Елена Острер
Амулет любви

Мне так тесно под зимним небом.

Ольга не любила зиму. Ни пушистый снег, ни предпраздничная суета, ни Новогодние праздники не могли примирить с нею. Приятно смотреть на пушистый снег за окном, попивая горячий кофе с пирожным, но только не выходить из дома. Жаль, что нельзя лечь, как ежику, в зимнюю спячку, присыпавшись сверху осенними листьями. Но не выходить из дома не получалось. Нужно было идти на занятия в школу. Ведь без учителя, как известно, урок не начнется.

Дни были похожи друг на друга как близнецы. С годами рутина грозила стать болотом. Оля даже подумать не могла, что размеренное течение ее жизни очень скоро превратится в бурный поток с такими водоворотами, что и представить себе сложно. Волшебство для нее существовало только в сказках, там и должно было оставаться!

Ольга считала, что в ее жизни все правильно, все выверено и складно, как в любимой математике. Окончила школу почти с отличием, потом поступила в соседнем городе в университет, и вот уже она дипломированный специалист: преподаватель в средней общеобразовательной школе. И даже жилье теперь у нее свое, доставшееся в наследство от двоюродной бабушки.

Баба Нина в детстве видела ее не часто, но любила как родную. Приехав учиться, Оля сняла жилье с подругами, а бабушку навещала несколько раз в неделю. Своих детей у бабы Нины не было, и после смерти деда она жила с кошкой Марусей. В прошлом году бабушки не стало, вместе с квартирой внучатой племяннице досталось в наследство и животное пяти лет от роду.

Кошке Оля была рада, хвостатая подруга оказалась ласковой и разговорчивой. Ольге казалось, что кошка выражает согласие своим мяуканьем. А уж как Маруся умела слушать!!! И про школу, и про учеников, которые часто шумели и не делали домашнее задание, и про ненавистную зиму со своими короткими мало солнечными днями, снегом и ветром, задувающим ей в лицо.

Ольге не приходилось жаловаться на недостаток внимания молодых людей к своей персоне: не слишком высокая, стройная девушка с вьющимися каштановыми волосами и серо-зелеными глазами привлекала их внимание, но дальше прогулок и походов в театр или кино дело не шло. Кавалеров было собственно совсем немного, так как педагогический университет в основном был девичьим царством, да и в школе кроме физрука и пожилого учителя химии трудился на учительском поприще прекрасный пол. Второй учебный год шел по накатанной: работа-дом, дом-работа. А в каникулы Ольга уезжала на поезде к своим родителям, потому что где же еще отдыхать ребенку, как ни у папы с мамой? И не беда, что ребенку в начале ноября исполнилось двадцать пять лет.

Хотя, к сегодняшнему дню в ее жизни одна пренеприятная история по устройству своего личного счастья все же была.

***

Их познакомила Наташа, когда Оля была у нее в гостях.

– Оль, привет! – Наташа чмокнула подругу в щеку. – Познакомься, это Руслан. Он мне сайт помогает делать, настоящий компьютерный гений!

– Приятно познакомиться, – улыбнулся Руслан, протягивая Ольге руку. – Наташа сказала, ты хочешь компьютер обновить?

– Да, вот думаю, никак не решусь, – Ольга смущенно пожала плечами. – Боюсь ошибиться с комплектацией.

– Ошибиться? Не позволим ошибиться, все будет в лучшем виде, – рассмеялся Руслан. – Давай, рассказывай, что хочешь, помогу выбрать оптимальный вариант.

– Ну, я не то чтобы… – начала Ольга.

Но Руслан, не дав ей договорить, перебил:

– Да ладно тебе скромничать! – подмигнул он. – Рассказывай, для чего компьютер нужен, какие программы будешь использовать, бюджет какой? Разберемся!

Через пару недель новый компьютер стоял на столе у Ольги.

– Даже не знаю, как тебя благодарить, – сказала она, с восхищением разглядывая блестящий корпус. – Сколько я тебе должна за установку и хлопоты?

– Брось, какие деньги между друзьями? – махнул рукой Руслан. – Лучше в кино сходим, что ли. Если ты, конечно, не против.

Ольга, польщенная его вниманием, смущенно улыбнулась.

– Не против, – тихо ответила она.

Оле молодой человек понравился: он знал много историй и, не переставая, шутил. С тех пор они стали встречаться, но все на нейтральной территории: в кино, в кафе или в парке.

– Я верю в любовь с первого взгляда, – признался он однажды, глядя Ольге в глаза. – И настроен только на серьезные отношения.

Руслан этими словами, сказанными с такой искренностью, окончательно расположил Олю к себе. Неизвестно, чем вся эта история закончилась бы, если бы не день рождения Наташи, куда они пришли вместе. Ольга вышла на кухню помогать хозяйке торжества с горячим и случайно услышала разговор подвыпившего Руслана с его другом на балконе. Дверь была прикрыта лишь наполовину, и Оле было слышно каждое слово.

– …и как только деньги на счет упали, я тут же с ней порвал, – хвастался Руслан. – Лохушка даже не поняла, что произошло.

– А сколько она тебе отвалила? – с любопытством спросил друг.

– Вообще-то, прилично, – громко вещал Руслан. – Хватит на первый взнос. Кстати, познакомился тут с одной. Квартирка у нее – загляденье! Думаю, месяца через два свадьбу сыграем.

– Так быстро? – удивился друг. – А Инна как же? Долго ты ее обрабатывал!

– Да с этой проще будет, – отмахнулся Руслан. – С Инной, да, пришлось повозиться. А Ольга сама все отдаст, только скажи, что жениться хочешь. Она верит в любовь с первого взгляда!

Он загоготал. А у Ольги похолодело внутри. Ноги стали ватными. Она тихо вышла из кухни, стараясь не шуметь. В голове проносились слова Руслана: «Квартирка, свадьбу сыграем, сама все отдаст». Если бы не этот подслушанный разговор, она могла стать следующей жертвой. Отозвав Наташу в сторону, в двух словах объяснила ситуацию, вызвала такси и уехала домой, не сказав Руслану не слова.

После этого он пытался выяснять отношения, переходя с ласковых слов на оскорбления и обратно. Но дело было сделано: слышать о нем Ольга больше не хотела, и доверие к мужскому населению планеты было подорвано. Хотя в глубине души Оля продолжала верить, что встретит хорошего человека. Может не сегодня и не завтра, а когда-нибудь позже. Правда, соглашалась со своими подругами, что под лежачий камень вода не бежит, и нужно иногда выходить из дома в люди, да хотя бы и зимой.

***

Ольга проснулась субботним утром от яркого солнца в радостном предвкушении приятных предновогодних хлопот: время наряжать елку и покупать подарки подругам и родителям. До Нового года оставалась одна рабочая неделя. Однако солнце настраивало на весенний лад, следом за весной придет лето. А там… была в планах поездка на море! Так получилось, что в ее жизни были и походы с родителями в горы, и детские лагеря отдыха около рек. Должна была быть и поездка на море, но девочке за три дня до нее удалили аппендицит, и родителям поездку пришлось отложить. Сладкие мечты прервал телефонный звонок. Нашарив мобильный на тумбочке, Оля услышала в трубке быстрый монолог подруги, в который сложно было вставить пару слов:

– Олька, привет! Ты все еще спишь? Вставай, соня, одевайся, я сейчас за тобой заеду. Где, кстати, собираешься праздновать Новый год? И не говори, что опять с родителями! Я приглашаю встретить в компании. Будут все наши и Игорь. О-о-о, ты его пока не знаешь, но он тебе точно понравится. Он настоящий джентльмен, ничего общего не имеющий с альфонсом Русланом.

– Наташа, а куда мы сейчас поедем? Про Новый год я подумаю, мама правда расстроится!

Ольга откладывала на летний отпуск, поэтому покупка билетов домой и обратно этому точно не способствовала. Она налила кошке свежую воду и насыпала корм, думая, что Марусю на время ее отсутствия точно приютит кто-нибудь из подруг, да хотя бы и Наташа. Плохо только, что той все время нет дома, Марусе не с кем будет общаться.

