# Хамелеон

Доминика Патрина

Путь героя - полоса препятствий. Предназначение героя - жертва.

Добро пожаловать в другой мир.

Ваше знакомство с главным героем начнется на улице обычного города. Вы проникните в его мысли, разделите сомнения и страхи. Вы ощутите родство душ и узнаете в его проблемах собственные, но... лишь на короткий миг.

Встреча с уличными хулиганами, потасовка, смерть... Новый мир, тело, способности.

Теперь он, а вместе с ним и вы, хамелеон, то есть оборотень, который способен превращаться в любого, с кем обменяется кровью. На его плечах груз ответственности за целый народ, нуждающийся в защите и спасении.

Принять себя и свой путь. Пройти его до конца, до последнего вздоха.

Сейчас-то уж конец? Или еще одно начало?

Опять пробуждение. Еще больше сил, талантов и задач. Отныне он должен защищать множество народов и миров в огромной Вселенной.

Динамичный экшн обещает массу интриг и сюрпризов. Магия рвется из каждого звука!! Приятного времени!!

## ТЫ ЧТО… ОФОНАРЕЛ?


— Да ладно, ребята… места достаточно… — Вначале я, как обычно, пытался решить дело миром. Но чаще всего это не прокатывало.

Тяжело выдыхая, начал слезать с подоконника. Телефон, чтобы тот не пострадал в потасовке, засунул в задний карман джинсов. Придётся навалять парням, у которых в подъезде был дармовой Инет — не в каждом его можно найти. Этот дом был ближе всего к моему, но я обычно сюда не ходил. Знакомые отговаривали, объясняли, что тут живёт пацан, который в свой двор никого не пускает. И это вполне нормально, когда местные не хотят делиться. Но про того парня говорили, что хоть он мой ровесник, из-за своего нрава уже успел побывать в колонии, а после неё стал полным отморозком и тем, кто ему не нравился, не стеснялся угрожать бабочкой. Жил со своим братом, который был его опекуном. Родители у них погибли, но старший брат был боксёр и, видимо, в боксе снимал стресс. А вот младший совсем съехал с катушек. Я всё же сочувствовал парню и не стремился нарываться. Но тут было срочное дело, и потому я махнул рукой и пошёл где ближе.

И это было совершенно напрасно. Наша встреча сразу же стала предопределена, и драка тоже. Ведь я не буду слушать, как меня оскорбляют, тем более когда маты затрагивают мою маму. Такое я никогда терпеть не стану. А местные парни, как и ожидалось, были не согласны с моим присутствием. И к сожалению, с ними явно был тот, который вышел из колонии. Такой грубый мат обычные парни не используют. Тут явно слышится глубокий опыт.

К тому же мой внешний вид вводил в заблуждение тех, кто любил помахаться. Когда я стал жить у бабки, мне пришлось подстроиться под её индивидуальное понимание внешнего вида парней. С этих пор драться я стал гораздо чаще.

Бабка у меня — интеллигентка. Она разрешает пожить у себя, пока я учусь в техникуме. Я уехал далеко от родного города. Ведь в молодости моя мама влюбилась и за своим любимым уехала жить к чёрту на куличики. Там он её и бросил. Беременную мной. А возвращаться к матери она не стала из гордости, хотя та уговаривала. Деньги высылала на все праздники и постоянно писала, пока телефоны не стали у всех в ходу. Теперь вот перезваниваются. А бабка взяла меня к себе жить, но только с одним условием: я должен выглядеть как ботан и быть полностью повёрнут на учёбе. Если она увидит со мной хотя бы одну девку, то тут же отправит назад.

В первый же день увидела, как я собираюсь на учёбу, и возмущённо закудахтала. Давай выговаривать, что вид у меня как у бандита. Я удивился: в косухах ходят многие. Но бабка не отставала. Джинсы она ещё стерпела, но остальное заставила переодеть. Принесла какой-то чёртов свитер с рубашкой. Свитер я в техникуме снимал. Но те, кто меня видел в нём, ржали в открытую. К тому же бабка зализала мне волосы. Со словами, что я «должен выглядеть аккуратно».

После взгляда на отражение понял: ненавижу слово «аккуратно». Ну и бабка обмолвилась, что мне не хватает очков, и тогда я — вылитый учёный. К моему удовольствию, от неё был бонус в виде карманных денег, и я за это был благодарен. А сдался в общем-то потому, что не хотелось обстановку нагнетать, всё же старый человек. Надоело, что то и дело при виде меня хватается за сердце. Так что я стал ходить так, как ей нравится, и даже — ей на радость — очки с обычными стёклами прикупил. Потому что было приятно, когда бабка радовалась, к тому же она становилась очень щедрой, и я это ценил.

Но всё же она — настоящий тиран. Потому что всё время следила, чтобы её условия соблюдались и я ни с кем не встречался. Постоянно проверяла мою переписку в телефоне. Не позволяла тот тариф, при котором на телефоне был интернет. Говорила, что дома есть комп с нетом и этого мне достаточно. Правда, комп она тоже проверяла.

А я не монах. На мать внешне очень похож. А она по молодости очень даже ничего была. Вот ко мне девки и липнут. Приходится шифроваться и переписываться — исключительно где найду дармовой Wi-Fi. Сейчас как раз договаривался с девкой. Учится в нашем техникуме, только в другой группе. Она давно мне глазки строила, а тут перешла к действиям. Подошла и телефон дала. От такой удачи не отказываются. Я уже почти назначил на завтра встречу. Ну и прервали нас на самом интересном.

Парни были настроены агрессивно. Тот психованный их подначивал. Он сразу обложил меня матом в три этажа. Ну и, видя, что не действует, стал задевать родных. Он меня не знает, и видно, что ему на меня наплевать, просто парню надо подраться, а я оскорбление матери терпеть не намерен. В своём городе c самого детства отходил на самбо. Поэтому в ситуациях, где надо помахаться, не пасую. Сейчас снял очки. Маскировку надо беречь.

— Проваливай давай. Чужакам здесь не рады, — один из сопутствующих парней сказал что-то без матов.

Вообще, их трое. Но я вполне могу надавать и троим. Главное — не теряться. А потом сваливать, не теряя времени.

