Татьяна Гор
Сказки на ночь или девочка с Луны

Сказки на ночь или девочка с Луны.

Ноябрьские заморозки пришли вместе с ясным, усыпанным звёздами, небом.

– Мам, а почему месяц называют молодым? – спросил мальчик шести лет, сидя на заднем сиденье машины.

– Потому что он очень тонкий, яркий и только-только появился. Даже не знаю, наверно, так – замялась молодая женщина.

– Мам, а тогда откуда появляется луна. Она мама месяца?

– Мммм… Можно и, так сказать.

Оглавление:

Предисловие.

Глава 1. Звезды.

Глава 2. Новый друг и старые свертки

Глава 3. Магическое число 12.

Глава 4. Ночной кошмар

Глава 5. Полнолуние

Глава 6. Параллельные миры.

Глава 7. Охота.

Глава 8. Между реальностью и сном.

Глава 9. Лунное свечение из окна дома № 52.

Глава 10. Первый рисунок.

Глава 11. Тайна дома с привидениями.

Глава 12. Операция «Кот»

Глава 13. В ожидании бессонных ночей.

Глава 14. Чудо мы создаем сами.

Глава 15. Хамелеон

Глава 16. Разговоры по душам или то, о чем не говорят.

Глава 17. Никогда не поздно

Глава 18. Просто, с Рождеством!

Глава 19.Между небом и землей.

Предисловие.

Маленький мальчик сидел на подоконнике большого окна и пристально смотрел на небо, когда зашла его Мама.

– Милый, ты что там сидишь? Уже поздно, ложись спать.

– Мам, расскажи мне сказку, – мальчик нехотя оторвал глаза от звездного неба.

– Тебе про кого? Про маленького динозавра или про пирата? – Мама поудобнее устроилась на кровати.

– Хочу новую. Про звезды… – мальчик лёг на бок, чтобы краем глаза наблюдать за кусочком неба в окне.

– Про звезды? – Мама растерялась.

– Ты не знаешь?

– Может почитать про маленького принца?

– Давай волшебную историю…– мальчик начинал засыпать.

– Тогда давай расскажу тебе про маленького мальчика и девочку с Луны…

– Девочка с Луны??? Давай!

Глава 1.

Звезды.

Дорога на дачу выдалась ужасно долгой. Митя уже устал сидеть. Казалось, ехать всего 18 км! Но эти ужасные пробки… да, начало первых летних каникул не задалось.

– Пап, а почему мы не свернули у садового магазина? Ты там раньше проезжал через деревню?

– Потому что теперь там сплошная…– звучало, как приговор.

– Пап, дай воды.

– У тебя же есть?

– Ну уже нет.

– А сам чего не берёшь? Она же в подстаканнике.

– Мне лень двигаться. Я устал.

– От безделья? – на лице у папы появилась легкая ухмылка.

– А мне тяжело сидеть и ничего не делать.

– Ляг.

– Кажется, меня тошнит.

– Отлично! А потом ты в туалет захочешь?

– Уже! – выдавил улыбку Митя.

– Пфффф.... как мама с тобой ездит? – недоумевал Папа.

– Весело! – выпалил Митя и они дружно засмеялись.

Шоссе бурлило разными звуками: сигналы, крики, музыка на любой вкус. Изредка сирены скорой помощи или ДПС проскальзывали по левой полосе, заставляя машины дружно двигаться вправо. Оставалось ещё 1,5 км до поворота на небольшую дорогу, которая разрезала красивое пожелтевшее поле напополам, и впадало в зелёный лес, где начинали появляться разветвления к разным дачным участкам. Последние дни мая были жаркими, пронизывающе яркими и необъяснимо многообещающими. Митя очень ждал окончания учебы, чтобы быстрее поехать на дачу к своим друзьям. Ему было о чем рассказать: про своих новых друзей в школе – с Лешей не разлей вода, Степа научил его правильно выбивать в фишки, про Лерку дуру—она всегда лезет драться первая, а его наказывают; про учительницу музыки, похожую на мумию, которая влепила ему 2 за поведение; про то, что он прыгает дальше всех на физкультуре и единственный умеет кататься на коньках; про уроки математики, где он вечно состязается с Юлей за звание лучшего ученика и про урок рисования, который не любит… и не потому что не получается, а потому что времени не хватает, а мыслей и желаний что то изобразить много, а Инна Валентиновна не понимает его творческой натуры (так говорит Папа); про то, как простыл на зимнем турслете и проболел 2 недели, что даже классная завозила домой задание и новый учебник, и что даже эта самая Лерка позвонила на домашний и что-то сказала (Митя не понял половины, т.к. не поверил своим ушам, но был польщен). В общем информации пруд пруди!

– Ура!!! Мы повернули! – закричал Папа.

– Пап, ты чего? – удивился Митя.

– А ты думаешь, что ты один устал? Я вообще-то весь день работал, ещё утром ездил на встречу в Москву. И нога затекла. И то не ною.

– Я тоже не ною! – надулся Митя, – уже и пожаловаться нельзя.

– Интересно, наша мама что-нибудь приготовила вкусненькое? – у папы появилась улыбка.

– Скорее бабушка, мама говорила, что будет убираться и приводить все комнаты в порядок – задумчиво ответил Митя. – так как наша уборка на майских была репетицией, а сегодня генеральная.

–Ты меня расстроил. Не пришлось бы нам принимать участие в генеральной… – уныло отозвался Папа.

– Если ужин готов, то нет! Бабушка точно усадит за стол!

– Точно, надо к Валентине Петровне сразу! Она в обиду не даст, точнее в рабство к маме!

И оба засмеялись. Вот они проехали это удивительное тёплое поле в нежных лучах заходящего солнца. Время уже было больше 9 и ужин был уже поздним и явно остывшей ждал их на столе. Зелёный лес приветливо раскрыл объятия чёрной машине, которая спустя некоторое время снова повернула налево на грунтовую дорогу навстречу уходящим лучам солнца.

Митя выбежал из машины помогать открывать распашные ворота дома номер 52. Дорожка, выложенная светло-коричневой брусчаткой, вела ко входу в дом. По обе стороны дорожки были высажены разные многолетние цветы, среди которых бархатцы уже набирали бутоны и пробивался ярко-золотистый лепесток. На крыльце небольшой открытой веранды стояла улыбающаяся женщина, укутанная в голубой плед. Редкая седина пробивалась прядью из ее тугого пучка жгуче чёрных волос. Ярко голубые глаза приветливо блестели. Она раскрыла объятия бегущему к ней навстречу внуку.

– Бабушка – бабушка! – Митя кинулся в объятия и пропал в укутавшем его пледе.

– Привет, мой дорогой, – весело улыбалась Валентина Петровна, – поздравляю с окончанием первого года! Как прошёл ваш турслет?

– Оооооо, это было очень круто! – Митя был явно возбуждён, щеки раскраснелись и он жадно глотнул свежую порцию вечернего воздуха, – ба, я тебе сейчас все расскажу!…

– Расскажешь, расскажешь – окликнул Папа, – только ты помоги вначале, – громко сказал мужчина, выкладывая сумки из багажника, – добрый вечер, Валентина Петровна!

– Добрый, Гриша, – женщина подошла и поцеловала зятя в щеку, – ну ка давай, кто быстрее, – задорно подхватив сумку, Валентина Петровна, обратилась к внуку и подмигнула.

Митя схватил 2 легких, но огромных пакета, свой рюкзак и помчался в дом.

– Ловко Вы с ним, – улыбнулся Папа.

– Ну так, я же бабушка, – улыбнулась в ответ Валентина Петровна, подхватила пару пакетов и быстрым шагом направилась к дому с громкими восклицаниями «я тебя догоняю».

Спустя полчаса все сидели за круглым столом на кухне и ели котлеты с пюре. В полуоткрытой духовке, остывая, стоял пирог. На окошке спала или вернее сказать— делала вид, что спит, бабушкина кошка Лиса, а сама внимательно следила из полуоткрытых глаз за Бондом. Бонд – любимец семьи, полуторогодовалый чёрный кане-корсо, который в данную минуту сидел за порогом и делал вид, что трапеза его совершенно не волнует, а сам, сантиметр за сантиметром передними лапами подтягивал своё туловище все ближе и ближе к центру кухни. Такое положение дел явно не нравилось Лисе, и она решила действовать. Так как все были увлечены рассказом Мите о чудесном походе с одноклассниками в лес, где они танцевали вокруг костра и участвовали в куче интересных конкурсах, Лиса решила привлечь внимание на себя, а затем уже на недоброжелателя. Она встала, потянулась, спрыгнула на пол, увидела свой шарик, закатившийся к батарее, аккуратно вытолкала его и со всей силы ударила по нему. Шар отлетел, врезался в стул, на котором сидела Валентина Петровна, а затем угодил в цоколь кухни, после чего его отрикошетило в железную миску, наполненную водой. Миска сдвинулась с небольшим грохотом, и вода расплескалась. Все сидящие за столом резко повернули головы и обнаружили Бонда, сидящего посреди кухни.

– Бонд, что ты здесь делаешь!?– серьезно обратился Папа к бедному псу, – давай, на место!

Мама встала, вытерла тряпкой пол. Бонд расстроенный вернулся к началу старта. План его провалился.

– Хитрец какой! Уже посередине кухни, да ещё и воду расплескал, – говорила Мама, наливая в чайник воду.

– Глаз да глаз, – сказал Папа.

– Это не он, – весело отозвалась Валентина Петровна. Все взоры были обращены к ней.

– А кто? – Митя дожевывал котлету.

– Лиса.

И тут все дружно посмотрели на кошку, которая мирно спала на подоконники.

– Но она же спит, – заявил Митя.

– Это ты так думаешь, – улыбалась бабушка. Посмотрела в сторону своей любимице, та слегка подняла голову и приоткрыла глаза. Валентина Петровна подмигнула ей. Кошка довольно зажмурилась ей в ответ.

Стемнело. Небо было высоким, темный глубокий свет пронизывали тонкие, рисуемые в голове, линии созвездий. Звезды игриво перемигивались, то здесь, то там. Посёлок готовился ко сну. Дачный сезон открылся не так давно, поэтому не во все дома ещё въехали или въехали не всем составом. На соседней улице были слышны возгласы детей, справа через 2 дома лаяла собака, напротив через три дома догорали угли в мангале, и молодой мужчина заносил остатки посуды. Чуть поодаль на перекрёстке возле дома 77 компания из молодых ребят сидела в беседке при свечах с бутылкой виски, а дальше по улице была еле слышна музыку из открытой форточки, тихо работал телевизор, пожилая женщина накрыла заснувшего мужа пледом и бродила по комнате в поисках пульта.

Митя вышел с мамой и Бондом на улицу для вечерней прогулки. Он знал, что давно пора спать и сегодня в честь дня приезда родители позволили ему вдоволь наболтаться. Митя сел с мамой на деревянную ступень на крыльце, облокотился на неё. Женщина нежно обняла его, укрыв пледом. Митя смотрел на эти яркие точки на небе и мечтал «как бы до них дотянуться» … глаза слипались. Что-то мокрое уткнулось Мите в тыльную сторону ладони.

– Все, милый. Пора спать.

– Да, мам. Но так хочется остаться здесь, под звёздами – мечтательно сказал Митя и сладко зевнул.

– У тебя есть такая возможность— таинственно улыбнулась Мама.

– Мы ночуем на улице, – Митя встрепенулся.

– Не совсем, беги в дом! Бабушка тебе приготовила сюрприз!

Сон, как рукой сняло. Митя подскочил и помчался в дом. Бонд кинулся за ним. На пороге дома сидела Лиса и тоже смотрела на звёзды. Увидев Митю, она прижалась к косяку и с интересом оглянулась ему вслед. Это было ошибкой. Она не успела среагировать на Бонда, который пробежал практически по ней и больно наступил на хвост. Кошка была в шоке от такого нахальства и взвизгнула. Но пёс не обратил на это внимание и следовал за своим хозяином.

– Бедная, ты моя, – произнесла Мама, взяв Лису на руки и захлопнув дверь.

Валентина Петровна вытерла последнюю вилку, когда примчался внук с криками «бабушка».

– Что такое, молодой человек? Не пора ли тебе спать? – сдвинула она строго брови.

– Пора! Мама сказала что-то про сюрприз— Митя не мог больше терпеть, так ему хотелось узнать, что же его ждёт.

– Так-так. Ты умылся? Зубы почистил?

– Да, мам. Мы уже приготовились ко сну, – сказала молодая женщина при входе в кухню с рыжей кошкой на руках. Митя подтверждающе закивал.

– Ну хорошо, бери свои сумки, полезли к тебе в комнату.

Митина комната находилась под крышей, так называемом третьем этаже. Вначале дом был деревянный, ещё в советские времена, но позже, когда умер супруг Валентины Петровны, дом пришёл в запущеннее, так как она стала редко приезжать. Но когда дочь вышла замуж, зять переконструировал дом, добавил кирпичный пристрой в виде веранды, заменил крышу и немного поднял верхнюю часть дома. Так образовался третий этаж. Который некоторое время использовали, как чулан для хранения сезонных вещей: лыжи, лодки, удочки, елка. Но таскать вещи на третий этаж было не удобно. Гриша построил утеплённый сарай на улице для хранения, куда также стали убирать весь садовый инвентарь, который ранее скрадывали в углу терраски. Позже в комнате на крыше повесили занавески и занесли старый матрас. Если оставались гости – молодёжь, ночевали наверху. Всем очень нравилось. Когда родился Митя и чуть подрос— обустроили игровую, точнее склад игрушек, а чуть позже поставили полноценную кровать и письменный стол, в нише повесили штангу для одежды, постелили ковёр. Таким образом, у Мити появилась своя комната на даче – самая большая и всеми любимая, но отличительной чертой было, что она была на крыше. Когда ему было 5 лет, Митя решился, что он взрослый парень и будет ночевать один. Первое время родители по очереди засыпали с ним, бывало ночью после кошмара Митя спускался вниз и шел к кому-нибудь из старших под бок. Как-то раз Валентина Петровна напомнила, что Карлсон тоже живет на крыше, что он Митин сосед сверху и всегда прогонит злодеев, если те захотят к нему нагрянуть ночью. Этой же ночью проснулись все от диких восклицающих криков Мити «мам, пап, Бабушка, он их прогнал, он их прям взял и выкинул в окно, он схватил рогатку и попал злодею прям в нос» – кричал Митя, сползая с лестницы. Родители были в шоке.

Митя нёс свой рюкзак и пакет с вещами, мама взяла сумку с книгами на лето для домашнего чтения, следом не отставала Лиса и Валентина Петровна, замыкал дружную компанию Бонд, который дальше второго этажа подняться не мог. Остальные четверо забрались наверх. Свет был выключен и слабое сияние исходило от потолка. 7 звёзд дружно светили над Митиной кроватью.

– Мммммм, – издал звуки мальчик, – Клаааааас....

И тишина. В темноте было не видно, что происходит с Митей, но потому, что он больше не двигался и не издал звуков, стало понятно, что он заворожен.

Мама тихо прошла до выключателя. Свет неожиданно застал всех врасплох. Лиса издала недовольное «Ау». Волшебство исчезло. И исчезло некое таинство между мальчиком и звёздами. Митя повернулся к бабушке и обнял ее. Это было больше слов. Женщина даже проморгалась, чтобы не пустить слезы радости.

– Значит угадала, – бабушка выпустила внука из объятий, – поздравляю с окончанием первого года в школе и вступлением в уже почти взрослую жизнь, точнее удачным переходом на новый этап жизни!

– Спасибо, мне очень понравилось! Они так горят… как настоящие… теперь у меня свои звёзды, не хуже, чем у Леры!

– Лучше, – засмеялась Мама.

