Ирина Коняева
Академия изящных ведьм

Глава 1

Я ворвалась в здание министерства образования, пролетела к залу совещаний, замерла на мгновение, выдохнула, спрыгнула с метлы и поправила причёску.

Сегодня мой день. День, когда я получу долгожданное ректорское кресло в лучшем университете столицы. И никто меня не остановит!

Да, я я молода и не так опытна, как остальные претенденты, но у меня высшие балы по всем ежегодным экзаменам для преподавателей. Спасибо, великие боги, за ниспосланную нам бюрократию и стандартизацию. Не знаю, что бы без вас делала!

Отправила метлу к гуляющему по саду фамильяру, надела улыбку на лицо и открыла дверь в светлое будущее.

– Академия Делаверса – айс Туррот. Академия Анадарран – айса Нарим. Академия Форната – айса Интар, академия… – хорошо поставленным голосом зачитывал с листа распределение ректоров по академиям высокий брюнет.

Сглотнула.

Мне кажется. Нет, мне точно кажется. Это не может быть правдой.

Только не он!

Гидеон поднял на меня холодный взгляд.

– Будьте любезны закрыть дверь. С любой стороны, айса Интар.

Не показалось. От неожиданности едва не сделала шаг назад, но собралась с духом, прошла внутрь и села на ближайшее свободное место, не понимая, почему заседание началось значительно раньше обозначенного времени.

Точнее, теперь всё прекрасно понимая. Это «случайность»! Рука секретаря дрогнула, когда мне писали приглашение, да–да.

Вперилась в Гидеона ненавидящим взглядом и впервые в жизни жалея, что я ведьма, а не маг, а потому не имею права причинить ему вред.

Итак, лучший боевой маг страны действительно подался в политику, как и требовала его семья. Конечно, наследнику аристократического рода не пристало слоняться по топям и болотам, изничтожая нечисть, рука об руку с пограничными службами отражать набеги орков и троллей, да спасать крохотные, не приносящие дохода казне, деревеньки от обнаглевшей живности. Его место в столице, в министерстве. И, разумеется, лучшего отдела, чем образовательный, он не нашёл.

Гидеон на мгновение повернул лицо к окну, и меня выщелкнуло на несколько секунд. Красивый. Слишком красивый. И возмужал с нашей последней встречи, будто стал выше, в плечах шире. Одним своим видом заставлял присутствующих дам краснеть и неровно дышать, только я готова его придушить и сделать вид, что так и было.

Мозг внезапно решил проявить себя во всей красе и переключил меня с воспоминаний на жестокую реальность. Та бедняжка, которой достался захолустный Форнат – это я!

Меня сослали на отшиб цивилизации!

Меня! Лучшую из лучших! Против всех правил и законов!

Кашлянула, чтобы не поперхнуться ядом.

– Айса Лейла, хотел бы особенно выделить вас, – протянул Гидеон, закончив с распределением. Все вытянули шеи, гадая, почему он обратился по имени, и что нас связывает. – По баллам вы справедливо претендовали на высшие учебные заведения столицы, однако мы приняли решение отправить вас в самую перспективную академию страны, выдав беспрецедентный кредит доверия – вы будете работать по лично составленной программе без дополнительного надзора. По результатам зимней сессии по вам будет принято отдельное… окончательное решение. Это отличный шанс показать себя в деле.

Мозг автоматически переводил с министерского языка на человеческий: перспективная – такое дно, что любые, даже едва заметные, улучшения – уже прогресс; кредит доверия – вина за всё, что происходит, будет происходить и даже происходило сто лет назад, ляжет на твои, Лейла, хрупкие плечи; а уж отдельное решение – это гарантированный лично новым замминистра конец карьеры.

Я молча поднялась и кивнула, принимая назначение и жестокий удар судьбы, за который кое–кто здесь присутствующий ещё поплатится. Я так просто не сдамся.

Гад бессовестный! Не удивлюсь, если он специально вернулся в столицу, узнав, что я в шаге от мечты и решил поставить мне подножку.

Несмотря на злые мысли терять время не стала – предстояло оформить множество бумаг и получить назначение, притом сделать это до коллег, чтобы не стоять в очередях. Пока они яростно сплетничали, тихонько выскользнула за дверь.

Одну из практик я проходила в здании министерства, так что без карты и расспросов обошла все кабинеты, собрав справки и подписи, а затем забежала в финансовый отдел к знакомой. На счастье, её коллеги не успели вернуться с обеда, и у нас была возможность пообщаться наедине.

– Лейла, ты не представляешь масштаб катастрофы. Сейчас! – Донна вскочила со своего места и побежала в архив, откуда вернулась с пухлой папкой, без лишних слов запихнула её в бумажный пакет и передала мне. – Это копия жалоб из академии Форната за прошлый учебный год, возможно, там есть полезная информация, посмотри на досуге.

– Пакет нужно вернуть? – поинтересовалась, косясь в сторону двери, вдруг кто зайдёт и станет свидетелем преступления.

– Нет, конечно. Мы не выбрасываем жалобы до холодов, а там разжигаем ими камин, – хмыкнула Донна. – И ты поступи так же.

Я заговорщически кивнула и, стоило скрипнуть двери, поднялась и вежливо откланялась.

Последний этап квеста «Получи престижную работу» оттягивать дольше никак не могла, так что собралась с духом и пошла на поклон к секретарю Гидеона, надеясь отсидеться в приёмной и не столкнуться с новоявленным замминистра. Чтоб ему пусто было!

Руки подрагивали, выдавая истинное состояние, пришлось напомнить себе, что я взрослая, самостоятельная ведьма и не должна нервничать при виде мужчины. Любого мужчины! Это совершенно недопустимо. Мужчины – гибкий и податливый воск в наманикюренных пальчиках. И однажды я уже обыграла Гидеона по всем статьям, справлюсь и в этот раз.

Самовнушение не помогло, однако мне несказанно повезло: бумаги в приёмной забрали и через четверть часа уже вернули подписанными лично министром образования. Хоть что–то приятное! Теперь можно выдохнуть, отправиться домой, выдержать истерику любимого фамильяра, собрать вещи, забронировать билеты в Форнат и ложиться спать. Как говорится, утро вечера мудренее. Может, назначение окажется не такой уж катастрофой.

Расслабилась я зря.

Стоило спуститься этажом ниже, как я вновь увидела его.

Гидеон не делал вид, что совершенно случайно проходил мимо. Он определённо ждал меня.

– Хотел бы дать вам пар–р–ру рекомендаций, айса Лейла, – проговорил он, едва не мурлыкая от удовольствия.

И манеры, и походка, даже голос – всё самоуверенно–кошачье, будто он оборотень какой. Из–за этой его особенности я не смогла выбрать фамильяром милого котика, которого прикармливала с первого курса. Пришлось довольствоваться трёхстворчатым шкафом с ужасным характером. Впрочем, сэр Родерик Кенсингтон Третий – отличная замена коту. По его авторитетному мнению. По его же мнению мне стоит держаться от Гидеона киф Клетуса на максимальном расстоянии, а я стою, хлопаю ресницами и наблюдаю, как это самое расстояние неуклонно сокращается.

Не успела моргнуть, как оказалась в просторном, но ужасно мрачном кабинете. Глазам потребовалось мгновение, чтобы переключиться на ночной режим.

– Библиотека! – выдохнула, непроизвольно вырываясь из цепкого захвата мужской руки. Но где мужская сила и где книги? Разумеется, стеллажи в четыре человеческих роста всегда побеждают, никаких сомнений.

Через мгновение я восседала на бессовестно разбившей окно метле и неспешно продвигалась от стены к стене, чтобы успеть просмотреть все фиолетовые корешки – именно так выглядели книги, к которым бедным–несчастным, несправедливо ущемлённым ведьмам доступ закрыт. Сейчас я находилась под самым потолком – чтобы никто не помешал.

– Лейла, спустись, я хочу с тобой поговорить, – с мученическим вздохом произнёс Гидеон, осознав, как промахнулся, выбрав библиотеку для разговора с ведьмой.

– Говори, я тебя внимательно слушаю, – заверила эмоционально и звонко, но абсолютно неискренне.

– Мы оба прекрасно знаем, что сейчас ты не услышишь даже если я произнесу торжественную речь, поздравляя с распределением в лучшую столичную академию магии, ту самую, в которую ты хотела, с магическими пограничными существами: великолепными драконами и русалками…

Бу–бу–бу, бу–бу–бу. Вечно ворчит ехидно, даже слышать его не хочу.

– Да, да, конечно, Гидеон, – машинально ответила, заприметив тонкую книжицу про моих любимых существ, что умеют перемещаться между мирами с помощью стихий. До чего милая деталь этот крохотный дракончик, вытесненный на фиолетовом корешке! Прелесть!

Гидеон ещё что–то бубнил, но я полностью сосредоточилась на чтении, бессовестно и жадно листая страницы, выхватывая тезисы.

– Дракона можно призвать! – завопила я, чуть не сверзившись с метлы. – Гидеон, ты представляешь? Ты читал? Ты знал? – восхищённо кружила я вокруг люстры, но на мужчину не смотрела, всё моё внимание было приковано к мелкому шрифту. – Нужно дождаться извержения вулкана, подготовить сорок тонн сухой мяты… Это зачем, интересно? Отпаивать жителей близлежащих деревень? О! Так–так–так, ага. Хм. Нет, ну в теории возможно, конечно, только…

– Лейла! – усилив магией голос, рявкнул Гидеон, и я вздрогнула так сильно, что метла приняла истерично сжатые бёдра за приказ перейти в гоночный режим и рванула со страшной силой.

– А–а–а, – завопила я, когда вожделенный фиолетовый томик выпал из моих обычно загребущих ручек и полетел вниз.

Мгновение.

Рывок.

Три седых волоса под коленкой – и я сжимаю добычу, не успевшую грохнуться на пол.

Один неприятный нюанс – Гидеон сжимает меня.

– Слезай с метлы.

– А ты не отберёшь у меня книжку? – уточнила, поднимая полный надежды взгляд на этого гада.

– Ты прочитала рецепт от начала до конца и должна была понять, что вызвать дракона невозможно. Такое количество сухой мяты собирать придётся не один век, она практически невесомая. Представь объём! А его ещё необходимо каким–то образом доставить и сбросить в вулкан так, чтобы она не разлетелась в разные стороны, ведь та же мешковина в списке не указана. Мой вывод: абсурд полнейший.

– Ой, не будь таким занудным, – отмахнулась я, отправляя метлу к сэру Родди, что ждал в министерском саду. А разбитое окно… Я не представляю, кто мог так неуважительно и бессовестно поступить с казённым имуществом!

– И не планировал. У меня на тебя совсем другие планы.

– Я заметила! – фыркнула на боевого мага, которого угораздило стать замминистра. – И чего тебе не сиделось в горах и лесах? Там нежить, что ли, перевелась? Чего в политику полез? Чтобы портить мне репутацию и карьеру?

– Как раз репутацию твою я спас. Форнат – не та академия, в которую ссылают… отправляют любимых женщин. Никому и в голову не придёт, что ты в фаворе.

Вот уж точно.

Зыркнула на него недовольно, сунула нос в книгу, чтобы повторить список ингредиентов, но Гидеон отобрал мою добычу и, наконец, меня отпустил. Заветный томик спрятал в ящик стола, ещё и заклинанием припечатал, сверкнув в мою сторону глазами.

Посмотрела на него с ненавистью – не сработало. Демонстративно подошла к стеллажу, достала книгу заговоров и прижала к груди.

– Это мне за моральный ущерб. – Посмотрела внимательнее на корешки книг, достала ещё две. – А это плата за твоё недопустимое поведение по отношению к беззащитной и незамужней ведьме.

– Тебя замуж взять? – хмыкнул неожиданно Гидеон, явно до глубины души поражённый моей наглостью.

– Один уже пытался, – гордо заявила я и не удержалась, прибавила ещё пару томов к стремительно растущей стопке.

У меня вообще такая ранимая душа! Никак не выносит насильственные действия. Меня ведь сюда затащили силой? Силой! Так что я вправе страдать и «прикладывать подорожник» к кровоточащей ране.

– Я помню наше феерическое знакомство, – спокойно ответил мужчина, но в глубине его тёмных глаз вспыхнули искры.

Он сделал шаг в мою сторону и я едва не поступила так же. Но вовремя опомнилась.

– Спасибо за комплимент, я действительно незабываемая, – подтвердила с готовностью. – Так что ты хотел?

На мгновение показалось, он скажет: «Тебя!», схватит в объятия и не отпустит, затем вспомнила обстоятельства наших непростых отношений и успокоилась. Пусть я до сих пор нравлюсь ему как женщина, он слишком сильно ненавидит, чтобы быть ко мне добрым. Книги дал – и на том спасибо. Точнее, он, конечно, не давал, но и не препятствовал, а уж я своего не упущу. Где ещё я достану такие редкости? Это ведь не его личная библиотека, а министерская, а она создана для повышения квалификации преподавательского состава, вот, а мне ещё учиться и учиться.

– Хотел лично сообщить, что твой любимый жрец подал на меня в суд.

Это нехорошо. Очень нехорошо.

– С кем не бывает.

Я беззаботно пожала плечами, хотя от ужаса задрожали руки. Мне бы не хотелось возвращаться к истории минувших дней, но Гидеон, похоже, будет давить, чтобы я признала свою вину перед ним и, более того, – озвучила все обстоятельства в суде.

– Я его выиграл, – продолжил мужчина.

Гора с плеч!

– Поздравляю. Ты всегда был очень целеустремлённым. Восхищаюсь тобой! – искренне проговорила я, не желая слышать продолжение. Но кто меня спрашивал?

– Хорошо, что ты так считаешь. Мои расходы составили семь тысяч двести девяносто золотых.

– Ого! Сумасшедшая сумма! – Я даже заинтересованно посмотрела на этого богатея, позабыв о распрях. Затем поняла, что после выплаты судебных издержек и, по–видимому, взяток он, скорее всего, на мели.

– С тебя половина.

– Что–о–о?!

– По–хорошему стоило бы взыскать с тебя всю сумму, но поскольку я частично виноват в том, что храму нанесён репутационный и моральный ущерб…

– А сейчас он нанесён мне! Может, подать на тебя в суд? – брякнула я, не подумав. Меня шокировала полная сумма, но даже её половина – это доход ректора за несколько лет! Если не есть, не пить и не ублажать шикарного фамильяра–шопоголика каждый месяц хотя бы одной юбочкой.

– Попробуй.

У–у–у, ненавижу его любимое словечко. Оно меня бесит!

– Гидеон, ты ведь понимаешь, что отправив меня в Форнат, ты не приблизил возврат этой суммы? В том случае, если я, конечно, соглашусь её выплатить. У ректора любого столичного вуза куда более приличный доход, – намекнула на толстые обстоятельства, цепенея от понимания, что вынуждена буду согласиться на любые условия, лишь бы давняя история не всплыла, запятнав моё имя и окончательно погубив карьеру.

– Ты их выплатишь. Я был в аналогичной ситуации, но сумел заработать. Ты тоже справишься, я в тебя верю.

– Вот! – торжествующе завопила я и, подбежав к мужчине, ткнула пальцем в грудь. – Вот! Это из–за меня ты стал замминистра! Ты не в Форнат должен меня ссылать, не мстить и требовать денег, а поблагодарить за то, что я поспособствовала твоей карьере, – извратила я всё изящно и бессовестно, как положено порядочной ведьме.

– Считай, что я так же способствую твоей карьере, – с улыбкой голодного дракона сообщил Гидеон. – Я даю тебе год на то, чтобы закрыть долг, и полгода на то, чтобы из замшелой академии сделать нечто приличное. Жди меня с министерской проверкой к новому году, – «обрадовал» гадкий политик и безжалостно добил: – Не справишься – уволю с плохими рекомендациями.

Посмотрела разъярённой коброй, но боевому магу даже сотня настоящих змеюк не страшна, слишком толстокож и закалён в боях.

– Тогда мне придётся приложить определённые усилия, стать министром и уволить тебя к демонам! – рявкнула я и, подхватив пакет с жалобами по Форнату, запихнула в него книги, после чего направилась к выходу.

– Тоже рад был тебя видеть, Лейла.

Глава 2

Фамильяр – не только ценный помощник, но и несколько кубических метров неизлечимого шопоголизма

– Я вызову его на дуэль!

– Родди, Гидеон – лучший боевой маг страны, притом с таким опытом, что в стране ни нечисти не осталось, ни врагов. А ты, позволь заметить, мой фамильяр. Сделаешь вызов ему ты, а сражаться придётся мне. Что я ему сделаю? Смою косметику и напугаю красными после ночного чтения глазами?

– Он привык к работе с кикиморами, его этим не проймёшь, – пробормотал шкаф, недовольно похлопывая дверцами. – Но Форнат! Да он специально стал заместителем министра, лишь бы запихнуть нас в эту дыру! Ладно ты, но я чем провинился? Я порядочный фамильяр и ничем не заслужил опалу. Уверен, там нет даже дизайнерских студий, сплошные магазины готового платья. Я буду пуст и мрачен, – пригрозил бесстыжий шкаф, затем с грохотом подбежал к окну и магическим импульсом его распахнул, делая вид, что сейчас упадёт в обморок от недостатка кислорода и столь жуткой перспективы.

– Родди! – Я сверкнула глазами, намекая, что кое–кто откровенно перегибает палку.

Двухметровая громадина, точнее, трёхстворчатый старинный шкаф из массива эльфийского дуба начал перебирать короткими ножками по недавно купленному ковру с высоким ворсом.

– Нет, я решительно этого не вынесу! Это слишком жестоко!

– Родди, миленький, если хочешь, я оставлю тебя у Катарины или Марты, они обожают и тебя и походы по магазинам…

– Я твой фамильяр и знаю свои обязанности, – важно заявил шкаф, обиженно прикрыв дверцы, чтобы придать себе должный вид и показать, что я, непутёвая ведьма, ни капелюшечки не смыслю в данном вопросе. – Кроме того, уважаемая айса Интар, без меня вы вылетите из академии Форната в первые же сутки.

