Фика Фриссон
Осколки потерянных душ. Книга 2

«Темнота и оглушительная тишина. Раньше я был рад вам, моим вечным и неизменным спутникам. Сейчас же я проклинаю вас»

ГЛАВА 1

Мрак

Проснувшись посреди ночи, я не сразу понял, где нахожусь. За окном, монотонно нарушая тишину ночи, шуршал дождь. Осенний холодный ветер, как щенок, трепал тонкую занавеску и пытался проникнуть под плотное одеяло. За дверью гостиной не спала Санг, прислушиваясь к размеренному дыханию человеческой девушки.

Я поднялся с дивана, не в силах больше сомкнуть глаз и сделав чашку кофе, устроился на полу у окна. Капли струйками стекали по стеклу, поддерживая мое настроение и оплакивая потерянную жизнь. Иногда спал урывками, иногда отключался всего на пару минут. Мне снился один и тот же сон – Уна, утопающая в крови.

Одним глотком я осушил чашку и откинувшись на сидение дивана, прикрыл глаза, понятия не имея, что делать дальше.

– Моя тетя Жужина – староста деревни. Уверена, она знает текст легенды полностью и поможет. – тараторила Камелия.

– Мали, нужно попробовать. Слышишь?! – Санг хваталась за любую возможность, в отличии от меня.

Я поддался отчаянию и хотел последовать за братом. Мы вернулись на корабль и вот уже три дня ждали Фума, пока тот похоронит то, что осталось от Морта. Сначала я оправдывал себя, уговаривая, что виноват Подер и только он. Затем гнев сместился на весь мир и в итоге на меня самого. Топить собственное «Я» в горе и жалости к себе было достаточно просто, усиливая и подкрепляя ментальную боль физической. Дыхание перехватывало. Казалось, еще минута и оно захлебнется, топя легкие в собственной крови. В одночасье я потерял все: любимую, Лиадре, Флуксу и брата. «Элементаль. Ка же я не заметил твою двуличность. Все в тебе говорило о покорстве» – опершись на борт корабля, я окинул взглядом столицу Кламаасы.

– Разорву на части, мразь. Лишь дай мне время добраться до тебя… – прорычал вслух.

– Наконец слышу старого Мали. Давай, включайся. Маршрут готов, ждем только тебя.

Я обернулся, словно очнувшись ото сна. Санг во всеоружии стояла напротив, протягивая мне карту. Рядом парил Фум, молча порицая за слабохарактерность. Здесь же была и Камелия, трепещущая своими тонкими крыльями.

– Приготовиться, поднять якоря. Отчаливаем. – уверенно бросил я, чеканя каждое слово и зашагал в капитанскую рубку.

Добрались до Вакамихаро – родного мира Камелии быстро. После ее долгих рассказов о легенде, озвученной Подером и своей тете, мы все поверили в то, что есть возможность спасти Уну. Небольшой, но шанс, за который я ухватился, как за хвост мантикоры, убегающей в закат.

Камелия предупредила, что ее деревня рада чужакам, но мадовцев, как это водилось, не любили нигде. Я сделал то, что умел лучше всего – разозлился. Гнев разрывал каждую клетку моего тела и требовал выхода. Я сжал кулаки, зубы скрипнули, отдаваясь болью в челюсти, но порыв удалось сдержать. Осознание, что злость и гордыня один раз сломали мою жизнь, пришло неожиданно. Осознание того, не поддайся я порокам, брат и Уна были бы живы, шумно выбило воздух из легких. Я опустил голову и уткнулся на мелкое пятно, оставленное каким-то неловким существом на земляном полу низкого домика Жужины, выслушивая, какая безрассудная и глупая ее племянница.

– Миссис, прошу. Вы единственная надежда на спасение Уны. – глядя в ее изумрудные глаза, я пытался показать покорность.

– Сильно тебя приперло рогатый, да? – грустно улыбнулась она. – Никогда бы не подумала, что увижу унижающегося мадовца ради человеческой девушки.

– Тетя, пожалуйста. – Камелия заныла. – Она спасла мне жизнь однажды. Помоги. Почему ты упираешься?

– Потому что весь его род принес нам лишь страдания. Тебя не было здесь, когда очередная шайка атаковала деревню. Мы потеряли многих. Большинство убили, некоторых забрали.

– Мы не берем пленных. – не сдержавшись, фыркнул я.

– Не знаю зачем, но моего мужа и двоих детей забрали с собой, сказав, что отвезут в Ад. – зашипела женщина.

Странно. Живые, кроме правящей семьи, не могли пройти врата Ада, а держать пленников для нас никогда не имело смысла, тогда кто и зачем забрал ее родню.

– Вы помните клан, который забрал ваших близки? Видели метки? – спокойно обратился я к ней.

– Дом Правителя. – выплюнула она.

Становилось все интереснее. Брат был расчетливым и продумывал свои действия на несколько шагов вперед. Вряд ли он послал своих бойцов истребить часть деревни ради кражи троих. Этот мир всегда обходили стороной, в нем не было ничего ценного. Овощи, добытые местными земледельцами, да расшитые рубахи, вытканные из местного растения, так себе добыча для моего народа.