Митя лежал неподвижно. Он мечтал. Мысли его гуляли где—то далеко. Он сегодня даже не побоялся сразу остаться один в комнате, точнее почти один. Лису оставили в качестве охранницы от ночных кошмаров. Сейчас она неподвижно лежала в изножье и тихо-тихо напевала себе под нос. Митя чувствовал еле заметные вибрации и ему становилось спокойно от наличия живого существа рядом. Звезды тускло освещали потолок. Глаза слипались и мальчику казалось, что звезды стали мерцать, как настоящие. Митя уже задремал и ему привиделось, что он протянул руку наверх и ощутил холод от сияния звезды. Вдруг он подпрыгнул и дотянулся до неё, и пластиковая звезда стала большой или он стал маленьким— они были одного размера, звезда его подхватила, словно ковёр самолёт и начала катать по комнате. Лиса открывала окно, и звезда выскочила вместе с мальчиком на улицу. кошка махала лапой им вслед и становилась все меньше и меньше по мере того, как Митю уносило высоко в небо в сторону настоящих звёзд. Вот он Млечный Путь....

Митя перевернулся под одеялом и заулыбался во сне. Лиса приподняла голову, окинула взглядом комнату— все было тихо, все было под контролем. Кошмары не наступали.

Глава 2. Новый друг и старые свертки

Утро было чудесным. Роса блестела на яркой молодой траве, божья коровка ползла по длинной тростинке наверх, капелька медленно стекала по обратной стороне, отражая насекомое и пропуская через себя тёплые лучи уже летнего солнца. Птицы пели ярко, звонко: трясогузки носились в своем необъяснимом танце, птенцы скворцов громко кричали, бегая за своими родителями, которые обеспокоено ловили жуков на лужайке и с нежностью кормили ими своих деток. Бабочки пестрили над клумбой с яркими цветами, изредка пролетал толстый шмель, оповещая о своём присутствии громким «жжжжжж».

Радостный Бонд выбежал на улицу и побежал обнюхивать кусты и проверять, кто же вечером пробегал по той или иной дорожке: была ли это мышка, или колючий ёж, а вот здесь у крыльца точно была соседская кошка – даже следы остались от ее лап на земле!

– Бонд, пошли на прогулку! – позвал Григорий, открывая калитку. Бонд с радостью бросился за хозяином.

Валентина Петровна выглянула с порога им в след, предупредила, что пошла готовить завтрак – через полчаса сбор. Лиса в это время просочилась на улицу, запрыгнула на перила и застыла, жмурясь нежным лучам солнца. Ее смена закончилась— можно наслаждаться своей кошачьей жизнью.

Митю разбудили громкие скворцы, но он спрятался под подушку. Потом ему послышалось, что папа зовёт Бонда. И он решил, что уже не уснёт— пора идти вниз. Тем более после снов о полёте к звёздам, ему приснился урок математики, потом какие-то персонажи из мультиков— они вместе играли в мяч, а потом он уже не помнил. Митя подтянулся на локтях, оглядел комнату— Лисы и след простыл. Над головой висели бледные пластмассовые звёзды, которые в свете солнца теряли всякое волшебство. В окно попадал теплый пронизывающий и какой-то радостный свет. Он решил, что нельзя терять время – пора выходить. Натянул на себя майку, носки, нашёл в еще не разобранной большой сумке шорты зеленого цвета с золотыми полосами по бокам, порылся в рюкзаке— вынул кепку, надел ее козырьком назад и полез вниз.

– Доброе утро, Митя, – сказала бабушка, стоя у плиты, спиной к двери.

– А как ты узнала? – удивился мальчик.

– Ты очень громкий, дорогой. Я услышала, когда ты только спустился на второй этаж, – засмеялась женщина.

– Но может это Мама? – не сдавался мальчик.

– Не может, я каждого из вас узнаю по шагам, вздохам и многим другим признакам, характеризующим только кого-то конкретно.

– Класс! Я тоже так хочу! Научи?!

– Это опыт. Но могу дать совет: будь внимательным к окружающим себя предметам, людям— что они любят, как складывают вещи, на что обращают внимание.... В общем, если тебе интересно— мы разберём все на примере твоих друзей и выявим их привычки, отнесём к тому или иному темпераменту, сильные или слабые стороны…

– Дорогая Валентина Петровна, он слово «темперамент» ещё вряд ли понимает до конца, – Вошла мама на кухню и поцеловала Митю в лоб.

– Я слышал, мам, это такая штука в человеке… сейчас— сейчас

– Сто-то похожее на характер, – подсказала бабушка, подмигнув внуку.

– Да!

– Я очень рада за вас, обсудите, а теперь иди в ванную и чисти зубы и умывайся, а то застыл, как статуя.

Завтракать сели на открытой веранде. Папа достал складной белый стол, слегка треснутый, но всеми любимый, нашёл четыре стула от разных комплектов, мама бережно протерла пыль, накопленную с сентября месяца, Митя принес скатерть и подушку себе на стул, чтобы было удобно сидеть, бабушка вынесла огромный чайник из старого сервиза с ароматным травяным чаем из трав прошлогоднего сбора, кошка уже лежала клубком на Митином месте, Бонд лежал под столом в ожидание общего пиршества и того, что ему перепадёт что-нибудь вкусненькое. Вскоре все довольно сидели за столом, наслаждаясь началом лета. Митя рассказывал бабушке про веселые дни в школе последних двух недель. После плотного завтрака все убрали со стола и разбрелись каждый по своим делам: Папа пошёл разбирать сарай, мама, успевшая вчера помыть весь дом перед долгим заселением – решила устроить себе небольшой заслуженный отдых и пошла читать книгу, а Валентина Петровна пошла полоть клумбу с многолетними цветами, распугав всех бабочек. Митя этим был страшно огорчён так, как только что нашёл сачок для их ловли в сарае. Покрутившись возле бабушки, принеся ей маленькие грабли, лопатку и какую-то мотыгу, ретировался. Бонд следовал за ним, стараясь придерживаться тенька. Посидев с папой в сарае, мальчик получил столько указаний, что решил повторить свои действия и ушёл «по—английский». Нашёл маму сзади дома у двух больших деревьев— она вешала гамак, на траве лежала большая соломенная шляпа, очки, книга «Маленькая хозяйка большого дома» на сланцах.

– Мам, а когда приедут Ковалёвы? Они тоже должны в начале каникул приехать?

– Должны, но какого именно числа не знаю. Катю и Толика одних же не оставят. Может их мама возьмёт отпуск на пару недель, а может с ними останется Вера с подругой, как в прошлом году. По выходным родители будут навещать, – увлечённо вешая гамак, говорила мама.

– Мам, а Петя, когда приедет?

– Надо сходить к его бабушке и дедушке. Они здесь уже с начала мая живут. Я вчера видела Маргариту Степановну. Она сказала, что за месяц 2 раза ездила на квартиру проверять все ли в порядке и получить пенсию. Поэтому, если хочешь сбегай к ним, – заулыбалась Мама, довольная своей работой, и полезла в гамак.

Митя уже было сорвался с места, как решил сразу довести свой допрос до конца:

– Мам, а Олю, когда привезут?

Мама посмотрела поверх очков на сына. Митя понял, что она не в курсе и решил уже в третий раз «отчалить» подальше от этого взгляда.

На выходе у калитки Митя предупредил бабушку, что скоро вернётся, что пошёл к Петиной бабушке на разведку. Валентина Петровна передала большой привет и попросила заодно по дороге зайти к Вершининым, своим добрым друзьям и соседям по даче— занести обещанные семена, клубни и, безусловно, передать приглашение на чай на недели, когда уедут родители. Также бабушка поделилась, что Вершинины встретили на прошлой неделе отца Оли, тот вместе с новой женой приезжал посмотреть дачу, проверить все ли в порядке, немного разобраться. Говорил, что они едут куда-то в отпуск на неделю, кажется в Анапу, а потом дочку сразу на дачу. На этом информация заканчивалась. Но мальчик был очень рад новостям, взял пакет с клубнями и построил свой маршрут у себя в голове. Он захлопнул калитку и бодро зашагал к перекрестку, чтобы спуститься вниз на соседнюю улицу. Сзади обиженно заскулил верный Бонд, которого Митя даже не позвал с собой. Кошка Лиса весело зажмурила глаза, глядя на расстроенного пса из своего укрытия.

Как же Митя любил дачу. Это то место, где его ждали приключения! Скоро приедут его друзья, с которыми они проводят все лето вместе, с которыми у них какая-то своя связь, негласный союз! У них всегда море игр и миссий по спасению мира, поиску сокровищ или эликсира вечной жизни. Митина бабушка часто помогает им, рассказывает очень интересные истории, которые они берут за основу для своих игр, а дальше их детское воображении уносит их очень далеко, ведь оно не знает границ.

Митя уверенно свернул направо по улице, мимо из-за кустов калины выскочил огромный черно-белый кот, его белая мордашка была увенчана чёрным полумесяцем под левым глазом. Создавалось впечатление, что кто-то поставил бедному котику синяк, хотя, судя по габаритам кота— он мог с легкостью за себя постоять. Кот остановился и посмотрел на мальчика, затем продолжил путь. Митя тоже продолжал свой путь и просто так сказал, посмотрев четвероногому в след:

– Привет, кот! Почему не здороваешься?

Кот остановился, как вкопанный и посмотрел на мальчика. Митя тоже остановился. Он не задумываясь представился и протянул руку. Кот в ответ как будто что-то прокряхтел и подошёл к руке мальчика и ткнул в неё своей белоснежной мордой с полумесяцем. Знакомство состоялось. И оба тронулись дальше, каждый по своим делам, но в одну сторону.

Солнце уже поднялось высоко, птицы громко пели, около цветов везде кружились бабочки, словно юные девушки в разноцветных платьях—крыльях. Всюду в садовом товариществе велась работа. Многие дачники занялись огородными делами и садовыми посадками, как только стаял снег. Дачники были нескольких типов: те, кто сажал большие огороды— на их участках бурная деятельность началась с раннего утра, и те, кто дачу использовали, как место отдыха (таких с годами становилось больше). Менялось само время: овощи можно было купить на рынках и многие поменяли формат дач, теперь здесь в удовольствие занимались грядками, а остальное время ухаживали за цветами и играли в бадминтон. И были те, кто приезжал изредка проверить свои дачные участки, чаще всего это были заросшие и неухоженный территории с небольшими обветшавшими домами. И были совсем заброшенные хижины, но их было совсем мало, на все товарищество четыре дома. Поколения менялись— многим детям дачные дома родителей и пращуров не были нужны, огороды и сады требовали ухода и времени, приезжать с друзьями на дачу было здорово, но слишком накладно. Такие дома простаивали, доживая свой век. Были случаи, когда молодые владельцы, понимая, что участком пользоваться не будут— продавали их и дом обретал новых жильцов и продолжал жить, принимая в свои объятия новых людей с их историей и традициями.

Митя с интересом заглядывал за заборы по дороге. Многие люди ему были знакомы – все приветствовали его, кто-то спрашивал про бабушку, кто-то интересовался его первым годом в школе, но были и те, кого он видел впервые или никогда не общался, поэтому кроме приветственного кивка из вежливости, дальше разговор не шёл. Его новый четвероногий друг сбавил скорость и словно дожидался мальчика.

Сейчас Митя проходил один из четырех заброшенных домов в поселке. Даже солнечным днём дом выглядел грустно и немного пугающе. Возможно бледно-серый цвет придавал унылый вид, возможно, причиной было то, что дом стоял немного поодаль основной линии, по которой располагались все участки, и сзади него начинался лес, где несколько деревьев были повалены, двор у дома зарос крапивой и сорняками. Митя разглядывал, как справа от ели вдоль плохо проглядывающийся дорожки к дому стояла лопата, с черенка которой поотлетала краска от непогоды, но кое-где все ещё виднелись ее красные пятна, которые к тому же скрывал вьюнок. Сверху на чердаке было разбито маленькое круглое окно, а снизу у правого окна виднелись некогда светлые шторы и все тот же вьюнок, что обнимал угол дома. Мальчику вдруг показалось, что внутри появилось движение. Он вздрогнул, но потом понял, что от пыльных грязных стёкол отражается край неба и в окошке мелькнула тень пролетающего скворца. Митю вернуло в реальность громкое «Мяу». Кот сидел рядом и отвлёк мальчика от разглядывания дома. Митя улыбнулся. А то за эти пару минут у этого жуткого дома, в голову полезли нехорошие и печальные мысли, казалось, что похолодало и солнца вовсе нет. Новые друзья двинулись дальше, бодро зашагали к желтому дому с зелёными обрамлениями окошек и зеленой прозрачной калиткой. Дом Марии Михайловны был ярким и очень приветливым. Женщина возраста Митиной бабушки сидела в огромном уличном кресле в светлой шляпе с большими полями. Это была пышная и очень ухоженная женщина. Она всегда много говорила, очень часто обо всем подряд и создавала впечатление далеко не разумной женщины, но, если касалось дела— она становилось другой. Перед вами была серьезная и внимательная пожилая женщина с очень проницательными светло-карими глазами. Митя ускорился и замахал рукой супругу Марии Михайловны. Это был высокий мужчина с короткими седыми волосами, выправкой военного и светло-голубыми глазами. Он наоборот всегда молчал и во всем соглашался с супругой, но делал по-своему. Возможно, это и был секрет их счастливого брака, длившегося 39 лет. Эдуард Александрович увидел мальчика и пошёл открывать калитку. У него на плече висела какая-то пластмассовая бочка и от неё шёл шнур.

– Митя, мальчик мой, – весело заулыбался Эдуард Александрович. «Мужчины» поприветствовали друг друга рукопожатием.

– Смотри, так руку мне сломаешь, —пошутил бывший военный и по-отечески похлопал мальчика по плечу.

– Димочка, как ты? – заулыбалась Мария Михайловна.

Вершинины очень любили мальчика, как родного внука, так как свои жили в Калининграде и виделись они не часто. Сын Павел Эдуардович был военный офицер, пошёл по стопам отца. Служил на Балтике, там встретил будущую жену и остался на совсем. Вначале приезжали с женой часто, потом, как обычно бывает, много домашних хлопот, отпуска, дети и многое другое. Поэтому последний раз внуков Мария Михайловна и Эдуард Александрович видели два года назад. Старшей девочке было 12 лет, а младшему сорванцу Егору 8,5 – чуть старше Мити.

Митя провёл около часа у четы Вершининых. Мария Михайловна очень обрадовалась клубням и даже сама решила их прикопать в землю, не доверив столь ответственное задание супругу, тем более у неё была «легкая рука». Эдуард Александрович не возражал, лишь вырыл небольшие ямы, принёс лейку воды и не стал более влезать в столь важный процесс. А Митя, тем временем, изучал устройство— это был садовый опрыскиватель. Мальчик таких ещё не видел. «Очень полезная штука, а главное с большим объемом. Благодаря давлению, позволяет опылять самые макушки»– говорил Эдуард Александрович и дал Мите попробовать.

За стаканом компота Митя узнал, что Оля должна появится на даче в середине следующей недели. Ее мачеха не работает и после отпуска приедет вместе с девочкой на дачу. А дальше было не известно. Останутся они или вернутся в шумный жаркий город. Возможно, Олю заберут на другую дачу бабушка с дедушкой, возможно, кто-то приедет пожить с ней на эту. Но то что она точно приедет, это уже было хорошо.

Митя передал приглашение на вечерний чай. Эдуард Александрович предложил лучше у них встретится за самоваром, а Мария Михайловна сказала, что будем встречаться и там, и там, что так интереснее. Тут с ней было невозможно не согласится.

Митя попрощался, пожал руку Эдуарду Александрович и двинул дальше на восток к дому Маргариты Степановны. Через два дома он встретил старого друга. Было ощущение, что кот ждал его.

–Чем занимался? – поинтересовался Митя. Кот промолчал. Ну мало ли какие у кота могут быть дела.

Митя свернул на следующем перекрёстке налево и увидел троих велосипедистов. Это были два парня и девочка лет 12. Одного он узнал. Стас Куприянов. Очень вредный мальчик. В прошлом году у них были неприятные прецеденты: однажды Стас специально проехал на велосипеде по луже, облив всех водой и весело смеясь над младшими; еще он зашвырнул их мячик в крапиву, когда Митя с Петей и Толиком играли на поляне; как-то раз нагрубил Оли. Вот и сейчас этот рыжеволосый парень нёсся впереди на своём велосипеде. Митя отпрянул к забору и весь вжался, кот юркнул следом под забор и исчез. Хотел бы Митя также!