— Я уйду, но вначале ты ответишь за свои слова, — протянул, всматриваясь в противников, а потом быстро метнулся вперёд.

Самый сильный удар кулаком в скулу того, психованного. Прогиб и уход с разворотом от кулака бокового парня. Ему я успел ответить в корпус. Но места в подъезде мало, и третий всё же вскользь достал меня в бок. Натренированное тело справилось, и, приняв удар, я снизу заехал ему в челюсть. Вот теперь надо уматывать. Маловероятно, что в другой раз меня здесь встретят теплее, и я сюда больше не ногой, но тем не менее напоследок крикнул:

— Я ещё приду! — после этого сжал тело, как пружину.

Сразу отпустил себя и перескочил через перила. Широким прыжком преодолел ступени — и новый перелёт через перила. И вот я на улице и несусь в другой двор. Там я уже отстоял своё право на место и на уважение. В каждом дворе такая история происходит заново. Но потом, после пары махачей, уже принимают как своего.

Бок даёт о себе знать. Наверняка будет синяк. Главное, чтоб бабка не увидела. Но я не щеголяю перед ней раздетым. Так что буду сдерживаться в квартире и не кривиться при движениях. Тогда она ничего не поймёт. Не впервой.

Пришёл в другой двор, где меня нормально встретили, и сел с компанией.

Мы, как обычно, сидели каждый в своём телефоне. Тут подвалили из того двора. Те парни, с которыми я сейчас махался. И чего им не хватает? Так сильно охота зарядить мне в торец? Знают же, что я первый им наваляю. Ого, да они подмогу притащили. Того взрослого парня, брата этого психованного, который ходит на бокс. Нехилый качок…

— Ты что, офонарел — моего брата бить?..— спросил боксёр.

Коротко и понятно. Значит, будем драться. Отказываться выйти, даже если знаю, что мне прилетит, — ниже моего достоинства. Ну не могу я упасть в своих глазах. А тут мне явно светит трёпка. Мы сразу кинулись друг на друга, и скулу тут же ожёг удар. Но я привычным движением тоже ударил парня с размаха в торс. Жаль, в солнечное сплетение не попал. А то бы сейчас уже всё закончилось. Но он опытный и вовремя успел переместиться.

Теперь я поставил руки, и он меня метелит почём зря. А я только лицо прикрываю. От бабки будет трудно спрятать фингалы. Но надо показать, что тоже не лыком шит. Вытерпел до подходящего момента и нашёл способ хорошенько врезать. Парень покачнулся от удара и отступил, мотая головой. Я заехал снова, и вот боксёр уже лежит.

Вокруг — уважительные взгляды. Нападать больше никто не собирался. Наоборот, руку тянут. Признали силу. А вот он, этот отмороженный пацан, вначале кинулся к своему брату, а потом каким-то хищным движением метнулся мне за спину. И никто не ожидал от брата того боксёра такого офигительного финта. А я если бы видел его глаза, то понял бы и успел среагировать. А так…

Острая вспышка боли в уже получившем до этого боку. Я разворачиваюсь и непонимающе смотрю в глаза парня. Его лицо искривлено ненавистью.

— Какого *****?.. — успел прохрипеть.

Кто-то выбил нож из его руки и вовсю орал на него. А мне уже не до того. Я падаю. Удар об землю. Вижу небо. Понимаю, что умираю. Я реально понимаю, что сейчас умираю.

— Мама… — прохрипел я.

Неважно, что выгляжу, как тряпка. Теперь уже ничего не важно. Вспомнил её голубые глаза. Она редко плакала. Я почти не видел в них слёзы. Только по ночам, когда она думала, что я сплю. Тогда раздавались тихие всхлипы. Но утром она вела себя как обычно. Я не хотел, чтобы она из-за меня плакала.

— Не плачь, мама… — прошептал я из последних сил. Всё потемнело.

Я уже ничего не видел. Чернота. А потом неожиданно — какая-то воронка. Меня с силой потянуло туда. Непонятный звук рвущейся струны… На странном уровне, где я его слышал. Хотя понял, что это уже вне моего тела. И меня утянуло в эту воронку.

Полёт был короткий. А потом — падение. Я просто врезался во что-то. Упал, и меня снова втягивало. Только теперь не воронка. Что-то похожее на магнетизм. Вероятно, так притягивает к магниту железо. Вот только я не железо. Значит, примагнитило меня к чему-то другому. И тут же я перестал себя ощущать.

Наступила другая тьма. Тьма забытья.


## ОЧНУЛСЯ


Очнулся… Моё тело швырнуло вперёд… Я чувствовал нестерпимую потребность кинуться на кого-то… рвать зубами… кусать… разрывать когтями… Замахал лапами… Что?.. Лапы?..

Рычу… Или даже, скорее, реву… Я?..

Заставил себя остановиться. Стою… на четырёх лапах. Бока с шумным дыханием ходят ходуном. Издаю грозный рёв. А передо мной девушка. Глаза голубые. Как у мамы. Я дёрнулся назад. Заскулил. Сразу всё вспомнил. Осмотрел её. Надеюсь, я не причинил ей вред.

— Дик! Не пугай меня. Превращайся уже! — эмоционально воскликнула девчонка.

«Дик»? Это я? Всё-таки живой… «Превращайся»? В кого?

— Быстрее становись человеком. Давай! Сейчас отец придёт. Увидит, что ты не в себе. Проучит. У него рука тяжёлая.

Девушка, кажись, моя сестра. Как же она похожа на маму из той жизни! Маму, которой я не смог сказать «прости». И я, видимо, куда-то попал. В чьё-то тело. Парень-то, наверное, умер. И душа вылетела. А я почему-то вселился. Ладно. Раз у меня есть шанс пожить ещё, то надо им пользоваться. Пусть даже мне досталось такое непонятное тело.

Девушка всё говорила, не унимаясь. Что она там причитает? Надо превратиться в человека? Попытаюсь, раз надо. Выходит, я — оборотень. Посмотрел на свои лапы. Вспомнил, как ревел. Понял, что я — медведь. Только шерсть почему-то серая. Даже скорее серебристая. Но это другой мир. Тут, видимо, есть серые медведи. Сконцентрировался на внутренних ощущениях и со всей силы захотел стать человеком. Рванул своё сознание наружу из этого медвежьего форм-фактора.