– Почему это? – надулась я, потому что терпеть не могла, когда этот паршивец включал сноба. А делал он это регулярно, ведь Родди – аристократ в энном поколении, шедевр древнеэльфийского искусства «айарашун», а я – ведьма без рода, без титулованной родни, без связей. Не ровня такому великолепному фамильяру, если на то пошло.

Великолепному транжире! Убить его иногда готова!

– Потому что у тебя обе ноги левые! Ты умудряешься вляпаться в каждую лужу! – рявкнул шкаф и тут же, без предварительных ласк, закончил: – Собирайся, поедем по магазинам. Я не допущу, чтобы ты ходила по Форнату в этом убогом платье из прошлогодней коллекции.

Закрыла глаза.

Дыши, Лейла, дыши.

Тебя наполняет чистый и свежий воздух, ты выдыхаешь напряжение и злость… Жаль, жадность выдохнуть нельзя даже с помощью специальных техник, потому что при таком фамильяре, как у меня, это более актуальная методика.

– Родди, у меня вся зарплата уходит на одежду!

– Зато не наберёшь лишний вес, – продолжал гнуть свою линию шкаф. – Помнишь, как твоя подруга Марта располнела после поездки к бабушке и не влезла в ту шикарную шифоновую блузу с жемчужным переливом?

– Она маг, а я ведьма, ведьмы не толстеют, – напомнила я прописную истину. – От недостатка колбаски я уже как палка, Родди!

– Зато метла довольна, что ей не приходится таскать на себе слишком тяжёлую ведьму, когда та летит из магазина с покупками, – торжествующе заявил фамильяр. – Демира Будимиловна уже в возрасте, ей опасно поднимать тяжести.

– Кто? – поперхнулась я. – Демира Будимиловна? Это вы моей метле имя придумали, что ли?

– Почему придумали? – удивился шкаф. – У неё оно всегда было.

– А я откуда должна была это узнать?! – совсем расстроилась очередной внезапно вскрывшейся ведьмовской тайне. – Почему она сама не вышла на связь, если умеет?

– Научишься общаться с Демирой, спроси, а мне неинтересно! – буркнул обиженный шкаф.

Я похлопала глазами. До чего сложно быть первой ведьмой в семье. Никто не объяснит, не научит. А книжек нет! Ведь знания ведовские тайные и передаются строго внутри семьи. В той же школе ведьм учат лишь контролировать силу, да волшебным словам, а все тонкости – или доходи сам (если выживешь) или перенимай у родственников.

Наделённых ведьмовской силой членов семьи у меня не было, ведьма–наставница досталась казённая, от государства, да всего на период обучения в академии. А фамильяр…

До сих пор не уверена, что мне повезло, как считали окружающие. Вот честно.

Тот же кот что может сотворить? Ну, сгрызёт колбасу у соседей, ну, рыбу на рынке стащит. Тоже расходы, конечно, но не ужасные. Тем более, этих хитрецов редко удаётся поймать на горячем.

А мой Родди, аристократ хренов, обожает дизайнерские вещи!

Да, плюс есть. Я всегда великолепно выгляжу, так как он собственной тушкой забаррикадирует дверь, если вдруг у меня стрелка на чулках или волосы недостаточно идеально лежат.

Но расходы!

Если бы не он, я бы могла позволить себе арендовать дом, а в будущем даже выкупить его. Но нет, у Родди очередная трагедия – вышла новая коллекция модного дизайнера и «вон та юбочка будет безупречно смотреться на твоей фигурке», вошли в моду каблуки другой формы, а я до сих пор хожу на шпильках. Внимание! Как немодная уродина без признаков вкуса. Или, что самое ужасное, в моду вернулись косы, а я люблю или собирать волосы в хвост или носиться с распущенной гривой.

Кстати, обычные каштановые локоны, доставшиеся мне от природы, Родерика тоже не удовлетворяли. Он был рад, что я не рыжая, потому что считал рыжих недостаточно элегантными, с чем я была категорически не согласна. Потому вечно уговаривал моего парикмахера то сделать мне золотистые пряди, то добавить эффектный алый, чтобы казалось, будто волосы собрали в хвост и опустили в кровь. Мнения вечно погружённой в книгу ведьмы эти двое не спрашивали, давным–давно спевшись за моей спиной.

В защиту парочки «шкаф–парикмахер» добавлю, что их безупречный вкус любую безумную идею трансформировал в шедевр, так что я давно махнула рукой, ничему не сопротивлялась и с гордостью и восторгом демонстрировала их произведения искусства, правда, периодически повергая слабонервных окружающих в шок. Но, как говорится, красота требует жертв! А что там за жертвы – мой пустой кошелёк или инфаркты окружающих – Родерика не волновало.

В общем, мой властный шкаф – тот ещё деспот и тиран, который, по его же словам, живёт «с огромной пустотой внутри, которую необходимо заполнить…» Далее обычно следует список одежды модных фасонов и расцветок, моя попытка грохнуться в обморок, поиск компромисса в виде одной вещи, поход в магазин и… пустой счёт! Ведь «ой, какой шарфик!»

И сейчас он вновь заведёт любимую волынку. Точнее, уже начал её настраивать, что требовалось срочно закончить, потому как на переезд, а главное – на доставку сэра Родерика, потребуются немалые средства, ведь он не станет терпеть неудобства, путешествуя с обычной мебелью в грузовой телеге.

– Родди, миленький, я не против нового гардероба, но есть нюанс – нам не хватит денег для твоего комфортного переезда в Форнат. Выбирай что–то одно, – изо всех сил делая несчастное лицо, чтобы шкаф, не приведи боги, не увидел на нём признаки триумфа или злорадства, сообщила я транжире катастрофичные новости.

– Нет, – со слезами в голосе произнёс сэр Родерик Кенсингтон Третий, наследник эльфийской дубовой рощицы и глава шикарного мебельного гарнитура. – Ты без ножа меня режешь. Лейла, будь умничкой, придумай что–нибудь.

Да, ещё я забыла упомянуть, что Родди никогда ни в чём себе не отказывает, так что экономить приходится на мне.

И угораздило заполучить такого фамильяра!

– Айса Лейла, не забывайтесь! – тоном строгого педагога одёрнул шкаф, напоминая, что ему доступны мысли одной бесстыжей ведьмы, а проявлять деликатность и не подслушивать он так же не собирается, как идти на уступки в вопросе его дорогостоящего переезда.

– Так, ну что мы можем сделать, чтобы на всё хватило средств? – тут же приступила я к делу, чтобы поскорее закрыть непростой вопрос и вернуться к сборам. – Может, устроим распродажу старых вещей? Тех, что вышли из моды, конечно, – добавила быстро, завидев, как створки шкафа вновь поползли в стороны, издавая противный скрип, – верный признак начала истерики.

– Распродажу?! – заревел Родерик хорошо поставленным голосом. – Безумная женщина! Неблагодарная! Да я! Да тебя! Нет, ты совершенно невыносима! Ты вообще… вообще… Ничего святого у тебя нет, Лейла! И фантазии тоже!

– Ах, фантазии?! – тоже завелась я. – Предлагаю сложить вещи в тебя и отправиться в Форнат пешком! Ты как раз немного успокоишься, проветришься, а я высплюсь! Внутри тебя!

– Лейла, – севшим от ужаса голосом пробормотал Родди. – Нет. Ты не поступишь так со своим лучшим другом.

– Мой лучший друг – Марта, а ты – мой фамильяр, дорогой. И твоя главная задача – помогать, а не создавать проблемы, – строго отчитала я обнаглевшую магическую мебель с частью своей души.

И стоило только подумать об обряде привязки фамильяра, как шкаф оживился.

– Между прочим, именно часть твоей души и сделала меня таким транжирой, – в стотысячный раз привёл он главный аргумент.

– И я усмиряю именно часть своей души, надеясь, что твоя, большая, бесконечно благородная и хорошо воспитанная, сдержанная часть души мне в этом поможет, – закончила я с триумфом.

Шкаф надулся, ушёл к стене и притворился мебелью, даже мысленно не посылал мне проклятья – я следила.

В два счёта упаковав нехитрые пожитки, достала ящик со снадобьями, заготовленными базами для зелий и пошла в сторону Родди, ведь такие сокровища я могла доверить лишь ему. Но дверца не открывалась.

– Ты хочешь, чтобы я приказала? – спросила строго, отлично зная, что потакать ему категорически нельзя – окончательно сядет на шею, ещё друзей приведёт. Створка недовольно скрипнула, приоткрываясь. – Терпеть не могу, когда ты ведёшь себя, как старик.

Дверь беззвучно распахнулась, я убрала сокровища на верхнюю полку, заодно проверила хранящиеся в остальных секциях ингредиенты, пытаясь успокоиться перед очередным важным шагом в жизни.

– Кстати, я бы на твоём месте позвал с собой Марту, она рассталась с очередным кавалером и грустит. С ней будет веселее перемывать Гидеону косточки.

– Скажи лучше: твоему любимому фамильяру будет, с кем ходить по магазинам, – хмыкнула я, хотя идея была отличной.

– Взять с собой Марту – отличная идея для всех нас, – важно проговорил Родерик, не отрицая очевидного.

– Согласна. Однако тебе придётся поделиться свободным пространством – её одежда не поместится и в трёх почтовых каретах. Впрочем, как и моя, – закончила со вздохом.

– У Марты отличный вкус, к тому же большинство своих нарядов она покупала под моим чутким руководством, – озвучил шкаф своё «да», я же мысленно взвизгнула от счастья – хотя бы на провоз багажа не надо тратиться, ведь нутро сэра Родерика – безразмерный пространственный карман, куда поместятся и вещи и мы с Мартой заодно!

– Вас не пущу! – тут же предупредил шкаф. – И, кстати, раз у нас остаются деньги из–за моего великодушного предложения «принять на борт» чемоданы, мы вполне можем себе позволить пару–тройку новых нарядов.

– Родди!

– Ничего не знаю, Лейла. Собирайся. Заодно зайдём Марте и сообщим ей, что вечером она переезжает.

– Почему вечером? – хлопнула я глазами. – Я планировала завтра или даже послезавтра.

– Потому что моя нервная система не выдержит столько ждать, – отрезал шкаф и пошёл на меня, выталкивая из квартиры за покупками. – Если бы ты была хорошей девочкой и попросила у Гидеона бесплатный переход через городской портал, было бы совсем другое дело.

Я тихонько вздохнула и на мгновение прижала руку к карману, где лежали заветные талончики на два перехода. Я не успела рассказать о них Родерику, а теперь не было смысла, ведь Марта почти наверняка согласится сбежать из города в тёплый южный Форнат перед противной серой столичной зимой, а я не могу отправить подругу в одиночку трястись в почтовой карете, когда сама воспользуюсь порталом мгновенного перемещения. Нельзя так. Непорядочно.

Понимаю, что для ведьмы я слишком мягкосердечна и человечна, но уж какая есть.

Родди всё–таки уловил мои мысли, да я и не закрывалась. Помолчал немного, а затем признался:

– Потому, Лейла, я и позволил тебе стать моей ведьмой. Ты хорошая. А талоны бессрочные и вполне пригодятся для экстренного случая. Что–то мне подсказывает, он непременно случится.

– Боюсь, не один.

– Тем веселее! – поддержал Родди с энтузиазмом.

Нам боязно переезжать из полюбившейся столицы, но, может, новый город влюбит нас в себя с первого взгляда?

Я была права. Именно так и случилось.

Затем мы протрезвели и посмотрели второй раз, вспомнив, как обманчиво первое впечатление.

Глава 3

– Это самый чудесный город на свете! – воскликнула Марта, спрыгивая с подножки почтовой кареты, в которой мы тряслись почти трое суток. – Солнце, море, всё такое яркое и красочное! А ароматы! Чувствуешь, Лейла? Корица, кардамон, шоколад!

Подруга нетерпеливо приплясывала, дожидаясь выдачи багажа, заодно принюхиваясь к новому городу.

Признаться, увидев Форнат с высоты перевала, что мы преодолели час назад, я тоже немного успокоилась. Город был совсем небольшим, но выглядел словно почтовая открытка, так и манил отдыхать, наслаждаться морским воздухом, мягкими солнечными лучами, сочными фруктами, а не предаваться горьким раздумьям и коварным идеям.

Впрочем, Гидеону я ещё отомщу. И прекрасные виды не помешают, не отвлекут. Вдохновят!

Оставив общительную Марту болтать с извозчиком я пошла на станцию, чтобы убедиться в благополучном прибытии фамильяра.

– Сэр Родерик Кенсингтон Третий доставлен в академию изящных искусств, госпожа ректор, – с поклоном сообщил служащий. – Он просил вам передать, что доволен нашими услугами, – намекая на чаевые сверх той сумасшедшей суммы, что я уже заплатила, закончил парнишка с лукавыми глазами.

Каков паршивёнок, посмотрите на него!

– Подозреваю, вы доставили в академию не тот шкаф, – хмыкнула я ехидно и постучала кончиками пальцев по деревянной стойке–разделителю, зачаровывая его хитрым образом. Не люблю, когда меня пытаются обмануть. С ведьмами шутки плохи, а если кое–кто не верит в народную мудрость, познает на собственной шкуре, что к чему, и впредь повторяться не станет. Сидеть теперь бесстыжему мальчишке без дополнительных денег, пока не извинится.

Мы с Мартой решили не торопиться, неспешно прогуляться по городу, размять ноги, а когда желудки успокоятся после долгой дороги, перекусить и, если получится, собрать информацию об академии, в которую меня так бессовестно и нагло сослали.

Мы начали присматривать открытые ресторанчики и кафе, подыскивая идеального информатора. Однако маневр не удался – слух о прибытии нового ректора академии распространился быстрее пожара, что опять же подтверждало народную мудрость, но, к сожалению, работало против меня. Со мной здоровались все! И, уж не знаю, какая информация пришла из столицы, но даже дамочки с горящими от любопытства глазами торопились удалиться.

Кажется, Гидеон выкопал себе ещё более глубокую могилку, чем я изначально думала.

Что же. Разберёмся.

Сузила глаза и недовольно посмотрела в безоблачно–голубое небо. В отличие от много о себе думающем замминистра природа не думала спорить и вредничать, отреагировала на моё настроение чутко, заботливо и быстро: ветер в два счёта пригнал из–за гор тяжёлые серые тучи и принялся играть с подолами местных кумушек, загоняя их в ближайшие кафе до начала дождя.

– Давай поступим следующим образом: не станем афишировать, что подруги, сделаем вид, будто познакомились в почтовой карете, – предложила я. – Поживёшь в отеле неделю, сделаешь вид, что ищешь работу, а я тебя потом найму.

Марте не нужно было по сто раз объяснять, поэтому в первом же кафе она поделилась грустной историей своего побега из столицы, спросила девушку–официанта, есть ли в Форнате небольшие симпатичные и недорогие гостиницы, на что получила утвердительный ответ, рекомендации и адреса.

Местные дамы едва не подпрыгивали на стульях – так ждали, когда я наемся и отправлюсь в академию, а они смогут допросить мою попутчицу. Бедные кумушки уже по пятому пирожному стрескали, при этом столь усердно стараясь не чавкать и не облизываться, что мы с Мартой тоже заказали десерт, хотя обычно обходились без сладкого: она худела, а я предпочитала мясо.

– Городок чудесный, – блаженно заключила Марта, объевшись пирожных и выпив кувшин компота. – Такой вкуснятины не ела даже в лучших столичных кондитерских.

– Лучшие столичные кондитеры в Форнате не прошли бы в четвертьфинал ежемесячного конкурса, – гордо сообщила официантка, указывая на одну из золотых стен.

– Это медали? – не поверила я своим глазам и подошла к стене почёта, хотя ведь собралась порадовать ожидающих скорым отбытием. – Красиво.

Каждая медаль была заключена в прозрачный слюдяной контейнер и светилась изнутри. Признаться, изначально я подумала, будто это своеобразная дизайнерская задумка для освещения кафе, мне и в голову не пришло приглядываться.

– Именно. Наша кондитерская лучшая в городе. У нашего шефа на четыре медали больше, чем у… Не важно. У нас лучшая кондитерская, будем рады видеть вас ещё, – быстро сориентировалась девушка, что едва не сделала рекламу конкуренту.

Мы с Мартой понимающе усмехнулись и заказали себе по десерту на вынос, однако вместо маленькой розовой коробочки с нарисованными конфетами и зефиром я получила огромную коробку на магической тележке.

– Простите? – проявила я максимальную вежливость, потому что от ужаса подумала, будто невнимательно прочитала меню и заказала торт размером с себя. Мне и за два крошечных съеденных десерта придётся держать самый строгий отчёт, особенно, если не влезу в платье или предстану перед Его Шкафейшеством в сахарной пудре или миндальной посыпке. Куда такая коробка?

– Это для ваших девочек. Вы ведь направляетесь в академию? – уточнила официантка.

– Э–э–э, да.

Я похлопала глазами, не понимая, чего от меня хотят.

– Ой! Вы, наверное, ещё не знаете! – ахнула девушка, заставив меня настороженно замереть. – Мы направляем образцы новых десертов в вашу академию, чтобы обладающие безукоризненным вкусом ведьмочки попробовали, оценили и отобрали самые интересные на их взгляд варианты, затем мы их доработаем, придумаем мощный дизайн и выставим на конкурс. Это давняя договорённость…

Ага, и причина, по которой половина папки из министерства магии забита жалобами от ведьмовских мётл, которые «тянут непосильную ношу», «не справляются с нагрузкой», «не предназначены для ТАКОГО».

А я голову сломала, пытаясь понять, к перевозке каких тяжестей привлекают личный транспорт местные ведьмы, даже поискала в справочнике, нет ли в Форнате залежей драгоценных металлов или самоцветов – здесь хотя бы использование мётел в личных целях вполне объяснимо, все ведьмы любят денежки и украшения. Но, похоже, речь как раз о том, что мётлы до предела нагружают сладостями. Я бы на их месте тоже оскорбилась! Нашли курьеров!

– Интересно, – пробормотала себе под нос таким тоном, что у присутствующих волосы встали дыбом. И правильно, я очень зла. – С каких пор ведьмы стали исполнять роль грузовых телег?

