MarGo
Сделка на доверии. Книга 2. Все изменилось

Книг № 2.

1.Все изменилось.

Подруга долго восхищалась BMW представительского класса и не смолкая задавала вопросы. Откуда у нее такая машина. Алина же была, как опущена в воду, только и сказала, что это долгая история, и что она у нее временно, пока ее не починят. Соврав, что ее дали взамен. На дальнейшие вопросы, в каком СТО нашего города это так можно, она не отвечала. И сколько бы Аня не пыталась узнать, что с ней произошло вчера, она не отвечала.

Начальник вызвал к себе в кабинет, высказал, свое недовольство по поводу ее отсутствия вчера, о том, что из-за этого пришлось перенести встречу с заказчиком на сегодня и что он ждет все материалы и работы по этому заказу в одиннадцать в зале для совещаний. Готового решения принято не было, а и заказчику особо показывать было нечего, но Алину это не заботило в данный момент. Она, молча, покивала, и удалилась. Зайдя в свой отдел, передала это все своим коллегам, те засуетились, попросила их дать ей все, что только у них есть. Идя в зал заседаний, встретила Олега, кивнула в знак приветствия, но он повел себя странно, не как всегда. Обычно кивал ей в ответ, иногда подмигивал. На этот раз поклонился уважительно и пожелал доброго утра, при этом обратившись к ней по имени отчеству. Удивили подобные перемены. Прежде чем она успела что-либо сказать, предложил ей в обед выпить по чашечке кофе в кафе рядом. Нутром почуяла, что это неспроста, что он что-то затевает. Ответила безразлично, что ей это не интересно, что она занята и пошла дальше. Ей действительно было не интересно. Как же все изменилось буквально за пару дней. Предложи он ей это пару дней назад, она бы согласилась с радостью. Вспомнились слова Игоря, что сейчас к ней на работе возрастет интерес. Так и происходит. Только вот почему? Скорее всего, его интересует Игорь, а не я. Считает меня легкомысленной дурочкой, способной сболтнуть лишнего за чашечкой кофе. Не на ту напал! Да и что она о нем знает? Ничего. Скорее это он ей может рассказать много интересного о нем. Опять же как ждать правды от патологического вруна и бабника. И как она вообще могла на него запасть! Фу! Можно сыграть на том, что он не знает, что ей известно. Но не сейчас, а при случае. Да и зачем ей выяснять что-то о нем, расстались ведь навсегда. Но было интересно. Кто же Игорь на самом деле.

Заказчик был полненький мужчина лет пятидесяти, с бородкой. Солидный дяденька, про таких говорят, кошелек ходячий. Не успела Алина разложить перед ним эскизы, как он начал возмущаться, что они уже неделю показывают ему одно и то же, и не работают, а он ждет результат. И стукнул кулаком по столу. Начальник многозначительно уставился на Алину, мол, в чем дело. И тут Алина сорвалась, и повысив голос заявила ему в лицо:

– Быть может, если бы вы четко формулировали свои мысли и представления по этому поводу, то работа бы шла гораздо быстрей! Мы не ясновидящие! Каску ему подавай! Да кому нужна ваша каска! Бред полный! Эта эмблема должна говорить о надежности и стабильности вашей организации, а не о том, что вам кирпичи на башку падают! Что вы шишек себе набили, пока успеха добились, ни кому знать не интересно. Либо вы полностью доверяетесь нам, либо каску вам нарисует и ребенок!

У начальника лицо вытянулось от удивления. Заказчик нахмурился.

– Сергей Степанович…. – начал было исправлять ситуацию начальник, заискивая, но тот остановил его, подняв руку вверх.

– Ваше имя? – обратился он к ней строго.

– Соловьева Алина Викторовна, – с гордостью заявила, дернув головой.

– Вы считаете, что имеете право так со мной разговаривать?

– Вы привыкли, что все перед вами пресмыкаются и заискивают. А многие из них, говорят вам правду? Хотите результат, довертись нам. Мы профессионалы.

Задумался, хмыкнул:

– Хорошо, я доверюсь вашему профессионализму. Посмотрим, что из этого выйдет. Даю вам три дня. До свидания.

Встал и вышел. Начальник накинулся на нее:

– Соловьева, ты с ума сошла?! Какая муха тебя укусила?! Мы чуть из-за тебя клиента не потеряли!

– Ну, не потеряли же!

– Ты что себе позволяешь?!

– Через три дня у него будут лучшие эскизы, а сейчас извините, мне нужно работать.

Она собрала бумаги со стола, не обращая внимания, на то, что он кричал, что если они потеряют клиента, то она уволена, ушла. Даже это ее не беспокоило сейчас. Идя по коридору, она четко видела перед глазами его улыбку и слышала его слова « Ты одна на миллион». Опять слезы подкатывают, держись.

Все пошли обедать, а она осталась, кусок не лез в рот. Позвонила маме, поговорив с ней, стало немного легче. Дочь просила приехать на выходные, на выпускной бал, пообещала приехать. Даже если ее машина будет не готова, на этой поедет. Остановить не должны, но если даже остановят, Игорь сказал, что документы в порядке, отпустят. Опять Игорь. Все мысли сводятся к нему. Тоска душит до слез. Кто бы мог подумать, что этот человек все перевернет в ее жизни. Раньше она бы не посмела так говорить с клиентом, он словно достал ее натуру, снял с нее кокон и душа разбитая им больше не желает мириться с тем, как было раньше. Как будто уже и терять то нечего, уже все потеряно. Начала уверять себя, что со временем чувства притупляться, все образуется. И пусть она его никогда не забудет, но зато будет, что вспомнить. Это пока каждое воспоминание это боль, а пройдет время, и покой придет в душу. Время все лечит.

После работы завезла подругу домой. Аня предложила купить вина, посидеть девочками поболтать, а то Алина сама не своя сегодня, но Алина отказалась, сказала, хочет побыть одна. А в квартире каждый уголок напоминает о нем, постель пахнет его парфюмом, здесь они смеялись, этот счастливый кусочек пола. Тяжело, очень тяжело. Включила музыку в наушники и свернулась клубочком на постели. Растворилась в воспоминаниях, хоть они и причиняли боль, но иного выхода не было, душа изо всех сил хотела быть хотя бы так с ним рядом.

2. Неприятные беседы.

Как пролетели эти три дня, Алина не заметила, для нее они пролетели как один миг. С головой ушла в работу, задерживалась допоздна. Борис в этот раз хорошо помогал. Оставался с ней после работы, предлагал не безынтересные идеи, приносил кофе. Он поддерживал ее. Как странно, у него тоже карие глаза, раньше не замечала. Только глядя в его, ей хотелось видеть совсем другие. Странно, она их сравнивала, хотя они и рядом не стояли. Игорь гораздо выше и плечи шире, у него не так выделяются фаланги пальцев, он даже телефон в руке держит по-другому. У нее это происходило непроизвольно, подмечать какие-то детали, мелочи. И каждый раз она находила миллионы плюсов не в пользу Бориса. Подсознание странная вещь, оно вытаскивает из памяти мельчайшие подробности, например, как красиво он морщит нос, но отрицает очевидное, что он больше не вернется, никогда.

В пятницу утро было солнечным и теплым, почти летним. Ее настроение было прекрасным. По радио играла веселая, ритмичная музыка и Алина даже пританцовывала, пока наливала себе кофе. С кружкой в руках открыла балкон. Свежий воздух и шум города ворвались в комнату, словно только и ждали этого. Тюль приятно погладила ее по лицу. На цыпочках вышла на балкон, потянулась. Захотелось надеть платье и туфли, весна же. Сходив в душ, сушила волосы феном и услышала, как звонит телефон. Странно, кто в такую рань? Аня? На экране светился неизвестный номер. Взяла трубку, но молчит, она всегда так делает. Если это робот или реклама, то выключает телефон. Приятный мужской голос спросил:

– Доброе утро. Алина Викторовна?

– Да, – удивилась и заинтересовалась она, но это был не он. Его голос она узнает из тысячи. Опять что-то втюхать хотят?

– Простите за столь ранний звонок. Меня зовут Сергей Анатольевич, я по просьбе Игоря Юрьевича ремонтировал ваш автомобиль. Машинка готова. Когда вы сможете принять работу?

Алина слегка растерялась, услышав его имя, заволновалась:

– Я … Мне сейчас на работу пора, может вечером.

– Во сколько?

– В пять. Хотя нет, давайте лучше в шесть. Так я точно буду дома.

– Хорошо, я подъеду к шести.

– Подождите, а ВМW куда и как отдать?

– Не беспокойтесь, у меня четкие указания. Сначала вы примите у меня работу, если вас все устроит, то хорошо. Если нет, то пока я не исправлю, будите ездить на ней.

– Четкие указания? – Алину это напрягло, кто раздает четкие указания, только руководители, начальники. Странно все это. А говорил, что это его друг. А так и не скажешь, что они друзья. – А что меня может не устроить?

– Да все, что угодно. От шума двигателя, до обивки салона. В любом случае все немедленно будет исправлено.

– Вы мне чего!? Салон перетянули!?? – у Алины челюсть отвисла.

– Я следовал указаниям Игоря Юрьевича.

– Я не просила! У меня нет на это денег! Там только надо было мотор глянуть, да бампер приделать!

– Не волнуйтесь, все уже оплачено.

– Твою ж мать!!! – вырвалось у Алины, – Вы серьезно?!

– Простите?!

– Это я не вам, сори. Напомните ваше имя отчество?

– Сергей Анатольевич.

– Сергей Анатольевич! Давайте вечером в шесть поговорим, а то я опаздываю на работу, – она немного обманывает, ей просто нужно время привести мысли в порядок.

– Хорошего дня, до вечера.

Положила трубку и смотрит на себя в зеркало, начинает улыбаться. А потом радостно запрыгала, размахивая руками. Сукин сын ты Игорь Юрьевич! Игорёша. Ежик мой! Сдержал слово. Машину отремонтировали, и он все оплатил. Да еще дал четкие указания. Она должна принять его работу и остаться довольной. Это так круто! А что, если не принять работу и сказать, что все не устраивает, то он объявиться? Как бы разозлить его только ради того, чтобы увидеть. Нет, так нельзя, человек трудился, работал, а ты его так подставишь. Сначала посмотрим, что они там наделали. Ежик ты не мужчина, ты не мужчина! Ты мечта! Никто и никогда не делал для нее ничего подобного. Красавчик! Сейчас ее переполняла гордость за него. Хотя не только, сейчас она любит его еще больше. А что, если позвонить ему и поблагодарить за столь великодушный подарок. Нет! Ты ищешь лишь повод. Кого ты обманываешь! Едва услышишь его голос и все, пиши, пропало. Ты найдешь предлог или уловку, чтобы его увидеть. Черт! Просто оставь его в покое. Уговор есть уговор. У него своя жизнь, у тебя своя. Спокойнее, просто чуть спокойнее. Если бы он хотел встретиться, то тоже бы уже нашел повод или причину. У него же есть ее номер, но он же не звонит. Нельзя хвататься за то, чего нет. Разобьешься насмерть. Держись, за то, что реально. Любить тебе никто не запрещает, но делай это скрытно и где-то очень глубоко внутри, раз уж тебе это помогает жить. Хватит уже пялиться на себя в зеркало! Сегодня предстоит встреча с заказчиком и еще неизвестно как все пойдет. Может она вообще останется без работы. Надо держать язык за зубами и вилять хвостом. Сейчас она никак не может потерять работу.

Стоит, ждет подругу у подъезда. Аня в восторге от этой машины. Она каждый раз выходит из подъезда с таким видом, что она княгиня, не меньше, а Алина ее личный водитель. Она думает, что в такую рань, все соседи стоят и смотрят в окна, завидуя ей. Не осуждает ее, какая есть. Машинка действительно классная. Как-то вечером они решили прокатиться, уехали на природу. Аня вдоволь, во всех немыслимых позах нафоторгафировалась, и на ней, и в ней. Алина тоже сделала пару снимков и отправила дочери ВС. Зря. У той сразу посыпались вопросы. Что? Как? Откуда? Пришлось изворачиваться и врать. Жаль расставаться с этой красивой машинкой, уже успела к ней привыкнуть. Было такое чувство, что она частичка Игоря и ее придется отдать. Что поделаешь, если ее машину уже сделали, придется эту вернуть. Жутко интересно, как выглядит сейчас ее машинка.

Подъехав к работе и припарковываясь, встретили Олега, он вышел из своей машины и ожидал их у входа в здание. Алина делала вид, что не замечает его.

– Доброе утро, Алина Викторовна. Как поживаете? А Игорь Юрьевич как себя чувствует? Смотрю, уже на его подарках разъезжаете?! Ну и как?!

– Доброе утро, Олег Михайлович. Зато, он не подбирает чужие, старые объедки! Привет жене! – она гордо прошагала мимо его, но видела его скривившуюся морду, и скрылась в здании. Аня буквально бежала за ней:

– Кто это? Игорь Юрьевич? Почему он думает, что ты ездишь на его машине?

– Никто.

– Он всегда звал тебя Соловьева, а сейчас сказал Алина Викторовна!

– Не обращай внимания.

– Что происходит? Я чего-то не знаю?!

– Ничего не происходит.

– Я твоя подруга, ты можешь мне рассказать. Я думала, что ты мне доверяешь! Что происходит?! Выкладывай!

– Нечего рассказывать! Все нормально.

– Так какого черта! Ты же сама хотела с ним замутить?! Он желает тебе доброго утра, а ты бежишь от него. Ты встречалась с ним уже? Когда?

Алина молчит в ожидании лифта.

– Ты что-то узнала о нем?!

– Да, что он козел и бабник!

– Как? Когда? Причем здесь машина? Кто этот Игорь Юрьевич? Колись, давай!

– Я встретила Игоря случайно, после корпоратива. Мы провели какое-то время вместе и разбежались навсегда. Нет никакого Игоря Юрьевича больше! Не о чем говорить!

– Провели какое-то время! У тебя был секс, и ты мне не рассказала!!!– в возмущении кричит подруга на весь холл, так, что на них все смотрят.

– Че, ты орешь! – она закрывает ей рот рукой и озирается по сторонам. Ехать на лифте с этими людьми желание пропало напрочь, и Алина тащит подругу к лестнице. Руку пришлось убрать.

– Почему разбежались навсегда? Он женат? Почему ты ничего мне не рассказала! Я не понимаю! Причем здесь Олег? Он видел вас вместе? Они друзья? – не унималась подруга, – Он подарил тебе машину? Что за ночь? Охренеть! Это что за мужик такой?!

Выйдя на лестничную площадку, Алина плотно закрыла двери и накинулась на Аню:

– Закрой рот! Поэтому и не говорила! Сейчас пол офиса знает, что у меня был секс! Спасибо дорогая! И не мели бред!

– Ну, извини! Могла бы и раньше рассказать! Такого бы не было!

– Хотела бы! Рассказала. Я не хочу! И не буду этого делать! Поняла! – и Алина злая пошагала вверх по лестнице, Аня за ней:

– Ну, спасибо! Я то, думала мы подруги! Я помогала тебе, между прочим!

– И я благодарна тебе за это, но это не дает тебе права лезть в мою жизнь. Когда придет время, ты все узнаешь, – в памяти вспыхнула картинка, как Игорь ей это говорит. Резануло как лезвием по душе.

Они все еще шли по лестнице вверх, седьмой этаж все-таки. Немного помолчав, Аня начала первой:

– Слушай. Давай, я возьму бутылочку красного винца и приеду к тебе вечерком. Сядем, как раньше и спокойненько поговорим. Ты последнее время сама не своя, теперь я догадываюсь почему.

– Сегодня не получиться. Вечером забираю свою машину с ремонта и еду на выпускной к дочери. Забыла? Я говорила.

– Да, точно. Ладно. Тогда после посидим? Что? Эта машина последний день у нас? – подруга тоже задыхалась от длительного подъема.

– Последний. Посидим, посидим. Капец! Дышать не чем. Надо начинать бегать. Все мне пора. Пока, – Алина тяжело дышала, еще и каблуки. Супер зарядка, спасибо подруге.

– Зайди, хоть вместе пообедаем, – просит Аня, приводя дыхание в норму, опираясь на стену рукой.

– Как получиться, – Алина помахала ей рукой и скрылась за дверью своего крыла.

Начальник провел с ней разъяснительную беседу перед совещанием, по поводу ее поведения. Просил выбирать выражения и напомнил, что уволит ее, если что-то пойдет не так. Он был злой и убедительный. Алина взяла с собой Бориса и попросила его остановить ее, если что-то пойдет не так. Она просила его вставить в предложение слово «каска» и она все поймет, что перегибает палку. Слово «стоп», наивно предполагая, что это сработает.

Сергей Степанович и его помощник уже сидели в зале заседаний. В зал вошел первым начальник Алины, затем Борис с работами в руках, потом она. Все поздоровались. Как только Алина вошла, заказчик улыбнулся и пошел к ней на встречу. Она не успела дойти до стола, он преградил ей путь. Наклонился, поцеловал ей ручку и замурлыкал как кот:

– Алина Викторовна, весьма рад вас видеть. Как ваши дела? Вы прекрасно выглядите.

Чем поверг в удивление не только Алину, а всех, даже собственного помощника. Да, что они сговорились что ли? Вчера она была просто Алиной, а сегодня Алина Викторовна. Кроме начальника, тот с ней не церемонился. Алина попыталась не ударить в грязь лицом, выдавила из себя подобие улыбки:

– Спасибо, все хорошо. А как ваши дела?

Он хохотнул и махнув рукой ответил:

– Да что со мной сделается! Позвольте за вами поухаживать, – он взял ее под локоть, провожая к столу, отодвинул стул и придвинул, как только она села, – Можете присаживаться господа,– скомандовал он всем, – Надеюсь, вы сегодня в прекрасном расположении духа? – обратился он к Алине.

– А это так важно для вас?!

– Конечно, моя дорогая. А как же!

