Маргарита Ясинская
Кислород

Робот-сборщик раздавил кабину пилота, и обезглавленный корабль повис на стыковочных захватах станции, точно пришпиленное к доске насекомое.

Настю отбросило к потолку пассажирского отсека, и спустя мгновение огромный манипулятор проломил стену салона, вышвырнув в космос два ряда пустых сидений. Вцепившись в один из поручней на стене, Настя смотрела, как механическая рука с животной яростью уничтожает космолёт, но не могла ни закричать, ни пошевелиться, парализованная ужасом.

Корабль умирал в тишине. Молчал и коммуникатор скафандра, а единственным оставшимся во всей вселенной звуком было биение её собственного сердца, которое будто подскочило к горлу.

Раскрошив не меньше половины пассажирского отсека, робот потянулся к Насте. Очнувшись от оцепенения, она оттолкнулась ногами от стены и поплыла к месту, где ещё минуту назад был выходной люк, но сборщик оказался быстрее. Металлические захваты до боли сдавили рёбра, и его механическая рука вытащила Настю из корабля через пролом в отсеке. Она едва не задохнулась от страха, увидев под ногами красно-коричневую планету, укрытую слоистыми облаками. В то же мгновение робот развернулся и толкнул Настю прочь от корабля – в бесконечную пустоту.

*За тридцать минут до этого*

– Жив… живо… Жи-во-дёр? А что такое живодёр? – спросил Даня, с любопытством взглянув на сестру. Он сидел у иллюминатора, но вместо того, чтобы следить за подготовкой к старту, листал видео на голоэкране прямо перед собой.

– Ты где это нашёл? – Настя жестом перекинула изображение на свою ладонь. Это была запись их прибытия на Марс. На стоп-кадре отец держал на руках самого Даню: счастливого, но немного смущённого всеобщим вниманием.

Зрители оставили под видео тысячи комментариев со словами поддержки и одобрения, но Даня наткнулся на свежее обсуждение с потоком злобы и обвинений:

«Переселять животных на Марс? Кем они себя возомнили?»

«…они превращают их в РАБОВ! Они везут их на Марс, чтобы ставить над ними ОПЫТЫ! Задумайтесь!»

«Трус! Сам же боится лечь в свой морозильник для космонавтов! А собака или обезьяна не может отказаться!»

«Живодёр»

«Сообщение удалено. Причина: призыв к насилию. Оправдание действий и популяризация деятельности запрещённой организации “Белая тень”…»

«Белая тень? И что же земные экоактивисты сделают ему на Марсе? Не смешите»

Настя закрыла вкладку.

– Не обращай внимания. Там всякое пишут, сам знаешь, – она переключила экран в режим съёмки. – Давай лучше сфотографируемся.

Даня поджал губы, но затем наклонился и обнял сестру.

«Улыбнитесь!» – бодро скомандовал голоэкран и сделал несколько снимков. Улыбка получилась виноватой.

В отсек вошёл отец в сопровождении репортёрского дрона – такие обычно называли «пауками». Множество глаз-объективов и длинные лапы-манипуляторы создавали весьма неприятный образ, который в итоге и закрепился в названии.

Паук, сопровождавший отца, отличался от обычных – большой корпус размером с собаку, под синеватое брюхо поджаты мощные механические захваты. Три лишних антенны мерцали красным – явно не заводская комплектация. И даже главный объектив в передней части корпуса казался живым, злым глазом.

Отца необычный вид дрона не смущал. Он с энтузиазмом отвечал на вопросы репортёра, медленно продвигаясь по коридору между рядами новеньких кресел. Когда один из боковых объективов паука с мягким жужжанием сфокусировался на Насте, она невольно отвела взгляд. Хуже общения с журналистами могло быть только общение с их дронами: бесшумными и быстрыми соглядатаями, которые, казалось, даже мысли читали.

Опустив глаза, она заметила, что из кармана даниного скафандра торчит лист бумаги.

– Ты всё-таки решил загадать желание? – спросила она.

Даня кивнул и достал из кармана рисунок: ярко-жёлтый пёс сидел перед будкой с надписью «Зефир».

– Папа сказал, что там есть «библиотека желаний». Можно записать, о чём мечтаешь, положить в специальную колбу и оставить в обсерватории, – он бережно разгладил листок ладонью.

– Так и есть. И всё обязательно сбудется. Это как загадать желание падающей звезде, только в сто раз круче!

– Знаю, – уверенно кивнул Даня и протянул листок Насте. – Но я подумал, что рисунок надёжнее. Вот чтобы точно-точно сбылось.

Настя с улыбкой посмотрела на тщательно прорисованную фломастерами собаку, но затем бросила тревожный взгляд на приближающийся дрон.

– А давай пока спрячем, – она поспешно сунула листок в карман на спинке кресла перед собой. – Говорят, что такие записочки нельзя никому показывать, иначе желание не сбудется.