– В центре города пройдет мероприятие «блошиный» рынок «Винтаж». Я обязана там быть. Так что тебе полчаса. Проветришься и себе что-нибудь присмотришь.

Наташа была подругой еще со школьной скамьи. Они вместе приехали поступать в разные ВУЗы, вместе снимали квартиру, потом к ним присоединилась Лиля, Олина однокурсница. Правда Наташа теперь осталась одна, Лиля вышла замуж и переехала к мужу, а Оля получила бабушкину «двушку» и чувствовала себя в ней барыней.

Наташа, будучи искусствоведом, была завсегдатаем антикварных лавок, и пропустить мероприятие не могла. С некоторыми из антикваров она даже сотрудничала над обеспечением правильного хранения и реставрации предметов искусства. И вся она была как ураган: быстро говорила, ела, двигалась, принимала решения. Ольга чувствовала себя рядом с подругой, как в замедленном кино. Поэтому умылась, проглотила кофе с бутербродом, оделась и надела обувь, уложившись в пятнадцать минут вместо отпущенного получаса, когда в домофон позвонили:

– Карета подана, госпожа!

– Уже бегу, дверь закрываю.

Лифт гудел где-то между этажами, и Ольга понеслась вниз по лестнице, радуясь, что у нее третий этаж, а не шестнадцатый, к примеру: с него долго бежать, да и высоты она боялась. В сумке зазвонил телефон, звонила мама.

– Привет, мамочка! Как у тебя дела? Меня Новый год встречать пригласили в молодежную компанию, можно я домой в эти выходные не приеду?

– Как жалко! Доченька, мы с папой недавно говорили, что нужно дать тебе возможность наладить личную жизнь, а то не видать нам внуков, – мама засмеялась, но было слышно по ее голосу, что она расстроилась.

– Мама, ну какие внуки! О чем ты говоришь? Не расстраивайся, пожалуйста, я весенние каникулы обязательно дома проведу.

– Хорошо. А как же подарки? Ну ладно, что-нибудь придумаю.

– Все, мамуль, мне нужно бежать. Папе привет! Пока.

– Пока, родная!

Время лечит.

Егор окончил школу в восемнадцать и ушел в армию. Поступать сразу не планировал, до осеннего призыва поработал в семейном бизнесе. Да и все равно ему было на тот момент: долгие три года жил он с дырой в сердце. Девушка, о которой он думал все время, уехала, не сказав ему ни слова. По правде сказать, обязательств перед ним у нее никаких не было, и быть не могло. В школьные годы разница в три года в возрасте подобна пропасти.

Нравилась ему с семи лет только она. До сих пор помнит, как Оля выступила его защитницей перед старшими мальчишками, которые сдернув с него ранец, перебрасывали его друг другу, потешаясь над Егоркой. Как утешала его, рассказывая что-то смешное, как он смотрел на ее золотистые волосы, в которых запуталось солнце, слушал Олин смех и таял, как весенний снег. Снег вокруг был почерневший, сквозь него пробивалась трава, пели птицы, слепило солнце, бежали ручьи. И солнечные лучи, как нити, прошивали маленькое сердце. Как много раз он мечтал потом, чтобы это наваждение его отпустило, и как до смерти боялся того, что это случится.

Оля всегда с ним здоровалась, так как жили они в одном подъезде. И в школу одну ходили по одной дороге. Поэтому, однажды, набравшись смелости, Егор предложил донести портфель. Оля согласилась, не хотела, видимо, обижать, и со временем это стало традицией. Портфель она позволяла нести до самой квартиры, чем вызывала шутки своей мамы, а перед поворотом к школе всегда его забирала. Егор не сразу, но понял, что девочка стеснялась своего поклонника, который был ее ниже на полголовы.

Он вообще был похож на галчонка из-за небольшого роста и чуть хрупкого телосложения: темно-карие глаза, слегка непослушные темные волосы, которые с трудом укладывались, создавая впечатление взъерошенного птенца. Егорка мечтал, что вырастет и когда-нибудь уже он защитит Олю от хулиганов. Ради нее он пошел, чтобы стать выше, в баскетбольную секцию и на айкидо, чтобы быть способным дать отпор. Так как именно айкидо – боевое искусство, основанное на использовании силы самого противника. К своим пятнадцати он сильно изменился, но казалось, Оля этого не замечает. Она была неизменно приветлива, но смотрела, будто, сквозь него. На носу выпускные экзамены, видимо, ей не до разглядывания соседей.

А потом она просто уехала. Он не знал куда. А спросить у ее родителей не позволяла гордость и обида. С головой ушел в спорт. Помогал отцу в мастерской с производством мебели. Когда Ольга приехала на каникулы, чуть с ума не сошел от радости. А когда она поздоровалась и вежливо поинтересовалась, как у него дела, то нагрубил. Потом избегал ее, потом мучился и проклинал все на свете. Решил, что клин нужно выбивать клином, и начал менять подружек. Каждая следующая была чем-то похожа на предыдущую, а все вместе они – на Ольгу.

Правда, с подобной терапией он завязал после случая с Яной. Она действительно была внешне похожа на Олю. Только потом Егор понял, что когда девушка соглашается на отношения без обязательств, это значит, что она верит в возможность все изменить, дай только время.

– Егор, миленький, помоги мне, пожалуйста, с этим отчетом, – Яна, как всегда эффектно одетая, томно смотрела на Егора. – Я в этих цифрах совсем ничего не понимаю. Ты же у меня такой умный!

– Яна, мы же договаривались, никаких просьб, – вздохнул Егор. – Я тебе не муж, не отец и даже не брат.

– Ну, Егорушка, – Яна провела рукой по его плечу, – ну кто же, кроме тебя, мне поможет? Я же пропаду без тебя!

Егор, не устояв перед ее чарами, помог с отчетом. А потом еще с ремонтом в квартире, с покупкой новой машины. Яна постоянно просила о помощи, внушая ему, что без его могучих рук, знаний и опыта ей не справиться. При этом, везде, где они появлялись вместе, она флиртовала с другими мужчинами, пытаясь вызвать в Егоре ревность.

Однажды Яна, улучив момент, познакомилась с его мамой.

– Мама, это Яна, – представил Егор девушку.

– Очень приятно, Яна, – улыбнулась мама. – Егор, у меня в багажнике продукты, отец сегодня будет поздно, помоги поднять сумки до квартиры.

Они все вместе поднялись домой к родителям Егора, где мама вместе с Яной занялись приготовлением ужина. А что оставалось делать? Вряд ли мама поняла бы отношения с девушкой без обязательств. Яна все уши тогда прожужжала маме Егора о том, какого чудесного сына та воспитала. После этого визита Егор постоянно слышал от мамы: «Какая Яна чудесная девушка! Тебе так повезло с ней!»

Хотя тот вечер получился по-семейному хорошим. И Егор ловил себя на мысли, что Яна неплохая девушка и не заслуживает подобного отношения. Только в принцип «стерпится – слюбится» он не верил. Да и была какая-то неискренность с Яниной стороны: та будто шахматную партию с его участием разыгрывала.

Однажды, неловко повернувшись, Яна ушибла палец на ноге.

– Ой, больно! – вскрикнула она, и на глазах тут же выступили слезы. – Егорушка, мне так больно!

Егор бросился утешать ее. С тех пор слезы стали частым оружием. Их теперь могло вызвать любое неверно сказанное Егором слово. Иногда уловки срабатывали, и примирение заканчивалось бурным сексом. Но, видимо, Яна переборщила с манипуляциями, потому что Егор почувствовал, что невыносимо устал от этого цирка.

– Яна, нам нужно расстаться, – сказал он однажды.

– Что?! – взвизгнула Яна. – Ты бросаешь меня?! После всего, что было между нами?! Да я тебя…

Начался грандиозный скандал, кульминацией которого стало битье посуды на кухне Егора. Он предусмотрительно включил диктофон на мобильном телефоне.

– …ты пожалеешь об этом! – кричала Яна, швыряя тарелки в стену. – Я тебя уничтожу! Я всем расскажу, какой ты тиран и изверг! Ты меня изнасиловал!