Алина оглядела всех сидящих, пока этот довольно полный мужчина садился рядом. Помощник заказчика не скрывал усмешки, делая вид, что перебирает бумажки. Она прям, видела в его голове эту мысль « Еще одна подстилка для старикана». Она глянула на Бориса, его одолевали смешанные чувства беспомощность и ревность. Начальник старался на нее не смотреть и молился, чтобы она сдержалась и ничего не выдала. У нее же в голове был только один вопрос. Ребята! Что происходит?! Начальник начал было говорить, но заказчик остановил его перебив:

– Простите, но я хотел бы услышать Алину Викторовну. Деточка, расскажи и покажи мне все, – он погладил ее по руке, его ладонь оказалось влажной и противной. Зря он это. Борис, словно читая в ее глазах бурю, крикнул не решительно:

– Алина Викторовна, покажите ему каску!

На него посмотрели как на идиота с двух сторон. Тоже мне вставил слово в предложение! Но это все равно бы не сработало. Она с минуту, просто не отрываясь, смотрела в глаза заказчику, он начал хмурить брови, улыбка сошла с его лица. Он только было хотел открыть рот, как она зло повторила:

– Деточка! – пауза, – А вам не кажется, что ваше поведение не уместно в данной ситуации!

– Соловьева!– визжит начальник надрывно.

– Алина Викторовна, просто покажите им наши работы, – кричит Боря, эмоционально размахивая рукой, – Особенно каску! Каску ему покажите! – орет каску так, словно она должна показать ему сиськи. Бесит!

– Если я обидел вас чем-то, прошу меня извинить, – сказал Сергей Степанович, – Если вы настаиваете, то мы продолжим беседу исключительно в рабочем русле.

– Я настаиваю, – она все еще продолжала сверлить его взглядом.

– Прекрасно. Продолжим? С чего начнем?

– Борис, проведет для вас презентацию, – приказала она без компромиссов.

– А почему не вы сами? – уточнил заказчик.

– Я настаиваю, – в ее голосе и взгляде была непоколебимость.

– Хорошо, – согласился он и повернулся к Борису, – Прошу, начинайте.

Тот сидел с выпученными глазами, словно колл проглотил, вытянувшись в струну. Начальник похлопал его по плечу, от чего он вздрогнул:

– Давай, Боря, проведи презентацию, – больше для того, чтобы вывести его из ступора. Боря презентаций не проводил ни разу, это делала Алина. В данной же ситуации он понимал, что у него выхода нет, его загнали в угол. Он посмотрел на нее, как затравленный зверек, она же только одобрительно улыбнулась и кивнула. Он выдохнул, и встал из-за стола, раскладывая работы перед заказчиком. Он говорит все правильно и четко. Алина даже почувствовала гордость за своего ученика. Молодец. Дальше беседа длилась исключительно в деловом духе, обсуждались тонкости и детали. Заказчик не мог выбрать между двух вариантов и тут снова удивил Алину:

– Сложный выбор. Алина Викторовна, я доверяю вашему профессионализму, какой вы выберите, тот и будет.

Снова все замерло вокруг, воздух повис без движения. И неизвестно откуда появилась мысль в ее голове, что Игорь Юрьевич знаком с этим Сергеем Степановичем, и что явно приложил к этому руку. Внутри как-то все похолодело от осознания правды. Ведь это тогда объясняет его поведение. Наверняка, позвонил и попросил его быть уважительным с его знакомой. « Поверь. Теперь на работе к тебе будет повышенный интерес». Так вот о чем шла речь. Он бизнесмен. Он знает всех шишек в городе, а может это даже его друг. Точно. Даже не будучи рядом, он пытается ей помочь. Грудь сдавила тоска, словно это он подошел сзади и сжал в объятьях.

– Алина Викторовна, выбор за вами, – напомнил помощник заказчика.

– Вам подойдет вот этот вариант, как нельзя лучше, – она берет со стола один из эскизов, но говорит скорее на автомате, ее мысли совсем далеко,– Это подчеркнет статус вашей фирмы, как надежной, стабильной, успешной. А сейчас прошу меня извинить, но я должна выйти, мне нездоровиться.

– Я могу вам помочь? – забеспокоился Сергей Степанович.

Сейчас она смотрела на него другими глазами. Он не пытался с ней заигрывать, он пытался ее оберегать, как отец дочь. А исход сделки уже давно предопределен. Она улыбнулась ему по-доброму, похлопала слегка по плечу:

– Спасибо, не стоит. Передайте, что все в порядке.

Он понимающе кивнул. Черт возьми! Значит, это правда! Как же она сразу не догадалась. Да кто ТЫ такой! Стало трудно дышать. Она вышла из зала, прошла по коридору и вышла на пожарную лестницу. Холодный ветер обласкал ей лицо, солнышко ослепило глаза, зажмурилась. Шум улицы играл в ее ушах как песня, очень грустная песня. Она чувствовала каждый удар своего сердца. Ощущала всеобъемлющую тоску по нему, он ей был необходим прямо здесь и сейчас, как воздух. Это сбивало с ног, а мысли путались. Как острый приступ болезни. Ты не понимаешь, что происходит, и не понимаешь как от этого избавиться. Глубоко вдыхая свежий воздух, она заставляла себя успокоиться, задержала дыхание и закрыв глаза, подставила лицо солнцу. Она представила, как собрала все свои чувства к нему в один огромный светящийся шар и отправила его ему сквозь пространство и время. И где бы он не был, где бы не находился, шар достигнет цели. Войдет ему прямо в сердце, раствориться в нем, и пусть он почувствует все это. А если и не почувствует, то хотя бы вспомнит о ней. Просто вспомнит. Руки стали неметь от холода, посмотрела на них. Вцепилась в железный поручень так, что аж костяшки пальцев побелели. Отпустилась, посмотрела на ладони, испачкалась. Пошатнулась и прислонилась спиной к двери. Все будет хорошо, обязательно все будет хорошо. Ты знала, на что шла, и шла на это умышленно. Никто и не обещал, что будет легко. Накрывать еще будет время от времени, но потом боль стихнет. Главное держаться. Несколько раз тяжело вздохнула и вошла в здание. Увидела Олега у зала заседаний, ее что ли высматривал? Заметил и быстрым шагом стал приближаться. И что ему нужно от нее? Лично у нее одно отвращение к нему.

– Мы должны поговорить наедине, – настаивал он конкретно.

– Нет никакого желания. Не о чем нам говорить, – ей было не до него.

Оглядел коридор, словно убеждаясь, что их никто не видит. Открыл двери в ближайший кабинет, заглянул в него и убедившись, что там пусто, силком за локоть затащил ее туда:

– Давай, заходи! – грубо, слишком грубо.

– Эй! Можно вежливее! – возмутилась она.

– Как давно вы знакомы? – начал он как на допросе.

– Не твое дело, – Алина не собиралась перед ним исповедоваться.

–Как вы познакомились? Как? – его интерес был не поддельным.

– Это секретная информация.

– Откуда тебе его знать!? – он злиться, в тоне брезгливость к ней.

– С какой целью интересуетесь? – не на ту напал.

– Что он рассказал тебе обо мне? – уже с тревогой в голосе.

– Мне не разрешено это обсуждать. Если у вас есть вопросы, обращайтесь к Игорю Юрьевичу.

Он занес руку над ней, хотел влепить ей пощечину, но не стал.

– Ты не посмеешь! – отрезала она, и глазом не моргнув, хотя на 100% не была уверена в этом. Ох, как он хотел бы ей врезать! Это читалось в его глазах. Но не стал, убрал руку, она отступила на шаг назад, на всякий случай. И как он мог ей нравиться? Мерзкий и отвратительный. Если бы посмел, то пожалел бы об этом. За ней бы не заржавело, выцарапала бы все глаза. Но на всякий случай глянула на стол в поисках предметов самозащиты. Степлер тоже сгодится.

– Видно, что уже давно. Уже натаскал тебя под себя! Высокомерный ублюдок! Палец в рот не клади! А была простой серой мышью, посмотрите, как расцвела с его бабками! – окинул ее гадким взглядом с головы до ног, – Зря надеешься на золотые замки! У него в каждом городе, таких как ты по две штуке. Наивная дура! Ты никто! И всегда будешь никем! Смазливое личико и не гроша за душой! Поиграет и бросит, как и всех до тебя! Потому, что ты никто! Никем и останешься! А я буду здесь всегда! Что?! Пока он сама невинность?! Ни синяков, ни ссадин нет, но это пока! Ты хоть знаешь, с каким монстром связалась?! Ты либо сдохнешь, либо в психушке окажешься!

Алина опешила от его слов, каким ядом он в нее плевался. Он ненавидит ее и только за то, что она знает Игоря. Хотя нет, он ненавидит Игоря и все, что с ним связано. Ее возмутило, что он назвал ее никем, нищей, и серой мышью. Ему удалось разозлить ее и вывести из себя, откуда, только у нее все взялось? Да какое он имеет право лезть в ее жизнь! В их отношения! Да кем он себя возомнил!

– Да, ты будешь здесь всегда! Навсегда здесь и останешься! Это твой предел! Потолок! Твой предел богатая, старая жена, на которую давно уже не стоит, но которая не знает о твоих бесконечных изменах. Все что ты любишь и ценишь – бабло, деньги! Даже не себя, не своих детей, не саму жизнь! Грязные и вонючие деньги! И его ты ненавидишь, только потому, что тебе и не снилось столько бабла иметь! Сраный ублюдок и завистник!

– Заткнись дрянь! Закрой пасть!

– Я знаю, больше чем тебе хотелось бы! Тронешь, не пощажу ни разу! Мне терять нечего, я нищая! А тебе?!

– Что ТЫ можешь мне сделать дура!? – усмехается зло.

– Для начала попрошу у него телефончик ВАШЕЙ жены, – она делает акцент на слове «Вашей», – Позвоню ей и расскажу, как Ира Смирнова из рекламного сделала от тебя аборт. А дальше пусть она сама разбирается правда это или нет.

– Охренела сука! Я же удавлю тебя! Шлюха! – взревел он.

– А ты будь аккуратен в выражениях, кое-кому это может не понравиться. Тебе же ясно дали понять, кто есть кто! И кто с кем!

– Дешевый шантаж. У тебя на меня ничего нет! Записи с камер я сотру! – он махнул рукой в угол комнаты, про это она даже и не подумала. Но у нее в голове был другой козырь.

– Сотрешь, конечно, но только нас слушают, свидетелей тоже сотрешь с лица земли? – она показала из-за спины свой телефон, пожала плечами, мол, извини.

Он зыркнул на телефон и тут же вышел вон, громко хлопнув дверью. Алина вздохнула облегченно. Про телефон она придумала на ходу и сама не верила, что он купился на ее обман. Тот даже не был включен, он даже не убедился в этом. А если бы он отобрал его у нее и проверил? Слава богу, что все обошлось. Всю еще слегка потряхивало от разговора. Да, что за день то такой! А он еще не закончился.

Обедать, не пошла, от греха подальше, да и не хотелось отвечать на бесконечные расспросы подруги. Пристанет же как банный лист. Но когда нибудь придется ей все рассказать, эта не отстанет, пока все не выяснит.

Начальник вызывал к себе. В прекрасном расположении духа объявил ей, что она не уволена пока. И что работы у нее прибавиться, так как Сергей Степанович остался, весьма доволен, ее работой и порекомендует наше агентство своим коллегам, которые прейдут с заказами в ближайшее время. Короче сказал ей не расслабляться. Борис тоже жужжал целый час возле нее. Сначала благодарил ее, потом восхищался ее тактикой, а потом просто смеялись, вспоминая моменты, особенно про каску. Она похвалила его за прекрасно проведенную презентацию. Поблагодарила всех за прекрасно выполненную работу. С обеда он заботливо принес ей рожок и кофе. Хотела отдать ему деньги, но он не взял их.

3. Обмен машин.

Подъезжая к дому видит у подъезда новенький блестящий автомобиль сильно уж напоминающий ее бывший СRV. Рядом стоит высокий крепкий мужчина лет тридцати пяти. Увидев ее делает решительный шаг навстречу, видимо узнает машину. Алина догадывается, что он и есть Сергей Анатольевич из СТО. Она паркуется рядом, благо место есть. Забирает сумку и выходит к нему, он все это время не без интереса разглядывает ее. Он здоровается первым:

– Добрый вечер, Алина Викторовна? – он как бы уточняет.

– Да, добрый вечер, – подтверждает она.

Он слегка улыбается, протягивает ей руку в знак приветствия, она пожимает ее. Обращает внимание, что они с Игорем одного примерно роста. Рука шершавая, рабочая, не как у Игоря.

– Очень приятно. Ваша машинка готова, – он показывает в сторону блестящего автомобиля, но ее внимание и так уже приковано к нему. Она едва узнает в нем свой автомобиль.

Цвет остался прежним, темно зеленый, но она, никогда не была такой чистой и натертой до блеска, и уж тем более целой. Дядя умер, и машина была не в лучшем состоянии, когда досталась ей. Отец ее отремонтировал, как мог, но на капитальный ремонт все денег не хватало. Сейчас же казалось, что ей купили совсем новый автомобиль, похожий на ее один в один. В стекла можно смотреться как в зеркала. Оба бампера черного цвета на месте и на них не пылинки. Абсолютно новые колеса с новыми блестящими дисками, на резине не капли грязи, как будто их только поставили. Словно он не приехал сюда по весенней грязи, а прилетел на вертолете. Она недоверчиво обходит ее, в пол уха слушая его, слишком шокирована. Запаска, на задней двери, в красивом чехле, с нарисованной калибре. Сто пудов это идея Игоря, он же называл ее птичкой. Так мило. Опять нестерпимо щемит сердце. Он перечисляет ей объем выполненных работ, перебивает его:

– А это точно та же самая машина?

– Ну, конечно! А чья же еще?! Я открою капот.

Он открывает капот и держась за него одной рукой объясняет ей какие-то тонкости, указывая то на одни, то на другие детали. Нельзя сказать, что она не понимает его, просто поверить не может в происходящее. Ее брови ползут вверх, едва она взглянула на двигатель, он отполирован до блеска. В жизни не думала, что такое возможно. Только на картинках видела.

– Давайте заведем его, – предлагает он.

Она только кивает. Он протягивает ей ключи и предлагает это сделать самой. Она садиться за руль, он на пассажирское сиденье. Она разглядывает салон и даже отодвигается и гладит сиденье, на котором сидит. Черная ткань с ярко зелеными вставками очень мягкая. Круто. На зеркале даже висит ароматизатор « Новая машина» приятно пахнет. Она стукает по нему пальцами, он качается из стороны в сторону. Улыбается ему искренне:

– Обалдеть можно!

– Это бонус от компании. Все ваши вещи, найденные в машине, я сложил в мешок, он в багажнике.

– Какие вещи? Что там?

– Под сиденьями были тряпки и бутылки из-под воды. Так по мелочи.

Алина сморщилась, да она была немного неряшлива, но она же не знала, что так неожиданно заберут машину. Прибралась бы.

– Могли бы просто выкинуть.

– Я там под ковриком флешку нашел, вдруг что-то важное. Вы сами посмотрите и разберетесь.

– Спасибо.

– Да, я поменял аптечку и огнетушитель, просроченные были. Кое- что добавил вам там необходимое. Трос, домкрат и так по мелочи.

– Спасибо. А салон, зачем перетягивали?

– Так распорядился Игорь Юрьевич, – от упоминания его имени у нее екнуло в груди. Он этого хотел. – А вам не нравиться?

– Да нет, все очень круто. Красота.

– Заводите, проедимся немного, убедитесь, что все в порядке.

– Хорошо.

Машина завелась с пол-оборота ключа, сразу же, не то, что раньше. Мотор рычит послушно, как довольный зверь. Она погазовала слегка и с довольной улыбкой заметила:

– Педаль мягче стала. А вы молодец! У вас руки золотые!

– Спасибо, – он смутился даже.

Она развернулась и поехала на главную дорогу.

– Советую вам пристегнуться, безопасность, прежде всего. Теперь-то у вас есть работающие ремни безопасности, – заметил он, сам пристегивая ремень. Озадачился от того, что они резко остановились.

– Да, но мне не совсем удобно, – она вышла из машины и стала придвигать сиденье ближе к рулю и регулировать кресло.

– Простите, я должен был это предусмотреть, давайте я помогу.

– Да, нормально, я справлюсь.

Села, пристегнулась, и снова тронулась в путь.

– Вы неплохо водите. Давно за рулем? – спросил он.

– Спасибо. Лет семь или шесть.

Свернули на главную дорогу, прибавила газу, машина послушна.

– У вас есть ко мне вопросы?

– Конечно, – ответила Алина, перестраиваясь в другой ряд, – Но не по ремонту. Расскажите, как вы познакомились с Игорем Юрьевичем, – добавила она.

Он смотрел на свои ноги и словно обдумывал свой ответ, она не торопила. Поймала себя на мысли, что вопросы как у Олега.

– Все что касается его… – начал он степенно.

– Вы, со мной обсуждать не будете, – договорила она за него, он только кивнул, прикрыв глаза.

– Ладно, – констатировала она, но решила зайти с другого края. Очень уж ей было интересно выведать хоть что-то о нем, – Он сказал, что вы его очень хороший друг. Но вы не друзья, так?

– Он так сказал?– удивился он, – Это дорогого стоит. Мне это важно. Спасибо, что сказали.

– Кто же он такой? – решила Алина в лоб.

– Кто он? – переспросил он удивленно, – Вы с какой планеты, леди? – хмыкнул он. Она зыркнула на него зло, – Извиняюсь, но это просто невероятно, – он снова хмыкнул.

– Разве вам трудно ответить?

– Разве я вас спрашиваю кто вы? Кто вы ему?

Алина осеклась. Да уж! Попытка не удалась. А он крепкий орешек! Но как? Как? Выяснить хоть что-то!

– Я знаю одно. Раз он решил оказать вам услугу, то вы явно его чем-то зацепили. Он не из тех, кто будет тратить время, деньги, связи на случайных людей. Вы действительно не знаете кто он?