Уверенно поднявшись с крохотного стула, точно зная, что буду делать дальше, подошел ближе к Жужине. Во мне боролись две половины. Одна вопила «нет, это унизительно, не смей», а вторая шептала «да, это единственный шанс вернуть ее». Согнувшись пополам, чтобы не зацепить потолок и люстру, щедро украшенную цветами и упав на колени прямиком в ноги старейшины, я опустил голову:

– Жужина, прошу, помоги. Обещаю, в долгу не останусь. Я разыщу твоих близких, даже если придется перевернуть Ад с ног на голову и верну их. Живыми… или мертвыми.

Фея открыла рот от изумления. Камелия ахнула и лишь Санг до этого момента хранившая стойкость и молча стоявшая в стороне, подошла и с глухим стуком, встала на колени рядом со мной. Ее примеру последовал и Фум, а затем и сама Камелия.

– Невероятно. – прошептала старейшина, а спустя минуту добавила. – Хорошо. Я помогу вам. Надеюсь, ты сдержишь свое слово.

Я кивнул, затаив дыхание и ловя каждое движение ее губ, опасаясь упустить малейшую деталь. Она сделала глоток чая, прочищая горло и монотонно заговорила заученные фразы легенды.

– Лишь столп отчаяния прорвет пелену. Жизнь найдет способ высвободить тьму. Луч надежды прольется на мертвое древце, издаст стук давно погасшее сердце. Смерть отступит, приклонив колени. Отдав себя, предав забвенью. Война захлестнет все миры, посеяв болезни и хвори, умрут без еды мировые пиры, потухнут навеки и зори. Смерть вихрем пройдется по бренной земле, утопив ее в крови. – она замолчала.

Все внутри похолодело от осознания, что надежды нет. Уна уничтожит все, что, когда-то было ей дорого.

– Луч солнца проклюнется будто росток, о надежде славу сыскав. – продолжила фея. – Последует тьма за лучом на восток, звезду сквозь время поймав. Самая особенная звезда осветит путь в темноте, указав на всезнающее око, и придут миры к извечной мечте, помощника приняв земного.

Она остановилась и закашляла. Я подал ей чашку и придержав, помог отпить глоток. На нее было страшно смотреть. Фея будто постарела на сотню лет, исхудала и осунулась.

– Вы в порядке? – обеспокоено спросила Санг.

– Все хорошо, дитя. Такова цена знаний. Мне нужно отдохнуть. Уходите, я сказала все, что знаю. – она поднялась с кресла и медленно, шаркая по полу, поддерживаемая Камелией под локоть, пошла прочь.

– Помни свое обещание, демон. – последнее что она проговорила, покинув комнату.

Мы вышли из дома старосты деревни и выпрямились в полный рост, хрустя спинами.

– Ничего не понятно. – Санг выглядела растерянной.

– Я останусь с семьей. – появилась Камелия. – Уна спасла мне жизнь и я отплатила всем, чем смогла. Удачи вам.

Она ушла, оставив нас с головоломкой, которую мне нужно было разгадать. В голове мысли смешивались, превращаясь в кашу, пульсируя болью. Я потер виски и нахмурившись, проговорил:

– Возвращаемся на корабль. Фум, подготовь бочки с топливом. Санг, на тебе продовольствие. Отправляемся в Мадов. Я знаю одного демона, который любит загадки.

ГЛАВА 2

Проблеск

Пришвартовав Слейпнир в столичном порту, мы отправились прямиком в Клирду. Морт погиб, трон пустовал, поэтому перенестись прямиком к резиденции оказалось делом техники. Я представлял, что сейчас твориться в замке. Слухи распространяются слишком быстро и о смерти Правителя знают все правящие семьи. Так как Морт не оставил потомства, его трон по праву переходит мне, если никто не осмелиться оспорить это.

Мы вошли в ворота и осмотрелись. Ничего не изменилось с того момента как я однажды покинул отчий дом. Все те же мрачные стены и толпа лизоблюдов, пытающихся получить лучшее место в обществе. Сейчас, когда мое сердце проснулось, раскрыв глаза и обострив остальные шесть чувств, место, где родился и вырос, показалось еще более темным и неуютным, даже убогим.

– Давненько тебя не было. – улыбнулся мне Крувил, встретив у входа в замок.

– Недостаточно. – в голосе слышалась сталь. – Какие новости, старый ты пес?

Он поклонился и наспех доложил о напряжении, царившем в высшем обществе. Одна из семей успела заявить о своем намерении занять трон, но так и не решилась прибыть в имение. Тучи сгущались не только над будущим Мадова. Природа стонала, готовая разорвать нутро и излить содержимое на затуманенные властью головы. Запах дождя уже парил в воздухе, наливая легкие свежестью и прохладой. Вдалеке сверкнуло.

– Наконец ты наведешь порядок, господин. Обстановка ухудшается, нужно провести коронацию и покончить с распрями и пересудами раз и навсегда.

– Надолго не задержусь, Крувил. – похлопал я его по плечу. – Мне нет никакого дела до царских разборок.

– Но господин…

– Проведи моих гостей в тронный зал. Скоро вернусь. – кивнул я Санг.