–Эгей, мелюзга! – кричал Стас, начиная притормаживать.

– Стас, давай быстрее, не тормози! Мы опаздываем, – крикнул рыжеволосому его друг, идя на обгон.

– Ещё увидимся, – ухмыльнулся Стас и начал набирать обороты.

Митю прям пот прошиб от этих слов. Но компания миновала, и мальчик поспешил к Маргарите Степановне, переживая, что хулиган передумает и вернётся.

У Маргариты Степановны были в разгаре садово-полевые работы: окучивалась картошка, обрабатывалась от жуков и прочих паразитов, рядом стояла тележка с навозом, из которого торчала лопата, вторую тележку, наполненную под завязку сорняками, бодро вывозил ее супруг Георгий Наумович на задний двор в силосную яму. Калитка была закрыта, но Митя по-свойски отодвинул одну досочку и сдвинул засов.

– Маргарита Степановна, – крикнул Митя, оказавшись на территории, – добрый день!

А в ответ тишина. Митя подошёл к грядке с картошкой. Окинул весь огород— это было загляденье: все грядки стояли ровными рядами, окучены и прополены, виднелась молодая морковка, сбоку начинала пробиваться редиска, а дальше были ряды разной зелени: салат, горчица, петрушка, укроп, а за ними лук и чеснок. Сбоку стояла теплица, справа в одном из стёкол виднелась трещина, а рядом стояло большое стекло— явно хотят заменить.

Маргарита Степановна была очень активной худощавой женщиной. Она вечно что-то строила и ломала, ломала и строила на даче. Ее второй супруг Георгий Наумович под стать жене был высокий и стройный, молчалив, но очень приветлив. Некогда он уезжал в Канаду, работал архитектором. Пять лет назад его пригласили строить в Москве современный офис. И так случилось, что он встретил Петину бабушку, а та не пожелала лететь с ним в Канаду. Так и вернулся Георгий Наумович в свой родной город навсегда. Вот уже второе лето он проводил большую часть времени на даче с супругой, занимался хозяйством, но строго 3 часа в день уделял работе чертил новые проекты по реконструкции железнодорожного вокзала. Петя очень подружился с новым дедом, так как своего родного и не помнил. Виктор Фёдорович умер, когда Пети ещё не было. А у Георгия Наумовича не было своих детей, поэтому с супругой он приобрёл полноценную семью и любимого внука. Прошлым летом для Пети и его друзей дед проводил занятия по английскому языку в игровой форме, используя настольные игры, привезенные прямо из Канады. Дети были в восторге! Два в одном: весело и полезно.

– Маргарита Степановна, – снова позвал Митя, как услышал какие громыхания слева сзади дома. Звуки тачки! Точно!

Когда Митя завернул за угол, то успел только остановиться, как перед ним упала стопка пыльных старых свёртков. Он поднял голову. С чердака с маленького открытого оконца летела следующая партия. Митя быстро проскочил вперёд. Калитка в лес была открыта и оттуда показалось колесо тачки. Георгий Наумович шёл в яркой апельсиновой майки, что-то напевая себе под нос.

– Demetrius, I m glad to see you, – добродушно сказал мужчина, пожав Мите руку. Георгий Наумович часто с мальчиками переходил на английский в простых фразах, он считал, что практика лишней не будет.

– Good morning, Georg! Me too, – весело отозвался Парень.

Следующая стопка, на этот раз старых газет, вылетела сзади Митьки.

– Марго, у нас гости.

Шорох сверху прекратился. Высунулась женское лицо. Заострённый носик, зеленые веселые глаза и светло рыжее карэ. Она весело замахала сверху и исчезла.

Спустя сорок минут довольный Митька шел домой, неся кучу старых свёртков. Это были астрологические и натальные карты известных политиков 80х годов, рисунки созвездий и множество других свёртков, касающихся астрологии. В своё время, в СССР покойный Виктор Фёдорович был известным доктором астрономии, но также негласно изучал писания и практики астрологии, ему был интересен мир звезд и то, как они влияют на разные аспекты жизни, некоторые сотрудники ЦК пользовались услугами профессора, составляли свои соляры, дабы не подвести Советы. Самое абсурдное, что мало того, что официально астрология не признана наукой, но она была запрещена советской властью. Узкие же круги негласно пользовались услугами и верили безоговорочно. Виктор Фёдорович успел побывать на многих закрытых мероприятиях и съездах, познакомиться с известными людьми. У него было несколько телескопов, чтобы он мог изучать с разных точек движение звёзд и планет. Виктору Фёдоровичу привозили из-за границы работы и писания из астрономии, магии, эзотерики, психологии, также недоступные ни одному советскому человеку писания об оккультных, религиозных и философских концепциях.

– Быстро мыть руки, – услышал Митя, как только за ним с грохотом захлопнулась калитка.

– Семеро одного не ждут, – собирал газету Папа, вставая со своего кресла на веранде, – опаздываешь.

Митя быстро помчал со своими свитками к дому. Бонд весело начал скакать вокруг мальчика. Лиса зевнула и свернулась клубочком на только что освободившемся кресле.

Митя пыхтел, доедая второе, чтобы быстрее приступить к свежеиспеченному творожному печенью.

– Милый, а что это за хлам ты принёс? – спросила Мама, удивленная находкой у лестницы.

– Мам, это Астро…логия! – гордо заявил мальчик, хрустя печеньем.

Папа поднял глаза на сына с удивлением. Мама тоже стояла неподвижно в дверях. Родители переглянулись.

– Неужели Маргарита Степановна решилась разобрать свой чердак, – спросила Бабушка, подливая чай внуку. Родители удивились второй раз: при чем здесь астрология и Маргарита Степановна?

– Да, – отхлебнул Митя, – у неё там столько интересного! Жаль я раньше не пришёл. Она уже успела испортить ценные экспонаты Соля…солаээээ

– Соляров, – подсказала бабушка.

– Точно, – закивал Митя, одной рукой засунув руку с печеньем под стол, где затаился его лучший друг с большим розовым языком.

– Валентина Петровна, может Вы нам расскажете, о чем идёт речь, – Папа был заинтригован.

– Гриша, – улыбнулась Валентина Петровна, – все очень просто. Покойный супруг Маргариты Степановны был ученым, астрономом, тайно изучал Астрологию, звезды. В те времена это особо не разглашалось, так как за науку даже толком не считали, но интерес, безусловно, уже был. Здесь на даче он хранил много разных карт и телескопов. Помню, его родители ещё в наши студенческие годы вернувшись из дип. миссии привезли Вите его первый телескоп. Вот тогда-то и проснулся интерес. Так у его семьи был доступ и ко всем секциям в библиотеках и была возможность выезжать за границу— Виктору привозили книги, учения, даже какие-то старые шумерские письмена у него были. Это увлечение переросло в его смысл жизни. И он действительно добился успеха. Только вот в чем проблема. Он увлёкся астрологическими прогнозами, не в шутку, а, чтобы прогнозировать решение важных жизненных и политических вопросов, чуть не предсказывать природные катаклизмы, как Нострадамус. У него стали консультироваться чины. Один, второй, десятый… отказать им было невозможно. Виктор пытался… но боялся за семью. к сожалению, это его сгубило. Он сгорел. Он уже занимался не наукой, не изучением, а составлением краткосрочных планов для обычных людей при власти.... Если бы современные астрологи знали, хоть толику того, что знал он.... ладно, давайте лучше о хорошем.

– Ба, звезды— это хорошо! – сказал Митя.

– Ты прав, милый! Звезды чудесны.

Митька лежал в темноте. Смотрел на своё личное маленькое звездное небо. Мечтал. Мечтал сам не знал, о чем, о чем-то далеком. Скрипнула половица. Митя поднялся на локте. Лиса прыгнула на кровать мальчика.

– Это ты, – Митя тихонько коснулся мордочки кошки. Обернулся к окну.

Было немного облачно и свет луны слегка угадывался за облаками.

Митя подумал о созвездиях. Надо завтра разобраться в старых свитках. Он взял несколько интересных карт: там были созвездия всем известных знаков из гороскопов. Бабушка сказала, что это больше красивые рисунки, нежели полезные документы, но мальчику они понравились. Они были цветными и как будто узелки и вправду светились. Созвездия состояли из нескольких звёзд, через которые воображение рисовала золотистую нить— соединяя их в знак. Во многих созвездиях выделились самые яркие звёзды, например, Альдебаран в созвездии Тельца. Это пока единственная звезда, которую запомнил Митя. Остальные несколько перечисленные Бабушкой он не смог запомнить, да и она не помнила все, но легко их находила на рисунках.

Глаза слипались. Дыхание выровнялось, и мальчик улыбнулся во сне. Ему снился луг, большой зелёный луг с пригорком. На пригорке стоял огромный бык. Он ждал мальчика, который легко бежал к нему. Трава была высокая, но не затрудняла движение, она была мягкая и сочная. Было очень светло, как днём. Но была глубокая ночь. Огромная луна освещала путь мальчику. И вот он добрался до быка. Зверь внимательно посмотрел на мальчика и громко выдохнул. Мальчик почувствовал его тёплое дыхание. Он совершенно не боялся этого огромного зверя. Он протянул руку и дотронулся. Бык качнул головой со своими величественными рогами. «С таким другом ничего не страшно», подумал мальчик про себя. Бык слегка опустился на левую ногу. Мальчик не заставил себя ждать, схватился рукой за густую шесть и забрался сверху. Шерсть быка блестела в свете луны. Ветер взъерошил волосы мальчику и понёсся вниз по горке и прямиком через все поле. Тёплый летний ветер заставил вздохнуть весь луг своим упоительным воздухом. Мальчик тоже вздохнул. Бык под ним ударил копытом. Копыто налилось серебристом свечением, ветер стал кружить весело вокруг. Бык ударил снова. Мальчик смеялся, он смотрел по сторонам: с пригорка открывался вид на бесконечное поле, но где-то справа мальчик увидел темный изгиб и одинокое дерево. Точно, это река! Кажется, мальчик был на этом поле. Только он не помнил, когда. Какие-то фрагменты воспоминаний, чьи-то руки, голоса— калейдоскоп пронёсся в голове, и мальчик немного загрустил. Но веселый ветерок снова взъерошил волосы, приглашая наслаждаться тёплой ночью! Вокруг копыт быка свечение усилилось, и мальчик смог уже видеть его ореол под собой. Наездник решил посмотреть наверх— луна, она была до безобразия близко, почти осязаема. Он протянул руку наверх. Его пальцы почувствовали легкий приятный холодок. Бык снова ударил копытом, и мальчик почувствовал, как они двинулись с места, но отнюдь не вниз к лугу, а наоборот вверх. Бык двигался мощно и величественно, от его копыт после каждого бесшумного передвижения отлетали серебряные искры, мальчик ощущал мощь этого зверя под своими ногами. Небо было глубокого темно—синего цвета. Едва угадывались звезды. Только луна была огромная и такая близкая.

Мальчик погладил шею зверю, тот как бы в ответ громко выдохнул. Мальчик закрыл глаза и снова вдохнул воздух. Бык свернул направо, и всадник услышал журчание реки. Открыв глаза, мальчик увидел огромный раскидистый дуб и чуть дальше плавный обрыв. Ему очень захотелось спуститься. Бык внял молчаливой просьбе и начал спускаться.

Одна ветка дуба слегка уходила вбок в сторону реки, на ней висели старые деревянные качели на толстой веревке. Мальчик подошёл и толкнул их. Качели легко полетели в сторону реки, где их весело подхватил озорник ветер и заставил коснуться кроны дерева. Бык снова вздохнул: ох уж эти шалости. Мальчик хотел было спуститься, но его нога поехала по склону вниз. Бык пришёл на помощь— подставил свой рог. Зацепившись, парнишка продолжил свой путь, и поблагодарил зверя улыбкой и кивком. Заметил, что рог под его прикосновением стал отливать серебром.

Наконец, мальчик и бык стояли у воды. Зверь наклонился и попил, а парнишка зашёл по щиколотку и любовался отражением луны в воде. Река журчала весело, шелестели колоски на другом берегу, а ветер прошёл узкой полосой, потревожив гладь реки и окропив серебряными каплями двоих.

Митя зажмурился. И услышал тихий женский шёпот: «Таурис». Он открыл глаза— огромные темные глаза смотрели на него. Таурис— телец— бык. Вот они познакомились! Таурис величественно смотрелся в свете луны. Спокойный, терпеливый— он снова помог мальчику забраться. И парочка тронулась снова в путь. Только сейчас Митька разглядел— напротив луны виднелись не просто редкие звёзды— это было созвездие тельца Таурис. А ярче всех в нем блистала одна из самых ярких звёзд неба Альдебаран.

Лиса сидела на подоконнике и жмурилась, глядя на тихо спящего улыбающегося мальчика. Луна за окном стала появляться сквозь свою облачную вуаль. Таурис… кошка резко открыла глаза. Чей это шёпот? Она оглянулась. Никого не было и быть не могло в комнате. Она бы почувствовала, да и Бонд бы не пустил никого наверх.

– Таурис, – прошептал Митя во сне.

Лиса почувствовала, как шерсть встала дыбом. Сейчас бы она не отказалась, если бы этот блохастый оказался не у ступеней снизу, а в детской.

Луна улыбалась за окном. Кошка внимательно смотрела на улицу через окно. Было тихо, тихо и светло. Шерсть опустилась на место, кошка зевнула. Все же ей померещилось. Прекрасная ночь. Лиса спрыгнула на кровать и свернулась клубком.

Сегодня Лисе тоже снился сон. Кошка шла по лунной тропе, где-то вдали пели редкие птицы. Лиса услышала шорох слева под кустом пионов и приготовилась к прыжку, но все стихло. Тень скрылась за домом. Лиса двинулась следом, держась тени раскидистой яблони. Кошка резко выпрыгнула из-за угла, но чей-то черный хвост исчез под калиткой. Спугнула значит незваного гостя. Поделом. Лиса была довольна, как почувствовала тревогу. Что-то изменилось вокруг. Потемнело. Охотница подняла голову— луна была скрыта за появившейся из неоткуда тучей. Кругом было темно, человечки глаз бы даже не различил землю под ногами, но кошачий глаз—зоркий глаз. Кошка пошла в сторону дома и увидела свечение. Зеленоватые яркие точки вдоль забора с левой стороны. Она незамедлительно бросилась туда и увидела неожиданный танец светлячков. Маленькие насекомые кружились в полуметре от земли и мерцали необычным кислотным цветом, их пузики мигали, словно маячки. Кошка завораживающе смотрела, как около 6 точек порхают в только им объяснимом танце, но тут включился инстинкт охотника, и кошка вскинула лапу. Вот он первый светлячок улетел в сторону дорожки, вот второй угодил в забор, а вот и очередь третьего… Лиса виртуозно подпрыгивала от земли, словно балерина, исполняя Па, или же, напротив, профессиональный волейболист, выполняя передачи маленькими зелёными мячиками. Вот он очередной па…

Лиса проснулась на полу детской. Светало. В окно было видно зарево. Кошка отряхнулась, зевнула и начала вылизывать свою шерсть. Если бы она выглянула из другого окна, то увидела легкую тень Луны и услышала ее смех над таким удачным Па.

Глава 3. Магическое число 12.

