# Лотос для дракона. Берег реки Инхё

Стася Вертинская

В прошлом я эколог без личной жизни, но с любимым делом. Теперь – бесправная дочь наложницы. Раньше я занималась грязной работой и следила за чистотой рек, теперь проектирую плотину в тени будущего мужа.

Он нежен и заботлив. Но его друг – будто разрушающий ураган. Кто из них предаст меня, а кто отдаст всё за моё спасение? Для кого мой проект во благо, а кому грозит гибелью? Столько вопросов, а каждый неверный шаг несёт смерть.

Но стоит только разгадать тайну реки Инхё, и здесь снова зацветут лотосы.

## 1. Метеоры Персеиды

Пощупала ногой хлипкие мостки, построенные рыбаками, и сделала осторожный шаг. Конструкция выдержала, и я медленно пошла к краю. Здесь не так глубоко, но август уже сменил июльскую жару, и вечерами бывало прохладно. Окунуться в реке в такой день было бы не слишком приятно.

На самом краю мостков присела и потянулась к воде. Пробы возле самого берега показали наличие в воде опасных химических веществ. Но для чистоты исследования нужно было проверить воду и здесь, где течение медленно уносило вдаль свидетельства чьей-то недобросовестности.

– Люси Ли! – раздалось за спиной.

От неожиданности рука дрогнула, и я чуть не уронила пробирку. Поморщилась, услышав прилипшее ко мне прозвище. Да, да, Люси Ли, ха-ха.

Это днем я эколог и экоактивист, а по ночам… По ночам я сплю, потому что утром меня обычно ждёт много работы. Но перед этим обязательно смотрю пару свежих серий дорам с любимыми актерами. И стоило лишь раз позвать коллег на ужин в только что открывшийся ресторан корейской кухни и узнать нескольких лиц с плакатов на стенах, как из Людмилы Липатовой я стала Люси Ли.

– Людка, ну давай там заканчивай уже! – снова окликнул меня Влад.

Не стала ничего отвечать и зачерпнула воду.

Сначала я думала, что Влад единственный, кто согласился поймать с поличным сливающего в реку нечистоты одного из местных предпринимателей. Но потом, когда он предложил переночевать на берегу в палатке и посмотреть на пролетающие мимо нашей планеты метеоры Персеиды, я заподозрила неладное.

А когда он с большей радостью взялся за организацию мангала и шашлыков, нежели за развертывание небольшой полевой лаборатории, я поняла, что отсутствие на деле других членов нашей группы спланировано заранее.

Неловко хмыкнула: ну ладно, чего уж там. Свидание так свидание, решила я. Отношений у меня все равно не было. Но Влад не вызывал у меня трепетного чувства влюбленности. Никаких мурашек, никаких трепетных глупостей – пусто. И от планов по сбору образцов и защите прав окружающей среды я не отказалась. Когда ещё удастся собрать столько доказательств экологического преступления сразу? В этот раз даже удалось сделать несколько фото ассенизаторской машины, сливающей в реку отходы.

Закрыла пробирку и выпрямилась. Солнце склонилось к западу, и небо начинало темнеть. Совсем скоро можно будет увидеть первые светлые росчерки пролетающих метеоров. И до того, как станет совсем темно, я надеялась сделать первичный химический анализ последних взятых образцов воды.

Повернулась к берегу и замерла. Шаткие мостки покачнулись, но я удержала равновесие.

– Люси Ли, давай сюда! – Влад помахал нанизанным на шампура готовым шашлыком и принялся раскладывать их по походным металлическим мискам на расстеленном пледе.

У него всё было, как положено – даже свечи в низких стеклянных банках готовы радовать нас своим тусклым светом. Не смогла сдержать улыбки, хоть и не видела в нем кого-то ближе, чем просто коллегу. Наверное, он расстроится, когда я откажу ему в близости. Что-то похожее на вину уже подползало к горлу

Вдруг небо за спиной осветилось яркой вспышкой. Резко оглянулась, уже зная, что увижу пролетающий слишком близко к земле сгорающий в атмосфере метеор. Но мостки этого не выдержали, и я рухнула в воду.

Как бы я ни старалась, не могла нащупать под ногами дна, до которого, по моим расчетам, от поверхности воды должно было быть не больше полутора метров. Махнула рукой, пытаясь дотянуться до остатков мостков, но пальцы ловили лишь воду. Попробовала плыть, но чувствовала, как меня подхватило течение. От ужаса открыла глаза, будто могла увидеть спасение в мутной речной воде. И заметила, как гаснет где-то далеко наверху свечение метеора.

Кислорода в легких не хватало, и начало жечь в груди. Ещё быстрее пошевелила руками и ногами, борясь с течением и отчаянным желанием вздохнуть. Вдруг почувствовала, что мое тело будто сдавило в тисках. Я не могла пошевелиться, влекомая потоком воды в неизвестность.

Наверное, это конец, решила я. Мысль прозвучала в голове удивительно спокойно. Я боялась лишь одного: продолжит ли кто-то разбираться с проблемой незаконного слива отходов в воду, или это так и останется никому не нужным делом?

Я почти попрощалась с жизнью. Но вдруг заметила перед собой движение. Что-то светлое пронеслось мимо, но для обычной речной рыбы объект был слишком большим. Тело вновь стало послушным, но ноги путались в чём-то. От неожиданности вновь попыталась плыть, борясь теперь не только с водной стихией, но и со страхом быть съеденной.

Существо тут же исчезло, обдав меня мелкими пузырьками. И что-то будто вытолкнуло меня из воды. Нащупала руками каменистое дно и почувствовала, как с волос на лицо стекает вода. Позволила себе вздохнуть и закашлялась.

Я… жива?

– Вень Лю решила поплавать? – раздался рядом женский голос и смех.

Подняла голову, пытаясь разглядеть смеющихся людей. Странно, что они забавляются, а не пытаются помочь. Скользнула затуманенным от недостатка кислорода взглядом по нескольким цветным длинным юбкам и замерла, уставившись на лица насмешниц с характерными чертами.

– Разойдитесь! – из-за спин девушек выскочил мужчина в ханьфу.

Лицо его было подобно выточенному пластическими хирургами образу дорамного красавчика. Он подскочил ко мне и подхватил под руки.

– Вень Лю, ты в порядке? – спросил он, заглядывая мне в лицо.

– Это что за хрень? – едва слышно прохрипела я.

Мир поплыл. И все-таки потеряла сознание.

***

Деревянный потолок… Шелковые занавески на балках… Тусклый свет, льющийся сквозь затянутые бумагой окна…

Именно это увидела я, когда открыла глаза. Где я оказалась?

Вспоминая о женских фигурах в цветных ханьфу и о мужчине, что подбежал ко мне, не могла не думать о том, что все истории про попаданок в дорамах начинаются именно так.

– Госпожа, вы очнулись, – должна была спросить сидящая рядом служанка.

Но никого в комнате не оказалось. Никто не торопился заговорить со мной и рассказать о происходящем. Лишь потрескивал уголь в курильнице, наполняя воздух ароматом сандала и корицы.

Я села на жесткой кровати и оглянулась. Смотреть на убранство комнаты не через экран телевизора было даже забавно. Смешно и страшно одновременно – будто я действительно в дораме.

Но то, что я жива, хоть и оказалась черт знает где, не могло не радовать.

Попыталась встать с кровати – все же я всерьез не могла верить в истории о попаданстве. Мозг судорожно искал объяснение, лишь бы не признавать очевидное. Может быть всё то, что я видела до обморока, лишь иллюзия, порожденная недостатком кислорода и стрессом? А дом принадлежит такому же поклоннику азиатской культуры, как я, только чуть шизанутее.

В голове плыло, а ноги запутались в длинной юбке, которая почему-то оказалась на мне вместо джинс. Кем бы ни был хозяин дома, он чересчур помешан на аутентичности образа. Иначе зачем бы ему меня переодевать в подобную одежду.

Стало как-то жутко. Хотя в его оправдание можно сказать, что просто ничего другого здесь нет, а оставлять меня в вымоченной речной водой одежде было неправильно.

Потерла виски, отгоняя головокружение, и заметила ещё одну деталь: вместо привычной стрижки пикси на мне длинные волосы. Это уже перебор. Я конечно уважаю косплей, но в сложившейся ситуации это попахивало каким-то извращением. Дернула за волосы, пытаясь сорвать парик – а что это могло быть ещё – и ойкнула, когда они остались на месте, а мой жест отозвался неприятной болью в голове. Никакой это не парик.

– Это что за хрень? – спросила у себя чужим голосом.

Я едва не задохнулась от паники. Ощупала лицо, которое тоже было иным – гладкая кожа, слишком маленький нос и будто припухшие веки. Метнулась к стоящему на низкой тумбе бронзовому зеркалу, и увидела в нем незнакомое отражение.

Зажмурилась и посмотрела снова. Отражение не изменилось.

– Госпожа, вы очнулись! – наконец раздался рядом положенный сюжетом голос вошедшей служанки. – Лекарь велел вам лежать. Зачем же вы встали?

Я обернулась на девушку, которая выглядела так, как ей и положено выглядеть – простое добротное ханьфу, состоящее из юбки и короткой куртки на поясе, собранные в удобную прическу длинные волосы и встревоженное округлое лицо. Она помогла мне встать, а я так и смотрела на нее, пытаясь осознать, что происходит.

– Госпожа Вень Юнь совсем ничего не боится, – продолжала причитать девушка. – Уверена, это она приказала столкнуть вас в реку. Но конечно, госпожа никогда не признается в этом. Она сказала, будто видела, что вы сами шагнули с моста.

– Зачем бы мне это делать? – рассеянно спросила я.

От воспоминаний о том, как я не могла выплыть со дна реки, накатывала паника и казалось, что мне не хватает воздуха даже вдали от воды, когда из жидкости в комнате только принесенный служанкой отвар.

– Понятно зачем, – продолжала говорить девушка. – Господин Лян Фенг заявил, что не может жениться на вас, и предложил стать его наложницей. Он был всегда внимателен к вам, но его семья требует, чтобы он женился на другой.

– И чем я не угодила его семье? – рассеяно спросила я, уже понимая, что попала сразу в гущу чьих-то разборок. Какое потрясающее начало новой жизни.

– Госпожа, зачем вы спрашиваете об этом? – вздохнула служанка. – Для меня не имеет значения, что ваша мать также была лишь наложницей. Но семья Лян особенно требовательна к родословной невесты будущего главы клана.

– Я не помню этого, – осторожно сказала я. Для меня будет лучше прикрыться амнезией, к тому же, что настоящая Вень Лю едва не утонула, и это вполне может стать причиной провалов в памяти. – Я ничего не помню.

Так себе план. Но всё-таки лучше, чем его отсутствие.

– Совсем ничего? И меня не помните? – испуганно спросила девушка и сразу побежала к дверям. – Я позову лекаря.

Вскоре она вернулась с пожилым мужчиной, видимо и бывшим тем самым лекарем. Он приблизился ко мне, окинув быстрым, но внимательным взглядом, как будто мог оценить мое состояние на расстоянии. Затем склонился в легком поклоне, как полагалось при встрече с высшими по статусу – к такому я точно не привыкла. И заговорил:

– Госпожа, я пришёл осмотреть вас. Ваша служанка сказала, что вы потеряли память. Прошу, позвольте мне проверить ваш пульс.

Я протянула руку и почувствовала аккуратное прикосновение к моему запястью. Мужчина закрыл глаза, лишь губы чуть шевелились, отсчитывая удары сердца. Прежде мне приходилось только слышать об этом старинный методе китайской медицины.

Как-то слабо верилось, что по глубине и частоте пульса и правда можно понять о недугах человека. Это точно не заменит обследования высокотехнологичным медицинским оборудованием. А от хорошей проверки на вменяемость я бы не отказалась.

Спустя несколько долгих мгновений, лекарь открыл глаза и медленно отстранился. Он слегка нахмурился, но всё же сохранил спокойное выражение лица. Я заранее напряглась, готовясь услышать неутешительный диагноз.

– Ваш пульс говорит о том, что тело госпожи почти полностью восстановилось после перенесённого потрясения, – вопреки моим ожиданиям сказал он. – Чтобы память скорее вернулась к вам, я рекомендую отдых и покой. Чай из корня женьшеня поможет укрепить ваше здоровье, – он записал что-то на своём свитке, после чего поднялся и направился к выходу.

Служанка ушла вместе с ним, чтобы приготовить для меня выписанные целителем отвары.

А я не знала, что мне делать дальше: биться в истерике, что настоящая я утонула, или радоваться, что получила пусть такой неоднозначный, но всё-таки второй шанс на жизнь. Одно было понятно точно: пока меня не раскрыли, поверив, что потеря памяти – лишь последствия произошедшего. А значит, я могу и дальше прикрываться этой легендой. Вопрос с иным характером новой Вень Лю на время, пока я осваиваюсь, на время был решен.

Я растянулась на кровати. Совет лекаря побольше отдыхать оказался весьма кстати. Тем более, что я не собиралась как-то привлекать к себе лишнее внимание и планировала следовать рекомендациям. Разве не так сделала бы обычная местная девушка? В комнате безопасно, и у меня есть немного времени, чтобы придумать, как жить дальше, а также привыкнуть к своей новой роли.

Мне стало чуть спокойнее, когда дверь снова открылась, и служанка вошла в комнату. Я без страха стала расспрашивать о том месте, где оказалась, и пыталась запомнить каждую мелочь. Узнала, что её зовут Джейи, что она пришла в поместье Вень, будучи совсем юной девочкой, и служит Вень Лю уже несколько лет.

Также Джейи рассказала, что Вень Лю была дочерью наложницы господина Вень. Он любил мать Вень Лю, но как только она умерла, забыл о прежних чувствах. Маленькую Лю стала воспитывать госпожа Вень – жена господина. И из любимой дочери она вдруг стала изгоем. Старшая и младшая сестры не раз пользовались своим положением и насмехались над Вень Лю. И бедняжку некому было защитить.

Так было до тех пор, пока Вень Лю не встретилась в Лян Фенгом – сыном влиятельной семьи из Юннина, крупного города неподалеку. Он был добр к Вень Лю, и очень ей нравился. В его присутствии сестры не позволяли себе обижать Вень Лю. Связь с будущим главой семьи Лян должна была принести семье Вень прибыль, и отец ругал девушек за склоки.

Однако семья Лян потребовала от Лян Фенга выбрать в жены девушку благородного происхождения, и Вень Лю предстояло дождаться его свадьбы, чтобы после занять место наложницы. Это послужило новым поводом для насмешек. А ещё, по слухам, и причиной, по которой Вень Лю прыгнула с моста.

Последние две недели Лян Фенг гостил в поместье Вень. И, если я себя буду хорошо чувствовать, моя новообретенная семья в этот вечер ждала меня на ужин.

Конечно, отказываться от знакомства с новыми родственниками я не стала. Встреча с ними казалась испытанием, но я понимала, что должна увидеть их как можно скорее. Только личное знакомство позволит избежать ошибок в будущем.

Как только подошло время, Джейи облачила меня в нарядное ханьфу из легкого шелка и заплела волосы. Замысловатую прическу Джейи украсила массивной заколкой с нефритом.