Кажется, получилось…

Теперь снова — все ощущения привычного человеческого тела. Уже не хочется никого кусать и сдерживать дикие желания. Но внутри ощущаю ту медвежью силу. Она словно распирает. Непривычно как-то.

Поднялся. Новая внешность более массивная, чем моя бывшая. Не только внутренней силой. Теперь у меня есть нехилые бугры мышц. Но двигаюсь я с лёгкостью. Видно, что тренированный. Конечно, надо привыкать, но я сумею. И даже постараюсь приноровиться к странным тряпкам.

Правда, возникло недоумение: что за хрень на мне надета? Что-то, похоже, средневековое. Явно не одежда будущего. Значит, Инет и вайфай мне не светит.

Осмотрелся. Мы в небольшом помещении. Наверное, это моя комната. Не похожа на бабскую. Девчонка, моя сестра, раздражённо спросила, как я себя чувствую. Торопила с ответом.

— Нормально всё… — буркнул. Голос не мой прежний. Но это понятно. Тоже придётся привыкать.

Девушка сердито сверкнула глазами и вдруг сказала:

— И надо было так напиваться и потом ломать себе шею из-за того, что тебя отправляют в Корпус?

Так… ещё одна инфа.

Я попал в тело парня, который боится какого-то Корпуса. Даже убился из-за этого. Только не говорите мне, что я трус.

— Ты же знаешь, что в нашей семье все туда идут на обучение. Даже я.

Этим словам девчонки я удивился. Она тоже попадёт в Корпус? Такую малявку — во всякие Корпуса? Окинул её взглядом с ног до головы.

— Ты слишком мелкая. Таких нельзя отправлять… в Корпус, — выговорил, стараясь подстраиваться под новые непривычные звуки, слова и названия. Речь тоже не моя прежняя. Язык другой. Я его хорошо понимаю и говорю тоже хорошо, но привыкать надо.

— Головой так сильно ударился? А как же твои слова о том, чтобы я поступила вместо тебя?

О-о-о как интересно… Я — точно трус.

— Ладно, — махнула на меня сестра. Ей явно было не до моих странностей.

— Я поступила раньше срока, чтобы тебя поддержать. А ты больше не кисни. Ты долго готовился, и у тебя всё получится! — подбодрила она меня.

Я снова вспомнил оставленную в том мире маму. Она такая же была. Всегда взваливала на себя больше, чем надо. Гадом буду, если не смогу защитить свою обретённую сестру. Пусть раньше этот парень и был чмо, но теперь вместо него — я! И девчонку в обиду не дам!

— Крошка… — начал я. Хотел сказать, что понял её и справлюсь, и тут же сразу схлопотал по морде.

От удара ладонью голова дёрнулась. Инстинкты сразу бросили моё новое тело и руки в атаку. Совершенно не мои инстинкты. Таких у меня раньше не было. Я морально просто задавливал нового себя, когда заставил резко замереть. Внутренний зверь даже заскулил, настолько жёстко я себя зажал. Рука не дотронулась до лица девчонки. А она, оказывается, была готова к удару. Блок руками — перед лицом. Натренированная у меня сестрёнка. Молодец.

— Ты чего?.. — нарычал я на неё.

Отодвинулся и опустил руки. Она тоже расслабилась, понимая, что я не ударю. При этом окончательно осмелела и, чуть ли не подпрыгивая, раскричалась:

— Какая я тебе «крошка»? Я не твоя девка, которых ты тискаешь по углам. Никогда не называй меня так. Я — Диана.

Ну вот… выяснил, как зовут сестру. Примирительно поднял руки:

— Диана, угомонись. Иди к себе.

Она тут же успокоилась и, соглашаясь, пробубнила:

— Да. Надо готовиться к ужину. Не забудь переодеться, Дик. А то отец опять сердиться будет.

И она вышла. Пока я шарил взглядом по комнате, появилась служанка.

— Господин, я помогу вам переодеться, — были её слова.

Но, закрыв дверь, она вдруг вместо этого с поцелуем запрыгнула на меня. Впилась в мои губы и крепко обхватила ногами мою талию. Я инстинктивно откинул её от себя. Она полетела на пол, а я, ошалело глядя на неё, вытер рот.

Вот это передряга… Я ещё, оказывается, бабник. Вряд ли служанка — невеста или девушка. Парень мутил со всеми подряд. Как там Диана сказала? Обжимался… Треш! Как мне не повезло. Легче лёгкого проколоться. А мне надо продержаться до того сраного Корпуса. А там уже все странности спишут на перемены после обучения. Этот Корпус, наверное, нечто вроде военного учебного учреждения. После такого все меняются.

Служанка обиженно поднималась с пола. Поджав губы, она бубнила:

— Я только разок с Илей поцеловалась. Вы же сами сказали, что у нас ничего серьёзного.

Я молчал. Предоставлю ей самой додумать всё, что придёт в голову. Она робко стала помогать мне одеваться и периодически гладила. Типа невзначай. Это уже порядком надоело. Поэтому, потребовав все нужные вещи, прогнал её. Кажется, она убегала, всхлипывая. Ну вот зачем мне такое! Не время сейчас думать о влюблённой служанке.

Быстро оделся и вышел в коридор. Пошёл вперёд и наткнулся на слугу. Потребовал, чтобы он меня проводил в столовую. Задрал подбородок повыше, как будто всё делаю как надо.

Обстановка вокруг — очень шикарная. Видимо, я богатый. Может, я даже какой-то лорд или граф. Стало ещё неприятнее от того, что парень мутил со служанками. И я теперь за него отдуваюсь. Жесть, одним словом.

Пришёл в столовую и посмотрел в глаза отца этого парня. Он даже потемнел лицом от злости. Поднялся и с размаха как даст кулаком по столу! Тот раскололся, и все приборы с грохотом полетели на пол.

— Где мой сын? — проорал папаня.


## С ГЛАЗ ДОЛОЙ


— Где медведь Дайкари? Где тот, чьё имя Дикий?

Вряд ли психозный папаша мог прочитать на моём лице ответы на эти вопросы. А вглядывался так, словно рентгеном сканирует. И мне даже ответить нечего. «В лес убежал» — сказать?