– Яна, успокойся, – пытался утихомирить ее Егор. – Никто тебе не поверит. На тебе нет ни одного синяка.

– Посмотрим! – зарычала Яна. – Я заявлю в полицию! Тебя посадят!

– До этого не дойдет, – спокойно ответил ей Егор. – Смотри, у меня есть запись, как ты бьешь посуду и угрожаешь мне.

– Запись силы в суде не имеет! – прокричала Яна.

– Доказательств у тебя нет, и не будет, а запись поможет не довести дело до суда. Подумай десять раз, прежде чем все это начинать. Иначе мужчины будут обходить тебя десятой дорогой, – устало вздохнул Егор. – Прощай, Яна.

С той поры Егор решил, что бороться со своей детской привязанностью, заводя отношения, подло. В чем виноваты девушки? Что они красивы как Оля и что они – не она? Они живые люди, им тоже больно. А договор на тему «секс по дружбе» – полный бред.

Поэтому свой отъезд в армию он воспринял с облегчением. За два года стало, как будто бы, легче, спокойней стало. Егор смирился со своей патологической привязанностью, решил, что время в итоге все окончательно излечит, и погрузился в семейное дело.

У отца была мастерская по изготовлению мебели. Дело росло, для выполнения всех заказов в сроки пришлось взять двух помощников, и еще одни руки были не лишние. Клиент, зачастую, хотел получить оригинальный и неповторимый дизайн, который будет соответствовать его интерьеру и стилю. Егор понимал, что дизайн мебели – это не просто создание предметов интерьера, это искусство организации пространства, отражение стиля жизни и воплощение комфорта. В современном мире, где технологии развиваются с невероятной скоростью, все больше стало цениться возвращение к истокам, к натуральным материалам и природной эстетике. Именно поэтому мебель из натурального дерева заняла особое место в дизайне интерьеров, являясь символом качества, долговечности и экологичности.

Егор здорово рисовал, но знаний в этой области ему явно недоставало. Летом он поступил на заочное отделение, на направление, связанное с дизайном и архитектурой, которое включало и мебельный дизайн. Учиться оказалось очень интересно: в дизайне деревянной мебели со своей группой они уже успели изучить основные направления, такие как минимализм, скандинавский стиль, рустик, эко-стиль и современную классику. Интересно также было узнавать про инновации в дизайне деревянной мебели: про использование переработанной древесины, про сочетание дерева с металлом, стеклом, камнем, про применение современных технологий обработки. На ближайшей практике они будут заниматься лазерной резкой, 3D-печатью и другими технологиями, позволяющими создавать сложные формы и уникальные дизайнерские решения.

За работой-учебой полтора года он даже не заметил. А так как снимал квартиру недалеко от мастерской, то с Ольгой в ее каникулы не пересекался. Справедливо полагая, что с глаз долой, из сердца … А проще говоря, боялся!

Все экзамены на зимней сессии Егор уже сдал, и ехать в город никакой необходимости не было. Придя к своим родителям в гости, на лестнице столкнулся с мамой Ольги:

– О, здравствуй, Рыцарь! Каким красавцем ты вырос, давно тебя не видела. Где ты сейчас, чем занимаешься?

– Здравствуйте, тетя Настя. Рад вас видеть. Все хорошо: работаю с отцом, заочно учусь.

– Ой, Егор, твоя мама говорила, что ты дизайну в университете учишься. Ты, случайно, в город не собираешься? – с надеждой спросила Олина мама. – Дочке необходимо гостинцы передать.

– Да, собираюсь. Когда нужно отвезти?

– Хорошо бы до Нового года успеть. Я, пока ты сейчас будешь у папы с мамой, тебе все сложу. А ты уж, как поедешь, возьми с собой, пожалуйста!

– До Нового года успею. Приносите, передам обязательно.

– Спасибо тебе большое, очень нас выручишь.

Анастасия Андреевна поднялась выше. А Егор перевел дух, с трудом понимая, что он сейчас сделал. Единственное, что имело значение, что после стольких лет он снова увидит ЕЁ!

Амулет.

Наташа ждала в своем небольшом, но горячо ею любимом, автомобиле Шевроле Спарк такого изумительного зеленого цвета, будто зимой он вырос посреди двора, сияя лобовым стеклом, заходящим на крышу машины. Сама водитель тоже сияла улыбкой.

– Оленька, душа моя, садись скорей, нас ждут великие дела и редкие артефакты на «блошином» рынке!

– Нат, а откуда вообще такое название «блошиный»?

– Ну, первые такие рынки, где продавали старые вещи, стали проводить в девятнадцатом веке во Франции. Весь товар собирался на помойках. Они очень дурно пахли и были грязными. Тогда их никто не стирал и тем более ничем не обрабатывал. Без присутствия блох и клопов здесь не обходилось. В наши дни на блошиных рынках продают вполне приличные вещи, там царит полная чистота. Однако название «блошиный» прочно закрепилось за рынком старых вещей.

– Надеюсь мероприятие не на улице?

– Нет, это крытый павильон. И это не просто распродажа, а настоящая вечеринка с едой, баром, музыкой, мастер-классами и интересной образовательной программой. Мой охотничий инстинкт подсказывает, что в этот раз мы найдем что-то по-настоящему интересное.

Большое пространство павильона, окутанное ароматами свежей выпечки и кофе, было разбито на тематические области. Лотки, уставленные антикварными предметами, будто переносили в прошлое. От обилия невероятных сокровищ разбегались глаза. Здесь были и эксклюзивный фарфор, и бижутерия, и стильная одежда. На столиках лежали редкие книги, ёлочные игрушки, живопись, гравюры, дореволюционная посуда, виниловые пластинки, мебель. Люди, словно пчелы, жужжали вокруг, обсуждая находки, торгуясь и смеясь.

Ольга, быстро потеряв из вида Наташу, решила оглядеться и заметила яркую вывеску: «Мода сквозь время. Мастер-класс и дефиле». Из-за расписной ширмы доносились звуки старинного граммофона и смех. Любопытство пересилило, и Ольга заглянула внутрь.

– Проходите, проходите, не стесняйтесь! – зазывала улыбчивая женщина в платье в стиле 20-х годов. – У нас тут путешествие в историю моды!

Ольга не успела и слова сказать, как ее подхватили под руки две девушки в ярких нарядах.

– Вы нам как раз подходите, – щебетали они. – У нас не хватает модели для образа «Дореволюционная Россия».

Ольгу усадили перед зеркалом, напудрили, подвели глаза, уложили волосы в высокую прическу и нарядили в длинное платье с кружевами и шляпку с перьями.

– Ну, просто графиня! – воскликнула одна из девушек.

Затем Ольге предложили примерить купеческий сарафан, пролетарскую косынку и платье стиляг. Каждый образ сопровождался рассказом об особенностях моды той эпохи.

Кульминацией мастер-класса стало импровизированное дефиле. Ольга, вместе с другими участницами, прошлась по импровизированному подиуму, демонстрируя разные стили и эпохи. Зрители аплодировали, свистели и подбадривали моделей. Ольга, сначала смущавшаяся, вскоре втянулась в игру и стала получать удовольствие от процесса. Она кружилась в пышных юбках, кокетливо поправляла шляпку, и даже умудрилась изобразить характерную походку модели из 60-х. Время пролетело незаметно.

После мастер-класса Ольга, уставшая, но довольная перешла в тематическую область с посудой и лампами. Здесь находилось очень много сказочно красивых чайных пар, сервизов, ваз, тарелок и их наборов. Цены от пятисот до пятисот тысяч рублей. Такое великолепие можно было рассматривать часами. Девушка переходила от одного товара к другому. Остановилась около чудесной винтажной лошадки-качалки,  рассмотрела дивную разрисованную ракушку. Вот для чего она? Да просто так! Не ракушка, а целая картина очень тонкой работы. Гениальной!