Мне нравилось моё отражение, пусть в нем было чужое лицо. Струящаяся ткань ханьфу с длинными рукавами, что поднимались при каждом движении, красиво очерчивала тонкое девичье тело. Пояс с золотым узором подчеркивал талию. Настоящий образ девушки из дорамы был круче любого косплея. И я не сдержала улыбки, пока разглядывала себя. В прежней жизни я не могла позволить себе что-то подобное.

Вечернее небо окрашивалось в бледно-розовый и перламутровый, когда я вышла из комнаты. На миг замерла, залюбовавшись открывшимся видом. Двор был огорожен высокими стенами из серого камня, местами покрытыми мхом. Изогнутые крыши зданий поднимались в небо, клумбы с цветущими хризантемами, маленький пруд под раскинувшимися в стороны ветками сливы… Сложно поверить, что все это реально!

Я шла по дорожке, выложенной серыми каменными плитами, и с восторгом оглядывалась вокруг. Служанка семенила следом и подсказывала мне, куда идти.

Навстречу мне вышел мужчина. Джейи шепотом подсказала мне, что это господин Вень, мой отец. Тёмно-синее ханьфу с широкими рукавами расшито золотыми нитями. Тяжёлый пояс украшали металлические подвески, в которых я узнала символы удачи и власти. Он казался суровым и будто чем-то обеспокоенным. Морщины на лбу делали его старше, чем он был на самом деле, но в его тёмных глазах читалась железная воля.

– Вень Лю, – резко сказал он, и я вздрогнула услышав его. – Я рад, что ты в порядке. Твое здоровье важнее всего, но Лян Фенг надеется увидеть тебя сегодня. Мы должны поторопиться.

Я поклонилась ему, опустив глаза в знак уважения. Что, если он разоблачит меня? Я следила за каждый жестом, каждым вдохом, изо всех сил вспоминая традиции этого места. Всё, что я знала, было почерпнуто из азиатских новелл и дорам. И я очень боялась сделать что-то не так. Но отец ничего не сказал мне, значит я не ошиблась.

## 2. Незнакомец из призрачных воспоминаний.

Я вошла в дом и оказалась в просторной зале для приёма гостей. Высокий потолок с резными деревянными балками и росписью небесных созданий – драконов и фениксов, переливающихся золотом и алым. В центре комнаты находился большой низкий стол с фарфоровыми пиалами и чайником из белого нефрита. Повсюду разложены подушки для сидения, украшенные шелковыми узорами.

Видно было, что семья Вень достаточно обеспечена и может позволить себе такую роскошь. Сердце заходилось от восторга: неужели у меня есть возможность прикоснуться к настоящей сказке? А перспектива провести жизнь в этом месте перестала быть пугающий. Если бы мне предложили: лежать хладным трупом на дне реки или оказаться дочерью наложницы и влиятельного человека, я бы снова без сомнений выбрала второе.

Я заняла своё место, стараясь не слишком пристально разглядывать обстановку, которую могла видеть только в фильмах. По другую сторону стола уже сидел Лян Фенг. Я узнала его, хоть увидела лишь мельком перед тем, как потерять сознание. И он снова показался мне идеальным: роскошная одежда, длинные волосы собраны в пучок на затылке и украшены серебряной шпилькой. Лицо – безупречно красивое, как будто выточенное искусным мастером, с высокими скулами и мягким изгибом губ.

Он улыбнулся мне, и я вдруг поняла, что у бедняжки Вень Лю не было шансов не влюбиться в него. Даже моё сердце затрепетало под его нежным взглядом.

Но мое внимание привлек человек, сидящий по левую руку от Лян Фенга. Темное ханьфу делало его почти незаметным на фоне сгущающихся вечерних сумерек. Но вот глаза… Казалось, будто в них сияло золотистое свечение. Я моргнула, отгоняя наваждение – и теперь это было лишь отражение зажженных повсюду свечей. Его лицо было суровым, будто неприметным на фоне красоты Лян Фенга, и вместе с тем странно знакомым.

Он тоже посмотрел на меня. Сердце пропустило удар, когда наши взгляды встретились. Он не отводил глаз несколько мгновений. Казалось, он видел меня насквозь, меня настоящую, и, в отличие от других, уже знал правду: я не Вень Лю.

Он смотрел несколько мгновений и будто целую вечность. А потом отвернулся и больше не оборачивался в мою сторону, как если бы меня здесь не было.

«Почему я его помню?» – пронеслось у меня в голове. Прошлое Вень Лю оставалось для меня загадкой. Этот незнакомец единственный, кто отозвался в памяти, будто полузабытый сон.

Перебрала в голове знакомых героев дорам – может я видела его лицо на экране? Но нет, он не был похож ни на одного из актеров.

Не успела я как следует обдумать это, двери раздвинулись, и в комнату вошли слуги и занесли ужин. Это отвлекло меня от неясного ощущения. Они ставили фарфоровые тарелки и чаши на стол перед нами. Многие блюда оказались мне незнакомы, но я смогла распознать маленькие паровые булочки, фасоль и какую-то нарезанную кусочками рыбу. Воздух наполнился ароматом пряностей.

Однако еда оказалась пресной и совсем не напоминала современную китайскую кухню с её яркими вкусами и соусами, которые я знала. Несмотря на голод, я с неохотой ковыряла палочками в тарелке, пытаясь свыкнуться с непривычным вкусом пищи.

Лян Фенг заметил мое неудовольствие, наклонился и тихо спросил:

– Всё в порядке? Тебе не нравится еда?

Я посмотрела на него, едва заметно улыбнулась и, чтобы не выдавать свои мысли, отрицательно покачала головой. Сочетание его красоты и заботы всколыхнули во мне теплые чувства. Я вдруг ощутила желание Вень Лю быть единственной для него, а не просто наложницей – женщиной, которая подменит жену, если господину скучно.

Лян Фенг вернулся к своему разговору с отцом о плотине, которая строилась семьёй Лян недалеко от города. Он рассказывал о проблемах с рабочими и повреждёнными частями сооружения. Судя по всему Лян Фенг занимается этим не один год.

– Из-за недавних ливней вода в реке поднялась, – пояснил он, как бы обращаясь ко всем, хотя рассказывал это моему отцу. – Вы же помните, какие бедствия принесли в прошлый раз наводнения? Мы должны срочно укрепить построенную часть плотины, иначе история повторится.

– Конечно, – кивнул господин Вень. – И мы готовы оказать вам любую помощь, если потребуется.

Я молча слушала, крутила в руках фарфоровую пиалу с остатками жидкого супа и оглядывала людей за столом. Рядом с господином Вень сидела его жена, ставшая мне приемной матерью. Ее лицо казалось мягким, но взгляд оставался цепким и внимательным.

Вень Юнь и Вень Лин, мои сводные сёстры, были одеты в яркие ханьфу из дорогих шелков. От того они выделялись среди других и привлекали к себе внимание. Их прически тщательно уложены, а движения плавны и осторожны. В отличие от меня они были частью этого мира и идеально вписывались в богатый интерьер дома.

Я попыталась взять палочками кусок рыбы, и тот выпал обратно в тарелку. Пальцы дрогнули, будто я совершила ошибку и выдала себя. Сёстры переглянулись и, не удержавшись, хихикнули.

– Вень Лю, – произнесла Вень Лин. – Ты всегда так… по-особенному ешь? Удивительно, как Лян Фенг может предпочесть такую неловкую девушку.

Я подняла глаза и улыбнулась, делая вид, что всё нормально. Неприязнь к сестрам была у Вень Лю в крови, и я тоже почувствовала её.

– Может, ему как раз нравится, когда еда не пресная, а девушки не такие скучные, – ответ прозвучал сам собой, хоть я и пыталась сохранять вежливый тон. – Но вам этого не понять.

Вень Юнь едва не вскочила от злости. Наверное, Вень Лю раньше не позволяла себе давать отпор сестричкам.

– Ты смеешь говорить с нами таким тоном? – взвизгнула она. – Ты дочь наложницы, а ведёшь себя, как будто равна нам! Ты должна быть благодарна, что Лян Фенг вообще обратил на тебя внимание! В любом другом случае тебе было бы место не за этим столом, а среди прислуги!

Её слова должны были задеть меня. Но я не прежняя Вень Лю. Мне было всё равно. Я лишь улыбнулась с показной доброжелательностью…

В этот момент фарфоровая миска перед ней внезапно лопнула, а содержимое выплеснулось на цветную юбку. Краем глаза я заметила, как пальцы Цзан Чена разжались – будто он только что что-то отпустил. Его губы дрогнули в подобии усмешки.

Вень Юнь вскрикнула, и посмотрела на меня, будто это случилось по моей вине. Она подняла руку и хотела сказать ещё что-то. Я приготовилась снова ответить ей…

– Довольно! – отец ударил ладонью по столу, обрывая зарождающийся спор. Он посмотрел на Вень Юнь, и его лицо стало ещё более строгим. – Не нужно позориться перед нашими гостями. Твоё поведение недостойно.

Вень Юнь сжала губы, но затихла, покорно склонив голову. Однако я понимала: это ещё не конец. Теперь, когда отец не поддержал её, заставив замолчать перед чужими людьми, она не раз ещё отыграется на Вень Лю. Оставалось надеяться, что в другой раз я так же легко смогу ответить сёстрам.

Разговор за столом снова перешёл к повседневным делам. Отец и Лян Фенг обсуждали строительство и последние новости с границы. Но это казалось слишком непонятным для меня, и я не пыталась участвовать в беседе.

Как только ужин подошёл к концу, я встала, извинилась и, сославшись на плохое самочувствие, покинула комнату. Возле самого выхода обернулась, почувствовав на спине чей-то взгляд. Незнакомец снова смотрел на меня. Мне стало не по себе, я резко отвернулась и поспешила выйти наружу.

Оказавшись на улице, я сделала глубокий вдох. Я вдруг ощутила, как была напряжена всё это время, когда пыталась вспомнить и воспроизвести всё, что знала об этикете. И, кажется, сойти за местную сложнее, чем мне бы этого хотелось. Смогу ли я не выдать себя?

Хотелось скорее добраться до своей комнаты, запереться в ней и наконец перевести дух. И я пошла прочь.

– Вень Лю! Подожди, – позвал меня Лян Фенг.

Я медленно обернулась, ещё не до конца понимая, что он обратился ко мне. Лян Фенг догнал меня торопливым шагом.

Как скоро он догадается, что я не та Вень Лю, которую он знал? И как долго я смогу притворяться ей?

Приблизившись, Лян Фенг остановился на расстоянии вытянутой руки – не слишком близко, но и давая понять, что мы друг другу не чужие. Я замерла, не зная, как должна вести себя с ним.

– Ты в порядке? – тихо спросил он. – Ты была будто сама не своя за ужином. Если тебя все ещё беспокоит роль наложницы… знай: ты всегда останешься для меня самой любимой женщиной. Я готов почитать тебя как законную супругу. И не стоит слушать, что говорят другие.

Его обещание казалось трогательным. Наверное, настоящая Вень Лю была бы рада услышать эти слова. Но… меня они оставили равнодушной. Лишь его искренняя забота отозвалась теплой благодарностью.

Лян Фенг казался хорошим человеком, мне не хотелось обижать его. И, если он один из немногих, кто искренне заботился о Вень Лю, мне не стоило портить отношения с ним. Мне нужна чья-то поддержка. И конечно, я собиралась воспользоваться уже готовой легендой, почему мои чувства к этому человеку отличаются от тех, что испытывала Вень Лю.

– Я ничего не помню… Лян Фенг, – сказала я с сожалением. – Ни обид, ни того, что произошло. Всё, что было до… – я запнулась, вспоминая реку и тот момент, когда едва не утонула. Все, что было до и правда не имело никакого значения. Настоящая Вень Лю мертва, но мне повезло чуть больше. – Ты не должен переживать за меня. У меня нет причин злиться.

– Я пришлю для тебя лучших лекарей и лекарства. Ты все вспомнишь, и мы вернемся к этому разговору снова, – сказал он с такой искренней улыбкой, что от неё что-то отозвалось внутри. – А сейчас позволь мне проводить тебя до твоей комнаты.

Он сделал ещё шаг в мою сторону, будто давая понять, что не примет отказа. И я кивнула. Почему бы не узнать его чуть лучше. И я даже подумала, что если он полюбит новую Вень Лю – а вернее меня в её теле – я… буду совсем не против.

Мы молча прошли через двор, освещенный лишь лунным светом и редкими тусклыми фонарями. Я косилась в сторону Лян Фенга, но не решалась спросить о жизни Вень Лю и о том, что связывало её с ним.

Когда мы оказались возле моей комнаты, Лян Фенг снова посмотрел на на меня.

– Отдыхай, Вень Лю, – сказал он. – Если тебе что-то потребуется, просто скажи, и я сделаю это.

Я кивнула, а Лян Фенг повернулся и направился обратно. Меня охватило странное чувство – смесь теплой симпатии и горечь разочарования. Как бы я ни пыталась быть осторожной, мне уже нравилось внимание этого мужчины. Но, увы, я заранее знала, к чему могут привести мои чувства, позволь я им родиться.

Даже теперь, когда в теле Вень Лю другая душа, она может стать лишь его наложницей. Но эта роль не подходила мне. Если уж Вень Лю, воспитанная в соответствии с обычаями этого мира, была против роли второй после жены женщины, то каково мне! Я оказалась не готова делить мужчину с другой женщиной и подчиняться её правилам в будущем доме.

Перед тем, как зайти в комнату, посмотрела в звездное небо. Тонкими росчерками его пересекали пролетающие мимо метеоры… Кажется, будто это они исполнили мое отчаянное желание выжить. Помогут ли они мне снова?

## 3. Карп, обещающий богатства

На следующее утро я проснулась в отличном настроении и с уверенностью, что смогу справиться со всеми трудностями, которые судьба приготовила для меня и Вень Лю. В конце концов я не осталась на дне реки, а попала в другой мир, в тело девушки из обеспеченной семьи. И могу надеяться на помощь Лян Фенга – конечно, если он не отвернется от меня, узнав, что его любимой больше нет.

Но пока всё не так плохо. А неприятности Вень Лю казались смешными по сравнению с тем, что всего сутки назад мне пришлось погибнуть в реке. От воспоминания об этом грудь будто сковали тисками, а сердце застучало в ушах – похоже, вода ещё долго будет пугать меня.

Утренний солнечный свет пробивался сквозь бумажные окна. Отмахнулась от навязчивой мысли проковырять в бумаге дыру и выглянуть наружу. Прислушалась к звукам двора: пению птиц, шелесту листьев и удалённым голосам слуг. Расправившись с завтраком, который принесла Джейи, я натянула простое ханьфу – оно оказалось гораздо удобнее вчерашнего парадного наряда – и вышла на улицу.

Если я застряла в чужом мире, то неплохо бы узнать, куда именно попала, и как могу сделать свою новую жизнь лучше. О порядках и правилах мне было известно из дорам, что-то успела почерпнуть накануне. Так что стоило осмотреться и подумать о том, что я могу себе позволить, находясь в положении дочери наложницы.

Я медленно переходила из двора в двор мимо цветущих деревьев и смотрела по сторонам. Песчаная дорожка под ногами вела к небольшому пруду. Около него я остановилась, отгоняя появившийся страх перед водой.