Как только друзья спрятались за дверью резиденции, я быстро зашагал широкой песчаной дорожкой, приятно хрустящей под ботинками. Повернул в сад, спустился вниз, к знакомому с детства сараю. Воспоминания о прошлом, мучавшие меня столетиями, радовали лишь той порой, когда все мое внимание было посвящено Визарию. Часами мы материализовывали бинты и жгуты из воздуха, создавали настойки и яды. Он единственный, кто хорошо относился ко мне и не боялся говорить правду. Все, что я знал о врачевании, алхимии и магии, было вложено старым добрым стариком, чудом оставшимся в живых. К сожалению, о наших уроках быстро узнала мать. Я трясся как душа грешника перед котлом с лавой, идя в ее кабинет, окутанный дурной славой. Местом, из которого не возвращаются. В Мадове не было никого консервативнее и непреклоннее моей матери. Даже отца боялись меньше.

Выбив весь воздух из моих легких, она остановилась лишь тогда, когда я захрипел, выплевывая сгусти крови на серый ковер. Мать шипела и исходила ядом от моего отказа понимать, почему старый мадовец не достоин внимания.

– Ты наследный принц и тебе нельзя таскаться с прокаженными. – твердил Морт, вытирая кровь с лица и залечивая раны.

– Ты сам пропадаешь у него сутками. – злился я, не понимая, почему лишь мне стоило сторониться самого интересного демона в моей жизни.

Брат, в отличии от меня, с пеленок впитал правила нашего мира и понимал, что проявление слабости, даже крошечной, влечет за собой необратимые последствия. Я же наивно полагал, что пока официально не достиг половозрелого возраста, к тому же являясь наследным принцем и будущим Правителем Мадова, мне многое позволено. Слишком поздно я осознал, что все совсем наоборот.

– Мали, боги, как я рад тебя видеть. – глаза старика искрились радостью.

– Ты совсем не изменился. – улыбнулся я ему, обнимая.

– Не говори глупостей. Моя шикарная шевелюра посидела и поредела местами. – засмеялся он. – Слышал о Морте, мне очень жаль. Взбалмошный мальчика, я любил его. Мисс Уна?

Я помотал головой, не в силах выговорить и слова. Ком в горле появлялся всегда, когда, вспоминая о ней, заплаканной и разбитой, всплывали в памяти.

– Она? – испугался старик.

– Жива, Визарий. Собственно, из-за нее я и пришел к тебе.

–Конечно. Что угодно. Ты был в имении?

– Престол мне не нужен. – выдохнул я напряжение. – Мне все равно, что будет с моим миром.

– Прости. Очень жаль, что так вышло. Понимаю, вы не ладили в последнее время, но в детстве были не разлей вода. – старик указал на небольшой стол со стульями под раскидистым деревом, приглашая присесть.

– Визарий, думаю есть шанс спасти Уну.

– Хвала богам. Рассказывай.

Мы присели за столик. Нам мгновенно принесли травяной чай, горячо любимый стариком. Пригубив немного и убедившись, что вкус остался прежним, я, улыбнувшись, спросил:

– Ты живешь тысячи лет и много чего знаешь. Мне нужно расшифровать старое придание. Мы в тупике.

– Конечно, Мали. Показывай и обещаю, сделаю все, что от меня зависит. Раскат грома пронесся по округе, вспугнув птиц с насиженных мест. Клочок бумаги со старым предсказанием, выведенным красивым почерком Камелии лег на гладкую поверхность стола, испещренную царапинами. Старик долго изучал написанное и спустя некоторое время прошептал.

– Как странно, я уже слышал эти строчки в детстве. Неужели правда? – старик зажал рукой рот и со страхом перевел взгляд на меня. После моего утвердительного кивка, добавил. – Когда я был совсем юн и пытался вписаться в общество, часто слышал, как солдатов воодушевляли этой историей. Говорили, Мадов обретет величие лишь утопив в крови остальные миры.

– Плевать на власть и завоевание тринадцати миров, мне нужна только Уна.

– Конечно, прости… я не об этом. – он прокашлялся. – Вокруг этой легенды ходило масса слухов и теорий, но мнения всегда разнились. Но однажды со мной произошла странная ситуация. Застигнутый врасплох твоим дедом, мне пришлось спрятаться в тронном зале, когда к нему пришел рыжеволосый мужчина. Раньше он ни разу не был замечен с Правителем или в округе Клирды. Они обсуждали стратегию нападения на Ксамаант и поиск новых союзников в Лохаяне, но вдруг, совершенно неожиданно рыжеволосый засмеялся, вспоминая это предсказание и прочитав его полностью, сказал: «Однажды один из твоих потомков, прорвет время и пространство, чтобы предотвратить похищение любимой. С этого момента начнется новая эра».

– Думаешь он говорил обо мне? Я тот, кто прорвет время и пространство? – задыхаясь от догадки меня повело в сторону.

– Уверен он не просто так сказал это твоему деду. Хвала богам мне довелось быть там, ведь Теруус не дожил до твоего рождения и не мог передать сказанное. – старик сделал глоток чая и внимательно посмотрел на меня.

– Мне нужно вернуться в тот момент, когда ее похитил перевертыш, претворяющийся Лиадре. Все так просто и очевидно. Но разве это возможно? Время не обернуть вспять. – я помассировал висок, головная боль, сопровождающая меня вот уже третий день, усилилась.

– Такая сила дана лишь первым детям Кераве. – вздохнул Визарий.

Помолчав немного, обдумывая слова старика я спросил:

– Ты что-нибудь знаешь о пленниках Вакамихаро, доставленных сюда пол столетия назад по приказу Морта?

– Ничего подобного не слышал. – удивился старик. – Твой брат никогда не брал пленных.

