М. Грубер
Искупление

Искупление

Белокурая женщина, измождённая горем, сжимала ладонь мальчика. Они смотрели на высокую, плечистую фигуру мужчины неподалёку. Его лицо, обрамленное темными волосами, казалось суровым и непоколебимым. Женщина опустила голову, и в её взгляде отразилась безграничная скорбь. Она перевела взгляд с мальчика на мужчину и тихо, почти шёпотом, произнесла: – Больше мы тебя никогда не увидим, папа.

Голос ее затих, растворяясь в тишине. Словно в ответ на ее слова, в глубине сознания зародился смутный шум, нараставший с каждой секундой… Сквозь сон прорвался скрежет металла и шипение воздуха. Мужчина, высокого роста и худого телосложения, с бледными волосами, начал приходить в себя после долгого сна в криогенной капсуле. Он был окружён густой, тягучей субстанцией, обвивающей его плоть. Искры пробегали по ней, вызывая легкое жжение. С усилием отталкиваясь от вязкой массы, он вырвался из нее. Сделав шаг, он рухнул на пол.

Пальцы, словно чужие, не слушались его, но он пытался нащупать что-то на лице. Наконец, ему удалось схватиться за край гладкой, пластиковой маски. Он рванул её от себя, и тело пронзила судорога. Приступ тошноты скрутил его, желудок яростно извергал остатки питательной смеси. Маска потянула за собой две длинные, тонкие трубки, воткнутые в ноздри.

Боль нарастала с каждым сантиметром. «Спасение?» – промелькнула мысль, когда он вырвал их до конца, но его захлестнула новая волна рвоты. Мужчина жадно пытался вдохнуть, но воздух словно застрял в груди. Душераздирающий крик сорвался с губ, мышцы грудной клетки пронзила острая, нестерпимая боль, словно стеклодув раздувал раскалённую стеклянную заготовку его лёгких. Тело пробила дрожь, вызванная холодом и дикой болью в каждой косточке. Слабость сковывала его, каждая мышца болела от напряжения. Кто я? Что это за место? Что произошло?

Немного погодя мужчина смог открыть глаза, и увидел лишь белую пелену. Резкий холод пронизывал до костей, словно ледяные иглы вонзались в кожу. Он пришел внезапно, как и наполнивший уши гул. – Где я? – выдавил он, не слыша собственного голоса, но ощущая дрожь в горле.

Холод вынуждал его двигаться, прижиматься к теплой поверхности пола. Он попытался обнять её, словно пытаясь прижаться к давно потерянной любимой женщине, будто бы пытаясь удержать воспоминания, тепло ее кожи, ее запах, ее нежный голос, впитать хоть немного тепла из этой холодной реальности.

Напрягая зрение, он различил в полумраке очертания небольшой комнаты. Тусклая лампа аварийного светильника мерцала, и пыль падала в ее лучах, создавая причудливые узоры, напоминающие то ли звездное небо, то ли хаотичные письмена.

– Кто я? – Он прокашлялся, и с удивлением услышал собственный голос: хриплый, но реальный. Слух начал возвращаться. – Зачем я здесь? Кто та женщина и ребенок из сна?

Вопросы эхом отдавались в голове, не находя ответов. Измученный, он забылся сном, положив голову на теплый пол.

***

Мужчина оказался в таком до боли знакомом месте. Солнце лилось золотым сиянием, заливая бескрайнее поле, где колосилась трава, еще не тронутая жарой. Женщина стояла в самом его центре – стройная, почти невесомая в платье цвета летнего неба. Ветер трепал её волосы, и на миг казалось, что она вот-вот растворится в этом свете. Он увидел ее взгляд, полный нежности и… тоски? Что-то в нем казалось невероятно близким и родным.

Внезапно он заметил на её запястье знакомый браслет-идентификатор с символом корпорации “Кайнод”. Холод пронзил тепло этого видения.

Вдруг сон, пронизанный покоем, обернулся бегством. Женщина уже шла впереди, ведя мальчика за руку. Он вырывался, цепляясь за каждый куст, но её пальцы сжимали его запястье, как стальные тиски. Мужчина бросился за ними, но ноги будто вросли в землю – чем быстрее он бежал, тем дальше они отдалялись.

Вдалеке, за пределами купола, виднелись силуэты других подобных сооружений – целый город под стеклом.

Он осмотрелся. Парк, покрытый огромным стеклянным куполом, под которым зеленели чудные растения и деревья. Вокруг сновали технопчелы, с высоты ферм купола лился дождь в нужных местах. Дежавю накатывало волной. Он знал это место. Он брел вперед, продолжая терять их из виду.