Мальчик сидел на старом коричневом пледе посреди террасы. Воскресенье было знойным, но легкие облака не давали солнцу раскалить землю до предела. Воздух был прогрет. Взрослые передвигались неохотно от тенька до тенька или прятались в доме. Верный Бонд не отходил от Мити, но лежал на пороге у входной двери, где изредка продувал случайный сквознячок, давая небольшую прохладу. Лису не было видно вовсе. За спиной у мальчика были развёрнуты несколько неизвестных карт, они представляли собой множество кругов разного цвета и разного диаметра, по периметру были помечены знаки зодиака, словно циферблат, нумерация шла римскими цифрами, а внутри периметра стояли неизвестные мальчику значки, у которых стояли точки, соединенные разными линиями. Слева у Мити лежали несколько рисунков планет с непонятными пометками на незнакомом языке, а точнее латыни, так сказала бабушка. На них были уже известные планеты мальчику – Солнечная система. На второй очень мятой карте была изображена планета Земля и ее спутник Луна. К этому слитку был приколото два листа. Один был с изображением луны и схемами, второй с текстом. Прямо лежала ещё не разобранная стопка разно размерных листков, подписанных на латыни. По правую руку от мальчика были разложены рисунки знаков зодиака. Некоторые Карты были разорваны, некоторые не пощадила сырость и чернила были стёрты, но все они были частью какого-то грандиозного прошлого и настоящего, так эти звёзды и учения были не выдумкой и срока годности не имели. Мальчик с интересом раскладывал своё приобретение. Сейчас перед ним лежал свиток со знаком Тельца. Митя проводил пальцами по желтовато-серой бумаге, в воображении рисуя огромного мускулистого зверя. Таурис… мальчик улыбнулся. Он помнил прекрасно сегодняшний сон. Звезды, что может быть лучше. Быстрее бы ночь. Он хочет познакомиться со всеми Созвездиями.

Неожиданно подул ветер, застав мальчика врасплох. Все его разложенные свитки зашуршали и даже четыре листа дернулись с места. Митька успел накрыть три из них ладошками. Но четвёртый полетел назад. Мальчик подпрыгнул вслед, но потом одумался— надо было чем-то заневолить все разложенные. Сандалии и кепка, лежащие рядом с пледом, пришлись кстати. Митя обернулся. В дверях стояла Валентина Петровна.

– Ба, ты поймала! – Митя стоял уже рядом с женщиной.

– Поймала самую яркую звезду.

Мальчик смотрел недоумевая.

– Сириус – самая яркая звезда неба, – пояснила бабушка, показывая внуку пойманный листок, – здесь созвездие Большого пса с описанием главной ярчайшей звезды Сириус.

– Оооооо, – мальчик был впечатлён таким открытием и познаниями своей бабушки, она была у него самая умная и добрая бабушка на свете, его лучший друг.

Родители мальчика собирались возвращаться обратно в город. Выходные подходили к концу, а значит в понедельник на работу. Мите было немного грустно, но совсем немного. Скоро приедут его друзья, да и с бабушкой было не скучно.

–Дмитрий, – Папа всегда обращался к сыну полным именем, когда оставлял ЦУ, – Бонда оставляем на даче, присматривай за ним. Валентине Петровне во всем помогай, не забывай чистить зубы, ложись вовремя…

–Пап, я все знаю, не маленький, – буркнул мальчик. Отец протянул руку— сын ее крепко сжал в ответ. – Не маленький, но ещё и не взрослый, – улыбнулся Папа и взъерошил волосы.

Мама вышла с сумкой из дома и с букетом садовых цветов.

– Хоть бы довезти, может денёчка два порадуют нас в душной квартире, – говорила она.

– Подожди, сейчас все сделаем правильно, – Валентина Петровна всегда знала, что делать. Она взяла старую тряпку, намочила ее водой, обмотала ножки цветов, сверху одела пакет и завязала веревкой— так не завянут.

Митя улыбался. Бабушка— просто энциклопедия на все случаи жизни.

Мама поцеловала мальчика в лоб и обняла.

– Не скучайте, приедем в пятницу.

Черная машина выскользнула налево из ворот дома номер 52 и медленно поехала по проселочной дороге, за ней следовала красная. Валентина Петровна и Митя махали вслед, Бонд стоял рядом и вилял свои маленьким хвостиком. Лиса сидела на крыльце и облизывала лапку.

–Ба, а откуда ты так много знаешь про звезды.

– Милый мой, разве это много. Вот Виктор Федорович знал много…

–Вы дружили?

–Да, я помню его первое увлечение звёздами. Тогда никто и думать не мог, что он и впрямь начнёт изучать их. Виктор был натурой увлекающейся, – Валентина Петровна медленно шла по дорожке и улыбалась воспоминаниям.

– Расскажи! – мальчику было интересно.

– Пойдём пить чай с пирогом, вот я тебе немного и расскажу.

– Это произошло, когда нам было лет по двенадцать-тринадцать, —рассказывала Валентина Петровна, сидя на веранде в кресле, – это было 22 июня, день летнего солнцестояния. Был чудесный теплый день. Единственное, что омрачало его— то, что в этот день началась война в сорок первом году. Мы застали ее будучи совсем маленькими детьми. Но воспоминания.... даже детскими глазами сложно забыть. Итак, у нас была назначена встреча на пруду. Все ребята— я, Галина (двоюродная сестра Марии Михайловны) и сама Мария, Володя Буров со своим младшим братом Толей и Саша Кузнецов собрались на месте. Мы с девочками принесли в небольших плетённых корзинках яблоки, хлеба и немного молока, кинули на траву старые одеяла и устроили пикник. Мальчишки забегали в пруд и ныряли, брызгали в нас водой. Вити все не было. Когда мы уже вдоволь накупались, что губы посинели, и успели высохнуть, съесть почти все припасы— увидели среди травы мчащегося велосипедиста. Это был Виктор. Он был какой-то не такой. Сказал, что проспал, что его дома задержали. Никто не придал особого значения его словам. Саша затащил его еле в воду, но Витя почти сразу сел один на берегу, наблюдал за ребятами, смеялся с ними, но словно был где-то далеко.

Время было уже послеобеденное, пора было по домам. Я тихо спросила, что случилось, но он пожал неопределенно плечами. Вечером меня крикнула мама, сказала, что Витя ждёт у калитки. Я вышла. Мы прогуливались среди дач. И он рассказал, что ему снился сон, но как будто это происходило наяву. Во сне происходило следующее: Витя сидел на окне, смотрел на поздний закат. Как он выразился: «Я решил проводить этот уходящий день». Солнце уже скрылось за горизонтом. И его ореол все еще освещал западный небосвод, неохотно отдавало свои права ночи. Ночь же пронизывала темнотой всю восточную часть неба и среди ее темноты проглядывалось смутное отражение Луны. Грани были стёрты, не четкие. Витя наблюдал. У него на глазах за короткое время таял свет солнца и наступала темнота, но такая же яркая и светлая. Контуры Луны стали ровнее, яркость ее, словно прибавили. Ночь наконец-то завладела небом, заглянула в каждый дом и зажгла там свет. Ночь оказалась совсем не страшной, было тепло и спокойно. Сад играл своими ночными красками: вот яблоня под окном, вот справа сарай с лопнувшей крышей— видно даже щель, вот его велосипед у забора, а вот и мамины любимые цветы— яркие цвета днём, ночью были другими, но тоже отличались друг от друга. Виктору очень захотелось посмотреть на посёлок сверху. Он словно произнёс это вслух тихим шёпотом, как в небе медленно появлялся мостик, словно невидимый художник изображал медленно и тщательно водил кистью. Витя опешил, но не испугался. Он встал в окне. Мост был как из сказки. Витя коснулся краешка поручня, он был слегка прохладный светло-серого цвета с легким свечением по контуру. Но самое главное, он был твёрдым, не исчез, значит по нему действительно можно было идти. Витя неуверенно опустил ногу, почувствовал ступень, сделал ещё шаг. Засмеялся и поднял голову. На том конце моста ему показался чей-то силуэт. Мальчик уже уверенно зашагал по мосту вперёд, чуть наверх в сторону Луны. Поднявшись на самую высокую точку моста, он остановился, чтобы перевести дыхание. Витя все время улыбался, не мог перестать. Его переполняли чувства радости. Витя облокотился на ограждение и смотрел по сторонам— вот посёлок с огромной высоты, вот дома его друзей, пожарный пруд и вдали продуктовый магазин. Маленькие домики тихо спят под его ногами, а он наблюдает, стоит на своём посту. Ой, а кто же это там в ночи идёт по третьей улицы? Чей это силуэт? Возможно, это вор или просто запоздалый путник?

Витя увидел краем глаза движение снизу на лестнице. Он повернулся. Там стояли мальчик и девочка. Близнецы. У них были светлые волосы и серые глаза. Их одежда под стать лестнице была серого оттенка с лёгким струящимся светом. Витя зашагал к ним навстречу. Мальчик приветливо сделал шаг вперёд и протянул руку. Девочка выглянула из-за плеча брата и улыбнулась. Дальше Витя не помнил. Отдельные фрагменты. Помнил босые ноги свои и близнецов, помнил какие-то нити из мягкой ткани золотистого цвета и чувство радости. Его разбудила мама около 9.30 с удивлением, что он спит так долго и не заболел ли. А Витя очень хотел спать и никак не мог очухаться, что даже яркое солнце и звуки проснувшегося посёлка не могли его взбодрить. Но самое странное, что, когда он собрался с опозданием на речку, натягивая свои тапки обнаружил, что у него грязные ноги. Пятки зелено-чёрные, словно он бегал где-то по траве. А когда он собирался спать, то споласкивал ноги в металлическом ведре, да тёр их пемзой.

Бабушка замолчала. Митька тоже молчал и думал о снах. Своих и мальчика Вити.

– Ба, а почему он тебе рассказал, а остальным нет? Вы были лучшими друзьями?

– Да, милый. Можно и, так сказать. Мы с Виктором Федоровичем были очень хорошими друзьями в детстве, у нас были общие интересы. С возрастом общение мальчика и девочки немного меняется, мы остались верными товарищами, например, я всегда стояла на стреме, когда Витя яблоки воровал, – тут у бабушки появился легкий румянец на щеках, а Митя прям рот открыл: его бабушка на стреме стояла, ну надо же!

– Но я больше увлеклась танцами, а Виктор звёздами. Когда нам было по лет шестнадцать, мы с девчонками бегали в местный клуб на дискотеку летом, а вне дачи было много учебы, работа началась. Виктор немного закрылся ото всех, стал мало общаться, все больше спал до обеда и смотрел на звёзды по ночам. Мы стали меньше проводить время наедине, как-то не прилично было, – бабушка стушевалась немного, но продолжила, – а в городе он много читал, родители забрали его на полгода с собой в дипломатическую миссию, не помню, в Алжир, кажется. А через год или два он приехал летом на дачу со своей невестой Маргаритой. Веселая, молодая, задорная актриса, певица. Маргарита была очаровательна. Ее харизмы и болтливости хватало за двоих, в то время как Виктор стал совсем необщителен и угрюм. Ну а дальше, мы стали видится сугубо в небольших компаниях на дачных посиделках, ходили пару раз в походы с гитарой у огня посидеть, да в общем все. За остальные двадцать лет нам удалось поговорить всего два раза по душам. Но это уже другая история.

Валентина Петровна встала из кресла. По её слегка сгорбленной спине видно было, что воспоминания были тёплыми, но очень грустными. Грустила ли она о прошедших годах, об прошедшей молодости или о уже ушедшем лучшем друге или же о том, что жизнь уславливается свои правила поведения, нормы морали, которые заставляюсь людей подчиняться и не делать того, что хотелось бы, что время уходит и с ним что-то важное, что вернуть уже нельзя и остаётся жалеть о том, что не сделано… хотя лучше жалеть о сделанном. Наверно, Валентина Петровна не знала ответа на этот вопрос, и жалела обо все и сразу. Нет, она бы не стала менять ничего, она прожила и проживает хорошую счастливую жизнь, с любовью и утратами, со своим бесценным опытом. Женщина аккуратно вытерла скупую слезу и повернулась к Мите. Спина ее выровнялась: вот он, внук— ее гордость. Только ради этого стоило и стоит жить.

–И так, пошли поможешь мне посеять ещё петрушки, – бодрым голосом сказала Бабушка.

– Ну вот, кажется улизнуть не получится! – Митя засмеялся.

Вечерело, дневной зной спал. Появились тучи, небо затянуло сиреневыми полупрозрачными облаками. Митя играл с Бондом во дворе— кидал ему палку, а тот бойку прыгал за ней, примяв при этом несколько цветов на грядке, наступив Лисе на хвост и уронив садовый инвентарь у теплицы.

– Что там у вас, – донеслось из дома при звуке падающих граблей и лопаты.

– Играем! – звонко крикнул в ответ Митька и быстро побежал ставить все по местам.

– Беда, приятель, – сказал мальчик верно сидевшему рядом с ним Бонду. Цветы были поломаны.

– Дима! – звонкий девчачий голос послышался из—за калитки, – мы приехали!

Митя узнал голос Кати, недолго думая, схватил два поломанных цветка, оторвал третий и побежал к калитке. Бонд не отставал.

– Катя, привет! А где Толя?

– Брат на правах единственного мужчины в нашей компании помогает разгрузить машину! Он меня прислал к тебе. Приходи завтра к нам после обеда. Мама уедет после двенадцати.

– Хорошо, – заулыбался Митя и, немного покраснев, протянул руку с цветами.

– Это мне? – щеки вспыхнули на Катином лице, но сумерки все умело скрыли.

– Да, – замялся мальчик, – с приездом!

– А, ну да! Спасибо!

Бонд весело залаял.

– Бонд, ты здесь! – Катя приоткрыла калитку и погладила пса по голове, – ладно, мне пора. Меня отпустили на пять минут.

– До завтра! Кать, а вы с кем тут остаётесь? – мальчик уже был в калитке, когда задал вопрос.

– С Верой. Но к ней на недели приедут две подружки. Пойдём встречать на остановку! – и Катя весело побежала.

Похолодало. Митя бесцельно походил ещё по саду, пока в воздухе не появилась влажная прослойка и стало даже немного жутковато. Бонд уже давно выпрашивал лакомство на кухне, одна Лиса внимательно следила за мальчиком, сидя на перилах. Митя сгрёб кошку в охапку со словами «пора домой». Кошка явно была недовольна, так как ее ночное время только начиналось, но было поздно, мальчик закрыл дверь. Пришлось смириться. Лиса нашла себе утешение— теперь ей явно позавидует пёс— ее же несут на руках, а он сидит на полу.

Ночь снова встретила мальчика ласково, тёплый лунный свет озарил комнату. Лиса дремала на стуле, стоило протянуть мальчику руку вбок—он мог бы коснуться мягкой лапки кошки, протянутой вперёд. Митя не спал. Звёзды над ним снова горели. Ярко-ярко. Мальчик повернулся на левый бок и смотрел в стену. Из головы не выходила бабушкина история: мост, большой и красивый мост в свете Луны, двое детей— мальчик и девочка, смех. Митя начал дремать, но сон не шёл. Он снова открыл глаза. Перевернулся. Звёзды. Звёзды словно двинулись или блеснули, или он просто все придумал. Мальчик снова закрыл глаза. Звёзды рисовали ему какой-то знак. Снова огромная Луна, снова мост: слегка прохладные ступени и снова детский смех, девочка выглядывает из-за плеча брата, звёзды сзади что-то рисуют. Начало июня. Тепло. Брат и сестра. Митя снова открыл глаза. Все это постоянно крутилось в его голове. Знак. Он его видел, он знает, что это, но только во сне. Наяву память как будто отрезана, лишь странное зудящее чувство. Мальчик перевернулся на правую сторону. «Везёт же Лисе, спит так сладко»– подумал Митя. Закрыл глаза, снова открыл. Мальчик встал с кровати и подошёл к окну, задев вытянутую лапу кошки, та, не открывая глаз, поменяла позу, свернувшись колечком. Митя залез на стол и сел на подоконник, открыл слегка окно. Свежий воздух пробрался в комнату. Митя посмотрел на пустую улицу и на редкие огоньки соседних домов— все давно уже сладко спали. А он все никак не мог. Мальчик посмотрел на дорожку, ведущую к калитке: там сидел его четырёхлапый друг. Кот был не сильно приметен, но мальчик его сразу узнал. Ему даже показалось, что кот смотрит на него, и мальчик помахал рукой. Кот встал и медленно пошёл к калитке, повернул голову в сторону окна, тихо сказал: «Мяу» и исчез.

Митя тоже слез с окна и тихо пошёл вниз по лестнице, Бонд спящий у подножия лениво поднял голову. Мальчик похлопал между ушей и спустился на кухню. Налил из графина кипячёной воды и на обратном пути в комнату взял у входа несколько листков из архива Виктора Фёдоровича.