– Спасибо старый друг. Надеюсь, свидимся вновь. – я поднялся и быстро зашагал в сторону замка.

Стена дождя обрушилась на город внезапно, будто кто-то опрокинул чан с водой. Мне повезло успеть и дойти до двери, спрятаться под козырек. Стоя на пороге, обдумывая услышанное, мне невыносимо захотелось отсудить разгоряченный разум. Сощурившись от усилившейся головной боли, тело непроизвольно дернулось, пошло дрожью и ноги сами вынесли меня под дождь. Холодные струи воды быстро завладели телом, пробираясь под одежду. «Как жаль, что дождь не способен на убийство» – вертелось в голове. Сердце вновь заныло, раздирая грудь и жестоко пиная легкие.

– Покои Правителя готовы, господин. – проговорила Мисса, маленькая, но шустрая горничная, отвлекая от темных мыслей.

– Надеюсь, они мне не понадобятся. – кивнул я ей и тряхнул головой, шагая в замок, обратился к Крувилу. – Мои гости в тронном зале?

– Да господин. Ждут вас к ужину. Все готово. Прикажете подавать?

Хотелось разорвать его на части, заглушить боль, рвущуюся из недр грудины, но я понимал, услужливый Крувил ни при чем. Никто не виноват в моей боле, кроме мня самого. Кусок в горло мне бы не полез, но вспомнив Санг, я лишь кивнул. Проходя знакомыми галереями, ощущая до боли въевшийся в память запах дыма и сладостей, невольно возвращающих в детство, вспоминал дни и ночи, проведенные в этом замке. Сейчас, когда мое сердце билось и так ясно чувствовало весь спектр эмоций, прошлое ощущалось ярче, отчего местами мрачнее, как парадоксально не звучало бы. Странное чувство.

Войдя в тронный зал, я с удивлением увидел совершенно незнакомое помещение. Морт на славу постарался стереть все, что напоминало о деде, которого он люто ненавидел. Ни разу не встречаясь с ним лично, он презирал его манеру управления и считал неуравновешенным и немного сумасшедшим. Мне всегда было плевать на родню и их заслуги. Все, о чем я мечтал, было покинуть Мадов при первой же возможности. Сбросить с плеч груз ответственности, возложенный на меня семьей. Но не брат. Он хотел построить новый мир, совершенно не похожий на прежний. «Почему я так часто его вспоминаю. Будто понимаю его замысел и разделяю взгляды» —сердце в груди зашлось в бешеном вальсе.

– Есть что-то? – вырвала из размышлений Санг.

– Мне придется спуститься в Ад. – спокойно сказал я, удобно устраиваясь в кресле.

В зал сразу же внесли множество блюд. Аппетитные ароматы жареного мяса и свежей выпечки не трогали. Все, чего я так яро желал, находилось далеко. В другом мире.

– Я пойду с тобой. – прошелестел Фум.

– И я. – поддержала Санг.

– Нет друзья мои, этот путь мне суждено пойти одному. Тебя не пропустит страж, – взгляд упал на вампиршу, – ты жива, как бы ты это не отрицала. А тебя утянет в реку, не забывай, второй раз вытащить не смогу. Отдохните, пока меня не будет. Боюсь после моего возвращения мы забудем про сон вовсе.

ГЛАВА 3

Тени прошлого

Я стоял у входа в Ад, держа в руках новый золотой ошейник для любимого пса бессмертного, к которому направлялся. Специально по моему заказу вещичку изготовили самые искусные мастера мира Теапори, пришлось ждать неделю. За это время я почти ничего не ел и спал урывками. Черты лица заострились, глаза впали и лишь бессмертие помогало мне не отдать душу Кераве.

Пройдя врата, уверенным шагом я направился к Мосту Грешников, стараясь минуть Коридор Забвения побыстрее. Вспомнилось как часто мы пропадали здесь в детстве, играя с Цербером. Первый шрам Морт получил именно здесь, неудачно подставив спину, прикрывая меня. Будто немое кино, картинки прошлого мелькали перед глазами. Вспомнив Уну, в ужасе бегущую к выходу в области грудины запекло и загудело.

В глубине теней раздалось рычание. Я молча, остановился. Теперь боятся было нечего. Правитель пал, а я прямой его наследник. Цербер примет меня и пропустит в любом случае. Пес тявкнул и, лязгая тяжелой цепью, вышел из тьмы, зло открывая пасти.

– Привет, бродяга. – ласково прошептал я.

Несколько секунд он моргал, не понимая, послышалось ему или и вправду я здесь. Затем дернулся и визжа как маленький щенок, бросился ко мне. Я с радостью принял в объятия старого друга, почесал колючий загривок и прошелся по каждой довольной морде. Цербер обнюхивал, веляя хвостом и оглядываясь мне за спину.

– Он не придет. Не жди. —тихо проговорил я.

Пес жалостно пискнул и положил одну из голов мне на ладонь.

– А я все думаю, кто отвлекает моего стража. – низкий голос пробирал до костей.

– Ади, приятель, рад тебя видеть. – я потрепал пса по центральной голове и посмотрел на еще одного призрака из прошлого. – Торопился к тебе, но как видишь, пришлось задержаться.

– Хватит с меня ваших причуд детства. – махнул он рукой и улыбнулся. – Устал отгонять вас от пса. Чем могу быть полезен? Вряд ли ты решил осчастливить старика обычным дружеским визитом.