– Постойте! – кричал он, но его голос тонул в гуще звуков, растворяясь в пении пчёл и шелесте листвы.

Они не останавливались. Женщина ускоряла шаги, а мальчик отчаянно пытался вырваться из её руки. С каждым шагом его тело становилось тяжелее, а стремление догнать их – более отчаянным.

Сознание прояснилось на миг. Мужчина вспомнил дату на консоли управления – 175 RA. “Проект Искупление” – это название всплыло в памяти, как вспышка боли.

Когда он наконец нагнал женщину, она обернулась. Её лицо было пустым, словно металлическая маска. В её глазах не было боли, только холод.

– Ты нас бросил, – произнесла она без эмоций. – Ты улетел, будто мы просто груз, от которого можно избавиться. И ты знаешь, что сделал. Ты превратил наши жизни в прах, отдав предпочтение своим желаниям.

Мужчина замер. Её обвинения касались не только того, что он оставил их, но чего-то большего. Он понял, что она говорит о каком-то поступке, о выборе, за который они все заплатили.

– Ты выбрал своё будущее, а нас… нас ты обрёк на этот мир, на эту пустоту.

Воспоминания текли как река, как подписывал контракт, как обещал вернуться. “Я должен был спасти нас всех” пронеслось в голове, обжигая виной.

Он открыл рот, но слова застряли в горле – её обвинения вонзались в сердце, не оставляя места для оправданий. В глазах женщины не читалось ни боли, ни гнева, только ледяная пустота.

Внезапно купол парка озарила яркая вспышка. На горизонте взмывал космический лифт, уносящий корабли к орбитальным станциям.

В этот момент он понял: его выбор был не только его решением, но ценой, которую он должен был заплатить за спасение своей семьи, даже если они этого никогда не примут.

***

Вечность распалась на осколки. Сознание вернулось внезапно – сначала тепло пола под щекой, потом резь в глазах, пытающихся сфокусироваться в кромешной тьме. Квадратная камера, не больше погребального склепа, была выложена черной матовой плиткой, поглощающей свет. Перед ним – массивная дверь цвета костяного фарфора. Позади – зияющая пасть капсулы, извергнувшая его в этот мир.

Он попытался подняться, но тело предательски подкосилось. Руки, не слушавшиеся, как чужие, впились в теплый пол. Правая ладонь – в шрамах, будто кто-то выжигал на ней тайные знаки. На левом предплечье – вживленный экран с воспаленными краями, свидетель немыслимой операции.

Пальцы дрогнули у экрана, но тут же отпрянули. Все тело было покрыто мерзкой прозрачной слизью, стекающей густыми нитями. Когда палец все же коснулся дисплея, камеру залило слепящим светом.

– Идентификация пройдена, – прозвучал голос, будто сама тьма обрела речь. Он исходил отовсюду и ниоткуда одновременно, вибрируя в костях.

– Что…? – его собственный голос показался чужим.

– Добро пожаловать в проект "Искупление". Я адъютант-ИИ. Команды принимаются голосом. – ответили стены с невозмутимостью палача.

Ноги отказали. Он рухнул на пол, ощущая, как холод проникает в кости.

– "Зрение… слух… работают", – бормотал он, пытаясь унять дрожь. – "Но ноги… черт, почему ноги не слушаются?"

Ответа не последовало. Только внезапный лязг, капсула захлопнулась, втягивая в потолок щупальца трубок. Теперь он был совсем один.

Ползком, как раненый зверь, он двинулся к стене. Каждый сантиметр давался ценой нечеловеческих усилий. Белая дверь маячила впереди, как призрак. Когда он наконец добрался, из стены с треском выдвинулся люк.

В темноте вспыхнули глаза – карие зрачки в кровавых белках. Последнее, что он успел понять – это не просто глаза. Это было лицо. Затем тьма поглотила сознание.

***

Новый сон был таким же ярким, как и все до него.

В полумраке комнаты мягко светился экран телевизора, отбрасывая блики на лица, обращенные к нему. Это была скромная, но уютная гостиная, обставленная простой, но функциональной мебелью. Книги на полках соседствовали с голографическими проекторами, фотографии в рамках висели рядом с интерактивными картинами, комнатные растения уживались с вертикальными фермами для выращивания зелени – все намекало на обычную, земную жизнь, наполненную теплом и заботой, однако с легким привкусом технологий будущего.

Мальчик лет семи, в простой футболке и шортах, стоял вплотную к телевизору, завороженно глядя на экран. В его глазах отражались пляшущие огни, а на лице – смесь любопытства, удивления и восторга. Он словно забыл обо всем на свете, поглощенный тем, что происходило на экране. Его дыхание становилось все более прерывистым, когда он видел счастливые лица детей на экране.