– Нет.

– А что он вам сказал?

– Он ничего не сказал, но это уже и не важно.

У Алины аж похолодело все внутри от его слов. Зацепила. Она его зацепила. А если так, то почему не выходит на связь? Чтобы хоть что-то выяснить, надо дашь на дашь. Ты ему откровенно, он тебе тоже.

– Он сказал, что вы у него в долгу. Как можно так задолжать, чтобы выполнять любые его просьбы?

Ответит – ответит, нет так, нет. Но его ответ ее поразил.

– Он мне жизнь спас. Я в неоплатном долгу перед ним. Это первый раз, когда он ко мне обратился. Если нужно будет еще что-то, то я с радостью сделаю. Особенно такую работу. Ремонт машин мое хобби. А быть его другом для меня честь.

– Какая же ваша основная профессия?

– Я летчик.

– Круто!

Алине не чего было сказать, она была удивлена. Он был для нее загадкой, а его друзья еще большей. Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты. Ни фига не проясняет. Спросить, служили они вместе, так наверняка служили. Женат ли он, есть ли семья. Зачем ей эта информация? Но про ремонт, то можно спрашивать.

– Во сколько обошелся ремонт?

– Я же сказал, что все оплачено.

– Мне интересно. Вдруг я захочу вернуть долг.

– Не советую. Он не из тех, кому нужно возвращать деньги. И как я понял, это подарок, а подарки не возвращают. Машина хорошая, надежная. При должном уходе прослужит вам еще долго. Если пожелаете, могу взять над ней шефство. Сохраните мой номер и звоните, как только потребуется помощь.

– Хорошо. Я вам очень благодарна за ремонт. Вы просто кудесник какой –то и так быстро! Огромное спасибо.

Она уже припарковалась у полюбившуюся BMW, с которой сейчас придется расстаться.

– Можете и ему передать мои слова благодарности, – с горечью заметила она отстегиваясь.

– Думаю, что у вас будет возможность поблагодарить его лично, – ответил он уверенно, отстегивается, смотрит на нее, а в ее глазах боль и страх, сжала губы.

У нее внутри все сжалось в узелок. Он предрекал их новую встречу. И она поверила ему и даже слегка испугалась, разволновалась. В его словах не было ни капли пошлости или сарказма. Может он знает больше, чем она? Только боги знают, как бы она этого бы хотела, увидеть его.

Он поспешил сменить тему:

– Машина заправлена до полного бака, масло поменяно. Если вас все устраивает, то можно я поеду. У меня еще дела есть.

– Да, – в полголоса растеряно ответила она.

– Можно мне ключи от той машины? – он протянул к ней ладонь.

Она кладет ему ключи в ладонь и говорит:

– Это его машина или арендованная?

– Это моя машина. Он попросил на время, я дал.

– Я так и знала. У меня там портплед с рисунками, – спохватилась Алина, прикрывая разочарование от ответа, – Сейчас, только заберу. И сори, я ее не помыла, – Поспешила к салону ВМW.

– Это не важно. Я помогу вам. Вы художница?

– Не совсем. Я оформитель, работаю в рекламном агентстве.

Они подошли к машине, он нажал на брелок, открыл двери, и Алина полезла за портпледом. Короткое платье, телесные чулки и каблуки. Естественно она не видит, его оценивающий взгляд на все, что он сейчас видит, его легкую ухмылку на ее вид сзади:

– А вы танцуете? – спрашивает хриплым голосом и почесав затылок.

Что за странный вопрос? С чего бы вдруг такой вопрос? Она достает портплед и держа его перед собой озадачено подымает глаза на него:

– А что? – всматриваясь в его глаза. Он возбужден и взволнован. С чего бы вдруг? Она повода не давала.

– Да не-е-е ничего, – он замежевался, – На каблуках лихо ходите. Я заметил, что те, кто танцует, так красиво ходят на каблуках. Походка многое может сказать о женщине.

– А-а-а, – протянула Алина, ничего не поняв, и не поверив ни единому его слову, – До свидания. Еще раз спасибо. Не смею задерживать. У самой дела.

– До свидания, – он тоже поспешил уехать.

Занесла домой портплед, бросила у дверей, скинула туфли, упала на кровать. Мысли в разлет. И машина была не его, и сам он не пойми кто. Фактом лишь остается то, что он отремонтировал машину и сдержал слово. И фактом остается то, что она хочет его видеть. Друг сказал, что она его зацепила. Может, стоит набрать его номер и поблагодарить за сделанное. Она даже дотянулась до карточки и повертела ее в руках. Цифры она выучила наизусть. Зачем? Кто его знает зачем? Может он и трубку не возьмет. Может давно номер поменял. У него же есть ее номер, почему же сам не звонит, если зацепила. Хоть бы смайлик выслал в ВС. Да не вернется он уже, все это домыслы дурацкие. Не нужна ты ему. Так временное приключение и ничего больше. И тебе стоит все забыть. Да вот только не выходит никак. Да и все вокруг только и делает, что напоминает о нем. Смотришь на кухню, вот он стоит и моет чашку и улыбается ей через плечо. Смотришь на балкон, стоит, курит и подмигивает ей. Смотришь в коридор, тянет ее за руку за собой. В ванной они сидели вместе в пене. А как он баловался с пастой. Улыбается вспоминая. Везде он, куда не посмотри. Как вырвать тебя из сердца? Громко и с отчаяньем кричит на всю квартиру, ей отвечает только тишина. Резко встает, берет из холодильника пакет с соком и пачку печенья, бросает в уже приготовленную заранее сумку. Нужно ехать к родителям, до двенадцати надо успеть. Завтра у Лизы важный день. Выпускной. Накидывает пальто, наматывает шарф, надевает солнцезащитные очки. А позади себя в зеркале видит его, как он, держа ее за плечи, наклоняется и целует в шею, шепчет « Малыш, будь осторожна». Передергивает плечом. Хватит Алина! Хватит! У него своя жизнь, у тебя своя. Думай о дочери. Да о чем угодно! Только не о нем. Пора уже забывать. Стирать из памяти.

Всю дорогу она продолжала это делать. То вспоминать, то ругать себя. Даже представила, как знакомит его с родителями. Что скажет папа, как отреагирует Лиза. Дала волю своим самым невероятным мечтам. И там в них все было хорошо, и все были довольны и счастливы.

Машин сильно на дороге не было, машина ехала спокойно и ровно, на спидометр она сильно и не смотрела. Подъезжая, поняла, что скорость местами видимо, превышала, так как приехала гораздо раньше, чем обычно. Вот что значит исправный автомобиль. Уже стемнело. Кое-где во дворах горят лампы прожектора, освещая дворы. А вообще поселок уже погрузился в ночь. Весной дороги как няша, грязищи немереное количество. Огорчилась, что сейчас всю машину измажет в хлам. Подъехала к родным воротам, в доме горит свет, значит ждут. Не сигналит, зачем их утруждать, она и сама может открыть ворота. Фары не выключает, пусть двор освещают. Собака радостно поскуливает, узнав ее. Она успевает открыть только одну половину ворот, вторую открывает радостно выбежавшая дочь. А вот и родители на пороге стоят. Лиза засыпает вопросами:

– Ух, ты! Ты машину сделала! Круто! Как новая! А деньги откуда? Ты быстро приехала. Тебя отпустили раньше? Ты привезла туфли? А вкусненького чего нибудь? Ты завтра уедешь? Квартиру нашла? Когда меня заберешь?

– Лиза, помоги с сумкой. И дай мне хотя бы в дом зайти.

Лиза помогает с сумкой, с любопытством заглядывает во внутрь. Отец поздравляет с ремонтом машины и хвалит. Мама целует наспех и пытается помочь Лизе с сумкой. Заходят в дом, отец цыкает на собаку и закрывает двери. Традиционное чаепитие с обсуждением последних новостей. И тут Алина практически безучастна, больше молчит, практически не улыбается. И только мама все это видит и очень переживает. И когда все уже легли спать, она приходит и садиться на край кровати, как в детстве. Гладит ей голову и тихо так спрашивает:

– Алененочек, что с тобой? Расскажи маме.

Как рассказать маме о мужчине, которого она даже не знает.

– Ничего не случилось, мамуль. Все хорошо.

– Не надо меня успокаивать. На тебе лица нет. Ты похудела, глаза ввалились, да и в них одна пустота. Не взваливай на свои плечи все одна. Просто поделись со мной. Что бы это ни было, я на твоей стороне. Если не смогу помочь, то советом помогу.

Истерзанное страданиями и переживаниями сердце Алины не выдержало, она обняла маму, и слезы сами катятся из глаз.

– Поплачь родная, поплачь. Слезы очистят, омоют и затянут раны в душе. Быть слабой не плохо, это нормально. Где тебе еще можно быть слабой, как не со мной, моя маленькая. Скажи маме. Ты же знаешь, я себе места не найду, если не скажешь. О чем твоя печаль?

– Не о чем, а о ком.

– Мужчина?

– Да, мам, настоящий мужчина.

– Кто он?

– Самый настоящий. Самый лучший.

– Так ты любишь! – ее голос был радостный, словно на них спустилась божья благодать, для Алины же это было горе горькое, – Ты влюбилась?!

– Сильно, как никогда. Черт возьми!

– Так это же хорошо, доча. Это же очень хорошо.

– Мам, не все так просто.

– Когда любишь, все кажется не простым. Это нормально. Особенно у тебя.

– Мы больше не увидимся никогда.

– Откуда ты можешь это знать наверняка? Жизнь непредсказуема.

– Такой был уговор. Сделка на доверии. Два дня и забыли друг о друге. Навсегда.

– Господи! Когда ты все успеваешь?! Только встретились и уже расстались. По какой причине? Что за сделки такие?

– Два дня вместе, а потом каждый сам по себе.

– И ты пошла на такое? Зачем?

– Я думала это игра. Не думала, что влюблюсь в него.

– Он женат?

– Нет, мам. Не женат. Думаешь, я бы связалась с женатиком?

– Да, только не ты. Что это за игры у вас такие?! Я понимаю, одной тяжело, но не до такого же! Хотя ты у меня всегда была безбашенной. Доигралась!

– Доигралась на свою голову! Чтоб его!

– Найди его, поговори, обрети покой в душе.

– Почему он сам не звонит?

– Ну, вот и спроси сама. Зачем изводить себя. Лучше уж знать все наверняка.

– Он должен звонить первым!

– Мы тебя вроде в школу благородных девиц не водили. Откуда это? Сейчас не считается зазорным, если девушка звонит первой. Понимаю, тебе гордость не позволяет. Подумай лучше о том, что жизнь слишком быстротечна, чтобы тратить ее на гордыню. На все воля Всевышнего. Проясни ситуацию, поговори с ним. Мужчины! Они дольше переваривают свои эмоции, а иногда просто прячут или прячутся от них. Сходи-ка лучше проветри мысли, прогуляйся и спать, – целует в лоб, вытирает слезы, – Люблю тебя.

– И я тебя.

Прогулка действительно освежила мысли. Твердо решила, что мама права. Завтра вечером, как только приедет домой, позвонит ему. Решено. Хотя бы до конца выяснит, что он думает по этому поводу. Ночь выдалась ясной, яркая луна светит тоскливо и все небо усыпано звездами. Всегда любила смотреть на звезды, а здесь они особенно яркие. Начинаешь понимать, глядя на них, что ты песчинка в море. Что твои проблемы для вселенной? Все становится менее трагичным, глядя на них.

4.Выпускной.

С самого утра начались хлопоты к выпускному. Бабушка встала пораньше и уже отпаривает платье. Алина, наспех позавтракав, укладывает Лизе волосы в затейливую прическу из локонов. Лиза в этот момент наносит макияж. Рассказывает, кто из подруг, в чем собирается прийти на бал. По сути ее волнует только сам бал, а не официальная часть. Алина аккуратно интересуется, есть ли у дочери парень, но та отмахивается, утверждает, что все ее ровесники полные болваны. Лиза интересуется, не против, ли будет она, если отец прейдет на бал. Алина говорит, что ей все равно, но чтобы она сильно на это не рассчитывала. Он не прейдет. Но Лиза говорит, что приглашала его.

– Мам, а почему ты до сих пор одна? Ты же уже давно одна.

– Нет, мышонок, я не одна, у меня есть ты.

– Я знаю. Баба говорит, что тебе пора уже найти мужчину.

– Бабушка еще очень много чего говорит.

– Я все понимаю. Я все помню. Это из-за отца. Я же вижу его постоянно и не в самом лучшем виде. Я знаю, что он сделал, но мне кажется, он сильно раскаивается сейчас.

– Мне все равно как он сейчас. Сделанного не вернуть. Даже если раскаивается, то уже не изменится никогда. Так будет лучше, если он не прейдет, и не опозорит нас при всех.

– И все-таки, почему ты одна? Ты больше никому не веришь?

– Я не одна, у меня есть вы.

– Ты же понимаешь о чем я.

– Пока не встретила, – соврала Алина грустно, что тут скажешь, что встретила, и пришлось забыть, – Нам и так хорошо.

– Ну, ничего! Скоро я к тебе перееду. Вдвоем будет веселее. Правда?

– Конечно.

Какая же у нее красивая дочь. Она не похожа на Алину, только если подбородок и губки. Она похожа на отца. И как только этому алкашу извращенцу удалось сделать такое сокровище? Высокая, стройная, ноги длинные, она на полторы головы выше Алины. Как вымахала в двенадцать лет, так и не перестает расти. Волосы темно карие, длинные, ниже пояса. Глаза темно карие с желтыми крапинками, миндалевидные, большие. Носик аккуратненький, слегка вздернут. Губки пухленькие. Красавица глаз не оторвать.

И фигура не мамина. Алина всегда была маленькой и худенькой. А у Лизы и грудь и бедра выразительней. Если не знать, что они мама и дочка, то можно подумать, что они подруги. И так уже было не один раз. Если Лиза накраситься, то выглядит старше своих лет. И выходя погулять в городе, к ним не раз приставали молодые люди с желанием познакомиться. Алина ни сколько не считала это забавным и тут же это пресекала. Лиза наоборот веселилась от души. Алина не сомневалась в разборчивости дочери. Она была умной и целеустремленной девочкой. Но любовь сбивает с пути и не таких людей. Сама тому пример. Но ничего. Как бы там жизнь не распорядилась, она все сделает ради счастья дочери. Пример, матери у Лизы перед глазами был, она видела весь этот ужас с детства и не спешила во взрослую жизнь.

Дочь вышла к ним в платье, при полном параде и покружилась довольная, смеющаяся. Отец похвалил, сделав комплимент. Бабушка даже смахнула слезу. Алине вдруг подумалось, что время летит быстро, и скоро она будет кружиться уже в свадебном платье. Только бы ей повезло в любви больше чем ей. Не выдержала и тоже расплакалась. Лиза утешает всех. И только дед строжиться, распустили тут реки, слезки на колесиках.

К школьному двору приехали на машине, народу много, весь поселок собрался. Музыка играет, идет подготовка. Прошлись, поздоровались со всеми, обменялись комплиментами. Началась официальная часть. Учителя торжественно поздравляют своих учеников, по очереди произнося речи. Алина сосредоточенно слушает слова напутствия и не замечает, как сквозь толпу, к ней подходит Василий, бывший муж. Он, перекрикивая оратора, кричит ей на ухо:

– Привет.

Она бросает на него пренебрежительный взгляд и не отвечает. У него в руках нелепый букет видавший виды, украл наверняка где-то. В чистой одежде, побрит, старался гад, есть еще остатки совести. Не пьяный в дрободан, но алкоголем пахнет.

– А наша самая красивая! Правда, Алин?!

Не отвечает ему, делает вид, что его здесь нет. Отец подходит к нему и просит:

– Вась, не порти праздник дочери, я тебя очень прошу. Отойди.

– А я че! Я ни че! Я рад за нее. Между прочим, это она меня звала.

– Вот и веди себя прилично.

– Да я ничего не сделал! Только поздоровался! Чё уже и это нельзя?!

– Вот и не делай ничего. Отойди от нее.

– Ладно. Ладно. Стою, молчу, – но отступил на шаг.

– Лучше отойди еще. У тебя предписание суда.

– Да помню я, помню. Я просто поздороваться, – сделал еще шаг назад.

Отец встал между ними на всякий случай. Вручают дипломы. Когда вручали диплом Лизе, Алина едва сдержала слезы, так гордилась за свою умницу. Красный диплом с отличием. Умничка.

Затем был банкет. И только ради него Василий сюда приперся. Он просто сунул Лизе букет потрепанный, сказал пару нелепых слов и побежал к столу. И зачем она его позвала сюда? Затем тянется к этому пропащему человеку? Алина с родителями на банкет не остались, простились с Лизой и поехали домой. Бабушка просила быть ее благоразумной и долго не гулять, все будут ее ждать.

Дома за чаем отец затронул тему с Василием, но мать его остановила. Алина ни как не отреагировала, она и не слушала погруженная в свои мысли. Разошлись каждый по своим делам. Отец читал газету у телевизора, мать хлопотала на кухне. Алина не знала чем себя занять, спросила маму, чем ей помочь, но та отмахнулась, отдыхай. Пошла к Лизе в комнату, разглядывала ее фото на стене с друзьями. Везде счастливая и красивая. Комната в идеальном порядке, все по полочкам, все на местах. На столе стоит ноутбук, включила его, требует пароль. Алина знала пароль, Лиза ей сама сказала. У них были доверительные отношения. Она не была вспыльчивым и неуравновешенным подростком, наоборот спокойная и здравомыслящая. Иногда Алине даже казалось, что дочь гораздо здравомыслящей ее самой. Уж она бы точно не пошла бы ни на какой уговор. Смотрит на горящий экран, а в голове словно черти под локти толкают « Набери его имя. В интернете хоть кого найти можно»! Она набрала в поисковой строке его фамилию, имя и отчество. Подумала, что даже не знает даты его рождения. Бред какой-то! Разве можно там найти? Это полное безумие! Нажала кнопку ентер с дрожью. Но когда на экране выскочили его фотографии и автобиография, даже забыла, как дышать. Сердце буквально рухнуло в пятки. Она жадно разглядывает фотографии одну за другой. Да это он! Точно! Ни какой ошибки! Вот в обнимку с высокой красоткой, брюнеткой, в не прилично открытом платье.