Пробродив два часа, заприметила чудесный английский молочник. Подруга велела обязательно торговаться, поэтому Оля стала его счастливой обладательницей за две с половиной тысячи рублей вместо трех. Затем она побрела вдоль книг и пластинок, замирая около собрания сочинений Эдгара По или «Античной мифологии». И столкнулась с Наташей у прилавка со статуэтками птиц и животных – с большим количеством изящных фигурок из керамики, дерева и металла, выполненных в самых разных стилях: от реалистичных до абстрактных.

– Оль, собиралась тебе звонить. Ты, конечно, забыла перекусить, – сказала подруга, протягивая кофе и булочку.

– Абсолютно! Тут обо всем забудешь, столько интересных предметов. Я поучаствовала в мастер-классе и купила маме очень красивый молочник. А ты?

– Я была на лекции по реставрации классического венского стула от мастерской «Новая жизнь». Послушала об основных этапах, некоторых трудностях и ошибках, которые могут возникнуть при разборе стула и его реставрации, узнала, какие материалы выбрать для покрытия в домашних условиях, а также секреты и историю создания мастерской.

– О, как полезно. А я просто развлекалась, что-то, конечно, узнала про винтажную одежду, но в основном наряжалась и прогуливалась в разных образах. Мне, кстати, на телефон сбросили фото. Ты купила что-нибудь?

– Да, нашла очень необычный стул-трансформер: когда нужно это стул, когда нужно – стол. Потом покажу, я заказала доставку.

– Смотри, какой интересный кулон! Птица похожа на орла. Это дерево, но оно теплое на ощупь. Шнурок новый, а сам кулон, похоже, нет. Откуда он такой? На нем нет цены, сколько он стоит?

Молодой человек, продающий зверушек, посмотрел безо всякого интереса:

– Девушки, здесь все по пятьсот рублей. Истории этих вещей неизвестны, они все по одной цене. Если что-то приглянулось, берите. Но хочу предупредить, что цена окончательная.

Оля не стала спорить, расплатилась и с удовольствием надела изделие на шею. Дерево по-прежнему было приятно теплым, словно птица живая. Ольга быстро допила кофе и вслед за Наташей пошла к выходу.

Вечером Оля сняла с шеи кулон, чтобы подробнее рассмотреть свою покупку. Птица с хищно загнутым клювом, с красиво расправленными крыльями, сидит на ветке, которая свита в узор со знаком бесконечности в центре. Очень приятное на ощупь дерево опять показалось теплым.

– Будешь моим амулетом, защищающим от холода, – улыбнулась Оля и положила его на прикроватную тумбочку.

***

Под утро ей приснилась птица, летящая по темному, почти черному небу. Луны не было видно, лишь редкие, тусклые звезды едва пробивались сквозь плотную пелену облаков. Птица с распростертыми крыльями бесшумно скользила в воздухе, зорко высматривая добычу под собой. Ольга была уверена, что крылатая хищница голодна, она ощущала ее стремление утолить этот щемящий голод.

Внизу, на земле, Ольга металась между темными, корявыми деревьями, спотыкаясь о корни и сухие ветки. Сердце бешено колотилось в груди, страх сковывал движения. Она пыталась спрятаться, забивалась под низкие кусты, прижималась к шершавым стволам, но птица все равно была где-то рядом. Ольга ощущала ее присутствие, слышала тихий шелест крыльев, казалось, что хищница ищет ее, но не может найти, будто не видит. Она была для нее невидимой, словно призрак.

Птица кружила в воздухе, снижалась, почти задевая крыльями верхушки деревьев, но взгляд ее скользил мимо Ольги. Тревожное ощущение близости опасности не покидало ни на секунду. Оля бежала, сама не зная куда, по бесконечному темному лесу, преследуемая невидимым охотником, который не мог ее найти.

Из сна выдернул телефонный звонок. Оля с удивлением посмотрела на часы: уже десять утра. Звонила мама:

– Дочь, доброе утро! Я все решила. К тебе приедет твой Рыцарь с нашими для тебя дарами, – мамин голос был бодр и весел.

– Доброе утро, мамуль! Какой Рыцарь, ты о ком?

– Оля, ну ты даешь! Наш сосед, Егорка. Хотя какой уж там Егорка, он так вымахал, что я его едва узнала. И на радостях, что нашла такого крепкого курьера, собрала ему целых две сумки. Папа их ему отнес, чуть не надорвался. А теперь я вот переживаю, как Егор их до тебя дотащит.

– Мама, ну зачем так много?

– Доченька, ну так заготовки. Кушай за наше с папой здоровье, – мама засмеялась.

– А когда он их привезет? У меня ведь работа. Правда, на каникулы детей отпустят нынче до праздников раньше на два дня.

– Обещал сообщить. Как узнаю, сразу тебе дату и время пришлю. От папы тебе привет, целуем, крепко обнимаем. Не скучай, ребенок.

Оля несколько минут полежала, думая о том, что она и через двадцать лет для родителей будет их малышкой, и пошла умываться, завтракать и наводить порядок в квартире.

Воскресный день прошел в хлопотах. Девушка сделала генеральную уборку, достала бабушкины игрушки и нарядила искусственную елку. Конечно, приятней наряжать настоящее дерево, тогда от хвойного духа появляется ощущение праздника с предчувствием волшебства и новогодней сказки. Но дерево затем умирает, лучше для запаха Оля принесет в дом еловые веточки.

Затем пришла очередь заняться рабочими вопросами. Ольга подготовилась к занятиям понедельника, скорректировала учебные программы классов на всю последнюю предпраздничную неделю. Во время уборки амулет перекочевал в бабушкину шкатулку в соседнюю комнату, и хозяйка на время про него забыла.

С понедельника началась неделя контрольных работ. Ольга уходила рано, приходила поздно, так как принимала «хвосты» учеников. Выходило так, что учитель, проявляя принципиальность и ставя двойки, потом изо всех сил старался, чтобы они были исправлены, а ученик получил за четверть хотя бы слабую тройку. В итоге пятница подкралась незаметно, итоговые оценки были выставлены, а впереди длительные каникулы: до Нового года четыре дня – с субботы по вторник и затем восемь дней января!

Пациентка.

Анна с утра не находила себе места. Прошло более семи лет, как пропала ее дочь, а будто вчера это было. В тот памятный вечер она собралась на дежурство в клинике, поцеловала Киру и уехала на работу. Все ее мысли были о пациентке в VIP-палате. Поэтому она не смогла потом точно вспомнить в полиции, куда собиралась пойти ее дочь и что она Анне об этом говорила.

А все потому, что пациентка была слишком необычной: от счастливой семейной жизни до палаты в психушке ее отделял один шаг. Муж Веры внезапно умер от сердечного приступа. Мир, который они так старательно строили вместе, рухнул в одночасье. Горе поглотило ее целиком. Сначала были слезы, бессонница, отказ от еды. Потом – апатия и безразличие ко всему, что раньше радовало. Сестра, видя, как Вера угасает на глазах, уговорила ее обратиться за помощью. В психиатрической клинике ей поставили диагноз «реактивный психоз, развившийся на фоне острого горя».

Лечение начали с медикаментозной терапии. Вере прописали антидепрессанты и транквилизаторы, чтобы снять тревожность и эмоциональное напряжение. Параллельно с этим проводились сеансы психотерапии. Врач пытался помочь Вере проработать травму, принять потерю и найти новые смыслы в жизни. Поначалу казалось, что лечение помогает. Вера стала немного спокойнее, начала спать и принимать пищу. Но через несколько недель наступило резкое ухудшение.

Реактивный психоз перешел в острую фазу: появились галлюцинации. Вера начала видеть и слышать своего покойного мужа, разговаривала с ним, о чем-то спорила. Она перестала реагировать на окружающих, живя в своем иллюзорном мире. Врачи приняли решение усилить медикаментозную терапию. Вере назначили нейролептики для купирования симптомов. Кроме того, было решено подключить арт-терапию. Врачи надеялись, что творческое самовыражение поможет Вере выплеснуть накопившиеся эмоции и восстановить связь с реальностью.

Переломный момент наступил, когда во время одного из сеансов арт-терапии пациентка нарисовала птицу, парящую над морем. Рисунок был наполнен светом и надеждой. Впервые за долгое время в глазах Веры появился проблеск интереса к жизни. Она начала общаться с другими пациентами, участвовать в групповых занятиях. Постепенно галлюцинации стали реже, а затем и вовсе исчезли.