У себя в комнате Митя тихо разложил листки на полу. Вот они 12 знаков зодиака. Митя сделал несколько ротаций: теперь они были все по порядку разложены в несколько рядов полукругом. Мальчик зевнул. Пора все-таки спать. Только голова коснулась подушки— как Митя уже медленно плыл в страну Морфея. Его кровать была небольшим плотом, из пододеяльника мальчик соорудил парус, чтобы ветер веселее нёс по течению его плот, к спинке кровати был привязан стул, на котором балансировала кошка Лиса и небольшой коврик, на котором сидел довольный Бонд. Плот весело продвигался по извилистой реке на встречу огромной Луне. Митя протянул руку и достал недовольную кошку, которая сильно жмурилась, когда брызги воды настигали ее. Она сразу спряталась под одеяла и не казала носу. Митя весело смеялся: речка была узкая, по контору среди камышей и осоки были видны светлячки, их зелёные огоньки весело горели, в воде отражались яркие желтые звёзды, цвет неба был глубоким, вокруг пели птицы. Вот из-за угла показался огромный знакомый дуб с качелями: мальчик был уже тут с Таурисом. Вот ещё изгиб, и показался мост из бабушкиного рассказа. Бонд весело залаял, будто тоже узнал. Огромный мост на фоне Луны. Митя потёр глаза: так было ярко. Мальчик заметил фигуры. Это были они. Посреди моста, на самой высокой точки стояли 2 тени: мальчик и девочка, брат и сестра. Они весело махали ему, будто старые знакомые. Река снова изогнулась, и Луна оказалась сбоку, уже осветив сбоку лица ребят: светло серые глаза и белые брови, платиновые волосы. Дети были как две капли, они улыбались. Митя захотел с ними познакомиться быстрее. Тут он заметил над мостом созвездие, уже знакомое ему. Созвездие Близнецов.

– Митя, вставай! – бабушка стояла у кровати. Митя недовольно протер глаза. За окном было солнечно.

– Ба, а сколько времени?

– Десять, мой дорогой. Завтрак остыл.

– Десять? – мальчик был удивлён. Так поздно он не вставал давно.

– Ты вчера во что играл, милый мой? – бабушка заправляла одеяло в пододеяльник, пока Митя одевал шорты.

– Не во что. Не мог уснуть долго. В окно глядел.

– Что увидел там интересного?

– Кота.

– О, к нам значит приходил гость, то-то Лиса недовольная ходила вокруг дома сегодня.

Митя быстро позавтракал и пошёл с бабушкой и Бондом к небольшому магазинчику на въезде в посёлок. По дороге встретили местного старого доброго алкоголика Ефима Петровича. Он низко поклонился Валентине Петровне и протянул было руку Мите, но одернулся при виде грозного Бонда, идущего следом за мальчиком. Ефиму было всего 46 лет, но выглядел намного старше, почти ровесник Валентины Петровны.

– Вот что с людьми водка делает, – щебетала из-под прилавка Клава, пышная дама в самом расцвете лет, – мармелад свежий завезли, ещё вона конфеты импортные в коробках.

– Спасибо, Клавдия, мармелад можно, раз говоришь, что свежий.

– Денег то не просил у Вас, – снова заговорила продавщица, взвешивая пакет бордового мармелада.

– Что прости? – Валентина Петровна растерялась.

– Да бездарь этот, Ефим Петрович.

– Нет, не просил. Клавдия, а ты можешь завесить полкило вишневого и полкило яблочного. Думаю, что разнообразие было бы лучше.

– Ой, да, – Клавдия начала быстро вскрывать пакет и перекладывать в другой на весы, – Ну хоть совести хватило, а то мне говорит, не хватает, дай в долг.

– Дала? – спросила бабушка, убирая все покупки бережно в плотный пакет.

– Нет, – отрезала Клавдия, раскрасневшись. Валентина Петровна деликатно промолчала, расплатившись поблагодарила и вышла прочь.

Митя все это время стоял на пороге у входа в магазин, прислонившись к дверной коробке. Гулял свежий летний ветер. Мальчик жмурился и держал крепко поводок. Хоть Бонд был и умный пёс, выдрессированный, но меры предосторожности были необходимы, боялись не за окружающих людей, а за пса. Многие приезжали на лето с детьми, не все любили собак и попросту боялись, придумывали будто он неожиданно кинется, укусит, раздерет их кошку или залезет в курятник. Поэтому будучи воспитанными дачниками, Валентина Петровна всегда цепляла пса на поводок. «Так всем спокойнее»– говорила она.

– Ба, дай хлеба!

– Руки же грязные.

– Сейчас, – весело побежал Митя к вёдру у колодца, остатки содержимого вылил на руки, попал на Бонда, тот живо отряхнулся.

Валентина Петровна вздохнула и оторвала корочку от свежей буханки чёрного хлеба. Митя жадно впился в хлеб. Он был ещё тёплый, мякоть мягкая, а корочка слегка хрустела. Мальчику казалось, что это самое вкусное. Бонд жадно глотал слюну, толкая мальчика в ногу мокрым носом.

– Тебе нельзя! – Митя громко сказал четырехлапому другу, а сам незаметно кинул кусочек. Бабушка сделала вид, что ничего не видит.

Время было почти обед, солнце палило, но западный ветер чуть освежал и весело порывами налетел в лицо.

– Наверно, к вечеру будет дождь, – произнесла Валентина Петровна.

– С чего ты это взяла? – удивился внук.

– Смотри, за макушками леса плотные низкие облака, а левее много серых туч. Если ветер не утихнет, то точно нагонит со стороны Москвы. Да и по радио говорили, что ко вторнику придёт циклон.

– Печально. Ба, а почему именно 12 созвездий входят в знаки зодиака? Ведь их там целая куча?

Бабушка задумалась.

– Надо бы поискать тебе книги и вырезки из журналов, там много всего интересного— прочитаешь и узнаёшь!

– Ну, Ба!

– Пошли обедать.

Обед прошёл быстро, а вот чаепитие Валентина Петровна и Митя устроили на веранде на лавочке, подкатив старый столик на колесиках. Наслаждались душистым чаем со свежей первой мятой и мармеладками. Клавдия не обманула— мармелад был хороший. Митя все перебирал старые листочки с изображением созвездий. Валентина Петровна вздохнула и рассказала, что помнила. Зодиак или зодиакальный круг— это видимый пояс с земли, по которому движется солнце. А знаки зодиака— именно известные всем 12 знаков попадают на зодиакальный круг.

– Если ты заметил, то всегда есть привязка во всем научном к определенным цифрам. Например, в году 12 месяцев, днём мы проживаем 12 часов и ночью 12 часов. И Зодиаков 12 штук на небе.

– Ого, Ба! – мальчик слушал внимательно. Ему хотелось ещё информации.

– Дима, я могу не все помнить, время много прошло, а рассказать тебе что-то неправильно тоже не хочется. Эх, был бы Виктор жив, вот бы он тебе рассказал всего…, – взгляд Валентины Петровны ушёл куда вдаль, она улыбнулась так, словно у калитки стоял первокурсник Витя Скрябин с новым телескопом в руках и огромным желанием взлететь ко звёздам. Будто он провозился всю ночь на чердаке, примеряя разные линзы и настройки на свой аппарат. А кругом разбросаны куча карт и циркулей, и он уже близок к открытию новой звезды.

Митя смотрел на бабушку и ждал продолжения, но она молча улыбалась и смотрела вперёд. Мальчик проследил взглядом в сторону калитки, но ничего не увидел. Когда он повернулся к бабушке, то снова отвернулся. Тонкая соленая слезинка медленно катилась по ее щеке.

Чашки были унесены на кухню, Бонд спал на холодной плитке в теньке, Лиса растворилась в кустах, а Валентина Петровна рылась в большой комнате в шкафах.

Митя разложил оставшуюся макулатуру со звездной картографией. Несколько звёзд были не подписаны ни на русском, ни на латыни. Раньше мальчик особо не задумывался о звёздах— ему нравилось просто звездное небо, но что оно хранит в себе столько тайн, он и представить не мог. Конечно, он знал про другие планеты— они даже с мамой на природоведение делали макет из планет: коробку выкрасили в темно синий цвет, накатали разноцветных кругов от мало до велика из пластилина и, сделав оси циркулем, расположили их от центра, потом Мама подписала их с помощью тонкой кисти, аккуратно макая в белую краску. Красивые названия: Меркурий, Венера, Марс… Бабушка видела эту поделку, когда была в гостях, и сказала, что Боги в древнем Риме были с именами планет. Марс— это Бог войны. Митя это запомнил. Надо бы спросить у неё поточнее. Интересно же. Мальчик посмотрел на часы, время было 13.05. Толик и Катя! Точно, ребята же здесь и время обеда прошло, значит можно идти к ним.

Весь день Митя наслаждался общением с друзьями: они болтали сидя на пледе под деревом, возили на игрушечном самосвале камушки на вымышленную стройку, а потом таскали воду из бочки и поливали многолетние растения, под чутким руководством Веры. Ближе к вечеру вместе резали бутерброды, мыли фрукты и заваривали чай. После долго слушали историю Кати про ее достижения в музыкальных конкурсах. Она даже спела две песни, с которыми ездила на конкурс от школы и позже от САО выступала на конкурсе лучших музыкальных школьных коллективов города Москвы. Мальчики слушали молча, поаплодировали и начали играть в футбол. Дневному тёплому ветру пришёл на смену холодный порывистый, небо затянуло тучами. Как и предвещала Валентина Петровна, около семи прогремели раскаты первого грома, а потом под серой мглой неба стих ветер и стало очень душно.

– Ребята, я почти закончила ужин, – Вера появилась на крыльце, – Катюш, пойдём поможешь мне. Митя, ты с нами остаёшься?

– Хотелось бы, но сегодня, думаю, пойду домой. А то бабушка тоже ужин готовит, я не предупредил, что останусь у вас, – сказал мальчик и вздохнул, больно хотелось ещё поболтать с друзьями.

– Ну тоже верно. Ещё успеете поужинать и пообедать— лето только началось, – улыбнулась Вера, – ладно, мы пошли. Мелкие, – обратилась она к близнецам, – после ужина уборка в большой комнате!

– Нууууууу, – в унисон заголосили Катя и Толик.

– В грязи жить не собираюсь, а то быстро в квартиру уедем, – пригрозила старшая сестра, попрощалась заранее с Митей и скрылась в доме.

Катя собрала своих кукол в корзинку и тоже отправилась в след за сестрой. Мальчики продолжили играть в мяч.

Спустя двадцать минут подул ветер ещё сильнее прежнего, и духота резко спала. Катя позвала брата, и Митя собрался идти домой. Не успел мальчик закрыть калитку, как первые капли упали ему на нос. «Ну вот»– сказал он под нос себе и кинулся в сторону дома. Но дождь усиливался и был явно быстрее мальчика. Свернув на соседнюю улицу Митя чуть не наступил на своего старого черно-белого приятеля. Кот если успел отпрыгнуть в сторону.

– Привет! Ты что сидишь, сейчас ливанет! Бежим, – крикнул Митя коту и бросился вперёд.

Четвероногий друг на удивление следовал за ним. Так они и бежали до Митиного дома. Гром, словно первоклассный музыкант, бил в свои барабаны с определенным промежутком, разбавляя точечный шум крупных капель дождя. Митя уже видел забор и открытую калитку. Бабушка стояла с зонтом и ждала его.

– Ба, но как ты узнала? – Митя был удивлён.

– Я все знаю, – подмигнула она и обняла уже успевшего намокнуть внука, затем она увидела черно-белого кота, – у нас гости? – спросила она.

Кот сказал громко «Мяу» и побежал дальше.

– Ты куда? – крикнул Митя, но на дороге уже не было никого видно.

Бонд ждал своих в коридоре, его маленький хвост быстро отбивал чечетку по полу. Пёс уткнулся мокрым носом в ладонь мальчика, тот его погладил и обнял. Бонд был счастлив.

– Это я про этого кота говорил, Ба, – уплетая за обе щеки, произнёс мальчик.

– Я уже поняла. Ешь молча.

За окном лил сильный дождь и то там, то здесь были слышны раскаты грома, но гроза так и сверкнула ни разу. Бонд не любил такую погоду, он нервничал и тихо сидел под столом, уткнув морду в тапочки Валентины Петровны. Зато Лисе было все равно. Кошка спала спокойно, свернувшись калачиком прямо на подоконнике и даже ус не дернулся.

Мальчик уснул почти сразу, но сон сегодня прошёл мимо него, даже пластмассовые звёзды не были столь яркими, как обычно, и не манили его. Митя спал спокойно и не думал ни о чем.

Глава 4. Ночной кошмар

Следующие несколько дней Митя проводил весь день с друзьями: они курсировали между двумя домами. В четверг приехала подруга Веры Лена вместе с младшей сестрой Ириной. Вся компания дружно ходила встречать девочек на остановку. Был четверг, небо было затянуто и стояла жуткая духота, каждые двадцать минут начинал капать мелкий непродолжительный дождик. Катя шла с Валентиной Петровной и Бондом под большим разноцветным зонтом. Следом сумки тащили Митя и Толик, у одного было красная кепка на голове, а у второго зелёный капюшон от дождевика, замыкали компанию новоприбывшее во главе с Верой. Девочки дружно смеялись и составляли меню на вечерний ужин.

За ужином Лена рассказывала, что хочет заниматься историей или археологией. Девочка тяготела ко всему древнему, особенно античному.

– Представляете, как здорово находиться где-нибудь на раскопках в поисках древнего саркофага фараона? – глаза у девушки горели.

– Ты пересмотрела «Мумия»! – засмеялась Вера и закатила глаза.

– Точно! – сказала Иринка, – это теперь явно ее любимый фильм.

– «Мумия»? – переглянулись младшие дети, – мы тоже хотим посмотреть!

Все начали громко обсуждать только успевший выйти в прокат боевик-фэнтази. Митя, Катя и Толя сидели, открыв рты и слушав взахлёб короткое содержание фильма. Лена и Вера бодро рассказывали сюжет, иногда перебивая друг друга и гримасничая. Иринка иногда изображала страшную мумию и одного трусливого главного героя.

На улице совсем стемнело, когда ребята провожали Митю до дома. Дождя не было, но и небо было беспросветно.

– Хоть бы одна звездочка! – сказала Лена, – итак, в городе их не видно, хоть тут бы налюбоваться.

– Это тебе надо к Димке в комнату— у него там звезды на потолке! – сказал Толик.

– В каком смысле, – удивилась Иринка, – нарисованы?

– Они пластмассовые, наклеены на потолок. Когда днём солнечно, то они набирают свет, а ночью горят, почти как настоящие, только не так ярко, – пока Митя это говорил, уши его пылали. Хорошо, что в темноте не видно.

– Класс! – пробормотала Иринка.

– Да, это здорово. На ночь можно мечтать, – задумчиво произнесла Лена.

– Вот я и говорю, тебе нужно к Мите в комнату, – снова повторил Толик. Митя так и хотел его толкнуть за это.

– Ох и мечтательная ты особа, – проговорила Вера, – раскопки ей подавай, древности, звезды…

Все засмеялись.

Митя лёг спать с каким-то странным чувством. Он посмотрел на своё личное звездное небо, но оно не горело. Ни одна звездочка. Словно тьма поглотила все. Дневного света оказалась недостаточно, чтобы написать звезды светом. Митя задумался, как было бы здорово разогнать тучи и помечтать под звёздами. С этой мыслью он и уснул.

В пятницу вечером посёлок стал наполняться дачниками. Не исключением стали и родители Мити. Они приехали только около 9 вечера. Погода налаживалась, было немного сыро, зато облака разбежались в преддверии выходных.

– Завтра буду загорать и ничего не делать, – говорила мама, лёжа на диване.

– Можно завтра сходить на речку, – предложил папа, перелистывая страничку газеты.

– Дааааа, – Митя был счастлив.