Вот с девочкой лет пяти с кудрявыми волосами и его глазами. Это его дочь Ева, очень похожа на него. Даже по фото видно, что он души не чает в дочери. Вот пожимает с серьезным видом руку какому-то мужчине. Везде безупречен и бесподобен. Какой же он красивый.

Читает все, что про него написано и волосы шевелятся на голове, а по спине бежит неприятный холодок. Миллиардер в пятом поколении, владелец заводов, домов пароходов. Владелец международного инвестиционного фонда, крупнейшего в стране, доход в год, которого составляет более 230 млн. долларов. Дальше его заслуги и цифры, цифры, баснословные цифры. Лучший экономист-финансист… Бизнесмен…Инвестор…Перехватило дыхание. Этого просто не может быть! Охренеть! Она догадывалась, что он бизнесмен, но чтоб вот так! Нет! Это какая-то дурацкая шутка! Но интуиция просто орет « Да, да, это правда!» Моченный ты еж! Еж! Ежик! Закрыла лицо руками. И как меня так угораздило влипнуть?! Мы же с ним прямо на полу! И не только! Черт! А это многое объясняет. И часы, и телефон, и нежелание фотографироваться. Компромат. Фотография это факт того, что он здесь был, там, где его быть не должно. « Я рискую, что я вообще с тобой» его слова. Не ведет счет деньгам, конечно, он же миллионами ворочает. Знает шесть языков. Алина ты просто дура! Могла бы и сразу догадаться. Так вот о какой империи шла речь. Что для него починить ей машину, так песчинка в море. Вот почему летчик был так удивлен, что она его не знает. « Вы с какой планеты, леди?» С этой, да вот только каждого миллиардера в лицо не знает. Все знают, кроме нее. Олег. Вот почему он так беситься. Алина реально попала в точку, хотя придумала все на ходу, чтобы уколоть его больнее. Сергея Степановича он мог лично знать и попросить его об услуге, как такому откажешь! Вспомнились его слова « Прейдет время, и ты все узнаешь, но я бы не хотел, чтобы твое мнение обо мне изменилось, и ты продолжала со мной общаться ». Как же не изменилось! Ты обманул! Ты не рассказал сам. Транспортные перевозки, в командировке. Все ложь. А ты легковерная дура! Зачем? Зачем все это? Зачем с таким упорством добиваться меня, быть нежным и заботливым, а потом исчезнуть? « У него в каждом городе по две таких дуры как ты! Наиграется и бросит!» слова Олега как кинжалы в сердце. Он не притворялся, он не играл. Это все была не игра! А может, не поняла этого потому, что сама в него влюбилась по уши. Дура! Какая наивная дура! Да он не таких, как ты разводит на раз-два! Потому и богат. Богачи они все мошенники, обманщики и шулеры. А ты очередная игрушка для него. Что для него твоя жизнь или душа, да просто пыль! Говорил, что не женат. Может это тоже ложь, вот и не звонит. Сидит под боком у жены и не рыпается. Снова смотрит в ноутбук, более основательно изучает его биографию. То, что рассказал ей он, здесь даже нет, все более сухо и официально. Не соврал, разведен. Здесь даже пишут, что после развода был эмоционально подавлен и провел месяц в клинике в Германии. Так же приписывают психическое расстройство, но она в это не верит. Он не псих. С психом общалась, знает. « Ты хоть знаешь, с каким монстром связалась?» Один из самых завидных женихов в мире, слишком избирателен в выборе своей второй половинки. Да уж! Видимо в отчаянье парень. Раз караулит пьяных девиц у ресторана. А ты безбашеная попалась на крючок. И надо же было залезть в машину именно к нему! Какого черта он делал там!? Один и без охраны?! Как-то раньше Алина такие вопросы не посещали твою голову! Расскажи она все Ане, та бы час смеялась и все равно бы не поверила ей. Да, хоть кому она расскажи, кто ей поверит? Олег видел. Хотя, что он там видел? Просто ушла вместе с ним. А он естественно будет все отрицать. « Ты одна на миллион, ты просто чудо». Все вранье! Одна такая чудесная дура на шесть миллиардов населения. Эти богачи, они же просто не люди! Лицемерные чванливые, пиявки! Фу! Ненавижу! И он один из них! Так чем он тебя покорил? Чем? Заботой, искренность и своей нежностью. И это было по-настоящему. Сложно устоять против мужской нежности смешанной с мужественностью и напористостью. Мужская нежность она незаменима для женщины. Ее не заменят ни подарки, ни деньги. Ни что. Погладить, почесать, приобнять, поцеловать, прижать. Просто гладить ее руку кончиками пальцев, потому, что хочется касаться. А его глаза, они не врали. Он смотрел на нее, как ни кто прежде, как на единственное сокровище в мире. Нет, он не играл. Такое не сыграешь. Вот почему он стал для нее самым дорогим, желанным и единственным. Тем, кто по венам пробрался к ее сердцу и поселился там. Зашел с той стороны, где приходит грусть и тоска. И теперь ржавым гвоздем не выковырять не как. Он делал ее счастливой. А счастье это лишь миг. Надо ценить что было. Понять и простить за такой уход. Он оказал ей услугу, вот так уйдя. Сейчас ведь окончательно понятно, что лучше, чем было, уже не будет. Он не вернется. Глупо было этого ждать. Он может менять женщин как галстуки. Может ты и зацепила его, но ты никто в его жизни. Имея весь мир, как на ладони, он не опуститься до твоего уровня. Тебя использовали и благополучно забыли. Интуиция тебе не врала. Вот и ты, имей в себе гордость и силы, чтобы все забыть. Он не сказал кто он, но во всем остальном был честен с тобой. Он не просил его ждать, не сказал что вернется. Он не виноват в том, что ты отдавала ему всю себя вместе с душой, ведь он не просил об этом, и не заставлял тебя это делать. «Только если ты сама попросишь». И просила сама. Звал с собой с горяча, знал, что ты откажешься. Он искал любви, и ты поверила, так как сама в ней нуждалась. Ты поверила. Любая хрень в жизни происходит только по тому, что кто-то безоговорочно поверил вдруг другому.

Она увеличила одну из его фотографий на весь экран. До чего же хорош гад, безупречен. Властный взгляд, легкая улыбка, карие глаза так и смотрят прямо в душу. Эти резные губки, она еще помнит, как же шикарно он целуется. Мелкие морщинки в уголках глаз, расцеловала бы каждую не по разу. Все идеально скулы, подбородок, нос. Все идеально, в нем нет недостатков. Или так видят только влюбленные глаза, а на самом деле он мерзавец.

– Чем ты тут занята? – в комнату вошла мама, Алина аж подпрыгнула от неожиданности,– Симпатичный. Это он? Настоящий мужчина?

– Это никто! – она захлопнула крышку ноутбука с силой.

– Ты позвонишь ему?

– Нет. Никогда!

– Упрямая. Вот в кого ты такая упрямая?!

– Мам, я о нем, больше говорить не хочу. Я и думать о нем больше не хочу. Ни слова, ни звука. Считай, что я сейчас попрощалась с ним навсегда. Для меня с сегодняшнего дня он умер. Понятно. Я пойду…вон лучше делом займусь,…двор подмету! – она выскочила из комнаты.

– Ой, ли! Вериться с трудом! – кричит ей в след, а потом тише, – Слишком уж он запал тебе в душу, вижу же, сама не своя. Поживем, увидим. Поживем, увидим.

Лиза вернулась в два часа ночи, очень довольной. Никто не спал, ждали ее. Она была в приподнятом настроении, может и выпила, но не была пьяной. Болтала без умолку обо всем. Алина помогла ей раздеться, умыться и уложила спать. Самой сон не шел, заснула уже под утро. Поэтому утром она встала поздно. Вышла с кружкой кофе во двор. Лиза с бабушкой хлопотали в огороде. Алина пообещала, что поможет им, как только кофе допьет. Вернулась в дом, отец как бы, между прочим сообщил, что приходил Васька, но он его прогнал. Хотел поговорить с ней. Алина ответила, что правильно сделал.

После обеда, тепло, простившись, выехала обратно в город. Дав Лизе обещание за неделю найти квартиру и звонить каждый день.

5.Неожиданный звонок.

Рабочие будни. На работе сразу три важных заказа. Два дня пролетели незаметно, как один. Аня все приставала с расспросами, но Алине удавалось ловко уходить от прямых ответов. В среду Аня ушла на больничный, младший простыл. Но по телефону террор не прекратился. Вечерами она просматривала объявления о сдающихся квартирах, но либо цены не подходили, либо очень далеко от работы. А в четверг позвонила хозяйка и сообщила, что в пятницу прейдут смотреть квартиру, появился покупатель. Время поджимает. Решила все выходные проведет в поисках новой квартиры. Если честно, то звонок хозяйки сильно ее расстроил. Знала же, что это неизбежно, так чего тянула до последнего. На какое чудо надеялась? Это Игорь выбил ее из колеи. Потухла, погасла, поникла. Ничего! Как птица феникс возродиться вновь. Действовать, не сидеть на попе ровно.

Четверг. Вечер после работы. Сходила в душ, надела самую любимую и удобную пижаму. Решила сложить лишние вещи в чемодан, потом меньше собираться. Оставила по минимуму, остальное легко скидать в коробку и все в порядке. Немного прибралась, протерла пыль, помыла пол. Решила заняться собой, сделать педикюр. Достала коробочку с принадлежностями, включила любимую музыку на телефоне, вставила наушники, и подпевая Sia преступила к работе. Песню не удалось допеть до конца, позвонила Аня. Обсуждали, как она съездила к своим, как прошел выпускной бал. Алина поделилась проблемой с квартирой, Аня обещала поспрашивать у знакомых, может, кто сдает. Она все же не забыла спросить, как поживает Игорь Юрьевич, вспоминает ли она еще о нем. Алина и словом не обмолвилась, что ей удалось выяснить о нем. Сказала, звонить не станет, все в прошлом. Алине кто-то бился по второй линии, была рада, что их прервали на щепетильной теме. Она обещала Ане перезвонить, как только переговорит с Борей. Обоим было интересно, чего он хочет. Она отключила Аню и ответила Боре:

– Алло.

– Добрый вечер. Я не слишком поздно?

– Нет. Что случилось?

– Нет, ничего не случилось. Все нормально.

– Тогда, чем обязана?

– Я подумал, что ты захочешь немного отвлечься и отметить, и я решил пригласить тебя в бар. Сейчас. Если хочешь…или потом…когда сможешь.

Алина секунду молчала, просто лак лег не ровно, подтирала. Да и пусть выговориться, скажет все, что хотел. Но он замолчал.

– Борь, я вроде тебе уже сто раз все объяснила? Мы пробовали, у нас не вышло. Мы друг другу не подходим. Ты младше меня, но не в этом даже дело. Ты хороший парень, найди себе нормальную девушку. Я не создана для семейных отношений. Я не для каких отношений не создана!

– Я к вам не подкатываю Алина Викторовна, а приглашаю как друг. Мы же можем быть друзьями? А сходить в бар с другом это не ухаживания.

Отличный ход Боря, просто отличный. Она уже подружила с одним пару дней, теперь забыть его не может. Ты еще добавь, что никто, никому ничего не должен. Осмелев, парень продолжил.

– Достаточно того, что мы коллеги по работе. Вот мне вполне этого достаточно. Мы просто посидим, выпьем, поболтаем. Это ни к чему не обязывает. Последнее время у тебя грустный вид. Может, мы поговорим, и тебе станет лучше. Я могу помочь, если скажешь.

« Это ни к чему не обязывает» ну почти угадал.

– Нет. Спасибо за заботу, но нет. Нет у меня сейчас желания идти куда-то.

– Тогда, может, в следующий раз?

– Спасибо, нет. Пока, пока.

Она отключилась, набрала Аню, приступила к покраске второй ноги. Под недовольство подруги, как она устала сидеть дома на больничном, как ей надоели уборка, стирка, готовка. Алина только поддакивала увлеченная своим делом. Снова у Алины вызов по второй линии. Не глядя на телефон, она уверена, что это Боря не сдается, нашел новые аргументы, просит Аню повисеть на линии пару минут, она быстренько. Но когда глянула на телефон, сердце похолодело. Это звонил он. Не веря, она бросила лак и схватила в руки телефон. Да это точно его цифры номера. Она выдернула наушники и с испуга скинула оба вызова. Застыла с ним в руках. Что ему нужно? Зачем звонит? А если он в городе и хочет приехать? Зачем? Не надо! Черт! Стоит только расслабиться и забыть о нем, как он тут как тут. Почему сейчас? Почему раньше не позвонил? Волнение смешивается с радостью. Все-таки позвонил. Надо было ответить, какого черта ты скинула? А если он приехал? А если не позвонит больше? А может он…

Телефон в руке снова звонит и вибрирует, Алина вздрагивает от неожиданности и смотрит на экран. Это он. Черт! Так ответить или нет? С одной стороны, лучше не надо, от греха подальше. А с другой стороны, она так долго этого ждала, так долго. Чего тянул так долго? Позвони он чуть раньше, до того как она узнала, все было бы иначе. Да, она бы душу продала лишь бы его увидеть. А сейчас. Сейчас поздно. Слишком поздно. Теперь она знает. Победило любопытство помесь с ненавистью. Правильно говорят, от любви до ненависти один шаг. А обратно, проверял кто нибудь?

– Алло, – как можно увереннее сказала она.

– Алло, – сказал он и молчит, ждет ее реакции.

Даже от одного его слова, от звука его голоса, в душе поднялась волна смятений и томлений. Не дождался от нее ни звука. Она слишком разнервничалась.

– Привет птичка. Как поживаешь? – он старается быть непринужденным, расслабленным, но где-то по ноткам она различает и его волнение.

– Да у меня все супер! Жива пока еще! – она возмущена и взволнована.

– Может, я не вовремя? Может, позже поговорим? – ищет компромисс, не уверен, что позвонил вовремя.

– Нет, не нужно позже. Совсем не нужно мне звонить! – Алина обуздала волнение и вспомнила, что говорит с чертовым олигархом, разозлилась.

– Почему? – напрягся он.

– Я все знаю о тебе. Теперь уже все знаю.

Долгое молчание. Алине горько на душе. Между ними пропасть, они никогда не будут вместе. Обида за его ложь, ведь мог сказать сам. Не сказал.

– И что ты думаешь по этому поводу? – спрашивает он осторожно.

– Я думаю, что ты большой молодец. Красавчик! Отлично обвел меня вокруг пальца. Ты меня использовал, как и я тебя в прочем. Спасибо за машину. Я буду придерживаться ТВОЕГО уговора. Никто, никому, ничего не должен! Я тебе больше… – голос сорвался, – Я ничего не должна тебе. Друзьями мы с тобой тоже быть не можем. Потому, что ты мне всю душу в фарш! Знаешь ли ты, что такое ждать? – пауза, – Чем ты мерил все это время? – пауза, – Секундами?…Выкуренными сигаретами?…Воспоминаниями? Ты прислушивался к своему сердцу, считая, что оно уже остановилось? – горечь душит ее, мешает говорить, – Ты хоть раз…считал, сколько слез в чайной ложке? – пауза, – Ты хоть раз…лгал себе так отчаянно, что сам верил…просто, чтобы выжить!– пауза,– Я тебе ничего не должна. Зачем ты позвонил? – пауза, – Не звони больше никогда. Прощай.

Она отключила вызов и засунула телефон под подушку. Смотрит на свои руки, они трясутся. Все тело бьет дрожь, внутри холод. Душу рвет от боли и досады. Закрывает глаза, сжимает зубы, морщит лоб. Впору заорать или разрыдаться, но не может. Она все правильно сделала, все правильно. С нетерпением, трясущимися руками нашла заначку сигарет. Накинула кофту, вышла на балкон, с наслаждением закурила. Закашлялась. Просто нужно успокоиться. Руки стали меньше трястись. Успокоилась насколько возможно. Зашла в комнату, проверила телефон. Два пропущенных от Ани, он не звонил. Ну и хорошо. А она подождет пока, не до нее сейчас. Ну, вот все и прояснили, расставили все точки над i. Он больше не позвонит и не побеспокоит ее. А боль? Боль пройдет. Так будет лучше. Так быстрее все забудется.

Докрашивать вторую ногу не стала, забыла совсем. Стоит растерянно у кровати. Сходить с Борей в бар и отвлечься? Не вариант! Напьется и начудит еще больше. Надо как-то по-другому отвлечься. Достала блокнот с карандашом. Выключила телефон совсем. Достала старый маленький плейер, присоединила к нему наушники. И первая песня, которая заиграла, была Selin Dion « I surrender». Выводя линии на листе, она поет вместе с ней.

И эта песня словно не случайно заиграла первой. Она не знает английского, не знает перевод, но уверена, что каждое слово это про нее. Она просто рвется прямо из ее души. Слезы льются из глаз сами по себе, как говорила мама, очищая душу. До мурашек по кожи, до холодного узла внизу живота. Тянет ноты, почти срывая голос. Душа действительно очищается, вся боль через голос вырывается наружу, и становиться легче. Она пропела ее несколько раз подрят, пока не отпустило на столько, что выключила. Больше не может. Минут десять молча, смотрела в одну точку. Слезы высохли, душа опустошенная. На листке бумаги, сморщенного, от падающих слез изображено сердце, расколотое на куски. За окном уже совсем темно. Она оделась и прошла прогуляться. Дошла до парка рядом с домом, брела, сама не зная куда. На улице никого нет, тишина, ветерок. Она все равно ничего не видит перед собой. Ее словно вырвали с корнем из собственной жизни и швырнули куда-то в неизвестном направлении. Как найти покой в душе? Как со всем этим справиться? Пока бродила, еще не раз спела эту песню. Было совсем безразлично, слушает ее кто или нет. Так и не найдя себе места, вернулась домой. Проверила телефон, тишина. Поставила будильник и легла спать. Сон долго не шел, сама не поняла, как удалось уснуть.