Веру собирались выписывать, но тут опять произошло резкое ухудшение. Она устроила истерику, рыдала, требовала позвать каких-то дочерей, хотя детей у Веры никогда не было. Кричала что-то о замке на скале, о князе и о магии. Ее речь стала бессвязной, наполненной странными, непонятными словами. Врачи, обеспокоенные таким поворотом, провели дополнительные обследования. Диагноз изменили на шизофрению. Надежду на скорое выздоровление сменила тревога за будущее Веры.

– Вы уверены, что это не реактивный психоз? – с сомнением в голосе спросила молодая врач, изучая историю ее болезни. – Переход в шизофрению кажется слишком резким.

– К сожалению, все симптомы указывают именно на это, – ответил заведующий отделением, пожилой доктор с усталым взглядом. – Галлюцинации, бред, нарушение мышления. Все классические признаки. Возможно, первоначальный диагноз был ошибочным, и шизофрения просто дремала, ожидая подходящего момента, чтобы проявиться. Стресс, связанный со смертью мужа, мог стать триггером.

Ночью, когда Вера металась в бреду, Анна дежурила в клинике рядом с ее кроватью.

– Тише, тише, – ласково шептала она, гладя Веру по руке. – Все хорошо. Вы в безопасности.

– Мне нужно к ним… к Розалии и Эмилии, – прошептала Вера, глаза ее были широко раскрыты и полны ужаса. – Они ждут меня… в замке…

– В каком замке? – тихо спросила Анна, стараясь говорить как можно более успокаивающе. – Расскажите мне.

– На скале… над морем, – Вера закрыла глаза, словно пытаясь вспомнить что-то очень важное. – Там мои дочери… и мой муж… он князь… он защитит нас…

Анна понимающе кивнула, делая пометки в журнале наблюдений.

Утром дежурство закончилось, и она вернулась домой, но дочери там не оказалось. После бессонной ночи Анна прикорнула на диване, а когда проснулась вечером, Киры по-прежнему дома не было, ее телефон молчал. Обзвонив всех ее друзей, чьи номера значились в записной книжке, Анна испугалась не на шутку. Взяв полагающиеся ей отгулы на работе, утром она отправилась в полицию. Заявление о пропаже человека приняли сразу. Только вот девочку так и не нашли.

***

Анна о своей дочке не забывала никогда, но не понимала, почему она вдруг вспомнила о Вере. Для поиска дочери Анна брала отгулы, а потом сразу – отпуск, а когда вышла на работу, Веры в клинике уже не было. Пациентку в стабильном состоянии забрала сестра, тщательно записав назначенное врачом лечение.

Анна встала с дивана, сегодня выходной, нужно взять себя в руки и жить дальше. Через несколько дней будет Новый год. Очередной Новый год без Киры. Она подошла к елке, которую ей принес Кирилл. Даже его имя напоминало Анне о дочери. Мыслями она опять вернулась в год пропажи своей девочки. Вспоминала, как подавала заявление.

– Здравствуйте, капитан полиции Журавлев Кирилл Дмитриевич, – представился мужчина, – что у вас случилось?

Анна, еле сдерживая слезы, рассказала о пропаже дочери, о том, что обзвонила всех друзей и о том, что Кира не отвечала на звонки.

– Заявление примем, конечно, – сочувственно кивнул Кирилл Дмитриевич, – но вы понимаете, что подростки часто убегают из дома. Скажите, у вас с дочерью были конфликты?

– Нет, что вы! – воскликнула Анна. – У нас прекрасные отношения! Кира неплохо учится, у нее много друзей. Я не понимаю, что могло случиться.

Кирилл задавал вопросы, внимательно выслушивая каждое слово Анны, записывая все детали. Он пообещал сделать все возможное, чтобы найти Киру.

Пять лет капитан Журавлев упорно занимался делом о пропаже девочки. Были проверены все возможные версии: уход из дома, несчастный случай, похищение. Кирилл лично опрашивал друзей Киры, одноклассников, учителей, соседей. Он изучал записи с камер видеонаблюдения, проверял списки пассажиров автобусов и поездов, работал с базами данных пропавших без вести. Кирилл нашел ее друзей, с которыми она провела последний вечер. Честно говоря, с такими друзьями и врагов не нужно. Он копал под каждого из них, но раскрыв параллельно несколько дел, к которым эти «кадры» оказались причастны, так ничего и не узнал о Кире. Она в тот вечер словно растворилась в воздухе.

Анна все эти годы жила в кошмаре. Надежда сменялась отчаянием, вера – безысходностью. Кирилл стал для нее опорой в этом тяжелом испытании. Он регулярно сообщал ей о ходе расследования, поддерживал, утешал.

– Никаких новых зацепок, – тяжело вздыхая, сказал Кирилл однажды, приехав к Анне после очередного дня поисков. – Прости.

– Я знаю, что ты делаешь все возможное, – тихо ответила Анна, голос ее дрожал. – Спасибо тебе.

– Анна, – Кирилл взял ее за руку. – Ты не должна сдаваться. Мы обязательно ее найдем.

– Я уже почти не верю. – Анна горько заплакала. – Пять лет! Пять лет ее нет!

Кирилл обнял ее, прижимая к себе.

– Не плачь, – шептал он, гладя ее по волосам. – Я с тобой. Я буду рядом.

В тот вечер они впервые заговорили не как полицейский и потерпевшая, а как мужчина и женщина, объединенные общим горем. Кирилл остался у Анны. Он не мог вернуть ей дочь, но мог подарить свое тепло, свою заботу, свою любовь. И эта любовь давала ей силы жить дальше.

Анна очнулась от воспоминаний. На что она продолжает надеяться? А ведь продолжает. Именно поэтому она отклонила предложение Кирилла. Ей казалось, что если заведет семью, то этим предаст свою девочку. Она узнала, какие у Киры были «друзья», с кем она виделась в вечер исчезновения. А ведь думала, что хорошо знает дочь.

***

Кирилл рассказал, как проводил допросы. Большинство из этой компании было просто в невменяемом состоянии от избытка алкоголя, а те двое, кто видел, как Кира вышла из комнаты, давали разные показания, никак не помогая поиску.

Первым из этих двоих был Лёха, долговязый парень с бегающими глазами.

– Ну, Кира, да, была там, – мямлил он, нервно теребя рукав куртки. – Мы все там были. Бухали, курили. Потом она куда-то ушла. В туалет, вроде. Больше я ее не видел.

– В какой туалет? – давил Кирилл. – Перед дверью в туалет на полу спал вон тот бугай! Я его допросил, он Киры не видел. Вряд ли она смогла через него перелезть.

– Ну, не знаю. Может, ошиблась дверью. Темно там было.

Следующая – Марина, девушка с вызывающим макияжем и вульгарным маникюром.

– Кира? А, эта. Да, тусовалась с нами. Потом слиняла куда-то. С каким-то парнем, вроде. Не знаю, кто он. Первый раз видела.

– Каким парнем? Опиши его! – потребовал Кирилл.

Марина пожала плечами:

– Да откуда я знаю? Темно было. Высокий, вроде. В куртке.

– А что за куртка? Какого цвета?

– Да какая разница? Я не обращала внимания. Отвалите от меня!

Кирилл решил провести очную ставку между Лёхой и Мариной.

– Так, значит, Кира ушла с каким-то парнем? – обратился он к Лёхе. – Ты его видел?

Лёха испуганно посмотрел на Марину, потом на Кирилла:

– Нет. Никакого парня не было. Она ушла одна. В туалет.

– А ты говоришь, с парнем, – Кирилл повернулся к Марине. – Так с кем она ушла?

Марина злобно посмотрела на Лёху:

– С парнем! Я своими глазами видела! Этот. Забыла, как его. В общем, высокий такой.

– Лёха, ты уверен, что никакого парня не было? – настаивал Кирилл.