Ночь снова была светлой, на небе ярко горели звезды и была почти полная Луна. Митя сидел на подоконнике и пытался мечтать. Мечтать же так приятно, не правда ли? Только о чем мечтать… в голову ничего не приходило. Может надо мечтать стать космонавтом, чтобы быть ближе к звёздам, высаживаться на Луну, но… вблизи Луна не такая красивая, она совершенно тусклая, он видел это по телевизору. А если стать космонавтом, то придётся есть непонятную субстанцию из батончиков, а как же блинчики? А ведь в космос на один день не летают, значит он долго не увидит родителей, бабушку и Бонда… Митя расстроился. Он не хотел быть космонавтом. Совсем не хотел. Что-то мечтать у него не получилось. Интересно, а о чем мечтает Лена? Уши снова вспыхнули. Нет, пора спать. Мало ли о чем мечтают другие. Надо бы ему придумать свою мечту.

Мальчик вытянулся в кровати, глаза начали закрываться. Митя моргнул, и вот он снова на подоконнике открывает окно. Звезды ручейком скатываются к его подоконнику, и он уже аккуратно тянет одну ногу— под ней вибрирующая невидимая поверхность. Митя зовёт Бонда, пёс вместе с ним прыгает на звездный ручеёк и, держа равновесие, они резко поднимаются вверх ближе к темно-синему небосводу, словно серферы лавируют на блестящих волнах. А вон и речка, и мост, правда, близнецов не видно, что-то очень знакомое вырисовывается впереди. Кажется, это чья-то чёрная тень. Бонд резко даёт боевой клич сзади. Митя пугается, но Бонд не поднял шерсти, он просто приветствует. Митя снова смотрит вперёд— их ждёт огромный темный пёс, а за ним светится самая яркая звезда ночного небосвода – Сириус. А вот и громкий, поглощающий ночную тишину приветственный звучный клич в ответ. Огромный пёс замирает и, словно услышав доступный только ему призыв, бросается в темноту. Бонд быстро переступает лапами по звездному ручейку, он весь приготовился. Митя заинтригован, что же за игра идёт между двумя псами? Бонд клацает челюстью и завороженно смотрит чуть правее за огромные деревья: в ту же минуты оттуда вылетел стая уток. За ними появляется пёс чуть поменьше. Митя увлеченно наблюдает. Звездный ручеёк, словно уловив любопытство мальчика снова поднимается над речкой и заходит немного вправо в обратное направление. На огромном просторе поля, между речкой с ее зарослями и лесом, идёт самая настоящая охота: стая уток взмыла в небо, а небольшой белый заяц бежит в чащу со всех лап от Малого и Большого Пса.

– Какой-то ты заспанный? – весело допив чай, спросил папа.

Митя вяло водил ложкой по тарелке.

– Надо спать вовремя ложиться— сказала мама, – вы, наверно, тут совсем распустились, весь режим насмарку.

– Не правда, – зевал Митя, – мне сны снятся.

– Ну и что из этого? – родители недоумевали.

Митя насупился. Им не понять.

Вошла Валентина Петровна.

– Мам, ты во сколько Митю спать отправляешь?

– Ну мы около 10 уже ко сну готовимся. Я точно в 11 сплю уже, а что?

– Сны ему снятся, вот что.

Валентина Петровна посмотрела на внука внимательно:

– Что сегодня снилось?

– Сириус, – буркнул мальчик.

– Так он ещё что-то непонятное говорит, – мама закатила глаза.

– Это звезда! – выпалил обиженно мальчик и встал из-за стола.

– Увлечения твоими звёздами до добра не доведут! Может это была плохая идея приклеить их ему?

– Да перестань, мало ли что кому снится, не кошмары же, – спокойно сказал папа.

Митя прибежал обратно на кухню с пожелтевшим листком из коллекции Виктора Фёдоровича.

– Вот, – Митя положил перед родителями.

Те молча смотрели на точки, связанные между собой тонкими линиями, одна точка была ярче всех рядом на латыни значилось Sirius. Родители переглянулись.

– Так, мы все поняли, пошли на улицу поможешь мне, – Валентина Петровна забрала рисунок и вытолкала мальчика из дома.

После обеда Митя услышал знакомый голос во дворе— Петя стоял на крыльце и что-то скороговоркой рассказывал Мининым родителям.

– Петька, – Митя показался в дверях.

Мальчики дружно пожали друг другу руки.

– Мы сегодня утром приехали! Все утро просматривали хлам, который бабушка собрала на выброс, там горы и горы старой рухляди! Я весь в пыли, меня тоже припахали. Кстати, Бабуля просила тебя забрать старый телескоп. Не уверен, что он работает, но Марго уверяет, что ты заинтересуешься, – мальчик глубокомысленно добавил. – чуть не забыл, деды просили позвать Вас с Валентиной Петровной во вторник на обед, они очень надеяться привезти дом в надлежащий вид! А обед— это день Х, кажется так сказал дед Георг.

Митя был доволен, что ему приготовили такой сюрприз— телескоп, какая удача.

Мальчики решили пойти прогуляться по посёлку и наведаться к Кате с Толиком, на выходе родители им дали ценное указание— выгулять Бонда. Они были только за!

День был тёплый и немного облачный. Катя решила остаться со старшими девочками дома, а Толя с удовольствием слинял из «женского царства».

– Может сделаем вылазку в какой-нибудь из заброшенных домов? – предложил Толя.

– Неблагоразумно, но можно было бы, – задумчиво сказал Петя.

За очередным поворотом на них выскочили велосипедисты во главе со Стасом. В этот момент Митя немного напрягся, но увидев, как рыжеволосый испуганно посмотрел на Бонда, мальчик выдохнул. Команда как-то отшутилась в сторону троицы, но задерживаться не стала.

– Хорошо, что с нами пёс! – нервно сказал Толя.

– Да, а то слушать его хамство надоело, но его надо проучить! Вот подрасту, я ему смогу дать отпор— уверенно сказал Петя.

Мальчики долго гуляли по посёлку, встретили Марью Михайловну, Ефим попался им на пути. Гуляло много людей. Из-за каждого забора доносились разные звуки: кто полол, кто валялся в гамаке, слушал музыку, мыл машину— жизнь бурлила.

– Ладно, ребята, Вы где будете? А то мне надо в свою малину возвращаться, я обещал маме помочь, – вздохнул Толик.

– Мне тоже надо бы домой вернуться, а то родители рано уедут завтра, ещё Марго со своим хламом— должны вывозить. Митьке ещё забирать телескоп.

– Телескоп, – глаза Толика округлились.

– Ага, – Митя заулыбался, – надо ещё с ним разобраться будет. Придёшь – увидишь.

– Ага…

– Боже, что это? – Мама стояла на дорожке в огромной соломенной шляпе.

– Телескоп, – запыхался Митя. Футляр от прибора был размером с мальчика.

– Ты с ума сошел тащить его?

– Мне Петя помог.

Сбоку дома вышел папа в плавках:

– Так мы на речку идём?

– Да!!!!

Вечер субботы был чудесный, птицы трещали, не переставая! Смеркалось. Розово- сиреневый закат озарял восточную часть неба, а с запада тянулось глубокая темнота.

Ужинали в саду и наслаждались чудесной погодой. Бонд довольный лежал у стола с наслаждением покусывая кость. Лиса тоже съела несколько куриных крыльев и теперь лениво следила за чёрными майскими жуками, медленно вылезающими из-под земли.

Родители рассказывали Валентине Петровне о планах на ремонт в гостиной, долго спорили на счет выбора дивана «хочу кожаный», «а я считаю лучше тканевый— на нем зимой не замёрзнешь», «можно постелить плед». Митя и Петя пересели со сладким на веранду в старые большие кресла и строили планы на неделю. Подул ветерок и откуда-то из-за угла вылетел старый пожелтевший листок. Петя поднял и начал внимательно смотреть.

– Ой, откуда он здесь, – Митя глянул на рисунок и удивился.

– Это моего деда, да? – спросил Петя.

– Ага, я, видимо, обронил, когда их разбирал на недели.

– Draco, – прочитал мальчик.

– Дракон… надо найти список. Я его в одной из куч видел. Петя, ты представляешь, что все эти созвездия над нами, над головой, в небе…

И Митя мечтательно отвалился назад в кресло.

– Я деда не знал, точнее не помню. Он умер спустя несколько месяцев после моего рождения, – тихо произнёс Петя и протянул листок другу.

Мите было немного неловко. Он тихо взял листок и бережно скатав в трубочку положил сбоку себя. Ему хотелось, как-то приободрить приятеля, что-нибудь сказать хорошее про деда, про звезды продолжить… но он не знал, что. Митя опустил головы в пол и молчал, от этого ему было очень плохо. Что он за человек такой, за друг, растерялся совсем не вовремя! Вот Толик, Толик всегда знает, что сказать, даже если глупость и не в тему— зато раз, и тема другая. Мите стало так тошно, что захотелось плакать.

– Ой, ты откуда, – услышал Митя голос Пети и поднял голову.

Перед ними сидел Кот.

– Это Кот, привет!

– Мить, я вижу, что это кот, – Петя странно посмотрел на друга.

– Ну, в том смысле, мы уже знакомы. Его зовут Кот, – пояснил мальчик.

– Ааа, оригинально, – Петя перевёл взгляд на черно-белого.

Тот сказал громко: «Мяу».

– Петя, твоя очередь здороваться!

– Ты серьезно???

– Вполне, – Митя внимательно смотрел.

– Ну, привет!

– Мяу

– Ого, да он общительный!

– Да, он воспитанный.

– А как он мимо Бонда прошёл?

– Ой, точно. Надо его спрятать! А то Бонд может и броситься, они же незнакомы, – с этими словами Митя вскочил и кинулся хватать четвероногого друга, тот явно не ожидал.

Митя занёс кота в дом и начал метаться из комнаты в комнату, а Петя за ними следом.

– Пожалуй, в мою комнату лучше всего. Надо бы ему молока с собой налить!

Мальчики быстро схватили все необходимое и запрятали кота в Митина спальню.

– Кажется, мне пора домой уже, – сидя на полу у лестницы в детскую сказал Петя.

– Пойдём, я провожу тебя.

Сверху доносились легкие поскребывания по двери. Кот явно просился на волю.

Папа и Митя проводили Петю до его дома, заодно прогуляв Бонда перед сном. Ночь вступала в свои права, зажигая звезды на небе.

– Папа, звезда падает! – Митя начал прыгать и тыкать в небо пальцем.

Мужчина остановился и пригляделся, из-за уличного фонаря разобрать сразу было сложно. Действительно по небу медленно двигался объект с ярким огоньком, но это явно была не звезда.

– Нет, сын, ты ошибся. Это всего лишь самолёт высоко-высоко в небе.

– Жаль…

Так две фигуры отца и сына простояли ещё с минуту бесцельно глядя в небо, каждый погруженный в свои мысли. Отец задумался о технологиях, что только ни изобрёл человек: электричество, летающий корабль, компьютер… ещё в древние времена Икар хотел взлететь на небо, и он это сделал, ценою своей жизни. И вот он двадцатый век— век полетов по небу и в космос. Как забавно: смотришь на ночное небо, стоя на земле— видишь хаотичное множество блестящих точек, которые горят сами по себе, хранят чужие тайны, накопленные столетиями, но, с другой стороны, летишь по ночному небу, смотришь на мерцающие далекие огоньки на земле— фонари и окна домов: все это множество сплетенных судеб и изобретений людей. Забавно… получается, что как бы мы не смотрели ночью снизу-вверх или сверху вниз— картинка одна и та же: всеобъемлющие яркие огонёчки, в которых теплица жизнь, космическая или человеческая.

Митя в свою очередь вернулся к мыслям о мечтах. Ему стоило помечтать о звездопаде: вот он лежит в зелёной сочной осоке на мягком одеяле с подушкой и смотрит на небо. Нога на ногу, кислая тростинка во рту, рядом лежит верный Бонд и строгая Лиса— а вокруг бесконечный темный небосвод с яркими звёздами, которые одна за другой, словно вспышками от бенгальских огней начинают сыпаться, но не на землю, а как радуга по какой-то своей отдельной дуге, уходя в бок и освещая темное небо. А мальчик наблюдает, словно это огромный природный фейерверк, организованный специально для него. Кажется, можно начать загадывать желания… точно. Если видишь падающую звезду, надо загадать желание! Но какое… кажется мечта у Мити появилась, теперь остаётся придумать желание…

Парочку отвлек Бонд, который подал голос. Он уже устал ждать, когда же его хозяева перестанут что-то искать наверху— там же нет ничего интересного.

При входе в дом Митя увидел свёрнутый листок на кресле и забрал его с собой. Дракон… и тут мальчик вспомнил, что у него в гостях Кот. Запыхавшись Митя открыл комнату, но там никого не было. Мальчик начал его звать и «Кот—кот» и «кис – кис» и даже «эй, ты». Но в комнате было пусто. Окно было открыто на форточку, но там была прибита сетка от Комаров— там точно черно-белый выбраться не мог, под кроватью его не было, за шкафом тоже. Митя бессильно сел на кровать. Снизу донёсся голос мамы, она напоминала зайти в душ. Да какой тут душ, кот то куда делся??? Ему же не привиделось! Уже на выходе из комнаты мальчик заметил подсохшее пятно рядом с местом, где Петя оставлял миску с молоком. Миска! Точно! Миску кот точно унести не мог. Митя со всех ног побежал вниз. Миска стояла на прежнем месте, недовольная Лиса сидела рядом, отвернув морду. Валентина Петровна сидела за столом с красным клубком и распутывала узел.

– Ба.... – мальчик не уверенно протянул.

– Мог бы молоко своему гостю и в другую плошку налить, – посмотрела бабушка из-под очков половинок. Лиса, словно в подтверждение словам, недовольно и резко дернуло хвостом.

– Лиса, прости, я так больше не буду, – только и сказал Митя.

– Думаю, что она переживет, – засмеялась Валентина Петровна.

Лежа на правом боку Митя смотрел в окно: была видна частичка темного неба и отблеск тусклого уличного фонаря. Дверь в комнату была приоткрыта, и Митя увидел маленькую тень— обиженная Лиса не бросила его на ночь одного. Она мягко прыгнуло на стол у окна, смахнув пожелтевший листочек. Митя перевернулся на спину. Его звезды, насытившись солнечным светом, сияли. Глаза слипались, и мальчик зевнул…

Звездное небо словно запульсировало над ним и поднялось. Митя протянул руку к потолку и нащупал веревку. Он был сильно удивлён, но совершенно не напуган. Мальчик встал на кровати, но ощутил лишь дуновение ветра и огромное безграничное небо над головой, сбоку светил уже вовсе не фонарь, а поднималась огромная, но ещё не полная, Луна, укутанная в легкие полупрозрачные серые облака. Кажется, начало полнолуния! Митя начал искать глазами веревку, но это оказалась целая лестница из жгута с тонкими деревянными перекладинами. Митя вступил на неё, и полез наверх к облаку. За ним по веревке ловко не отставала Лиса, а вот Бонда не было, пёс остался где-то внутри дома. Чем ближе мальчик поднимался, тем складывалось ощущение, что облако дышит. Митя заспешил быстрее наверх: что же там! Вот он нащупал облако, он его сжал рукой, но на удивление оно оказалось упругим, Митя зацепился второй рукой чуть выше и вскарабкался на него, скатился во внутреннюю часть, словно на мягкой горке, следом за ним пролетела маленькая кошка, которая упала вовсе не на четыре лапы, как говорят, а на спину. Лиса недовольно вздыбила хвост и принялась лизать поднявшуюся шерсть. Стены облачной пещеры были мягкие, но пройти насквозь было невозможно. Митя завороженно смотрел по сторонам— стены были светло-серые, слегка прозрачные, словно тонированные стекла, но в них нечто хаотично двигалось и мерцало. Мальчику казалось, что внутри обитают призраки, бесформенные, безликие, но и в тоже время вполне реальные. Митя неуверенно положил руку к поверхности, под ней тени зашевелились быстрее, огоньки забегали. Митя сильнее вдавил руку внутрь, она чуть углубилась, но проникнуть не удалось, а ещё через несколько секунд ее выдавило назад. Митя улыбнулся, ощущение, как в батуте. Он встал и увидел небольшой проход в пещере, поправив задранную штанину, он медленно и не совсем уверено начал двигаться вперёд. Кошка, вздохнув, следовала за ним. Послышалось чьё-то громкое дыхание— это уже было очевидно. Лиса ощетинилась, но не бросала мальчика, хотя ей явно не нравилась их ночная вылазка на небо. Проход был узким, Митя в этот момент позавидовал маленькой гибкой Лисе. Он аккуратно практически просочился через гибкие своды облаков, затем встал на четвереньки и вытянулся вперёд, подтянул ноги и оказался в небольшой нише огромной неровной поверхности серого облака. Но самое главное, мальчик увидел огромную когтистую лапу, иссиня-черная чешуя отражала свет Луны, темно-желтые острые шипы на спине переливались огненными оттенками— огромный Дракон лежал, свернувшись калачиком и, подобрав под себя лапы, громко дышал. Митя стоял завороженно и боялся дышать. Первый раз за свои ночные прогулки ему стало страшно. Каждое дыхание огромного сказочного существа было очень шумным, а выдох напоминал потоки сильного и тёплого воздуха, который ударяясь о стены воздушной пещеры, превращался в непонятное глухое эхо. Когда же выдох был прерывистый и неровный, но его отголоски звучно проскальзывали в расщелины и проходы пещеры, создавая непонятный и глухой гул. Мите казалось, что за несколько минут он не вдохнул ни разу. Мальчик был в западне, в которую угодил сам. Все его мечты и фантазии… куда они приводят? К огромным чёрным драконам! Митя начал медленно отступать назад и упёрся все в туже упругую серую субстанцию, тихо сполз по стенке и попытался нащупать проход, из которого он недавно вынырнул. Прошло ещё с минуту. Всего какую-то крохотную минуту, но на облачной поляне произошло изменение… ритм, дыхание… стало тихо. Митя замер. Он понял, что огромный грозный зверь уже не спит и вполне возможно смотрит на него, маленького беззащитного трусливого второклассника, пытающегося незаметно улизнуть. Митя набрался сил и поднял голову: Дракон не менял позы, но глаза его были открыты и, конечно, они внимательно смотрели за ним. Митя хотел кричать, хотел спрятаться под одеяло и быстрее оказаться у себя в комнате!