Оторвавшись от Цербера, я протянул Ади подготовленный подарок и кивнул. Мы молча прошли по Мосту Грешников, раскинувшемуся на километры через Реку Проклятых. Грязные души со всех миров тысячелетиями шли по этому мосту, иногда падая в реку или достигая цели. Мы же пересекли его за считаные минуты.

Достигнув владения Ади – полуразрушенного замка, возвышающегося над рекой и подпирающего врата в Тибур – глубинный мир-темницу, мы остановились перед центральным входом, усеянным черепами и разным хламом.

– Ничего не изменилось в твоих владениях со дня моего отъезда. – улыбнулся я, хлопая бессмертного по плечу.

– Стараюсь. – улыбнулся он в ответ. – Хаос превыше всего. Без него наступит порядок.

Разместившись в кабинете, просторной комнате, отделанной красным деревом, с множеством зеленого бархата и шелка, я решил не тянуть и спросил напрямую:

– Владыка Ада, я пришел к тебе с просьбой и мольбой о помощи.

Ади вскинул черную аккуратную бровь и улыбнулся:

– Мадовцы никогда не просят, друг мой. Как понимаю венец Правителя ты не принял.

Он наклонил голову в бок и сложил тонкие изящные пальцы домиком.

– Ты прав, но я уже растоптал свою гордость, поэтому готов на все. Назови цену.

– Отбросим формальности, Мали, говори, что стряслось. – серьезно посмотрел он на меня голубыми, будто сотками изо льда глазами.

– В твоих чертогах заперли живых существ, которые нужны мне живыми. – я шумно выдохнул, стараясь сохранять равновесие. Просить и унижаться было нелегко, но мысль о спасении любимой, предавали сил. – Кроме этого, я хотел бы задать тебе вопрос как первому из детей Кераве. Это очень важно для меня.

– Владыка Царства мертвых ничего не делает просто так, рогатый. – без стука в кабинет вошла Пихи, любимая жена Ади и зло посмотрела на меня.

Мужчина поднялся с кресла, плеснул в ребристый толстый стакан виски и осушив его, строго посмотрел на нее:

– Что ты здесь делаешь? Не видишь, я занят.

Женщина лишь засмеялась и бесстрашно села на место мужа. Из-подо лба посмотрела на меня. Этот взгляд. Он не сулил ничего хорошего.

– Я могу помочь тебе вернуть смертных. – мерзко улыбнулась она и, как всегда, поразила, как в таком красивом теле уживалась такая уродливая душа. – Если заплатишь.

– Пихи. – прогрохотал Ади. – Я сам разберусь.

– Конечно, любимый. – она поднялась и подойдя к мужу, положила на плечо голову. – Ты слишком любишь этих заносчивых, гордых, невыносимых братьев, чтобы спросить с них плату. Скажи честно, ты же хотел помочь ему бесплатно?

Ади закашлялся и вернулся в кресло. Девушка последовала за ним и аккуратно присев на подлокотник, погладила угольно черные короткие волосы, взъерошив на макушке.

– Достанешь мне корону Боли у проклятой Зимелии, я лично приведу твоих смертных к выходу из Ада.

Ее глаза блестели, будто у змеи, готовящейся сделать смертельный бросок. Она знала, что у меня нет выхода и я пойду на все, лишь бы получить желаемое. Подлая, тщедушная кобра.

– Я согласен. – выдохнул я.

– Нет, она сожрет его. – испугался Ади.

– Бывших любовников не бывает, так Мали? – звонко засмеялась Пихи. – Буду ждать у фонтана грешников. Принесешь корону, смертные твои.

Она вышла из кабинета, медленно покачивая широкими бедрами, будто заключить сделку со мной и было ее единственной целью. До сих пор не мог понять как эта проклятая баба узнавала обо всех интригах и секретах моего мира и за что так ненавидела мой народ.

– Прости друг, ты же знаешь женщин. – Ади вымучено улыбнулся.

– Уже понимаю, друг. – я постарался вложить максимум теплоты в голос. – Послушай, ты как один из первых детей Кераве когда-нибудь слышал о случаях перемещения во времени?

– Кто тебе сказал об этом. – зашептал он, подсаживаясь ближе, словно кто-то мог услышать.

– Старая легенда гласит, что время и пространство можно разорвать, а значит и подчинить себе. – в тон ему, зашептал я.

– Можно, – выдохнул он и резко поднялся, – но вторжение в ход времени чревато последствиями. Что прошло трогать нельзя, иначе можно разрушить все миры.

– Как мне вернуться в прошлое? Я не потревожу время, мне нужен лишь миг, чтобы сберечь любимого человека. – надежда кричала внутри и обжигала легкие. Я подошел к нему и схватил за плечи. – Прошу, Ади, как не тебе меня понять. Я предотвращу похищение Уны и все вернется на свои места. Морт будет жить и править, как мечтал столетиями, а Уна проживет отличную человеческую жизнь, построит семью, обзаведется потомством.

– А что получишь ты? – теперь он держал за плечи меня. – Ты готов пожертвовать всем, ради благополучия простого человека?

– Да. Я готов на все.

– Не узнаю тебя. – он сильно сжал мое плечо в знак поддержки. – Прости, помочь не смогу. Время мне подвластно, но вероятность неудачи слишком велика.