Лёха сник:

– Ну… может, и был… Я не помню… Темно было…

Было видно, что парень готов был признаться в чем угодно, лишь бы капитан полиции прекратил уже задавать одни и те же вопросы.

Кофе на плите закипел. Анна налила его в кружку, отхлебнула и подошла к окну. За окном мело. Вдруг в памяти всплыл сон, он приснился под утро: она летела над замком величественным и мрачным одновременно. Замок стоял на скале, а далеко внизу о камни билось море. И мысли опять обратились к Вере, которая рвалась в замок над морем к своим дочерям.

Сон Ольги.

Утро субботы встретило метелью и морозом. Не сходив вечером в магазин за продуктами, пришлось собираться в него с утра. Ольга вспомнила про свой амулет, нареченный защитником от холода. Достала его из шкатулки и надела с футболкой под толстый свитер. У футболки был глубокий V-образный вырез, поэтому кулон оказался прямо на коже. И всю дорогу до магазина Оля удивлялась, как же от него тепло.

В торговом центре оказалось жарко и многолюдно. Прежде, чем купить продукты, Ольга поднялась на второй этаж в отдел подарков, чтобы взять для них упаковку. Сами подарки она покупала в течение последней рабочей недели, осталось теперь их только упаковать. Купив пять листов красивой подарочной бумаги, Ольга перешла в отдел «Четыре лапы».

Маруся тоже заслуживала подарка, да и корма заканчивались. Оля, изучив автоматические кормушки-поилки с дозатором и таймером подачи корма от двух до четырех раз в сутки, выбрала достойный вариант по цене и качеству. Оплатила чудо техники вместе с кормами и отправилась за продуктами. Купила все необходимое на ближайшие выходные и к новогоднему столу взяла только то, что за четыре дня не испортится. Необходимо еще спросить у Наташи, что именно принести. Иначе был риск, что все гости придут с одним и тем же: только с алкогольными напитками или только со сладким, к примеру.

Дома Оля сварила куриный суп с домашней лапшой, нажарила котлет, сделала салат, заварила чай с имбирем. Наконец с удовольствием поела и села почитать книгу. В романе действие происходило в средневековом замке, часть окон которого выходило на бушующее море. То, что оно в книге присутствовало, сразу добавляло произведению плюсов.

Пришло СМС от мамы: «Дочь, Егор будет в воскресенье. На вокзал приезжает в полдевятого вечера, до тебя в течение часа доберется. Целуем. Позвони, как получишь гостинцы».

Остаток дня прошел за изучением кормушки. Маруся сначала отнеслась к агрегату насторожено, но потом и попила из него, и поела, и заурчала довольно. Видимо подарок понравился. Незаметно стемнело, и Ольга отправилась спать.

Ночь выдалась странной: Оля то засыпала, то просыпалась. Ей снилось, что она летит высоко в небе, но почему-то до мельчайших подробностей видит каждый кустик. Изображение далеко под ней было настолько детальным с такой насыщенной яркостью цветов, что с непривычки кружилась голова. Удивляло, что почему-то страха высоты не было. Ольга повернула голову и с гордостью отметила, что размах ее пестрых крыльев точно не меньше двух метров. Затем она обратила внимание, что под белым брюхом свисают две мощные желтые лапы просто с устрашающе гигантскими когтями. И еще этот голод, до чего же хочется есть! Вдруг далеко внизу она увидела олененка, спикировала на него, убила одним мощным ударом лап и стала рвать его когтями. С резким криком Ольга проснулась. В ушах свистел ветер, как будто она продолжала камнем падать с огромной высоты, а во рту ощущался вкус крови. Наверное, язык прикусила, но какой реалистичный сон!

Оля попила воды и поняла, что больше не уснет. Она залезла в Интернет и, разглядывая орлов, решила, что для размера приснившейся птицы больше всего подходит Южноамериканская гарпия. Это вид хищных птиц из семейства ястребиных. Единственный вид своего рода. Некоторыми авторами считался крупнейшим по весу орлом в мире. И внешне она была очень похожа. Потом Ольга набрала в поисковой строке слово «гарпия» и кроме птиц в подборке вышла информация о мифических гарпиях: в древнегреческой мифологии – полуженщины-полуптицы. О гарпиях рассказывали самые древние греческие мифы, в них олицетворяли страшную мощь штормов и бурь. Также считалось, что они похищают души мёртвых.

«Вот это утро!» – подумала Оля, спать ей совсем расхотелось.

Она набрала Наташин номер и поздоровалась:

– Наташа, привет! Не разбудила?

– Нет, конечно, ты же знаешь, что я жаворонок, я давно на ногах, – бодро ответила Наташа.

– Мне тут приснился очень реалистичный сон. Хотела спросить, к чему снится птица в небе? У тебя был сонник, ты его хвалила. А то в интернете, наверняка, тучи объяснений и все разные, – быстро проговорила Ольга, предвкушая очередную порцию Наташиной «эзотерики».

– Сейчас, погоди, возьму его с полки. Итак, если вам приснилась летящая птица, то в ближайшее время вы сможете исполнить свою мечту. А какая она была? Красивая? – спросила Наташа, шурша страницами.

– Да, просто роскошная: белоснежное брюхо, пестрые крылья, желтые лапы, размах крыльев метра два, не меньше, – мечтательно протянула Оля.

– Сон, в котором птица носит броское и красивое оперение, предсказывает успех в любви, которая будет взаимной, – торжественно провозгласила Наташа.

Ольга засмеялась:

– Ната, ты как ориентированная на чаянья клиента гадалка.

– Олька, ну здесь так написано! – немного обиженно ответила Наташа.

– Ладно, ладно, не кипятись. Но это не все: я не просто видела сегодня во сне птицу, я была ею. Это что значит? – спросила Оля, поерзав на кровати.

– Хм, интересный поворот. Летать, будучи птицей, – часто символизирует желание освободиться от ограничений. Это может быть связано с желанием вырваться из рутины, избавиться от стрессов. В данном случае крылья означают поддержку или помощь со стороны, – прочитала Наташа.

– И еще, ты помнишь, я высоты боюсь? А здесь ничего не боялась. Летела себе и любовалась на свои крылья, – добавила Ольга, вспоминая необычное ощущение полета.

– Если вы летаете высоко и уверенно, это может указывать на то, что вы готовы справиться с трудностями и преодолеть любые препятствия. Сон может символизировать освобождение от старых переживаний и возможность начать новую главу жизни, – с энтузиазмом продолжила Наташа.

– Пока все неплохо. А что, если я еще и когти видела? Огромные такие! – воскликнула Оля, поежившись.

– Когти… Сейчас посмотрю… Ммм… про когти здесь нет, – протянула Наташа, листая страницы.

– Оль, а что еще во сне ты делала? Ну, там пела птичьи песни, откладывала яйца, садилась на что-то? – поинтересовалась Наташа.

– Нет, ничего такого. Все гораздо хуже. Я во сне ела, – тихо произнесла Ольга, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

– Ела? – удивленно переспросила Наташа.

– Да, разорвала в клочья ни в чем неповинного олененка и жадно глотала сырое мясо. До сих пор в себя прийти не могу, – с отвращением сказала Оля, морщась.

– Здесь нет про «рвать и есть сырое мясо». Значит, ты была хищницей? – спросила Наташа после недолгой паузы.

– Да, интернет показал, что я была Южноамериканской гарпией. Это вид хищных птиц из семейства ястребиных. Некоторыми авторами считается крупнейшим по весу орлом в мире, – пояснила Оля.

– Ого! Видеть себя в сновидении хищной птицей предвещает возможный обман со стороны близких людей, – прочитала Наташа с ноткой тревоги в голосе.

– Ну вот, опять. Только не это, – вздохнула Ольга, чувствуя, как хорошее настроение начинает испаряться.

– Не бери в голову, тут еще написано, что, скорее всего, человек просто устал от всех трудностей, неприятностей и проблем и очень хочет улететь от всего этого как можно дальше, – быстро проговорила Наташа.

– Я понимаю, это шутка. Не верю я во все это, – ответила Оля. – Просто хотела с тобой поболтать. Усталость сказывается, конечно, но впереди такие длинные новогодние праздники, что успеем и отдохнуть, и нервы привести в порядок.