Немного поиграла с освещением и тенями в зале, чтобы придать своим словам веса, но, похоже, перестаралась. Все присутствующие не остались равнодушными.

– Что вы! Мы и не думали! Напротив! – вразнобой принялись убеждать и официантки, и гостьи заведения, которые к нашему разговору не имели ровным счётом никакого отношения, но так активно слушали, что поневоле подключились.

Администратор нервно стукнула по колокольчику и из кухни выбежал шеф–повар, при виде которого Марта моментально села ровнее и незаметно расстегнула верхнюю пуговицу на блузке.

– Приношу свои извинения, – приятным баритоном произнёс мужчина из дамских фантазий. Высокий, широкоплечий, уверенный в себе брюнет с пронзительно–голубыми, словно весеннее небо, глазами. – Пока не знаю, за что конкретно, но приношу, – повторил он с нажимом, при этом оглядывая персонал кафе настолько суровым взглядом, что мы с Мартой тоже на всякий случай немного присмирели.

На одно мгновение! И то лишь потому, что не ожидали увидеть такого красавца!

– Сразу видно умного, умеющего найти подход к женщине мужчину, – проворковала Марта, едва не выпрыгивая из блузки, за что удостоилась пинка под столом.

– Скорее, привыкшего решать конфликтные ситуации руководителя, – внесла я поправку занудным тоном и посмотрела на мужчину отработанным учительским взглядом, отчего он тут же послушно выпрямился и замер. – Итак, у нас возникло следующее недоразумение: мне, новому ректору академии изящных искусств, предложили подработать тягловой лошадью и обеспечить студентов пирожными, а вас – новой медалью. Я недовольна. Вам слово.

Сделала глоток компота, давая мужчине время прийти в себя, подобрать аргументы и умилостивить оскорблённую в лучших чувствах ведьму.

– Прежде всего, милые дамы, позвольте представиться, – вновь включил мужчина обаятельного кавалера. – Меня зовут Андре, я владелец и главный кондитер кафе «Сладкая жизнь». У нас самые лучшие, наисвежайшие, высококлассные…

– А я – очень недовольная ведьма, которая не выносит, когда ей пудрят мозги, сахарная пудра в качестве присыпки – не исключение, – проговорила невежливо, поднимаясь, чтобы заглянуть мужчине в глаза. Неприлично высокий для ведьмы рост сыграл добрую службу и мне это удалось. Андре от неожиданности вздрогнул, и я сделала шаг вперёд, заставляя его отступить, за что накинула себе пару очков в сражении. – Итак, с чего ваши служащие решили, что новый ректор академии на досуге подрабатывает курьером?

Под суровым взглядом Андре не стушевался, но позиции сдал и больше не строил из себя красавчика, которому всё позволено. Впрочем, это говорило о том, что чувство самосохранения у него присутствует, как и мозги. Чувствую, сработаемся, когда он немного ко мне привыкнет.

– Приношу свои извинения, подобное больше не повторится, – влезла администратор, оттесняя мужчину. – Мы поняли, что правила изменились, и готовы к сотрудничеству на ваших условиях.

А с этой леди сработаемся совершенно точно. Быстро схватывает. Молодец.

– Что–то мне подсказывает, это только начало, – ехидно заметила Марта, застёгивая пуговицу. В Андре она разочаровалась, поскольку не выстоял против ведьмы.

Как по мне, подруга поторопилась, ведь ведьма – это ведьма, мужчины по умолчанию нам проигрывают, тем более наделённые лишь кулинарной магией. Другое дело – опытные, я бы даже сказала: прожжённые боевые маги.

Вспомнила Гидеона. Когда мы впервые столкнулись и я попыталась «задавить его харизмой», он лишь изогнул бровь, взял мою руку в свою и, против всех правил, коснулся поцелуем запястья. Едва–едва, мягко, нежно, но так, что я едва не растеклась лужей на паркете. Вот это мужчина!

Ой, что это я? Курортный Форнат на меня неправильно действует. Или это пирожные неправильные? И чего я вообще вспомнила этого гада в положительном ключе?

Укачало в дороге!

Вот, точно! Укачало до тошноты и неприятного узла в желудке, вызвав тем воспоминания о новом замминистра. Чтоб ему пусто было!

Пальцы тут же кольнуло – предусмотрительный политик при последней встрече бессовестно считал меня и поставил защиту, не просто общую – такая была у всех и каждого! – а завязанную на мою силу. Теперь ни гадость ему пожелать с применением чар, ни проклясть от души. Но самое обидное – он чувствует каждую такую попытку и сейчас я бездарно прокололась.

Позорище!

И даже ведь не почувствовала, как он это сделал! Совсем не почувствовала!

Конечно, в моих руках находилась шикарная запрещённая книга, я была увлечена по уши и света белого не видела. Но это и плохо – я допустила промашку и демонов замминистра теперь ещё на один шаг впереди. Возможно, не на один.

Ладно, у меня будет время об этом подумать более предметно. А его способ «общения» возьму на вооружение, давно я никого не проверяла, ведь в магических кругах «сканирование» считалось не очень приличным и обычно использовалось во время допросов.

Но у нас с Гидеоном непростые отношения, а на войне, как известно, все средства хороши!

Тряхнула головой и обвела присутствующих особым ведьмовским взглядом, считывая нужную информацию: чем болеют, увлекаются, чего боятся, какие магические или ведовские силы развивают. Раз уж моя академия с ними напрямую сотрудничает, стоит сразу разузнать всё необходимое и более к этому вопросу не возвращаться.

И тихо обомлела! Потому что дружная кондитерская «семейка» была сверху до низу увешана защитными амулетами, притом мощными и дорогими. Такие не у каждого боевого мага встретишь.

– В городе военные действия? – удивлённо уточнила у администратора, которая нравилась мне из этой «банды» больше всего.

– Вы о защите? Это из–за конкурсов, – подтвердила она. – В ход идёт всё! Не только предварительное согласование пирожных, – мягко намекнула девушка на толстые обстоятельства.

– Мне кажется, Лейла, тебе здесь понравится, – кротким голосочком произнесла Марта. – Не заскучаешь. Конкурсы, судейство…

Посмотрите–ка! Сама невинность! А я теперь в глазах окружающих практически зло во плоти или близка к тому.

– Главное, не сообщать моему фамильяру, что наша академия причастна…

– Сэр Родерик уже принял наше предложение судить ближайший конкурс. Он будет оценивать внешний вид блюд и десертов, – смущённо сообщил Андре. – Простите.

Посмотрела на стоящих передо мной бедолаг. До чего невезучие! Как они с такими способностями стали победителями хоть раз? Им ведь даже амулеты не помогают!

– Вам не за что извиняться. И, так уж и быть, заберу с собой пирожные. Это меньшее, что я могу для вас сделать, – «обрадовала» шеф–повара и его команду, изо всех сил изображая сочувствие, чтобы посильнее напугать. Надолго меня, конечно, не хватило, лицо уже трескалось от сдерживаемой улыбки. – Зовите носильщика, не мне ведь тащить эту коробку, в самом деле. Марта, рада была знакомству. Забегай на чай, когда устроишься.

Ну что, академия, готовься! Новое руководство готово приступить к своим обязанностям. Вон, даже традиции нарушать не стала и несу пирожные. Золото, а не ректор!

Глава 4

Мальчишка–курьер из кондитерской оказался хорошим гидом и мы отлично прогулялись до академии.

– У вас всегда такая чудесная погода? – спросила, перепрыгивая лужу.

– Э, – Молоденький парнишка пытался сообразить, как ответить и не вляпаться, ведь ежу понятно, чьих шаловливых рук дело пролившийся дождь. – У нас обычно солнечно, зимой бывают сильные ветры, но в целом погода отличная. Всегда тепло. Ваш фамильяр, кстати, очень расстроился этому обстоятельству, сказал, что зря тащил ваши шубки и пальто.

– Как он к вам попал, если не секрет? – спросила, разглядывая увитые цветущей зеленью симпатичные домики из розового камня. Ощущение, что здесь соревнуются абсолютно во всём, в том числе, у кого больше цветов вокруг дома, на доме и, наверняка, внутри.

– Его светлость решил размяться после долгой дороги.

Его светлость! Да Родди, я смотрю, совсем разошёлся.

– Долгой дороги? Его доставляли драконы, – фыркнула я, вспоминая, как мы с Мартой тряслись в карете из–за барских замашек шкафчика. Я была настолько шокирована ценой транспортировки драконами, что только на полпути в Форнат вспомнила про телепорт, но было уже поздно.

– Да, – протянул мальчишка, сияя улыбкой. Надолго его сдержанности не хватило: – Они такие! Такие! Ох, леди–ведьма, спасибо вам огромное! Мы всем городом бегали на них посмотреть! Они просто гигантские! Чёрные такие, твёрдые, колючие местами. И дышат так смешно, шумно, и пахнет от них, как из печки. А ещё они любят, когда их чешут специальными щётками и мне довелось помочь почтовикам, представляете?! – с восторгом трещал он. – Правда, в обмен на пирожные мастера Андре, но это стоит любых денег!

Я вздохнула, проглотив фразочку, что мне бы деньги после перевозки сэра Родди не помешали. Пусть мальчонка радуется. Я бы в детстве, наверное, выложила книгу заклинаний за возможность прикоснуться к настоящему дракону. А сейчас терпеть их не могу! Жадные хапуги!

Но это, конечно, не касается разумных драконов, что забредают к нам из других миров. Эти – потрясающие! И если бы не Гидеон, я бы, вполне вероятно, познакомилась хотя бы с одним!

– Так что там мой фамильяр? Гулял и забрёл к вам? – уточнила я, когда провожатый угомонился.

– Нет! Представляете, леди–ведьма…

– Айса Интар, – поправила парнишку.

– Простите! Я больше не буду.

– Ближе к делу.

– Простите, – в очередной раз извинился доставщик пирожных и быстро сдал Родди с потрохами: – Ваш фамильяр решил прогуляться и познакомиться с дамами нашего города, уточнить, есть ли здесь порядочные магазины, высоки ли цены, как обстоят дела с местными дизайнерами. И сильно расстроился.

Я замерла, понимая, что на этом дело не кончилось. Расстроенный сэр Родди – это катастрофа. Ему изменяют и здравый смысл и сдержанность. Он превращается в сущее наказание!

На мгновение закрыла глаза, готовясь к страшному.

– Ну, что он сделал? – поторопила мальчонку. – Говори, как есть, твоей вины в том нет, проклинать не буду. Я справедливая.

– Сказал местным дамам, что они совсем не следят за модой, их причёски – это что–то с чем–то, а сумочки вышли из моды в прошлом веке, – с восторгом сдал Родерика мальчишка. – И ещё сказал, что вы не потерпите в своём городе подобного безобразия!

Мальчонка едва не визжал от восторга, из меня же словно выбили воздух, ударив со всей силы по спине. Остановилась, замерла с широко открытыми глазами, попыталась осознать масштаб трагедии.

Сэр Родерик, будь он неладен!

И он ещё смеет делать мне замечания, касающиеся этикета!

Где написано, в каком примечании, какими невидимыми чернилами, что мужчина, пусть даже он шкаф, может позволить себе подобное? В любом состоянии!

Да я бы на месте этих дам распилила его на щепки для растопки камина и сказала, что так и было!

– Продолжай, – попросила, когда удалось моргнуть и сделать вдох чистого, восхитительно–ароматного из–за близости моря воздуха.

Море, кажется, должно успокаивать нервную систему.

Вдох–выдох, вдох–выдох.

Нет, не работает.

Видимо, если приезжаешь на море с фамильяром, шансов на успокоение ноль. Вот на упокоение – это да, шансы велики. Сто к одному!

– Пока дамы поднимали челюсти с земли, сэр Родерик зычно спросил, какая кондитерская в городе лучшая и достойна его прекрасной леди–ведьмы… Простите, айса Интар, это его слова, не мои, – тут же быстренько вставил мальчонка. Я кивнула, стараясь, чтобы это выглядело уверенно и спокойно, а не напоминало нервный спазм. – В общем, пока наш главный враг, мастер–кондитер Нарон, переваривал ситуацию, мы с мастером Андре быстренько заманили сэра Родерика к себе, уверив, что вам понравится в «Сладкой жизни». Он проверил кухню, посмотрел, как наши повара работают, и согласился, что мы лучшие, – гордо закончил мальчишка.

Вот и ответ, почему я заглянула именно в их кафе – почувствовала остаточный шлейф магии Родди. И когда я научусь делать это сознательно? До чего сложно быть первой ведьмой в роду, кошмар.

– А в жюри вы его сами пригласили? – вспомнила, что ещё хотела узнать.

– Нет, он увидел медали, расспросил о конкурсах и сообщил, что не может лишить нас возможности заполучить ценителя с тонким вкусом… Простите, айса Интар, я не запомнил ту фразу целиком, ваш фамильяр говорит иногда… сложно.

Я в очередной раз кивнула. Слова застряли в горле, а те, что просачивались, порядочным леди лучше не произносить даже мысленно.

Нет, Родди, конечно, в своём репертуаре. Не успел заявиться в город, как уже оскорбил местных кумушек, сообщил, кто теперь здесь хозяин, вызвался судить конкурсы и… мамочки, что он придумал в академии?! Он ведь уже там! Давно!

По моим выпученным от ужаса глазам мальчишка понял всё.

– Бежим? – спросил он, кивая в сторону высоченных белоснежных шпилей.

– В храм? – хмыкнула, мигом придя в себя. Храмовников я терпеть не могла и было, за что.

– Академия расположена напротив главного храма города, – любезно пояснил мальчонка, чьё имя я так и не удосужилась узнать, руководствуясь столичными традициями.

Но мы не в столице и пора привыкать к новому укладу.

– Ясно. Как тебя звать–величать, лучший гид Форната? – польстила я своему спутнику. Тот тут же приосанился, посмотрел довольно.

– Чукки, леди… айса Интар.

– Будем знакомы, Чукки. И поскольку идти нам до академии совсем недалеко, расскажи–ка мне быстро про местный храм, в каких он отношениях с ведьмами и кому вообще пришло в голову построить храм и академию рядом?

– Ой, а вы не знаете, да? У нас академии–то и не было никогда. Ну, раньше.

Сердце остановилось.

Снова происки Гидеона?

Вряд ли. Тщательно изученная папка жалоб была за прошлый год, значит, это не новый замминистра устроил мне настолько «шикарное» пристанище.

Но сослал именно он!

– А что было? – спросила, едва шевеля губами. Новость о близости храма стоило переварить.

– Мэрия, её–то как раз возле храма всегда строят. Но министерство магии посчитало, что одного управленца на такой крохотный городишко, как Форнат, достаточно, и два десятка лет назад мэрию расформировали, сделали из неё академию.

Сердце дрогнуло. Я когда–то слышала о таком, но не думала, что столкнусь.

– И ректор – это не только ректор, но и…

– Да! – радостно подтвердил Чукки. – Вам принадлежит весь город. Чему мы очень рады! Вы красивая и умная. И сэр Родерик… Хотя про него я теперь не уверен, – стушевался парень.

Кажется, моя нелюбовь к одному замминистра магии возросла в сто тысяч раз.

Как я могу навести порядок в академии, когда мне придётся заниматься делами целого города?! А я не умею! Вообще ничего не знаю о градоуправлении!

Вот уж подложил свинью!

Приятный и милый сердцу южный пейзаж окрасился в багровые тона. По телу прокатилась волна жара. Кончики пальцев заискрили чарами.

Бешенство. Чистое, неукротимое. Безжалостное.

Я его придушу собственными руками.

Растопчу!

Уничтожу!

Прокляну!

– Айса Интар! Айса Интар! Леди–ведьма, – пробился в сознание тонкий детский голосок. – Леди!

Мгновение, второе. Медленно прихожу в себя. Смотрю на испуганного Чукки, на сверкающее молниями небо над головой. Оно грохочет, неистовствует, лютует. Чёрные тучи с бешеной скоростью кружат над нами, будто хотят затянуть в воронку, изничтожить.

Щёлкнула пальцами, прекращая безобразие.

– Прости, Чукки, – проговорила с чувством. – Не хотела тебя напугать.

– Я думал, вас обрадует эта новость. Мастер Андре как–то сказал, что это неограниченные обязанности, но и неограниченные возможности, ведь мэру принадлежит доля от дохода города.

– А ты умеешь утешить, – рассмеялась я. Кажется, жизнь налаживается.

– Ну, город пока в огромном минусе…

– Беру свои слова обратно.

– Но вы ведь это исправите, да?

Чукки уставился на меня с такой надеждой, что я на мгновение растерялась. Я ничего не знаю об управлении городом. Вот вообще! Ни капельки. Да, руководящие должности в чём–то все похожи, но не настолько, чтобы прийти, сесть в новенькое кожаное кресло и поднять экономику целого города с колен, зная лишь заскоки министерства образования.

С другой стороны, если я справлюсь, Гидеон расстроится. Очень.

Губы растянулись в улыбке.

– Приложу все усилия, милый Чукки. А теперь давай не будем терять времени и приступим. Проводишь меня в кабинет ректора?

– Конечно, айса Интар. С огромным удовольствием.

– Вот и отлично.

Я решительно направилась вперёд.

Академия изящных искусств выглядела впечатляюще, но отнюдь не изящно. В прошлом Форнат был небольшим приграничным фортом и, прежде чем превратился в красивый курортный городок, пережил не одно сражение. Кому пришла на ум идея отдать древнее строение со следами военных действий под академию для девочек точно не знаю, но если бы Гидеону было лет четыреста–пятьсот, я бы не сомневалась в ответе.

Итак, в качестве наказания мне достались следующие «великолепные» сооружения: две двухэтажные казармы с узкими длинными окошками, штабное трёхэтажное здание и полуразрушенная каменная стена с четырьмя «надломленными» башенками. Вся эта «красота» дополнялась плацем, заросшим травой стадионом с тремя покосившимися от времени турниками и крохотным садом, в котором вместо традиционных лекарственных и не очень растений вольготно себя чувствовали сорняки.

У ведьм. В академии.

Сорняки.

У ведьм!!!

– Что. Здесь. Происходит?! – рявкнула я, усилив голос до максимума.