Я ощутил горечь, но злость быстро заместила ее. Сжав кулаки до боли в костяшках, я выдохнул и кивнув, вышел.

Спустя минуту, как и ровно семьдесят лет назад, я стоял у красных дверей в покои Зимелии. Раньше ожидание ее приглашения невыносимо жгли мое самомнение. Месяцы изнывая от желания прикоснуться к ней, я терял рассудок. Теперь от одной мысли о когда-то желанном теле, меня передернуло. Я постучал и дверь тут же открылась.

Тоннель Страсти встретил пурпурным светом и тяжелым запахом ладана, и секса. Проходя мимо небольших углублений, рассчитанных на несколько человек, наивно прикрытых полупрозрачными вуалями, я видел копошащиеся тела. Сладострастные стоны и громкие крики наслаждения, емкие шлепки и хриплые всхлипы. Иногда невозможно было разобрать сколько тел сплетено между собой, где начинается одна голова и заканчивается другая. Тоннель целиком был пропитан пороком. Когда я был молод эта атмосфера подпитывала меня, наполняя жизнь красками, а что сейчас? Отвращение, брезгливость и желание покинуть это место, увидев, как оно сгорит дотла.

Через десятки метров коридор расширялся и разветвлялся сотнями мелких. Из каких-то доносились крики боли и наслаждения, из других булькающие звуки и тихие шепоты. Запах жженых волос перемежался с ароматом клубники и вонью мочи.

– Так-так-так. – бархатный голос, льющийся будто, патока, обволакивал и манил. – Ты вспомнил дорогу ко мне, сладкий?

– Рад видеть тебя, Зи. Ты как всегда прекрасна. – пройдя внутрь ее обители и услышав, как за моей спиной зашипел затворный механизм двери, я поклонился.

Красивая, с аппетитными формами, Зимелия восседала на огромной круглой кровати, широко расставив ноги. Ложе, будто трофей, располагалось в центре комнаты на высоком пьедестале, метрах в трех над землей. Полностью обнаженная, она высоко подняла подбородок и качнув пухлой грудью в мою сторону, облизала ладонь, только что покоившуюся между ног юной девушки, без сознания лежавшей рядом.

– Я скучала, бес. – протяжно прошептала она в ухо, мгновенно оказавшись рядом. – Ты видимо тоже.

Я и не заметил, как быстро она проникла маленькой ручонкой под мою броню.

– Перестань! – отбросил я ее руку и отошел. – Мы же договорились, что ты не применяешь ко мне свои чары.

– Это было давно, многое изменилось. – урчала она, приближаясь.

Каждое прикосновение дарило удовольствие. Когда она прерывала контакт с голой кожей, я чувствовал голод и готов был умолять ее не останавливаться. Девушка в ее постели зашевелилась и застонала. Я мотнул головой и с силой оттолкнул Зимелию.

– Прекрати. Не вынуждай меня воспользоваться своей силой. – зло прорычал я.

– Может быть я этого и добиваюсь, глупышка. – засмеялась-заворковала она, вновь приближаясь.

– Я пришел по делу. Мне нужна корона боли. – громко сглотнул я.

– И зачем грозному, сильному мадовцу понадобилась редкая безделушка? – зашептала она на ухо, скользнув губами по шее. – Ты всегда справлялся сам, доставляя массу боли. Дикой, иногда разрушительной, но такой сладкой. – она облизнула губы.

– Прошу, просто назови свою цену.

Она засмеялась и в миг оказалась в постели. Я успел лишь моргнуть и последовал за ней. Все было словно во сне. На огромной кровати, предаваясь сладкой страсти копошились десятки тел. «Не понимаю, секунду назад их не было» – словно в бреду думал я. Разум не слушался, загнанный в рамки похоти. «Сколько времени прошло? Зачем я здесь?» – я и не заметил, как она полностью раздела меня и вскарабкавшись сверху, шептала.

– Помнишь, как часто мы спорили, – заурчала она на ухо, будто сытая кошка, вскользь проведя ладонью по груди и срывая стон наслаждения, – сможем ли выдержать всю мощь наших сил?

Возбуждение разрывало и просило выхода. Все, что я чувствовал – сильное желание овладеть ею, подчинить своей воле и истязать сутками, пока она не взмолится о пощаде. Как зверь, чующий кровь и готовящийся к нападению, неосознанно, я призвал свои силы. Тело разбухало, наливаясь мощью. На кровати почти не осталось места.

– Сможешь выстоять против моих чар, отдам тебе корону. – прошептала Зи мне в губы.

Сознание плыло. Понимание происходящего то приходило, то уносилось вдаль, появляясь вновь вспышками. Я пытался сопротивляться, но ее губы сносили все преграды. Касаясь моей кожи, сначала на груди, плавно спускаясь ниже, они дарили массу наслаждения, заставляя разум тонуть в нем. Рядом появилась девушка, я не видел ее лица. Она присела рядом, широко раскинув ноги и взяв мою ладонь, медленно посасывала пальцы, трогая себя. К ней присоединился парень с кожей будто изо льда. Проникнув в нее, он смотрел мне в глаза, наглаживая мою шею и скулы.

Зимелия опустилась ниже. Моя плоть набухла до таких размеров, что казалось, еще секунда и меня разорвет. Кожа горела и звенела, в предвкушении и желании погрузиться в теплоту, сбросив скопившееся напряжение. Губы коснулись низа живота, обдав жаром все тело. Вспышка.

