очутились."

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.