6.Встреча.

Пятница. Все как всегда. Но если только не считать, что хозяйка перенесла встречу на субботу на десять утра. Вечер после работы.

Блокнот и простой карандаш в руке, музыка в наушниках, настроение полная тоска. Рисует мужчину с оголенным торсом, со спины и большими крыльями, как у ангела. Помнит каждую черточку, каждый изгиб и даже три родинки под лопаткой в виде треугольника. Музыка притихла, пошел вызов на телефон. Отвечает на звонок и ей удается даже изобразить радость в голосе. Аня настаивает на встрече, нужно обсудить что-то очень важное. Алина соглашается, все равно делать особо нечего, так хоть какое-то разнообразие. Подруга болтлива до ужаса, бес конца трещит и трещит, но Алине нравиться ее болтовня, отвлекает от собственных депрессивных мыслей. А иногда ей даже удается поднять ей настроение. Может и в этот раз удастся. Договорились, что Аня берет такси и скоро будет у нее. Алина отложила блокнот, раскинула руки в стороны на кровати, закрыла глаза и представила его перед собой. Блеск карих глаз, игривая улыбка. Будь он здесь, сказал бы «Привет, малышка». Вспомнила его силуэт на балконе, когда он стоит и курит молчаливо. Тоска, всеобъемлющая тоска съедает душу изнутри всю. Скручивает все мышцы в тугой узел. Так хочется к нему прямо сейчас в данную секунду, ну хотя бы его голос услышать. Знает, что изводит себя мыслями о нем, но как заядлый мазохист, делает это снова и снова. Как наркоман зависима, от этих воспоминаний. Знает, что будет больно, но хочет еще и еще. А когда уже боль становиться совсем не выносимой, то пытается стряхнуть ее с себя, занявшись чем угодно. Вот и сейчас помотав головой, пошла на кухню ставить чайник, готовиться к приходу подруги. Включила чайник, достала две кружки. Тоска не отпускала, слишком тяжело на душе. Умыла лицо под краном холодной водой, пригладила непослушные волосы назад мокрыми пальцами, в надежде прогнать мысли о нем хоть как-то. Раздался звонок в двери. Алина хмыкнула, что-то слишком уж быстро такси ездит. Не торопливо идет к двери, ну сейчас с порога начнется! Видно действительно случилось что-то не терпящее отлагательств.

Открывает двери и замирает с ужасом в глазах. Там стоит Игорь. Белая рубаха, спущенный слегка узел галстука цвета металлик. Серый переливающийся костюм сидел на нем будто был создан именно для него. Ботинки сияют, как водная гладь на солнце. Из кармана торчит белый, кружевной уголок платка. Волосы уложены волосок к волоску. Легкая небритость, по подбородку, и та была стильной. Светиться самой очаровательнейшей улыбкой, глаза горят радостью. В одной руке небольшой, красивый букет из голубых диковинных цветов. В другой, голубой подарочный пакет с белым бантом. Алина от неожиданности забыла, как дышать. Она осмотрела его с ног до головы, и с каждой деталью ее глаза округлялись еще больше и больше. Она поверить не могла, что он стоит перед ней во всем великолепии, словно сошел с обложки журнала.

Сердце забилось с такой бешеной скоростью, что выскочит из груди и поскачет по полу. Капец! Дожилась! Он тебе уже мерещиться! Ее реакция в следующую секунду привела его в замешательство. Она с силой захлопнула двери перед его носом. Он даже не успел ничего сказать. Она спиной подперла двери и пыталась успокоиться. Ноги стали ватными, а мысли словно в пинпонг играли в голове. В двери не громко постучали, она аж подпрыгнула на месте от этого. Двери решительно с силой открыли, Алина попятилась назад не в силах что-то произнести, только мотала головой из стороны в сторону. Нет, не надо. Если ей он казался жестким и решительным, то себя он видел последним подлецом. Ее мокрое лицо он принял за слезы, а ужас в глазах, за боль которую причинил ей. Желание было не только обнять, но вымолить прощенье. Убегает от него в ужасе, что ж ты наделал! Прижал к себе крепко, но трепетно, бросив все из рук на пол. Его большая рука прижала ее голову к своему плечу, в нос ударил его приятный и такой родной запах:

– Тише, малыш, тише.

Гладит ее волосы. От его голоса и прикосновений ее тело начинает бить мелкая дрожь. Зажмурилась. Это не мираж. Он настоящий. Он здесь, он пришел.

– Все хорошо. Тише. Прости, что так долго.

Все в его власти, мысли в его власти, тело в его власти, вся в его власти. Она ждала этого слишком долго, он ее избавление от всего. И словно падая в пропасть, не отдавая себе отчета, обняла его. И наугад найдя его губы, растворилась в радуге счастья. Ей это нужно и только он способен ей это дать. Его руки на ее теле выписывают невообразимые узоры, то сжимают до сладкой боли, то едва прикасаются, приводя ее в восторг. Ей мешает его одежда, ее слишком много, желает ощущать его своей кожей, тепло к теплу, телом к телу. Маленькие пальчики лихо расстегивают пуговки его пиджака и скидывают его на пол. Стягивает умело галстук, не отрывая глаз, друг от друга. С силой тянет его ремень и слышит его возбужденный рык. Слова не нужны, они читают друг друга и так. За талию подымает ее и прижимает к себе, она обхватывает его ногами, обвивает шею. Несет ее на кровать, но в этот момент раздается звонок в двери. Замирает на ходу и глядя в ее глаза молча спрашивает « Ты еще кого-то ждешь?» Она вспоминает про подругу и шепотом отвечает:

– Это Аня, моя подруга.

За дверью слышаться крики, ругань и оскорбления. Они оба удивленно смотрят на двери, потом друг на друга. Игорь вздыхает разочарованно и ставит Алину на пол. Она поправляет на себе одежду и заверяет его шепотом:

– Это ненадолго, я выпровожу ее.

Он кивает головой, поправляя свою рубаху. Алина, идя к двери, кидает ему пиджак, и галстук, заговорчески улыбаясь. Ловко все поймав, тоже улыбается ей в ответ. Он бросает взгляд на кровать и видит ее рисунок ангела с тремя родинками на спине, улыбнулся, приятно видеть, что она рисует тебя, да еще так. А говорила, что не рисует людей. Я не ангел вовсе, скорее наоборот. Вырвал лист из блокнота, аккуратно сложив, и спрятал в кармане пиджака.

Алина открывает двери, надеясь увидеть подругу, но видит огромную черную спину, почти во весь проем двери. Огромный амбал, в черном костюме, загородил всю дверь, и не дает пройти ее подруге внутрь. На что та, оскорбляет его разными непристойными словами и даже пытается побить, то пнет в ногу, то сумкой лупит по плечу. От удивления Алина открыла рот и с вопросом « Это чего?» смотрит на Игоря. Раздается его громкий и властный голос:

– Максим.

Амбал, не проронив ни слова, не повернув головы, отходит в сторону. Аня все еще возмущенная стычкой кричит на него:

– То-то же! Что здесь вообще происходит?!!

– Привет! – Алина глупо улыбается и машет подруге, сама не зная зачем. Она и сама не понимает, что здесь происходит.

Игорь уже полностью одет, во всем своем великолепии, выходит на площадку, словно он владыка всего мира. На лице уже маска невозмутимости, безразличия ко всему происходящему, словно он выше всей этой возни. Встает прямо перед Аней, та затихает, зачарованно его разглядывая. Он даже не смотрит на нее, бросает строгий взгляд на амбала:

– Инструкцию давно не читал?! – говорит он ему, а Алина слышит в интонации « Бошки всем поотрываю нахрен».

– Простите, сэр, – извиняется амбал грубым басом, – Вы, просили вас не беспокоить.

Слово сэр, режет Алине ухо. Взгляд его становится еще жестче, он словно глазами говорит « Ты посмел мне перечить!» Поворачивается к Ане, и как ни в чем, ни бывало, фальшиво улыбается ей, своей козырной улыбкой, похоже, отработанной годами. Не так он ей улыбается, да и смотрит не так.

– Добрый вечер. Прошу извинить за это недоразумение. Прошу вас,– он делает жест, приглашая ее пройти в квартиру. Аня как загипнотизированная идет в квартиру, но не сводит с него глаз. Да уж! Он на всех похоже производит такое впечатление. Они проходят мимо Алины, та выглядывает на площадку и видит еще двух охранников, закатывает глаза «Ну, да! Че не десять!».

– Позвольте вам помочь, – в галантности ему нет равных, он помогает снять Ане пальто. Та еще видимо в шоке и только поэтому молчит. Аня проходит в комнату, но не спускает с него глаз, пока он вешает ее пальто на вешалку. Алина подходит к подруге, но та на нее ноль внимания. Игорь подымает с пола упавшие букет и пакет, проходит на кухню и кладет их на стол.

– У тебя, где ваза? Я цветы поставлю, – говорит он по-свойски Алине.

– У меня нет вазы, – отвечает она.

– Не порядок, исправим. Тебе они хоть понравились?– он берет пустую банку и наливает в нее воды из под крана.

– Прикольные.

– Прикольные? – он не доволен ответом.

– Красивые, спасибо. Или как надо сказать? Польщена вашим вниманием? – язвит она, он ставит букет и смотрит на Аню. Аня стоит, глядя на него раскрыв рот. Ну да! Немного странно видеть миллиардера во всем блеске, наливающего воду из под крана в трехлитровую банку, да еще и здесь, в этой квартире. Он подходит к ней, резкий кивок головы:

– Позвольте представиться, Игорь Игнатьев.

Алина только в кино видела такие манеры, ее это восхищало и смешило одновременно. Удивляло, как быстро он менялся при чужих людях. Эта маска надменности, величия, высокомерности и ведь она шла ему. И вроде ничего не делает, но всем видом показывает « Я помазанник Бога! На колени челядь!» Алина хихикнула внутри от этой мысли. Только на нее его магия никак не действовала. Она видела его по-другому. Мальчишка, с такими же тараканами, как и у нее. Ну, может, у него тараканы чуть больше, да богаче будут. Она не смогла сдержать улыбку, когда подруга потрясла его протянутую руку и вместо имени выпалила:

– Чтоб я сдохла! Тот самый!

– Тот самый, – его подобное поведение не смутило ничуть.

– А как?… Вы тут?… А…почему? – Аня не находила слов и аж задыхалась.

– По делам мимо проезжал, – ее ответ удовлетворил, но не Алину.

– За тысячи километров от дома. Ну да! – не верит Алина, – И в прошлый раз вы были без охраны!

Знала бы она, сколько на самом деле километров он преодолел, прилетев сюда, да еще и не запланировано.

– Следую вашему же совету. Вы сами предупреждали, что ваш район кишит киллерами.

– А если я и есть тот самый киллер?! – провоцирует она.

– Если и так, то убьете вы меня не из оружия, – посмотрел на нее так, что низ живота стало тянуть, – Пожалуй, я бы предпочел именно такую смерть, – он бросил быстрый взгляд на кровать. Она поняла его намек, прищурилась хитро и улыбнулась.

Аня по очереди переводила указательный палец с одного на другого и спросила:

– Вы типа вместе что ли? Серьезно? – сама себе не верит.

– Мы пока еще не выяснили вместе мы или нет. Ваш визит не дал нам такой возможности, – ответил Игорь, обвиняя ее интонацией.

– Это ваш визит не входил в наши планы, – огрызнулась Алина.

Тут Аня вцепилась в руку подруге и закричала, до нее наконец дошло:

– Игорь Юрьевич! Твою мать! Алина! Игорь Юрьевич! Тот самый! И ты молчала?! Загибалась тут от тоски! Локти грызла. Я ей….А она…Он такой! Он такой! Да я даже предположить не могла, что такой! Твою ж мать! И какая ты мне подруга после этого?! Это капец!!! – она выдохлась, а то бы еще не весть, что наговорила. Алина покраснела и смутилась, поймав краем глаза ухмылку Игоря. Подруга сдала с потрохами.

– Аня, че ты несешь! Выдохни, а то задохнешься сейчас. И прекрати выражаться!

Но она не обратила на Алину, никакого внимания и решила выяснить все у Игоря:

– Где вы познакомились? Где вы! – она ткнула пальцем в потолок, – И где она!? – она ткнула в пол,– Как? Я не понимаю! – развела руки.

– Счастливая случайность, – ответил он ровно.

– Это где ж можно так случайно счастливиться?! – не верила она.

– Пути господни неисповедимы, – сказал он, скучая от этого разговора, и отошел к холодильнику, но прежде чем он успел открыть его, Алина крикнула:

– Не надо вести себя здесь как дома! Это не так! – вышло грубо.

Остановился, посмотрел на нее через плечо. Она видит в его глазах « Ах так!»

– А мне все-таки интересно. Может, расскажет кто нибудь? – не унималась Аня.

– Я помешал вашей запланированной встрече, – он выделил запланированной, – Вам явно есть о чем поговорить, – он выделил явно, – Не смею вам мешать, – шагнул к двери решительно.

Алина испугалась, что он уходит, подбежала и схватила за руку:

– Нет, стой!

Он был удивлен ее реакции, обласкал ее лицо взглядом, улыбнулся:

– Я вернусь. Позвони мне и я буду рядом.

Ах, этот омут карих глаз, затягивает как воронка, голос завораживает и манит. Она не желает, чтобы он уходил, и он читает это в ее глазах. Она даже не представляет, как ему тяжело смотреть в ее глаза наполненные мольбой. Пронимает до дрожи. Послать бы все к черту и остаться с ней навсегда.

– Давайте, я уйду? – говорит Аня и вешает на плечо сумку.

– Нет, не стоит. Это я ворвался без приглашения. К тому же меня дела зовут. Только не затягивай, прошу, боюсь у меня не так много времени, – он стукнул ей пальцем по носу, не выносимо было видеть эти умоляющие глаза, – Там вкусняшки в пакете. Чай попейте. До встречи. Рад был познакомиться, – последнее он сказал вообще без интонации, даже наоборот «Какого фига ты приперлась так не вовремя!»

Он ушел. Алине вмиг стало горько на душе. Она осуждающе посмотрела на подругу.

– Что? Я его не выгоняла?! – развела руками Аня.

– Могла бы не вести себя как дура!

– Ну, знаешь ли! Не каждый день такое увидишь! Ты вообще знаешь кто он такой?! Не удивлюсь, что нет!

– К несчастью, да! Знаю!

– Ты понимаешь, что сейчас твоя жизнь полностью измениться?!

– Не измениться. Не переживай.

– Ты же любишь его.

– И что?

– Я видела, как он на тебя смотрел.

– И что?

– Че заладила то? И что! И что!

– Это ничего не меняет.

– Ну, как же! Он красив, он чертовски богат.

– Вот именно.

– Он тебя выбрал!

– Я что участвовала в кастинге? Не припоминаю.

– А если это судьба?

– Не смеши меня! Так не бывает! Это реальная жизнь! Это не кино, не сериал. В жизни так не бывает. Я похожа на гребанную Золушку?! – она провела по себе руками, подруга скривилась, что не очень.

– Я тебя не пойму. Ты хочешь быть с ним? Или нет?

– Мы же не сможем быть вместе. Тебе-то надеюсь не надо объяснять?!

– Без него ты тоже подыхаешь.

– Да, блин! Видит бог, я не хотела этого.

– Сердцу не прикажешь!

– Я не подхожу ему.

– Ну, точно! А он тебе подходит! Да фигня все это! Сама же говорила, что круто было с ним. Остальное все не имеет значения. Слушай! А может он приехал сделать тебе предложение?!! Капец! Будешь Алина Игнатьева! Охренеть!!!

– Ты дура?! Да?! – она покрутила у виска, – Какое предложение?! Мы совсем не знаем друг друга!

– Может, он тоже без тебя скучал. Может, понял, что не может без тебя. А че тогда приехал?! А?! Мы еще не решили вместе мы или нет! Он человек серьезный и слов на ветер не бросает. А что если он серьезно настроен? Такое тоже не исключено.

– Такие как он не женятся, на таких, как мы. Им не позволит не статус, не гордость, ни общество. Не хочу я замуж! Спасибо! Мне хватило!

– Классовые предрассудки, – отмахнулась Аня,– Любовь выше этого!

– Идиотка или идиалистка?! Не пойму!

– Зачем сразу замуж?! Так шашни покрути! С тебя не убудет! Ты женщина свободная!

– Я тебя сейчас ударю!

– А! Ну, да! Это же не про тебя! Идиалистка!

– Идиотка!

Но подруга не обиделась, направилась к пакету, потерла ладоши предвкушая увидеть, что-то необычное, словно это ей подарили. Но все же спросила у Алины:

– Можно я посмотрю?

– Смотри. Тебя же ничего не остановит это сделать! Нет такой силы на земле!

Аня не обратила внимания на слова подруги, залезла с головой в пакет и достает оттуда красивые коробочки. Достав все, удивленно вертит их в руках, не понимая, что это. Алина поправила цветы в банке, улыбнулась. Он дарит ей цветы каждую их встречу, так мило, никогда не забывает. Опять полез в холодильник, думает она тут голодом сидит. Ну, если честно, там только банки с солениями от мамы. Ничего не готовит себе, питается так, перекусами. Стало немного стыдно. Она не знала, что он нагрянет. А что бы изменилось, если бы знала? Интересный вопрос. Муж никогда не дарил ей цветы, у него на них была якобы аллергия, врал, конечно. Она снова аккуратно покрутила букет.