«Уна – я шептал ее имя в губы, чувствуя мягкость кожи. Тонкий аромат океана и молодого мандарина щекотал ноздри. Я упивался им. Смаковал вкус сладкой голубики на кончике языка, оставшегося после поцелуев на хрустально-чистой коже шеи. Я оторвался от любимой и посмотрел в небесно-голубые глаза. Она улыбалась, стыдливо опуская взгляд. Ее кожа горела, словно на морозе, а волосы, разбросанные по подушке, будто ореол святой, упругими кудряшками подпрыгивали от каждого ее вздоха.»

– Уна – сорвалось с моих губ и Зимелия отступила, но вскоре вернулась с новой силой.

Я напрягся, не понимая, кто мешает мне получить желанную разрядку. Злость затягивала. Зубы скрипнули друг о друга, и я зарычал.

– Да, – шептала Зи, – покажи мне свою ярость.

Ее губы двигались плавно, будто тихая река. Мышцы внизу живота напряглись, ощущая лёгкий холодок от ее прикосновений. Желание было невыносимым. Еще секунда и я взорвусь. Горячее дыхание Зимелии обожгло бедро у основания, ловкие пальчики пробежались по всей длине.

«Смех. В сознание ворвался знакомый перелив колокольчиков, и я невольно улыбнулся. Перевел взгляд на свою руку, чувствуя мягкий шелк на ладони. Белая спиралька запуталась между моих пальцев, щекоча кожу. Я провел по ней большим пальцем и поцеловал.

– Ты не видел кучерявых? – такое красивое и любимое лицо.

– Уна… – я задохнулся.»

Наваждение прошло, и я с ужасом осознал, что находился не в объятиях любимой, а утонул в порочной мерзкой куче потных тел.

– Не может быть. – только и прошептала моя пленительница, заставляя всех исчезнуть, а я вдруг осознал, что так и стою перед ее обителью, полностью одетый и не понимающий, где нахожусь.

– Никогда бы не подумала, что вновь услышу стук твоего сердца, Мали. – серьезно сказала она, протягивая корону. – Как бы мне не хотелось это признавать, но ты потерян для моего царства. Держи, и больше не появляйся здесь.

Я схватил корону, будто от нее зависела моя жизнь и поклонившись Зимелии, ушел.

Мысли путались. Я пытался понять, как мне удалось противостоять величайшему существу и не поддаться зову плоти. В таком состоянии я и появился в тронном зале Ади. Бессмертного не было видно, а на его троне, забросив одну ногу на высокий подлокотник, сидела Пихи.

– Ты смог. – не веря своим глазам, она приняла желанный предмет и посмотрела на меня с широко открытыми глазами.

– Как и говорил, я готов на все. – я наклонил голову в вежливом поклоне.

Эта взбалмошная, дикая и местами слишком жестокая женщина никогда не нравилась мне. В первую очередь из-за отношения к моему другу. Он любил ее, а она пользовалась этим. Теперь я понимал его как никто другой. Когда любишь, сделаешь что угодно, лишь бы любимая была счастлива, даже если она прикажет всадить себе нож в сердце.

– Что ты просил у Ади, кроме живых душ, заточенных в нашем царстве? – она ровно села на троне и слегка наклонилась ко мне.

– Мне все равно не получить этого. Твой муж явно дал понять…

– Перестань, не будь ребенком. Отвечай.

– Мне нужно вернуться в прошлое. – обреченно вздохнул я. – В конкретный момент, если быть точным.

– Я помогу тебе. – неожиданно ласково проворковала она.

– Зачем тебе это? – искренне удивился я, не успев скрыть яркие эмоции. – Ты всегда ненавидела меня.

– Если бы мне кто-то предоставил такой шанс, я была бы счастлива. Но увы. – она улыбнулась.

– Почему не вернешься назад? Почему не исправишь то, что так сильно презираешь.

– Потому что не хочу. – улыбка исчезла с ее лица. – Знаю, ты никогда не верил мне, но я действительно люблю Ади. Хотела бы исправить это, вернулась бы в тот день, когда он увидел меня, но не хочу. Я не смогу без него.

– О чем речь, любовь моя. – в зал вошел бессмертный. – Вот все четверо, как ты и просила, красота моя.

– Четверо? – я с интересом посмотрел на существ, медленно плетущихся вслед за Ади.

Мужчина средних лет, с потрепанными фиолетовыми крыльями и двое детишек, грязных, худых, но живых. За ними стояла женщина, очень похожая на человека. Я отмахнулся бы от нее, пройдя мимо, даже не обратив внимания, но ее волосы.

– Уна. – зашептал я, задыхаясь.

– Вы знаете мою дочь? – заплакала женщина, растирая горячие слезы по грязному лицу. – Прошу, скажите, она жива?

Женщина упала на колени, схватив мои ноги. Опомнившись, я приподнял ее за плечи и заглянул в аквамариновые глаза. «Не человек» – пронеслось в мыслях.

– Ваша дочь жива. Вы скоро увидите ее, обещаю.

ГЛАВА 4

Перекрестки судьбы

– Ей нельзя доверять. – кипятилась Санг, расхаживая по мраморному полу. – Ты забыл, сколько раз она предавала своих родственников?