За его спиной, обнимая друг друга, стояли мама и папа. Их лица были озарены светом экрана, и на них читались гордость, радость и надежда. В их объятии чувствовалась поддержка и любовь – нерушимый оплот, вокруг которого строилась их маленькая вселенная.

На экране телевизора транслировали новости. Яркие, красочные кадры сменяли друг друга: счастливые мужчины и женщины, держащие на руках самое сокровенное – детей. Дети играли, смеялись, обнимали родителей. Диктор зачитывал текст, полным энтузиазма: "Дети не рождаются, а клоны живут мало! Новейший антидот от бесплодия демонстрирует невероятные результаты! Миллионы пар обрели шанс на счастье! Великое будущее ждет всех нас!" Торжественная музыка подчеркивала важность момента, создавая атмосферу всеобщего ликования.

После новостного блока о чудесном антидоте на экране появилась реклама. Голос за кадром произнес: "Ваш ребенок доставляет вам хлопоты? Непослушен, упрям и не хочет учиться? Корпорация "МАН" представляет проект "Искупление" – уникальную программу по перевоспитанию личности, которая поможет вашему ребенку стать лучше! Мы гарантируем результат!" На экране появились красивые кадры: счастливые, послушные дети, занимающиеся наукой, спортом и искусством.

***

Очнувшись от дикого холода, мужчина увидел приоткрытую белую дверь. Подъем на ноги дался на удивление легко, и уверенным шагом он направился к выходу. Заглянув в щель, он не увидел ничего, кроме непроглядной темноты.

– Эй, алло! – крикнул он, вкладывая в голос всю свою надежду. – Есть кто-нибудь снаружи?

Эхо его голоса отразилось от холодных стен, но в ответ – лишь тишина. Мужчина опустился на пол, пытаясь собрать в единое целое осколки своих разрозненных мыслей. В голове крутились обрывки воспоминаний, словно отражения в разбитом зеркале.

– Женщина… – прошептал он, пытаясь ухватиться за ускользающие образы. – Она была мне близка…

Тепло воспоминаний о ней обволакивало его, рождая чувства, глубже простого знакомства. Но когда он пытался вспомнить мальчика, в душе не отзывалось ничего, кроме пустоты.

– На ее руке было кольцо, а у меня кольца нет, – размышлял он вслух, словно слова могли помочь ему восстановить утраченные воспоминания.

Внезапно его посетило странное чувство дежавю – словно он уже был здесь, в этой комнате, и произносил тот же самый набор слов.

– Вождь, – крикнул он, выжидая ответа. Тишина.

– Создатель, – продолжил он через пару секунд.

– Мастер, инженер, бог, – перечислял он слова, как заклинание, словно пытаясь разбудить что-то в своей памяти.

– Отец… – слово сорвалось с его губ, словно последний фрагмент мозаики, вставший на свое место.

– Слушаю тебя, Альфа-Шесть.

С нескрываемой радостью мужчина посмотрел на браслет, и тот, словно откликаясь на его мысли, озарился ярким белым светом.

– Мое имя… Альфа-Шесть? – с надеждой спросил он, обращаясь к неизвестному голосу.

– Идентификация подтверждена. Кодовое обозначение: Альфа-Шесть, – бесстрастно ответил голос.

– Отец, мне требуется дополнительная информация, – потребовал мужчина.

– Запрос принят. Сформулируйте вопрос.

– Где я?

– Местоположение: Камера содержания.

– Где находится камера, Отец?

– Объект: Станция.

В голове мужчины пронеслись обрывки воспоминаний, абсолютно несвязные друг с другом. Но последний из них, самый яркий и запоминающийся, всплыл в памяти четко: он, одетый в скафандр, шел к огромному космическому кораблю в сопровождении вооруженной охраны.

– Какова моя миссия?

– Функция: Обеспечение работы программы Искупления.

Раздражение нарастало. Мужчина посмотрел на белый экран, где письменно дублировался их диалог.

– Мне нужны подробности!

– Доступ к информации ограничен. Уровень допуска: Инженер.

– Кто ты такой?

– Идентификация: Станционный адъютант. Имя: Отец. Функционал: Обеспечение выполнения протоколов программы Искупления для субъектов категории Альфа, Бета, Гамма, Дельта, Дзета.

– Что за миссия?

– Функция: Оптимизация параметров программы Искупления.

– Мне холодно. Требую предоставить одежду.

– Запрос отклонен. Несоответствие запроса стандартному протоколу.

– Дай мне одежду! Быстро!

– Некорректная формулировка запроса.

– Не выводи меня из себя!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.