– Алин, это конфеты, прикинь! – Аня раскрыла одну из красивых коробочек, и уже засунула одну в рот, – Вкуснатища! Никогда такого ни ела! Ты попробуй! – запихала ей в рот конфету, – Ну! Скажи?! Клубника в шоколаде.

– М-м-м. Неаа. У меня вишня, – промычала Алина.

Аня начала раскрывать все коробки и пробовать все конфеты. Алина налила чай в уже подготовленные кружки. Одну поставила перед подругой, пусть запивает, а то слипнется одно место. Аня хлебнула из чашки, села на единственный стул и принялась рассказывать причину ее срочного визита. Но Алина ушла в себя, она смотрела в одну точку и совсем ее не слышала.

– Хочешь к нему? – спросила подруга, Алина не ответила, молча, посмотрела на нее, та и так знала, что да, – Позвони ему, он приедет. Давай!

– Думаешь, стоит?

– Да, стоит. Поговорите хоть нормально. Зачем то же он приезжал? Такие как он, не приезжают просто так при всем параде и с охраной! У них на это нет времени. А он приехал с подарочками. Давай звони! А я поеду к своим балбесам. И не думай ни о какой фигне. Лови момент! Из вас выйдет не плохая пара. Он правда еще не знает какая ты заноза в заднице!

– Знает. Он даже пьяной меня выдержал.

– Ну тем более. Че тебе терять! Такой красавчик! Ух! Будешь последней дурой, если профукаешь такой шанс!

– Иди уже! Домой давай, – но Алина хотела послать в другое место.

–Завтра все расскажешь! Или я подохну от любопытства! – аж визжит от радости.

– И не надейся! Подробностей не будет.

– Возьмешь отгул? Я бы взяла! Целый отпуск и на Мальдивы с ним на месяц, – прикрывает глаза мечтательно.

– Размечталась!

– Ну, а что?! Он исполнит твой любой каприз. Уж он, то точно сможет!

– Я не капризна.

– Ага! Будет она мне рассказывать! Он уж точно не электрик с зарплатой, над которой плакать охота, – это она про своего мужа Ромку,– Он тебе луну с неба достанет! Даже две, вторая будет золотой.

– Мне не нужна не луна, ни его деньги!

– А что тебе нужно?

– Он сам, без всего этого.

– Скажи ему это, его это обрадует, – она встала из-за стола, – Возьму одну коробочку? Своим отнесу, они таких вкусных, никогда не пробовали, может и не попробуют уже никогда.

– Забирай хоть все. Ты только не болтай обо всем этом никому.

– Что я дура совсем?! Никому. Могила.

– Я серьезно. Прошу.

– Хорошо. Я же все понимаю. Но если возле твоей квартиры очень часто будут стоять охранники, то соседи сами догадаются, рано или поздно. Такое не утаишь! А если его кто увидит, то у твоих дверей будет дежурить уже пресса с камерами. Лучше встречаться на его территории, а то палитесь на раз-два. Пресса тебе жизни не даст, все косточки перемоет. Раскопают всю грязь с мужем. А тебе оно надо?

Алина молчала, раздумывая над ее словами, в чем-то она права. Аня уже накинула пальто и чмокнув ее в щечку:

– Удачи. Будь осторожна. Если честно, то я его немного побаиваюсь, кто знает, что он задумал? Звони если что не так! Может, он украсть тебя хочет, и держать у себя наложницей.

Во фантазия у человека!

– Хорошо, позвоню. Давай, пока.

– Ты не позвонишь, я тебя знаю. Сама тебя наберу завтра. Пока.

Алина бродила из угла в угол в размышлениях. Между ними целая пропасть. У них нет никакого будущего. Но ее неумолимо тянет к нему. Она желает снова оказаться в его крепких и нежных руках. С ней он словно скидывает все маски, обнажает свою душу и не боится этого делать. А она боится. Боится, что наигравшись, он выкинет ее как надоедливую куклу. Еще один удар в едва зажившие раны она не переживет. Забыть его уже не возможно, уже не выйдет. Хуже, что каждая их встреча это выжигающая изнутри страсть. Страсть. Не любовь. Она проходит. А что будет потом? Она то, его любит, а он? У него просто страсть. А что, если разжигать эту страсть и все закончиться не так уж быстро. А какой вообще идеальный финал? Да ни какой здесь не подходит! Все эти игры могут запутать мою жизнь еще больше. Запутаешься как муха в паутине. А он паук, еще тот паук! Нужно выпутываться пока не поздно. Нужно встретиться объяснить ему все. Хотя, что ему объяснять, что он маленький что ли? Опасно. До разговора, может, и дело не дойдет. Как в этот раз, например. Если только после, когда он будет спокоен и расслаблен. Но какой уже тогда смысл? Так как же быть? Бежать? Или остаться? Ловить момент? Или сбежать пока не поздно? Будет еще хуже, сама это знаешь! Рискнем. Однажды рискнув, можно стать счастливым навсегда. Реклама не врет! Дура ты! Просто очень хочешь его сейчас видеть и прекрасно знаешь, что можешь это сейчас получить. Эгоистка!

Зазвонил телефон, Алина вздрогнула, на экране светились знакомые цифры, это был Игорь. Взяла трубку:

– Да?

– Что мы не звоним? Я же сказал, что у меня мало времени.

– Ну, так и езжай по своим делам. Что суетишься то?

Он сжал телефон до хруста и громко выдохнул в трубку. Как же она его может бесить, до чертиков.

– Ты хочешь? Чтобы я приехал? – выговорил он, чуть ли не по буквам, рычит.

– Да хочу, – ответила она четко, и не задумываясь.

– Жди. Буду, – и отключил телефон.

Алина занервничала, едет уже. Черт! Надо одеться, во что-то более подобающее. Если хочешь быть для него интересной, нужно соответствовать. Она хотела быть для него самой красивой. Ей нравилось ловить на себе его восхищенные взгляды. Убойное оружие женщины – это чулки. Она отрыла их в чемодане и поспешила надеть. Платье выбрала кружевное черное, кружева местами позволяли видеть ее тело. Туфли черные на шпильке. Прибрала волосы наспех. Подкрасила ресницы, подвела стрелки, покрыла губы блеском. Выдохнула, пойдет. Раздался звонок в двери. Решительно открыла ее.

С минуту оба разглядывали друг друга. Алина ожидала, что он будет в том же костюме и галстуке, но нет. Он был в белой футболке и черных спортивных штанах, черные кроссовки, и все та же дубленка. Не по сезону немного, но ему, то что, он же, в машине. Все красивое и стильное, но костюм шел ему больше. Он оглядел ее с головы до ног медленно, потом обратно, и сказал:

– Это для меня?! Вау!

– Не обольщайся, – именно такой реакции она и хотела.

– Хотела произвести впечатление? Открыла бы двери голой, – пытается задеть, сбить с толку.

– Так и сделаю, в следующий раз. Только если, ты прейдешь голым, – не удалось, она уверена в себе.

– Ловлю на слове! – он тоже не сдается.

– Зайдешь? Или на пороге будем говорить?

– Благодарю, – он прошел в комнату.

Алина выглянула на площадку, там никого не было.

– А где эти? – спросила она про охранников.

– Спрятались, – отшутился он, но она шутку не поняла, решив, что и правда попрятались.

Думала он прошел в комнату, но нет, закрыв двери, натыкается ему прямо в грудь. Его пальцы, едва касаясь, скользят по ее оголенной спине, заставив ее замереть и затаить дыхание.

– Красавица, – голос низкий с хрипотцой, смотрит с обожанием.

Сейчас если посмотрит в его глаза, то утонит, не сможет оторваться, погибнет и сдастся без боя. Решает принять это как вызов. В упор смотрит на него. Его глаза забегали по ее лицу, словно он прячется от прямого взгляда. Он набирает больше воздуха в грудь. Она облизывает нижнюю губу и медленно проводит по ней зубками, его глаза сужаются, и в них вспыхивает огонь. Кровь в венах закипает, грозя сжечь все изнутри, становиться невыносимо жарко. Еще эти мурашки бегают табунами по всему телу. Проводит большим пальцем по ее нижней губе, слегка оттягивая ее в сторону, и впивается в ее губы. Ее сердце падает куда-то в низ, внутренности скручивает тугим узлом и сладкой болью. А в голове одна только мысль. Все! Муха в паутине! Капец! Это слегка отрезвляет.

– До комнаты дойдем? Или вы желаете меня взять прямо на пороге?!

– Опять все портишь! – шипит он, но не отпускает, с минуту держит, она отвернулась. Сдается, отпускает и делает шаг назад. Так и стоят не двигаясь. Смотрит на нее, наклонив голову, судя по выражению глаз, она злиться и хочет выговориться.

– Говори, что хочешь сказать. Я слушаю.

– Ты обманул меня. Ты не сказал мне кто ты.

– Чтобы ты сбежала от меня, как от чумы?

– Что ты добился своей ложью?

– Я не лгал, а просто умолчал. А чего добился? Два самых прекрасных дня в своей жизни, с тобой. Когда я действительно был собой, не притворяясь ни кем. Ну, ведь хорошо же было вместе?!

– Зато теперь я знаю и не от тебя причем! Зачем вообще ты вернулся? Был уговор. Ты зря пришел.

– К черту уговор! Забыть тебя не смог. Хотел, но не смог. И не хочу забывать. Ты застряла здесь, – он постучал по виску, – Тебя там даже слишком уж много. Я просыпался по ночам от того, что ты зовешь. Я весь договор исписал твоим именем, все двенадцать страниц, пришлось перепечатывать! Я скучал, очень скучал. Почему ты не позвонила мне ни разу?

– Ты звонками тоже не баловал!

– Считал, что не нужен тебе такой как я есть. Не навреди, помнишь? Сам мой приход, может навредить тебе. Понимаешь? Я слишком долго разбирался в себе. Но принял твердое решение.

– Иди еще поразбирайся, может, что другое еще выяснишь!

– Что случилось? Что-то произошло за это время?

– Да уж много чего! Не можем мы быть с тобой вместе!

– И кто это решил?

– Я решила. Мне это не нужно, тебе это не нужно. Просто уходи и забудь обо всем. Со временем мы все забудем.

– Я не согласен. Мое мнение вообще учитывается?

– Нет.

– Нет?! – возмущен и удивлен.

– Просто уходи. Неужели я должна тебе все объяснять? Ты вроде умный человек. Наверняка два высших образования! – утрирует, у нее не одного.

– Ты нужна мне. Ты слышишь меня? – настаивает он.

– Охрана стоит за дверью? – она смотрит на двери.

– Стоит, – он не понимает к чему это вопрос.

– И так будет всегда! Всегда кто-то будет стоять! Понимаешь?!

– Да, какая разница кто там стоит?! – кричит уже он, теряя терпение, – Ты со мной?!

– Нет. Я так не смогу! Это не для меня все! Уходи, прошу. Просто уйди сам и все. Как тогда. Иди, – она указывает на двери.

– Да я тебе кто! Пацан! Прейди, уйди! Иди сюда, пошел нахер! Думаешь, весь мир вокруг тебя крутиться?!! – срывается он и кричит.

– О-о-о! Нет! Он вокруг тебя вертится! Именно поэтому ты должен уйти!

– Что ты хочешь? Я пойду на любые твои условия. Я просто, наверное, никогда не пойму, что твориться в твоей красивой головушке. Твои условия, какие?!

– Мои условия разрыв. Пусть лучше будет больно сейчас, чем потом вообще…капец… – голос срывается, – Кто-то же должен быть со стальными яйцами! Пусть это я буду. Уходи.

Он хмыкнул:

– Опять хочешь быть сильной? Ты мои яйца плохо рассмотрела! Я никогда не сдаюсь! Я нашел тебя, и отдавать никому не собираюсь. Я так долго молил небеса об этом, что просто растерялся перед очевидным. Да, явно затянул со звонком. Просто не ожидал что так….накроет меня…Черт! Как давно я …не признавался никому и ни в чем. Это сложнее…чем я себе представлял, – помолчал, потер подбородок, выдохнул, – Ты моя… теперь… хочешь,… не хочешь. Теперь только так! Я могу уйти не вопрос! Но уйду, не потому, что сдался, просто дам тебе немного времени привести мысли в порядок.

– Считаешь меня чокнутой истеричкой! Хочешь время выиграть?! Не поможет! Я прекрасно понимаю, что ты можешь щелчком пальцев сломать мне жизнь. Но волю тебе мою не сломить!

– Я хочу быть с тобой, а не ломать тебя! Ты вообще слышишь, что я тебе говорю! Хочу быть с тобой. Хочу чувствовать себя твоим. Хочу купаться в твоей нежности, тонуть в твоих глазах. Ты не позволяешь мне этого! Почему? Ведь ты хочешь того же.

– Я! Я! Я! Я хочу! Я хочу то! Я хочу се! А что я хочу? Мы, обычные люди для вас никто! Ничтожные букашки, надоедливые и назойливые. Вечно ноем и чего-то требуем. Да?! Но это МЫ работаем каждый день, это мы приносим вам, ваши чертовы деньги! Кто вы без нас? Ни кто!!

– А кто вы без нас?! Стадом должен кто-то управлять, поодиночке вы не выживите. Это не мы сгоняем вас в стадо. Это вы жметесь друг к другу. Инстинкт выживания. И уж по-больше вашего работаем! Только не руками, а мозгами! Если уж на то пошло!

– Так мы для вас овцы!!! Паршивая овца испортит стадо. Так оторви ей бошку, только потому, что она думает иначе! Лев влюбился в овечку! Ха-Ха! Ну, давай, впейся мне в глотку зубами, утащи в свою золотую нору! Или нет! Создай мне условия, чтобы я сама приползла к тебе на коленях. Вы же берете все что хотите! Ваше величество так пожелало! Для вас любые способы хороши! – она рьяно жестикулирует и уже кричит во всю.

– Ты извращаешь суть! Я бы никогда так не поступил. Да, мы мыслим иначе…

– МЫ?!! Кто такие мы?! Боги?! Какого хрена ты здесь делаешь?! Иди, залазь обратно на свой олимп! Тебе здесь не место!

– Может, ты успокоишься?! – теряет терпение.

– Нет! Вали отсюда! Без вариантов! – ее уже несет.

– О! Боже! Чего ты хочешь от меня?!

– Уйди отсюда! Ненавижу тебя! Мистер исключительность!!! Блять! Засунь свое раздутое эго… туда, куда оно…еще сможет влезет! Видеть тебя не могу!

Минутная пауза, молча, смотрят в глаза друг другу. Глаза ее злые, кулаки ее сжаты, реально ненавидит. А что он ожидал? Он предполагал подобный исход, но не так жестко. Она в бешенстве, а когда она злиться ее лучше оставить одну. Успокоиться, тогда поговорим. Дальнейший разговор бесполезен, все используется против него, она его не слышит и не хочет слушать. Молча, он разворачивается, и идет к двери, обувается в коридоре, поглядывая на нее. Молчит, не двигается, наблюдает за ним. Просто и спокойно уходит и прикрывает за собой дверь. Она еще долго будет смотреть на дверь. То осуждать себя, то хвалить, что все правильно сделала. То плакать на кровати, то смотреть в окно, может он не уехал? Бродить по комнате как лев в клетке, или тихонько сидеть на полу в уголочке. Рвать свое сердце на куски пока не выдержит, отодвинет свою гордыню и напишет ему сама.

Он садиться в машину на заднее сидение, впереди садится охранник. Он задумчиво молчит.

– Куда едим, Игорь Юрьевич? – спрашивает водитель.

– В гостиницу, вещи забрать, потом в аэропорт, – отвечает он зло.

Машина трогается. Достает телефон и набирает секретаршу, та сразу берет трубку:

– Добрый вечер Игорь Юрьевич. Чем могу помочь?

– Мне нужен номер Александра Шестакова, срочно. Узнай, есть прямой рейс на утро в Грецию.

– Простите сэр, но нет. Вы уже просили, я все проверила, все авиалинии. Есть в обед, но тогда вы опоздаете на три часа. Встречу, вы уже переносили дважды, не думаю, что сейчас он пойдет на уступки. Мне позвонить, сказать, что все отменяется?

– Нет. Я буду. Греция, Австралия, а потом у меня что?

– Гон-Конг сэр.

– А потом?

– Не могу знать сэр. График составляю не я. Хотите внести изменения?

– Нет пока. Номер мне вышли Шестакова.

– Уже отправила.

– Спасибо.

Он отключил вызов и через секунду пришел номер. Он набрал его и долго ждал, пока ответят, хотел было уже отключить, но услышал:

– Игорь Юрьевич?! – удивленно, но потом словно спохватились, – Добрый вечер сэр. Чем могу помочь?

– Добрый Саш, да не совсем. Ты свободен?

– Если у вас есть для меня работа, то я свободен.

– Работа особого характера. Инструкции получишь на электронку. Отчитываться только мне напрямую. Провалишь… сам знаешь.

– Спасибо, Игорь Юрьевич, – радость не поддельная.

– Рано радуешься, объект непредсказуем.

– Спасибо за доверие, сэр.

– Я тебе не доверяю, я тебя проверяю. Я даю тебе второй шанс. Ты надеюсь, понимаешь, что это значит?

– Так точно, сэр.

– Смотри почту. До связи.

Он отключает звонок и в этот самый момент приходит сообщение в ВС. Светиться АЛИНА. Сердце замерло, едва телефон не выронил. Открывает два сообщения.

« Прости меня. Иногда я просто не выносима»

« Мы не можем быть вместе. Но без тебя еще хуже».

– Разворачивай, обратно едим! – заорал Игорь громко.

Водитель и охранник переглянулись, но машина развернулась на ближайшем повороте. Ей нужно что-то ответить, слова путались. Тут еще охранник про вещи спросил, тот отмахнулся:

– Позвони, скажи, чтобы в аэропорт доставили. Поедим оттуда сразу к трапу.

Пишет ей:

«Мы можем все. Доверься мне».

« Давай, когда я рядом, то я буду с яйцами и сильным. А ты будешь нежной и просто улыбаться мне».

«Хорошо?»

Ответила:

«Давай».