– Я прекрасно помню, Санг, успокойся. – ухватившись одной рукой за полку камина, я смотрел на огонь и пытался собрать мысли в кучу. – Я пойду один. В случае, если пострадаю или застряну в прошлом, у вас будет шанс продолжить поиски.

– Я иду с тобой и не обсуждается. – фыркнула девушка.

– Фум, на тебе мой корабль и миссия вернуть родню Жужине. – кивнул я, и не думая спорить с Санг. Свежа была память о бойне, которую она устроила в Доме боли. – Как пленники, кстати?

– Истощены, но жить будут, капитан. – прошелестел дух.

– Нам стоит поберечь силы и хорошенько отдохнуть. – кивнул я Санг. – Рассвет близок.

Санг покинула комнату, но Фум остался:

– Знаю, что ты скажешь, но молчать не в моих правилах.

– Говори. – не глядя на него, устало проговорил я.

– Прими корону, иначе рискуешь утопить собственный мир в боли и смерти.

– С каких пор тебя волнует мой мир? – смешок вырвался непроизвольно.

Фум молчал и я все же взглянул на него. Что-то было не так. Он шел рябью и местами просвечивал.

– Что с тобой? – подойдя ближе, я явственно чувствовал его боль.

– Я умираю. – он сказал это так легко, будто умирал каждый день. – Теперь по-настоящему, Мали.

– Какого черта? – ужас вернулся.

– Не знаю. Все началось с того самого момента, как Уна превратилась во всадника.

– Вот черт. – горечь во рту и звон в ушах оглушили. Я присел на край кровати. – Почему молчал?

– Тебе хватает забот… Я и так прожил слишком много, но Мали, прошу только об одном, на случай если…

– Нет! – рявкнул я, поддаваясь злости. – Никаких если. И слушать не хочу.

Он молча кивнул и тихо шурша, скрылся за дверью. Я не хотел останавливаться в покоях Морта, но для поддержки своего народа и видимости, что собираюсь короноваться, согласился. Слуги постарались убрать все следы пребывания брата, но я чувствовал его запах повсюду. Видел призрачные образы то тут, то там.

Сон не шел, поэтому я вышел на балкон и подставил лицо ветру, приносящему успокоение разгоряченной коже и хвойный запах из леса. Дождь прекратился, но иногда сверкало, выхватывая угрожающие шпили елей и отдельные фрагменты, в успевшем поддаться сумеркам, лесу. Присев на плетеный диван и откинувшись на спинку, я взглянул на звезды. Одиночество терзало душу. Я поежился, будто от холода и подумал о том, как устроена вселенная. Как два одиноких сердца, блуждающих в темноте жизни умудряются разглядеть слабую искру и найти друг-дуга. Наполнить себя и все вокруг новыми красками и обрести покой.

«Что, если я не смогу помочь ей? Если она так и останется монстром, сжигающим миры? Как мне жить с этим?» – я застонал, пряча голову в руки.

– Нельзя поддаваться унынию. – твердо решил я в слух и вновь посмотрел на небо.

Так прошло все время, отведенное на сон. Стоило небу посереть, а первым лучам солнца коснутся крыши, я принял холодный душ и переодевшись, направился в холл, где меня уже ждали друзья.

– Пора. – я подошел к Фуму и похлопал его по плечу. – Береги Слейпнир и позаботься о маме Уны. Скоро увидимся, друг.

В сердце кольнуло и я сделал глубокий вдох. Так вот какая она тоска.

Спустя всего полчаса мы стояли у фонтана грешников в ожидании Пихи. Она задерживалась, заставляя меня нервничать. Когда надежда на ее появление почти растаяла и я упал в отчаяние, силуэт, укутанный в балахон, отделился от теней каменных стен и прошептал:

– Готов, рогатый?

– Ты не назвала цену. – бесцветно проговорил я.

– Видеть твои мучения для меня самая высокая плата. – мерзко засмеялась она. – Назови место и время скачка. Как только войдешь в воронку, беги со всех ног. Помни, спустя ровно неделю сможешь вернуться тем же путем, что и пришел. – она замахала руками, направляя неизвестный мне предмет в сторону фонтана и души грешников в нем зашевелились.

Спустя минуту криков страданий и боли, из фонтана плеснуло и образовало горизонтальную воронку. Я взял Санг за руку и долго не думая шагнул в портал. Мир завертелся, я потерял ориентацию в пространстве, но помня слова Пихи, со всех ног побежал вперед. Мое сердце бешено колотилось, но не от страха, а от того, что через пару мгновений увижу ее. Что скажу ей и как докажу, что «демону», как она меня всегда называла, можно довериться.

Выбежав из портала, мы погрузились в ночь. Темноту разрезал и периодически гас, тусклый свет фонаря, мерцающий над металлическими дверями без ручек и дверей. Небольшое помещение с лестницами жутко воняло гниющей едой и мочой.

Вдруг перед нами промелькнуло что-то рыжее. Девушка, перепрыгивая через две ступеньки, неслась вверх. Я осмотрелся.

– Черт! – выругалась Санг. – Куда она нас забросила?

– Уна! – девушка кричала, в страхе колотя дверь. – Открой, Уна.

Мы среагировали быстро, в считаные секунды оказавшись рядом с рыжей. Увидев меня, она икнула и осела на пол. Я попытался переместиться за закрытую дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.