Успокаивала себя, что глубина в небольшом водоеме едва ли достигнет колена, и смотрела на плавающего в нём оранжевого карпа. Хозяева дома Вень, наверное, надеялись не только на волю и силу главы семьи, но и на призванную рыбой удачу.

В стороне послышались голоса. Я обернулась на звук, но только поморщилась, когда увидела источник звука. Сёстры Вень Юнь и Вень Лин появились из-за поворота, обсуждая что-то с улыбками на лицах.

– О, как удачно мы встретили нашу драгоценную сестрицу, – с притворным весельем начала Вень Юнь.

Я напряглась, но старалась сохранить хотя бы видимое спокойствие. Было понятно, что ничего хорошего от этих двоих ждать не стоит. Что они задумали? За ужином меня от их колкостей оградил отец, боявшийся опозориться перед Лян Фенгом. И, конечно, сестрички обязательно отыграются за это.

Как долго я смогу давать им отпор? К сожалению, Вень Юнь была права, когда сказала, что дочь наложницы имеет гораздо меньше прав, чем благородные девушки. Таковы правила этого мира – мне их не изменить.

– Мы тут кое-что обнаружили, и боюсь, отцу это не понравится, – продолжала Вень Юнь.

Она взмахнула рукой и бросила что-то в пруд. Яркий сверток с плеском упал в воду. Только вышитая лента, которой он был перевязан, опустилась на поверхность и покачивалась на волнах.

– Что это? – осторожно спросила я, пытаясь понять замысел сестер.

Пока все выглядело безобидно. Если только они не решили утопить в пруду что-то ценное для Вень Лю. Тогда мне надо изобразить больше переживаний, чтоб не выдать себя. Или просто посмеяться над их жалкими попытками задить меня?

– Неужели ты не узнаешь? Это твоя лента для волос, – с улыбкой пояснила Вень Юнь и наигранно протянула: – Интересно, как же она оказалась в свёртке, набитом всякими ядовитыми травами? Это ты его сделала?

– Очевидно, колдовство, – согласилась Вень Лин. – Иначе как бы тебе удалось так быстро встать на ноги? А теперь этот бедный карп в пруду умирает из-за твоих чар вместо тебя.

– Карп не переживет этого колдовства, – подхватила Вень Юнь, всплеснула руками и подняла глаза к небу. – Любимый карп отца умрет. И вся семья узнает, что ты… ведьма!

Я посмотрела на свёрток и на карпа, который действительно стал метаться в пруду. По спине впервые пробежал холодок страха. Кажется, что сёстры подготовили настоящую пакость. Если карп погибнет, Вень Лю могут обвинить в злом колдовстве, а моя душа в её теле станет тому доказательством. Пусть для меня это лишь бред – рыба гибнет от испорченной воды, а не от мистических сил. Но в мире, где верят, будто простой карп приносит удачу, это может привести к серьёзным последствиям.

– Не смейте… – начала было я, не согласная с такой несправедливостью.

Едва начавшаяся новая жизнь могла вот-вот оборваться или стать невыносимой, если отец поверит в слова сестер. А если и не поверит, Лян Фенг вынужден будет отказаться от меня даже как от наложницы. Раз уж семья не дала ему права жениться на Вень Лю из-за ее происхождения, то преступница сгодится ему может только как служанка.

А я пока не была готова лишиться покровительства Лян Фенга.

– Ах, как мило! – рассмеялась Вень Юнь. – Ты уже не такая смелая. Теперь все узнают, какая ты на самом деле!

Тем временем происходило что-то странное. Вода в пруду потемнела, а карп перестал метаться, почти лишившись сил. Он заваливался на бок и поднимался к поверхности. Разве такое могло произойти из-за каких-то трав?

Одно было понятно: мне не спасти карпа, даже если я прыгну в воду и вытащу брошенный Вень Юнь сверток. Мозг судорожно искал ответ, как выйти из этой ситуации. Но, казалось, дело ещё более безнадежное, чем выбраться из вод быстрой реки. Если я просто скажу, что сестры меня подставили, разве отец поверит мне?

В этот момент за моей спиной послышался шелест гравия под чьими-то шагами. Я оглянулась и увидела вчерашнего незнакомца. Он появился, словно из ниоткуда. Солнце блеснуло золотом в его глазах, или это снова наваждение?

– Что тут происходит? – тихо спросил он, но от угрозы в голосе хотелось сбежать даже мне, хотя я – всего лишь жертва чужой жестокости. Или может я боялась, что он поверит рассказам сестёр?

Они тоже замерли. Их самодовольство моментально сменилось растерянностью. Но прежде чем хоть одна из них успела что-то сказать, мужчина посмотрел на свёрток, качающийся в пруду. Он подошёл ближе, опустился на колено, протянул руку к воде и шевельнул пальцами, с которых в воду соскользнули несколько ярких искр.

Вода в пруду тут же стала прозрачной, карп ожил, зашевелил плавниками и, успокоившись, скрылся у самого дна. Я только и могла удивляться произошедшему на моих глазах чуду.

– Похоже, что вы ошиблись, – спокойно сказал незнакомец, глядя прямо на сестер. – Карп здоров, а вода в пруду чиста. А это… – он вытянул руку, и вода, словно повинуясь его воле, толкнула сверток к краю пруда и прямо в его ладонь. – Ничего больше не сделает.

Вень Юнь и Вень Лин отступили на шаг, их лица побледнели. И мне тоже стало немного жутко.

– Н-но мы… Мы думали… – начала Вень Лин, но её голос сорвался.

– Господин Цзан Чен! – Вень Юнь первой взяла себя в руки, вздернула подбородок и посмотрела на мужчину. – Мы… мы просто хотели помочь сестре. Она сильно пострадала, когда едва не утонула.

– Помочь? – с недоверием переспросил Цзан Чен. Ничего похожего на помощь здесь не происходило, и мы все это знали.

Вень Лин, бледная, как мел, быстро схватила сестру за руку, кланяясь и причитая:

– Простите нас, господин Цзан Чен, мы ошиблись!

Сёстры, не сказав больше ни слова, развернулись и поспешно скрылись за углом ближайшего здания. Цзан Чен остался стоять и смотрел им вслед. Но вот его взгляд обратился ко мне. Но вместо страха я снова ощутила непонятное, но сильное чувство: как будто видела его прежде.

Он просто смотрел на меня. А мне казалось, что воздух вокруг нас стал гуще и словно приглушал все звуки. В его глазах снова сверкнул золотистый свет. Я почувствовала как страх отступил, оставив после себя лишь странное притяжение.

Цзан Чен медленно подошёл ближе, почти бесшумно ступая по дорожке. Я отступила на шаг назад, но не смогла отвести от него глаз.

– Ты в порядке? – спросил он.

Один невинный вопрос – а сердце забилось быстрее.

– Д-да… в порядке, – ответила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. – Спасибо за помощь, – добавила я и поклонилась, чтобы скрыть охватившие меня чувства.

Услышав мой ответ, он отвернулся, как и вчера – будто я перестала для него существовать. И сделал шаг прочь.

– Кто вы? – я не могла не воспользоваться моментом, и слова вырвались будто бы сами.

Цзан Чен замер на несколько мгновений, а потом оглянулся. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке.

– Всего лишь слуга твоего будущего мужа, – тихо ответил он.

Его ответ показался мне странным. Он только что одним взмахом руки и парой слов очистил пруд и оживил карпа. Это… и правда настоящая магия. Разве может он служить простому человеку, пусть даже этот человек – Лян Фенг? Казалось, он сам может покорить весь мир так же, лишь взмахом руки.

– Не бойся их, – добавил Цзан Чен, кивнув в ту сторону, где исчезли мои сёстры. – Я всегда рядом.

Сказав это, широким шагом он отправился прочь. В замешательстве я смотрела ему вслед. Но я не посмела снова окликнуть и остановить его. Однако в голове рождалось все больше вопросов: кто он на самом деле? Почему он защищает меня? Это приказ Лян Фенга или… или его собственное желание?

Но одно я поняла точно: мне нужно держаться как можно дальше от сестер Юнь и Лин.

## 4. Лента в волосах.

Как и обещал Лян Фенг, днём ко мне снова пришли лекари. Их было трое. Каждый из них снова проверил мой пульс. Теперь меня это не веселило так как накануне. Один из лекарей долго изучал мое лицо, словно надеялся увидеть в нем причину потери памяти. Но все трое, как и предыдущий, были едины во мнении: произошедшее на реке не навредило телу, но встревожило душу, и мне нужны лишь покой и время, чтобы полностью прийти в себя.

Я почувствовала некоторое облегчение, ведь никто так и не понял причин произошедших с Вень Лю перемен. "Конечно, нужно время", – думала я, мысленно усмехаясь. Только если бы кто-то из этих лекарей знал, что за душа скрыта в теле Вень Лю, стали бы они ждать, пока всё само пройдет?

Перед тем, как уйти, лекари оставили для меня набор лекарств. Они заверили, что это лучшие укрепляющие средства, какие можно найти. Рядом с ними лежали маленькие, пирожные, завернутые в белоснежную ткань. Это тоже был подарок от Лян Фенга. Он передал их ещё утром, но я не успела развернуть угощение из-за прихода лекарей.

– Мой господин прислал вам это в знак своего беспокойства о вашем здоровье, – сказал молодой слуга, который принес сладости.

И я с нетерпением ждала ухода лекарей, чтобы попробовать пирожные. Было интересно, какие местные сладости на вкус?

Однако никто будто не желал подарить рекомендованного мне покоя. Как только лекари вышли, в мою комнату явилась госпожа Вень. Мне ещё не приходилось лично общаться с ней, но по словам Джейи, между Вень Лю и приемной матерью не было теплых отношений, хоть та и не обижала дочь наложницы. Так чтоже она забыла в моей комнате?

Госпожа Вень выглядела холодной и строгой, одним своим видом показывая, что даже сейчас я – всего лишь нежеланный для неё ребенок.

– Лекари сообщили мне, что твоё состояние улучшается, – начала госпожа Вень, равнодушно осматривая комнату. – Лян Фенг проявил много терпения и заботы. Ты должна понимать, что обязана ему жизнью.

Я боролась с желанием хмыкнуть и сказать что-нибудь колкое. Не хватало мне ее поучений. Но я помнила о своем месте и правилах: мне нельзя забывать, что дочь наложницы должна проявлять почтение к жене своего отца.

– Я очень признательна Лян Фенгу, – ровным голосом ответила я и опустила взгляд, скрывая раздражение. – Я обязательно поблагодарю его за подарки и внимание.

– Признательна? – госпожа Вень будто была недовольна моим ответом. – Вень Лю, будь милой с ним, даже несмотря на потерю памяти. Лян Фенг не должен чувствовать, что его усилия напрасны. Ему нужно быть уверенным, что ты понимаешь, какую роль тебе предстоит играть в его жизни.

Я прикусила губу, чтобы не сказать лишнего. Мне были понятны её переживания, но… она пыталась принудить меня к сближению с Лян Фенгом. Нежные чувства будущего главы семьи Лян были выгодны семье Вень. А внезапная потеря памяти девушки грозила провалом их планам. Но даже то, что Лян Фенг, кажется, нравился мне, не значило, что я была готова инструментом для достижения целей семьи. Все внутри противилось этому.

Госпожа Вень совсем не переживала о чувствах падчерицы. Наверное, прежняя Вень Лю могла бы покорно принять это, и я сдержано ответила:

– Я всё понимаю, госпожа. Но Лян Фенг и я… – я замялась, пытаясь подобрать слова. – Наши отношения с господином Лян для меня не совсем ясны.

Госпожа Вень нахмурилась, сделав шаг вперёд.

– О чём это ты? – она будто бы удивилась моим словам. – Лян Фенг предложил тебе место подле себя, пусть и в качестве наложницы. Ты должна радоваться, даже если не помнишь этого. Множество девушек твоего положения могут только мечтать о таком муже. В конце концов, не забывай, что и твоя мать была лишь наложницей.

– Я помню, – холодно ответила я, чувствуя, как в груди всё сильнее разгорается огонь раздражения.

Её слова были жестоки. Но я знала одно: она права. Пусть в моем мире я была свободным человеком, в этом – зависела от многих условностей. Они непреодолимы, будто каменная стена. Возможно на месте Вень Лю я бы нарочно притворилась, что влюблена, лишь бы уйти к тому, кого хоть немного интересуют мои желания. Всё, лишь бы не оставаться в семье, где дочерью наложницы распоряжались как вещью, гадая, как пристроить её с наибольшей выгодой.

Джейи говорила об ином – чувства девушки были искренними. Но я вдруг и сама поверила словам Вень Юнь, будто Вень Лю шагнула с моста от чувства безысходности.

– И не ругайся с сестрами при гостях, – продолжала поучать меня госпожа Вень. – Твои сёстры – не враги, но и они могут потерять терпение, если ты будешь продолжать вести себя, не как подобает. Запомни, твоя задача – быть тихой, покорной и благодарной. Не забывай, кто ты.

– Я помню, – повторила я, сжав зубы.

Госпожа Вень замерла, но я не стала больше ничего говорить ей.

– Ты всегда была слишком дерзка для той, чьё положение зависит от милости других, – наконец сказала она. – Не повторяй этой ошибки и теперь.

Затем, не дождавшись ответа, госпожа Вень развернулась и вышла, оставив меня одну. Когда дверь за ней закрылась, я опустилась на подушку. Изображать положенную статусом покорность было куда сложнее, чем мне казалось. Сколько злых слов крутилось в голове, но так и осталось не высказано!

И все же её короткое замечание о характере прежней Вень Лю навело меня на определенные мысли. Сестры злились за то, что я пыталась дать им отпор, но не были удивлены. А значит, я могу действовать, и никто не заметит подмены.

Мой взгляд упал на поднос с лекарствами и сладостями от Лян Фенга. В одном госпожа Вень права – он хочет сделать мою жизнь лучше. Это могло стать моим шансом изменить судьбу Вень Лю. И я должна быть рада тому, что именно он влюблен в неё, а не тот, кому было бы всё равно.

Вспомнила я и об утреннем происшествии. Госпожа Вень ничего не сказала об этом. Значит ли это, что никто не сообщил ей об инциденте возле пруда? Сестры не смогли добиться своей цели, и теперь испуганно молчали. А может они сами боялись наказания?

Потом я подумала о Цзан Чене. Он – ещё один человек, который помог мне. Но зачем? Чего он хочет? Стоит ли мне опасаться его, как сёстры? Джейи ничего не говорила о нём , когда рассказывала о прошлом Вень Лю.

Вот только воспоминание о Цзан Чене взволновало меня сильнее, чем хотелось бы. И я долго не могла прогнать мысль об этом таинственном человеке.

Прошло совсем немного времени, когда Джейи сообщила о приходе новых гостей.

– Вень Лю, – я услышала голос Лян Фенга.

Поспешно пригладила волосы и встала, чтобы встретить его. Лян Фенг выглядел усталым, но его улыбка, с которой он посмотрел на меня, казалась тёплой и искренней. И я не могда не улыбнуться ему в ответ.