Митя вскочил на кровати. Он был у себя в комнате, то самое спасительное одеяло было сброшено на пол, на потолке совсем тускло горели его звезды, справа в окне виднелся кусочек уже светлеющего неба— скоро рассвет. Не было ни лестнице в потолке, ни пещеры в сером облаке, ни страшного дракона. Митя потянулся поднять одеяло и заметил кошку. Лиса сидела у него в ногах: глаза огромные, шесть вздыбилась и немое оцепенение захватило кошку. Митя ущипнул себя, было не приятно. Значит, он точно не спит, а вот кошка, кажется, зависла. Мальчик подвинулся к кошке и аккуратно ткнул в неё пальцем, та моргнула, и легкая дрожь прошла по ее спине. Это напугало Митю… может ей тоже приснился кошмар? Митя взял ее в охапку, но та, возможно, первый раз за все время, не сопротивлялась. Митя лёг спиной к стене, укрылся наполовину одеялом и обнял кошку. Спустя пару минут оба спали, как убитые. Без задних лап.

Воскресное утро было прохладным, за ночь небо затянуло облаками. Митя еле-еле встал, Лиса тоже не спешила с подъемом. Ночное приключение далось с трудом. За завтраком бабушка и мама обсуждали прогноз погоды на неделю, смену давления. Мама жаловалась, что ночью разболелась голова из-за про магнитной бури, у бабушки под утро скакануло давление, что даже Бонд ночью тихо поскуливал и даже рычал.

– Мить, а тебе как спалось? Что-то ты тоже очень сонный.

– Да страшный сон снился, а так вроде ничего.

За Митей зашёл Петя, и мальчишки пошли играть в футбол к близнецам.

Днём погода сильно не изменилась: все те же серые полупрозрачные тучи гуляли над головой, дул временами сильный порывистый ветер, но было не холодно.

– Ба, а почему нам снятся кошмары?

– Милый, – бабушка сняла очки и потёрла глаза, – кошмар – это одна из разновидности сна. Причиной может быть что угодно: страх, переживания, сомнения, страшный фильм. Вообще по нормам, ночные кошмары снятся нам раз в месяц.

– То есть это из-за того, что во мне что-то не так?

– Нет, с тобой все в порядке. Ты подумай, может ты вчера был напуган?

– Не было ничего такого…

– Ну или беспокоился? Вчера же ты прятал кота в спальне и потерял? – бабушка приподняла бровь.

– Может, не знаю…

– Что тебе снилось?

– Дракон…

– Ну так это не кошмар, просто страшное существо. Вот и все.

Родители уехали рано. Митя проводил их и ушёл к близнецам.

Огромная компания сидела вечером в гостиной. Смотрели сериал про Геракла и пили чай с разными вкусностями.

– Хороший сериал, конечно, но Геракла приукрасили, – сказала Лена.

– Ты, о чем? – спросила Вера.

– Она о том, что он не такой рыцарь в зияющих доспехах, – засмеялась Иринка и сползла на пол с дивана.

– Ну да! Если читаешь мифы, то он вовсе не такой бравый и примерный семьянин, и, кстати, его вторую жену звали Мегара, а не Серена!

– Лен, ну это же художественный фильм, – Вера закатила глаза.

– Ну что правда, то правда, – вздохнула девушка.

– Получается, что в мультике Геркулес вообще не правда? – спросила Катя.

– Что за мультик, – спросил Петя, – я не смотрел!

– А у меня дома кассета есть, – сказал Митя.

– А я что-то не помню, – почесал голову Толик.

– Да ты вечно ничего не помнишь, потому что не внимательный!

– Я хочу посмотреть! – сказала Иринка.

Вера встала и пошла к тумбе под телевизором, начала доставать кучи разных кассет: «От рассвета до заката», «Семь лет в Тибете» и прочий арсенал для взрослых. Сложив все на место, девушка посмотрела на близнецов: «Где пакет с кассетами?». Толик подскочил, как ошпаренный и выбежал из комнаты.

– А мы его брали? – Катя удивилась.

– Мне кажется, что я положила его с собой.

Через пять минут вошёл запыхавшийся Толик с огромным чёрным пакетом. Петя помог другу, и они дружно начали доставать фильмы.

– Есть! – воскликнул Петя!

– Ура! – запрыгала Иринка.

– Ну тогда смотрим завтра, – улыбнулась Вера.

– Почему????– посыпались куча восклицаний.

– Думаю, что Вера права. Ребята время уже без двадцати девять. Пора по домам. Вас уже будут ждать скоро. – объяснила Лена.

Действительно, уже смеркалось, а из-за облаков казалось, что и вовсе уже ночь. Дул прохладный ветер и было почему-то очень грустно, по крайней мере, Митьке. Он сам не мог понять почему. Старшие девочки довели младших до перекрёстка и остались болтать о своём, пока Иринка с близнецами не проводят Петю и Митю и не вернуться обратно. Ирина была за старшую, шла чуть позади с высоко поднятой головой.

– Сегодня ни звездочки…– уныло прошептала Катя.

Митя закусил губу. Звезды, ночные приключения и кошмары— за весь день общения с друзьями он и думать забыл. Интересно, что ждёт его этой ночью?

Но Митя не мог уснуть, звезды чуть светились над ним, и мальчик завороженно смотрел в потолок, не моргая. Сон никак не шёл. Он думал о Геракле и, что тот ничего не боится, что совершал множество подвигов, а Митя вот даже во сне испугался, а что же было бы наяву. Так с угнетающей мыслью он и уснул. Спал ворочаясь и совершенно без снов.

Утро выдалось прохладным, зато без единого облачка. Желание было одно – посмотреть мультик, но у всех были планы: Петя помогал бабушке в теплице, Митя с Толиком выгуливали Бонда по посёлку, Вера с Леной готовили обед, а Катя с Иринкой убиралась в доме. Поэтому просмотр был перенесен на семь вечера после ужина.

– Мэг? Вовсе не греческое имя? – Вера цокнула языком.

– По идеи это и есть Мегара, – пояснила Лена.

– Так она же его вторая жена? – спросила Иринка.

– Ну это же мультик.

– Пфффф

Мультик всем понравился, Толик наконец-то вспомнил, что действительно смотрел его.

– В мультике вообще все по другому, – сказал Петя.

– Лена, а разве Гера была матерью Геркулеса? – спросил Митя.

Лена улыбнулась.

– Нет, Митя. Гера жена Зевса, и она ненавидела Геракла, так как он был сыном ее мужа от другой земной женщины. Именно поэтому Геракл не мог быть Богом, он был полубогом, поэтому обладал такой «нечеловеческой» силой. Но по сути это все мифы.

– Мне так нравятся все эти мифы и легенды! – вздохнула Иринка.

– Нравятся они ей, гляди, – засмеялась Лена, – да ты же ни один не помнишь!

– Помню, вот у Геракла было 12 подвигов! Он Льва убил и гидру, а ещё он к этому ходил, к трехглавому псу, – Ирина размахивала руками, рассказывая сестре, а та лишь тихо кивнула и добавила «Цербер»– точно! К нему. И за яблоками ещё ходил герой.

Все засмеялись.

– Подвиги, это были задания царя, который хотел, что Геракл погиб на них и не вернулся. К Церберу он не просто в гости ходил, а чтобы победить, убить. И за яблоками его не просто так послали, эти непростые яблоки охранял Дракон. А драконы, как известно, самые сильные мифологические существа. Но он справился.

– Дракон? – Митя произнёс непроизвольно.

– Да, Дракон, но с Драконом есть ещё миф. Про Ясона и золотое руно, но это другая история.

– Как интересно, – Катя заслушивалась.

Митя уже не слушал. Он думал о своём сне и Драконе. Почему он его преследовал. Листок. Точно, созвездие Дракона. Почему же он сразу не придал этому значение.

На улице небо немного просветлело к ночи, но дул сильный ветер, гоняя редкие седые облака. Все вышли на улицу, пора было расходиться по домам.

– Лена, а как Геракл победил Дракона? – Митя немного сбавил шаг и поравнялся с девушкой, отстающей от всей компании.

– А он его не побеждал?

– Как? А как же яблоки? Он разве не достал? – Митя был удивлён.

– Мифы не совсем точны, существует несколько версий происходящего, но с Драконом Геракл так и не встретился.

– Мифы – это же вымысел, то есть все это сказки?

– Миф – это повествование, представления людей о мире, и кем является человек в нём, о богах и героях, – заученно произнесла девушка термин и добавила, – главное в мифе – это содержание, а вовсе не соответствие историческим свидетельствам.

Мальчик слушал внимательно и задумался: тогда зачем в будущем на уроках истории им все это будут рассказывать? Если не было Богов, героев и Драконов? Один сплошной обман, а не история. Вслух мальчик спросил:

– Получается, мифология— это как литература? Вымышленные герои и нужно послушав историю про них сделать выводы?

Лена улыбнулась. Интересные мысли услышала от второклассника!

– Литературные произведения— изначально выдуманное, художественное повествование. Мифология— часть истории и культуры: раньше было другое восприятие Богов, люди в это верили, были герои— возможно, они не были детьми Богов и не обладали силой двигать дома, но ведь и сейчас есть особенные люди, более сильные, странные, гениальные. На тот момент особенности приписывались к божественному началу. Зато сам подумай, у людей была вера и надежда. А мифологические твари— ну мамонты же жили, это доказано! Динозавры – до сих пор находят неизвестные черепа в пещерах. Поэтому Цербер, Гидра и Дракон не исключение.

Митя слушал и думал, что как же это все интересно! Нет бы одним глазком посмотреть, что там действительно было.

– И, смею заверить, 12 подвигов Геракла написаны не просто так, в каждом помимо силы, смелости и смекалки, которые проявлял Герой— он должен был делать выводы. Затрагиваются разные аспекты жизни…

– Лена, что ты ребёнку про мироздание рассказываешь? – незаметно подошла Вера и обняла подругу за плечи.

– Я сам спросил, – насупился Митька.

Все попрощались и разошлись по домам.

Мальчик лазил по шкафам с книгами в большой комнате, когда зашла бабушка.

– Милый, а ты спать не собираешься?

– Ба, ну ещё чуть-чуть. Бонд спит вместо меня уже.

Пёс действительно спал у дивана и даже ухом не повёл при появлении Валентины Петровны. Спустя пару минут в дверях комнаты появилась Лиса и прыгнула на диван. Тут Бонд уже открыл глаза и начал следить.

– Что ты ищешь? – Бабушка посмотрела несколько книг, лежащих на столике: «Энциклопедия о динозаврах» и «Хоббит».

– Книги про драконов.

– Но энциклопедия о динозаврах? – бабушка посмотрела из-под своих очков, глаза блестели.

– Ну я на всякий случай!

– А хоббит… Ну это ты зря ее взял. Она для более старшего возраста, ты ее просто не сможешь прочитать. Твоей маме подарили, сказали, что «классная» книга, а она свезла на дачу, чтобы дома место не занимала.

– Я и не хочу, мне надо понять, как победить Дракона.

– Хм… а где ты хочешь его победить?

Мальчик на минутку перестал перебирать книги, промолчал и продолжил дальше свои поиски.

– Митя, в каждой книги у злодея своё уязвимое место, в том числе у одинаковых персонажей в разных произведениях. Например, в одном произведении у Дракона может быть слабое место в районе груди, у второго между глаз или же одного можно победить копьем или залить воды в рот. Это всего лишь предположения, все на усмотрение автора. Как говориться на что его фантазии хватит.

Мальчик обречённостей захлопнул дверцу шкафа и сел рядом. Бонд лениво встал и подошёл к парнишке, ткнул в его свой холодный нос.

– Ну что такое с тобой? – с минуту раздумья, – снова кошмар?

– Да все нормально. Пойдём, бабушка, спать.

– Пошли, только зубы почисти для начала.

Луна была почти полной и запустила свои лучи в комнату под крышей дома номер 52. Скользнула по подоконнику и спустилась ниже, но смогла достать только центральная часть ковра. Кровать со спящим мальчиком осталось вне досягаемости.

Митя спал тихо, слегка посапывал. Лиса разместилась в ногах и изредка оскаливала свой острый клык. Дверь в комнату была открыта. Снизу доносились редкие тонкие поскуливания Бонда. Ему явно снился сон.

С приходом лунного света, звезды на потолке засверкали ярче и начали излучать своё волшебное свечение, «уууна»– «луууу» послышался тихий шёпот между звёздами, они как будто играли в сломанный телефон. Лиса дёргала усами.

Митя открыл глаза, потолок со звёздами стал удаляться от него все дальше и дальше, вот появилось снова безграничное небо, далекие мелкие звёзды и как будто осязаемый шепот, вокруг витали мелкие огоньки мотыльков— они тоже общались между собой, только их шёпот был словно мелкие колокольчики на разных частотах. А вот и старый знакомый шалун ветер появился. Кошка прыгнула на плечо и вцепилась в ворот пижамы, слегка впившись когтями. Мальчик погладил верную спутницу и крикнул Бонда. На удивление пёс был уже рядом. Снова появилась веревочная лестница с деревянными перекладинами, Митя ухватился руками и встал ногами, Бонд последовал примеру хозяина и очень ловко, для собаки, повис на перекладине, просунув голову вперёд. Лестница сама начала подниматься наверх. Светляки весело гремели на разный лад вокруг, танцуя неизвестный танец. Мальчик вдыхал полной грудью. Недовольная кошка боялась отцепиться от мальчика, но ей так хотелось поймать эти радостные звонкие огоньки. Бонд же был счастлив, что он со своим любимым хозяином и лучшим другом, о другом пёс и не мечтал.

Снова показались серые облака, словно послышалось громкое дыхание. Митя сглотнул. Снова этот сон, но теперь лестница поднялась сама, спуститься вниз нельзя. Облако было уже совсем близко, прыгать вниз было страшно. А что если Дракон уже не спит, а что если он не один…

Митя паниковал. Внизу виднелись тонкие прозрачные образования, похожие на перистые облака. А что если рискнуть, вдруг он останется и повиснет на них? А что, если его друг ветерок подхватит, или же звездный поток появится. Митя посмотрел прямо перед собой и увидел то самое упругое серое облако, внутри все также двигалась неизвестная субстанция, играя золотистыми блестками. Ещё немного и он окажется внутри, в пещере, в ловушке.