– Ладно, – кивнул Даня и, сдвинув брови, покосился на подлетевший к их ряду дрон. – Буду следить, чтобы никто не увидел.

Настя выдохнула. Всё это казалось глупым, но она давно поняла: даже обычный детский рисунок мог стать поводом для новой волны ненависти в сети. Ненависти, которой не место в жизни ребёнка. Включив на голоэкране мультфильм о роботах-спасателях, она откинулась в кресле и закрыла глаза, пытаясь игнорировать зависшего в полуметре от её головы «паука».

Настя ненавидела Марс. Искусственное магнитное поле позволило создать здесь земную атмосферу, но не земное небо. Холодная ржавая пустыня нехотя расступалась под тяжёлой поступью роботов-культиваторов, оставаясь при этом такой же холодной и мёртвой. Города колонистов росли с удивительной скоростью, но Марс всё равно оставался чужим и пугающим.

Хуже Марса был только космос. Когда бесконечность Вселенной простирается над головой, это вдохновляет. Однако нет ничего ужаснее, чем увидеть эту же бездну под ногами.

Пока Настя раздумывала над тем, как же ей не повезло оказаться дочерью одного из главных спонсоров колонизации, отец рассказывал дрону о космическом туризме на станцию «Заслон».

– Насколько безопасно ваше путешествие? Всё-таки вы берёте с собой детей, – допытывался журналист из скрытого под обшивкой «паука» динамика.

– Нет никаких причин для беспокойства. Мы поднимемся на орбитальную обсерваторию, которая построена с учётом всех возможных рисков, – ответил отец с гордостью. – Поверьте мне на слово, совсем скоро такие путешествия станут отличным способом провести выходные.

– Отдых с семьёй на орбите Марса? Звучит неплохо, – сухо согласился журналист и вдруг перевёл тему. – А что на счёт вашей инициативы по переселению на Марс животных? Многие считают это блажью.

– Это, прежде всего, необходимость, – отец вскинул бровь. – И я с радостью отвечу на все вопросы по этой теме завтра, на пресс-конференции.

– А как вы прокомментируете слухи о том, что члены «Белой тени» обещают…

– Без комментариев, – прервал его отец, вскинув руку.

– Да, конечно, – дрон развернул главный объектив к Насте и Дане. – Могу я задать пару вопросов детям?

– Нет, – Настя открыла глаза и резко наклонилась вперёд, прикрывая Даню.

– Кажется, они не в настроении, – отец по-хозяйски толкнул «паука» дальше в проход, и сел на свободное место рядом с дочерью. – Уверен, дети с радостью поделятся своими впечатлениями уже после возвращения на планету.

Завершив интервью, дрон подключился к станции подзарядки в конце салона и затих.

Корабль вздрогнул – где-то в глубинах корпуса загудели стабилизаторы. В коммуникаторах зазвучал приятный женский голос:

– Приветствую на борту «Медведицы». Меня зовут Диана. Я – искусственный разум, который поддерживает работу станции «Заслон», и сегодня я буду вашим экскурсоводом. Благодаря встроенным в ваши скафандры коммуникаторы, мы будем оставаться на связи, даже когда вы покинете корабль…

Внутри кресла раздался едва слышный щелчок, и Настя почувствовала, как автоматические ремни безопасности прижали её к сидению. По ту сторону иллюминатора от корабля медленно отходили обслуживающие конструкции, с лёгким шипением отпуская его корпус из своих механических захватов. В воздухе пахло озоном и холодным металлом.

Отец помог детям надеть шлемы, и Настя закрыла глаза. Она вцепилась пальцами в подлокотники, мысленно считая до десяти.

– Кажется, тебе некомфортно. В скафандре есть медицинский порт. Если хочешь, я могу добавить седативное в дыхательную смесь, – предложила Диана, но Настя только покачала головой. Она справлялась с этим уже много раз, справится и сейчас.

Шум двигателей нарастал. Внезапно Настя почувствовала, как её руку накрыла маленькая ладонь.

– Всё будет хорошо, – сказал Даня.

Она сделала глубокий вдох и открыла глаза. Благодаря гасителям инерции взлёт прошёл почти незаметно. Невидимая сила вдавила её в кресло, но по мере того, как «Медведица» удалялась от планеты, тело вновь обретало свободу движений. Космопорт остался далеко внизу. Небо превратилось в тонкую полоску атмосферы над изогнутым горизонтом – и сила тяжести исчезла. Ноги оторвались от пола, а руки сами собой приподнялись над подлокотниками.

В коммуникаторе заиграла мягкая, убаюкивающая мелодия. Диана, честно исполняя обязанности экскурсовода, начала рассказ о станции «Заслон». На манер типичного музейного ИИ она кратко пересказала историю одноимённой компании, которая построила станцию, объяснила важность создания на Марсе магнитного поля, после чего перечислила главные даты и назвала важные фамилии. Её речь могла бы стать отличным снотворным, но после упоминания отца и его вклада в реализацию проекта, Настя сквозь зубы пробормотала:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.