Потом пауза, он пишет ей:

« Ты тоже прости меня», но вперед приходит от нее:

«Можешь приехать?»

Глупышка, он уже летит на всех парусах.

– Ты быстрее можешь ехать?! – кричит на водителя.

Пишет ей:

«У меня самолет через два часа»

Отвечает:

«Жаль»

Ты даже не представляешь, как ему жаль. Он планировал провести это время с тобой, не выходит никак. Если бы ты не вредничала, и твоя подруга, времени было бы больше. Вот уже показался ее дом.

Она: «Куда летишь?»

Он: « Греция»

Она: «Круто»

Машина останавливается у подъезда, водитель напоминает о самолете, Игорь уточняет, за сколько минимум они смогут доехать до аэропорта. Охранника просит остаться в машине и позвонить ему в назначенное время. Бежит в подъезд.

Она: « Когда мы увидимся в следующий раз?»

« А ты не выгонишь меня?» пишет, заходя уже в лифт, просто время тянет.

Она: « Надо поговорить спокойно, без нервов»

Он: « Хорошо. Давай поговорим спокойно»

Она: «Когда?»

Он: « Сейчас. Двери открой».

Встал у ее двери одной рукой оперевшись об косяк, решил, что глупая поза, убрал руку, встал ровно. Волнуется как мальчишка. Двери не открываются. Почему? Она может и не открыть. Она может открыть и сказать «Я передумала»! Она может сделать все что угодно! Потрепал волосы, вздохнул. Не врываться же к ней в квартиру! Только решил постучать, как двери распахнулись. Замер.

– Я думала, ты шутишь, – в глазах радость, хоть она и не улыбается.

– Ах, эти глаза! До дрожи! Я это вслух сказал? – вырвалось у него.

– Ага. Заходи, – улыбается, наконец.

– Не прогонишь? – уточняет на всякий случай.

– Как себя вести будешь! Один? – выглядывает охранников. Дались они ей.

– Один, – решительно заходит, – Мистер исключительность! Так меня еще никто не называл. Обидно было.

– Это комплимент. Сам напросился,– отмахивается от него.

– Будем продолжать в том же духе?

– Не будем. Я не доставлю тебе такого удовольствия, – берет его за руку и ведет в центр комнаты, – Садись прямо здесь.

– Опа! А какое доставишь?

– Острить будешь потом. Сядь.

– Интересно, ладно, – садиться, скрестив ноги.

– Не так. Ноги раздвинь, я сяду между них.

Удивленно вскидывает бровь, но подчиняется. Раздвигает ноги в стороны опираясь руками сзади на пол. Не сводит с нее глаз. Что она задумала? Перешагивает его ногу, не спеша.

– Каблуком по яйцам не заедешь?

Перешагивает второй ногой:

– Хотела бы… Уже бы заехала.

Его взгляд прикован к ее ногам. Они просто идеальные: ровные, стройные, тонкие лодыжки, сильные икры. Отсюда виднеется краешек кружевной резинки чулок. Адреналин разгоняется в крови, а дыхание учащается. Судорожно сглатывает, поглубже вдыхает. Воображение уже нарисовало очертание круглой попки без юбки. В паху тут же тревожно ноет. Стоит зараза выжидает.

– Умоляю, сядь уже! Или я не ручаюсь за себя!

Наклоняется перед ним, не спеша снимает туфли.

Их лица очень близко. Ее глаза горят и говорят о многом, словно она мысленно уже раздела его. Напряжение нарастает с невероятной скоростью, но самое удивительное она уверена в себе, а вот он как на иголках.

– Черт возьми! Мне нравиться эта игра! – улыбается он.

– Это не игра. Это мой детектор лжи. Дочь научила.

Садиться спиной к нему, придвигается ближе:

– Обними меня двумя руками, – просит она.

– С удовольствием, – не упускает момента, чтобы поцеловать ее в шею, слегка покачивает из стороны в сторону.

– А теперь поговорим. Так чего ты хочешь?

– Быть с тобой, – шепчет он томно.

– Как часто?

– Как смогу.

– Будешь приходить, когда захочешь, и уходить когда захочешь? Да? А я сиди смерено жди. Так?

– Я попрошу переделать мой график, чтобы это было как можно чаще. И чтобы тебе было удобно.

– Ты даже график свой не сам делаешь! Кошмар! У тебя для этого есть отдельный человек.

– Там много тонкостей.

– Каких!? А есть отдельный человек, который тебе жопу подтирает! Или там тоже много тонкостей?

Сжимает ее сильней и кусает за шею:

– Будешь злиться, буду кусать! – затем целует в то же место.

– А почему ты говоришь, я хочу быть с тобой. А не, я хочу, чтобы ты была со мной?

– Потому, что ты сразу пошлешь.

– Нет.

– Нет? Врешь! Пошлешь! Пошлешь!

– Ладно, вру. Уже ведь послала.

Смеется искренне, снова целует.

– А вопросы задавать только тебе можно? – уточняет он.

– Нет, спрашивай.

– Ты скучала?

– Да, – пауза, – Очень.

– Я тоже, – пауза,– Очень.

И стало как-то легче даже. Словно это был вопрос, не скучала, а любишь меня, и ответ прояснил все. Хотя вслух это и не звучало.

– Я за это время постараюсь сделать тебе все документы и визы, и в следующий раз ты поедешь со мной. Куда бы мы, не летели. Там, кажется, будет Сидней или Рим. Ты как? Летать не боишься?

– Я не знаю. Я не летала.

– Никогда?– удивлен, а такие люди еще существуют?

– Нет. А куда и зачем мне было летать? – пауза,– Ты, извини, но я не полечу с тобой. Я не могу.

– Почему? Разве тебе не интересно? – гладит ее кончиками пальцев, за плечи, – Я бы хотел показать тебе весь мир, там много интересного.

– У меня здесь забот полно. Квартиру нужно новую искать, эту продадут скоро, хозяйка позвонила. Нас Лизой надо где-то жить, ей нужно поступать, а мы еще не определились куда. Я не смогу все бросить и улететь.

– Я мог бы помочь.

– Нет. Это наша жизнь и мы сами будем решать свои проблемы. Мы должны вместе пройти все это. Ты только все испортишь. Мне не нужны ни твои деньги, ни твои связи.

– Ладно, как скажешь.

Он задумался, как бы ей помочь, и так, чтобы она не узнала. Она задумалась о том, как было бы, если бы она могла с ним улететь. Гладит его большие руки, обнимающие ее, голову положила ему на плечо. Куснул ее за мочку уха:

– Мы теперь вместе? – шепчет осторожно.

Вздыхает она тяжело:

– Мне сказали, что у тебя в каждом городе есть такая дура как я.

– Кто сказал? – напрягся он, строг,– Олег? Он доставал тебя?

– Не то слово, – ляпнула, Алина и пожалела.

– В смысле? – он повернул ее лицо к себе за подбородок, впился в нее прищуренным взглядом, – Рассказывай.

– Силком затащил в кабинет. Наговорил гадостей. Максимально дал понять, что я ничтожество.

– Он больше не побеспокоит тебя, – сказал так, что у нее аж похолодело все внутри.

– Убьешь его? – шепчет она.

Хмыкнул:

– Нет. Страдать заставлю. Максимально дам понять, кто здесь ничтожество.

Она в интонации слышит, что так и будет. Она даже вообразить не может, что он сделает для этого. Но даже, стало его, немного жаль. Отпускает ее подбородок и снова жмет к себе.

– У меня нет времени, чтобы иметь собаку, чтобы гулять с ней, не то, что роту любовниц! – поясняет он, – Слишком хлопотно.

– Найми специального человека, он будет гулять с ней. И с ними тоже.

– Тогда это будет его собака, а не моя. И они тоже.

–Ну, да, – соглашается она, – Да ты просто жмот. Тебе жалко денег на женщин, – подначивает его она.

– Я не сторонник продажной любви.

– В прессе пишут другое.

– А ты не читай! Ненавижу прессу! Пишут только то, что можно выгодно продать. Ни принципов, ни морали.

– Я видела твое фото с Натали Форман, вам приписывают роман. Это правда?

– А-а-а это! Пусть пишут, с этой целью и было сделано. Она заплатила за это. Это поможет ее бизнесу, и я не в накладе. Так все делают. В том мире.

– Охренеть! Тебе платят за то, чтобы выйти с тобой в свет, а ты сидишь здесь на полу, ни пойми где, ни пойми с кем. Да еще и бесплатно!

Смеется, трется об нее носом и шепчет:

– Точно, и счастлив до одури при этом. Это дороже денег. А ты ревнуешь?

– Ну, она же красивая! Ее все хотят.

– Я не хочу. Меня не интересуют бездушные пустышки. Мне нравятся темпераментные и непредсказуемые малышки, как ты. Покажи ножки. Ты в чулках? – он задрал край платья, – Ух! Какие ножки! Блеск! – погладил их.

Она одернула платье обратно:

– В два раза короче, чем у нее. Подожди. У меня есть еще вопрос. А что если я подсадная утка? Чтобы отвлечь твое внимание от чего-то, более важного? В нужный момент так сказать! Что если наша встреча подстроена?

– Кем? Кто способен на такое? Бог! Никто не знал, что я в городе. Вообще ни кто. Я сбежал ото всех. И что я буду там, в это самое время ты знать никак не могла, я и сам об этом не знал. К тому же, я навел о тебе справки, еще до того как мы поехали в гостиницу той ночью.

– Ты наводил справки обо мне?

– Конечно. Это вопрос безопасности, – как само собой разумеющееся.

– Так, может это не я тебе все выболтала, а ты хорошо справки навел?

– Сложить два плюс два не сложно.

– И что пишут в справках обо мне?

– Ничего особенного. Ты чистый лист.

– Что значит, чистый лист? Пиши, что хочешь!?

– Нет, не в этом смысле. Ты никак не связана с теми, кто может мне навредить.

– У тебя много врагов?

– Хватает.

– Но тогда, ты был совсем без охраны.

– Не совсем. Она была, но ты ее не видела.

– И за дверью стояли?

– Нет, но были поблизости.

– А чего именно боишься ты?

– Я? – задумался на время, – Боюсь не успеть доделать то, что задумал. Боюсь, что дорогие мне люди могут пострадать из-за меня. А такое уже было.

– Что было?

– Меня и мою дочь уже похищали.

– Какой ужас! Держали в заложниках из-за выкупа?

– В дальнейшем я не должен допускать подобного никогда. Моя беспечность порой стоит мне дорого. Я всегда должен просчитывать степени рисков.

– Да, уж! – пауза, – я бы так не смогла.

–У меня нет выбора. Давай сменим тему. Есть еще вопросы?

– Да еще миллион вопросов! У тебя есть начальник? Тот, кому ты подчиняешься?

– Конечно, есть.

– И кто это? Президент?

– Чей? Наш? – он удивлен ее предположениям.

– Когда ты так говоришь, мне аж страшно становиться, – Алина поежилась.

– Успокойся. Все, что тебе надо знать о моей работе, это то, что я обычный брокер в основном. Свожу продавца и покупателя, только уровень другой. Мы торгуем не помидорами, а корпорациями. Моя задача преумножить в разы то, что есть. Причем не только свой капитал, но капиталы других. И больше мы о моей работе говорить не будем. Это в целях твоей же безопасности. Одно то, что я тебе сказал про Грецию, является секретной информацией. Об этом никто не должен знать. Да и еще. Я не желаю утечек через телефонные разговоры и переписку. Поэтому утром курьер принесет тебе новый телефон, я сказал сделать это к восьми. Он перепрошит и со специальной программой, но я тебя очень прошу, – он сделал паузу, подчеркивая важность момента, – Когда говоришь со мной, обращай внимание кто с тобой рядом стоит, глаза и уши есть у всего. По возможности уходи и оставайся одна.

– Ты поэтому не звонил?

– И поэтому тоже. Я был уверен, что ты позвонишь первой. Особенно когда тебе вернули машину. Поблагодаришь хотя бы или наоборот наорешь. Но ты все не звонила и не звонила. Сергей убедил, что ты осталась довольна. Только звонка я так и не дождался. Начал сомневаться, а стоит ли тебя снова беспокоить. Но после звонка не мог не приехать.

– Я хотела поблагодарить. И была даже решительно настроена, но тогда я еще не знала всего о тебе. Потом неожиданно выяснила, – пауза, – Я решила вычеркнуть тебя из памяти, так как ты уже никогда не вернешься. И большое тебе спасибо за машину.

– Не за что. Я мог бы еще с чем-нибудь помочь. Мне бы даже очень хотелось бы.

– Нет. Не нужно. Ты все решаешь деньгами, а я их ненавижу. Ты руками работать умеешь? Или только головой? Гвоздь забить можешь?

– Могу. Это даже как-то оскорбительно, я вроде не инвалид!

– Но ты и не совсем нормальный, но и не безнадежно конченный.

– Ну, спасибо! Супер комплимент! – усмехается он.

– Какое место в Форбс ты занимаешь?

– Не верь. Туфта все это. Детский сад.

– Начинаешь верить, когда при упоминании одного только твоего имени, все замирает и меняется вокруг.

– Репутация может работать как на тебя, так и против тебя. Я, например, не могу гулять просто на улице один. Если человек богат, он напоминает кота с бубенчиком на шее. Каждая мышь в точности знает, где он и что делает. Я нигде не могу быть один. И тот день в парке. Я был свободен от всего. Ты создала такую ауру, что я забыл обо всем. Кто я, где я. Я просто был самим собой, и я был очень счастлив. Такого не было еще никогда.

– Мне нравиться быть с тобой, но без денег и без славы, известности. Мне нужен только ты. Как мужчина, как личность. Мне не нужен, миллиардер. С тобой тепло и спокойно.

– Взаимно. Мне с тобой тоже хорошо. Когда ты как сейчас спокойная и милая. А не когда ты злая. Или когда тебе втемяшится, какая нибудь невероятная идея. Хотя и это мне тоже нравиться. Начинаю привыкать.

Она громко вздыхает:

– Что если про нас узнают?

– Ну, узнают и узнают. Велика беда!

– А как же твоя репутация? Моей-то наоборот плюс.

– Это меньшее о чем я беспокоюсь.

– Твое окружение тебя осудит. Уж точно!

– Мне нет до этого дела. Они все всех осуждают.

– А твой начальник? Если он запретит тебе?

– Я уже большой мальчик, чтобы спрашивать у кого-то разрешения.

– И что ты ему скажешь?

– Не важно, что я скажу. Важно во что он поверит.

– Был бы ты просто инженером, нам бы не пришлось прятаться. Будь ты обычным, все было бы проще.

– Я инженер? – он задумался, – Это все временно. Время само расставит все по местам. Кота в мешке не утаишь. А пока поиграем в шпионов. Проверим, какая из тебя шпионка вышла бы.

Задумчиво гладит ее и вдруг читает стихи размеренно:

– Ты говоришь, что счастье не возможно. Препятствий тьма и все ужасно сложно. А я считаю, если б мы любили, то все преграды даже б и не всплыли, – а еще через минуту читает Ахматову, -

Два облака не делают погоды, и две слезы не делают дождя.

Надменный взгляд еще не часть породы, а шляпа – часто шляпка от гвоздя.

Стремление не означает цели, а два рубля – еще не капитал.

Два выстрела не делают дуэли, две доблести еще не идеал.

Две рюмки не смертельны для гулянки, два клоуна – еще не балаган.

Два выпада не означают драки, два поцелуя – даже не роман.

Как часто мы тревожимся напрасно и видим бурю, там где небо ясно.

Улыбнулась. Действительно, может она зря так волнуется и все будет хорошо.

– У меня тоже есть вопрос, довольно личный.

– Спрашивай.

– Откуда эти шрамы? Например, вот этот, – проводит пальцем по ладони, едва заметной белой полоске.

– Это слишком личное. Я не готова отвечать.

– Знаешь, я их все пересчитал, их очень много. 351, а семь из них в волосах.

– Что ты сделал?! – она в шоке, – Зачем ты их считал?!

– Цифры мое все. Люблю математику. Характер травм говорит о том, что ты попала в аварию.

– По мне локомотив проехал, но я жива.

– Ты резала себе вены?

– Нет. Я не хочу говорить об этом.

– Это только видимые повреждения, предполагаю, что на костях у тебя живого места нет. Ты была в машине с братом?

– Господи! Ты и об этом знаешь?!

– Да, трагедия. Я всего лишь хочу знать о тебе больше. Это твой бывший издевался над тобой. Я прочитал, но хотел бы знать подробности.

– Хватит! Я не желаю говорить об этом! – дернулась она.

– Хорошо. Расскажешь, когда сама будешь готова.

– Возможно. Расскажи ты о себе то, что о тебе никто не знает.

– И что же это может быть? – задумался он, – Горячий шоколад! – выкрикнул он довольно.

– И что с ним? Настолько, что это секрет?

– Я держу это в тайне, потому что за чашечку этого напитка я готов продать душу, – смеется тихонько, трется о его грудь затылком.

Нежиться, пропуская ее маленькие пальчики через свои. Она щекой трется об его не бритую щеку. Прикасаться друг к другу такое блаженство. Есть только волшебство самых нежных прикосновений. Целует его в подбородок, сжимает его бедро. Наклоняет ее в бок и целует нестерпимо жадно. Рукой проводит по краю кружевной резинки чулок и подымаясь выше, поглаживает ложбинку между ногой и трусиками. Вздрагивает от его прикосновений. Запускает руку ему в волосы и тянет с силой к себе. Едва освобождает ее губы, она шепчет « Ежик, ты меня волнуешь»! Его заводит это до предела, аж зашкаливает. Укладывает ее на пол и нависает над ней. Рукам воля, губам свобода. Какой кайф испытывать, что она отдается тебе вся, на меня люби. Разум отключается, только тактильный кайф. Накал нарастает с каждой долей секунды. Итог известен, но момент оттягивается. И тут звонит его телефон. Время вышло, ему пора на самолет. Он на секунду замирает. Ее этот звук приводит в бешенство. С силой отталкивает его, лупит кулачками в грудь, неуклюже пытается встать:

– Твою же мать! Все! Вали нахер отсюда! Труба зовет. Миллионы ждать не будут! Лети на все четыре стороны! – ей удается освободиться и встать, и все из-за его секундного замешательства, он за доли секунд пытается принять решение лететь или не лететь, просчитывает последствия и варианты.