Митя позвал Бонда, обнял одной рукой кошку и глубоко вздохнул. Ещё глаза остановились на огромной круглой Луне, которая внимательно наблюдала за ним. Мальчик лишь сказал «не подведи». И прыгнул вниз.

Мальчик слушал свой крик, почувствовал, как Лиса впилась ему когтями в ключицу, видел, как Бонд активно перебирает лапами. Он зажмурился, он сильного потока у него проступили слёзы, нечем было дышать. На мгновение мальчику привиделась тень, что-то светлое, и лунный ореол совсем близко. Как будто его кто сзади подхватил под рёбра и попытался удержать. но падение не остановилось. Что же он наделал?

Митя подскочил в кровати от ощущения падения и от своего собственного крика. Лиса стояла на полу, внизу лаял Бонд. На улице светило солнце.

Глава 5. Полнолуние

Ужин у Марго проходил в саду. Большой плетёный стол вынесли в центр лужайки, накрыли скатертью в цветочек, пододвинули садовую деревянную скамейку и кинули старые мягкие подушки для удобства, поставили кресло и стул из разных комплектов— получилось очень уютно. Георгий Наумович протянул удлинитель и подключил прожектор, когда стало темнеть. Маргарита Степановна вынесла гитару. Петя и Митя сбоку подтащили небольшой металлический с бортами костерок, пытались разжечь огонь. Валентина Петровна помогала Георгию Наумовичу справиться с самоваром.

– Марго, mone chery, давай походную, что-нибудь из нашей юности!

Маргарита Степановна села поудобнее на стуле и забренчала, вначале чуть настроила струны, пощелкала пальцем и задорно начала играть. Георгий Наумович присвистывал на определенных куплетах, а Валентина Петровна прихлопывала в ладоши и подпевала. Митя и Петя завороженно смотрели на своих бабушек. В этот момент в сумеречном свете, запахе костра и дымке свежезаваренного на душистых травах чая, мальчикам казалось, что они перенеслись в далекие времена, когда их ещё не было. Что они в новом месте, на привале в большой компании с палатками, что наблюдают за веселой троицей: молодыми артистичными девушками и бравым парнем. Это магическое время суток – сумерки… они стёрли время, стёрли морщины на лице и стёрли груз прошедших лет, и даже наоборот добавили яркий огонёк в глазах, выпрямили спины и вернули звонкий молодой голос. Петя не удержался и начал приплясывать, а затем вовсе начал танцевать с Валентиной Петровной. А Митя поймал себя на мысли, что даже перестал дышать, что как будто на доли секунды он действительно перенесся во времени, увидел свою бабушку совершенно в другом образе. Ведь она тоже была ребёнком, совсем юной девушкой и молодой женщиной. Она тоже бегала с друзьями, училась, нарушала правила и ей попадало от родителей. Интересно было бы с ней познакомиться в ее 8 лет… подружились бы они? Или наоборот воевали? Песня закончилась и все зааплодировали Марго и друг другу. Митя словно очнулся, присоединился ко всем.

Пока старшие допивали чай и постепенно убирали со стола, мальчишки весело носились с палочками к костру, а затем бежали со слабыми огонёчками на задней двор к лопухам у сарая и пытались их поджечь. То ребята на скорость это делали, то на количество сохранившихся огоньков, которые быстро тухли в процессе транспортировки. Сумерки со своим волшебством уступили место ночи.

– Митя, нам уже пора!

Ребята прибежали все распаренные, хотя было прохладно.

– Так, давай кофту надевай! А то набегался.

– Давайте, по два глотка чая, чтобы немного остыть и не замерзнуть, – Георгий Наумович уже наполнял чашки.

– Георгий, нам уже пора, не будет он пить чай, – только начала говорить Валентина Петровна, как Митя выпалил:

– Будем! Я точно, – так ему не хотелось уходить.

– Дорогой, давай выключим прожектор? Вы только посмотрите какое небо! – пропела Маргарита Степановна.

Небо было действительно высокое и совершенно чистое. Половина была темной, почти чёрной, посередине начинался градиент в более светлые тона, на западе все ещё доносились отголоски дня. Все молча смотрели наверх и любовались. У каждого в голове мелькали свои мысли, всем было тепло и спокойно на душе. Митя держал двумя руками кружку и слегка наклонил голову вперёд к ней и вдыхал пары. «Самовар— это так здорово», – думал мальчик и снова посмотрел наверх. Казалось, прошло совсем немного времени, но на западе день уже догорел и там стало тоже совсем темно. Кажется, ночь вступила в свои права.

– Ни одной звездочки.... – вздохнула Маргарита Степановна.

– Марго, звезды ещё не проявились, да и не время ещё! Самые яркие звёзды летом всегда в августе!

– Август точно, а ещё в ноябре и зимой какие они, – мечтательно добавила Валентина Петровна.

– Митя, ты, кстати, поставил телескоп? – спросил Георгий Наумович.

Митя застыл. Точно. Телескоп. Как неудобно… он так был рад ему, но совершенно про него забыл. Ну не до него же было! Что же сказать?

– Мммм, нет, к сожалению, – начал было мямлить мальчик.

– Я так и думал! – сказал Георгий Наумович. Митя понял, что уши начали краснеть на самых кончиках и хотел было сказать, но архитектор уже продолжил, – он же не новый, да и хранился сто лет на чердаке. Ну ничего, я поищу информацию что там подкрутить надо и попробуем его реанимировать.

– Спасибо, – Митя выдохнул.

– Тогда ждём вас с ответным визитом на ужин! Вот вы потом и сходите, попробуете, – пригласила всех Валентина Петровна.

– Валентина, отличное предложение! На звёзды и посмотрим заодно!

Митя довольный и уставший упал на кровать. Звезды горели ярко. Сил не было, мальчик отключился почти сразу. Кажется, ему начал снится хороший сон: он плыл на своей кровати по узкой извилистой реке, Бонд залез под одеяло и высунул нос, Лиса наоборот стояла на задних лапах, а передним опиралась на изножье кровати, было ощущение, что она будто штурман, управляющий кораблем с невидимым штурвалом. Сам же Митя размахивал простынкой их под подушки и ловил встречный ветер для ускорения хода. Все шло чудесно: все тоже бездонное темное небо, огромная Луна и звезды, которые спустились с неба и кружились вокруг их корабля… сон перетекал дальше, как и их корабль. Начались небольшие пороги и их внимательному штурману стало сложнее справляться. Брызги стали попадать на покрывало, то есть на борт их корабля. Немного погодя они сплавились в затон и приостановились. Мальчик посмотрел наверх и у него пересохло в горле. На него смотрела огромная бездонная Луна. Было ощущение, что она смотрит насквозь, словно читает все его мысли и знает все его секреты. Митя очень хотел присоединиться к Бонду и залезть под одеяло, но сам сидел неподвижно и смотрел наверх. Митя моргнул. И вот он уже смотрит в темное небо и видит единственное до были знакомое облако. Митя начал искать пути отступления, но нет… вот он в ловушке, дальше их кораблю деваться некуда, кругом высокие скалистые берега, сзади порог, а сверху он— Дракон.

Митя проснулся рано… светало. Ему захотелось пить. Мальчик тихо спустился на кухню, выпил воды и даже умылся. Страх прошёл с утренним светом, но сон уже не шел. Митя немного бесшумно походил по первому этажу и снова нагулял дремоту, полез наверх. Когда он дошёл до кровати, то увидел, что его подушка без наволочки, немного поискал в одеяле и вот она, почему немного влажная. Но сон был сильнее раздумий, и мальчик моментально уснул, свернувшись клубочком.

– Митька, пасуй! – кричал Толик.

Детвора носилась на самодельном футбольном поле, местные старожилы скосили для детей траву и выровняли старые ржавые небольшие ворота.

Митя пнул мячик что было мочи, ему не хватало дыхания, горло высохло, но ещё оставалось семь минут до конца игры. Стас Куприянов больно пихнул его локтем под рёбра, но судья этого не увидел и карточку не дал. Петька стоял в воротах и у него было разбито колено, мальчик неудачно поймал мяч, но поймал. Тем не менее команда проигрывала команде самодовольного Стаса, и это было очень обидно. Катя очень переживала, бегала вдоль поля, словно было частью команды и кричала так, что голос уже сел. Солнце палило нещадно. Валентина Петровна сидела на раскладном стуле и пряталась под зонтиком, Маргарита Петровна сидела рядом в большой соломенной шляпе, поодаль от поля ходил Георгий Наумович, собралось человек двадцать: родственники, соседи и случайные прохожие. Всех захватывала игра, ребята бились за победу по-настоящему с огромным азартом. Со стороны леса сидел на корточках Ефим Петрович и громко посвистывал с помощью двух мизинцев. В тени деревьев были видны Вера и Лена, которые больше болтали между собой, чем следили за игрой. Иринка же нервничала и грызла ногти, как маленькая. Шла последняя минута. Митя бежал по инерции за парнем с мячом, было ощущение, что ноги его не слушаются и он упадёт в любую минуту. Свисток… вот он заветный звук. Митя упал. Перевернулся на спину и лежал. Сбоку кричала команда Стаса Куприянова. И он громче всех. Ребята обнимались и смеялись, словно выиграли в международном соревновании, зрители аплодировали и поздравляли. Но Митя этого не слышал. Он смотрел на голубое небо. Днём небо было высоким, но, видимо, из-за светлого цвета совершенно не глубоким и не таким безграничным. Мальчик чуть повернул голову и увидел кромку леса, а с другой стороны крыше домов. Ночью бы прийти и так вот лечь, тут как раз не светит фонарь и темно, значит звезды, вероятнее всего, видны намного лучше здесь! Идеальное место для телескопа! Точно! Митя так подскочил, как будто вовсе и не падал без сил минутой ранее, рванул к Георгию Наумовичу. По дороге мальчика перехватила бабушка с бутылкой воды и маленьким полотенцем.

– Да стой же ты! Вытри лицо!

– Георгий Наумович, Вы говорили, что сможете помочь посмотреть телескоп!

– Да, я готов!

– Georg, сейчас же обед! – вмешалась Маргарите Степановна.

– Ну после можем!

– Дед, мы же хотели на речку! – тут уже Петя запротестовал.

– Геогрий Наумович, а может сразу здесь на поле, вечером, когда стемнеет! Вы же сами говорили, что наблюдать надо вдали от огней! А ночью будет понятно, как надо настроить, чтобы картинка четкая была и вообще видно что-нибудь или нет.

– Ну я в общем… за! Сегодня, кстати полнолуние! Если дорогие наши дамы позволят? – архитектор сделал низкий поклон и ждал вердикт.

– Дима, – начала Валентина Петровна, – давай ближе к вечеру решим. У всех свои дела. Если вдруг Георгий Наумович найдёт время, то посмотрите. Но это можно сделать и завтра. Телескоп не убежит.

– Ого, мы можем увидеть Луну!

– Митя, полнолуние бывает каждый месяц и длится не один день.

Митя хотел было что-то возразить, но решил, что спорить бесполезно и молча кивнул.

Пообедали быстро, почти не жуя и только глотая. Митя допивал компот стоя, схватил полотенце и след его постыл. Бонда с собой не взяли. Грустный пёс уныло остался лежать у калитки.

Вся шумная компания весело провела время у реки, плескаясь и ныряя, прыгая с тарзанки. Мальчишки из воды почти не выходили, пока не посинели губы и не застучали зубы, Ирина и Катя прыгали на скакалке, Вера загорала, а Лена сидела с книгой в руках.

Митя переплыл реку в узком месте на другой берег и сорвал кувшинку. Он не знал, кому ее отдать. Так как все были заняты, он подошёл к Лене. Девушка как раз отложила книгу и массировала себе виски.

– Красивый, – сказала девушка.

– Держи, – мальчик протянул желтый цветок и снова почувствовал волнение.

– Спасибо, но он не выживет в домашних условиях. Больше не рви, лучше будем приходить и любоваться ими на воде.

– Я его не отрывал, он уже лежал на боку, когда я подплыл, поэтому решил его взять, – приврал мальчик и думал: поверила ли Лена его словам, на сколько он убедительно это говорил? И зачем он соврал? Теперь стало стыдно.

Девушка улыбнулась и положила цветок к своей сумке.

– Что ты читаешь? – спросил мальчик.

– Таис Афинская. Это художественная книга о гетере, – Лена поняла, что мальчику слово не знакомо и поправила себя, – о женщине, которая была знакома с Александром Македонским и побывала в его походах на восток.

– Ого, здорово! А она воевала?

– Нет, она лишь, будучи умной женой, давала дельные советы своему мужу полководцу.

– Ааа, жаль.

День был насыщенным, что мальчик уснул в девять вечера в кресле на веранде. Валентина Петровна с трудом растолкала внука со словами, что она уже не в состоянии носить его на руках. Про настройку телескопа не могло идти и речи.

Было около часа ночи. Митя ворочался, пытаясь уснуть. Сон, словно легкий палантин укутал комнату, но не давал тепла, чтобы стало комфортно и уютно. Дремота, то находила, то снова мальчик открывал глаза. За окном вечер стих. Привычные звуки летнего сада перешли на низкие частоты, было ощущение, что они приглушены, словно Митя на чердаке, а вечерний сад в подвале за закрытыми дверьми. Мальчик открыл глаза и присел. Сквозь полупрозрачную тюль лился лунный свет. Благодаря открытому окну это ощущение усиливалось. Словно свет был осязаем. Митя поискал глазами Лису. Но ее нигде не было. Видимо, кошка решила сменить род деятельности на сегодняшнюю ночь с охранницы на охотницу. Мальчик пошёл на ее поиски.

Тихо на мысочках спустился по лесенке. В коридоре второго этажа было видно абсолютно все без включённой люстры. Лунный свет поступал из открытой спальни родителей в конце коридора. Свет действовал магнитом для мальчика. Он прокрался мимо бабушкиной комнаты, дверь в неё была не плотно закрыта, но звуков оттуда не исходило. Маленький кабинет сбоку был закрыт, хотя Митя обратил внимание, что из-под двери идёт свечение. Было ощущение, что Луна повсюду, что если она не прямо заглядывает в твоё окно, то точно не обделяет тебя вниманием. Луна явно обняла дом, взяла в невидимый вакуум. Митя уже знал это слово. Когда он сравнил свой дом с вакуумом, то подумал, что это очень интересное сравнение и надо утром поделиться мыслями с бабушкой. В комнату родителей мальчик зашёл медленно. Остановился у канта, куда попадала Луна. Вдохнул воздух и шагнул в круг. Через белые занавески в горизонтальную полоску было видно чистейшее небо. И она, Царица ночного неба, госпожа Луна. Митя подвинул немного занавеску, словно хотел подглядеть. И ему стало не по себе. Луна была яркой, мощной. Было ощущение, что она увидела его и смотрит. Смотрит внимательно и было не понятно это хорошо или нет. Митя медленно отпустил занавеску и начал пятиться назад. Он видел в фильмах, что люди так делают, дабы не привлекать внимание. Ему стало жутко. Он развернулся спиной к окну только тогда, когда Луна пропала из поля его зрения. Мальчик быстро, не создавая шума, побежал вниз. Там он нашёл Бонда. И плед. Ещё он увидел, что кошка сидит на окне со стороны улицы. Открывать дверь было бы шумно и страшно. Мало ли Луна его увидит. Мальчик приоткрыл окно и Лиса просочилась внутрь дома. Митя подхватил ее и плед и позвал Бонда. Кошка не ожидала такого поворота, но деваться было некуда. Митя заглянул в гостевую- там были плотные шторы. Это было спасение! Парень прикрыл дверь, задвинул шторы поплотнее, сдвинул подушки так, словно делал баррикаду. Залез внутрь и укрылся пледом. Потом вспомнил про кошку. Приподнялся на локтях в поисках ее и увидел, что верный пёс и строптивая кошка сидят рядом друг с другом у входа и внимательно за ним наблюдают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.