С ближайшей башни со стуком посыпались камни. Чукки, бедный, едва коробку с пирожными не выронил.

– А вот и айса Интар пожаловала, – раздался из глубины «форта» удовлетворённый голос сэра Родерика, а следом появился и сам фамильяр.

Он шёл, медленно и степенно перебирая ножками, но я чувствовала, как он рад меня видеть и как хочет подбежать и прижаться, спрятаться за моей спиной. Учитывая, что подобное поведение Родди не свойственно, я всерьёз напряглась.

И не зря.

Вместо классического преподавательского состава академии для молодых ведьм я видела горстку напуганных девчонок, почему–то как на подбор блондинок с голубыми глазами.

– Преподаватель рисования, – коротко кивнув, представилась первая девушка, совсем юная на вид. – Айса Анна Рих.

– Преподаватель музыки, – представилась следующая, – айса Лапир.

– Айса Нин, преподаватель зелий.

– Айса Арог, читаю литературу и письменность.

– Айса Роанд, отвечаю за физическую культуру, – мышью пискнула самая юная и явно самая неопытная девица. – И за всё остальное.

Что «остальное»? Кройку и шитьё?

А чары? А скоростные полёты на мётлах? А травоведение, углублённый курс? А ещё три десятка предметов, которые, судя по всему, здесь не преподавали никогда в жизни?

Я не выдержала и посмотрела на девиц колдовским взглядом, но, к своему ужасу, не обнаружила в них ни магических сил, ни ведовского дара. Как они могут преподавать ведьмам? Более того, им самим ещё нужно учиться. И не один год!

– Меня зовут айса Лейла Интар, можете называть меня айса ректор или айса Интар – как удобнее. Кто исполнял обязанности ректора в моё отсутствие?

– Никто, – вразнобой пробормотали девицы, испуганно переглядываясь.

– А мэра? – уточнила, надеясь, что ответ будет другим.

– Никто не посмел, – нерешительно проблеяла айса Роанд, которая вполне могла быть ученицей первого курса, обладай она хоть каплей дара. Да сколько же ей лет? Она школу–то закончила?

Я не позволила себе тяжело вздыхать или падать в обморок. Мне некогда! Тут дел непочатый край, а я ещё не видела ни учениц, хотя уверена, что там всё запущено, ни отчётов, ни собственного кабинета.

– Сэр Родерик, проведите меня в кабинет ректора, пожалуйста. Уважаемые айсы, жду вас через час у себя с докладом, пожеланиями и предложениями. Уверена, у вас есть идеи, как привести академию в порядок к новогодним праздникам, до министерской проверки осталось не так много времени, так что принимаются даже самые фантастические варианты. Вдруг!

Подмигнула, стараясь показаться не такой стервой хотя бы при первой встрече, но девушки сжались, будто я плюнула в них ядом.

– Что не так? – спросила въедливо.

– Мы так быстро не успеем, – пробормотала айса Арог.

– Придётся, – бросила я и посмотрела на Родди. Тот открыл дверцу, приглашая пройти вперёд. – Чукки, до встречи. Остальных жду через час. И не опаздывайте, айсы, я этого не люблю.

Не была бы ведьмой, осенила себя знаком Двуликого, до того страшно было входить в древние, изъеденные плесенью чертоги. Но пришлось делать независимый вид и беззаботно, легко и пружинисто шагать в кабинет, который, к слову, выглядел вполне пристойно.

– Кошмар! – тем не менее ужаснулся фамильяр. – Ещё хуже, чем в преподавательской.

– Сгодится, – резюмировала я. – Чисто, светло, есть стол и шкафы.

– Допустим, шкаф здесь только один, – оскорбился в лучших чувствах Родди. – А это, простите, рухлядь.

– Винтаж.

– Рухлядь, – настойчиво повторил Родерик.

– Предлагаешь использовать тебя по назначению и не пользоваться ими? – хмыкнула я, кивнув в сторону классических и древних, как драконы, предметов мебели.

– Пожалуй, они действительно вполне пригодны, – нехотя согласился ревнивый фамильяр. И тут же перешёл к делу: – Лейла, мы в глубокой заднице!

– Сэр Родерик! – ужаснулась я, впервые услышав подобное от любимого шкафчика.

– Я и сам шокирован, Лейла, но это самое мягкое высказывание из тех, что максимально приближены к ситуации. Итак, докладываю. Хотя нет, ты лучше присядь.

Я выдвинула стул, заметив, что он шатается, надавила на него, проверяя, выдержит ли вес изящной ведьмочки, и лишь затем уселась. На всякий случай не откидываясь на спинку.

– Жги!

– Тебе бы расслабляющее зелье принять.

– Родди!

– Прости, Лейла. Я должен тебя защищать и потому сейчас крайне озадачен. Не представляю, как ты справишься с новостью.

– Я тебя сейчас придушу! Тьфу ты! Распилю!

– Ладно–ладно, я по порядку: во–первых, ректор академии выполняет функцию мэра этого города, – осторожно проговорил шкаф.

– Это я знаю. Смирилась. Ты поможешь.

– Конечно, помогу, – мягким, увещевательным тоном согласился Родди, явно пытаясь подготовить меня к какой–то особенной гадости.

Что может сравниться с обязанностями мэра? У Гидеона кабинет через стену? Так не поверю, он надолго застрял в столице.

– Не тяни.

– Второе – на тебе так же все конкурсы местных кулинаров.

– Не страшно.

– Это ты так думаешь, – не согласился Родерик. – В пункт включено не только судейство, дорогая. Это и разрешение конфликтных ситуаций, и расследование преступлений, и разбор жалоб, и многое другое.

– Оставим их без присмотра, они друг друга отравят, мы честно обвиним выживших и так решим этот вопрос, – нарочито жестоким тоном предложила я раз и навсегда закрыть неприятную тему.

– Если бы ты была обычной ведьмой, Лейла, я бы тебе поверил, но ты у меня нежный цветочек, так что готовься морально: легко не будет.

– Что–нибудь придумаем. Говори уже, Родди, что здесь самое ужасное. У меня нервный срыв на подходе.

Я подскочила, не в силах выносить ожидание. Не люблю, когда тянут кота за хвост.

– Самое ужасное – это местные ведьмы.

– Совсем никакие? Слабые? Что, даже ни одной олимпиады не выиграем? Родди, говори правду, нам нужны дотации. Неужели они совсем глупые?

– Они толстые! – как на духу выпалил Родерик. – Совсем толстые. Как три тебя каждая.

– Милый, я тебе уже говорила, что ведьмы не бывают толстыми, это невозможно. Дело в том, что мы тратим очень много силы во время…

Я ещё говорила, когда до меня дошло, что в академии изящных искусств нет нормальных педагогов, а значит, полноценного обучения и колдовства тоже. А если ведьма не колдует, она ест и, вероятно, полнеет. Даже была заметка в газете, что в немагических мирах дамам тяжело сражаться с лишним весом, поскольку их природная магия заблокирована.

– Угу, – подтвердил фамильяр, без труда читая мои мысли. – Так и есть. И чтобы ты понимала масштаб катастрофы: они вообще не умеют колдовать.

Закрыла глаза, вспомнив прежде непонятную мне жалобу от содружества мётл.

– Постой, но летать на мётлах ведь умеют? – уточнила я, запутавшись в сведениях.

– Не-а. Мётлы летают самостоятельно: в основном доставляют пирожные из кондитерских.

– Тушите свет.

– Света здесь, кстати, тоже нет. Свечи не закупили, – добил меня Родди.

Я медленно прошла к окну. Обозрела с высоты третьего этажа свои владения. Оценила масштаб трагедии. Покусала губы. Затем обернулась к фамильяру и твёрдо произнесла: «Он за это ответит».

– Даже не сомневаюсь, дорогая. С чего начнём?

Глава 5

Когда у тебя есть задача, тебе некогда заниматься ерундой. Ты идёшь к цели, сметая преграды на своём пути и не останавливаясь.

Я с упрямством боевого носорога рыла документацию, обнаруживая кое–как прикрытое безобразие. Складывалось ощущение, будто Форнат никому не интересен вообще. Не только министерству образования, но и – это самое удивительное и я бы даже сказала, невероятное! – налоговой службе. И если в первое я могла поверить, то во второе – никак. Дело было нечисто.

– Ничего не понимаю, Форнат – курортный город, я читала документы, здесь есть отели, кондитерские, сюда приезжают люди, – бормотала я, копаясь в пыльных бумагах.

– Только вот магазины старые, приезжих мало; с виду Форнат, конечно, как картинка, но атмосферы беспечного отдыха в нём не ощущается, – вставил сэр Родерик. – Может, как курорт он не состоялся, потому его бросили на произвол судьбы?

– Это граница, Родди. Граница должна быть прикрыта как минимум действующей армией или пограничными войсками, да хотя бы академией боевых магов. Те такое наворотить могут по неопытности, что любые враги побоятся сунуться. Как и свои, впрочем, – хмыкнула я. – Нет, здесь что–то другое.

– Проведём расследование! – радостно воскликнул Родерик, но тут же сдулся. – А у нас даже брючных костюмов в клетку нет. Сейчас в моде двубортные, такие красивые. Тебе бы пошёл бордовый с тёмно–зелёным, а под него рубашку горчичного цвета… да! Отличный вариант. Сбегаю закажу!

– Стоять! – рявкнула я, хотя шкафчик уже светил задней стенкой в дверном проёме.

На его счастье двери здесь были по старинке распашные, способные вместить маленькую армию, и моему крупногабаритному фамильяру не приходилось протискиваться боком, как обычно.

– Ну, Лейла, – заныл Родерик. – Ты должна выглядеть достойно! Я уже познакомился с одной швеёй…

Я застыла. Швея – отличный источник информации. Ей не придётся, как Марте, выведывать тайны города, она ими уже владеет. Что мой фамильяр умел делать на отлично, так это налаживать связи.

– Ладно, но у тебя будет важное задание.

– Будет исполнено! – отрапортовал Родерик.

Мысленно надиктовала список вопросов, велев не лениться и не отвлекаться на простую болтовню, а так же экономить наши деньги, потому что грузовые драконы – это роскошь, а не необходимость.

Родди обиженно хлопнул створками, но я знала, что задание ответственный шкаф выполнит в точности. Ему нужны были такие своеобразные «пинки», иначе он забывался и транжирил честно заработанные мной денежки без малейшего чувства вины. И не останавливаясь!

Преподаватели академии заявились дружной компанией, выглядели так, словно согласовали, что и как говорить. Подготовились. Но куда им до ведьмы, которая много лет работала в системе образования, притом в самом эпицентре гадючника – в министерстве!

– Я вас внимательно слушаю, – начала, сверкнув глазами. – Начнём с главного вопроса – как вы здесь оказались, если не соответствуете требованиям, предъявляемым к педагогам высших учебных заведений для ведьм?

Девицы явно не ожидали столь откровенного вопроса, потому вытянулись на стульях и только хлопали белёсыми ресницами. Пришлось поторопить их грозным «Ну?»

– Мы… нас поставил… дядя.

– Папа…

– То, что вы родственницы, для меня не секрет. Итак, кто у нас дядя и папа? – уточнила нейтральным тоном, потому что не сомневалась – это определённо кто–то из влиятельных жителей города и ссориться с ним мне не стоит.

– Мариус Рих. Он держит сеть отелей с ресторанами и банями, а также является владельцем единственного в городе банка, – с достоинством произнесла айса Арог, преподаватель литературы и письменности.

А это многое объясняет. Очень многое. И плохое состояние академии в том числе, ведь деньги из министерства приходят, разумеется, в единственный банк и, похоже, там и оседают.

– Почему ваш дядя не захотел занять место мэра? Я ведь верно понимаю, что вы сидите без ректора довольно давно, значит, и роль управителя города никто не выполняет? – продолжала допрос я.

– У Форната свои традиции и правила, часть из них написана кровью местных жителей, – проговорила айса Арог.

– Предков, – вставила тоненьким голосом преподаватель рисования айса Анна Рих. – У Форната может быть лишь один главнокомандующий.

Поскольку девушки не спешили просвещать меня дальше, а выглядели, словно зайцы перед инфарктом, пришлось домысливать.

В истории города был интересный инцидент, когда глава храма и действующий военачальник не смогли поделить сферы влияния во время осады и едва не проиграли сражение. После этого во всей стране влияние храмовников существенно урезали, ограничив их полномочия.

Однако в самом Форнате, по всей видимости, возникло дополнительное правило – в городе есть лишь один начальник. И так вышло, что сейчас это я. Та–дам! Радость–то какая!

В свете последних событий картина вырисовывается ещё более интересная, чем я думала изначально: Мариус Рих, хитрый и дальновидный делец, возжелал занять место градоуправителя, но поскольку глава академии по умолчанию выше любого другого и по статусу, и по уровню магии, он решил уничтожить академию Форната, как явление, и тихонько занимается подрывной деятельностью.

Вот ведь жук!

Ещё один коварный враг стоит у меня на пути!

– Кто преподавал в академии до вас? – спросила у девиц, которые от моего молчания не успокоились, а напротив, накрутили себя до заикания.

– В–в–в-в-ведьмы, – кое–как выдавила из себя айса Арог, как самая старшая.

– Куда делись?

– В–в–вернулись в-в с-столицу, – ответила она, зеленея.

– В обмороки будете падать, когда я разрешу! – рявкнула строго. Тут времени–то всего ничего до проверки, а у меня с прибытием в Форнат в час прирастает по новой проблеме.

Девчонки вздрогнули, но пришли в себя, только самая юная и, как мне прежде казалось, самая дерзкая, айса Роанд вцепилась в сидящую рядом сестру.

– Айса Интар, пожалуйста, – проблеяла та, пытаясь отцепить сжавшие её до синяков пальцы.

– Айса Роанд, – обратилась я к испуганной пиявочке, – разожмите руки и сделайте несколько глубоких вдохов. Я не собираюсь вас есть или проклинать. Пока не за что, – добавила, чтобы не расслаблялись, хотя на самом деле это была лишь стандартная шутка.

Не знаю, как в нашей стране сохранились столь дикие пережитки прошлого, но многие люди до сих пор побаивались ведьм и пугали нами детишек.

– В-вы в-ведь это несерьёзно? – проговорила испуганная айса Нин, штатный зельевар.

– Ни одна ведьма не станет есть людей, – успокоила я девиц. Но мерзопакостный характер заставил добавить: – Вы невкусные.

Осознание, что я знаю вкус людей, настигло крошек Рих в один момент. Они едва со стульев не попадали. Те и так–то держатся на честном слове и остатках магии, дерево уже давно раскрошилось–расшаталось.

И как эти трусихи преподают местным ведьмам? Ясное дело, что никак. Боятся их, небось, до истерики, если даже мои невинные шуточки заставляют их бледнеть и испуганно пучить глаза. Ну, дурёхи!

Если до этого я ещё думала как–то их пристроить к работе, сейчас могла поручить им разве что прополку сорняков во дворе.

Впрочем, не будем бежать впереди повозки, возможно, они на что–то сгодятся. Как говорится, с поганой овцы хоть шерсти клок. Мудрость о том, что врага стоит держать ближе, чем друга, тоже вполне может сработать.

К концу разговора с «преподавателями года» я нервно дёргала глазом. Забитые, затюканные, они ничего толком не знали о положении дел в академии и городе, но, как оказалось, всё–таки преподавали. И ведьмы их слушали, надеясь на протекцию дяди Мариуса, ведь в маленьких городках устроиться на работу непросто, а уж с тем образованием, что давала академия изящных искусств Форната, тем более.

Я решила не прятать голову в песок, всё же нахожусь в городе у моря, здесь актуальнее пучина отчаяния. Мелочиться не привыкла, потому предпочла нырнуть в неё с головой: сразу после бестолковой и угнетающей беседы с педагогическим составом пошла знакомиться с ученицами.

В конце концов, я ведьма, а мы умеем держать себя в руках. Не седеем, не падаем в обмороки. И куда более прочные, чем может показаться при взгляде на наши изящные фигурки.

Подумаешь, пухленькие ведьмочки!

Зная, как Родди любит преувеличивать лишние килограммы, не сомневалась, что увижу стройных молодых ведьм с круглыми щеками максимум. Но жизнь в очередной раз ударила пыльным мешком по голове.

Я стояла на специальном возвышении на плацу и только хлопала глазами, видя этих… дегустаторов пирожных!

– Ведьмы не седеют, ведьмы не седеют…

– Что вы говорите? – уточнила айса Арог. Как самая старшая, она взяла на себя ответственность за общение с грозной ведьмой, прикрывая младших сестёр, которые делали вид, что присматривают за ученицами, а потому не поднимались к нам на специальный помост, а стояли рядом.

– Ничего, – ответила, запрещая себе комментировать парад «изящных ведьм». – Созерцаю.

– Посмотреть есть на что, – согласилась айса Арог. – Девочки очень талантливые! Прекрасно рисуют, готовят, варят…

– Компоты, чтобы запивать пирожные? – уточнила я нервно.

– Да, – вынуждена была согласиться преподаватель литературы. – Но они хорошие, правда. И в еде разбираются прекрасно!

– А должны разбираться в проклятьях, заклятьях, зельях и снадобьях. И нечисти, разумеется.

– Вы правы, – со вздохом ответила айса Арог. – Айса Нин пыталась учить с ними зелья по учебнику, но они не умеют рассчитывать силу, а Нин не может им объяснить, как это правильно делать, ведь сама она не владеет даром. Так что мы подумали с сёстрами и решили: пусть варят компоты, морсы и сложнокомпонентные отвары трав. Хоть какая–то практика.

Я посмотрела на юную айсу с уважением. Рассуждает здраво. И, похоже, действительно пытается что–то сделать для академии и самих ведьмочек.

– Вы ведь понимаете, что дядя поставил вас сюда не для того, чтобы учить, – проговорила я тихо, сама же чётко отслеживала собеседницу. Если слукавит, узнаю.