– А фигуру испортить. Я столько новых рецептов нашла для Новогоднего стола. И Лиля «Монастырскую избу» испечет, а это мой любимый торт, – загрустила Наташа.

– Ничего, мы с тобой в спортзал сходим. Лучше скажи, что мне к столу принести.

– Оль, исключительно себя принеси, пожалуйста. Еды и без того будет столько, что за неделю не съесть.

– Нет, Ната, так не пойдет. Ладно, тогда моя фантазия ничем не ограничена, я подумаю, что приготовить.

– Давай-давай, порази Игоря. Пусть увидит, что ты не только красавица, но и умница, – Наташа весело засмеялась.

– Ох, не нравится мне эта идея со знакомством, – нахмурилась Ольга.

– Это ты обожглась на молоке и дуешь теперь на воду, – сказала Наташа серьезно. – До сих пор чувствую себя виноватой, что тебя с Русланом познакомила.

– Не бери в голову, на нем не было написано, что он за птица. Не будем о грустном. Пойду лучше проведу ревизию своего гардероба на предмет праздничного наряда.

– Давай! Скоро увидимся, Оль, пока.

Ольга выпила кофе, покормила Марусю, сделала «ленивый» штрудель: вместо теста взяла лаваш, промазала его сливочным маслом, выложила начинку, посыпала корицей, завернула рулетом, сверху опять кисточкой с растопленным маслом прошлась, недолго потомила в духовке и вуаля! Время выбирать наряд на Новый год.

Она померила брюки с блузками, затем платья. На пороге год змеи, но цвета могут быть разные: все оттенки зелёного, песочный, серый, коричневый, чёрный и даже красный и золотой. Красный, конечно, беспроигрышный вариант, и у нее есть одно очень даже красивое платье. Оля надела его, покрутилась перед зеркалом и осталась довольна своим выбором.

Время летело, но сон все равно не шел из головы. Приснится же такое! И еще вечером приедет с передачей от родителей ее бывший сосед. Даже любопытно, каким он стал. Сколько она его не видела? Уже лет шесть.

Поздно вечером, завернув себя с Марусей в мягкий плед, Ольга читала, когда в дверь позвонили. На часах было без четверти десять. Девушка сняла урчащую подружку с колен и пошла открывать.

Встреча.

На пороге, слегка наклонив к правому плечу голову, стоял ее бывший сосед. Теперь он был на полголовы выше Ольги, обладал спортивным телосложением и густыми средней длины слегка взъерошенными темными волосами. Егор стоял и вежливо улыбался. При этом его улыбка была очень приятной и могла бы растопить любое сердце, если бы не глаза: темные, непроницаемые, они не улыбались, а смотрели на Ольгу внимательно.

– Как на экзамене, – подумала Оля, только вот ответа на невысказанный им вопрос она не знала.

Вслух при этом сказала:

– Вечер добрый, Егор! Проходи, пожалуйста.

Егор ступил в прихожую и, поставив на пол две огромные сумки, шагнул обратно к двери, сказав:

– Поздно уже. Я пойду, мне еще в гостиницу заселяться.

– Постой, возьми, пожалуйста, подарки для моих родителей, – Оля протянула пакет и взялась за сумки, чтобы отнести мамины заготовки на кухню, дернуть вверх дернула, но поднять не смогла.

– Ой, погоди, они тяжелые, давай я! Куда нести? – Егор быстро разулся, подхватил сумки и двинулся в указанном направлении.

Оля шла сзади, и думала, что он принес такие тяжести, а она его, как курьера, сразу же отпустила. Нужно хотя бы угостить человека чаем, вот штрудель и пригодился.

– Егор, снимай верхнюю одежду, мой руки, будем пить чай. Давай-давай, это не обсуждается.

Егор не стал отказываться. Скинув куртку, он направился в ванную и, вымыв руки, прошел на кухню, где с интересом огляделся. В квартире Ольги было уютно: на подоконнике цвел декабрист, на блюде лежал аппетитный пирог, а в воздухе витала какая-то особая, домашняя атмосфера. Когда Егор сел за стол, Ольга уже разлила чай по кружкам и, выудив из огромной родительской сумки, малиновое варенье накладывала его в вазочку на ножке.

– Как у тебя дела? Ты ведь уже работаешь? – спросил он, отпивая глоток горячего напитка.

Ольга улыбнулась:

– Да, работаю. В школе, учителем математики. В старших классах. Представляешь?

– Серьезно? – Егор удивленно поднял брови. – С подростками воюешь?

– Вот именно! – Ольга рассмеялась. – Иногда кажется, что у меня не классы, а террариум с кобрами, особенно выпускной одиннадцатый. У них на уме вместо ЕГЭ одни вечеринки. Но, знаешь, встречаются и очень интересные ребята. Например, в этом одиннадцатом классе есть Антон, так он задачи, которые я решаю за тридцать минут, используя какие-то свои собственные методы расчета, решает за пятнадцать. А иногда смотрит на задание и говорит: «Что тут решать, Ольга Николаевна? Тут же все понятно».

– Ну и ну, – Егор покачал головой, улыбаясь. – А ты что?

– А что я? Хвалю, конечно. Говорю, что он будущий Перельман. Покажи, что достижения ученика для тебя важны, и тогда он свернет горы! Но далеко не все старшеклассники тянутся к знаниям. Многие от них бегут как от огня, – Оля рассмеялась.

– А как твоя бабушка? – спросил Егор.

Ольга на секунду погрустнела.

– Бабушки больше нет, – тихо ответила она. – Недавно умерла. Оставила мне квартиру и кошку Марусю.

– Мне очень жаль, Оля, – Егор сочувственно посмотрел на нее. – Крепись.

В этот момент в кухню царственно вплыла Маруся. Она мяукнула, будто здороваясь, и запрыгнула к нему на колени.

– Какая красавица! Трехцветная, плюшевая на ощупь, – воскликнул Егор, наглаживая Марусю, пока та пела ему песни. При этом его лицо стало таким радостным и юным, что ни мускулистое тело, ни неспешные уверенные движения не прибавляли ему ни дня. Перед Олей сидел Егорка.

– А почему ты к родителям на Новый год не поехала, случилось что-то?

– Случилось, – Оля рассмеялась. – Мама с папой ждут внуков, говорят уже пора! Придется искать продолжателя рода на молодежной тусовке. Встречу праздник в кругу друзей.

– Как здорово, когда жизнь четко распланирована. И раз пришло время подумать о наследниках, зачем его впустую тратить.

Лицо Егора снова изменилось: в глазах насмешка, упрямо выдвинутый вперед подбородок. И так не понравилось Оле это иронично-пренебрежительное отношение, что она пожалела о своем гостеприимстве.

Егор поднялся и собрался уходить, но вдруг замер, разглядывая грудь Ольги. Оля от неожиданности забыла, что намеривалась сказать в ответ, не понимая причину столь явного интереса. Что она знает об этом выросшем ребенке? Адекватен ли он вообще?

– Красивый кулон, так филигранно вырезан из дерева. А узор под птицей вообще стоит запомнить и использовать на фасадах мебели. Я ведь учусь в университете дизайну, поэтому такие находки мне крайне интересны, – подал голос Егор.

И вот тут Ольге стало невыносимо стыдно: мало того, что ее бывший сосед принес неподъемные сумки, интересовался ее жизнью, так она еще и нехорошо о нем подумала. И даже не спросила, чем он занимается, чаю предложила. А нужно было накормить. Егор ведь с дороги, блюдце из-под пирога едва не вылизал, ни крошки не оставил.

– Егор, поздно уже! У меня две комнаты, постелю тебе в гостиной на диване. И давай ужинать. Явно начали мы не с того, со сладкого, – Оля улыбалась, но чувствовала себя не в своей тарелке.

Покормив гостя и выдав ему комплект постельного белья, она ушла в спальню.

***

Стало немного легче на душе. Набирать маму было уже поздно, поэтому Ольга отправила ей сообщение, что гостинцы до нее доехали в лучшем виде. В этот момент раздался звонок. Кто же это в такой час? Оля пошла к входной двери, краем глаза отметив, что Егор стоит у двери в гостиную.