Она делает пару шагов к окну, поправляет платье. Опираясь на один локоть, он не сводит с нее глаз. Он слишком возбужден, она так прекрасна, что ее нельзя не желать. А ее запах и нежность кожи сводит с ума. И тут в его голове что-то перемкнуло. Все темнеет в глазах. Демоны срываются с цепей. Он даже не отдает отчета в своих действиях.

Ее пугает его неожиданный дикий рык. Она вздрагивает, и едва успевает повернуть голову в его сторону. Его движения молниеносны. Еще миг и он уже возле нее, она только успевает не произвольно набрать воздуха в грудь. Бесцеремонно с силой он придавливает ее тело лицом к стене, больно держа за шею, вторую руку заведя ей за спину. Ее маленькая шея полностью помещается в его руке, держит ее как цыпленка. Одно движение и он спокойно переломит ее. Щеке больно от силы надавливания. Да и запястье заныло от его мертвой хватки. Отпускает запястье и расстегивает ремень, слышит характерное побрякивание пряжки. Она делает попытку освободиться, но на шеи хватка усиливается. Она руки упирает в стену, чтобы хоть немного отстраниться.

– Стоять! Ты будешь мне подчиняться, поняла! – кричит громко и она не узнает его голос.

Как котенка бьет ее головой о стену, в ушах звенит, в глазах темнеет, внутри все замирает. Откуда-то из глубин памяти выплывают страшные картинки прошлого, когда муж ее избивал. Но страха нет, как ни странно, наоборот. Да больно, но это и возбуждает ее неимоверно. Она знает, что будет дальше и ждет этого с нетерпением. Его власть и сила опьяняет и сводит ее с ума.

– Не смей дрыгнуться! – шепчет зло с угрозой на ухо, – Хуже будет.

Но в этом нет необходимости, она и так замерла в ожидании. Сейчас он войдет в нее. Так и есть. Рывком задирает юбку. Рукой поправляет ее попку, чтобы она торчала. Шлепает по ягодицам, так, что останется отпечаток. Больно кусает плечо, довольно рычит. Хватка на шеи не спадает. Трется об нее членом, вторая рука уже сдвигает трусики в сторону. Резко и полностью входит в нее. Он такой большой и твердый, что она невольно кричит от удовольствия и вся задрожала. Движения резкие, грубые. Он тоже не сдерживается в стонах и криках. Разница в росте дает о себе знать. Его колени согнуты почти до предела, ему неудобно. Инстинктивно с каждым толчком он распрямляет их, ее ноги уже не касаются пола. Он держит ее вес рукой, но уже не только за шею, она лобком лежит на его ладони. При этом, его указательный палец умудряется еще водить по ее клитору. Ни когда не делала, и не испытывала ничего подобного. Ей казалось, что его член порвет ей живот и выскочит наружу, но это было потрясающе прекрасно. В жизни не думала, что оргазм может быть один, за одним. Она потерялась в пространстве. Буквально распалась на молекулы. Боль? Какая боль? Всепоглощающее наслажденье. Чувствует его оргазм. Срывается на дикий крик. Затих. Тяжело дышит.

В его ушах стоит шум, глаза закрыты. Сознание, словно после обморока, возвращается постепенно. Слышит звонок телефона, он что, так и звонил все время? Странно, но за одну секунду страх сковывает все его тело. Открывает глаза, и едва мелькнувшая догадка становиться явью. Он изнасиловал ее. Он сорвался и применил к ней силу. Вот черт! Он не смог демонов удержать. Сорвался. Стало невыносимо стыдно. Руки дрогнули. Он все испортил! Сам. Надо было предупредить ее заранее. Момент был подходящий, она бы поняла и приняла все. А сейчас уже поздно. Сожаление. Как сейчас объяснять, когда только что причинил боль. Даже слушать не станет. Снова страх. Кому нужен такой монстр? Она не захочет его больше видеть. Понимает, что все еще держит ее за шею, резко отдергивает руку. Хочет погладить там, где держал, но не смеет. Видит следы своих пальцев. Почему она молчит? Боится? Так-то ты все еще в ней и держишь ее! Аккуратно придерживая, выходит из нее, она морщит носик, он уверен, хоть и не видит этого, она всегда так делает. Осматривает наспех ее спину, руки, ноги, видимых повреждений нет. Поставить на пол или взять на руки? Выбирает второе. Подхватывает на руки, ее тело вялое, расслабленное, но она неожиданно обхватывает его за шею, и даже успевает его чмокнуть в шею, пока ее несут. Обалдеть! Он думал, что она захочет отрезать ему хозяйство за подобное обращение. Неожиданно. Может, просто пока измотана. Спущенные штаны мешают передвигаться быстро, но он справляется. Кладет ее на кровать, скидывает брюки и ложиться рядом. Глаза закрыты, без движения. Гладит ее волосы, весь прижимаясь к ней к такой маленькой и хрупкой.

– Прости меня, – шепчет хрипло, но искренне и целует в носик.

– И ты меня прости тоже, – шепчет она.

– Что? – его изумлению нет предела.

– Это было…– подбирает слово, – шедеврально.

У него прямо из груди вырывается радостный выдох с облегчением. Он улыбается, но готов расплакаться. Утыкается ей лбом в голову, крепко сжимает в объятьях, телефон замолкает и он шепчет:

– Я люблю тебя. Очень. Правда. Я дурак да?

Ее сердце замирает от радости и ужаса одновременно. Он сказал это. Так просто. Он произнес это вслух. Он признался. У него хватило мужества произнести это. А она не может. Почему? Хочет, но не может. Любит ё моё! Неужели, правда?

Снова звонит телефон, но, никто не обращает на него внимания. Алина не двигаясь, замечает:

– Самолет улетит, а тебя выебут похлеще, чем ты меня сейчас.

Он хмыкает:

– Это точно! Мне пора бежать. Ты не обижаешься?

– Нет. Сочувствую тебе очень, я вот сейчас не в состоянии бегать.

– Спи, малыш. Уже и так поздно, завтра тебе на работу, – целует в щечку,– Сладких снов. Я как приеду, позвоню тебе, – но сам не шевелится.

– Куда приедешь? Сюда? Или когда прилетишь туда? – уточняет она.

– Когда туда прилечу. Не забудь про телефон, принесут в восемь. Отправь мне смайлик, так я буду знать, что все в порядке. Поставить тебе будильник? – не встает, жмется к ней. Открыла глаза, толкает его в плечо:

– Вставай, давай! Тебя уже заждались! Опоздаешь же! Будильник у меня в автомате стоит, – она, подымаясь, хлопнула ему по животу, шутя.

Пока она искала халатик и переодевалась в него, он уже был одет. Обуваясь в коридоре, он снова спросил:

– Ты со мной? Птичка.

– Да, Игорежик, я с тобой, – спохватилась, – Подожди!

Убежала на кухню, вернулась с пакетом в руках и сунула ему в руку, что-то едва теплое, какая-то стряпня:

– Это тебе на дорожку, – целует быстро, – Все беги!

Не хочет уходить, за голову придвигает ее к себе, еще раз целует.

– Я позвоню.

Убегает без лифта, по лестнице. Вздыхает, закрывает двери. Падает на кровать и смотрит на стену. Теперь эта часть стены ее самая любимая. Скоро в этом доме не останется места, где бы они не занимались любовью. Только если на потолке. Как не хочется съезжать с этой квартиры. А в голове как засело эхом « Я люблю тебя».

Сев в машину он крикнул «Гони»! Начал рассматривать содержимое пакета, развернул, а там еще теплые, пышные оладушки. Запах выпечки распространился по всей машине. Улыбнулся, и с удовольствием запихал один в рот целиком. « Да ты моя маленькая! Заботливая. Обожаю тебя!» Только сейчас осознал, что чертовски голоден. Сидит, уплетает оладьи и улыбается. Водитель, поглядывая на него в зеркало заднего вида, отмечает для себя, что впервые видит его таким счастливым, таким обычным, таким нормальным, вообще улыбающимся. Он всегда сдержан и строг. Словно робот, а не человек. Его даже не заботит, что они опаздывают. Кто-то явно перевернул его мир с ног на голову. Интересно кто эта кудесница?

На самолет он успел. И весь полет только и думал о ней. Перебирал в голове каждое слово, каждое действие. Для него было непостижимо, что после произошедшего она не прогнала его прочь. Он прекрасно знал о своих, не лучших наклонностях. И даже пытался лечиться у лучших психиатров. Считал, что это уже давно в прошлом, а как оказалось нет. Но ведь были же эти пару лет спокойной жизни. Он не испытывал желания делать ничего подобного. Он все держал под контролем. Кельман, его врач, говорил, что в этом и была его проблема, держать все под контролем. Даже желал, чтобы появился в его жизни человек, способный сбивать его с толку. Как накаркал. Он считал, что этот человек его дочь Ева, с ее детской непосредственность, пока не встретил Алину. Она действительно сбивает его с толку. От нее он впадает в ступор. И в моральном, и психологическом, и сексуальном. Во всех смыслах.

Врачи обозвали это-склонность к насилию во время секса. Мягонькая такая формулировка для садиста. Собственно, это и было причиной его второго развода. В сексуальном плане жена не давала ему то, что ему было так необходимо. Начнем с того, что и женился он изначально по расчету, или так сказать по установке с выше. Сначала, конечно встал в дыбы, но потом, пообщавшись с ней немного, поразмыслив, согласился. О прошлом не жалел, она подарила ему прелестнейшую дочь. Сначала она вроде как подыгрывала ему, но позже стала пассивной и молчаливой. Сделаешь все, что надо и уйдешь. А в самые последние дни он увидел, что она стала бояться его. Как-то раз она кричала, что он убьет ее в порыве и не вспомнит об этом. Он не был уверен, что этого не случиться, так как синяки на ее теле были реальными и это он еще сдерживался. Долгий и тяжелый развод, скандал вокруг этого. Его вынудили лечь в клинику. Проблема была в том, что он не помнил, что и как делал. Для него это было естественным. Когда обожжешь палец и тебе больно, то ты дуешь на него. Вот и у него это было на уровне инстинктов. Ты как будто понимаешь, что подходишь к краю пропасти, и тебе страшно, но ты все равно делаешь шаг, ты не можешь иначе. Когда спускаешь с поводка демонов, то ты – это уже не ты. Но и держать их всегда на привязи не удается, им нужна хоть редкая разрядка. Тогда, в отеле он гордился тем, что смог обуздать их, усмирить. Как бы они не рвались с цепей, когтями не рвали землю. Он справился. Но еще удивительнее было потом, они были вместе с Алиной два дня, секс был не раз, хороший такой секс, но они даже не появлялись, словно наблюдали со стороны, сами удивленно подняв уши. Думая « Что это?! Ты не нуждаешься в нас?! Тебе и так хорошо?!» Это было совсем ново для него и абсолютно неожиданно. Что же произошло сегодня? Самые сильные и самые глубокие эмоции в одном флаконе. Страшный кошмар или открытие? Кажется, мои демоны познакомились с ней и они ей понравились. Разве такое возможно? Хотя нет, немного иначе. Кажется, мои демоны подружились с ее демонами. Сам не верит, что это так. Даже холодок пробегает по спине. Сейчас от осознания всего произошедшего и пережитых эмоций его демоны поджимают хвосты и прижимают уши в страхе от этой женщины. Воистину непредсказуемая. Они уже покорны и даже слегка побаиваются, потому как ее демоны еще более безбашенные. Кто знает, что твориться в этой красивой голове, а уж тем более в потаенных уголках ее души. О чем она мечтает, чем дышит, чего хочет? Он хочет это все выяснить, это важно для него. Интуитивно он чувствовал, что это только начало. Вот бы прочитать ее взахлеб, как верующие Библию, или как фанатики хронику. Она способна на такое, что ему и не снилось. И не важно, что дальше, главное, что с ней. Да все что только угодно, но только с ней. Эта мелкая бестия его. И у них все взаимно. Никогда за всю его жизнь, ни одна женщина не сносила ему крышу, так как она. Она как ураган ворвалась в его жизнь, накрыла как цунами, плавит его душу как раскаленное солнце. Лишь бы как землятресение не разрушила все до основания. Опасная, непостижимая, желанная. Его. Теперь она с ним. Она как пуля, глубоко засевшая в виске, терзает, постоянно напоминая о себе въедливой болью. И ты болеешь ею, как хроническим вирусом. Похоже это надолго или совсем неизлечимо.

17.Кастория.

Греция. Шикарная вилла у моря в Кассандре. День выдался солнечный и жаркий. Резкая смена климата никогда не нравилась Игорю. Вчера там, где идет снег, сегодня там, где палящее солнце. Легкая лённая одежда не спасает, раздражает, липнет к телу. Соломенная шляпа необходимость, как и солнечные очки.

Идут вдвоем по извилистой тропинке выложенной галькой в мозаичные узоры. Ян помощник, его правая рука идет чуть сзади. Идти рядом не позволительно, это значит признавать себя равным. Охранники оставлены на въезде, у машин. Здесь в них нет необходимости. Это не вилла, а неприступная крепость, на каждой ветке по снайперу. Президента так не охраняют, как хозяина этой виллы. Ян тоже весь вспотел и он то, вечно нервничает перед приездом сюда, на то у него свои причины. Встреча не предвещает ничего хорошего, Игорь это нутром чует. Вилла принадлежит Льву Константиновичу его дяди. С тех пор как отца не стало, он координирует почти все его действия, хотя задолго до этого. Скорее с самого его рождения. Алина спрашивала, есть ли у него начальник, так вот у него есть похуже – дядя. Этот страшный человек всегда в курсе всех событий в мире. У него такие связи и технологии, что он знает все и обо всех и умело использует это во благо себе и на вред другим. Его уважают и бояться. У всех есть скелеты в шкафу и не все хотят их показывать. Он владеет всеми видами шантажа и давления на людей, использует как сильные, так и слабые стороны людей. Но при всем при этом он всегда в тени. Этому человеку легенде было уже семьдесят четыре, но он был в отличной форме, свой возраст он скрывал. Любые разговоры по поводу собственной внешности и возрасту сразу пресекал. Игорю казалось, что он и его переживет, и его детей. Он ни разу не был женат, и у него не было своих детей, он был бесплоден. Из-за исчезновения Игоря на неделю была сорвана сделка в Берлине. По телефону дядя был резок и недоволен. Дважды они планировали встретиться, но Игорь дважды переносил встречу. И если бы сейчас он не прилетел сюда, то дядя обрушил бы на него весь гнев. Врят ли Игорь кого боялся в этом мире, кроме него. Это очень страшный человек, способный на все что угодно. В буквальном смысле. Его мозг работает как часы, в нем давно просчитаны всевозможные ходы, у каждого своя роль, а цель одна – приумножить свою власть. Любое отступление от плана считается предательством и карается по всей строгости. В прошлом это он разлучил его отца и его мать. Как признался отец, он полюбил и готов был уйти из семьи, но это не входило в планы брата. Он сделал так, что она сбежала от него далеко и не желала видеть, хотя он искал ее. Он их обоих кормил дезинформацией. Отцу сказал, что меня усыновили в хорошую семью, а мама умерла в психушке. Ей говорил, что никогда отец не любил ее, а так позабавился. Игорь так же выяснил, что это люди дяди убили его мать, она искала встречи с отцом, несмотря ни на что, стала опасной для дяди. Что и в какой момент перемкнуло в дядиной голове, он не знает, не чувство вины уж точно, только тот решил вырастить его как собственного сына. Собственной заменой себе. Родная кровь как ни как. Когда старший племянник неожиданно погиб, план дяди изменился. В несчастном случае сводного брата он уже тоже сомневался. Этот человек способен и не на такое, просто не предвидел, что это сведет в могилу собственного брата. После смерти отца он объединил все активы, а Игоря поставил во главе всего этого. Он долгое время был просто марионеткой в его руках, но он учился, он впитывал, набирался опыту. Да он был пешкой до определенного времени, пока его вторая жена не забеременела. Дядя ясно дал понять, что если будет мальчик, то его ждет та же участь, что и Игоря. Из него с рождения делали бы миллиардера на замену ему. Ярик – сын от первой жены его не интересовал, он давно уже проверил, он был не их крови. Игорь не желал такого будущего своему еще не рожденному ребенку, он подстраховался. Сейчас при любом раскладе, его дочь не в чем, не будет нуждаться и дядя на это никак ни сможет повлиять. Когда родилась дочь, он был несказанно счастлив.

Со временем только еще больше укреплял свои позиции, дядина школа не прошла даром. Он может умереть в любой момент, долгих лет ему жизни, и еще ни известно какие сюрпризы он выкинет.

Крытая веранда у бассейна, дальше огромное поле для гольфа до самого берега. На поле играет несколько человек, дядя наблюдает за ними в бинокль. В бассейне плавает Моника, ей около тридцати, эффектная женщина. Личная игрушка дяди, уже четвертая или пятая по счету. Эта хоть задержалась на пару лет, а то каждый год новая была. У дяди была фишка, он всех своих женщин звал Моника и пофиг как ее звали на самом деле. К Игорю она не раз подкаты делала, но для него она была невидимкой, он презирал таких женщин. Рядом с дядей сидит пожилой мужчина со шрамом на лице. Ну, куда без него, служба безопасности и близкий друг дяди Геннадий Рудольфович. Личный палач при короле. За глаза его все зовут Гематоген. Долгое время, Игорь считал, что именно он убил его мать, но как оказалось, нет. Факты говорили другое, хотя и его участия он не отметал. Вот такое змеиное гнездо его семья и это только часть всех историй.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.