– Он от нас избавился, айса Интар. Он всегда хотел сыновей и никогда нас не любил. Сказал, что мы бесполезные и глупые, что он не собирается давать нам приданое, а потому мы должны его заработать. Единственное, чем помог – отправил сюда, когда ведьмы–преподавательницы сбежали в столицу. И да, мы понимаем, на что он надеется. Ваши предположения верны, – со вздохом завершила пламенную, но горькую речь юная девочка, на долю которой выпало сразу столько испытаний.

Она не лгала и искренне верила в каждое произнесённое слово. Я же понимала, что с прибытием в Форнат всё глубже увязаю в его проблемах. Теперь на моей шее ещё несчастные девицы. Честное слово, лучше бы они были врагами, я бы без труда их вышвырнула из академии и навела свои порядки.

Впрочем, последнее мне предстоит в любом случае.

Обвела тяжёлым взглядом неизящных учениц академии изящных искусств, не позволила себе сделать глубокий вздох, проявив тем слабость. Выпрямилась, заставила ветерок взлохматить тёмные волосы для большей эффектности и заговорила.

– Добрый вечер, девочки. Меня зовут айса Интар, я ваш новый ректор. Знакомиться лично будем позднее, но сразу обрисую вам ситуацию во всей красе: к новогодним праздникам прибудет министерская проверка, которую возглавит лично новый замминистра образования Гидеон киф Клетус. Он боевой маг и не любит ведьм, так что на его лояльность рассчитывать не стоит. Думаю, мне не нужно объяснять, какое будущее вас ждёт, если академию расформируют?

Сделала театральную паузу, ожидая, когда до каждой юной ведьмы дойдёт весь ужас положения, затем посмотрела на айсу Арог.

– В Форнате нет альтернативы. Девочкам придётся или поступать в академии других городов или жить как простые смертные, – проговорила она несчастно.

Умничка. Молодец. Отличный ответ. И очень своевременный.

Без документа о законченном образовании нельзя использовать чары, а стать обычным человеком – хуже не придумаешь.

Ведьмы нервно вытянулись, даже животы втянули. Попытались.

Да, милые, вас с такими формами ни в одну академию не примут. К ведьмам всегда предъявляют самые строгие требования, и вес – не исключение, поскольку один из основных ежегодных экзаменов – скоростные гонки на мётлах, от которых в том числе зависит рейтинг учебного заведения. Правда, думаю, прежде никто не сталкивался с проблемой лишнего веса у ведьм, это я такая «везучая». Но я её решу! У меня нет другого выхода.

– Хотела бы сказать, что с завтрашнего дня у вас начнётся совсем другая жизнь, но… – Я выдержала театральную паузу и посмотрела на то, как испуганно выглядят ведьмочки, которых коварный Мариус Рих попытался лишить возможности реализовать свой дар так, как предначертано богами. Они ведь ни в чём не виноваты. Вообще. Наивные и маленькие, ещё добрые и милые. Да, полненькие. Но это дело поправимое. – Девочки, новая жизнь у нас с вами начнётся уже сегодня. К сожалению, с диеты и зарядки. Мы не дадим коварным мужчинам лишить вас достойного будущего.

– Не дадим! – поддержала айса Арог. Затем посмотрела на меня, хлопая прекрасными голубыми глазищами и неуверенно спросила: – У нас ведь получится, да?

– Утереть нос мужчинам – дело принципа, – проговорила я, мстительно сверкнув глазами. – У них нет ни малейшего шанса на победу.

Милые–добрые ведьмочки коварно улыбнулись. Они ещё не осознали, что я лишу их самого святого, что у них есть – пирожных. Но на войне, как на войне!

Глава 6

Я предпочитала решать проблемы по мере поступления, но в Форнате накопилось слишком много рутинных дел, словно их годами откладывали на потом, зная, что рано или поздно прилетит на метле волшебница айса Интар, взмахнёт волшебной палочкой и всё моментально наладится.

К сожалению, даже в сказках героиням приходится трудиться, в реальной жизни им и вовсе приходится пахать, не покладая рук.

Несмотря на то, что я только прибыла, отдыха себе не дала. У меня есть четыре с половиной месяца на то, чтобы привести девиц в норму – под грузоподъёмность мётел, научить их на них летать или хотя бы не падать кулем, подтянуть все предметы и…

Составленный список пугал количеством пунктов, но в трепет приводило иное – это лишь вершина айсберга. Что ждёт под водой – большой вопрос.

Перед сном я написала несколько писем и отправила Родерика на почту, велев на обратном пути узнать, как устроилась Марта. Возможно, у неё уже были важные сведения.

Спать ложилась несколько раз. Но тут же подскакивала, записывала всплывшие не вовремя задачи в бесконечный список, отвлекалась, шла выпить воды, посмотреть в окно, выглянуть в коридор… А уж как манила дверь в рабочий кабинет!

В какой–то момент я не выдержала и заглянула туда, но заставила себя подойти не к столу, а к походному ридикюлю, достать умиротворяющее зелье и сделать глоток. Кажется, без него я спать здесь не смогу.

Зелье работало на ура, но, к сожалению, организм любой порядочной ведьмы после дикого стресса требует не только сна, но и толику–другую жизненной силы, желательно от магически и физически выносливого красавчика, так что утром встала неудовлетворённая и злая.

Время было неприлично раннее, и я, накинув коротюсенький халатик из новой коллекции модного дизайнера с непроизносимым именем, отправилась в кабинет. На свежую голову разобрала бумаги, посчитала приход и расход средств, искренне понадеялась, что Донна не станет тянуть с ответом и я скоро узнаю, насколько честно распоряжались финансами в академии изящных искусств. Возможно, хотя бы с деньгами всё не так плохо, я смогу заказать свечи и нормальную форму, потому что ученицы академии ходили кто в чём. Притом в нашем случае начинать нужно было с тренировочной одежды и обуви! На учебную форму разоримся перед проверкой – когда ведьмочки похудеют.

К всеобщей побудке ознакомилась с личными делами учениц. Их оказалось не так много, всего пятьдесят семь. Учитывая, что уровень образования первого и пятого курса по всем магическим предметам на начальной ступени, можно смело разбить их на две группы и тиранить учёбой сообща. Марта и сэр Родерик помогут.

Я полностью погрузилась в работу и не сразу поняла, что академия наполнилась звуками. Странными. Страшными. Казалось, кто–то разносит стены бронебойным орудием.

Подскочила, на ходу призывая метлу, вылетела в коридор. Как была – в халате, неумытая, растрёпанная – так и слетела к кухонным дверям, замурованным мной посреди ночи.

– И что это мы здесь делаем? – сурово сузив блестящие колдовским огнём глаза, спросила у голодных и злых девочек.

Не уверена, что они присутствовали в полном составе, но подозрения на сей счёт были. Аншлаг!

– Леди–ведьма…

– Я не леди, – произнесла с достоинством, хотя про себя закипала ещё сильнее. По больной мозоли топтались девицы, по очень крупной, кровоточащей и болезненной.

– Мы всего лишь хотели позавтракать! – выкрикнула одна из ведьмочек, агрессивно толкая дверь в кухню.

– В пять утра. Позавтракать. Когда подъём в семь, – проговорила я, складывая руки на груди. – Ну–ну. И для этого нужно взламывать дверь в кухню?

– Вы лишили нас ужина! – закричал из толпы обвинительный голосок.

– И пирожных! – поддержал его ещё один такой же. Озлобленный и голодный.

Я заставила метлу подняться повыше, подсветила свою персону кроваво–красным огнём, чтобы все присутствующие отлично меня видели и немного ужасались.

– Мои дорогие девочки, – обратилась я к ведьмочкам–революционеркам. – Когда академию закроют, я пойду работать в министерство и буду получать прекрасную зарплату, ещё и тиранить моего «любимого» замминистра. А вот вы! – Сделала неприлично–долгую паузу, предоставляя возможность девицам сильнее испугаться, лишь затем продолжила: – А вот вы, мои хорошие, пойдёте чистить картошку, стирать местным кумушкам бельё, растить их детишек, и проживёте скучную жизнь лишённых дара. Впрочем, по этой же причине ваша жизнь будет короткой и грустной. Без перспектив.

– Ой, – донеслось из толпы.

– Я не собираюсь нянчить вас или делать за вас вашу работу. Хотите диплом – худейте, тренируйтесь, учитесь. Я здесь для того, чтобы помочь. Не хотите – забирайте документы; не стоит тратить моё драгоценное время, я лучше уделю его настроенным на победу девочкам. Есть здесь такие или мне не стоит разбирать чемоданы?

Последнюю фразу проговорила неожиданно устало. Голос сел – то ли от нервов, то ли от недосыпа, уж не знаю. Но на ведьмочек именно это сработало подобно удару хлыста.

Они выпрямились, закивали, задакали, а затем и вовсе пообещали держать себя в руках. А я, признаться, была в таком жутком стрессе, что едва не расплакалась от облегчения, когда хоть что–то в этом демоническом Форнате пошло на лад.

– Раз уж не спите, идите делайте зарядку, а затем приступайте к уборке территории. Вместо физкультуры, – крикнула в спины девочкам. Те неожиданно быстро и ловко улепётывали восвояси. Надеюсь, всё же заниматься и худеть, а не к спрятанным под подушками шоколадкам.

– Мужика тебе надо, Лейла, – со вздохом заметил Родди. – Ещё несколько дней таких нервов и ты с горя соблазнишь Мариуса Риха.

– А он красавчик? – спросила совершенно без инициативы, лишь бы разговор поддержать.

– Моральный урод в полном расцвете сил и способностей. Учитывая красоту твоего педагогического состава, внешне он явно неплох, но ведь гад.

– Тоже верно, – вздохнула я и направила метлу на верхний этаж – к кабинету, бормоча под нос: – Гидеон… засранец. И здесь подкозлил.

– Да, далековато к нему бегать, – согласился нагло подслушивающий фамильяр.

– Я не об этом! – возмутилась не на шутку, отправляя метлу отдыхать и проходя в кабинет, куда тут же засеменил и Родди, мелко перебирая ножками. И как только успел так быстро подняться?

– И всё–таки мы оба прекрасно знаем, почему ты сегодня вся такая красивая. Халатик ты, между прочим, впервые надела. Думала, он придёт выяснять отношения, – продолжал гнуть свою линию фамильяр. – А ведь я говорил тебе, Лейла!

– Заткнись! – беззлобно попросила я, усаживаясь за стол.

– Ты должна завести себе нормального мужчину и прекратить возбуждаться только на этого замминистра. Посмотри, какую он тебе свинью подложил! Да что там! В каждый угол города – по свинье! – негодовал Родерик. – Не вздумай его соблазнять, если увидишь! Терпи!

Подняла суровый взгляд на бесстыже пробравшегося в мои мысли фамильяра.

– Я. Не собираюсь. Никого. Соблазнять. Мне некогда! – рявкнула так, что окна в кабинете беспомощно распахнулись, впустив утреннюю прохладу с едва уловимыми нотами морской соли.

– Ну, ладно, ладно. Я просто подстраховался, – пошёл на попятный шкафчик. – Тревожит меня, что после всего случившегося между вами по–прежнему искры летают. Одни твои новые книги чего стоят. Это в каком же он был состоянии, что ты смогла вынести у него полстеллажа? Вы ведь оба помешаны на книгах и цените их куда больше, чем людей. Он за один корешок удавится.

– Родди, – прошипела я змеёй.

– Что Родди? Что Родди, Лейла? – Шкаф затопал ногами недовольно и грозно. – Я тебя предупреждаю, моя дорогая: не связывайся с ним. Боги с этой академией. Проваливай задание и поехали куда–нибудь в милый и приятный городишко, где нет никаких академий, и у него не будет повода туда типа случайно приехать. Будешь варить зелья, продавать, нам на всё хватит: и на платья, и на туфельки новые…

– Родди!

– Я волнуюсь!

– Ты хочешь, чтобы я сдалась! – рявкнула зло. – Но будет так, как решила я, сэр Родерик Кенсингтон Третий! И вы мне поможете! Не отвертитесь!

– Да куда я денусь, – буркнул шкаф, пятясь из кабинета. – Пойду проконтролирую девочек.

– Будь любезен!

Фамильяр давно ушёл, а я всё смотрела невидящим взглядом боги знают, куда. Шкаф был прав, гад проницательный. Гидеон, змей красноречивый, красивый, да обольстительный, зацепил меня не на шутку, неспроста ведь я его когда–то выбрала. Столько лет не виделись и вроде ничего, как–то жила, а тут одна встреча, притом не самая приятная, и мне вновь снятся сны, в которых он…

Если бы ведьмы умели краснеть, залилась бы румянцем. Однако у меня не было на воспоминания ни времени, ни сил, я и так зря здесь расселась, дела не ждут.

Подорвалась, словно ненормальная, опрокинув стул и смахнув ненароком кипу бумаг.

Осознала, что творю.

Выдохнула.

Потрясла головой.

Нагнулась, подбирая разлетевшиеся листки.

И ровно в этот момент скрипнула дверь.

– Кхм. Кхе. Н-да уж, – забормотал незнакомый мужской голос.

Незнакомый! Мужской! Голос! Клянусь, сейчас я впервые в жизни была бы рада, если бы зашёл новый замминистра! Не было бы так стыдно.

Но это не он.

А я стою, простите, буквой «Г» ко входу, ещё и в коротюсеньком наряде от столичного дизайнера, явно не предусмотревшего, что произведение его извращённого мозга могут использовать где–то, кроме будуара. Ведьмочки–то ладно, спокойно и с достоинством пережили такой наплыв красоты и очарования, а вот мужчина средних лет с военной выправкой краснел и явно был готов к чему угодно, кроме переговоров.

Не стала спешить выпрямляться.

Во–первых, уже опозорилась.

Во–вторых, это, судя по голубым похотливым глазкам и светлой шевелюре и есть мой злостный враг.

В-третьих, преимущество в войне с такими мужчинами на вес золота, так что пусть дезориентируется по полной!

Неспешно собрала бумаги, выпрямилась изящно и плавно, откинула растрёпанные тёмные кудри за спину, демонстрируя выдающиеся округлости спереди, а то он, бедный, их–то совсем не заметил. Непорядок. Сделала вид, что не слышала его кхеканья, удивлена и испугана, а потому нервно дёрнулась и вновь выронила тщательно собранные листы бумаги.

– Ах! Что вы здесь делаете? – возмутилась, округлив глаза и приоткрыв рот – точь–в–точь, как рисуют в непристойных журналах для мужчин. – Вам стоило постучать, я сегодня не принимаю.

Нервно облизнуть губы, коснуться тревожно вздымающейся груди, похлопать ресничками.

Жаль, не накрасила, но я и так хороша.

Дыши глубже, Лейла, пусть смотрит на приоткрытую и красиво декорированную кружевом грудь, думать о делах ему нельзя.

– Простите! – с жаром выдохнул незваный гость. – Прошу покорнейше меня извинить, прекрасная айса Интар. Я – Мариус Рих. Зашёл уточнить, не нужно ли вам чего.

Мужчина даже головой тряхнул, настолько удивился последней фразе. Явно ведь планировал иное. Но об этом потом. Берём быка за рога, пока клиент в нужном состоянии.

– Ах, милейший Мариус! – воскликнула я, прижимая руку к пышной груди, умудряясь её продемонстрировать во всей красе. Смотрите – не стесняйтесь! Туда же моментально прилип взгляд мужчины. – Нельзя ведь так с дамами.

Я хотела обессиленно шлёпнуться на стул, но побоялась, что он не выдержит напора красоты и развалится, так что опустилась в него максимально изящно – отставив ножку, чтобы из–под коротенького тёмно–зелёного халата показался кружевной край ещё более коротеньких чёрных шортиков.

Мариус промокнул испарину на лбу и разве что не облизнулся.

– Простите, – выдохнул он ещё раз, словно других слов не знал.

– Вы так меня смутили. Безумно смутили, Мариус, – обмахивая руками лицо, причитала я. – У меня столько дел, столько дел. Я как раз хотела обратиться к вам, как к главному попечителю академии, поблагодарить вас за всё то, что вы сделали для моих милых девочек, для преподавательниц, которым пришлось так нелегко. Вы – мой герой! – воскликнула, взмахнув руками так, чтобы от моего тела пронеслась тончайшая нота хитро составленного парфюма, врезалась в его рецепторы и превратила в ещё более возбуждённого и податливого кавалера.

– Я? – удивился Мариус Рих, но вяленько. Значит, можно прекратить махать, как полоумная, аромат проник куда нужно и оказывает воздействие. Ну не молодец ли я?

Совесть ехидно шепнула, что я мазалась зельем, рассчитывая на визит совсем другого мужчины, ведь бесстыжий Гидеон прекрасно знал о моей маленькой проблемке и, как любой половозрелый самец, готов был оказать посильную помощь.

Да, я неправильная ведьма! Ну, не могу я спать с кем попало. Брезгливая я! А Гидеон – меньшее из бед. Его я хорошо знаю, он мой первый и единственный мужчина. И вообще! Я не обязана оправдываться перед собственной совестью.

«Но оправдываешься», – ехидно шепнула эта негодяйка.

Пришлось закончить внутреннюю болтовню и вернуться к опасному гостю.

– Разумеется, вы! – проговорила, приподнимаясь на стуле и подаваясь через стол в его сторону. Так, чтобы грудь красиво легла на столешницу. – Ведь именно вы столько лет не позволяли предыдущим ректорам бездарно растрачивать бюджетные средства, – вдохновенно вещала я. – Именно вы сохранили их для меня. Я безумно, безумно вам признательна и готова… – с придыханием произнесла я и облизнула губы.

– Да? – выдохнул мужчина, копируя моё движение, подаваясь навстречу.

– Там ведь так… ах!.. много… Да?

Я послала ещё одну волну сногсшибательного аромата в его сторону и Мариус Рих окончательно поплыл. Однако выдал неприятный ответ!

– Там нет денег.

– Где же они? О, Мариус! – воскликнула я, выпрямляясь. Глаза мои были полны слёз.

– Пирожные… – пролепетал он.

Нет, ну это уже перебор! То есть этот прохвост воровал деньги академии для того, чтобы оплачивать счета из кондитерской? Все эти пирожные от мастера Андре – не подарок, не подкуп, а грандиозная хитрость Мариуса? Ну даёт! Умный паразит. Но и я не промах.

В очередной раз похвалила себя за то, что не стала откладывать на завтра то, что следовало сделать по прибытии – проверила счета хотя бы предварительно.

– Простите, Мариус, но ведь академия никогда не заказывала пирожные. Этого нет в расходных книгах, более того, ведьмам запрещено есть сладости, и это одна из запрещённых категорий в образовательных учреждениях, никто и никогда не подтвердил бы подобный платёж, нас ведь бесконечно проверяют. И бюджет академии явно не располагает достаточными для этого средствами, – наивно хлопая глазами, продолжила я, понимая, что сейчас действие зелья сойдёт на нет. Бизнесмены – особая категория граждан, на них вообще плохо действуют любые примочки, особенно, когда их пытаются обжулить.

Но непристойное неглиже сработало лучше зелья, продлив его эффект.

– Видимо, закралась ошибка, – проговорил мужчина, всё ещё находясь в зоне действия моего «припудренного магией» декольте.

– Видимо, – подтвердила я сладким голосочком и продолжила ворковать: – Полагаю, средства академии находятся там, где им положено – на счетах вашего прекрасного банка. Надеюсь, вы устроите для меня экскурсию. Всегда хотела посмотреть кабинет настоящего банкира. Он, наверное, такой красивый, статусный, с прекрасной кожаной мебелью, не то, что моя скромная ректорская обитель, – несчастно продолжила я. Нет, ну вдруг сработает! Вряд ли, конечно, но от спонсорской помощи академии в таком состоянии отказываться категорически запрещено! – Ах, простите, я не предложила вам напитки! – всполошилась, понимая, что пора мужчину выводить из очумелого состояния, всё–таки мне нужны сведения, а не только упражнения в актёрском мастерстве.

Мариус резко очнулся. Понял, что находится у ведьмы, в руках которой даже чистейшая родниковая вода может в одно мгновение превратиться в яд.

– Я… Я по делу, Лейла.

– Тогда позвольте мне одеться? – не меняя чарующего тона на деловой, проговорила я, и направилась в свою комнату, нарочно не закрыв дверь. – Расскажите пока, о чём хотели побеседовать, я вас прекрасно слышу! – крикнула, тщательно контролируя ехидство, так и норовящее выползти на белый свет.

Швырнула халат на пол, точно попав на доступную мужскому взору территорию – падающую из кабинета в спальню полосу света. Быстро переоделась в приличное одеяние, нанесла несколько капель зелья на запястья, шею и под волосы, и вновь поторопила Мариуса. Пусть начинает, а я посижу в засаде, послушаю реакции его тела с применением новейших ведьмовских техник.

Закрыла глаза, настроилась на мужчину. Заодно буду контролировать его передвижения. Не хватало ещё, чтобы он набрался наглости и переступил порог моего логова. Но это вряд ли. Ведьма официально не пригласила, и только дурак рискнёт войти самовольно.

Прислушивается к моим движениям, хитрец. Замер.

– Ох, Мариус! Вы должны мне подсказать, что делать с деньгами и документами, вы ведь наверняка всё знаете, вы такой умный и опытный. Банкир! – с придыханием произнесла я. – Это мне необходимо писать в министерство и просить провести внеплановую проверку банковских счетов? – тоном совершенно безопасной и плохо соображающей в цифрах девушки проговорила я. Уверена, в Форнат всегда присылали слабых управленцев, так что айс Рих не станет сомневаться, что я именно такая бестолковая.

Однако маневр не удался – почувствовала, как мужчина резко изменил местоположение, совсем не торопясь с ответом. Выскочила в кабинет, наблюдая, как мужчина едва ли не по пояс залез в дальний шкаф у стены, где вчера лежали расходные книги.

Улыбнулась. Сейчас они покоятся на прикроватной тумбе. Читаю их вместо эротических рассказов, очень помогают уснуть.

Сделала шаг в темноту, потопала, позволяя мужчине вернуться на прежнее место.

– Я ведь не могу без денег. Пусть, наверное, приедут из столицы и на всё сами посмотрят. Да, так будет лучше всего, ведь к новому году прибудет министерская проверка, не хотелось бы отвечать ещё и за грехи предыдущих ректоров.

С этими словами я вышла из спальни, упакованная в строгий деловой костюм, надетый, однако, на одно лишь кружевное бельё. Глубокий вырез тёмно–зелёного пиджака надёжно приковал мужской взгляд, а щедро нанесённый хитрый парфюм добил противника окончательно.

– Деньги на месте, – проговорил Мариус. – Не стоит писать в министерство, у них и без нас полно хлопот. Я лично всё проверю и в самое ближайшее время вам доложу.

Учитывая направленность взгляда складывалось ощущение, что докладывать он собирается моей груди, но после слов «деньги на месте» я стала удивительно добродушной.

– Надеюсь, наши с вами цифры сойдутся, тогда мы действительно сможем обойтись без проверки, – заключила я со вздохом и довольно бодро проговорила: – Зайду к вам завтра с утра. Кстати, хотела вас попросить несколько изменить ваши щедрые пожертвования. Нам нужны не пирожные, а свечи, кирпичи для восстановления стен, трудовая сила. Если бы вы, Мариус, помогли мне привести академию в порядок, я была бы вам очень, очень, очень признательна, – проговорила, прижимая руку к груди.

Что–то я повторяюсь. Не умею мужчин соблазнять. Позор мне, позор. Не ведьма, а сплошное недоразумение.

Однако недостаток опыта с лихвой компенсировался практически вылитым на себя зельем, потому айс Рих пообещал мне и луну с неба, и экскурсию по банку, и ежедневную доставку цветов для столь прекрасной дамы.

Выпроводила я его с огромным трудом и, признаться, никакого облегчения не испытала. Да, я смогла выбить деньги академии в своё пользование, но ещё не ясно, какую пакость он придумает взамен. Я, конечно, диво, как хороша, но вряд ли стою бесконечной власти над городом.

Времени на всё катастрофически не хватало, ещё и академия гудела, словно улей, и я отправила ведьм и преподавателей в ближайший лес собирать травы. Прогуляются. Какой–никакой спорт, заодно подучат травы с айсой Нин, соберут ингредиенты для зелий, отвлекутся и развеются. Всё лучше, чем трескать пирожные и взламывать кухню. А я поработаю в тишине.

– Кто бы мог подумать, что какие–то куски сладкого теста могут быть таким грозным оружием, – пробормотала, разбирая бумаги в кабинете.

В следующее мгновение в дверь постучали и, не дождавшись приглашения, влетели, топая ногами, двое, явно намереваясь доказать, что не только «куски теста», но и их создатели – то ещё грозное оружие. Особенно для дамских сердец.

– Айс Андре, добрый день. А вы, я так понимаю, айс Нарон? – уточнила, глядя на ещё одного красавчика и гадая, почему я не поступила в кондитерскую академию, туда, судя по всему, берут не столько за магию, сколько отбирают по внешнему виду.

– Да! – экспрессивно ответил прибывший. – Наши кондитерские только что лишились заказов. По вашей, айса Интар, вине! Объяснитесь!

Колдовские зелёные глаза ещё одного шикарного брюнета вспыхнули магией.

О, а этот посильнее будет. Он и выше, и в плечах шире. Молодец Марта, что не кинулась с порога на мастера Андре. Чувствовала, что стоит подождать, есть вариант на порядок интереснее.

А Мариус быстро действует. Сам здесь растекался лужей, однако вышел за порог и за пару часов развёл бурную деятельность. Нужно было говорить, что зайду к нему не утром, а прямо сегодня. Хотя нет. Утро безопаснее. Я использовала слишком много зелья и могла его спровоцировать на действия, от которых нам обоим будет только хуже.

Улыбнулась той ведьмовской улыбкой, от которой у любого здравомыслящего человека подгибаются колени и начинают седеть волосы. Тени за спиной сгустились, огоньки свечей задрожали, делая тоненькую и хрупкую фигурку угрожающей и потусторонней.

– Поскольку вы, уважаемый айсы, явились до получения официальных уведомлений, позвольте лично вам сообщить, что вы обвиняетесь в пособничестве заговору против здоровья пятидесяти семи ведьм, – проговорила я шипящим шёпотом. Получилось неплохо – у самой волосы встали дыбом. Могу ведь, когда хочу.

Мужчины разом отступили на шаг и уже не казались столь мощными и злыми. Осознали. Прониклись.

Ведьмы всегда были на особом положении, действовали в рамках собственного устава, имея право даже казнить неугодных. Для столь серьёзных дел, разумеется, созывался особый совет, приглашались светские судьи, иногда – представители храма, но ведьмы оставались силой, с которой считались и которую побаивались, подозревая нас и в нечестной игре тоже. Не могу сказать, что люди были совсем неправы, всякое случалось.

– Айса Интар, – обратился кондитер Андре. – Смею предположить, что вы не совсем разобрались в ситуации.

– Я–я–я?! – прошипела–протянула ядовитой змеёй, не размыкая до конца губ.

Кривая, тщательно отрепетированная улыбка выглядит зловеще и прекрасно дополняет гневный образ. Пусть проникнутся сильнее. Я хоть и не кондитер, но знаю, что с выдержанным тестом проще работать. Вот пусть и они дозреют.

– Извините, я неверно выразился. Вы только прибыли в город и ещё не вполне знакомы с ситуацией, – защебетал Андре, изо всех сил делая непринуждённый вид, хотя бегающие глаза выдавали его с головой. – Мы – честные кондитеры. По крайней мере, я с полным правом могу говорить о себе именно так.

– Обалдел! – рявкнул на него конкурент. Правильно, пришли вместе – действуйте сообща и не тяните одеяло каждый сам на себя.

– Мы – честные кондитеры, мы выполняем заказы, участвуем в конкурсах, на нас работает много людей. Мы, разумеется, знали, кому идут десерты, но без этих заказов нам можно смело закрывать свои заведения! – в сердцах закончил Андре. – Давайте что–нибудь придумаем!

Требования кондитера заставили меня сильнее сузить глаза. Кто–то определённо забывается! А кто–то, напротив, хорошо соображает, несмотря на гневную первую фразу.

– Айса Интар, приношу свои извинения за неподобающие эмоции, был не прав. В своё оправдание хочу заметить, что мы… мы не думали, что это приведёт к подобным последствиям. Общеизвестно, что ведьмы не набирают вес. Клянусь, что не добавлял никаких специальных ингредиентов, все десерты выполнены с соблюдением норм и правил. Я действительно ума не приложу, как так вышло, – аргументировал свою позицию зеленоглазый кондитер.

– Да. Ведьмочки – это не обычные наши женщины, – поддержал Андре коллегу.

– Может, нам попробовать придумать для ваших девочек пирожные на основе желе и без сахара, муки и жира? – предложил мастер Нарон. – Такого ещё не было, но можно помагичить, подумать и найти выход из сложившейся ситуации.

– Уважаемые айсы, с данным запросом вам нужно идти не ко мне, а к Мариусу Риху, это он заказывал для девочек пирожные. Против низкокалорийных десертов я ничего не имею против, но от академии, простите, не имею права делать подобные заказы, это запрещено. Что касается моего расследования…

– Мы не виноваты! – выпалил Андре.

– Не перебивай даму, – попенял ему Нарон.

– Я не стану торопиться с выводами, но имейте в виду, что вину с вас я не сняла. Вы на карандаше.

Мужчины переглянулись. Кажется, впервые в жизни они пытались сообща прийти к общему решению.

– Айса Интар, как градоправитель вы имеете право на полпроцента от прибыли всех зарегистрированных предприятий и заведений, – начал айс Нарон. Нет, ну до чего приятный мужчина! Я его уже почти люблю. – Однако в случае нашего банкротства, полпроцента от суммы долга так же ляжет на ваши плечи. Мы предлагаем мир, а не войну. Давайте сядем за стол переговоров и подумаем, как нам привлечь в город отдыхающих. Уверяю вас, с нашей стороны вы найдёте только поддержку, понимание и готовность трудиться не покладая рук.

Полпроцента от прибыли всех учреждений, если город начнёт зарабатывать! Да я не только смогу швырнуть деньги Гидеону в лицо, я ещё куплю себе домик возле министерства образования и буду дефилировать под его окнами в нарядах от лучших дизайнеров. В сопровождении кавалеров!

Глаза загорелись от шикарного видения. Нервный срыв замминистру обеспечен!

Улыбнулась, стараясь не испугать до икоты прибывших красавцев.

– Я действительно не успела ознакомиться со всеми необходимыми сведениями, потому, уважаемые айсы, рассчитываю на вашу помощь в данном вопросе. Что в нашем с вами чудесном Форнате отпугивает отдыхающих? С виду ведь приличный город. И, пожалуй, нам стоит переместиться за стол, где кормят. У нас сегодня в академии овсянка на воде, так что…

– Приглашаю в мой ресторан, – понял намёк проницательный Нарон. – Там всё и обсудим.

– Угу, – поддакнул Андре, расстроенный собственной нерасторопностью.

А я и рада посмотреть заведение его конкурента. Мне ещё свои полпроцента зарабатывать!

Глава 7

Ресторан айса Нарона мне понравился гораздо больше, чем заведение его конкурента, но вида я не подала.

Расположение идеальное! С видом на прекрасное синее море, далёкие загадочные острова и потрясающей синевы небо. Хоть картины рисуй.

– Итак, почему красивый южный город совсем не привлекает отдыхающих? – уточнила, прогуливаясь по открытой террасе, на которой нам сервировали стол. Я никак не могла усидеть на месте, хотелось впитать в себя каждый солнечный лучик и насытить каждую клетку тела ароматной морской солью.

– Море, – коротко ответил Андре.

– В море нельзя купаться, – объяснил по–человечески Нарон. – Акулы, морские змеи, сумасшедшие отливы, дно ужасное, ещё и русалки иногда приплывают, садятся на камни и поют свои грустные песни. Нет–нет, да и попадёт очередной паренёк в их сети.

Я вытаращила глаза, радуясь, что стою спиной к мужчинам и этот позор видит только безбрежное, наполненное чудовищами, море.

Посмотрела на виновника непопулярности курорта. Нет, всё равно оно невероятно красивое. Однако оторваться от видов и вернуться к столу стало немного проще.

– Гостиницы с бассейнами, наполненными морской водой есть? – уточнила, понимая, что придётся вновь разыгрывать дурочку перед Мариусом Рихом. Кажется, его полпроцента меня интересуют куда больше, чем все остальные вместе взятые.

– Нет.

– Почему? – удивилась не на шутку. – Айс Рих показался мне толковым человеком и опытным бизнесменом.

– Но ведь… неприлично, – произнёс Андре, покраснев. Нарон тоже смутился.

– Что мешает сделать отдельные купальни для мужчин и для женщин? В столице при отелях всегда есть бассейны, где купаются отдыхающие, притом без разделения по полу. Если местные жители скромничают, это их личное дело. На других курортах, по слухам, наоборот допускается куда больше вольностей, чем в столице, так что вы меня всерьёз удивили.

– Это работа главного жреца. Он крайне суров и держит наших дам в узде старых догм, – наябедничал Андре.

А я и не сомневалась, чьих это рук дело. Удивилась только, что в курортном городе храмовники имеют такой вес. Терпеть не могу бесстыжих жрецов и служителей. Ничего хорошего людям не делают, ведьмам – тем более.

– Нужно поговорить с Мариусом, может, закажем одного водного мага на двоих, – проговорил Нарон задумчиво, и пояснил для меня: – Я владею так же несколькими гостиницами. Признаться, те, что у моря, думал закрывать, несмотря на шикарный вид. Люди раздражаются требованию блокировать окна на ночь, но русалки никогда не обладали зачатками совести и понимания.

До чего разумный мужчина!

Мне безумно хотелось подговорить его первым сделать бассейны при отелях, но полпроцента от прибыли на дороге не валяются, а я градоправитель, а не простая ведьмочка Лейла, и должна думать обо всех жителях города, не выделяя любимчиков. Полпроцента–то платит каждый!

– Обсудите непременно и не тяните с реализацией проекта. К новому году приедет министерская проверка, нам нужно будет их где–то разместить, не в академии ведь с милыми девочками. Так, по идеям. Давайте подумаем, что ещё можно организовать. Нужны интересные мероприятия, которые привлекут состоятельных девушек из столицы, а те уже разболтают подругам, как здорово провели у нас время, те – своим подругам и так далее. Допустим, мы организуем курс рисования от известного художника–мариниста или выставку мод или… О! Вам нужно придумать какой–нибудь необычный десерт, способствующий похудению! На него приедет полстолицы!

Я подняла на мужчин счастливые глаза.

– Идеально, – проговорил Нарон. – Мы с Андре сделаем несколько видов десертов, закажем рекламу в столичных журналах.

– И в это же время пригласим художника. У девушек будет двойной повод приехать, притом сделают они это, прикрывшись рисованием, как ширмой. Никто не хочет признаваться в обжорстве и вечной борьбе с лишним весом, – с улыбкой закончила я. А затем и вовсе воодушевилась: – Испытания проводить будем у меня в академии!

– С показом мод у нас, наверное, дело не продвинется. Наши дамы одеваются скромно и с достоинством, не носят модных в столице каблуков и коротких юбок, – вздохнул Андре так, словно это самая большая его печаль.

– Можно пригласить известного дизайнера пожить у моря и вдохновиться местными видами для новой коллекции, – заметил Нарон. – Если он пару раз упомянет Форнат в интервью для журналов, считай, дело в шляпе.

Обед прошёл на редкость удачно. И кормили у Нарона великолепно. Подозреваю, из кожи вон вылезли, лишь бы испортить аппетит Андре своими лучшими блюдами.

Лично я пока видела в противостоянии двух кондитеров лишь пользу – у них было удивительно спортивное соревнование, где каждый прилагает максимум усилий, не ленится, постоянно развивается и, надо признать, при всём этом мужчины держатся вполне достойно. Если, конечно, не принимать во внимание гроздья защитных артефактов и амулетов в каждом заведении и на каждом сотруднике. Но это уже мелочи.

Тем не менее, предупредила, что не потерплю нечестной игры. Сейчас мы должны держаться сообща, а не вставлять друг другу палки в колёса. Мужчины пожали руки, дав обещание быть зайками. Это, конечно, выражение айса Андре. В присутствии красивых дам он не может удержаться и переходит в амплуа соблазнителя. Меня, правда, это лишь смешит. Айс Нарон выглядит в этом плане куда интереснее. Однако и он не для меня.

Тяжело вздохнула. Пора возвращаться к обязанностям ректора, а не думать об отсутствующей личной жизни. В конце концов, я сама в этом виновата.

Однако сэра Родерика решила максимально долго не знакомить с Нароном. Фамильяр спит и видит, чтобы меня пристроить в чьи–нибудь магические объятия, потому что ведьме нельзя быть долго без мужчины. Нам нужна регулярная подпитка или жизненной силой обычного мужчины или магической силой одарённого богами. Иначе внутренний резерв уменьшается, красота меркнет, сложные заклятия не даются…

Ещё один тяжёлый вздох раздался в моём кабинете. Я уже очень давно не могла нормально пользоваться силой. Но лечь с мужчиной… Ломало. Корёжило. Выворачивало от одних только лёгких касаний. Чужих касаний. Не его.

Вляпалась, так вляпалась!

Но и эту проблему следовало так же незамедлительно решить, как остальные. Ведь одна из забот ректора – здоровье учеников и преподавателей. Если вдруг что случится я должна залечить или вылечить, дотянуть до квалифицированной лекарской помощи. А я слаба почти так же, как мои ведьмочки. Потому трясусь в карете через всю страну, прикрываясь Мартой. Потому запугиваю врагов мелкими спецэффектами вроде дрожащих огоньков свечей и сгущающихся в углах теней. Потому пользуюсь зельями, а не даром.

И потому я очень надеялась, что Гидеон сорвётся и придёт ко мне в эту ночь, ведь там, в библиотеке, нам обоим едва не снесло голову.

Но всё, что ни делается, к лучшему. Может, я смогу избавиться от оков прошлого и, наконец, завести нормальные отношения. С тем же Нароном, к примеру. Красивый мужчина, умный, темпераментный, сильный. Для романа вполне подойдёт. А для брака мне мужчина не нужен, на жизнь другие планы.

Потрясла головой, выбрасывая личные проблемы. Работа прежде всего! На завтра запланирован поход к Мариусу Риху, так что стоит подготовиться на двести процентов. Надеюсь, девочки–преподаватели как–нибудь усмирят голодную толпу ведьм после моих утренних выступлений и мне удастся выспаться и быть свежей и отдохнувшей.

Однако ведьмы продержались недолго и выражали своё недовольство громко и ярко, мешая трудиться порядочным руководителям, которые с утра до ночи вкалывали ради их блага в том числе.

Выглянула из окна, увидела маленькое чумазое войско. Было ощущение, что они сражались с болотными жителями за каждое соцветие, каждую травинку, каждый лепесток, притом не на жизнь, а на смерть. У некоторых ведьмочек невозможно было определить цвет волос, не то, что цвет одежды.

– Живо мыться! – рявкнула я.

– У нас нет горячей воды, – пожаловались мне из толпы.

– И дров для неё.

– Мы голодные!

– И измазались!

– Нам не дали в дорогу еды!

– Значит, возвращайтесь в лес и собирайте дрова! – рявкнула я, не в силах терпеть нытьё. – По возвращении в академию вы сами разожжёте печи, нагреете воду, приведёте себя в порядок, а затем приготовите ужин, который съедите, разделив с преподавателями и служащими.

– Но так нечестно! Это против правил! – завопили девчонки дружно.

– Против правил – не влезать на мётлы, не учиться и с утра до вечера предаваться обжорству! С этого дня будете есть только то, что приготовите своими руками! Каждая! А теперь за дровами, живо! – приказала я так сурово, как если бы командовала солдатами, а не молоденькими ведьмочками.

На меня посмотрели, как на врага народа, но, бубня под нос проклятия, в которых, на моё счастье, не было силы, удалились. Я же, разгневанная и недовольная, спустилась в кухню, где орудовали домовые. Хоть здесь всё под контролем.

– Добрый день, уважаемые! – поздоровалась, низко кланяясь нашим кормильцам. – Прошу извинить, что сразу не зашла познакомиться.

– Да мы понимаем, дела-с, – выдохнул невысокий лохматый шеф–повар в белоснежном магическом колпаке. – Я – Артошка. Тебя Лейлой звать, знаем уже, наслышаны. Так что нам делать, хозяйка? Как уместить такое количество девиц на кухне, когда плиты всего четыре?

– За тем к вам и пришла. Думаю, может, перевести их на салаты из сырых овощей собственного изготовления? Ту же капусту с огурцами можно есть хоть тазиками. Я никогда не сидела на диете и не знаю, как правильно настроить девочкам полноценное питание, потому очень прошу вас взять этот вопрос на себя.

– Горячая еда тоже должна быть, – строго сказал Артошка. – Пусть дежурят по очереди, а мы приглядим, чтоб не отравились девки.

– Важно, чтобы они не переедали. Такой вес для ведьмы недопустим. Они сонные и невнимательные, быстро устают, колдовать не могут. Всё ведь взаимосвязано, – пожаловалась я на главную проблему академии.

– Это да. Присмотрим! А ты, хозяйка, думай, как выправить не только их фигуры, но и мозги, – посоветовал Артошка. – Тебе будем готовить отдельно, даже не спорь. Тебе силы нужны.

– Спасибо! А про девчонок – буду думать. Задача непростая.

Даже если у меня получится наладить приток гостей и их денег в Форнат, я легко могу лишиться должности, ведь моя главная обязанность – обучение студентов. Пока я рассматривала вариант перекроить систему обучения таким образом, чтобы изученные девочками предметы закрывали хотя бы первый курс. Но так я спасала только первые два курса из пяти. Что делать с остальными, не представляла. Обучить их за четыре месяца тому, что изучают несколько лет, невозможно.

Однако вариантов, кроме как сдать министерский экзамен, не было. Любой ценой, но мы это сделаем. И даже не столько ради меня и опьяняющего чувства превосходства над ненавистным мужчиной, сколько ради пятидесяти семи девиц, отданных мне на воспитание. Это и есть главная обязанность педагога, остальное – не так важно.

К концу непростого трудового дня чувствовала себя победителем. Да, ведьмочки меня сейчас ненавидят, однако я за один день много чему их научила. С кондитерами важные моменты урегулировала, с Мариуса деньги почти стрясла, письмо от Донны с полным списком денежных переводов из министерства в академию изящных искусств Форната получила, свежие сплетни от Родерика тоже. Жаль, к сплетням прилагались ещё нотации. Но к этому я уже привыкла. Почти.

– Лейла, ты выглядишь ужасно! Столько сил растратила! – бегал по комнате фамильяр, громко хлопая дверцами. – Что нам делать? Что делать? Нам нужно срочно искать тебе кавалера! Ты кого–нибудь присмотрела? Давай я найду! Мы с Мартой справимся быстрее!

– Отстань, я хочу спать.

– А ещё мне сказали, что ты решила пригласить в город художников и дизайнеров!

– Родди, давай завтра, а? – попросила по–человечески.

– Лейла, мы целый день не виделись! Столько новостей! Столько эмоций!

– Спать! – рявкнула я и, кажется, отключилась. Потому что даже у ведьмы есть запас прочности и мой требовалось срочно восполнить.

Глава 8

Утром я поняла, как был прав сэр Родерик. За годы недопустимого для ведьмы воздержания я совсем ослабела и для полной женской боевой готовности обычного беспробудного сна оказалось недостаточно. Пришлось потратить немало времени на марафет, ведь перед Мариусом Рихом я должна блистать.

В ход пошли притирки, бальзамы, зелья и настойки, затем три чашки кофе, однако я всё равно ползала по академии сонной мухой, проверяя, выполняются ли мои распоряжения.

У домовых всё было под контролем: завтрак варился, ведьмы стонали, но покорно выполняли наставления и, кажется, старались. С домовыми нельзя не стараться, они обидчивы и мстительны настолько, что малейшая промашка – и ты на веки вечные обречён быть мишенью для их остроумия. А чувство юмора у них своеобразное.

Родди взял на себя инвентаризацию и с преподавателем рисования Анной Рих с самого утра ушёл в подвалы. Я, конечно, волновалась, что они там «нарисуют», но надеялась, хотя бы вреда от инициативной парочки не будет.

А вот айса Роанд никак не могла заставить доставшихся ей ведьм делать зарядку. Они стонали и ныли и отказывались делать упражнения, пока не увидели недовольную ректорскую физиономию.

– У вас четыре месяца, мои дорогие, – напомнила я тем особенно мерзким голосом, что бывает у невыспавшихся людей. – Но вы можете сдаться раньше и вернуться домой к родителям, вас никто не держит. Я готова тратить свои душевные и физические силы только на тех, кто действительно хочет обучиться, а не высидеть пять лет в академии и, кое–как сдав предметы, получить диплом. Об этом забудьте! У нового министерства новая политика, так что мы все вылетим отсюда по свистом, а здание академии отдадут под что–нибудь более доходное.

Ведьмочки задёргались гораздо активнее.

Кивнула преподавателю и направилась к себе, жалея, что ведьма, а не маг иллюзий. Поставить бы свой дубль на видное место, а то приходится из раза в раз повторять одно и то же.

Полноценно проснуться так и не удалось, но откладывать визит к банкиру я не могла. Со стратегией определилась и ладно, всё равно ведь буду действовать по обстоятельствам.

Однако оставался ещё один важный вопрос – что делать с морем? Прежде я никогда не жила у воды и не представляла, как можно избавиться от населяющей её нечисти. В академии ничего подобного не изучала, самостоятельно не интересовалась.

– Придётся запрашивать министерство, – пробурчала себе под нос.

– Что я слышу? – тут же раздалось громогласное из подвала, эхом разлетелось по пустому зданию академии, а затем я закатила глаза, потому что услышала дробный топот маленьких деревянных ножек по лестнице.

– Не грохнись, там ступеньки трухлявые, – крикнула заботливо.

– Министерство? – завопил Родди. – Ты собралась в министерство? Или к министру?!

– Мне нужно в библиотеку.

– Здесь тоже есть библиотека.

– Разворованная, ага, – уже нормальным голосом произнесла я, потому что шкаф объявился на горизонте.

– Может, там есть нужная информация, – с претензией проговорил Родерик. – Ты проверяла?

– Я проверяла.

– Ладно, поверю на слово. Тогда следующий вопрос: письмом эту информацию не запросить?

Поджала губы. Разумеется, можно запросить, но скорость исполнения официального запроса в министерство – тридцать рабочих дней. И, зная нашу бюрократию, через тридцать дней вместо ответа можно получить уточняющий запрос. У меня этого месяца нет. Мне нужно умудриться за четыре месяца привести в должную форму ведьм, обучить их азам ведовства, посадить на мётлы, не переломав девичьи шеи, выкрасть список экзаменационных вопросов в секретариате министерства и выдрессировать ведьмочек на них отвечать. А так же навести порядок в стенах академии, удалив плесень, пыль, организовать восстановление разрушенных стен и завлечь поток туристов в Форнат. И это только то, о чём мне известно на текущий момент!

Закрыла глаза, чтобы не представлять в красках масштаб работы. Знаю из опыта, что какой бы сложной ни была задача, если взять и начать её выполнять, рано или поздно справишься.

– Родди, я планирую отправиться в библиотеку министерства, а не в постель замминистра, и самостоятельно, за один–два дня отыскать нужную информацию, которую официально можно ждать от месяца до года. Не стоит подозревать меня в том, что…

– Никто тебя ни в чём не подозревает, ведь намерения прозрачны, как слеза, – ледяным тоном проговорил сэр Родерик.

Спорить с фамильяром бесполезно. Я спустилась на первый этаж, попросила их с айсой Анной продолжить инвентаризацию и подготовить список срочных покупок, потому что запомнила только про свечи и думала на обратном пути сделать заказ.

– Отдельно я подготовлю список требований для министерства, – заметил Родди подозрительно кротко.

– Благодарю, – ответила, нахмурившись. Но разбираться в присутствии свидетеля не стала, направилась к Мириусу Риху.

Ссоры с Родди всегда выбивали из колеи, так что к банкиру я шла, пытаясь настроиться на лёгкий и позитивный лад. Судя по тому, что все знакомые переходили на другую сторону улицы или прятались в ближайших кафе выходило не очень.

Единственный, у кого хватило выдержки встретиться взглядом со мной, «лёгкой, позитивной, воздушной», оказался шеф–повар Нарон. Побледнел только немного.

– Вы на войну, айса Лейла? – уточнил он, кланяясь. – У вас волосы наэлектризовались и глаза блестят… эффектно, – прокашлявшись, закончил он, определившись с подходящей заменой слову «страшно».

– К Мариусу Риху. Он обещал экскурсию по банку, а заодно проверить, куда подевались денежные средства со счета академии.

– Ну, на этот вопрос есть простой ответ – на пирожные, – с улыбкой разъяснил мужчина и предложил мне руку. – Позвольте, я вас проведу и отвлеку беседой.

– Благодарю, – ответила, цепляясь за великодушно предложенный локоть и выдыхая. Так действительно легче справиться с собственным разъярённым организмом, ведь я и в самом деле готовилась к войне, вряд ли банкир так просто сдаст позиции. – Что касается счетов: всё не так однозначно. Академия не имеет права закупать сладости и провиант в кафе и ресторанах, это противоречит правилам.

– О, – понятливо протянул мужчина. – Выходит, у вашей академии есть деньги на все необходимые нужды.

– Я на это надеюсь, – призналась со вздохом.

Банк Мариуса Риха находился в живописном месте и больше напоминал небольшой дворец. За каменной оградой, увешанной защитными заклинаниями, словно новогоднее дерево – игрушками, развесили пышные лапы вечнозелёные сосны. Вымощенные белоснежным камнем дорожки петляли меж их розово–рыжих стволов, там же прятались небольшие лавки и скамьи.

– А там что? – Я махнула рукой в сторону симпатичной площадки, огороженной белоснежным заборчиком, за которым виднелась синь моря. – Видовая?

– Да, обрыв. Мариус вызывал мага из столицы, он поставил специальный заслон, чтобы сюда не долетали песнопения русалок.

– А на гостиницы денег не хватило? – уточнила меркантильно.

– Нет моря – нет туристов, айса Интар, – грустно сообщил прописную истину Нарон.

– Вы не интересовались, можно ли очистить море от всей этой живности? Может, специальные обряды есть или ещё что? – уточнила скрупулёзно. Дополнительные аргументы для сэра Родерика, почему мне нужно лично отправиться в министерство магии, не помешают.

– Признаться, нет. Никогда. – задумчиво проговорил кондитер.

– И это удивительно. Если бы я жила в городе, где от русалочьего произвола регулярно погибают молодые люди, не сидела бы сложа руки. Форнат меня удивляет. Ладно обыватели, но маги! Безопасность жителей – их прямая обязанность! А те, кто потерял сыновей? Почему они не жаждут мщения?

– Мы выросли в этом городе и, наверное, сжились с его особенностями.

– И зря.

– Вы правы, айса Интар. Могу я вас называть Лейлой? – осторожно уточнил мужчина.

Я почувствовала, как локоть под моими пальцами напрягся. Волнуется.

Оценила кондитера. Хорош. Невероятно хорош. Эти его колдовские глаза, широкие плечи, идеальная фигура, приятный флер магии – соблазняйся, Лейла, на здоровье, тяни энергию, восстанавливай красоту. Получай удовольствие, в конце концов!

Но не хочу.

Не хочу и всё тут.

Тело не реагирует, душа не тянется, и этого высокого красавчика, за которого любая порядочная ведьма отравила бы десяток конкуренток и глазом не моргнула, я воспринимаю едва ли не как ребёнка, которого нужно защитить от русалок и разорения.

Нет, всё–таки власть над городом мне дана совершенно зря! Меня растили учить, защищать, поддерживать и наставлять. И я прекрасно освоила науку. Теперь, вот, пожинаю плоды.

– Айса Лейла, – нашла я компромисс, чтобы не обидеть симпатичного кондитера. То, что мне лично он не годится для подзарядки, совсем не означает, что он не понравится Марте.

– Я буду надеяться, – шепнул мужчина.

Мне оставалось только вежливо улыбнуться.

Мариус Рих не скрывал, что ждал меня без компании – и так и сяк пытался избавиться от Нарона, однако кондитер не отпускал мою руку, ещё и активно участвовал в беседе. Заикнулся только раз – когда мы вошли в кабинет банкира. Я, признаться, тоже опешила, а ещё подумала, что накануне переборщила с зельями.

– Нужно попросить третий бокал, – нашёлся Нарон, обозревая романтическую атмосферу в тёмном углу: цветы, свечи, хрусталь, изысканные закуски и заваленный мягкими цветными подушками диван. Я видела такую модель в модном журнале, он легко раскладывается и обтянут специальной тканью – она не пачкается, не промокает, не скользит. Да я ни в жизнь на него не сяду!

Ситуация была двусмысленной. Теперь–то я, конечно, поняла, почему Мариус так сопротивлялся моему настойчивому желанию поскорее оказаться в его кабинете и заняться делами, но, как говорится, поздно лечить почки, если вас доедает плотоядная русалка.

– Третий бокал не понадобится, мне запрещено употреблять алкоголь, – ласково прощебетала я, пытаясь придумать, как выпутаться из неприятной ситуации, никого попутно не придушив, пальцы при этом сжимались, будто нащупали мужское горло. Но я выше этого, так что продолжаю игру легкомысленно и чуточку фривольно: – Мариус, милый, проверьте, пожалуйста, какая сумма на счету академии. Я, признаться, не так хорошо дружу с цифрами, как следует, потому написала своей подруге Донне и попросила заняться этим вопросом. Она работает в финансовом отделе министерства, доступ ко всем сведениям у неё есть, так что велела мне сообщить лишь одну сумму – остаток на счету. Так ведь получится гораздо быстрее, верно?

Я похлопала ресничками и взяла со стола маленькую виноградинку, однако есть её не стала. Бесстыжий банкир накачал её зельем. Жаль, так сразу не понять, каким. Хорошо, я была напряжена, сосредоточена и вовремя прислушалась к воплю интуиции.

Скользящей походкой направилась к бессовестному Мариусу. Остановилась так близко, что при глубоком вдохе коснулась бы его тела грудью. Заглянула в голубые глаза, облизнула губы. А затем, добавив во взгляд толику дара, заставила покорно приоткрыть рот.

Мелкая зелёная виноградинка скользнула меж белоснежных зубов.

– Вкусно? – с придыханием спросила я, не позволяя мужчине вынырнуть из пучины возбуждённого безумия.

– Очень! – выдохнул он, проглотив сладкий фрукт и облизнув губы.

Выглядит совсем не эротично, но я не меняю взгляда, контролирую реакции тела. Тёмные, расширившиеся зрачки затягивают мужчину в бездну моей власти, удерживают силой.

– Так что там с деньгами? – шепчу, едва не касаясь его губ своими.

– Всё вернул, – признаётся банкир зачарованно. – Провёл счета из ресторанов как спонсорскую помощь.

– Замечательно. Молодец. Умничка.

Я надеялась, что в винограде зелье истины, но Мариус оказался представителем классической версии недособлазнителя, добавив не редкое, но дорогостоящее зелье «покорной страсти». Паршивец какой, ишь! Но, надо признать, умный. Выбрал единственное зелье, которое может обмануть ведьму, ведь оно полностью магическое.

Его дыхание участилось, взгляд заблестел. Кажется, ещё немного и он скомпрометирует меня при свидетеле. Стоило поторопиться.

– Ты подготовил бумаги? Мне нужно отправить их на согласование в министерство, – спросила с придыханием, переживая, что моя меркантильная натура проступит сильнее, чем следует, и собьёт мужчину с правильного настроя. Возбуждение возбуждением, но жадность – страшная вещь, может в два счёта перебить любое зелье.

– На столе. В столе. В первом… втором… В третьем ящике.

О, а это интересно. И, кажется, без сюрприза не обошлось.

Пришлось пожертвовать частью силы и усыпить хитрого жука Риха.

Перевела взгляд на кондитера. Тот круглыми глазами следил за происходящим, но быстро опомнился.

– Думаю, вам стоит посмотреть во всех озвученных местах, айса Интар, – проговорил он, подходя к банкиру и осторожно укладывая обмякшее тело на диван, который тут же разложился в удобную мягкую кровать. Не врёт реклама в журнале, надо же.

Поблагодарила мужчину, направилась к рабочему столу. Мариус подготовился на славу. На столе лежала выписка со счёта академии с весьма скромной цифрой на остатке. В верхнем ящике стола я нашла выписку с более приятной суммой. Во втором ящике сверху лежала бумага с очень красивой цифрой, она так и грела женскую душу. Но третий ящик и заключённое в нём сокровище настроило на совсем позитивный лад.

Я любовно смотрела на ровные столбики цифр в графе «процент на остаток средств» и едва не мурлыкала. Однако женщины на то и женщины, чтобы не довольствоваться тем, что имеют. На всякий случай проверила четвёртый, самый нижний ящик стола.

А там сюрприз. Не могу сказать, что приятный. Нет, я, конечно, понимала, что банкир приобрёл диван–трансформер не ради моих красивых глаз, ещё и заказал не самую дешёвую доставку из столицы. Но такого не ожидала.

Обычно именно нижний ящик стола скрывает наши секреты: отложенные или незаконченные дела, спрятанные под ворохом ерунды личные дневники, прикрытую коробкой с зелёным салатом шоколадку. Мариус не был исключением. Обитель его секретов содержала ворох кружевного нижнего белья всех цветов и размеров. Извращенец.

Впрочем, теперь ясно, почему он так податлив моим чарам. Сластолюбец, каких поискать, такому и зелье не нужно, чтобы потерять голову.

Но каков гад! Хотел соблазнить ведьму!

До меня вдруг дошло, что этот бесстыжий и беспринципный негодяй действовал по давно отработанной схеме: цветы, конфеты, вино и секретный ингредиент – магическое зелье. Это скольких дам Форната он соблазнил таким образом?

Нет, я всё понимаю. Пусть бы спал с кем угодно, но не применяя магию. А дамы… Может, именно потому здесь такая скромная, ужасно консервативная мода – опасаются коварного сластолюбца?

Может ли один человек настолько тиранить город?

Посмотрела на расслабленное, сладко спящее тело банкира. Кажется, ему не поздоровится.

– Айса Интар, что бы вы ни задумали, горожане на вашей стороне, – тихо, но неожиданно торжественно произнёс–пообещал мой… друг? Мужчина не мог оторвать взгляд от содержимого нижнего ящика стола Мариуса и явно проводил параллели с событиями в городе.

– Благодарю вас, айс Нарон. Кажется, нам придётся поработать больше запланированного.

– Определённо, – проговорил всё ещё погруженный в свои мысли мужчина.

Я не желала тратить время на Мариуса, плясать перед ним на задних лапках и изображать дурочку дольше необходимого, потому мы привели его в порядок, я похлопала глазками, от души поблагодарила за сохранность денежных средств на счету, помахала перед изумлённым взглядом протрезвевшего банкира отчётом из третьего ящика стола и упорхнула счастливой птичкой, пообещав исправно растрачивать средства во благо академии.

– Неспроста у айсы Интар фамильяр – страшный транжира, – доверительно произнёс Нарон раздосадованному Мариусу Риху, когда закрывал дверь. Я едва удержалась от смеха.

Мы пока не были готовы к разговору о кружевном безобразии в столе у одного из богатейших и влиятельнейших людей города, потому обсудили вопрос изгнания русалок и разошлись каждый по своим делам.

Мне предстояло сделать немало заказов, ведь академия выглядела, как руины древнего форта, а не как учебное заведение, ученицы ходили без формы, поскольку в неё не влезали, мётлы простаивали в специальной кладовой и казалось, будто их покрывали специальным лаком лет триста назад. Непорядок! Дел невпроворот.

Глава 9

Первая неделя в Форнате прошла как в страшном сне. Я работала с раннего утра и до поздней ночи, на износ, прерываясь лишь на короткие перекусы, занятия с ведьмочками или встречи с горожанами. А ходили ко мне толпами! Точнее, пытались. Пришлось ввести приёмные часы.

– Никуда без бюрократии, – назидательно произнёс сэр Родерик. – Иначе они тебе жизни не дадут. Ты должна быть строгой, справедливой и совершенно непреклонной – никаких разговоров о делах вне заданного времени. Если хотят посоветоваться или поговорить, пусть ведут тебя в ресторан на обед, заодно повышают доходы Нарона или Андре, всё какая–никакая польза, глядишь, на новую шляпку накопим.

Фамильяр меня здорово выручал – контролировал преподавателей, проводил с ними инвентаризацию, планёрки, присматривал за рабочими, которых я наняла восстанавливать каменную кладку, а заодно и за ведьмочками, которые пытались строить работягам глазки. И, признаться, за это я их не ругала. Кто знает, может, выскочить замуж, нарожать ребятишек и жить спокойно безо всякого дара – не просто их цель, но и выход, потому что лично я сейчас выхода из сложившейся ситуации не видела.

У ведьмочек были пробелы в образовании такого масштаба, что проще было сказать: у них пробелы в невежестве! Крохотные такие, едва различимые. К примеру, они знали названия трав, но никогда их не видели, потому что до моего требования ходить в лес и знакомиться вживую с местной растительностью никому в голову не приходило. Они умели рисовать море и людей, но не знали ни одной волшебной руны. А ведь начертать их правильно – искусство! Более того, оно требует от мага или ведьмы натренировать идеальный глазомер и твёрдую руку. И учатся этому многие с детства, даже те, у кого нет дара – на всякий случай, вдруг пробудится. Но не местные ведьмы!

До похолодания оставалось месяца два, и я в приказном порядке велела большинство предметов проводить в лесу, у воды и на лугах, пусть хотя бы привыкают к природе, учатся общаться с растениями и животными, двигаются, в конце концов.

Однако у меня была ещё одна корыстная цель. В окрестностях Форната росла мята. Мята, с помощью которой можно вызвать настоящего дракона! Стихийного, мощного! Невозможно прекрасного.

Не мудрствуя лукаво за ужином зачитала девицам выдержку из честно отобранной (жаль, ненадолго) у Гидеона книги про способ вызова разумного дракона из иного мира, те, разумеется, прониклись гениальностью замысла, и теперь бегали в лес за мятой вдвое усерднее, а охапки приносили таких размеров, что самих ведьмочек за ними не было видно. Единственное, за что мы все дружно переживали – это то, что мята нужна первого сбора, а не осеннего второго. Но пометок в книге на сей счёт не было, так что решили не откладывать на завтра то, что можно вызвать сегодня, и усердно трудились. Благо, чердаков в академии хватало и они не были загромождены.

Пользуясь случаем, заодно провела ведьмочкам урок, рассказав, как правильно организовать хранение трав, как защитить от вредителей, плесени, сырости.

И снова пришлось использовать силу. Только в этот раз отчего–то это далось мне куда легче, чем прежде. Почему, интересно?

Я решила припереть Родерика к стене. У него уже были ведьмы, так что опытный и хорошо образованный фамильяр знал куда больше моего, но почему не делился информацией, я никак не могла понять. Та же ситуация с метлой. Эти двое общались, а меня в свой круг не брали. Почему? Ведь они оба выручали не раз, защищали, заботились, беспокоились. Но… не доверяли, что ли?

Словно почувствовав мою озабоченность данным вопросом, шкаф попросту слинял из академии. По–другому я не могу назвать это коварство. Хотя нет, могу, но слово будет ещё хлеще.

Однако Родди практически спас моё нервное здоровье, отправив вместо себя Марту.

Та цвела и пахла, выглядела потрясающе, единственное – одета была куда скромнее обычного. Длинная серая плиссированная юбка, скромный устойчивый каблучок на туфлях, тёмно–зелёная блуза. Не прозрачная, а плотная! Я даже моргнула пару раз, пытаясь провести параллели с известной мне леди.

– Сменила стиль? – поинтересовалась, поднимаясь с рабочего стула, к которому прилипла с утра.

– Посоветовали местные дамы. Сказали, для моей же безопасности. Подозреваю, просто боятся, что я уведу их кавалеров, – легкомысленно отмахнулась Марта и обняла меня. – Ты ужасно похудела. Куда дальше, Лейла? Ещё чуть–чуть и останутся одни глаза. Много феячишь?

– Приходится. Ты же видела, какие руины мне доверили.

– А я говорила, что нужно подсыпать этому гаду хотя бы средство для поноса! – в одно мгновение разъярилась подруга.

– Марта, если бы ты только знала…

Я вздохнула и направилась к небольшому шкафчику, в глубине которого стояла бутылка с любимым магами бальзамом – он позволял им быстрее восстанавливаться. Жаль, с ведьмами средство не работало.

– Я бы с удовольствием узнала, что у вас с ним произошло на самом деле, но ты ведь не рассказываешь, – стараясь говорить легко и свободно ответила подруга, при этом её давняя обида слышалась в каждом слове.

– Если бы я могла…

– Ты можешь. Кто, как не ты, Лейла? – возмущённо проговорила Марта, доставая с полки маленькие симпатичные хрустальные ёмкости и поглядывая на меня с надеждой. – Не убьёт ведь он тебя. Да и не узнает. Клянусь!

Мы переглянулись. Марта уже не сдерживалась – всем телом выражала крайнюю степень заинтересованности, казалось, даже уши повернулись в мою сторону, как подсолнухи – к солнцу.

– Дело вообще не в Гидеоне, – пробурчала, пряча взгляд и направляясь к столу, где щедро плеснула травяной бальзам в подставленные подругой рюмочки. – Мне самой дико стыдно за произошедшее. В таком признаваться… Нет, я не могу.

– Можешь, Лейла. Ну, не томи. А я взамен расскажу тебе всё–всё–всё, что узнала о Форнате, его жителях, о русалках и даже кое–что о твоём Гидеоне, – выбросила под конец главный козырь хитрюля.

– Он не мой, – привычно ответила я и вздохнула. – Не знаю. Может, и правда выговориться? Столько лет храню тайну… позор, скорее.

– Лейла, да я столько лет лопаюсь от любопытства, что готова принести клятву на крови! – в сердцах выпалила Марта и протянула запястье, подтверждая громкие слова.

– По живому режешь, – пробухтела я, доставая хрустальный ритуальный нож из ящика стола, надеясь, что при виде грозного оружия она передумает.

– Это ты давай меня режь скорее, я произнесу нужные слова и приготовлюсь внимать, – растекаясь лужицей от счастья едва не пропела Марта. Но я медлила, и она выпрямилась, зыркнула строго, поторопила: – Режь, кому говорю! Режь, ведьма бессовестная! Столько лет издеваешься – ни словечечка лучшей подруге про свою главную тайну. Довела меня, вон, до чего!

Закусила губу. Невыносимое желание поведать обо всех секретах подруге разъедало изнутри, но я никак не могла решиться. Я никогда не была болтушкой, а с появлением фамильяра и вовсе так много общалась, в том числе вынужденно, что совсем погрузилась в себя. Но готовность Марты принести клятву говорила о многом.

– Ладно. Я расскажу тебе то, что ты хочешь услышать, но не целиком, только пикантную часть, – нашла я вариант, как удовлетворить любопытство подруги и при этом обойти данное Гидеону обещание. В конце концов, это мои чувства и мысли, ими я имею право делиться.

– О, – протянула Марта и залпом осушила рюмочку бальзама, тут же заблестев глазами от переизбытка магии. Видимо, давно не пользовалась силой, совсем разленилась, что сразу навело меня на мысль.

– Кстати, думаю, тебе пора приступить к обязанностям в академии.

– Согласна. Я здесь уже плесенью покрылась, – призналась Марта с тоской. Но не дала мне задать вопрос, тут же вернула разговор в нужное ей русло: – Об этом потом. Сперва расскажи про Гидеончика!

Я бросила взгляд на ритуальный нож.

– Марта…

– Ой, да всё я понимаю, с третьего курса академии ты неспроста стала недоверчивой и подозрительной, я уже привыкла и не обижаюсь. Режь.

Подруга подставила руку и зажмурилась в ожидании боли, но её не последовало. Зачарованный нож прочертил тонкую алую полосу на белоснежной коже, кровожадно блеснул в магическом свете, принимая клятвы, и завершил простой, но опасный обряд. Теперь мои тайны были защищены жизнью Марты.

Как по мне, любопытство того не стоит. Но Марта в своём праве, а я, к сожалению, не имею права делиться секретами ведьм с магами без надёжной, согласованной Ковеном, защиты.

– Следи за каждой каплей своей крови, – напомнила я золотое правило.

– Я только в твоём присутствии, – принялась оправдываться подруга, смутившись. – Не люблю кровь.

– Тем более в моём присутствии. Есть определённые правила и они написаны кровью выживших и погибших, Марта. Если вдруг некто получит доступ к твоей крови, теперь ты можешь подумать на меня.

– Я никогда так не подумаю, – заверила подруга, прижав руку к груди. – Никогда, Лейла!

– Надеюсь на это. Но помни об осторожности, – строго проговорила я, будто она была моей ученицей.

Пока Марта разглагольствовала на тему магической крови и приводила примеры, она параллельно поставила несколько защит на кабинет. Маг она слабенький, так что сферы дрожали, словно готовые лопнуть мыльные пузыри, но я была ей признательна за заботу, я совсем не хотела растрачивать крохи доступной мне силы.

– Говори! – потребовала она, впиваясь в меня жадным, почти фанатичным взглядом.

– Это сложнее, чем кажется. Нелегко признавать свои ошибки.

– Нет в мире совершенства.

– Это точно.

– Признаться, я даже рада, что у тебя есть свои скелеты в шкафу, потому что с виду ты такая… слишком правильная, – нашлась Марта.

– Если бы я на самом деле была такой… Хотя, ты знаешь, а ведь я ни о чём не жалею, – вдруг призналась я прежде всего самой себе. – У меня действительно не было выбора.

– О чём ты? – насторожилась подруга.

– Я начну с вопроса недоверчивости и дальше перейду к тому, что тебе наиболее интересно. Если ты помнишь, наша академия всегда сотрудничала с Храмом Трёх Богов. Этот же храм курировал пансион, в котором я жила и училась, потому я росла с убеждением, что храмовники – святые люди, доверяла им, даже исповедовалась, когда было особенно тяжело.

– Любви к этой братии у тебя не припоминаю, но допустим, – проговорила Марта, нахмурившись.

– Ты, я думаю, слышала, как инициируются ведьмы.

– Да. Меня поразило, что даже в наши просвещённые времена нужно быть девственной не только телом, но и духом. Как это вообще возможно?

Я едва не хрюкнула от смеха. Марта, конечно, была очень высокого мнения о нашем времени. Как по мне, обществу ещё развиваться и развиваться в этом направлении. Но то, что она сказала о ведьмах – чистая правда.

– Возможно. Ведьма – это, прежде всего, знающая. Когда тебе открывается изнанка мира, ты серьёзно пересматриваешь свои взгляды. Большего я сказать не могу.

– Ладно–ладно, не лезу. Так что там этот храмовник? Он приставал к тебе? Домогался? Ты же не скажешь сейчас, что он тебя…

Марта не договорила. Если бы она немного подумала, поняла, что меня никто не насиловал, ведь после подобного он бы не выжил. И, разумеется, я бы ославилась на всю столицу, потому что ведьмы поставили бы на уши всех, а храмы и вовсе разнесли по кирпичику.

Не стала отвечать на абсурдный вопрос, дождалась, когда подруга осознает и ойкнет, извинится.

– Меня инициировали не в конце первого курса, как большинство девочек, а на год позднее – я первая ведьма в семье и, разумеется, многого не знала и должна была подготовиться. К тому времени мои одногруппницы уже вовсю веселились и наслаждались «просвещёнными временами», – с ехидцей вставила я фразу подруги. – Мне, признаться, тоже хотелось… Не мужчину я хотела! Не смотри на меня так. Хотела гулять по ночам, веселиться, танцевать, целоваться и флиртовать, а это всё было запрещено категорически.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.