– Прости меня, – сказал он, войдя в комнату. – Я хотел навестить тебя раньше, но у меня был сложный день. Строительство плотины отнимает много сил.

Я лишь кивнула. Но… почему бы не использовать плотину, чтобы узнать его получше? Может быть, это даже позволило бы мне найти своё место в новом мире. За годы изучения проблем экологии и работы с водоемами у меня скопилось достаточно знаний, которые могут пригодиться и сделать меня не просто дочерью наложницы, а самостоятельной женщиной, способной не только ублажить мужа своей покорностью.

– Ты сильно устал, – осторожно начала я, когда он сел напротив.

Как и сказала госпожа Вень, я должна проявлять заботу к нему, если хочу заручиться его поддержкой. Не ради семьи, ради себя самой. Но его благодарный взгляд оказался приятным. Быть может… я могла быть счастлива рядом с ним?

– Строительство плотины идёт слишком медленно. Мы стараемся найти решение, но работы слишком много. Это сложнее, чем я ожидал… – вздохнул Лян Фенг и грустно улыбнулся. – Но это не важно. Мне жаль, что я не могу быть рядом с тобой сейчас, когда ты нуждаешься в поддержке.

– Тебе не нужно извиняться, – спокойно ответила, глядя ему в глаза. – Ты и так много делаешь для меня.

Он, казалось, сделал для Вень Лю больше, чем все остальные люди вместе взятые. Но вместо обид на семью важнее было придумать, как мне добиться возможности участвовать в строительстве плотины. У меня появился шанс делать то, что мне мне знакомо, и я не собиралась его упускать.

Нужно действовать осторожно, – напомнила я себе. Странно было бы, если девушка без образования предлагала бы слишком прогрессивные для этого мира идеи.

– Ты выглядишь задумчивой, – заметил Лян Фенг. – Что-то беспокоит тебя?

– Ничего, – улыбнулась как можно невиннее. – Просто пытаюсь вспомнить, что нас связывало.

Он вдруг встал и протянул мне руку.

– Прогуляемся? Вечер ещё не настал, и, думаю, тебе полезно будет немного подышать свежим воздухом.

Конечно, я не стала отказываться. Желание сблизиться с Лян Фенгом стало ещё сильнее, когда у меня появилась цель.

– Хорошо, – кивнула я и вложила в его ладонь свою руку. – Почему бы и нет?

Мы вышли во двор и медленно пошли по дорожкам, по которым я гуляла утром. Лян Фенг шагал рядом со мной. По его безмятежному лицу было понятно, что рядом с Вень Лю он готов на время забыть о заботах и наслаждаться возможностью просто быть с ней. Его присутствие и мне казалось приятным. Не часто случается, что за короткое время человек внушает доверие. Но это был как раз тот случай.

– Я рад, что тебе лучше, – сказал Лян Фенг, повернувшись о мне. – Я переживал за тебя. И надеюсь, что ты скоро все вспомнишь.

– Это лишь вопрос времени, – напомнила ему слова лекарей. – В конце концов, тело имеет удивительную способность восстанавливаться.

Лан Фенг рассмеялся.

– Ты всегда была сильной духом. Это то, что мне в тебе нравится. Хотя я знаю, что у тебя есть причины для беспокойства, – он остановился и посмотрел на меня.

Я подняла на него взгляд. Меня беспокоило лишь то, как подобраться ближе к плотине. Все остальное померкло рядом с этим желанием.

– Ты же знаешь, я готов был отказаться от места главы семьи, но у Лян больше нет подходящего мужчины на эту роль. И если я забуду о своем долге и сделаю это сейчас, строительство плотины может быть остановлено. Многие земли страдают от капризов реки. Ты же понимаешь, я не могу думать только о себе.

Эти его слова меня тронули, больше, чем неясные обещания в прошлый наш разговор. Выходит он и правда думал о чувствах Вень Лю, но собственное счастье чтил меньше, чем нужды людей. Я прониклась уважением к нему. Такие идейные люди всегда мне очень нравились. Тем больше мне хотелось помочь ему в его проекте.

Мы продолжили идти в молчании. Я не знала, что сказать Лян Фенгу. Если я буду слишком настойчива и сразу вывалю все знания о плотинах, он поймет, что его Вень Лю больше нет, и может оставить меня. Тогда как и прежняя Вень Лю, я буду зависима лишь от настроения сестер и, возможно, никогда не получу ещё одной возможности заниматься любимым делом.

Так мы дошли до пруда и карпа, который едва не погиб утром, и посмотрели на цветущий сад. Лян Фенг говорил иногда о местах, где испытал с Вень Лю счастливые моменты. На этой тропинке они впервые встретились, эти цветы посадила она, а здесь подарила ему саше, которое вышивала сама…

Мы ещё немного прогулялись по саду и вместе пошли на ужин. Госпожа Вень, сидящая во главе стола рядом с отцом, чуть заметно кивнула. Она выглядела довольной, ведь я сделала именно то, о чем она говорила – давала Лян Фенгу шанс вновь очаровать меня.

Опустившись на подушку напротив Лян Фенга, почувствовала уверенность, которой вчера так не хватало. Я больше не боялась сделать что-то не так. Лян Фенг, сидящий напротив, кивнул, словно поддерживая меня. В этот момент он казался другом, союзником, человеком, на которого я могла положиться.

Сёстры Вень Юнь и Вень Лин покосились на меня, но воздержались от новых насмешек. Возможно, они ещё не отошли от утреннего происшествия или, что вероятнее, боялись снова навлечь на себя гнев родителей.

Беседа за столом началась неспешно. Обсуждали дела семей, местные новости, торговлю. Лян Фенг снова говорил о новостях со строящейся плотины. Я слушала, запоминая каждую деталь. Сдерживала себя, если хотела спросить или что-то предложить – ещё не время для этого.

Я так увлеклась беседой Лян Фенга и родителей, что едва замечала происходящее за столом. И не сразу поняла, что одно место до сих пор пустует. Не успела я об этом подумать, как в комнате появился Цзан Чен.

На миг все затихли, обернувшись на звук его шагов. Цзан Чен неторопливо прошёл к своему и сел, как будто не замечая внимания к себе.

Я замерла. Меня снова охватило смятение, которое я чувствовала рядом с ним. Мой взгляд скользнул по его фигуре. И глаза вдруг зацепились за деталь, которой раньше не было.

Его волосы были аккуратно собраны и перевязаны лентой. Моей лентой.

Той самой лентой, которой сестры обвязали свёрток с ядовитыми травами, едва не стоивший мне всего, что было у Вень Лю. Теперь она красовалась в волосах Цзан Чена.

Я ощутила, как волна жара поднялась к лицу. Моя вещь на нем выглядела очень интимно, будто мы были с ним близки. Но я ничего не знала о Цзан Чене, да и он не проявлял ко мне особого интереса. И если бы не встреча у пруда, решила бы, что ему вовсе до меня нет дела.

Он поднял на меня взгляд. И, заметив моё внимание, улыбнулся краешком губ.

По спине пробежали мурашки. Он знал, что я заметила ленту. И ему нравилось моё смятение.

Поспешно опустила глаза и украдкой покосилась на присутствующих. Но никто, похоже, не обратил на ленту внимания. Лишь сестры Вень Юнь и Вень Лин заметно побледнели. Будто увидели в ленте что-то страшное, а не новый повод для насмешек и сплетен о Вень Лю. Они обменялись тревожными взглядами и уткнулись в тарелки.

Но почему сестры так боятся его?

Цзан Чен, казалось, не замечал наших чувств. Его лицо оставалось непроницаемым, а взгляд был сосредоточен на еде перед ним. Лента, однако, оставалась на своём месте, словно знак, который должен был увидеть только тот, кто знал её значение. И я не могла его разгадать.

Я отвела взгляд от Цзан Чена. Мне нужно было думать не о нем, а о том, как сблизиться с Лян Фенгом. Я снова прислушалась к разговору, но беседа перешла к семейным делам и новостям из дальних земель. О плотине больше не говорили.

Когда ужин был окончен, я вдруг подумала, что не стоит ждать новых возможностей, и, прежде чем Лян Фенг успел уйти, окликнула его.

– Лян Фенг, – я старалась говорить спокойно, хотя сердце трепетало от волнения. – Может быть… мы снова прогуляемся немного?

Он будто был удивлён моим словам, но его лицо озарилось улыбкой.

– Конечно, Вень Лю, – ответил Лян Фенг и кивнул, приглашая меня идти рядом.

– Я ничего не помню, но хочу заново узнать тебя, – смущенно начала разговор.

– Что ты хочешь узнать обо мне? – добродушно спросил он.

– Всё, что ты захочешь рассказать, – я улыбнулась в ответ, чувствуя, что ступила на верный путь. – Но особенно мне интересно услышать о строительстве плотины. Мне показалось, что это важно для тебя.

Лян Фенг рассмеялся и покачал головой.

– Плотина? Ты хочешь говорить о плотине? Разве такие вещи могут интересовать девушку? – Он посмотрел на меня с удивлением, но в его взгляде не было ни насмешки, ни пренебрежения.

Я кивнула и упрямо поджала губы. Неужели так сразу заговорить об этом было ошибкой?

– Я хочу понять, чем ты занимаешься и с каким трудностями сталкиваешься.

Лян Фенг задумался на мгновение, а затем вздохнул и сказал:

– Хорошо, раз уж ты так хочешь… Плотина действительно оказалась сложным проектом. Река Инхё слишком непредсказуема, и мы столкнулись со множеством сложностей. Течение кажется спокойным, но вода быстро подмывает основание, смывая землю и камни, как бы мы ни укрепляли их. Наши строители уже несколько раз возводили временные укрепления, но ни одно из них не выдерживает и месяца. Я рассчитывал, что плотина поможет задерживать воду для засушливых районов, но пока строительство идёт слишком медленно, и многие земли по-прежнему страдают от нехватки воды. Люди ждут, что мы решим эту проблему, но пока все расчеты в строительстве оказываются ошибочными.

Я кивала, прислушиваясь к его словам. При строительстве плотин часто возникали подобные проблемы. Неправильные расчёты и чрезмерная нагрузка на возведённые конструкции могли привести к таким последствиям. Потому для строительства плотин выбирали более спокойные участки рек. Наверное, в таком мире как этот не было иного выбора, и людям приходилось преодолевать слишком сложные условия.

– Но ведь вы построили часть плотины. Это приносит хоть какой-то результат? – я решила сразу понять, что ими сделано.

Лян Фенг снова вздохнул, отчего его взгляд стал ещё более усталым.

– Да, это ещё одна проблема. Мы надеялись, что во время возведения плотины удастся контролировать потоки воды. Но, как я и говорил, река непредсказуема. Когда она разливается, воды слишком много, она затапливает близлежащие деревни и уничтожает урожай. А когда начинается засуха, воды по-прежнему не хватает.

Я начала понимать масштаб бедствия. Строительство плотин – это всегда баланс между слишком большим количеством воды и её недостатком. Контроль за водными ресурсами требовал точных расчётов и знаний, которых, судя по всему, в этом мире не хватало.

– А что, если лишнюю воду уводить по каналам в поля? – спросила я, тщательно продумывая свои слова, чтобы не сболтнуть лишнего и понять уровень развития науки в этом мире.

– Конечно, мы подумали об этом, – кивнул Лян Фенг. – Мы строили дамбы, как велит наука, но вода уходит в обход них… Кто бы мог подумать, что с волей реки будет так сложно справиться.

Я снова задумалась. У них должен быть проект, учитывающий особенности местного климата, рельефа, почвы и водных потоков. Стоит увидеть его прежде, чем предлагать что-то. Воля реки? Скорее – ошибки в расчетах. У меня не так много опыта по инженерной части, но зато достаточно знаний о возможных последствиях неверных решений.

– Это правда сложная задача, – согласилась я. – Возможно стоит взглянуть на это иначе и найти решение, которое никто не находил прежде. Мне бы хотелось увидеть плотину своими глазами.

Лян Фенг посмотрел на меня с удивлением.

– Я и не думал, что это дело может тебя заинтересовать. Но… я рад, что ты хочешь помочь. Может, ты действительно увидишь то, что не видят другие, и это принесёт пользу.

Я не сдержала улыбки. Кажется, я не только стала чуть ближе к своей цели, но и нашла общий язык с Лян Фенгом.

## 5. Серебряная река

Я стояла у раскрытого окна, всматриваясь в сад. Прошло три дня. Три долгих дня с того разговора, а от Лян Фенга – ни слова. Я с теплотой вспоминала нашу последнюю встречу, его обещание показать мне плотину, ту искру, которая, как мне показалось, зажглась между нами. Тем томительнее было ожидание.

Уже на следующий день после того разговора он должен был спросить разрешения у моего отца уехать с ним. Но Джейи сказала в тот день, что Лян Фенг покинул поместье рано утром. И до сих пор от него не было никаких вестей. Значило ли это, что он… уехал без меня?

Что, если он передумал? Что, если всё это – лишь пустые слова, а я слишком много жду от него? Все же этот мир живет по иным непривычным для меня правилам. Дочь наложницы должна интересоваться вышивкой и танцами, а данное ей обещание может ничего не стоить. Многим людям вообще свойственно лгать и забывать о своих словах.

Отвернулась от окна и опустилась на подушку. Может быть, Лян Фенг решил, что прогулка к плотине – минутный каприз, не стоящий его времени? Ведь он очень удивился интересу Вень Лю к его проекту, а значит прежде ее не интересовали такие вещи.

Эти три дня стали для меня пыткой. Никто из дома Вень не навещал меня, и это лишь усиливало ощущение одиночества. Все будто напоминали, что Вень Лю – в этом доме никто, и можно забыть о ней, как только она перестанет быть полезной. Даже сестрички старались держаться в отдалении и не строили пакостей.

Джейи предлагала занять время ожидания вышивкой или живописью, но я совсем не умела рисовать, а рукоделие не было интересно. Без какого-либо занятия время тянулось ещё медленнее, а тревога и обида росли.

Но когда на четвертый день, ближе к полудню, я услышала шаги за дверью, сердце на миг сжалось. Я не осмеливалась поверить, но когда дверь открылась, и на пороге появился Лян Фенг, я испытала массу разных эмоций. Сначала радость, смешанная с удивлением, а потом снова тревога и злость – почему он так долго не появлялся? Затем смятение, ведь он пришел не один, за его спиной стоял Цзан Чен. Наверное, его появление сдержало меня от того, чтобы забыть о правилах и высказать Лян Фенгу всё, что я надумала о нём за прошедшие дни.

– Прости, что заставил тебя ждать, Вень Лю, – с сожалением сказал Лян Фенг, подходя ближе. – Семейные дела… Они потребовали моего внимания и заняли больше времени, чем я ожидал.

Причина его отсутствия казалась достаточно веской, но в груди тлела обида. Эти дни ожидания я только и была занята тем, что накручивала себя, и теперь, когда он был передо мной, не могла не сказать:

– Я уже начала думать, что ты забыл о своём обещании, Лян Фенг.

– Вень Лю, – возразил он. – Я бы не мог об этом забыть. Мы обязательно отправимся к плотине. Завтра. Я тоже хочу, чтобы ты увидела всё своими глазами.