На пороге с ноги на ногу переминался Руслан с букетом белых роз. Ольга затаила дыхание, не веря своим глазам. Как он мог прийти сюда снова? Она ненавидела его за то, что он так беззастенчиво нарушает ее границы, но в то же время в ней возникло странное чувство – какое-то смешение злости и печали.

– Оля, – начал Руслан, стараясь говорить с теплотой в голосе, – я хотел поговорить. Я до сих пор не знаю, на что ты злишься. И Наташа молчит как партизан. Чем я тебя обидел?

Он смотрел такими ясными глазами, что если бы Ольга не слышала своими ушами тот разговор, никогда бы не поверила, каким циничным и грубым Руслан может быть. Она не ответила, просто стояла на месте, держа дверь приоткрытой, пока эти мысли проносились в ее голове. Руслан понял ее замешательство по-своему и, оттерев девушку плечом, вломился в прихожую. В эту минуту Оля порадовалась, что она не одна.

– Уходи, пожалуйста. Не нужно ничего выяснять, – ее голос выдал, что сложившаяся ситуация ей не приятна.

– Но, Оля, возможно, ты обиделась, что я выпил на дне рождения лишнего. Только скажи, больше ни капли в рот не возьму, – снова обаятельная улыбка, располагающий взгляд.

– Руслан, я бы хотела, чтобы ты забыл сюда дорогу. Я очень рада, что нас с тобой ничего не связывает, – Ольга начала терять терпение.

– Оленька, что ты такое говоришь. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь.

«Откуда только берется такая проникновенная дрожь в голосе. Какой талант пропадает», – в очередной раз подумала Ольга, а вслух сказала:

– Вот именно поэтому, что я прекрасно знаю, как ты ко мне относишься, я и не хочу тебя больше видеть.

– Да о чем ты, в конце концов, толкуешь? Что ты знаешь? – Руслан начал злиться, видимо, потому что не любил, когда события развивались не по его сценарию.

Он попытался притянуть девушку к себе, но тут глаза его удивленно округлились. За спиной Ольги неслышно появился Егор.

– Оля, кто это? – спросил Егор, глядя на Руслана, его голос был спокойным, но в нем чувствовалась угроза.

– Это просто знакомый, – решительно произнесла Ольга. – И он уже уходит.

– Просто знакомый? Вообще-то я твой жених. Быстро же ты мне нашла замену. А все из себя недотрогу корчила, – Руслан выглядел взбешенным. Вся его приятная личина сошла в одно мгновение, обнажив злобную и мелочную натуру.

– Забудь сюда дорогу. Это мой молодой человек, и я его люблю, – спокойно ответила Ольга, обнимая Егора за талию и целуя в щеку. Егор обнял Ольгу в ответ.

– Ах ты, дешевка, мужика себе завела. Я до последнего тебе верил и думал, что это знакомый или родственник, – Руслан был полон праведного гнева.

– А вот это тебя не касается. Не теряй время, забирай свой букет и иди искать очередную простушку, – Оле с самого начала был неприятен разговор, а теперь она еле сдерживалась. – Большая удача, что я вовремя услышала, как ты обсуждаешь свои планы с другом, что тебе нужна только моя квартира.

– Вот оно что, а я голову ломал, как такая глупая курица, как ты, может что-то заподозрить, – Руслан зашелся в крике, брызгая слюной.

Но выговориться он не успел. Егор, не выдержав, схватил его за шиворот и силой вытолкал за порог. Часть цветов рассыпалась по прихожей. Оля их собрала, выкинула в красное от злости лицо Руслана и закрыла дверь на замок.

– Егор, мне очень неудобно, что ты стал свидетелем этой сцены. Прости, пожалуйста, – сказала Ольга, не поднимая глаз.

– Тебе не за что извиняться. Хорошо, что я не ушел. Возможно, понимая, что может встретить здесь отпор, это ничтожество больше сюда не сунется. Почему он называл себя твоим женихом?

– У него были далеко идущие планы на мою недвижимость. Это неприятно и мерзко. Благодаря счастливому случаю, наши отношения не зашли далеко и прекратились в самом начале, – Оля вздохнула. – Это был долгий день. Пойдем спать. Большое спасибо тебе, Егор, за помощь.

– Рад был помочь. Спокойной ночи! – Егор заправил кудрявую прядь Ольге за ухо.

Оля зашла в спальню. Теперь, наверное, стоит вспомнить о бабушкиной аптечке. Там точно есть снотворное, она видела, когда выкидывала все просроченные лекарства. Окончание учебной четверти было напряженным, видимо, поэтому сдают нервы. Необходимо принять средство, чтобы крепко спать и не просыпаться с криками. Иначе ее гость бог весть, что о ней подумает. Она запила таблетку водой и свернулась клубочком под одеялом.

Переход.

То, что прием снотворного будет ошибкой, Оля не знала. Сначала она на самом деле уснула глубоко и без сновидений, но вскоре опять летела на головокружительной высоте. Далеко внизу стояло лето: зеленые поля сменились лесом, а затем потянулось бескрайнее море. Точнее это был морской залив, пересекая который, Ольга приближалась к скалистому берегу с замком.

На фоне безмятежного неба, казалось, что замок, возвышающийся на обрыве, был вырезан из самой тьмы: с мрачными готическими очертаниями, с изогнутыми шпилями и утонченными арками, с темными каменными стенами, обвитыми зеленью. На самой вершине одной из башен располагалось открытое окно, его изысканные арочные формы и резные наличники, обветренные временем, создавали впечатление, будто окно смотрит на мир с высоты, наблюдая за бескрайним морем и его бесконечными волнами.

Взмахнув крыльями, Ольга стремительно влетела внутрь и увидела под собой широкую кровать на звериных лапах, а на ложе бледную девушку. Её черные волосы рассыпались по подушке, на ней была изысканная ночная рубашка с легким и воздушным кружевом по краям, напоминающим морскую пену. Оно трепетало от вихря, который, закручиваясь, зарождался в изголовье. Незнакомка заметалась во сне, на ее лбу выступила испарина, глаза распахнулись, тело выгнулось, из горла вырвался крик, полный нечеловеческой боли.

В тот же миг Ольга увидела над собой птицу, жуткие длинные когти у самого своего лица. Дверь в комнату с грохотом распахнулась, внутрь вбежал огромный воин, размахивающий мечом. Оля не могла пошевелиться, тело не слушалось, она больше не летела, а лежала на кровати. Все, что смогла сделать – в ужасе зажмуриться.

«Больше никогда-никогда никакого снотворного», – мысленно пообещала себе Ольга и приоткрыла глаза.

Великан вкладывал меч в ножны и закрывал окно, у его ног валялись несколько длинных перьев, птицы нигде не было видно.

– Это еще что такое? Как ты посмел ворваться в комнату Оливии? Твое место за дверью, – голос вошедшей в комнату дамы звенел от возмущения, она указывала трясущейся рукой великану на дверь. Это была высокая красивая женщина лет тридцати, статная, с властным надменным лицом, уверенная, что ее просто нельзя ослушаться.

– Госпожа Ада, простите, но госпожа Оливия кричала! – пытался оправдаться воин. – Я бросился на крик, а тут гарпия с когтями у шеи госпожи!

– Что ты несешь? Гарпии не залетают в жилища и не нападают на людей!

– Госпожа Ада, посмотрите, вот на окне следы от ее когтей и перья, которые срубил мечом.

– Действительно глубокие борозды, – госпожа Ада покрутила в руках перо, – быстрее бы господин вернулся, а то все на костер отправимся. Ты все еще здесь? Вон пошел! И служанку сюда!

Не успела дверь закрыться, как тут же снова открылась, впустив худенькую испуганную девушку.

– Где тебя носило? Сколько ты вчера налила госпоже сонного корня, почему она до сих пор в себя не пришла? – госпожа Ада видимо не собиралась успокаиваться, но склонившись над Ольгой, заговорила ласковым голосом, не меняя при этом выражения холодных глаз: