# (Не)Мой капитан

Тата Шу

Шесть лет назад Питер стал для Ии местом боли и утраты – она потеряла сердце, отдала его морскому капитану Тимуру Рогозину, а потом исчезла из его жизни. Теперь судьба возвращает их друг к другу: на благотворительном вечере они сталкиваются вновь. За годы Ия стала сильной, независимой женщиной, а Тимур – всё тем же властным, страстным и ревнивым мужчиной, но уже научившимся сдерживать бури внутри себя. Их любовь не угасла – она лишь ждала момента, чтобы вспыхнуть с новой силой. Между прошлыми обидами, недоговорённостями и опасностями, подстерегающими Ию, им предстоит заново научиться доверять, прощать и строить общее будущее. «(Не) Мой капитан» – история о любви, которая сильнее времени, гордости и даже морских штормов.

Глава 1.


Ия сидела в полюбившемся кафе на Невском. Она любила этот город, не смотря, на то, что шесть лет назад Питер принес ей много боли, он забрал ее сердце. Все, что произошло с Ией до этого дня было связано с ее семьей, с ней, с историей страны. Сегодня она приехала сюда по делам.

Вечером должен был состояться благотворительный вечер в фонде «Подари мне шанс на жизнь». Девушка допила свой чай, поднялась и пошла к выходу. Вдруг ее окликнули:

– Громова, ты?

Знакомый голос выдернул ее из воспоминаний.

– Громова, все смотрю ты, не ты? Шикарно выглядишь. Ты как здесь? Ты так внезапно тогда пропала. Говорят, ты замуж вышла и уехала. Ты вернулась?

– Я здесь по делам.

– Ты куда сейчас? Давай погуляем, поболтаем. Ты выглядишь просто потрясно, видно хорошо устроилась. Расскажешь?

– Люба, ты меня извини, мне действительно некогда. Я очень тороплюсь, как-нибудь в другой раз.

Она знала, что и другого раза не будет.

Шесть лет назад.

Виктория Петровна собирала свою внучку Машуню в большой город на учебу. Когда Маше было почти семь лет, Виктория Петровна забрала Машу к себе. Воспоминания сдавили грудь. Ее сын и невестка ехали к ней забрать Машуню домой. Первого сентября Маша должна была пойти в школу. Но случилось большое горе. На большой скорости в машину сына врезался грузовик. Сын и невестка скончались на месте. За рулем фуры был пьяный водитель. В тот далекий вечер пятницы жизнь изменилась. Маша навсегда осталась у бабушки с дедушкой. Виктория Петровна была директором в местной школе небольшого городка. Преподавала английский язык. В этот год Маша в школу не пошла. Только на следующий год первого сентября Маша пошла в эту же школу, где работала бабушка. В Питере у сына осталась квартира. Виктория Петровна ее сдала квартирантам, чтобы иметь еще доход. Пособие за погибших родителей, заработная плата, пенсия, деньги за квартиру, свой огород. В общем на жизнь хватало.

Маша росла покладистой девочкой. Бабушка растила ее в строгости. Училась на отлично, все предметы давались легко. Одиннадцать лет пролетели быстро. Правда, после перенесенного горя у Виктории Петровны, стало пошаливать сердце. Должность директора пришлось освободить. Она устроилась в Мичуринский колледж вести несколько часов английского языка. Машунька из угловатой девочки превратилась в настоящую красавицу. Сердце за нее болело. А внучка решила поступать в медицинский государственный университет. Хорошо, что есть родительская квартира в Питере, есть где жить. Машуня одета, обута, витамины и овощи растут в своем огороде. Деньги на имя Маши лежат на счете в банке, и есть еще кое-что, но внучка, пока, об этом не знала. Рано еще. Вот по приживется в Питере, тогда и откроет ей семейную тайну. Лишь бы не опутали ее красавицу и с пути истинного не сбили.

– Бабушка, ты не переживай, все твои наставления помню. Ничего от тебя скрывать не буду, клянусь! Чтобы не случилось!

– Машуня, ты приглядись к девчонкам, кому потруднее, кто поскромнее, да и возьми к себе жить. Вместе будет веселей. Там соседка на площадке, София Андреевна, одна пока живет! Сын у нее взрослый – капитан дальнего плаванья. Я позвонила, что ты едешь. Поддерживай ее. Уколы ты умеешь ставить, помогай ей. Я перед ней в долгу за эти одиннадцать лет, что присматривала за квартирой. У нее сахарный диабет, когда в аптеку сходи, когда в магазин. Да и она тебя поддержит, может, чем-нибудь!

–Бабулечка, я тебе обещаю, что обязательно сделаю все, что ты просишь! Даже с мальчиком не лягу в постель без сильной любви! Ты не переживай, береги себя, ты мне очень нужна.

Маша засмеялась, обняла бабушку, потискала Мухтара:

– Слушайся бабулю! – приказала собаке, взяла дорожную сумку, чемодан и шагнула во взрослую жизнь. Такси вот-вот подъедет.

Виктория Петровна стояла у выхода, придерживая Мухтара.

– Мухтар, здесь ехать три часа, она будет часто приезжать – успокаивала она собаку, смотря в след удаляющейся внучке. Ее ненаглядная девочка уезжала за своей судьбой. Так не хотелось ее отпускать, но жизнь движется вперед! Девочка приняла решение, она должна его уважать. Краснеть за свою внучку ей не приходилось. Умница она у нее.


Глава 2.


И вот Громова Мария Владиславовна – студентка Медицинского Государственного Университета им. И.И. Мечникова.

После первого дня учебы Маша отправилась на Невский. Она влюбилась в него, когда подавала документы. Особенно вечером прогуляться по нему – было одно удовольствие. Заходящее солнце в конце Проспекта – потрясающее зрелище!

В университете Маша еще во время подачи документов познакомилась со спокойной, скромной девушкой Алисой. Она была из провинциального городка. Жила она в общежитии. В соседки ей попалась бойкая девушка Люба. Люба явно не особо хотела учиться. Ей хотелось больше развлечений и праздного образа жизни. К концу первого месяца учебы она нашла союзников своих взглядов- девушки, молодые люди, дискотеки, концерты. А еще ей хотелось нагуляться и найти обеспеченного мужа.

Алисе, конечно, мешало такое соседство. Училась она на бюджете, ей во чтобы-то не стало нужно грызть гранит науки. В комнате произошел инцидент – Алису чуть не изнасиловали, она оказалась не из робкого десятка, разразился скандал. И Маша предложила Алисе переехать к ней. Алиса была порядочным человеком, ее смущало, что она будет жить в квартире подруги бесплатно. Поэтому на дружеском совете было решено – устроиться в больницу на подработку, чтобы в складчину платить за квартиру, заодно и опыт пригодиться. Родители Алисы были несказанно рады, что все так сложилось. Бабушка Маши оценила это решение даже очень положительно. Взрослые подкидывали со своих огородов продовольствие, да что говорить – сложилось все, как нельзя лучше. В общем жили – не тужили. Приглядывали за соседкой, хотя кроме них еще были соглядотаи. К родным ездили по очереди – через выходной.

На носу был Новый год. София Андреевна предложила девушкам прийти к ней на встречу, немного посидеть. Любила она подкормить девчонок домашней едой. Все приговаривала:

– Мне все подряд есть нельзя, а я на вас посмотрю и мне радость, что накормила домашней едой, а то, наверно на учебе только перекусы. Питаться надо нормально.

София Андреевна когда-то жила с родителями и сыном. Отец ребенка оставил ее, как только узнал, что она беременна. Родители помогли ей в воспитании сына. Давно они уже ушли в мир иной.

Сын закончил Новороссийский университет, работал на заграничном флоте. Уже не один год был капитаном круизного лайнера. Женился рано, купил квартиру. Только вот жена попалась та еще штучка. Влюбленность быстро прошла. Детей не было, невестка не хотела, считала, что рано. Разошлись, сын купил ей квартиру, за то, что она отдала ему лучшие годы жизни.

Девчонки, как всегда, к своим поехали по очереди. Третьего января Маша затеяла уборку в квартире Софии Андреевны. На Рождество нужно было постирать все шторы и тюль, а это все нужно снять, постирать, погладить и снова повесить. Потом помыть полы, вытереть пыль – короче все надолго. Завтра она уедет к бабуле.

Маша вытирала пыль с фотографий. Сын у соседки был красавцем. Однажды девушка сняла его себе на телефон и часто им любовалась. Высокого роста, широк в плечах, спортивного телосложения, недельная небритость, белоснежная улыбка, синие, как омуты глаза, модельная стрижка на темных волосах. Он стоял на палубе круизного лайнера, в дали был океан. Девичье сердце все чаще трепетало, вспоминая его образ. Последнее время он часто ей снился. Сны были слишком откровенные, для неискушенной любовью, девушки. Она просыпалась в поту. Нужно было как-то бороться с этим наваждением. Было очень страшно, увидеть предел своих мечтаний наяву. Алиса уже допытывалась:

– Маша, ты стала сама не своя, что происходит?

И однажды Маша ей призналась:

– Ты знаешь, Алиса, я наверно, влюбилась!

– Маша, ты совсем его не знаешь! Это картинка! Что на самом деле представляет человек, неизвестно. Мало ли красивый мужик на фотографии, это обертка. Да и старше он тебя, ему уже тридцать четыре.

– Что ты, я думаю он замечательный. Такие глаза не могут лгать, обмануть. Да и София Андреевна только хорошее о нем рассказывает. Он щедрый, заботливый, умный, работящий, воспитанный, образованный. А тридцать четыре для мужчины, это не возраст. И потом, я не рассматриваю, его как потенциального парня. Это просто девичья сказка с принцем на белом коне. Для меня он недосягаем.

– Ну конечно, сначала принц, потом жеребец, потом пузо на лоб, а сам в море. Слушай, Машка, давай уже сходим перед учебой куда-нибудь. Надо развеяться, а то молодость пройдет в учебе и трудах. Мы ведь заслужили небольшой загул. И потом, Маша, смотри правде в глаза, такой шикарный мужик не может быть один. У него наверняка есть пассия, а то и не одна, причем в каждом порту.

– Ну что ты, Алиса!

– Маша, ты самая близкая, самая замечательная. Ты за эти несколько месяцев, стала родной, как сестра. Правда, я ни с кем не была, так близка. Я тебе, желаю только хорошего, большой и светлой любви. Я тебя всегда поддержу, ты не обижайся, если я буду тебе говорить, то что думаю. Ты же знаешь, я из многодетной семьи. Моя старшая сестра обожглась, приехала с учебы с животом, мало нас семеро по лавкам, еще и она. Отец долго лютовал, досталось всем, всех загрыз. Теперь только начал успокаиваться. Санька бегает за ним: «деда, да деда», Лиза на работу устроилась.

– Ты, мне этого не рассказывала.

– Хвастаться тут не чем, вот и не говорила!

Маша удивлялась, какая Алиса рассудительная, правильная. Вот такой был разговор на кануне Нового года. Девушка была очень рада, что судьба их свела. Алиса сейчас дома. Она повезла им подарки. Маша послала мальчику машинку, а сестрам подруги собрала свои вещи, которые не носила и всем конфет. Алиса, конечно, упиралась.


Глава 3.


Из воспоминаний Машу выдернул звонок, София Андреевна не взяла телефон, Маша не глядя, схватила трубку.

– Алло, мам, – произнес волшебный бархатный голос. Это звонил он.

– Это не мама. Извините, Софии Андреевны пока нет дома.

– Кто вы, Маша или Алиса?

– Маша.

Молодые люди стояли по разным сторонам связи и молчали. Машу накрыла паника. А Тимур был в ступоре от чарующего, мелодичного, теплого, уютного, тоненького голоска. В голове вспыхнули эротические фантазии. Тимур тряхнул головой, взял себя в руки. Он знал о ней все. Ну или почти все. Ее фото и фото подруги были у него в телефоне. Маша из маленькой куклы превратилась в настоящую красавицу. Выйдя из ступора, парень произнес:

– А где мама? Почему вы взяли трубку? Что-то случилось?

– Нет. Все хорошо. София Андреевна уехала в клинику к врачу на контрольную явку, а телефон забыла.

– Маша, передайте пожалуйста маме, что я буду дома завтра – потом зачем-то добавил – полечу другим маршрутом. У меня все хорошо, пусть не переживает.

– Хорошо, обязательно передам. До свидания!

– Почему до свидания? Я бы хотел еще немного ваше внимание задержать. Машенька, подскажите, может мне по пути купить продуктов?

– Что вы, Тимур Станиславович, ничего не нужно, все есть.

– Маша, давай на ты. Я смотрю ты хозяйственная – пауза – Что молчишь? На ты и никаких отговорок!

– Хорошо, давайте! В смысле, давай.

– До встречи, Машенька!

Положив трубку, Маша присела. Внутри все дрожало. В животе порхали бабочки. Она схватилась за щеки. Бархатный голос Тимура проник под кожу.

– Что же это такое, это просто наваждение. О, Всевышний, помоги! Что же делать?

Посидев немного, закончила уборку. Вскоре соседка вернулась домой.

– София Андреевна, звонил ваш сын, он прилетит завтра. Я сейчас приведу себя в порядок и помогу вам с готовкой. Завтра рано я поеду домой. Послезавтра Алиса приедет.

– Машенька, девочка, ты что какая?

– Немного нездоровиться – соврала Маша – может, просто устала.

– Машенька, я все сделаю сама.

Маша ушла к себе, помылась, собрала сумку и пошла помочь соседке. Там кипела работа вовсю. Девушка помогла и ушла со спокойной совестью домой.

Ранним утром Маша уже сидела в автобусе. После бессонной ночи ее укачало и она всю дорогу проспала. Проснулась только при въезде в город. Мухтар встретил ее звонким, радостным лаем. Бабуля наготовила вкусностей, напекла пирогов. Маша наигралась с Мухташей, накормила его от живота. Хоть Мухтар и был хорошо обученной, грозной собакой, с Машей он становился маленьким, ласковым щенком. К вечеру пес запросился на улицу, дома было тепло, а он не особо любил находиться в помещении и службу свою знал на отлично. Никто не смел заходить на территорию без разрешения. Все об этом знали.

– Машуня, ты какая то, не такая. Что тебя беспокоит?

– Бабуль, я приболевшая была и вообще просто устала. Вот отдохну у тебя, отосплюсь, ты меня откормишь. С Мухташей наиграемся, нагуляемся.

– Ну, откормить тебя за три дня не получится, а отдохнуть, сможешь. Иди ложись.

Сейчас Маше надо было остаться с самой собой. Пожелав бабуле доброй ночи, она ушла к себе, забралась под одеяло и погрузилась в свои мысли. «Права Алиса, засиделись мы дома, заучились. Нужно иногда выходить в люди.»

Маша взяла телефон и набрала Алису. Соскучилась она по ней.

– Привет, Лиса! Не помешаю? А то поздно уже.

– Нет. Привет. Маш, случилось что?

– Нет все нормально. Просто я уже у бабули. А ты оставайся у своих подольше. Сын у Софии Андреевны сегодня прилетел.

– Нет, Маша, я завтра. Хочу отлежаться, отоспаться. С моими тут невозможно. А ты, почему раньше уехала? Сбежала?

– Сбежала. – ответила Маша и тут же перевела тему разговора – А давай и правда сходим куда-нибудь. Все-таки праздники, скоро снова запряжемся в учебу. Как твои? Вещи подошли? Машинка Саше понравилась?

– Все подошло, все понравилось. Сашка твою машинку из рук не выпускает. Маш, я тебя не узнаю, ты ведь не трусиха. Рано или поздно вы увидитесь, познакомитесь лично. Чем быстрее это произойдет, тем лучше. Перешагнешь и дальше пойдешь. Вот в Питер приедем и пойдем в разнос.

– Посмотрю я на тебя, как ты будешь перешагивать, когда влюбишься!

– Я думаю, пока мне это не грозит.

– Ну, ну.

– Проехали.

– Ты меня, Алиса, встреть. Бабуля напихает целые сумки, не утащить, все боится, что мы голодаем.

– А меня на этот раз привезут на машине!

– Кто? Что за изменения в твоей жизни, а я не знаю? Рассказывай немедленно!

– Наша Лиза, наверно, скоро замуж выйдет. Она у себя на работе встретилась с бывшим одноклассником. Лиза ему всегда нравилась, но жизнь их развела. А теперь вот снова свела. Надеюсь, что у сестры все сложится. К Сашке он хорошо относится. Вот меня и привезет ее кавалер. Можно я их у нас на ночь оставлю? Они хотят по городу погулять.

– Алиска, могла бы и не спрашивать! А где он работает?

– У его отца есть автосервис, хочет расширяться. Лиза из-за сына не доучилась, Олег предлагает, чтобы она на заочное поступила.

– Это же очень замечательно! Олег видимо серьезно настроен.

– Лизка у нас хорошая. Ну, Машунь, пока. Созвонимся.

Поговорив с подругой, на душе стало легче. Выспалась Маша отлично. Встала бодрой. Сняла занавески, почистила дорожки на снегу, вычистила от снега двор, правда Мухтар мешал, но ничего справилась. Рождество с бабулей встретили вкусно и весело. Маше казалось – это последнее тихое Рождество, такого больше не будет.


Глава 4.


Рано утром восьмого января Маша выходила из дома. Бабуля с Мухтаром провожали до калитки. Открывая дверь, девушка заметила стоящий у забора, большой черный внедорожник. Маша еще подумала «Неужели такие машины в такси ездят?» Вдруг из Машиных рук стали забирать сумки и бархатный голос произнес:

– Ну здравствуй, Маша, долго спишь, я заж…

Не успел этот голос закончить свою речь, как в его руку вцепился Мухтар.

– А ну, фу! – закричали все втроем.

Мухтар с рычанием отпустил руку.

– Мухтар, свои! – скомандовала Маша и схватила собаку за ошейник. Из руки пострадавшего сочилась кровь. Сумки ударились о землю. Из разбитых банок, запахло разносолами.

– Божечки, – запричитала Виктория Петровна – Тимурчик, ты? Надо в больницу. К нам ведь просто так не заходят, предупреждают. Маша, что ты застыла? Посади Мухтара на цепь. Тимур, давай в дом, надо рану обработать.

Тимур стоял и глазел на Машу, как последний дурак. Оцепенение никак не проходило. Перед ним стояла с огромными, зелеными глазами прекрасная девушка. От испуга и смущения у Маши порозовели щечки. Пухлые губки подрагивали. Он не видел и не слышал никого. Мухтар снова зарычал. Молодые люди пришли в себя.

– Фу, Мухтар, свои. Вы извините, Тимур Станиславович – тараторила Маша – пойдемте, я вам рану обработаю. В травмопункт надо показаться. Вы не переживайте, он у нас со всеми прививками. Он обучен. Больше вас не тронет, если вы не будите руками махать и нас трогать. Он нападает молча, внезапно. Вы его только не ругайте, он сделал, как его учили.

– Уф, это вы меня извините, что не предупредил. Сам виноват. Ведь, сказали, что есть собака! А руку действительно, нужно обработать.

– Живо в дом- скомандовала Виктория Петровна – Софа меня убьет. Как же так, Тимур? Что ты здесь делаешь?

Виктория Петровна тащила за здоровую руку Тимура в дом, засыпала вопросами и причитала:

– Маша, давай скорей, достань аптечку.

Маша отпустила такси, закрыла калитку, влетела в дом, сбросила с себя пуховик, вязаную шапочку. Схватила аптечку и плюхнулась на колени перед Тимуром, сидящим в кресле. Длинные волосы рассыпались по плечам девушки. Она подняла глаза и утонула в синеве его взора. Опомнилась. Намочила тампон, взяла его руку в свою, по спине пробежала дрожь. Дыхание сбивалось, но она старалась аккуратно обработать рану. Наложила бинт. Слава богу, оказалось не очень страшно.

– Вы простите, Тимур Станиславович.

Тимур смотрел на макушку девушки, на чуть вздернутый носик и удивлялся сам себе. Башню сорвало – это факт. В нем проснулся зверь, за эту добычу он будет драться в кровь. О этой девушки веяло свежестью, юностью, сиренью. Чем там веет еще весной? Мозг воспалился. Он не чувствовал боли. «Будет моя, будет моя…только моя».

– Тимур, раздевайся – прозвучал откуда-то голос Виктории Петровны.

– Зачем? – Тимур медленно возвращался в реальность.

– Как же, Тимурчик?

Но этот огромный Тимурчик уже пришел в себя. Пазл у него в голове сложился. Встал с кресла и направился к выходу. Маша накинула пуховик и рванула за ним.

– Почему опять на вы. Мы же договорились. Нельзя нарушать данное слово, вот я, например, всегда держу.

– Хорошо – ответила Маша.

Она была ни жива, ни мертва. Шла, как завороженная рядом с Тимуром. В голове стучал колокол. Мухтар виновато ткнулся Маше в колени.

– Мухташа, ты все сделал правильно.

Пес зарычал.

– Мухташа, это Тимур, это свой. Тимур дайте, дай ему руку понюхать, ладошкой вверх. Мухташа, молодец. Это Тимур, это Тимур, свой, свой.

Маша погладила Тимура по плечу. По спине Тимура пробежали мурашки. Прикосновение было легким, а его, как током шибануло. «А что, если она в другом месте потрогает?»– пронеслось в голове Рогозина. Пес лизнул руку Тимура.

– Это он прощения просит – сказала Маша.

Парень погладил его по голове, присел перед псом на корточки, потрепал по холке.

– Хороший пес, молодец Мухтар, молодец. Не ругаю. – Пес весело тявкнул и облизал все лицо Тимура.

– Ташка, ну зачем? Нельзя – строго сказала Маша.

Тимуру показалось, что пес с обидой взглянул на девушку.

– Можно, Мухташа, можно.

Пес завалил Рогозина на тропинку. Маша и Тимур дружно засмеялись.

–Ну, все хватит. Родину ты уже продал. Тимур, скажи ему хватит. Видишь, он меня не слушает.

– Все, хватит, Мухтар.

Пес послушно отошел. Тимур подхватил сумки, из них лились разносолы. Донес сумки до крыльца.

– Что делать дальше, Машуня?

– Пусть пока останутся здесь. Я сейчас возьму мусорные пакеты и все уберу. А ты иди, приводи себя в порядок. Вещи действительно нужно застирать. Тимур стал заходить в дом, а Мухтар жалобно заскулил.

– Что случилось? – спросил Рогозин.

– Ему хочется в дом, а без разрешения, нельзя.

– А кто должен разрешить?

– Ну судя по тому, что он смотрит на тебя, то ты. Видно, уж больно ты ему понравился. Меня почему-то решил не спрашивать.

– А тебе я понравился? – спросил Машу Тимур шепотом в самое ухо.

Машино лицо залила краска, по спине побежали мурашки. Она хотела было возмутиться, но не успела Тимур приложил палец к ее губам:

– Можешь не отвечать! – тихонько мазнул пальцем по носу опешившей девушки обратился к собаке. – Пошли, защитник.

Пес с радостью зашагал за Тимуром в дом. В девичьей душе полыхал пожар. Маша разбирала сумки на крыльце, а в голове был полный хаос.

Маша закончила уборку, немного успокоилась, решив, что Рогозин просто приколист и выпендрежник.

Девушка зашла в дом. Тимур сидел в кресле, у его ног развалился Мухтар.

– Ну прямо идеальная картина – изрекла Маша.

– Машенька, ты уже все? Я застирала одежду, сейчас еще подсушу, а ты корми гостя. Он с дороги, передохните после этого марлезонского балета. Попозже поедите.

Тимур сидел уплетал пироги с чаем.

– Маша, я отведал твоего обалденного мяса. Где научилась готовить? И еще что умеешь готовить? Я хочу привлечь тебя готовить на своей кухне.

Виктория Петровна переглянулись с Машей в недоумении.

– Да я пошутил.

– Всему, что я умею, меня научила бабушка.

– Ну, что смотрю мои вещи, как новые. Был бы не в дубленке, лихо ты бы меня рванул – сказал Тимур и потрепал пса за холку. Мухтар виновато вздохнул.

– Виктория Петровна, спасибо за пироги. Засиделись мы. Пора уже быть в Питере. Мама волнуется. Я ей сейчас звякну и поедем.

Рогозин направился на выход, Мухтар за ним.

– Я там положила все заново. Девочка моя, береги себя. Будь осмотрительней.


Глава 5.


Виктория Петровна была далеко не глупа. Ее цепкий взгляд рассмотрел, как Тимур отреагировал на ее внучку. И взгляд у Тимура был явно не дружеский. «Маша- то, конечно смущалась, но это из-за ситуации с Мухтаром. Хорошо, что живет не одна. Ребята благоразумные. Тимур порядочный парень. Все будет хорошо.» Успокаивала себя женщина.

Рогозин уже загрузил сумки в машину и стоял ждал Машу. Виктория Петровна поцеловала внучку.

– В добрый путь.

Взяла Мухтара за ошейник, чтобы тот не рванул за ребятами на дорогу. Рогозин помог Маше сесть в машину.

– Хороший у тебя пес, очень умный.

– Замечательный, я очень по нему скучаю. И он по мне скучает. Мы с ним по телефону разговариваем.

– А как он у тебя появился? Почему ты не взяла его с собой?

Рогозин для себя уже все решил. Как так получилось, что эта девочка одним мгновением забрала его душу? Он морской волк повидал не мало женщин, были и хорошие, но ни одна из них не смогла покорить. Женитьба и та была по глупости и хотелке в штанах.

Тимур решил действовать аккуратно. Нужно начать с самого дорогого и близкого, неопасного для девушки. Не стоило пугать ее своим напором. Сначала нужно стать другом.

– Мне бабушка его подарила. Я очень боялась собак. Вот она мне его и подарила два года назад. Я с ним занималась год у кинолога. Мухтар все понимает и чувствует. А в Питер не взяла потому, что дома ему лучше. Он любит улицу, так приучен. А ты как здесь оказался?

– Алису привезли на машине. Мама сетовала, что тяжести опять потащишь. А я по машине соскучился, вот и решил за тобой съездить, двух зайцев убить. Мне твоя подруга очень понравилась. Серьезная, милая, очаровательная девушка.

– Да, она хорошая.

Рогозину показалось, что Маша поникла.

– Ты что загрустила?

– Грустно из дома уезжать – соврала Маша.

– Я тебя могу каждый выходной возить к ним, пока в море не ушел.

– Ты когда собираешься на работу? – спросила Маша.

– Обычно месяца через три, если раньше не вызовут. В море обычно месяцев девять. А вообще решил с этим подвязать. Мама не молодеет, переживает за меня. Материальная база на берегу есть. Решил якорь бросить окончательно. А ты, что собираешься после учебы делать?

– Я собираюсь вернуться в Приозерск.

– В Питере не хочешь обосноваться?

– Нет, мне больше нравиться размеренная, несуетливая жизнь. Да и бабуля с Мухтаром меня ждут. Мне нравиться босиком ходить по траве, посидеть на берегу озера, поплавать. А в Питере где? Я по всему этому скучаю. Бабушку с места трогать не хочу, она тоже любит Приозерск.

– Все стремятся уехать в Москву, Питер или другой крупный город. У тебя же квартира своя есть, работу легче найти. В конце концов удачно выйти замуж!

– Ну я и в Приозерске пригожусь и жилье у меня есть. Медиков везде не хватает. По поводу замужества у меня другая точка зрения – выходить замуж надо не удачно, а по любви.

Рогозин рулил и думал, ну вот еще одна цель – построить загородный дом. Он остался доволен собой, вроде ничего навязывать не стал, а выяснил многое. Надо будет еще выяснить, нет ли у нее ухажера, а то придется отваживать. По любви, значит, так по любви. Любить она будет, только его! Других вариантов нет.

– Маша, а я тебя маленькой помню, курносой, куклой с огромными глазами. Моя мама за тобой присматривала, когда твои родители переезжали. Трудно, без родителей? – спросил Рогозин.

– Я их плохо помню, редкие моменты, как в зоопарк водили, в цирк. Как папа велосипед купил, учил на нем кататься. Плавать учил на озере. Помню у мамы животик, у меня должен был родиться брат – рассказывала Маша.

Тимур слушал девушку, а душа завязывалась в узел.

– Но у меня все хорошо. Родителей мне заменили бабушка с дедушкой. Правда, дедушка умер четыре года назад, смерть моего отца его сильно подкосила. Папа был поздний и долгожданный ребенок. Моей бабуле уже восемьдесят лет.

– Что ты говоришь? Никогда бы не подумал.

– Многие так говорят. И не верят в ее возраст. Она всегда была в семье движущей силой, энергичной. Она ездила строить БАМ, там они с дедушкой и познакомились. Дедуля звал ее командиршей.

– А ты в кого?

– Не знаю – Маша опомнилась, что разболталась – Тимур, ты извини. Тебе неинтересно, наверно.

– Было бы не интересно, не спрашивал – констатировал парень. Про себя подумал «на сегодня вопросов хватит». – Почти приехали.

У Маши зазвонил телефон.

–Да, слушаю. Привет, Алиса. Мы скоро подъедем. Непредвиденные обстоятельства. Конечно расскажу. Софии Андреевне передай все хорошо – Маша скинула звонок – Твоя мама беспокоится, что случилось. Почему так долго. Не нужно было ехать за мной. Она тебя ждала. Хотела побольше наговориться, насмотреться, на кухне похлопотать. Все говорит, ей в радость кого-то покормить. Нас с Алисой домашней едой все балует – упрекнула Рогозина Маша.

– Машка, я взрослый мужик и сам решу, куда мне ездить и за кем. Привыкай. С мамой я еще наобщаюсь. Она у меня замечательная. Я ей очень дорожу. Но моя жизнь, это моя – ответил жестковато.

Маша сидела в ступоре. Почему должна привыкать? И вдруг решила показать свой характер. С чего бы?

– Ты знаешь, Тимур, я тоже уже взрослая. Привыкла принимать решения. И мне не нравится, когда мной манипулируют потому, что кто-то мужик. Цивилизованные люди должны друг друга слышать и договариваться. Здесь не море, где тебе все подчиняются. А ты, не капитан на моем судне. Усвой себе это.

Осадила, так осадила и отвернулась к окну.

– Машунь, я не хотел тебя обидеть, извини – произнес растерявшийся Тимур.

– Вопрос закрыт – отрезала девушка.

Оставшуюся дорогу ехали молча. Ошарашила, так ошарашила. Причем себя и Рогозина.


Глава 6.


Подъехали к дому. Рогозин вышел из машины. Хотел помочь Маше. Но она уже выскочила. Достала сумки и отправилась к подъезду.

– Дай, понесу. Сумки тяжелые. Тебе еще рожать.

– Не от тебя же. Раньше носила и теперь не надорвусь.

– Вот-ведь пигалица упрямая – крикнул в след уходящей девушке Тимур.

– Знаешь кто ты сам? Наглый тип. Навязался на мою голову.

Из подъезда выскочила Алиса. Маша с сумками гордо прошествовала мимо нее.

– Это что! Что случилось? Маша, Тимур?

Рогозин развел руками и ответил:

– Вот, как-то так. Практически на ровном месте огреб. Крепкий орешек. Ничего раскусим. Да, Алиска? Ну, что стоишь, догоняй подругу, помоги. Мне не позволили.

Алиса ошарашенная рванула за подругой. Догнала только у квартиры. Втащили сумки. Маша, не раздеваясь, прошла на кухню, выпила стакан воды. Села на стул и выдала:

– Правильно ты, Алиса, сказала. Картинка. Этот индюк назвал меня пигалицей. Представляешь?

– Значит, кроме того, что я наглый, я еще и индюк. И, что это за картинка? О чем речь? -Тимур стоял в проеме кухни. – Вас, что не учили дверь запирать?

Маша соскочила со стула, начала выталкивать Рогозина из квартиры. Тот ржал, как конь. На выходе развернулся, притянул разъяренную Машу к себе и впился ей в губы. Он с трудом оторвался от девушки:

– Прелесть, а не девка. Дверь запри!

Вышел, хлопнул дверью. Маша очнулась, рванула дверь и выкрикнула:

– Девки, вдоль дороги стоят, понял? И чтобы я тебя больше не видела!

София Андреевна стояла на площадке, глаза были на выкате. Тимур загибался от хохота. Алиса стояла, открыв рот.

– София Андреевна, извините, но пока ваш сын дома, я к вам не приду.

Девушка, со всей дури, хлопнула дверью. Разделась. Пошла на кухню, начала разбирать сумки.

– Маша…– попыталась заговорить Алиса.

– Лиска, давай все потом, мне нужно прийти в себя. Ну, вот надо было явиться за мной. Это ты с Софией Андреевной послали его! Что вообще здесь было без меня? Ты, мне скажи? – Маша никак не могла успокоиться. – Почему этот наглец, решил, что я ему буду подчиняться? Ты ему очень понравилась, а оттачивать свои приказы и хотелки решил на мне? Убила бы гада. Так сколько время? Успеем в клуб. Давай собираться.

Алиса сидела скромно на стульчике, мило улыбалась. Все встало на свои места. Маша приревновала Тимура к Алисе, эта ревность вылилась в театральную постановку. Кто кого приручит первым? Сколько на это потребуется времени? Тимур Алисе показался классным парнем, но почему-то не цепляет. Слишком властный и уверенный. Красивый и самодовольный тип. И если бы даже она стала на него смотреть, как на потенциального кандидата? Мечта подруги это – табу! Алиса решила пока не раздражать Машу. В клуб, ну пошли. Собрались и отправились в центр, там клубов не один.

Тем временем, в соседней квартире.

– Сынок, что происходит? – спросила София Андреевна.

– Мам, ты хотела, чтобы я женился на приличной девушке? Радуйся, я ее нашел. Скоро свадьба – ответил, посмеиваясь Тимур – больше вопросов не задавай, все равно не отвечу. Я по делам.

Тимур чмокнул мать в щеку и ушел, оставив Софию Андреевну в недоумении.


Глава 7.


Рогозину надо было смыться из дома, иначе бы начался допрос с пристрастием, а он сам еще не совсем был в теме.

София Андреевна не могла взять в толк, что произошло? Уехал в Приозерск, даже на предупредил. Приехал с забинтованной рукой. Машу она такой никогда не видела. Голова кругом от этой молодежи! Она решила позвонить Виктории Петровне.

Рогозин сидел в машине, ждал Димона. Тот должен был вот-вот подъехать. У клуба крутилась толпа желающих, как-нибудь попасть. Вдруг из-за угла вывернули две знакомые девушки. И куда это они направились? Подъехал Димон.

– О, привет, капитан! Рад видеть! Пошли.

– Привет, Димон. Вон видишь две девушки. Проводи их в наше заведение. Я подтянусь за вами минут через пять.

Димка хохотнул:

– Хорошенькие?

– Иди уже.

«Вот ведь пигалица!» Тимур был просто уверен, что она раньше не таскалась по ночным клубам. Он готов от злости убить кого-нибудь. «Не девка, а вражина! Ну попадись она ему в руки, всю голую задницу исхлещет – думал Рогозин и задавал себе вопросы, сам же отвечая на них. – Я решительный? Да. Я серьезный? Да. Я жесткий? Да. Я справедливый? Да. Я хладнокровный? Да. Я коммуникабельный? Да. Я ответственный? Да. Я сдержанный? Да. Я терпеливый? Да. Я уверенный в себе? Да! Я уравновешенный? Да, да и да! В конце концов я взрослый мужик! Почему колбасит-то так? От одной мысли, что может к ней прикоснуться, крышу сносит, как у подростка в пубертате!» У Рогозина кровь кипела в жилах. Башню рвало. Хотелось прямо сейчас рвануть за девчонкой и утащить ее, куда глаза глядят. Чтобы и взглянуть на нее никто не смел! Хотелось здесь и сейчас пометить собой, чтобы дышать без него больше не могла!

Тем временем Димка подошел к девушкам, что-то сказал, взял их под руки и повел в заведение. Тимур вышел из машины и на расстоянии двинулся за компанией. Зашел в фойе, поприветствовал охрану и направился по коридору в сторону кабинета. Поднялся на второй этаж и расположился у панорамного окна. Вошел Димон.

– Димон, спасибо!

– Которая твоя?

– Обе – ответил Рогозин.

– Капитан, ты что? Изменил свои привычки? – опять хохотнул Димка.

– Нет, Димон, девочки не из тех. С ними можно, только по серьезке. Ты готов? Мне нужно за ними присмотреть.

– Без проблем. Что пить будешь?

– Нет, Димон, сегодня не буду. Пигалиц надо будет домой отвезти.

– Охрана отвезет.

– Я сам. Скажи ребятам пусть присмотрят.

– Родственницы что ли?

– Угу.

– Ну ладно, я вниз, если что на связи.

Панорамное окно было из стекла. Все внизу было, как на ладони. Из зала окно смотрелось, как стена. На стене в кабинете висел большой экран. В каждом углу клуба были камеры, записи выводились на экран.

Маша с Алисой разделись. Димка усадил их на диван, махнул официанту. О чем-то поговорили и он от них отошел. Подошел к барной стойке, дал указание. Направился на выход из зала.

– Капитан, девочки конфетки. Цветочки аленькие. Спросил их, они сказали, что здесь впервые. От заведения велел по коктейлю подать. Тебя не сдал – протараторил, входя Цветков.

– Ты настоящий друг. С меня из Китая целебные бальзамы для твоей матушки.

На самом деле теперь по интернету можно заказать все, что угодно. Но мать у Димки была с причудой. Ей надо, чтобы Рогозин ей сам привез и сказал: «Это вам для укрепления здоровья». Она цвела, потом хвасталась родным и близким. Вот такой завихрень. А Тимуру это было не сложно. Ритуал, выработанный годами.

– ОКЕЙ. Что решил с походами? – спросил Димон.

– Еще раз и я буду упакован.

– Что ты, за упертый баран, капитан? Не раз с ребятами говорили, хватит. Чего тебе не хватает?

– Димон, не начинай. Еще раз и все, я людям обещал.

Рогозин вел беседу, а сам неотступно наблюдал за девчонками на экране. Его все больше бесила эта пигалица. Фигура у нее была ладная. Все было на месте и соблазнительная грудь и аккуратная, аппетитная попочка, стройные ножки, тоненькая талия. Всю эту красоту она выставила на показ. Распустила свои шикарные, длинные волосы. Коротенькое красное платье и вырез на спине до задницы. На высоких каблуках. Смотрелась она явно не испуганной девочкой, стоящей перед ним на коленях в Приозерске, а танцевала так, как будто этим занималась всю жизнь! Убил бы! У Тимура сводило челюсти и не только. В штанах стало тесно. Толпа расступилась и подбадривала Машу улюлюканьем. Она танцевала на танцполе. Диджей от этого шоу был в ударе, на девушек, вертящихся на пилонах, никто не обращал внимания. Ну и зараза. Тимур зарычал, как раненый зверь. Ударил со всей дури кулаком по столу.

– У тебя, что с рукой? Киска зубастая попалась? – подначил опять Димон.

– Да собака вон той пигалицы, в красном платье прихватила.

– Серьезная собака?

– Немецкая овчарка, хорошо обученная, умная.

– Видно руки сильно распустил? Было? А, Тим? Меня-то не обманешь. Знаю тебя. Глаза горят. Чего мечешься? – не унимался Цветков. – Хороша Маша, да не наша?

– Ничего не было! – рявкнул Рогозин. – Димочка, не нарывайся – пригрозил дружку товарищ.

– Уу… Но видно очень хочешь, чтобы было?

– Хочу очень, как никогда. Но хочу серьезно, на всю оставшуюся. На раз прихлопнуло, как другу говорю. Не поверил я тогда Вадику, теперь сам попал.

– Понял не дурак, потерял напарника. Так понимаю Маша?

– Маша, Маша.

– Дик уехал оборудование закупать. Ты ему звякни, вопросы накопились. Мы тебя ждали – уже серьезно сказал Димон, пытаясь отвлечь дружка, чтобы тот поостыл.

– Обязательно позвоню.


Глава 8.


Тимур, Дмитрий и Вадим. Три закадычных друга. Дружили с детского сада. Тимур и Вадим были из обычных семей. У Тимура отца не было, бросил, когда мать была им беременна. Ему так сказали. На самом деле отец изменил матери, когда она была беременна. Она всю жизнь его любит, но так и на простила. Тимур очень похож на своего отца внешне, но характером пошел в мать. Решительный, жесткий, но справедливый и всегда с разделкой с руки. Жили с родителями матери. У Вадима и родители, и бабушки с дедушками, потом сестра родилась. У Димки отец военный, мать колесила за ним, а Димка рос у бабушки с дедушкой по материнской линии, на одной площадке с Рогозиными. Это потом Цветков старший забрал их к себе в просторный дом, недалеко от города. Квартиру продали Виктории Петровне. Отец Димки был серьезным мужиком, а Димка уродился балагуром. Дик тоже жил неподалеку. Тимур в их команде был движущей силой, его лидерство друзья принимали беспрекословно. Идеям Тимура не было конца. Спортивная секция по самбо, бассейн, футбол, лыжи. Потом добавился тренажерный зал, рукопашный бой. У него была мечта – открыть свое дело. Вадим был спокойным, рассудительным, надежным парнем. Тимур с Вадимом были с детства рослыми и здоровыми, а Димка – поменьше, повертлявее. Из-за его острого языка, приходилось друзьям кулаками махать неоднократно.

Пришло время определятся с будущим. Вадим в армию, в десант. После армии решил учиться. Тимур в мореходку. В семье Димки династия военных на нем закончилась, он в юридический. Его отец, тогда сказал: «Правильно, таким в армии не место, самое то, где его язык пригодится.» Дик, когда вернулся, поступил в институт. Но судьба их не развела, дружба стала крепче.

На окончание института отец Димки подогнал помещение в «Гостином Дворе». Решили открыть клуб. Димкин отец предупредил:

– Чтобы дури не было, а то прикрою!

У Тимура появились первые серьезные деньги. Вадим вернулся после контракта с деньгами и с боевым товарищем Лексом. В складчину открыли клуб и охранное агентство. Лекс был постарше на четыре с половиной года. Он взял на себя службу безопасности. Первое время мать Тимура работала у них бухгалтером на дому. Ребят в охрану подкидывал боевой командир, которого Дик и Лекс ранеными вынесли из боя. Все сложилось, как нельзя лучше.

Но случилась у Рогозина интрижка. Секс с Наташкой был фееричный, досталась она ему девочкой, а он порядочный парень. Наташка ему нравилась, висела у него на шее, шептала безумные слова. Отношения были легкие. Решил женюсь. Если бы Наташка повела себя правильно и действительно любила Тимура, его влюбленность переросла в глубокое чувство. Но эта семейная жизнь оттяпала у Тимура немало, как оказалось, не очень-то она его и ждала, завела любовника. Да, еще просрала деньги, которые он дал ей на открытие салона красоты. Короче – влипла по самое не хочу. Результат – развелись. Нет он не жалел, что с ней разошелся. Жить с ней уже было в тягость. Всю жизнь его гложет только одно – она ему изменила! Он купил ей небольшую квартиру, выплатил долги. Свою большую квартиру продал и перебрался к матери. Из развивающегося бизнеса выхватывать деньги не хотел. Знал – друзья рядом и поддержат. Но дружба-дружбой, а бизнес-бизнесом. Тандем из четырех друзей открывал новые точки. Вадим недавно женился, должен стать отцом. На свадьбу Тимур не попал. Димон гулял на лево и направо. Лекс тоже был еще свободен, но с женским полом был осторожным, в молодости нарвался. Хотя уже скоро сорок, а все закоренелый холостяк. У Тимура тоже не было постоянной спутницы. И вот теперь замаячило пристанище.

«Маша любит ходить босиком по траве. А еще есть Мухтар, который не может жить в квартире. Надо быстрее подобрать дом, когда тут строить? Вот уж накрыло, так накрыло. Как в кино. Никогда бы не подумал, что вшторить может с одного взгляда. Приворожила, словно ведьма. Перевезти Машину бабушку и мать в дом, чтобы была под присмотром, пока он в море. Потом нарожать кучу детишек, будет их сама лечить. Вот доберусь до нее, из койки не выпущу!»– гонял свои мысли Рогозин.


Глава 9.


Внизу, что-то произошло. Влетел охранник.

– Там это, девушка одна из ваших в обморок упала.

Тимур с Димоном рванули вниз. Ну кто еще мог, конечно, Маша. Она лежала вся белая на диване. Алиса пыталась привести ее в чувство.

– Кто-нибудь, дайте нашатырь – крикнула девушка. – Ой, Тимур, как хорошо, что ты здесь оказался, ее надо отсюда унести.

Рогозин подхватил Машу на руки и понес в кабинет. Вдруг подбегает какая-то девица и произносит:

– Ну и тихони, заучки пьют до потери сознания. Обалдеть! Зачем им студентики, путаются с хозяевами клуба.

– Димон – на ходу крикнул Тимур – разрули.

– Друзья, вечер продолжается – кивнул диджею.

Снова заиграла музыка.

Рогозин зашел в кабинет, уложил Машу на диван.

– Алиса, за той дверью, ванна. Намочи полотенце холодной водой. Аптечка там же. Возьми ведро.

Девушка метнулась в указанном направлении и быстро все принесла. Тимур поднес нашатырь. У Маши дрогнули ресницы. Он наклонил девушку над ведром и сунул ей пальцы в рот. Началась рвота. Когда все вышло, Рогозин понес ее в ванну, на ходу бросив, входящему:

– Димон, отвези Алису домой, привезите этой заразе нормальную одежду. Придет в себя, придушу!

– Дааа… Вечер продолжает быть томным. Зачем в чувство-то приводить, все равно убивать. Может в багажник погрузим и подальше в Неве бросим?

Обалдевшая и перепуганная Алиса переводила взгляд с одного на другого. Она тоже была готова упасть в обморок и убить свою подругу.

– Изыди, демон – рявкнул Тимур.

– Ну, что, Алиса, командуйте – как ни в чем небывало, произнес Димон – я в вашем распоряжении.

– Здесь недалеко, я сейчас такси вызову.

– Вы думаете, мы поедем на такси? Капитану лучше не перечить сейчас, а то все будем на дне Невы.

– А как? Почему мы? Я заплачу! – Растерянно лепетала Алиса.

– Ясно. Поедем на машине. Вместе и бесплатно.

Димон просто давился от смеха, но старался держать марку. Дружка колбасило не по-детски. Последний раз в таком состоянии он его видел лет десять назад. Подружка Маши судорожно пыталась найти выход из сложившейся ситуации. И никак не могла взять в толк, что здесь происходит.

– Не надо на машине. Я сама на такси – причитала девушка, чуть не плача.

– Алиса, ты давай включи мозги, не бойся. Сейчас мы доедем до дома, возьмем вещи. Маша в надежных руках. Когда мы вернемся, она уже придет в себя.

– Вы думаете? – спросила Алиса.

– Конечно, просто уверен.

– Там мне нужно еще все убрать, в кабинете. А то хозяева будут ругаться.

– Хозяева ругаться не будут! – изрек Димон.

– Почему?

– Ну, если хозяева будут ругаться, мы им морду набьем.

– Вы с ума сошли? – обалдела девушка.

– Алиса, я пошутил. Хозяева, как вы выражаетесь, мы.

– Кто это мы?

– Тимур, я и еще два товарища. Двоих сейчас в Питере нет.

– В смысле? – Алиса не могла ни как въехать в происходящее.

– В том смысле, что это заведение принадлежит вышеперечисленным персонам – констатировал Димон. А сам думал: «Есть оказывается еще приличные девушки».

– Простите, пожалуйста нас. Я все уберу. Просто Маша и я никогда не пьем спиртное. А она еще решила попробовать один коктейль и вот результат.

– Все понятно, такое бывает. Только не всех откачивают в нашем кабинете. Такое удовольствие, только для избранных. Ну, вот и машина.

Пока этот диалог происходил между Алисой и Димоном, Тимур, тем временем, раздел Машу, посадил в ванну, включил воду, окатил девушку. Закутал в большое полотенце. Отнес в кабинет на диван, закутал пледом. Позвонил на кухню. Машу било дрожью, она стонала. Понемногу она стала приходить в себя.

– Где я? – озиралась она. Попыталась сесть, но у нее не получилось.

Открылась дверь. Кто-то вошел. Далеко гремела музыка.

– Тимур Станиславович, вот здесь бульон, чай с лимоном и медом, вода. Вам нужно что-то на ужин?

– Нет, спасибо.

Дверь за уходящим закрылась.

– Тимур, что ты здесь делаешь? Где я? Как, я здесь оказалась? – спросила тихим голосом Маша.

– Пить надо меньше, тем более в незнакомых местах. Давай, помогу сесть. Выпей таблетку.

– Голова кружиться, ничего не хочу.

Рогозин бросил в стакан с водой шипучую таблетку.

– Пей.

– Нет.

– Пей, сказал, легче станет. Пей. Сама не выпьешь, залью – заорал Тимур, понимая, что сдерживаться уже не может и встал над Машей.

Девушка взяла стакан, руки тряслись, она с трудом опрокинула в себя жидкость. Голова болела, все тело ломило. Рогозин забрал стакан. Маша куталась в плед и пыталась осознать происходящее.

– Где я? Что случилось? – опять допытывалась Маша.

– Ты в клубе, как и хотела. Оторвалась по полной – грубо ответил Рогозин.

– Это? Чей-то кабинет?

– Кабинет владельцев клуба.

– А ты почему здесь?

– Потому, что я совладелец клуба – прорычал Тимур, боясь опять сорваться на крик.

– Этого еще не хватало! Кто меня раздел и мыл? Где Алиса?

– Ты смотрю в себя пришла. Алиса уехала тебе за одеждой. Раздел и мыл тебя я. Жуткое зрелище. Надо так нажраться. Ты, вообще, о чем думала? – снова заорал Рогозин.

Маше захотелось еще раз, потерять сознание. Ее затрясло еще сильнее.

– Ты хоть понимаешь, если бы меня не было рядом, что могло произойти? Утащили бы куда-нибудь в подворотню, изнасиловали толпой и бросили замерзать! Гулена х**ва! Убил бы, б**дь! Слушай меня сюда! Теперь без моего ведома ни шагу! А, то Виктории Петровне все расскажу! Поняла? Поняла, спрашиваю? Язык проглотила? Отвечай! – орал Рогозин, как потерпевший, нависая над Машей. Самому было за нее страшно. Он со всей дури швырнул стакан о стену, тот разлетелся на мелкие осколки.

– Я спрашиваю, поняла? Теперь ты принадлежишь мне! Поняла? – снова рявкнул Рогозин.

– Поняла. Только не надо бабушке! – тихо ответила Маша.

Тимур сел в кресло за стол. Нажал какую-то кнопку. В кабинет тут же вошел охранник.

– Толя, пусть поднимутся и все уберут. – Парень кивнул и вышел. Минут через пять пришла женщина и довольно быстро все убрала.

– Тимур Станиславович, я все, можно идти?

– Идите, спасибо.

В кабинете была гнетущая обстановка. Где-то грохотала музыка. Наконец-то пришли Димон с Алисой. Димон поставил сумку рядом с диваном. Рогозин встал из-за стола.

– Одевайся, домой поедем! – опять довольно грубо сказал Маше Тимур. – Пойдем, Димон, выйдем. Даме надо одеться.

Мужчины вышли за дверь.

– Маша, ты как? – хлопотала Алиса, вытаскивая вещи из сумки. – Давай, помогу одеться – она раскутала девушку. Начала надевать на нее белье, брюки, свитер, носочки, ботинки. Маша была, как тряпичная кукла, только по щекам текли слезы. – Машка, прекращай. Все уже хорошо, сейчас домой поедем. Все обошлось. Ребята нормальные. Завтра выходной, отлежишься. Все опять будет хорошо.

– Ничего хорошо для меня уже не будет.

Маша встала и пошла, пошатываясь к выходу. Открыла дверь. За порогом, в приемной стояли Тимур и Димон. Рогозин держал в руках Машин пуховик.

– Я готова – тихо сказала Маша. Тимур надел на Машу пуховик. Застегнул. Накинул на голову капюшон.

– Волосы еще сырые. Димон, извини за испорченную ночь. Алиса, за мной – взял Машу за руку и повел на выход. Алиса двинулась следом.

– До свидания! Извините, пожалуйста – сказала Алиса, проходя мимо Димона.

Цветков стоял и смотрел задумчиво на удаляющуюся компанию.


Глава 10.


Подошли к машине. Рогозин открыл переднюю пассажирскую дверь.

– Садись.

– Я назад.

– Садись – и подпихнул Машу на сидение.

Открыл вторую дверь. Помог Алисе забраться во внедорожник. Отъезжая на машине Тимура, Алиса заметила, что за ними пристроилась машина с охраной. До дома ехали молча. Маша отвернулась к окну. Рогозин изредка поглядывал на нее. «Теперь у меня есть оружие воздействия на тебя, милая моя девочка! Ничего, есть у меня еще время, приручить и привязать тебя к себе». Думал Рогозин.

Подъехали к дому. Маша сидела в задумчивости. Она даже не стала пытаться открывать дверь. Тимур подошел, открыл дверь, подал руку Маше, помог выйти из высокого джипа. Рука девушки была холодной и дрожала. Ему было ее очень жалко. Рогозин смотрел на поникшую голову, хотелось заграбастать, утащить к себе. Залюбить, зацеловать каждый пальчик, губы, глаза, щечки. Всю, от макушки до пяточек. Но пока расслабляться нельзя. Она должна усвоить этот урок. Мир жесток. К большому сожалению, Тимур это знал не понаслышке. На лице Рогозина была маска жесткого и безжалостного человека. Пока так, не время показывать, что теперь она его слабость. Он отпустил охрану:

– На сегодня все. На связи.

Рогозин проводил девушек в квартиру. Помог им снять верхнюю одежду.

– Дайте мне ваши телефоны.

– Зачем? – спросила испуганно Алиса.

– Я забью вам номера телефонов. Свой, Димона, Дика и Лекса.

– Зачем? – опять спросила Алиса.

– А затем, чтобы вы знали, кто звонит. Ясно? – грубо ответил Рогозин.

– Ясно. Тотальный контроль – ответила Алиса.

Маша стояла, прислонившись к стене, ни на что не реагируя.

– Алиса, свари ей бульон. Не будет есть, мне позвони. Напои чаем с лимоном, малиной или медом. Что-нибудь есть?

– Все есть.

– Мария, я твое платье выкинул, больше такие носить не будешь. Я тебе новые куплю. Поняла? Не слышу?

– Поняла – тихо ответила Маша.

– Без выкрутасов. Иди в постель.

Маша побрела к себе в комнату и закрыла за собой дверь.

– Тимур, извини пожалуйста, но ведь так нельзя. Она же не крепостная. За что, ты с ней так?

– Алиса, ты видимо тоже не понимаешь. Ты знаешь, сколько случаев изнасилований, убийств, драк, много, что еще бывает? – устало произнес Рогозин.

– А зачем, вы держите клуб?

– Потому, что лучше всего деньги зарабатывать на человеческих пороках, горе и развлечениях. Мы выбрали последнее. Если бы были не мы, пришли бы другие. У нас нет наркоты, мы не держим проституток. Это все за нашими дверями. За порядком в городе должны следить власти. Главное, что мы не распространяем зло на своей территории. Каждый человек должен нести ответственность не только за себя, но и за своих близких, отправляясь в такие места. Хорошо, что я заметил вас и послал Димона. А, если бы вы попали в другой клуб?

– Я все поняла, Тимур. Спасибо за Машу. Она мне, как сестра.

– Держи меня в курсе. Если эта дама надумает пакость, сообщи мне. Я тебя назначаю ангелом хранителем Маши. А для вас обеих, я теперь защита и опора, ну еще и повелитель.

Тимур засмеялся, щелкнул Алису по носу.

– Закрывайся, Алиса. Доброй ночи. Вернее утра. Пойду к себе, передохну. На связи.

– На связи. Хорошего отдыха.

Алиса посмотрела на часы. «Пятый час, ну и развлеклись. Хорошо хоть я не пила коктейлей». Пошла ставить чайник.

– Маша, давай попьем чай вместе. Я не стала варить бульон. Завтра.

Маша села на кровати, взяла чашку. Она понимала, что Тимур был прав, говоря о последствиях. Действительно могло закончиться все плачевно. Маша была спокойной, рассудительной, здравомыслящей девушкой. Никакие мысли по поводу крутых развлечений не приходили ей в голову. Ей это было не нужно. Свой досуг она проводила иначе. Из всего любила получать полезную информацию. Театр, хорошие фильмы, музеи, книги, кружки – это ее привычный образ жизни. Она любила детей, поэтому мечтала стать педиатром. Она знала два иностранных языка. Могла читать иностранную литературу в подлинниках. Она умела вязать и готовить. Все это, ненавязчиво, ей привила ее бабушка. Они и с Алисой, то сошлись потому, что интересы совпадали. Как она могла, так опрометчиво поступить, взять и напиться. Что бы было с Мухтаром, бабулей, Алисой? Ей было стыдно, даже перед этим монстром с привлекательной внешностью. Он видел Машу пьяной, переблеваной, голой. Позор!

– Спасибо, Алиса. Ты прости меня. Я была не в себе. Больше этого не повториться. Ты сейчас ни о чем меня не спрашивай. Мне надо все обдумать.

– Машунь, я тебя должна предупредить, нас в клубе видела Люба. И для себя сделала выводы.

– Господи, этого еще не хватало. Ладно, Алиса, давай поспим. Утро вечера мудренее.

Допила чай и забралась под одеяло. «Как теперь людям в глаза смотреть? Только бы бабуля не узнала!»


Глава 11.


Утро, если в данной ситуации, можно так назвать полдень, началось со звонка в дверь. Алиса вскочила, накинула халат и кинулась открывать. На пороге стоял Тимур.

– Привет, как дела? Отоспались? – спросил Рогозин, заходя в квартиру.

– Мы еще не вставали. Привет.

Алиса направилась в комнату Маши. Следом за ней направился Тимур. Маша лежала в постели и вся горела. На ковре было мокрое пятно, видимо ее рвало.

– Маша, почему ты меня не разбудила? Господи, Тимур, надо что-то делать!

Рогозин уже звонил в скорую. Пока ждали бригаду, Тимур снял ковер. Алиса обтерла Машу, положив, смоченную в уксусе тряпку на лоб. Скорая приехала довольно быстро. Осмотрели девушку, сделали укол.

– Помогите ей сесть, не кутайте, пусть немного посидит. Температура начнет спадать. Вызовите завтра врача и сделайте КТ. Это выкупить – фельдшер подал список лекарств – станет хуже, снова вызовите машину. Всего доброго, выздоравливайте.

– Спасибо, доктор – сказал Тимур и пошел проводить бригаду.

– Алиса, я в аптеку. Не отходи от нее, я быстро. На связи. Не провожай, ключи у меня есть – сказал и вышел.

– Алиса, мне попить можно? – тихо попросила Маша.

– Машунь, ложись, а то еще упадешь, я сейчас.

Алиса помогла Маше прилечь и понеслась в кухню. Войдя в кухню, услыхала, что Машин телефон надрывается.

– Алиса, это наверно бабушка, ты ей не говори, что я заболела, ответь – тихо попросила Маша.

– Алло, Виктория Петровна, это Алиса. Маша пошла в магазин, телефон забыла, я уборкой занимаюсь. В местный супермаркет. Скоро придет. Будем есть готовить. Завтра на учебу. Весь день, до позднего вечера занятия. А вы как? Маша придет я ей скажу, она перезвонит вам. Мы сегодня никуда больше не пойдем. До свидания. Машунь, тебе все равно, придется ей перезвонить.

Раздался звонок в дверь. Алиса пошла открывать. На пороге стояла София Андреевна. В руках держала бутылку с морсом и кастрюльку.

– Тимур сказал Маша приболела. Вот это морс клюквенный, а это бульон с индейкой, пусть поест. Покорми ее, Алиса. Пусть выздоравливает. Ключи от квартиры Тимур у меня забрал. Что вам к дверям-то все бегать. Я пойду, не буду ее тревожить. Если, что-то нужно скажите – София Андреевна направилась к выходу.

– Спасибо – поблагодарила Алиса и закрыла за соседкой дверь.

Направилась на кухню, положила в тарелку индейку с бульоном, она еще была горячая. Налила морс и с подносом отправилась к Маше в комнату.

– Давай, немного поешь.

– Не хочу.

– Ну, ведь Тимур заставит, все равно.

– Конечно, заставлю. Алиса, разбери сумки на кухне. Я с ней посижу. Прослежу, чтобы поела, смотрю тебя, не больно слушается.

Рогозин стоял на пороге комнаты. Алиса послушно удалилась в кухню.

– Присаживайся и ешь, не сможешь, покормлю с ложки.

Грива шикарных волос спуталась. Ко лбу прилипли пряди. У нее была испарина. Температура после укола спадала. Пижамка с зайчиками промокла, облепила ее соблазнительную грудь. У Рогозина все сжалось от жалости к ней. Маша выглядела такой несчастной.

– Я сама.

Девушка присела на кровати, Тимур заботливо придержал ее, заправил нежно за ухо прядь, выбившихся волос. От прикосновения к девушке, ему самому уже надо было сделать укол от температуры, причем двойную дозу. Рогозин сел в кресло, рядом с кроватью. Маша попыталась взять тарелку, но не смогла. Рогозин подал ей ложку, поставил тарелку себе на ладонь.

– Держи салфетку, ешь потихоньку.

Маша начала прихлебывать бульон.

– Мясо тоже.

– Садист.

– Сама виновата. Ешь. Ты мне здоровая нужна.

Девушка послушно съела еще несколько ложек.

– Будешь теперь делать, что скажу и никаких выкрутасов.

– Все, больше не буду.

– Уже хорошо. Тебе нужно переодеться. Белье надо поменять. Ты вся промокла. А потом ложись, тебе поспать нужно.

– Пусть Алиса придет. – Маша обхватила себя руками.

– Сейчас пришлю – Рогозин вышел из комнаты.

– Тимур, зачем ты столько всего накупил! Сколько мы тебе должны? – спросила удивленная Алиса, когда Рогозин вошел в кухню.

– Вы мне ничего не должны. И потом, я голодать не собираюсь. Переодень Машу и белье поменяй, пожалуйста, она вся мокрая. Ну, что глаза округлила? Дуй к больной.

Алиса пошла к Маше в комнату.

– Алиса, я наверно умру.

– С чего, ты взяла? Не одна ты болеешь. Через неделю будешь, как новенькая. Повелитель морей заставит выздороветь. Пересядь, я белье сменю.

Маша пересела в кресло.

– Чует мое сердце, беда впереди. Ты, Алиса, если что со мной случится, не бросай бабушку с Мухтаром. У нас никого больше нет.

– Ты, что говоришь-то, не пугай меня. Ты, что задумала? – испуганно спросила подруга.

– Ничего я не задумала. Поклянись, Алиса, мне так спокойнее будет.

– Ну, если спокойнее, то клянусь.

Алиса помогла переодеться Маше и уложила ее в чистую постель. Маша закуталась одеялом, повернулась к стене и затихла.

«Мне нужно сейчас выздороветь, а потом я придумаю, как избавиться от этого монстра» – думала Маша, погружаясь в тяжелый сон.

Алиса вышла, захватив грязное белье и прикрыла дверь в комнату. Девушка вошла на кухню. Там во всю кипела работа. Рогозин стоял в фартуке, резал салат. На плите стоял борщ, из духовки пахло, готовящейся рыбой.

– Ну, что уснула? Сейчас Димон с Лексом подъедут. Вопросы по работе нужно решить. Заодно пообедаем. Маше лучше кашу сварить. Ты сможешь? Или мне самому?

– Конечно, смогу. Вкусно пахнет. Ты, где научился готовить? – спросила Алиса.

– Лисичка-сестричка, не смеши меня такими вопросами. Кстати, чтобы их не возникало, дам развернутый ответ. Я не всегда был капитаном. Когда учился, жил в кубрике. В столовой кормили не особо хорошо, поэтому освоил простую готовку. Потом стало интересно приготовить, что-то посложней. Был женат. Жена была нехозяйственная, от слова совсем. Могу стирать, гладить, убираться по дому, могу делать уколы, шину наложить, искусственное дыхание. Умею машину водить. Если надо – пришью пуговицы, подогну штаны. Люблю, чтобы все лежало на своих местах. Умею пользоваться оружием, владею рукопашным боем, самбо, немного боксом, плаваю очень хорошо. Хожу в тренажерный зал. Не курю, если и выпью – немного, люблю, чтобы голова была ясной. Стараюсь придерживаться правильного питания. Есть слабость – люблю пироги, блины, оладьи. Могу печь сам. Коммуникабельный, верный. Что еще? А, я просто красавец. Хорошо зарабатываю. Люблю детей, но пока у меня их нет.

Рогозин перемешал салат, облизал ложку и положил ее в раковину. Начал нарезать хлеб. Алиса слушала его внимательно.

– Ты закончил? – Тимур кивнул. – Ну, что могу сказать? Сам себя не похвалишь, никто не похвалит. Только не пойму, ты мне это сейчас зачем все рассказывал? – Алиса, конечно, слукавила. Она понимала, зачем. Просто хотелось услышать правду от автора этих слов.

– В женихи набиваюсь – без тени смущения, заявил Рогозин.

– К кому? – опять слукавила Алиса.

– Алиса, ты замечательная девушка, мне очень понравилась, но извини к Маше. А тебе я тоже подгоню классного мужика.

– Понятно, только гайки закручиваешь по крутому. А по поводу мужика для меня, чтобы без сводничества.

– Угу. Алиса, я хочу тебя попросить, ты в наши отношения с Машей не вмешивайся. Маше я плохо не сделаю. А кто сделает, лично убью или покалечу. Я надеюсь, мы с тобой будем хорошими друзьями, я умею дружить. А приглядывать за тобой я буду, не взыщи. Лады?

– Лады! Только я тебя тоже хочу предупредить. Я тоже умею дружить. Я всегда буду на стороне Маши. Даже, если она неправа. И в обиду тебе, я Машу не дам!

– Ну и хорошо. Я рад, что за Машиной спиной, есть такая подруга. Посуду помоешь. Я пойду к маме загляну, рыба подоспела, отнесу. Димона с Лексом впусти, если без меня придут.

– Ну, конечно, как посуду, так женщина пусть моет.

– Кашу свари! – произнес, уходя Тимур.

– Иди уже, универсальный жених.

Алиса закрыла дверь за Рогозиным.

– Ну и дела! – и пошла выполнять приказание.


Глава 12.


В дверь позвонили. Алиса пошла открывать. На пороге стоял Димон с молодым человеком. Дима держал в руках пакет с фруктами.

– Здравствуйте. Ну прям, едой завалили. Вроде сейчас не блокада.

– Это вам всем от моей матери.

– Проходите.

– Знакомься, Лекс – представил молодого человека Димон.

– Алиса. Проходите. Очень приятно – ответила Алиса.

– Ты, давай не выкай. Накормишь? Вкусно пахнет. Есть охота с дороги, жуть. -

Лекс прошел за Димоном на кухню.

– Кто готовил? – спросил Димон.

– Готовил Тимур. Сейчас он придет, садитесь обедать.

Цветков подошел к плите, начал водить носом.

– Я кашу есть не буду.

– А тебя, никто и не заставляет, это Маше – ответила Димону Алиса.

В коридоре послышались шорох и тихие шаги. Маша встала и отправилась в ванну.

– Совсем плохо? – шепотом спросил Димон.

– Угу – ответила Алиса – Машунь, тебе помочь? Что-нибудь нужно? – девушка пошла следом за Машей.

– Нет, спасибо, Алиса я сама. Ты, с кем там? – спросила слабым голосом Маша.

– Дима с Лексом приехали. Я тебе кашу сварила. Тебе надо поесть.

– Только, принеси мне в комнату. Я на кухню не пойду. Во что превратился мой дом?

– Машунь, вот ты поправишься и все будет, как прежде.

– Ничего уже не будет, как прежде. Иди за кашей.

Тимур открыл своим ключом дверь и прошел на кухню.

– Привет. Кашу сварила? Маша, спит еще? – спросил Рогозин.

– Она в ванной. Сказала еду принести в комнату.

Алиса положила в тарелку немного каши, заваренный чай с лимоном. Все поставила на поднос.

– Дай, я. А ты, гостей корми, я сейчас присоединюсь к вам.

Тимур взял поднос и вышел из кухни.

– Как у вас тут интересно!!! Хозяин прям! Ну, что корми гостя. А то, я уже весь на слюну изошел – произнес Лекс, понимая, что слюни потекли не только на еду. Юная красавица давно очаровала его. Любовался он ею только на видео с камер наблюдения и издали. Запала она ему в душу, ой запала! Уже много лет он не испытывал ничего подобного к женскому полу. Показываться ей на глаза он не решился до приезда капитана. Теперь девушка предстала перед ним в домашнем трикотажном костюмчике. Ладненькая, стройная, простая в общении и бойкая.

Алиса стала раскладывать борщ по тарелкам, достала из холодильника салат и села. Молча начала есть.

– Запах оправдал ожидания. Вкусно – сказала девушка.

– У капитана всегда вкусно. Не добавить, не прибавить – ответил Димон, уплетая борщ.

Лекс сидел, тоже уплетал за обе щеки и поглядывал на Алису.

Тем временем, Маша вернулась в комнату. Там ее ждал Тимур.

– Легче стало? – грубовато спросил Рогозин.

– Немного.

– Сама справишься или надо подежурить?

– Справлюсь, только уйди!

– Это я так понимаю, вместо спасибо.

– Понимай, как хочешь.

– Завтра на учебу не пойдешь! Вызову врача и отвезу на КТ – произнес, выходя Рогозин.

Девушка присела в кресло, взяла ложку и стала есть кашу. Выпила чай и снова легла. Она пыталась собраться и привести свои мысли в порядок. Но мысли разбежались, как тараканы и собираться в кучу не намеревались. Алиса принесла лекарство, поставила Маше градусник.

– Тридцать восемь и семь – произнесла Алиса – Машунь, с тобой посидеть?

– Я сейчас бабушке позвоню, посиди.

Маша набрала номер. Виктория Петровна тут же взяла трубку.

– Бабуль, привет. У нас все хорошо. Я просто только поела и легла почитать. Алиса рядом. Дай трубку Мухтару. Мухтар, привет – собака радостно тявкнула в ответ – я по тебе скучаю, Мухмаша, ты бабушку слушайся.

– Уу, ав, ав…

– Ты, мой хороший мальчик, умница моя. Дай бабушку.

– Машуня, как там Тимурчик? Рука-то, как? – спросила Виктория Петровна.

– Бабуль, все нормально, заживет, как на собаке. Повязку уже снял. Рана небольшая.

– Так неудобно получилось. Как Софа?

– Бабуль, все хорошо. Ты сама как? Бабуль, тебе одной там трудно, уходи с работы. Приезжайте с Мухтаром сюда – увела в другое русло разговор Маша.

– Машенька, все хорошо. Мы же с тобой договорились, учебный год я закончу. Потом уволюсь. Да и Мухтару будет плохо в квартире. А там посмотрим, что дальше. Силы у меня еще есть. Дом пока бросать не хочу.

– Ладно, бабуль, до завтра.

– Пока, моя хорошая.

У Маши на лбу выступила испарина. Лекарство начало действовать. Температура немного спала.

– Алиса, что там? – мотнула головой в сторону кухни девушка. – Какие планы у тирана-капитана? Не озвучивал?

– Они там работают. Тимур обед сварил. Я с тобой сегодня спать буду в комнате. На диване здесь лягу.

– Не боишься заразиться?

– Не боюсь. Маша, на меня-то ты, за что злишься?

– Обед сварил, чем он тебя еще уважил?

– Я смотрю тебе легче стало, может мне съехать пора от тебя? Чтобы вам не мешать?

– Алиса, прости, я на себя злюсь, что так опозорилась.

– Машунь, никто даже не вспоминает сегодняшнюю ночь. Все нормально!

– Я приду в себя. Больше развлечений я не хочу.

– Машунь, лежи выздоравливай. Лекции я все запишу. Ни о чем не переживай. Ты умница, все нагонишь. – Перевела в другое русло разговор Алиса. – Пойду гостей выпроваживать и в ванну. Пора спать ложиться, завтра рано вставать.

Алиса вышла из комнаты, отправилась на кухню. Ребята сидели пили чай. Посуда была вымыта.

– Ну не мужики, а чистое золото! Вы когда по домам? Мне завтра на учебу – не очень приветливо намекнула Алиса, что пора сваливать.

Никто даже внимания не обратил на ее слова.

– Лисенок, как она? – спросил Рогозин.

– С бабушкой и Мухтаром поговорила. Переживает, что тут очень многолюдно!

Димон встал.

– Действительно, засиделись. Тимур, в клуб? – спросил Цветков.

– Нет, Димон, ты поезжай, я на связи. Пойдемте, я вас провожу.

Ребята вышли из кухни. Девушка направилась следом, чтобы закрыть дверь. Дима оделся, протянул руку Тимуру.

– Пока, капитан, не сядь опять на мель – грустно произнес Цветков.

– Уже сел. Пока! До завтра! Лекс, отвези завтра Алису на учебу, а то мне нужно здесь дела поделать. – Рогозин пожал руку Лексу и подмигнул, поглядывая с хитринкой.

– Сделаю, капитан. Доброй ночи! – отозвался Лекс – До свидания, Лисенок!

– До свидания, мальчики – попрощалась девушка.

Тимур закрыл дверь, развернулся к Алисе и спросил:

– Ты, где мне постелешь? Или мне самому определиться?

– Ты, что здесь будешь ночевать?

– Конечно, комнат три, места всем хватит! Куда прикажите, мадмуазель?

– Иди в гостиную, на диване постелю. Сейчас принесу белье и полотенце. А спать ты будешь в джинсах и рубашке?

– Вообще, я люблю спать голый. Но поскольку я нахожусь с девушками в одной квартире, я предусмотрительно принес домашнюю одежду и тапочки. Кстати, полотенце и зубную щетку, я тоже взял.

– О, Господи, дай мне сил, то ли еще будет! – произнесла Алиса.

– Силы, конечно, нужны всегда. Но, по-моему, не зачем сейчас тревожить Господа! – произнес Тимур, взял пакет, лежащий в прихожей и направился в ванну.

Алиса стояла в коридоре, смотрела в спину, удаляющемуся Рогозину и думала: «Они нашли друг друга, это нужно понять и принять. Мне, наверно нужно будет, действительно, съехать в скором времени». Девушка подождала, когда освободиться ванна. Помылась и направилась к Маше в комнату. Она лежала вся бледная и горячая. Температура снова поднялась. Тридцать девять и два. Алиса постучала в комнату к Тимуру.

– Что?

– Тимур, посиди с Машей, у нее опять температура поднялась. Я сделаю уксус с водкой и лекарство сейчас принесу.

– Я к ней заглядывал, но тревожить не стал. Думал ее отпускает. Иду.

Алиса вошла к Маше в комнату. Рогозин сидел рядом с девушкой и держал ее за руку. Маша начала бредить.

– Алиса, иди ложись, тебе завтра учиться за двоих. Я все сделаю, мне не на работу. У нее начинается кашель. Принеси, там я покупал Коделак от сухого кашля. Маша лежала обложенная салфетками. Тимур приподнял ее и выпоил лекарство.

– Алиска, иди ложись.

– Давай, по очереди – предложила Алиса.

– Лисенок, я привык, иди.

Девушка легла, думала, что спать не будет, долго вертелась и прислушивалась, но все-таки уснула. Утром прозвенел будильник, она вскочила, рванула в комнату к Маше.

Маша спала, жар немного спал. Рогозин по-прежнему сидел рядом и держал Машу за руку.

– Тимур, как вы? Ты всю ночь не спал?

– Ей стало полегче, жар немного спал. За меня не переживай. Ты, давай собирайся на учебу. Поставь чайник и сделай мне кофе покрепче. Я сейчас ей вызову врача. Я ее накормлю. И вообще, сделаю все, что нужно.


Глава 13.


Алису Лекс увез на учебу. Рогозин обтер Машу, переодел ее, встретил врача. Свозил ее на КТ. Он носил ее на руках, как маленького ребенка. У Маши было двухсторонне воспаление легких. Тимур не дал положить Машу в больницу, нанял платного врача и медсестру. Рогозин винил себя, что поливал холодной водой девушку в ту ночь. Он кормил Машу с ложки, стирал и гладил. На кухне временно был организован рабочий кабинет. Алиса училась за двоих. Виктории Петровне пришлось сказать о болезни. Через два дня бабушка Маши вместе с Мухтаром приехала в Питер. Машины глаза повеселели. Виктория Петровна выпроводила группу поддержки из квартиры. К телу внучки были допущены только Алиса, Мухтар и медики. На шестой день приезда бабушки, девушке стало легче. Мухтар тоже повеселел. Девушка начала вставать с постели.

– Бабуль, ты прости меня, что я заболела и тебе пришлось сорваться с места.

– Машенька, девочка моя, ну что ты. Ты ведь и маленькая болела. Я просто в этот момент должна быть рядом. Надо было сразу мне признаться, что заболела. Мы же с тобой договорились. Ты ничего скрывать не будешь. Ты, конечно, всех нас напугала. Тимур осунулся, очень переживает, что за тобой не доглядел.

Каждое утро Рогозин заходил за Мухтаром. Долго его выгуливал. Писал Маше СМС: «Привет, как дела? Тебе, что-нибудь нужно?»

Маша отвечала: «Привет, все нормально. Ничего не нужно».

Вечером ритуал повторялся. Рогозин присылал фотоотчеты с прогулки. Он, действительно, очень осунулся. Заметили все.

Пролетело три недели. Маше нужно было делать повторно КТ. Естественно, Рогозин отложил все дела и вызвался отвезти Машу на обследование. С ними поехала и Виктория Петровна. Результат обследования показал, что пневмония отступила. Виктория Петровна засобиралась домой. Конечно, повез ее Тимур.

– Машенька, ты помнишь? Ничего не скрывать. Я всегда рядом. Ну прощайтесь, друзья.

Маша присела перед Мухтаром. Пес облизал лицо девушки и ждал команды.

– Домой, Мухтар – сказала Маша.

Рогозин стоял и ждал у машины. Маша наблюдала у окна, как бабуля села в машину. Мухтар с веселым лаем запрыгнул на заднее сидение и гордо уселся. Тимур приучил его к машине. Он научил его новой команде «опля». Псу клали на нос какую-нибудь вкусняшку, говорили: «жди». Пес замирал и ждал. Затем ему командовали: «опля», он подкидывал кусок, усаживался поудобнее и ждал, когда еще дадут вкусняшку. Сложилось впечатление, что эта команда стала самая любимая для собаки. Маша была очень благодарна Тимуру за пса. И вообще, Тимур прочно поселился в ее сердце. Девушка ругала себя за свою выходку, причем никому ненужную. Она понимала, что Рогозин к ней неравнодушен. Она решила им дать шанс на большее. Возможно ничего у них не получиться. Маше казалось, что рядом с ним должна быть эффектная, опытная женщина. Пусть так. Девушка много передумала, пока болела. Приняла решение, уж если и отдать свою невинность, то только такому мужчине, как Тимур. Она знала, что скоро он появиться на ее пороге.

Алиса между парами пришла домой. Вечером ей нужно было снова в университет.

– Эта Люба, просто достала. Не верит она, что у тебя пневмония. Тебя, наверно, завтра выпишут с больничного.

– Я уже сама хочу выписаться. Устала я болеть. И вообще, жизнь продолжается.

– Машунь, ты помягче с Тимуром. Он весь извелся. Лица на нем нет. Пока тебя не видел, все меня опекал. Ты прости, что я его заботу принимала. Жалко его, он хороший.

– Лиса, все хорошо, я больше не буду. Признаю, была неправа.

– Маш, ты знаешь, – Алиса замялась – я встречаюсь с Лексом. Они с Диком были в горячих точках. Он начальник службы безопасности, еще тренер по рукопашному бою и все такое. Очень симпатичный, очень хороший. Только он переживает, что намного старше меня.

– И ты молчала? – упрекнула Маша.

– Тебе бы со своей любовью разобраться. Машка, не смущай меня, вот я тебе говорю. А потом, когда говорить-то было?

– Лисенок, я так рада за тебя. Ты заслуживаешь самого лучшего. Ты приводи его к нам. Я хочу с ним пообщаться, хочу посмотреть в какие руки тебя отдаю.

– Хорошо. Я пойду, меня Леша ждет. Жди гостя, подруга. Ой, жди. Скоро прилетит на крыльях любви.

Алиса побежала, надевая пуховик на ходу. У подъезда ее ждал Лекс. Он заграбастал Алису в объятия, чмокнул в губы и они пошли к машине. Маша наблюдала за ними из окна. Похоже подругу она потеряла. Девушка решила напечь блинов с мясом, надо откармливать своего тирана-капитана, его мама говорила, что он любит пироги и блины. Раздался телефонный звонок. Звонила бабуля.

– Машенька, мы дома. Завалило все снегом. Тимур почистил двор. Он только, что уехал.

– Хорошо, бабуль. Как Мухтар?

– Забрался в свою будку, зарылся в сено. Не выходит, видно соскучился.

– Бабуль, как ты себя чувствуешь после дороги? Ты отдыхай. Я тебя утомила?

– Ну, что ты, девочка моя. Пока, завтра созвонимся.

За готовкой время пролетело незаметно. Раздался звонок в дверь. Маша пошла открывать. На пороге стоял Тимур.

– Можно?

– Нужно, проходи. Я тебе приготовила блины с мясом. Сейчас чайник поставлю.

Маша очень нервничала. Тимур действительно очень осунулся, под газами легли тени. Она впервые видела его нерешительным и подавленным. Рогозин прошел на кухню за Машей. Девушка стала ставить чайник. Тимур подошел сзади, задышал Маше в затылок, обнял, уткнулся ей в волосы.

– Девочка моя, от судьбы не убежишь и от себя не убежишь. Ты прости меня, это я тебя застудил. Я во всем виноват. Если ты скажешь уйди, я уйду и больше в твоей жизни не появлюсь.

Маша повернулась к Тимуру лицом, подняла на него свои изумительные глаза, полные слез.

– Это ты, прости меня. Уходить не надо – тихо сказала Маша.


Глава 14.


Тимур взял лицо девушки в свои руки и начал покрывать его поцелуями.

– Девочка моя, не надо плакать. Девочка моя.

Он прильнул к губам Маши. Для них обоих мир перестал существовать. Казалось, этот поцелуй будет длиться вечность. Наконец-то он оторвался от сладких губ Маши, а так не хотелось. Тимур приказывал себе: «Дай ей привыкнуть к себе, не пугай ее своим напором и желанием. Ты взрослый мужик, повидавший много, а она сама невинность, только вступила на порог взрослой жизни». Ему хотелось спрятать ее от всех, чтобы никто не нарушил, не разорвал эту тонкую ниточку возникшего доверия к нему. Хотелось оградить ее от всех проблем и забот. Маша стояла перед ним, такая маленькая, такая красивая, щечки зарумянились, губы припухли от долгого поцелуя. Она перевела дыхание. Открыла глаза. Он утонул в этом омуте затуманенных глаз.

– Ну, что корми, хозяйка – произнес Тимур.

– Тим, я…

– Мышонок, все потом. У нас с тобой много всего впереди. Привыкай. Я не буду на тебя давить. Только, ты должна учесть, некоторые мои решения тебе придется принимать. Мы начнем все сначала, вернее по-другому. Хорошо?

– Хорошо – Маша наконец-то поставила чайник – Я приготовила дымляму. Будешь? Она еще горячая.

– Буду. Я все буду из твоих рук – Тимур чмокнул Машу в нос – Может я сам? У тебя нет слабости?

– Все нормально. Я хочу сама.

– Давай договоримся, что между, нами не должно быть недосказанности. Говорить друг другу правду.

Маша поставила перед Тимуром тарелку с едой, подала вилку и порезанный хлеб. Парень поймал руку Маши и поцеловал.

– Машунь?

– Хорошо, договорились.

Маша положила еду себе и села напротив. Все так было необычно. Но ей нравилось. Она встретила своего любимого мужчину, кормила его, приготовленной едой своими руками. На душе наконец-то стало тепло и уютно, и в то же время беспокойно. Что дальше? Как все будет? Закипел чайник.

– Мышонок, ты что?

Маша встала выключить чайник.

– Ты, что будешь?

Тимур притянул Машу к себе, поставил ее между своих ног, уткнулся ей в грудь головой. Поднял на нее свои синие глаза. Они лучились добротой и любовью.

– Мышонок, не бойся меня, ничего не будет, пока ты не будешь готова.

Маша кивнула головой.

– Черный чай с лимоном. Лимон есть? – Тимур подтолкнул девушку к плите.

– Конечно, есть.

– Очень вкусно – Тимур сидел и просто хомячил блины, один за другим.

– Тимка, ты лопнешь! – засмеялась Маша.

– Пока ты болела, у меня не было аппетита. Теперь нужно восполнить потери. Мне скоро понадобиться много сил на тебя – Маша засмущалась – И вообще нужны силы поправился Тимур – работы много. Машунь, у нас приятель есть, Лекс Поздняков, ему очень понравилась наша Алиса. Они встречаются. Настроен он ну, очень серьезно.

– Мне сегодня Алиса сказала об этом – Маше очень понравилось, что Алиса «наша».

– Расскажи о нем.

– Давай, я посуду помою, потом, расскажу о своих друзьях.

– Может я сама?

– Машунь, посиди, мне руки надо занять. А то к тебе тянуться будут. Ты передохни – Маша опять смутилась – Мне, так нравиться, когда ты смущаешься, значит, думаешь в правильном направлении. Но, ты так, смущайся только для меня – девушка заулыбалась – и улыбайся так, только мне – сказал Рогозин.

– Ну, Тим, мне, что царевной несмеяной быть?

– Я пошутил, улыбайся. Пойду до мамы, дойду, отмечусь. Вернусь и будем телевизор смотреть.

Маша пошла проводить Тимура до дверей. Рогозин чмокнул ее в щеку.

– Запру и открою сам – и вышел.


Глава 15.


Через какое-то время дверь открылась, пришла Алиса.

– Маш, ты одна? Где Тимур?

– Алиса, ужин готов.

– Маша, меня Леша встретил, я сейчас уйду.

– Алиса, зови своего Лешу сюда и накорми его. Сейчас Тимур от мамы вернется.

– Это о чем, я думаю? Маш?

– Ты о чем? – Маша не выдержала и засмеялась.

– И?

– Мы поговорили. Все выяснили для себя.

– Я не знаю, как сказать.

– Вы вместе?

– Да.

– Машка, я так рада – она с визгом набросилась обнимать Машу – я пойду притащу сюда Лешу.

Не успела Алиса надеть сапоги, дверь открылась и в квартиру вошла София Андреевна.

– Девочки, Машенька, я так рада, что скину этого спиногрыза со своих плеч. Наконец-то он будет кого-то слушать. Машенька, дай я тебя обниму.

– И долго мы будем в коридоре тусоваться? Мам, иди пожалуйста домой.

– Ухожу, ухожу. Машенька, Машутка – София Андреевна гордо выплыла из квартиры.

– Ой, попал ты, капитан. Суши весла – подколола Рогозина Алиса.

– Ты пришла или уходишь, заноза? – спросил Тимур, а сам сиял, как начищенный самовар.