Я украдкой бросила взгляд на Цзян Чена, который всё это время молча стоял в стороне и не вмешивался. Его лицо не выражало никаких эмоций, и я тоже отвернулась, стараясь не замечать его присутствия.

Конечно, прежде, чем отправляться в путь, следовало спросить разрешение отца. Мы пошли к нему сразу. Я надеялась, что господин Вень отпустит меня, и очень волновалась. Если я правильно понимаю местные порядки, такую просьбу могут счесть неприличной.

Из-за едва сдерживаемых эмоций, я чуть не забыла о положеном поклоне, когда мы с Лян Фенгом предстали перед господином Вень. Я уже предвкушала, как увижу плотину, погружусь в любимую в работу и смогу показать пользу своих знаний…

– Она не поедет, – строго сказал отец.

Мир будто рухнул. Но почему? Неужели судьба Вень Лю заниматься бесполезной вышивкой и вечно ждать милости других? Я покосилась на Лян Фенга, надеясь, что он не сдастся. Сама я не могла ни требовать чего-либо, ни просить. Увы, привилегии любимой дочери, которой прощалось многое, у меня не было.

– Это недопустимо, – повторил отец, посмотрел на меня, а затем перевёл взгляд на Лян Фенга. – Даже если Лю лишь дочь наложницы, она не может разгуливать по таким местам. Где ваше чувство приличия? – он раздраженно дернул рукой.

– Отец, – не выдержала я и обратилась к нему. – Это всего лишь короткое путешествие, и я буду под защитой Лян Фенга. Никто не станет думать плохо, если мы отправимся вместе.

Однако господин Вень был непреклонен.

– Разве ты забыла, что ты дочь этого дома? – ответил он резко. – У тебя есть долг перед семьей. Мы не можем допустить, чтобы люди начали сплетничать о тебе.

Мои планы разбились о железную стену отцовских принципов и порядков знатных семей. Я оглянулась на Лян Фенга в поисках поддержки. Он посмотрел на господина Вень спокойно, но не собирался отступать. Сложив перед собой руки, он поклонился, будто статус господина Вень был выше, чем его.

– Господин Вень, – начал Лян Фенг. – Вы правы, когда говорите о приличиях. Но я убеждён, что в этом нет ничего предосудительного. Умные женщины часто оказывают неоценимую помощь своим мужьям в управлении делами, и я хочу, чтобы Вень Лю была рядом со мной. Я вижу в ней не просто наложницу, а друга, который может стать опорой моим начинаниям. Если это необходимо, я дам гарантии, что мое решение на счет Вень Лю не изменится, что бы ни произошло.

Господин Вень нахмурился. Я заметила, как на его лице мелькнула тень сомнения.

– Если пойдут слухи, я разберусь с ними, – продолжал Лян Фенг. – Я сделаю всё возможное, чтобы никто не осмелился бросить тень на честь вашей дочери. И, главное, я буду беречь её как самое ценное, чтобы она была в безопасности.

Отец всё ещё раздумывал, когда в разговор вмешалась госпожа Вень.

– Господин, – мягко начала она. – Я понимаю твои опасения, но возможно, поездка пойдет на пользу Вень Лю. Если она будет рядом с Лян Фенгом, её память может вернуться.

Я понимала, что госпожа Вень делает это не ради здоровья падчерицы, но была благодарна за её внезапную поддержку. Как ей хотелось спровадить нежеланную дочь, да ещё и сделать это с пользой, так и я желала убраться подальше от этого дома и вынужденного бездействия.

Господин Вень посмотрел на жену. Ему не понравилось, что его решение ставится под сомнение, тем более ею. Но слова госпожи Вень заставили его задуматься.

– Ты уверена? – спросил он.

– Я уверена, что Вень Лю не принесет позора семье, – ответила госпожа Вень и выразительно посмотрела на меня, будто давая понять, что ждёт от меня разумного поведения. – Лян Фенг благороден, и его слову можно верить. Если слухи и появятся, они быстро угаснут.

Господин Вень задумчиво постучал пальцами по столу, взвешивая всё, что было сказано.

– Хорошо, – наконец произнёс он. – Я позволю ей поехать.

Я едва сдержала вздох облегчения. Первый шаг к цели был сделан.

На следующий день мы отправились в путь. Ехать предстояло в двухколесной повозке, запряженной лошадью. Крытая, с мягкими подушками, она должна была обеспечить удобство на долгом пути. Я знала, что весь день проведу в ней вместе с Лян Фенгом, что не могло не смущать меня. Как мне вести себя с ним? О чем говорить? Однако я также понимала, что это мой шанс, и сохраняла внешнее спокойствие. В конце концов прежде я не испытывала неудобства, находясь наедине с мужчинами прежде. Так что изменилось?

Цзан Чен отправлялся в дорогу с нами. Но к моему облегчению собирался делать это верхом на лошади, а не внутри повозки. Кажется, я была не в силах выдержать соседство с ним, и была рада этому.

Когда мы отъехали от ворот поместья Вень, я убрала занавеску с окна, желая увидеть этот мир, который становился для меня новым домом. Улицы города были оживленными, вокруг кипела жизнь. Люди спешили по делам, кто-то продавал овощи на рынках, кто-то делал покупки, дети смеялись, бегая по дорогам между домов.

Я смотрела с восхищением, размышляя, как бы я воспринимала это место, будь настоящей Вень Лю. Были у неё любимые места? Как часто она выходила из поместья и чем занималась, гуляя по улицам?

– На что ты смотришь? – голос Лян Фенга отвлек меня от размышлений. Я быстро обернулась и встретила его спокойный взгляд

– Я вижу этот город, будто впервые, – сказала я, стараясь не выдать своего волнения и на всякий случай отодвинулась от окна.

Он усмехнулся, но посмотрел на меня с такой нежностью, что я сразу же забыла о страхе быть раскрытой.

– Если хочешь, я расскажу тебе о городе, – предложил он. Кажется, Лян Фенг был доволен тем, что может поведать мне о месте, где мы жили.

Я только кивнула, стараясь не показывать чрезмерного интереса. Всё вокруг действительно казалось новым и удивительным, но я понимала, что излишнее любопытство может выдать меня. Разве настоящая Вень Лю, родившаяся здесь, могла так внимательно изучать знакомый с детства город? Пусть даже она потеряла память, привычная жизнь не должна удивлять её.

К счастью, Лян Фенг об этом не думал и начал рассказывать. Он говорил о каждой улице, о купцах, что часто посещали город, о том, как те или иные места менялись с годами. Я слушала, иногда задавая вопросы. Но продолжала напоминать себе: я должна быть осторожна в своих словах.

Повозка вскоре свернула на дорогу, ведущую вдоль реки Инхё. Лес обступил нас со всех сторон, зеленый и густой, а река лениво текла по своему руслу рядом. Я посмотрела на неё через окно и задумалась. Поверить в то, что строительство плотины вызывает столько проблем, было сложно. Вода была спокойной, её гладь лишь изредка нарушалась лёгкими волнами. Скалистые берега должны были послужить надежной основой постройке. Почему же тогда всё так сложно?

– Река не кажется слишком бурной, – заметила я вслух, обернувшись к Лян Фенгу. – Не могу поверить, что она может быть такой неуправляемой.

– Инхё коварна, – загадочно ответил он, но его голос был серьезным. – Она может казаться безобидной. Но однажды ты увидишь её настоящую силу.

Как только повозка остановилась у небольшого постоялого двора, я с облегчением выбралась наружу. Солнечный свет слепил глаза, а в воздухе витал аромат жареного мяса и свежего хлеба. Я невольно обернулась и посмотрела на Цзан Чена, который только что спешился с лошади. На мгновение мне показалось, что он тоже собирается взглянуть на меня, но этого не случилось. Его внимание было сосредоточено на лошади, которую он привязывал возле входа.

Я снова заметила в его волосах свою ленту – ту самую, что была на нем во время последнего совместного ужина в доме Вень.

Что это значит? Почему он и дальше использует мою вещь? С нами нет моих сестер, которых он мог напугать ею. Или… это не угроза?

Мы прошли в постоялый двор, и Лян Фенг, заметив мою задумчивость, задал вопрос:

– Что тебя так тревожит?

Конечно, я не могла сказать ему о своих мыслях. О своих чувствах к Цзан Чену, даже если они были мне непонятны, я не должна говорить с Лян Фенгом. Собравшись с мыслями, я сделала самое невинное выражение лица, на которое была способна.

– Я просто волнуюсь из-за дальней дороги, – солгала я, надеясь, что это объяснение его удовлетворит.

Лян Фенг улыбнулся и ответил:

– Не переживай, всё будет хорошо. Мы скоро прибудем, и я всё время буду рядом. Тебе нечего бояться.

Я кивнула, принимая его слова, хотя мысли о Цзан Чене не покидали меня.

После обеда мы снова подошли к повозке, чтобы продолжить путь. Лян Фенг вдруг принялся ощупывать себя, сказал, будто что-то забыл и вернулся на постоялый двор. Я оглянулась на Цзан Чена, который остался стоять рядом со мной. Он равнодушно осматривал улицу. Концы моей ленты в его волосах покачивались на ветру, привлекая внимание.

– Почему ты носишь мою ленту? – не выдержала я, хотя не собиралась спрашивать.

Цзан Чен медленно повернулся ко мне. В уголках губ заиграла насмешливая улыбка, словно мой вопрос доставил ему какое-то особое удовольствие.

– Потому что я так хочу, – спокойно ответил он, словно в этом не было ничего особенного.

Я почувствовала раздражение. Лента была просто вещью, о которой я ничего не знала. Но она принадлежала мне, и я не хотела видеть её в волосах этого человека.

– Верни её, – потребовала я и протянула руку.

Цзан Чен даже не дрогнул, а его улыбка стала шире.

– Нет, – ответил он. – Мне она нравится. И, судя по всему, тебе тоже не всё равно, раз ты её хочешь обратно.

Он провел рукой по волосам, коснулся ленты, на мгновение зажал её край между пальцами.

– Теперь, когда я очистил её от колдовства твоих сестричек, она моя. Или ты хочешь получить её от меня в подарок?

Я едва не задохнулась от возмущения. Казалось, он находил удовольствие в том, чтобы смущать меня, наблюдая за моей реакцией, как за забавной игрой.

Прежде чем я смогла придумать, что ответить, вернулся Лян Фенг. И мне пришлось оставить свои слова и эмоции при себе.

Я торопливо забралась в повозку. В последний момент снова оглянулась на Цзан Чена. Он продолжал улыбаться, хоть и не смотрел на меня. Это заставило меня чувствовать себя ещё более растерянной. Даже в моем мире такое поведение могло показаться вызывающем, что говорить об этом, где гораздо больше правил и условностей.

Когда повозка тронулась, мысли ещё долго не давали покоя, но постепенно тревога растворилась. Сытный обед и размеренное покачивание повозки разморили меня. Я не помню, когда именно закрыла глаза, но всё вокруг затихло, и я задремала.

Когда повозка остановилась, я проснулась. Ту же я поняла, что моя голова покоится на плече Лян Фенга. Он обнял меня и держал осторожно, будто боялся разбудить. Я замерла, пытаясь осознать своё положение. Его близость, тёплое дыхание и этот нежный жест застали меня врасплох. Это казалось неожиданно приятным, хоть я знала, как Лян Фенг заботится о Вень Лю.

Но… допустимо ли это местными порядками? Не покажусь ли я слишком легкомысленной? Однако в этот момент мне вдруг захотелось, чтобы именно я, а не Вень Лю, была его возлюбленной.

Наш путь был окончен. Лян Фенг первым вышел из повозки и помог выбраться мне. Я вдохнула прохладный вечерний воздух. Оглянулась и заметила, что Цзан Чен исчез. Это принесло некоторое облегчение и почему-то встревожило меня. Отмахнулась от несвоевременных мыслей, и стала осматривать место, куда мы прибыли.

Деревня была небольшой и тихой. Рядом неспешно текла река Инхё. Её воды казались серебряными от известняка, который, должно быть, попал в неё из гор выше по течению. Наверное, потому её и назвали “серебряной рекой”.

(инхё – серебряная река, дословный перевод)

Даже не верилось, что здесь, в этих краях, могли быть какие-то проблемы с водой. Моё внимание сразу привлекла плотина – её громоздкая конструкция виднелась дальше возле скал. Я всматривалась в это строение, пытаясь понять, что же там могло пойти не так.

Лян Фенг предложил не спешить осматривать плотину и сразу отправиться на постоялый двор, чтобы отдохнуть после дороги. Я не стала с ним спорить. Пусть весь день мы провели в повозке, а половину пути я проспала, чувствовала усталость.

Мы вошли в уютный, хоть и простой постоялый двор, где сразу подали ужин. Странно, но за столом я снова не увидела Цзан Чена. Поддавшись любопытству, я осторожно спросила у Лян Фенга:

– А где Цзан Чен?

Лян Фенг, казалось, не придал вопросу значения, хотя я смутилась, спрашивая о нашем спутнике.

– Он сразу отправился к плотине. Ему надо проверить, нет ли там каких-то проблем.

Я кивнула, но, несмотря на то, что мне следовало бы забыть о Цзан Чене, я решилась ещё на один вопрос:

– Вы давно с ним знакомы? Кто он? – спросила, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно более небрежно.

Лян Фенг взглянул на меня, и с прежней готовностью ответил:

– Мы друзья и компаньоны. Мы знакомы уже несколько лет, и оба заняты строительством этой плотины.

Слова Лян Фенга заставили меня задуматься. Я вспомнила, что Цзан Чен говорил мне об ином. Кажется, он сказал, будто служит Лян Фенгу. Кто из них солгал? И зачем?

Я хотела спросить об этом прямо, но что-то меня остановило. Вместо этого я промолчала, пытаясь переварить услышанное, но поняла, что в этой истории всё не так просто, как кажется на первый взгляд.

Лян Фенг говорил о «дружбе» с Цзан Ченом… Но если они равны, почему тот носит мою ленту – ленту невесты друга – словно трофей? Но сам Цзан Чен назвал себя лишь слугой…

После ужина я поднялась по узкой лестнице в выделенную мне комнату. Внутри меня встретила простая обстановка: низкая кровать с тонким матрасом, деревянный шкаф и столик у окна, покрытый потемневшей от времени тканью. Всё было скромно, но чисто.

Хотя я чувствовала усталость, сон не шел ко мне.

Я подошла к столику и присела. Я не могла не думать о Цзан Чене. Что на самом деле связывает его с Лян Фенгом и Вень Лю? И почему он так ведет себя со мной?

Снова почувствовала раздражение. Цзан Чен, похоже, просто играл со мной, наслаждаясь моим смущением. Может, для того он и носит мою ленту? Вероятно, он, как и другие, лишь насмехался над дочерью наложницы, возомнившей о себе слишком много, раз на неё обратил внимание такой человек, как Лян Фенг.

Может, это был не самый точный вывод, но он хоть немного упорядочивал хаос в голове. Лян Фенг казался надёжным. Его слова – понятными. А вот Цзан Чен… слишком непредсказуем. Мне нужно было хоть какое-то объяснение, чтобы перестать реагировать на него так остро.

## 6. Тайны древних вод

На следующий день я с Лян Фенгом отправились к строящейся плотине. Он с увлечением рассказывал мне о своем проекте и о поселке, выросшем рядом с плотиной.

– Раньше на этом месте была пустошь, – объяснял он, указывая на окрестности. – А теперь здесь кипит жизнь. Эти земли вдоль реки Инхё станут одними из самых плодородных в округе. Мы сможем выращивать всё, от риса до фруктовых садов.

Мне и правда нравилось то, что он говорил. Казалось, будто судьба была на моей стороне, когда позволила возродиться мне в этом теле рядом с этим человеком. Мне не нужно притворяться, будто его слова интересны – я правда хотела делить с ним то, что он задумал.

Наконец мы подошли к сооружению. Деревянные конструкции возвышались над рекой, окружённые рабочими, которые, словно муравьи, таскали камни и землю, укрепляя каждую часть сооружения. Плотина представляла собой массив из деревянных клетей – крупных ячеек, которые заполнялись камнями и укреплялись грунтом. Именно так и выглядели плотины этого времени. Простое, но надежное решение требовало минимум ресурсов. И при достаточном количестве рабочих строительство такой плотины не должно было занять много времени.

Река Инхё возле деревни казалась особенно спокойной. Но я помнила, что говорил Лян Фенг: стоит уровню воды подняться, всё изменится, и давление на плотину станет больше. Выше по течению начинались каналы, ведущие к полям. Они должны были не только обеспечить водой земледельцев, но и снизить нагрузку на плотину. Вот только пока, как сказал Лян Фенг, всё шло не так, как задумывалось.

– В первый год было легко, – говорил Лян Фенг. – Земля здесь мягкая, несмотря на близость гор. Мы быстро углубили русло, соорудили первые каналы. Но с каждым новым шагом проблемы нарастают. Вода размывает даже хорошо укреплённые участки.

Я смотрела, как рабочие устанавливают новую клеть, и пыталась вспомнить всё, что знала о плотинах. В моём мире плотины были монументальными сооружениями из бетона и сложными инженерными системами, которые могли выдержать огромные давления. По сравнению с ними деревянные клети казались ненадежными. Но я знала, что такие простые плотины, если не происходило никаких катастроф, стояли десятки, а то и сотни лет.

Оказалось, что мне совсем нечего добавить к тому, что уже делали на плотине. Быть может, если я лучше изучу течение реки и планы строительства, я смогу что-то предложить?

– Можешь показать мне карту реки? – попросила я у Лян Фенга.

Он кивнул и пообещал всё показать, как только мы вернемся на постоялый двор.

Я ещё раз посмотрела на плотину. Вдруг я что-то упускаю? Внезапно мой взгляд остановился на фигуре Цзан Чена, стоявшего на самом краю сооружения. Его волосы и длинный подол ханьфу развевались на ветру, от чего он казался сошедшим с картины искусного живописца. Мурашки пробежали по спине при одной мысли о том, что, возможно, он по-прежнему носит мою ленту. Я не могла не вспомнить его дерзкую улыбку и отказ вернуть её.

Цзан Чен не смотрел в нашу сторону, занятый каким-то делом. Так и не обернувшись, он сделал шаг и скрылся за одной из деревянных конструкций. И тогда я заметила, что едва дышала всё то время, пока смотрела на него. Будто он мог услышать и уловить моё внимание.

Я отвернулась, чувствуя странное облегчение и одновременно досаду от того, что наши взгляды не встретились. Лян Фенг не заметил моего замешательства. И как только я сказала, что всё посмотрела, взял меня за руку и увёл с плотины. Я позволила ему это. Самое главное – проект, а неясные чувства к Цзан Чену мне ни к чему.

И всё-таки я ощущала невидимую тень его присутствия, как будто он продолжал наблюдать за мной, даже когда его не было рядом. Раз посреди улицы я оглянулась, ожидая увидеть Цзан Чена идущим позади. Но, конечно, его рядом не оказалось.

Как только мы вернулись на постоялый двор, Лян Фенг развернул передо мной карты местности. Я с интересом склонилась над ними, рассматривая местность. Река Инхё изгибалась между гор на юге, словно змея, и затем широкой лентой текла между холмами на севере. Я быстро нашла отмеченную на карте строящуюся плотину. Место для строительства было выбрано с удивительной точностью. Вода здесь должна быть спокойной, а высокие скалистые берега позволяли значительно сэкономить на строительных материалах.

Я не могла не признать, что Лян Фенг и его люди проделали большую работу, точно рассчитав расположение плотины. Если всё пойдёт по плану, изменения в течении реки действительно принесут пользу окрестным землям. Вода наконец затопит оросительные каналы, сделав почвы плодородными, и при этом те, кто находился ниже по течению, не останутся без этого важного для всего живого ресурса. Это было удивительно продуманное решение, и мне нечего было добавить.

Почему же тогда строительство сталкивается со столькими проблемами?

Я почувствовала досаду. Мне хотелось внести свой вклад. Найти решение, которое изменит всё. Показать, что я не просто та, кого можно сделать наложницей и забыть, как чувства угаснут – разве не такая судьба ждет Вень Лю? Я могу быть полезной. Но пока не нашлось ничего, что я могла бы предложить.

– Позволь мне подумать над этим, – сказала я, не желая мириться со своей участью.

Лян Фенг, конечно, согласился, его лицо выражало добродушное понимание. В этот момент я вдруг поняла, что он не ждал от меня великих идей или решений. Ему нравилось, что Вень Лю была рядом, слушала его и интересовалась его делами. Он, похоже, действительно любил её, но это осознание только усилило моё чувство вины. Настоящая Вень Лю в такой ситуации была бы счастлива, но меня душила тревога за будущее. Ведь если я ничего не придумаю, мне навеки придется остаться бесправной наложницей Лю, чей интерес к делам мужа вызывает лишь умиление.

Последующие дни я старалась участвовать во всех делах, что были запланированы у Лян Фенга. А если и оставалась на постоялом дворе, то лишь для того, чтобы изучить оставленные им документы. Я сидела в своей комнате, окружённая свитками и картами. Столько информации, но всё казалось слишком далёким от привычного мне понимания технологий. Усложняло изучение бумаг то, что я едва понимала пометки, написанные замысловатыми иероглифами. Наверное, они отпечатались в мозгу Вень Лю, потому я помнила их, но мне с трудом удавалось соотнести написанное с тем, что я знала о плотинах.

Я перебирала бумаги, пытаясь найти зацепку – хоть что-то, что могло бы вывести меня из тупика. Лян Фенг и Цзан Чен уже несколько дней обсуждали проблемы строительства, не скрывая при мне положения дел, но я чувствовала себя лишней. Я слушала бесконечные разговоры о доставке материалов, проблемах с рабочими и предложениях по изменению текущего плана. Но ни разу не нашла, чем могла бы помочь.

Развернула очередной свиток с чертежами и расчётами, и мой взгляд зацепился за схему плотины. Линии и символы внезапно сложились в картину, которую я могла понять. И тут меня осенило.

Я вспомнила одну из технологий, которую использовали в моём мире – идею создания дополнительных водосбросов. Они могли бы регулировать уровень воды. Этот простой, но эффективный механизм решал сразу несколько проблем, с которыми сталкивались строители. Плотина на реке Инхё была спроектирована с учётом природных условий. И хотя Лян Фенг говорил, что уровень воды мог резко изменяться во время паводков или обильных дождей, только каналы отводили излишки воды. Но возле самой плотины не было ничего, что могло бы решить эту проблему.

Наклонилась над картой и принялась делать расчёты. Наверное, в этом мире ещё не настало время для изобретения подобных конструкций. Не для того ли я здесь, чтобы подсказать об этом?

Моя рука уверенно выводила линии, словно я срисовывала их из учебника. Вскоре были намечены возможные места для установки водосбросов. Сердце забилось быстрее, когда я посмотрела на готовый чертеж. Станет ли эта идея решающим шагом к моей цели?

Я буквально разрывалась от нетерпения, дожидаясь возвращения Лян Фенга и Цзан Чена. Когда они наконец вошли, я принялась рассказывать об этой идее. Показывала чертежи и объясняла, как дополнительные водосбросы могут стабилизировать плотину и предотвратить разрушение её частей в процессе строительства. Лян Фенг слушал с неприкрытым удивлением, а затем взял в руки чертежи и начал разбираться в моем предложении.

– Это… невероятно, – восхищенно пробормотал он. – Как ты до этого додумалась? Это может полностью решить многие из наших проблем! Я даже не ожидал, что подобная идея могла прийти от…

Он осёкся, словно не решался закончить фразу. Конечно, ему было сложно поверить, что девушка, которая прежде была далека от подобных дел – всего лишь дочь наложницы – смогла предложить нечто столь ценное.

Я усмехнулась, стараясь скрыть волнение.

– Иногда не нужно быть учёным, чтобы увидеть простые решения, – пояснила я.

Конечно, в глазах Лян Фена это могло выглядеть странно. Девушка, которая раньше не интересовалась науками, предлагает использовать неизвестный ранее механизм. Поймет ли он, что перед ним совсем другая Вень Лю? Но я не могла не радоваться собственному успеху.

Лян Фенг снова похвалил меня. Он готов был отдать моё предложение своим ученым на доработку как можно скорее.

Я оглянулась на Цзан Чена. Мне вдруг безумно захотелось, чтобы и он признал мои усилия. Но Цзан Чен наблюдал за нами с равнодушием, как и всегда. Ни одобрения во взгляде, ни удивления. Это вдруг задело меня.

Почему он не реагировал? Почему его не впечатлила моя идея?

Его мнение для меня не должно иметь значения, но почему-то было сложно не думать об этом.

На следующий день Лян Фенг понёс мои заметки ученым. Я отправилась с ним – сердце колотилось в предвкушении, и я не могла оставаться на постоялом дворе. Когда учёные рассмотрели моё предложение, оказалось, что внести водосбросы в существующую конструкцию совсем не сложно. Ещё предстояло много работы, и это изменение могло улучшить проект без значительных задержек.

Работы над водосбросами планировали начать в ближайшее время, нужно только завершить оставшиеся расчеты. И, конечно, мне не меньше, чем Лян Фенгу, хотелось увидеть, что из этого выйдет.

Однако он сказал мне, что мы не можем оставаться возле плотины так долго. Моё положение и без того было слишком шатким, пока я не стала его наложницей. Вернуться в поместье Вень было необходимо, чтобы сохранить хоть какую-то видимость приличий.

Поместье Вень было моим домом, и у меня не было необходимости лично следить за строительством. Но первый успех очень вдохновил меня. Хотелось не просто вносить прогрессивные предложения, но и изучить местную науку, чтобы в будущем создавать более подробные проекты. А когда я вернусь домой, мое мнение снова потеряет значение для окружающих. Я почувствовала это теперь, когда я и мой небольшой проект получили столько внимания ученых.

Жаль, но выбора у меня не было.

Ночью, накануне отъезда, меня разбудил шум. Сначала я не поняла, что произошло, и даже подумала, что мне показалось. Но потом снова услышала чьи-то торопливые шаги и голоса. Я поспешно оделась, вышла из комнаты и столкнулась с Лян Фенгом. Его ханьфу было распахнуто, волосы растрепаны – видно, что он выбежал в спешке, даже не успев полностью одеться. Его обычно спокойное лицо выглядело встревоженным

– Что случилось? – спросила я.

Лян Фенг попытался улыбнуться, чтобы скрыть волнение, но кажется произошедшее было чем-то серьезным.

– Обрушилась часть плотины, – всё же сказал он. – Мне нужно срочно проверить, насколько это серьёзно, и нет ли угрозы для деревни и рабочих.

Теперь я искренне переживала за проект вместе с ним. Столько работы, столько усилий кажется пропали даром в одно мгновение. И конечно, я хотела увидеть всё сама.

– Я пойду с тобой, – решительно заявила я, но Лян Фенг остановил меня.

– Нет, – сказал он. – Постоялый двор находится на возвышении. Здесь ты в безопасности, что бы ни случилось. Оставайся в своей комнате. Я вернусь, как только смогу.

Он задержался лишь на мгновение, чтобы удостовериться, что я поняла его, а затем поспешил прочь. Я осталась стоять на месте.

Прежде мне приходилось участвовать в устранении последствий аварий, пусть это дело и не касалось самих сооружений. Но в этом мире мой опыт не имел никакого значения, и, если бы я побежала за Лян Фенгом, стала бы лишь мешать ему. Потому мне оставалось ждать, как он и просил.

Лян Фенг долго не возвращался, и я, сидя в своей комнате, могла только гадать о произошедшем. Что, если причиной обрушения стало незапланированное строительство водосброса? Я вдруг почувствовала вину. Но тут же одёрнула себя: пока ничего неизвестно. Возможно, дело в старых проблемах.

Я не заметила, как задремала. Когда снова проснулась, на улице уже занимался рассвет, а внизу слышались голоса – кажется, кто-то ругался. Я встала и вышла в пустой коридор, насторожённо прислушиваясь к шуму. Осторожно подошла к лестнице и посмотрела вниз.

Отсюда было слышно каждое слово, произнесенное Лян Фенгом. Именно он ругался с Цзан Ченом. И в ссоре он не был похож на того добродушного улыбчивого Лян Фенга, которого я знала. В его голосе ощущалась едва сдерживаемая ярость:

– Ты прекрасно знал, что от тебя зависит безопасность строительства этой плотины, – громко говорил Лян Фенг, делая шаг ближе к своему другу. – Как ты мог допустить такой провал?

Цзан Чен ответил тихо, почти равнодушно:

– Ты преувеличиваешь. Обрушение было небольшим. И возможно пойдет на пользу, учитывая изменения в планах.

– Небольшим?! – Лян Фенг повысил голос, и его кулаки сжались. – В это дело вложено столько времени и сил. Каждое новое обрушение – это недели работы сотен людей!

Цзан Чен лишь пожал плечами, не отводя взгляд от Лян Фенга:

– Какое мне до них дело? В жизни случаются вещи, которые невозможно изменить.

Я спустилась на несколько ступеней вниз, чтобы лучше видеть.

Лян Фенг подошёл ещё ближе к Цзан Чену, его лицо стало угрожающим:

– То, что случилось, твоя вина, Цзан Чен. И ты знаешь это.

– А если и так? – с усмешкой ответил Цзан Чен, глядя на Лян Фенга с тем же непроницаемым выражением, которое доводило до бешенства и меня. – И что ты собираешься сделать? Прогонишь меня? Ты ведь знаешь, что тебе не справиться с Инхё без меня.

Я поняла, что Цзян Чен сказал что-то, чего не должен был говорить. Лян Фенг стиснул зубы, его лицо покраснело от злости. Он отвернулся от Цзан Чена, и именно в этот момент заметил меня. Его взгляд на мгновение смягчился, но затем он снова обернулся к Цзан Чену:

– Ты должен делать то, что тебе велено, – теперь его голос звучал тихо, но даже у меня сжалось все внутри от гневных интонаций.

Цзан Чен оскалился, но ничего не ответил Лян Фенгу. Я видела, как его руки медленно сжались в кулаки, а во взгляде будто мелькнула ненависть. Странно, ведь Лян Фенг назвал его своим другом…

Но Цзан Чен так и не сказал ни слова в ответ.

Когда Лян Фенг подошёл ко мне, его лицо уже не выражало тех эмоций, свидетельницей которых я стала. Он взял меня за руку, будто стараясь успокоить:

– Всё в порядке, Вень Лю. Возвращайся в свою комнату, это была небольшая неприятность. Мы разберёмся.

Когда Лян Фенг повернулся, чтобы проводить меня до комнаты, я снова бросила взгляд на Цзан Чена. Он внимательно следил за нами, а в глазах полыхали золотые искры. И это не могло быть отражением чего-либо в комнате.

Когда совсем рассвело, мы с Лян Фенгом спустились к плотине. По дороге Лян Фенг старался говорить о чём-то нейтральном или даже смеялся, словно пытаясь отвлечь меня от переживаний. Однако мы оба были напряжены.

Я не слишком хорошо разбиралась в катастрофах подобного рода. Моей работой было следить за состоянием воды и берегов, и разбираться с последствиями чьих-то недобросовестных действий. Но даже так я понимала: произошедшее ночью было странным.

Первый начатый водосброс, на возведение которого я так надеялась, был не тронут – он стоял идеально, как и задумано. Но вот рядом, буквально в нескольких метрах, был вырван целый участок плотины. Деревянные конструкции выглядели так, будто их кто-то выдернул из земли и разметал в стороны. Для строительства был выбран самый спокойные участок возле берега, чтобы опробовать неизвестный ранее механизм водосброса.

Но что-то явно пошло не так. Сложно было поверить, что уровень воды резко поднялся и опал всего за несколько часов. И, тем более, привести к подобному. Я внимательно разглядывала разрушения и пыталась понять, что могло вызвать такую точечную катастрофу. И почему другие части плотины остались не затронуты бедствием.

– Я видел его, – вдруг послышался голос одного из рабочих. – Я вышел ночью по нужде и видел, как дракон снова рушит плотину.

Лян Фенг, стоял рядом, но он выглядел задумчивым и отстраненным, будто не слышал этих слов.

– Почему они говорят о драконе? – спросила я, хотя не могла поверить в слова рабочего. Люди всегда приписывают неведомым существам то, чего не могут объяснить логикой или известными законами природы.

– Это всё дух реки Инхё… – тихо ответил Лян Фенг, глядя на реку. – Я не знаю, почему дракон взбесился в этот раз. Мы пытаемся контролировать реку, но это как бороться с живым существом. Произошедшее – это его новый ответ на наше вмешательство.

Дух реки? Я не могла не усмехнуться про себя. Кажется, мне придется долго бороться с местными суевериями. Как бы и меня саму не назвали демоном за то, что я заняла место Вень Лю.

– Ты действительно веришь, что это дух? – спросила я.

Если бы не то, как странно выглядело обрушение, я бы сочла это халатностью строителей или диверсией. Мало ли, сколько врагов может быть у семьи Лян.

– Посмотри сам, – продолжила я, стараясь привлечь его внимание к фактам. – Едва укрепленный водосброс в порядке, но почему рядом с ним всё разрушено? Разве это не странно?

Лян Фенг вздохнул и, немного помедлив, но так и не согласившись со мной, произнёс:

– Ты не представляешь, сколько времени мы боремся с этой рекой. Наверное, мы вмешиваемся в то, что никогда не должны были трогать.

Каждый остался при своем мнении. И, кажется, он действительно верил, что происходящее – замысел каких-то мистических сил. Но что, если кто-то помогает ему так думать?

Разобравшись со срочными делами, мы отправились назад в поместье Вень. Рабочие разбирали завалы и готовили новые клети для камней. Но никого будто не беспокоило расследование произошедшего и поиск виновников. Я надеялась, Лян Фенг знает, что делает.

В долгой обратной дороге я много размышляла о сказанном им. Слова о том, что река – это живой организм, обладающий своим характером, казались мне слишком абстрактными и неубедительными. Но я не могла найти логического объяснения тому, что случилось на плотине, кроме как диверсия… о которой Лян Фенг даже и не думал.

Я вспомнила о Цзан Чене. Если я правильно поняла, его делом было следить за безопасностью при строительстве. Почему он не пытался найти того, кто сделал это? И почему Лян Фенг согласен с его бездействием?

Но подумала и о том, как столкнулась с Цзан Ченом возле пруда в саду поместья Вень. Тогда я не придала значения происходящему, напуганная замыслами сестричек и ещё не придя в себя после внезапной смерти и перемещения в этот мир. Слова о колдовстве казались шуткой, выдуманной сёстрами. Однако я своими глазами видела, как вода потемнела за несколько секунд. А Цзан Чен в одно мгновение смог очистить пруд. Такое невозможно, даже если пропустить всю воду через высокотехнологичные фильтры.

Цзан Чен вызывал у меня все больше вопросов. Не столько своим странным поведением, сколь тем, что происходило вокруг него. Что, если и этот “дух реки” – его рук дело? Не зря же они появились одновременно.

Не выдержав, я обратилась к Лян Фенгу с вопросом о способностях Цзан Чена. Быть может, в этом кроется куда больше, чем кажется на первый взгляд.

Лян Фенг, помолчав немного, ответил:

– Цзан Чен – демон. Но не беспокойся, он безопасен для нас.

– Демон? – конечно, я не могла так сразу поверить в существование подобных существ.

Но всё-таки это другой мир, и он живет по своим правилам. А демонстрация силы Цзан Чена была доказательством этого отличия. Может и к словам о духе реки я должна отнестись серьезнее?

Лян Фенг понял мой вопрос по-своему. Настоящая Вень Лю не удивилась бы происхождению Цзан Чена. Но, должно быть, очень испугалась бы, потому что Лян Фенг продолжал успокаивать:

– Цзан Чен на нашей стороне, и я могу на него положиться.

И всё же мне сложно было примириться с мыслью, что человек, которого я считала всего лишь немного странным и очень дерзким, на самом деле был существом иной природы. Но я жила представлениями моего мира о демонах, и помнила тень ненависти в глазах Цзан Чена. Так ли он безопасен, как говорит Лян Фенг?

– Ты уверен? – спросила я. Потому что теперь сомневалась во всём.

Лян Фенг улыбнулся, будто отвечал на наивный вопрос ребёнка.

– Цзан Чен давно служит семье Бай. Он связан с ними договором, и как демон, он соблюдает свои обязательства. Как я уже говорил, я считаю его другом. Он неплохой человек, хоть и отличается от нас, А его сила – это часть нашего успеха. Без него некоторые наши планы никогда бы не воплотились в жизнь.

Его уверенность передалась и мне. В конце концов, Цзан Чен не сделал мне ничего плохого. Он и правда лишь помогал мне, хоть и забрал ленту. Наверное, я могла бы считать её своим подарком в качестве благодарности за спасение карпа.

Другое дело, что существование демонов и драконов не соответствовало рациональному подходу к жизни моего мира. Если дух реки в самом деле существует, если он нарочно мешает строительству плотины, то и мне стоило пересмотреть свое отношение к проекту с учетом этих новых данных. Что, если это сооружение мешает его свободному передвижению и может нарушить естественный ход вещей?

Одной из важных задач при проектировании плотин в моем мире было обеспечение свободного передвижения рыбы в воде. Первые ГЭС строились без оглядки на обитателей рек. И это принесло огромный ущерб экосистеме. Теперь даже турбины, пропускающие воду, строят так, чтобы рыба могла проплывать через них без вреда для здоровья.

Но дракон, способный разметать тяжелые клети с камнями – это не стайка пугливых карасей. Мне стоило узнать о нем больше, прежде чем я смогу предложить новое улучшение проекта?

Конечно, я не могла не спросить об этом у Лян Фенга. Но, казалось, ему мое новое предложение не понравилось.

– Иногда я думаю, что ты видишь больше, чем можешь понять, Вень Лю. Но этот вопрос лучше оставить без ответа. Не ищи ответы там, где они могут принести ещё больше вопросов.

Эти слова окончательно лишили меня спокойствия. Наверное, с этим драконом не так все просто. И, несмотря на все его чувства, Лян Фенг не готов был открыть многие тайны. Мне придется снова и снова пытаться завоевать его доверие, чтобы он не относился ко мне, как к наивной девушке, не способной правильно оценить ситуацию.

## 7. Сквозь тени прошлого

Я была рада вернуться в поместье Вень. Даже несмотря на недружелюбную обстановку и напряженные отношения с семьей, здесь у меня был свой уголок, где я могла наконец расслабиться и обдумать произошедшее. Меня волновало не столько разрушение плотины, сколько новые сведения о казавшемся простым мире.

Наверное, если бы я не стала свидетельницей демонстрации силы Цзан Чена, то вовсе бы не поверила в услышанное. Но я не собиралась отступать перед новой сложностью, а потому решила разобраться во всем, что касалось обитателей рек.

На мою удачу, в поместье Вень нашлась библиотека. В ней было много книг о традициях и правилах поведения, исторические заметки, а также всё то, что касалось семьи Вень. Но мне удалось найти несколько свитков о населяющих окрестные земли духах – о лисах-хранителях южных гор, легенды о фениксах, трехлапой жабе, сулящей богатства, и благородной химере-цилинь. Наверное, не будь у меня иной цели, я внимательно изучила бы хранящиеся в библиотеке знания. Но меня интересовала река Инхё и живущий в ней дракон.

– Джейи, что ты знаешь о духах рек? – спросила у служанки, когда она заменила прочитанные мною рукописи на другие.

– Бабушка рассказывала истории о духах, – охотно ответила Джейи. – Не у каждой реки есть дух хранитель. И не всегда это может быть дракон. Говорят, они могут быть беззащитны и легко погибнуть от рук людей. Тогда вода в реке портится и становится грязной, или в ней заводятся злые духи, которые вредят людям. Если в реке такой сильный дух, как дракон, он оберегает свою территорию от любого зла. Но может быть жестокими, если что-то нарушает его покой.

– А ты видела драконов? Или других хранителей рек или гор?

Джейи покачала головой:

– Никогда, госпожа. Быть может, только если они попадались мне на пути в человечьем обличии. Но тогда мне повезло, что я не узнала их. Встречи с сильными духами могут привести к гибели. Разве не потому их часто называют демонами?

Слова Джейи породили ещё больше вопросов. Все мои знания о драконах и духах были почерпнуты из дорам. Но разве я могу брать выдумку сценаристов за основу для изучения этой темы? В любом случае, у меня пока не было никаких ответов, как решить проблему с драконом разрушающим плотину. И я переключилась на те книги, в которых говорилось о традиционных методах строительства. Увы, в библиотеке поместья Вень таких было не много.

И всё-таки, если я забыла об окружающем мире, погрузившись в мысли о плотине и духе реки, это не значит, что мир позабыл обо мне.

Сестры Вень Юнь и Вень Лин вновь вспомнили о моем присутствии и, язвительно усмехаясь, поддразнивали меня. К тому же Лян Фенг снова покинул поместье Вень, чтобы решить вопросы с поставкой материалов для постройки водосбросов – одних камней и бамбуковых стеблей для клетей теперь было недостаточно. Однако сестрички нашли в этом иной смысл.

– Наверное, Вень Лю наскучила Лян Фенгу во время поездки. Не потому ли он так спешно покинул нас? – нарочито громко засмеялась Вень Лин.

– Конечно, он не мог не заметить, что она не так хороша, как ему казалось, – подхватила Вень Юнь.

– Но что, если наша дорогая сестра решила удержать его, разделив с ним покои? Не удивительно, что он предпочел найти кого-то поприличнее, – они снова рассмеялись.

Но разве эти слова могли задеть меня?

В своей прежней жизни мне приходилось сталкиваться с непониманием и насмешками, когда я с другими волонтерами отправлялась собирать мусор на берегах водоёмов. Слова близких людей могли ранить. А до колкостей чужих мне не было дела. По крайней мере пока это оставалось словами, и сестрички никак не вредили мне.

Я снова вернулась к мыслям о плотине и о том, где искать сведения, которых мне так не доставало. Я снова провела день в библиотеке, где мне удалось найти старые схемы строительства города и записки о природных особенностях реки. Однако при застройке этих земель конфликта с драконом не возникало. И всё больше я склонялась к прежней мысли, что кто-то намеренно разрушил участок плотины, воспользовавшись суевериями людей.

И всё же я не могла сбрасывать со счетов старые легенды о драконах, живущих в реках, и их уязвимость перед изменениями в природной среде. Что, если суеверия могут скрывать гораздо больше правды, чем кажется на первый взгляд? Я отмахивалась от навязчивой мысли, что лишь один человек точно знает о духе реки Инхё и может рассказать мне больше, чем служанка или записи в старых книгах. Но этот человек – Цзан Чен. Стоит ли мне обращаться к нему?

Через несколько дней Лян Фенг снова приехал в поместье. Он сразу пришел ко мне и вручил подарок – дорогую шпильку, украшенную жемчугом и драгоценными камнями. Конечно сестры, как всегда, не упустили возможности распустить о наших отношениях новые слухи.

– Разве такие подарки делают будущей наложнице? – задумчиво спросила Вень Юнь и переглянулась с сестрой.

– Конечно, это неуместно пока она не вошла в дом мужа, – ехидно добавила младшая, смеясь и подмигивая. – Если только Вень Лю и Лян Фенг не стали ближе, чем мы думаем…

Их слова по-прежнему не задевали меня. Но сестры, видя мое равнодушие, пошли дальше, и вскоре выдуманные ими слухи стали распространяться по дому. Говорили, что я веду себя неподобающе, что моя мнимая близость с Лян Фенгом ставит под удар репутацию семьи. Эти пересуды дошли до отца.

– Вень Лю, кажется я предупреждал тебя, чтобы ты не смела порочить честь семьи, – сурово начал он, глядя на меня. – Я рассчитывал на твоё благоразумие. Но, кажется, ты совсем не думаешь о последствиях своих поступков.

Прежде чем я успела ответить, в комнату вошел Лян Фенг. Я не могла скрыть облегчения. Мои мысли были заняты плотиной, и я оказалась не готова так сразу придумать что-то в свое оправдание.

– Позвольте прояснить, – сразу заговорил Лян Фенг, поклонившись господину Вень. – Вень Лю очень помогла мне с проектом плотины. Она предложила решение, которое может изменить весь ход строительства. Может, её идея и была случайной, но она оказалась бесценна. Я уверен, что и в будущем Вень Лю станет моей опорой. Мой подарок – лишь благодарность за то, что она сделала для плотины. Что до слухов – как и обещал, я разберусь с ними и не откажусь от своих намерений.

Господин Вень заметно расслабился. Он оглянулся жену, которая стояла рядом. Кажется, что произошедшее совсем не тревожило её, и мачеху устроил бы любой вариант – как то, что я вынуждена была бы войти в дом Лян раньше положенного срока, окажись слова сестёр правдой, так и то, что наши с Лян Фенгом отношения развивались иначе.

– Хорошо, – сказал отец. – Если так, то я разберусь с теми, кто распустил эти слухи. А ты, Вень Лю, можешь и дальше помогать Лян Фенгу. Мы воспитали хорошую дочь.

Я поклонилась, сложив перед собой руки, как полагается “хорошей дочери”, но сдержала при себе язвительные мысли о том, что к моему воспитанию эти люди не причастны. Будь Вень Лю той девушкой, что они знали, конечно, она не могла бы так смело предлагать идеи по улучшению строительства. И куда больше переживала бы о словах сестёр.

– Прости, что доставил тебе неприятности, – сказал Лян Фенг, когда мы вышли на улицу. – Я был не осмотрителен. Мне стоило подумать о том, что другие могут увидеть то, чего не было. Но я пришел сразу, как только узнал о слухах.

– Все в порядке, – ответила я. – Наверное я должна была сразу обратить внимание на то, что говорят. Я слишком много думала о реке Инхё и о плотине. И совсем не замечала того, что происходит вокруг.

– Тебе не нужно снова переживать о плотине, – мягко сказал Лян Фенг.

Я поджала губы, чтобы не высказать всего того, что я думаю о местном шовинизме. Но Лян Фенг, заметив это, засмеялся и добавил:

– Конечно, если ты этого хочешь, я отправлю тебе книги о плотине. Кто знает, может ты сможешь придумать ещё что-то необычное?

– Но как же дракон? – спросила я. Пусть сложно было поверить в его существование, но я должна считать его одной из переменных, которые необходимо учесть.

– Дракон – дело Цзан Чена, – нахмурился Лян Фенг.

– Но ведь это касается безопасности всей плотины. Разве не лучше понять, с чем мы имеем дело? Что, если есть решение, которое позволило бы духу реки существовать мирно рядом с плотиной?

– Вень Лю, – устало сказал Лян Фенг. – У нас и так много забот. Простому человеку сложно понять, чего хотят древние духи. Поверь, Цзан Чен знает, что делает. Но и ему нужно время.

Лян Фенг так и не сказал мне ничего определенного о драконе. Но может быть, ему нечего было добавить о нем? Как бы то ни было, я продолжала искать информацию и выход, какой могла бы предложить. Но подойти к Цзан Чену с вопросом о его работе я не решилась, хоть он и находился в поместье вместе с Лян Фенгом.

В моем распоряжении оставалась библиотека, и я снова приходила сюда. Теперь уже без Джейи – мне хотелось найти что-то действительно полезное, а не то, что служанка сочтет нужным мне показать. Теперь, когда я разобралась с порядком в библиотеке, ее помощь была не нужна.

Я помнила, на каких полках лежат исторические заметки, а где пылятся старые хозяйственные книги. И с легкостью находила то, что могло бы пригодиться. Увы, решения проблемы с разрушающим плотину драконом никто прежде не искал. Я потянулась за картами – может я найду ответ, если снова взгляну на рельеф местности? Они оказались высоко, я едва дотягивалась до полки.

Покосилась на стоящий в стороне стул и решила, что мне лень нести его сюда. Встала на цыпочки и снова потянулась к картам. И только тогда заметила, что я в библиотеке не одна.

С другой стороны полки стоял Цзан Чен и наблюдал за мной. Я вздрогнула встретившись с ним взглядом, и убрала руки от недоступных свитков.

– Интересуешься делами семьи? – усмехнулся Цзан Чен, потянул руку к верхней полке и легко снял с неё несколько свитков, которые я так хотела достать.

При виде Цзан Чена сердце предательски заколотилось. Всё от того, что он демон, – сказала себе. Быть может и то странное чувство узнавания связано с его сущностью, а к нашему возможному знакомству не имеет отношения. Стоило подумать об этом, и я нашла в себе силы, чтобы ответить:

– Ищу, чем ещё могу помочь Лян Фенгу.

– Думаешь, ему нужна твоя помощь? – спросил Цзан Чен таким тоном, будто моё предложение по водосбросам не было чем-то особенным.

– Я хочу найти вариант строительства, при котором плотина не будет мешать дракону, – выпалила я.

Я понимала, что зря пытаюсь спорить с демоном, но отчего-то хотелось наконец услышать его одобрение. И мои слова, кажется, наконец произвели впечатление. Потому что он ничего не сказал, но обошел полку и встал напротив меня. Однако он спросил:

– Ты надеешься найти ответ среди этих старых записей?

Я хотела сказать ему, что не жду увидеть готовое решение, лишь пытаюсь отыскать подсказки. Но ему будто и не нужны были мои слова. Он протянул мне свернутые карты, которые я не могла достать. Стоит ли мне спросить у Цзан Чена о драконе?..

На этой мысли мои пальцы поймали воздух, а Цзан Чен поднял руку со свитками повыше. С раздражением посмотрела на него.

– Думаешь, что можешь всё время смеяться надо мной? – не выдержала я.

– Я хоть раз над тобой смеялся? – спросил он, с издевкой улыбнулся и сделал шаг ко мне. – Но разве не забавно твое намерение усмирить древнего духа?

Сжала кулаки, сдерживая злые слова. А Цзан Чен подошел ещё ближе. Я шагнула назад, но путь к отступлению преградила полка. Мне пришлось вжаться в нее спиной, но Цзан Чену будто доставляло удовольствие то, что он загнал меня в ловушку. Он склонился ближе, и я слышала его дыхание.

– Вень Лю, – сказал он, разделив мое имя на слоги, будто фамилия Вень мне не принадлежала. – Ты можешь спросить меня, если тебе так интересен этот дракон.

– Почему он не даёт построить плотину? – я ухватилась за его предложение, как за соломинку. Пусть Цзан Чен и пытался смутить меня, упускать шанс я не собиралась.

– А что сделала бы ты, если бы чужаки ворвались в твой дом? – ответил он вопросом на мой вопрос. Но в глазах его вновь мелькнули золотые искры, которые отличали его от простых людей.

Мне вдруг стало страшно. На что может быть способен этот демон? Но он связан договором с неизвестной мне семьёй Бай. Лян Фенг сказал, что Цзан Чен не может навредить.

– Я хочу построить плотину, которая не будет мешать дракону, – повторила я. Это моя задача, как эколога, но о последнем я вынуждена была смолчать.

– Не думаю что такое возможно, – хмыкнул он, выпрямился и сунул мне в руки карты. Я едва успела поймать их.

Цзан Чен отвернулся и направился к выходу.

– Но что делаешь ты, для того, чтобы усмирить духа? – выкрикнула ему вслед. – Или ты нарочно позволяешь ему снова и снова ломать плотину?

Цзан Чен на мгновение замер. Он оглянулся на меня. Его губы изогнулись в знакомой мне язвительной улыбке. Неужели и мне удалось задеть его? Однако он сказал:

– В мире нет ничего, что позволило бы дракону реки Инхё смириться с этой плотиной. Я не раз говорил твоему Лян Фенгу, что Инхё – не та река, которую так легко подчинить. Он может попробовать убить дракона, но… Лян Фенг знает о последствиях.

Сказав это, он снова отвернулся и быстрым шагом вышел из библиотеки. Я смотрела на закрывшиеся за ним двери и думала о его словах. Если этот дракон и правда существует, если вмешательство человека вредит ему и реке – значит ли это, что ему действительно нужна помощь? Но слова Цзан Чена заставили задуматься о том, что есть вещи, которые не могут существовать рядом – например, эта плотина и дракон.

Я посмотрела на карты, которые сжимала в руках. Как бы то ни было, я попала сюда и должна попытаться хоть что-то изменить. Именно этим я и занималась последние годы своей прежней жизни.

Но когда я села к столу и развернула карты, совсем не думала о плотине. Снова и снова прокручивала в голове слова Цзан Чена о драконе. Кажется, я все больше верила в существование этого духа. А предложение убить дракона показалось слишком жестоким… Но что можно ждать от человека, которого называют демоном?

О том, что происходит с гибелью хранителя реки, мне говорила Джейи. Она же сказала о том, что хранителей гор, рек и озёр называют демонами. Так ли это, или людям все равно, кого называть демоном – духа-хранителя или злобное существо?

С этими мыслями я смотрела на карты, но, казалось, даже на видела того, что в них нарисовано. И всё же одна из карт привлекла мое внимание. Она казалась старой. Бумага пожелтела, а шелковый отрез, на который она была наклеена для сохранности, истерся по краям. Я смотрела на нее, пытаясь понять, что в ней не так. Те же горы, поля и река, лишь город имел иные очертания, но разве это важно?

Я отогнала навязчивые мысли о Цзан Чене и развернула одну из тех карт, что смотрела раньше. Мне стоит сосредоточиться на них, а не на словах демона. И тогда поняла, что было не так.

На старой карте река Инхё была значительно шире и затапливала долину на выше по течению, таким образом питая цепочку озер. Возможно, что карты были нарисованы в разное время года, когда уровень реки отличался, но это не объясняло отсутствие озёр на прежнем месте. Вода в реке могла отступить с берегов, а такие озера оставались. Они становились болотистыми или наоборот, постепенно высыхали, чтобы с приходом нового сезона дождей снова наполниться водой.

Конечно, озёра могли полностью высохнуть, если река вдруг обмелела или изменила русло. Иногда такое случается, когда от вмешательства человека или по иным причинам пересыхают родники, или в засушливые годы. А также при строительстве плотин ниже по течению от возведенного сооружения. Однако плотина ещё не была построена, озёра находились в другом месте, а судя по картам, обмеление реки не было временным явлением.

Наверное, именно поэтому Лян Фенг решился на строительство плотины. Я снова нашла выбранное им место, которое ещё не было отмечено на этих картах. Попыталась вспомнить направление каналов, которые должны обеспечить водой поселения и поля по обе стороны реки. Наверное, это было единственным выходом, как вернуть процветание в эти земли. Но я так и не смогла понять, какую роль в происходящем играл дракон.

Лян Фенг снова был занят делами и отсутствовал даже на ужине, хотя Джейи сказала, что он все ещё гостит в поместье. Я не надеялась, что он согласится в этот раз рассказать о драконе, но была намерена расспросить о деталях строительства и обмеления реки. Однако застать его не могла.

Цзан Чена тоже не было видно. Но искать его я не решилась. С меня хватило слухов о близости с Лян Фенгом, чтобы я дала сестричкам новый повод позлословить. По крайней мере Лян Фенга я могла назвать будущим мужем, а с Цзан Ченом меня ничего не связывало.

Я решила немного отвлечься от изучения старых карт и свитков. Наверное, я столько думала об этом, что могла упустить какой-то простой ответ, лежащий на самой поверхности. Мне нужно было на время оставить это, чтобы позже вернуться к вопросу о плотине снова и посмотреть на него свежим взглядом.

До сих пор мой мир ограничивался поместьем и тем, что было связано с плотиной, и я решила выйти в город, чтобы прогуляться по его улицам, купить сладостей у торговцев или просто посмотреть на всё это вблизи. Я боялась, что не могу покидать поместье без разрешения отца, однако это было не так. И вскоре мы с Джейи вышли за ворота.

Торговые улицы были шумными. Кто-то играл на флейте, кто-то кричал, предлагая свои товары. На деревянных столах были разложены украшения, ткани или разная утварь. В воздухе витал запах паровых булочек с начинкой и пирогов. Хотелось бы сказать, что я с восторгом осматривала всё вокруг, но мои мысли упорно возвращались к дракону.

Насмотревшись на город, я попросила Джейи отвести меня к реке.

– Я устала от шума, – пояснила я свой интерес к пейзажам.

Джейи кивнула, и повела меня вниз по улице, которая заканчивалась мостом. Я посмотрела на него, но не стала подниматься. Не с него ли Вень Лю упала в реку? Здесь было очень людно – наверное, кто-то мог видеть причину её падения… Но неужели слова об этом шаге правдивы?

Это больше не важно, сказала я себе и повернула в сторону, чтобы пройти вдоль берега. Вдали от улиц было тихо, и чем дальше мы отходили от моста, тем безлюднее становилась местность. Я замерла у кромки воды и посмотрела на реку. В ней отражались растущие на берегу ивы. Их длинные ветви спускались до самой воды и покачивались на ветру, но река оставалась спокойной.

Я присела и протянула руку к воде. Она была холодной и чистой. Поднесла к лицу наполненную ладонь – вода не имела ни вкуса, ни запаха, что говорило о её пригодности для питья. А это значит, что питающие ее родники в порядке. Но, возможно, источник проблем где-то в другом месте, а водоросли и песок успевают задержать ил или другие примеси, которые непременно появляются при обмелении.

Наверное, чтобы понять, как я могу помочь, начать надо не с прогрессивных идей строительства, а с поиска причин изменений в самой реке.

– Джейи, – позвала я служанку. Наверное, она сможет мне рассказать хоть что-то.

Но девушка не отозвалась.

– Джейи? – снова позвала я и оглянулась.

Вместо служанки я увидела незнакомца. Показалось, что время замедлилось, когда он шагнул ко мне. Я успела отметить и его одежду, которая была лучше, чем у простого разбойника. Разглядела холодный взгляд над скрывающей лицо тканью.

– Что вам нужно? – выкрикнула я и отступила.

Главное правило в таком случае – отдать все ценности, какие потребует злоумышленник, чтобы сохранить свою жизнь. У меня были деньги, которые я взяла, чтобы купить что-нибудь в городе, и украшения. Но, кажется, незнакомца интересовало не это, и он промолчал.

Он метнулся вперед, в его руке блеснул кинжал. Отклонилась в сторону, прикрылась рукой, но он схватил меня за запястье и больно вывернул руку. Сдаваться я не собиралась, а потому пыталась вырваться. Со всей силы наступила пяткой на его ногу, а потом ударила по колену. Ему пришлось отпустить меня, и я рванула в сторону.

Но он двигался быстрее и тут же схватил меня. Я едва не потеряла равновесие. Он удержал меня. И вот холодное лезвие приблизилось к моему горлу. Я судорожно искала выход, но с отчаянием понимала: мне не отбиться от убийцы. В этот момент послышался шорох, и незнакомец отвлекся, повернувшись к источнику шума.

## 8. Тени на берегу

Всего мгновение, и убийце пришлось отпустить меня, чтобы защитить свою жизнь. Цзан Чен двигался легко и быстро, будто играя с противником. Незнакомец вытащил меч, и тот со звоном встретился с лезвием меча моего спасителя. С неожиданной яростью он бросился на Цзан Чена.

Они сражались так быстро, что я едва замечала их резкие движения. Я смотрела на мужчин, пока они кружили по берегу, как завороженная. Но вдруг незнакомец, оказавшийся слишком близко, оглянулся и прыгнул, пытаясь достать меня.

Я вскрикнула, отскочила назад и оступилась. В одно мгновение Цзан Чен оказался рядом, подхватив меня за талию и не давая упасть. Одновременно с этим он отбил опускающийся на меня клинок, толкнул убийцу ногой и повалил на землю.

Его меч сверкнул на солнце, когда его кончик замер возле горла незнакомца. Но убивать его он не спешил, а позволил подняться и убежать.

– Ты пожалеешь об этом, демон! – выкрикнул злоумышленник прежде, чем скрыться за деревьями.

Но Цзан Чен ничего не сказал и оставался спокойным. Он повернулся ко мне и спросил:

– Ты в порядке?

Я могла только кивнуть, хотя не чувствовала этого. Сердце учащенно билось, стоило осознать, что я едва не стала героиней криминальной сводки. Цзан Чен внимательно посмотрел на меня, в его глазах полыхали знакомые мне золотые искры, которые вдруг вернули спокойствие.