Несдержанный мужик орал дальше:

— У меня нет сына. Передо мной — просто трясущаяся тряпка. Да ещё таскающаяся за каждой юбкой.

А ведь это предок чувака, подарившего мне своё тело. Похоже, он конкретно презирает своего сыночка.

А поначалу я подумал, что он меня раскрыл. Мандраж действительно накрыл. Уровень адреналина в крови значительно повысился. Но потом я понял, что это просто головомойка, и слегка отошёл. Правда, быстро начал закипать.

Отца у меня никогда не было. Мать мужиков не водила. А с ней пререкаться я не хотел. Поэтому нагоняи выслушивал молча и старался терпеть. Даже если был не согласен. Но всякие мужики на меня ещё не орали. Если какой-то посмел бы крикнуть, то за мной двинуть не заржавеет. И по барабану, сколько ему лет. Не хрен голос на меня повышать.

Поэтому сейчас я явно начал психовать. К тому же где-то внутри почувствовал ворчание зверя. Это совсем не добавляло ни спокойствия, ни терпения.

— А ну, давай выходи и дерись со мной! — вдруг проорал обозлённый папаша.

И тут я понял, что попал. Если сейчас стану драться, то мои методы обороны сразу раскроют меня. Тут небось самбо отродясь не видели. А я рефлекторно наверняка какой-нибудь приём выкину. Драться с этим мужиком точно нельзя. Никак нельзя.

Не было у меня ещё такого позора, чтобы я избегал драки. А тут этот психованный пошёл на меня. Отбрасывая по сторонам ошмётки от стола и наступая на осколки посуды. А я уже чувствую, что хочу встать в стойку и выставить блок. Нет. Надо срочно бежать.

И я, как трусливый щенок, бросился прочь. Сзади раздавался мощный рёв, но я слышал, как Диана крикнула:

— Отец, не надо!

Кажется, он её послушался, и меня не преследовали.

Выбежав из здания, сразу замедлил ход. А проходя между деревьев, посаженных в красивую аллею, двинул по стволу кулаком. Разбил руку и потом с удивлением и интересом наблюдал, как рана прямо на глазах затягивается… Я встал за это дерево и облокотился на него.

Мне нужно было какое-то сражение. Душа рвалась. Стремилась стереть это пятно позора. Кровью врага. Неважно какого. Как же унизительно! Я бежал, как последний трус. Но я не такой; от этого только тяжелее.

Я повернулся к стволу. Уткнулся в него лбом и засунул руки в карманы. Неожиданно сзади меня обняли за талию тёплые девичьи руки. Я вздрогнул и хотел зарычать, но вдруг понял, что чувствую аромат. И это знакомый запах.

Диана. Пришла утешать непутёвого братца. Прижалась к моей спине. От неё исходили волны сочувствия. Я хорошо чувствовал её эмоции. Вероятно, это у оборотней такие возможности наряду с запахом и регенерацией.

— Отец приказал тебе не появляться перед ним до того, как мы уедем, — тихо прошептала девушка.

Я тут же понял, что это к лучшему. Вспомнил сервированный и вскоре разгромленный стол. А я во всяких правилах приличия ни бельмеса не понимаю. И в том, какую вилку брать, вообще ни в зуб ногой. К счастью, теперь есть время это всё выучить.

— Подгони книгу по этикету, — буркнул я сестре и повернулся к девушке. Её взгляд из грустного стал строгим.

— Нашёл что повторять. Да ты нужный поклон даже во сне сделаешь. Лучше бы подучил владение мечом.

Я не стал спорить, но напрягся сильнее. Если этикет в этого парня настолько вбит, то я проколюсь гораздо раньше, особенно если буду высовываться из своей комнаты. Так что на оставшееся до отъезда время я — затворник.

— Эту книгу тоже принеси, — сказал я решительно, а потом добавил: — Неси всё, что я изучал. Хочу освежить память.

Диана так удивилась, что отпустила меня и отступила назад, внимательно разглядывая.

— Ты же никогда не любил читать.

Я не стал отрицать.

— Я и сейчас не люблю. Но буду, — сказал твёрдо и пошёл искать свою комнату.

Правда, вышло так, что зашёл через вход для слуг. Краем глаза отметил, что живу в нехилом особняке. Но при этом ловил жалостливые и слегка презрительные взгляды слуг. Ничего, перетерплю.

## ВСПОМНИТЬ ТО, ЧТО НУЖНО


Увидел гроссбух с правилами культурного поведения и еле сдержался от мата. Настоящим ботаном я никогда не был. Но тем не менее от нужных книг не шарахался. Особенно если удавалось находить их в электронном виде и читать с планшета или телефона. Но теперь придётся реально читать древние талмуды. Потому что предыдущий владелец тела изучил довольно много. И книг передо мной лежало несколько стопок.

Сестру я выпроводил. Я собирался тренировать не только мозг, но и мышцы. Новому телу надо было дать нужные реакции и привыкнуть к новым видам упражнений и техник. И никто этого не должен видеть.

Растяжки и прогибы делал на автопилоте. Парень оказался с нормальной физической подготовкой. Непривычность ощущалась, но не критическая. Поэтому в руке огромная книга, а я читаю и изгибаюсь.

К чтению тоже привык не сразу, но навык тела постепенно перешёл мне. Это обнадёжило. Значит, все эти танцы с поклонами, разнообразными приветствиями-прощаниями и всем остальным войдут в привычку, как я это пару раз сделаю.

Ужин велел подать в свою комнату и упорно тренировался со столовыми приборами, Обрадовался, когда увидел, что ещё до осознанного выбора моя рука рефлекторно потянулась к нужной ложке.

С поклонами к концу дня вышло так же, и я немного успокоился. Значит, удастся восстановить всё то, что было у этого тела. И надо новые навыки точно так же довести до рефлекторных. К сожалению, это было труднее.

Я занимался не один день. Упорно динамил новых родственников и вереницу вздыхающих служанок.

Практически через неделю меня снова позвали на семейную трапезу. Я специально не переоделся, чтобы не задерживаться там, а меня прогнали по-быстрому. У себя в комнате я мог не тратить время и тренироваться. Ну и материться заодно. Высказаться при обретённых родственничках не было возможности. А позже — в учебном заведении — когда ещё я смогу выругаться от души? Так можно и родной язык забыть.

— Я вижу, ты немного образумился, — сказал мой теперешний родич.

Мой прикид не прокатил, и меня не выставили. Пришлось садиться и изображать воспитанного паренька. Но этикет меня уже не пугал. И я собирался просто отмалчиваться: самая лучшая стратегия с предками.

— Я надеюсь, что ты вспомнил и о благоразумии, и о том, что Диана — твоя Истинная. После учёбы вы должны соединить жизни.

Я подавился. Начал кашлять и сипеть, стуча себя по груди.

— Вот каждый раз одна и та же реакция! — грохнул по столу кулак папаши.

А мы-то с предыдущим пареньком сходимся во вкусах. Неужели папаня говорит о моей сестре? Если да… то это просто офонареть можно. К такому я точно не готов.

— Вы ещё в детстве с сестрой узнали, что Истинные друг для друга. И Диана смогла принять это, а ты упорно отказываешься. Я приказываю тебе настроиться на принятие своей судьбы. И во время учёбы у тебя не должно быть никаких связей! Если узнаю о чём-то подобном, то соединю вас сразу. Не допущу, чтобы ты в Корпусе позорил свою пару!

Я немного прокашлялся и просипел:

— Сестру… я не собираюсь позорить сестру.

Жесть… Как пережить такую подставу?

Я посмотрел на Диану. Её глаза блестели, но она упорно держала лицо. Видно было, что она предпочла бы избежать этого разговора. Но я вспомнил её тёплые руки, обнимающие меня… Как она прижималась. Да… это было не как от сестры. Она любит меня. А вот я её — нет. По крайней мере, как женщину.

Смотрю и вижу в её внешности свою маму. Глаза даже почему-то защипало. Она встретилась со мной взглядом. Вдруг вскочила и выбежала.

— Ты теперь ныть собрался? Уже было, не помогло. Соберись, тряпка! Хватит перекладывать на плечи сестры все трудности. Она лучше подготовлена по предметам. Она лучше обучена сражаться. И она готова принять свою судьбу. Ты тащишься за ней, как облезлый хвост. Ты во всём ей уступаешь. Ты даже мизинца её не стоишь, но считаешь, что имеешь право воротить нос? Я хочу сразу поставить тебя в известность: своей наследницей я сделал её. Сегодня я окончательно махнул на тебя рукой. Если Диана не откажется от тебя, то ты останешься в семье. В противном случае — ты сам по себе.

Папаша прервал трапезу, встал и вышел.

Понял, что мне придётся очень туго. Но я ведь и не такое переживал. Справлюсь. Потому что стать парой своей сестре я в любом случае не смогу. Она безумно похожа на мою маму. Так что лучше сдохнуть, чем допустить подобное…

## ПОСТУПЛЕНИЕ


Я упорно тренировался до последнего. Даже просил Диану помахаться со мной мечами. Сразу после того неприятного обеда она зашла ко мне. Видно было, что хочет высказаться. Только рот открыла, а я ей сразу предложил спарринг. Она явно такого не ожидала. Так убил двух зайцев. Выгадал время подготовиться к неприятной беседе и напросился на тренировку.

Вот чего я не ожидал, так того, насколько Диана хорошо владеет мечом. И как плохо им владею я. Ведь полностью расслабился. Отпустил все рефлексы, но при этом через секунду оказался без оружия и с лезвием у груди.

Диана при своём не таком внушительном росте схватила меня за одежду и дёрнула нагнуться. Я вообще с женщинами не спорю. Это бесполезно. Они всегда всё понимают неправильно. А начнёшь объяснять — напутают всё ещё больше. Так что я приготовился слушать о себе череду её выводов. За которые я, видимо, и огребаю.

— Мне не нужна твоя жалость. Запомни! — встряхнула она меня. — Ты забыл, что пары ощущают чувства друг друга? Я почувствовала твоё сожаление. Не смей из жалости оказывать мне знаки внимания. Или я заведу себе толпу любовников!

Так вот почему я чувствую её эмоции! Вспомнил, что чувства папани были от меня скрыты. До этого я не заострил на этом внимание. Но теперь осознал, и стала понятна такая частичная эмпатия.

По поводу умозаключений Дианы я не загонялся. Решила что-то — и пусть себе фантазирует дальше. Жаль только, что такие выводы не побудили её отказаться от планов в отношении меня. Может, начать вести себя более грубо? Я резко смахнул её руку и выпрямился.

— Отец сказал: если ты меня не выберешь, то он вычеркнет меня из семьи. Так вот — меня это не колышет. Ты должна знать: я отучусь и буду жить как захочу. Можешь заводить себе кучу любовников. Можешь вообще сделать вид, что не знакома со мной.

Я развернулся и ушёл. Навёрстывать навыки владения мечом придётся потом. Хотя, возможно, меч — это просто не моё.

Последующие дни я заперся у себя, читал и тренировался. Кстати, книгу с рисунками приёмов ударов мечом сестра мне притащила. Сказала, что поговорила с отцом и заступилась за братца-оболтуса. Представляю, как после этого папа меня назвал. И кто просил её ходить и говорить с ним об этом? Знал же, что девчонке ничего говорить нельзя. Всё перевернёт. Теперь, выходит, я не только трус, а ещё и трепло. Офигеть можно.

В Корпус я собрал все вещи и даже книги. Всё равно тащить это будут слуги. Перевозилось всё в сундуках. Я смотрел на эти доисторические приспособления и тосковал. Книгу по мечам и пару вещей на смену нёс сам. Сделал самодельный рюкзак и почувствовал себя почти счастливым. Но и тоска тоже охватила.

Разозлился на себя за эти чувства и смотрел на замок Корпуса, распираемый злостью. Тот располагался на острове и был окружён огромной стеной. Внутри — множество каменных сооружений. Дорога к Корпусу шла по длинному мосту. Внушительный фьорд заполнял весь остров.

Деревни надёжно спрятаны от взглядов за крепостной стеной, как и небольшой город и само здание, где обитали учащиеся и преподы.

Наша карета подкатила к фасаду. Площадь перед сооружением заполнена другими экипажами. Прибыло довольно много новичков.

Народ заполнил всё пространство. Прибывшие учащиеся резко отличались от своих слуг. Все ученики, как и мы с Дианой, были одеты в форменную одежду. К тому же имели горделивый и самодовольный вид.

Мы с Дианой имели столь же неприступный и молчаливый вид. Я вообще всю дорогу молчал. Она пыталась пару раз заговорить, но я отмалчивался, и Диана тоже затихла. Не разрешил сестре открыть дверцу и выйти, решил поухаживать за ней. Показать ей, что она здесь — птица важная. В правилах этикета этого мира такого не было. Но я уже не опасался проколоться.

Когда при въезде на мост мы сдали приглашение проверяющим, то Диана сказала, что теперь автоматически считаемся поступившими.

В Корпусе не существовало вступительных экзаменов. Он был только для именитых семей. Сюда поступали, просто оплатив нужный взнос. До конца обучения отчислиться невозможно. Так что притворство можно было отбросить и быть собой.

Кстати, до отъезда я просил сестру дать мне книгу про Истинную связь и что с ней делать. Но сестра заявила, что в их семье такой нет. Я не поверил, но она добавила, что такое издание можно найти в Корпусе. Надо бы не откладывать и всё разузнать.

Сейчас я, как и планировал, обошёл экипаж и открыл для сестры дверь. А потом протянул ей руку, чтобы помочь выйти. Безмерно удивился, когда увидел, насколько сильно этот жест её рассердил.

— Я тебя сейчас уложу на обе лопатки и потом подам руку, чтобы ты поднялся, — прошипела она, вместо того чтобы подать мне ладонь.

На нас уже обращали внимание.

— Я сильнее. И более натренированная, чем ты. Так что нечего меня унижать.

И вышло, что я стою, как тупица, с протянутой рукой.

Диана вышла сама, а я закинул самодельный рюкзак на плечо и положил руки в карманы. Обвёл взглядом площадь перед дворцом. Поймал пару сочувствующих взглядов от парней. Пару заинтересованных — от девчонок. М-да… не с того Диана начала. Не стоило сразу показывать, какая она крутая. Выскочек нигде не любят. Поэтому, несмотря на её злое шипение, отобрал её сумку, взял за руку и повёл вперёд.

— Да я тебя… да я тебя!.. — раздавалось сзади.

Внутри у какой-то ниши она вдруг вырвалась и бросилась в темноту к стене. Раздались всхлипы. Я проследил её чувства по своим ощущениям. Действительно обиделась. За то, что помог нести сумку и за руку взял? Как понять этих девок?..

— Ну что ты?.. — тихо прошептал, подходя к ней.

— Меня теперь все будут считать слабой. Словно я нуждаюсь в опеке!.. — всхлипывала она.

— А ты всех удивишь, — примирительно сказал я.

Она повернулась и подняла на меня залитое слезами лицо. Сердце защемило. Вот так же моя мама сейчас плачет над своим потерянным сыном. А Диана вдруг странно посмотрела и потянулась ко мне. Чё?.. Целоваться?.. Я шарахнулся, как чумной. Быстро выбежал. ** ***! ** ***!.. Никаких слов не хватает. Кроме мата на этот новый мир и их дикие порядки.

## РАСКРЫЛСЯ


— Дик! — воскликнула Диана и бросилась за мной. — Ты же собирался меня проводить… — звучало сзади.

Я вспомнил, что до сих пор несу её сумку, и резко остановился. Она налетела на меня, и я успел ухватить её, предотвращая падение.

— Во девки дают!.. Никогда не могут определиться, чего именно хотят. То им не надо помогать. То надо… — В широком коридоре стояли зрители. Один из парней без смущения и высказался так.

Как этот смертник посмел назвать мою сестру?

— Кого ты назвал девкой? — недобро поинтересовался я и посмотрел на него.

— Да ладно, парень. Девки — все такие, и эта не лучше дру… — договорить он не смог.

Я не буду спокойно слушать, как какой-то мудак оскорбляет мою сестру. Мой кулак быстро нашёл его челюсть. Он не ожидал подобного с моей стороны. Но быстро справился и махнул в ответку. Я ушёл от удара и достал его снизу. Он зарычал, но я не унимался. Сделав подсечку, повалил его и сел сверху, зафиксировав его руки своими коленями. Безо всяких сомнений и сожалений врезал ему в челюсть ещё раз так, что он конкретно стукнулся башкой об пол. После этого я немного успокоился. Но, взяв парня за горло, на всякий случай уточнил:

— Больше никогда не смей подобным образом говорить о моей сестре! Надеюсь, ты понял?

Я ещё немного сдавил горло и потом отпустил, чтобы услышать заверения в том, что о моей сестре он будет отзываться только самыми вежливыми словами.

Поднявшись, я протянул ему руку, и он с опаской ухватился за неё. При этом потирал те места, где я его достал. Я посмотрел: парень-то выше меня на голову. Наглядный пример самбо. И как хорошо, что здесь никто не знает данной спортивной дисциплины.

И тут меня накрыло. Я же применил незнакомую им технику. Спалился! А видела меня тьма народа. Вона коридор как забит! Все взирают с интересом, включая Диану. Совсем о ней забыл. Но как же здорово было вмазать кому-то! Даже успокоился немного.

До тех пор, пока не увидел какого-то взрослого мужика, а рядом с ним — нынешнего папаню. Он смотрел на меня удивлённо, не веря. А у меня вырвался звериный рык и вылезли когти. За каким хреном этот пришёл сюда?.. Только нервы успокоил — и снова на взводе. Но больше не боялся разоблачения. Пусть старпёры сами придумают причину моего всплеска. Я валю в свою комнату. Вообще пофиг, какое объяснение они найдут. Мне надо побыть одному и немного успокоиться.

Снова схватил за руку сестру и потащил. Надо убедиться, что у неё нормальные и комнаты, и соседка. Мне не надо неожиданностей.

Отобрал у неё брелок с ключом. Точнее, тут какая-то висюлька на ключах, но я по привычке назвал его брелоком. Когда отдавали пропуска, нам сразу же выдали какие-то булавки с эмблемами и ключи от комнат, где мы будем жить. Диана тогда же проткнула булавкой палец и капнула кровью и на эмблему, и на висюльку на ключе. Я последовал её примеру, и у нас появились надписи. Вот теперь я читал пояснения к ключу: «Третье крыло, пятая комната».

На стенах — указатели. Мы как раз подошли ко второму крылу. И я успел заметить, что за нами — «хвост». Он снова напрашивается на драку? Повернулся и, посмотрев исподлобья, спросил:

— Добавки хочешь?

Он примирительно поднял ладони.

— Не, парень. Хочу дружить с тобой.

Такое тоже случалось у меня. Я качественно метелил парня, а потом мы крепко дружили. Я и тогда был не против, и сейчас тоже.

Шагнул к нему и протянул ладонь:

— Дик. Дикий. А тебя как звать?

Он с кривой ухмылкой протянул свою руку:

— Имя тебе очень подходит. А я — Бугай. Гай.

Действительно, бугай. Рука у него тоже значительно больше моей.

Тут меня сбоку толкнули.

— Ты собрался с ним дружить? Вы же только что дрались, — недоверчиво и возмущённо воскликнула Диана.

Я посмотрел на Гая и весело улыбнулся. Раздался громоподобный хохот этого великана. Сбрасывая накопившееся напряжение, весело заржал. Кажется, Диана не оценила наше веселье и надулась. Да не над ней я смеялся. Просто выплёскивал психоз. Но разве ей объяснишь? Она всё равно дуться будет. Ладно, пообижается и перестанет.

Мы втроём пошли до комнаты сестры. Она обиженно пыталась вырвать руку, но я держал крепко. Она всё же притихла, посматривая на наши руки. Губы кусала. Волнуется отчего-то.

Нашёл её комнату. Открыл и проверил. Нормальная. Поставил сумку и собирался валить. Она удивлённо смотрела.

— Чего опять? — не сдержался я.

Надоели загадки. Сколько всего ещё узнать надо об этом мире?.. Хотелось бы меньше удивлять остальных.

— Тут магический запор был. На магии крови, — сказала она задумчиво. Потом вздохнула и сама объяснила непонятный феномен. — Ты же мой брат. Наверное, поэтому так сработало.

Я пожал плечами и пошёл к выходу. Гай ждал в коридоре. Теперь надо было найти наши комнаты, и парень вдруг предложил съехаться.

— А это возможно? — спросил, а сам думал и хмурился.

Все эти магии крови меня напрягали. Я-то прекрасно знаю про кровь. И то, что люди родственники, — это совсем не означает, что кровь подходит. Из прошлого мира это мне хорошо запомнилось. А значит, замок на двери в комнату Дианы я не мог открыть. Тут дело в другом. Надо теперь выяснить ещё и это. А мне и так хватает головной боли. Ещё папаня зачем-то появлялся. Я нервничал и поэтому был раздражён.

— Всё возможно, — хитро сказал парень.

Интересно, какой у него зверь? Может он быть большущим тёмным лисовином? А то морда вона какая хитрая. Парень явно не упустит своего. Но и я знал, на что раскручу этого хмыря. Но в целом он мне понравился. Прикольно начинается моё обучение.

## ЭТО ОБЪЯСНЯЕТ НЕКОТОРОЕ


— Научишь так же драться? — услышал я, когда мы уже легли.

Поселиться вместе получилось. Гай просто подошёл к коменданту и попросил. Тот дядечка на меня даже не взглянул. Он подобострастно пытался услужить Бугаю. Потом всё же взглянул и нахмурился. Окинул недовольным взглядом и заговорил:

— Только вот таких красавчиков нам здесь не хватало. Предупреждаю: в мужское крыло женщинам строго-настрого запрещено. Как и мужчинам — в женское. — Потом снова посмотрел на Гая и осёкся. Сразу исправился: — Но исключение можно сделать.

Оп-па… а Гай, видимо, кто-то важный.

В комнате я сразу схватил его за грудки и прижал к стенке.

— Ты кто такой? Быстро колись. Не то рожу подправлю, — ввернул привычное выражение.

А Гай удивлённо переспросил:

— «Колись»? «подправлю»? Что такое ты имел в виду? — а сам попытался вырваться, да ещё и подмять меня. Ха… зачёт за попытку.

Крутанул парня приёмом через бок и уложил валяться. Сам же пояснил, нависнув:

— «Колись» — это рассказывай, а «подправлю» — это подправлю, а точнее, бить буду так, что потом себя в зеркало не узнаешь.

Гай только удивлённо рот открыл.

— Ну ты действительно дикий, — сказал он.

Сопротивляться больше не пытался, и я отпустил его. Он поднялся и выдал:

— Понимаешь, просто я — сын правителя. Наследник. Прости, что сразу не сказал. Папа хотел, чтобы я нашёл себе соратников. Тех, с кем потом буду править. Он считает, что самый лучший доверенный круг формируется из друзей.

Я сразу заметил парню:

— В этом случае лучше всего, чтобы тени с самого детства росли вместе с принцем.

Гай резко шагнул ко мне, вглядываясь в лицо.

— Откуда знаешь? Тебе твой отец рассказал?

Я только хмыкнул.

— У этого фиг узнаешь хоть чего-то, — раздражённо высказался, недовольно вспоминая нынешнего родича. Потом до меня дошло, кого же я метелю.

Решил: надо себя прорекламировать.

— Я сам додумался.

Гай сел на свою кровать и, ссутулившись, тихо выдохнул:

— Вот и мой отец думал так же. Но это ужасно больно видеть, как всех моих друзей один за другим убили. — Он поднял голову и тоскливо посмотрел.

— Значит, дружить с тобой чревато смертью? — уточнил я.

— Поменяешь комнату? — тихо спросил, как оказалось, будущий король.

— Ещё чего? Как я, по-твоему, буду присматривать за сестрой, если без тебя меня в её общежитие не пустят? Так что я остаюсь. Лучше скажи: тебя как наследника, очевидно, обучали самые лучшие учителя? В чём ты хорош? — Гай удивлённо взирал на меня.

— Мёртвому, знаешь ли, ни сестра, ни знания не понадобятся. — Умный в этой стране будет король. Даже больше: мудрый. Его слова показали, что он парень хороший. Я ещё до этого решил дружить с ним, а теперь укрепился в этом решении намертво… как символично…

— Гай, я справлюсь с этой дилеммой. Так что говори: тебе есть чем поделиться со мной? — Бугай больше не спорил.

Я начал перечислять и после окончания уверенно сказал:

— Будешь помогать мне во всём этом. Но вначале и больше всего будешь подтягивать меня с клинком.

Гай хохотнул:

— Знаешь, с тобой я не чувствую себя наследником. Ты так уверенно командуешь, будто наследник здесь ты.

Я не собирался теряться или тихариться.

— Учись, пока я жив, — уверенно сказал.

Потом понял: про «жив» было лишнее, и увидел, что глаза Гая заблестели. Так, ещё его нытья мне не хватало. Я не нянька сопливым принцам.

— Утром начнёшь меня тренировать. Когда здесь кормят? Или тут приветствуется диета? Я бы с удовольствием пожрал.

Мои слова отвлекли наследника, и я услышал урчание его живота.

— Я бы тоже поел чего-нибудь, — сказал он неловко.

— Вы все здесь изъясняетесь, как барышни? Не «поел бы», а «пожрал». Мужики жрут и хотят жрать, — начал я учить своего нового друга плохому.

Пусть становится мужиком. Нечего тут реверансы разводить. Мы не девки. Он бы ещё задницу попой назвал. Если услышу, то точно надеру ему эту самую попу.

— «Вы все» — ты имеешь в виду поступивших? Здесь — это в Корпусе? — начал пытаться понять меня парень. Но я махнул рукой и вышел искать столовку. Гай поплёлся со мной.

Но вначале был сбор. Поступивших собрали на большом полигоне. Все преподы выстроились в ряд. Главный над всеми толкнул патриотическую речь, из которой я уяснил главное: здесь где-то с кем-то вовсю идёт война, а я не рублю тему.

Так вот почему самые влиятельные семьи отправляют своих детей сюда на учёбу! Армии нужны офицеры. И чтобы они стали толковыми парнями, а не кем попало. Иначе из-за неправильных решений командиров потом гибнет слишком много сражающихся. С этим я был согласен на все сто. И поддерживал, что из пришедших сюда будут всю дурь не просто выжимать, а выдавливать. Одобрительно кивал такой речи.

Правда, я был такой один. Оказывается, изнеженными сыночками и дочками тут было большинство. И от них исходил протестующий ропот. Но я стоял в конце толпы, и другие не видели меня. А Гай только поглядывал, не выражая ничего. Роптать, как остальные, он не мог. Но и быть выжатым ему, видимо, не улыбалось.

Когда торжественная речь кончилась, учащихся пригласили на праздничный ужин в столовую. Но тут же было объявлено:

— Дикий из рода Дайкари, подойдите к ректору! — пришлось остаться и ждать, когда толпа рассосётся.

Гай остался со мной. Шепнул:

— А вдруг это из-за меня. Я за тебя заступлюсь. — И он ждал вместе со мной.

Толпа разошлась, и нам открылась шеренга преподов с ректором посередине. А рядом с ним стоял мой типа отец. Жесть… Какого чёрта… он тут забыл?

## НАКАЗАНИЕ


Я зверем посмотрел на папаню. Сдать меня пришёл? Трепло поганое… Решил всем донести, что его сын — слабак и трус? Как я ненавижу стукачей… Молча ждал, что мне скажут. Преподы тоже стояли и молчали. И ректор — также. С интересом смотрели на меня. И чего ждут? Пока у меня нервы сдадут? Зря надеются старички… Наверняка их нервишки более расшатанными будут.

Я засунул руки в карманы и стоял, качаясь с носка на пятку. А что ещё делать, если эти тормозят и никак не толкнут свою воспитательную речь…

— Не ругайте его… Он меня защищал… — вдруг услышал я слова Дианы.

Закатил глаза. И эта здесь… И чего её сюда принесло? Защитница на фиг…

Но ректор отмер и наконец соизволил высказаться.

— Ругать я не собирался, а вот наказать придётся, — спокойно озвучил он.

Тут уже вперёд шагнул Гай.

— Если это из-за меня, то не надо его наказывать, — попросил громила.

Он даже кулаки сжал, переживая за меня. Я его дважды валял, а он заступается. Ну и парень! Но события развивались своим чередом. Ректор не проникся заступничеством принца. Он строго сказал:

— Это не из-за тебя, а из-за правил Корпуса. Запрещается устраивать драки вне полигонов. Хотите размяться — выходите в специально отведённые места.

Вот оно тут как… значит, махаться можно, только надо заранее забивать стрелку и устраивать махач на площадке. Замётано. И я решил всё же отстоять себя:

— Вообще-то на первый раз можно и предупреждением отделаться. Я же не знал ваших правил.

Ректор усмехнулся и был непробиваем, как скала.

— Вот и запомнишь правило. Кроме тебя, никто в первый же день не подрался. Так что будет наглядный пример.

Как всегда, находят козла отпущения. Ну ничего… я справлюсь… А вы, придурки, ещё попляшете со мной… Я стал внимательно слушать, как же меня накажут, и уже планировал свою страшную мстю.

— Сегодня вечером и завтра утром вы будете кормить и выгуливать моего арнара.

С его собакой погулять разве больше некому?

— А вы сами, значит, не можете? Или просто не судьба? — язвительно заметил я.

Раз арнар его — значит, он и должен с ним сам ходить. Ректор только хмыкнул на мою язвительность.

— Запомните, Дик: при следующем наказании вы будете кормить и выгуливать его неделю.

После этого он развернулся и ушёл.

Все остальные последовали за ним. Только папаня задержался. Он как-то сочувственно смотрел на меня. Я раздражённо рявкнул ему:

— Чего тебе?

На мою грубость он сжал губы и молча ушёл.

Я повернулся к Гаю и Диане. Эти тоже смотрят с сочувствием. Да что такое?

— Умер, что ли, кто-то? — зло спросил я. Но эти паршивцы не поменяли выражения лиц.

— Дик, я бы тебя поддержал в любом наказании. И помог с ним. Но, прости, к арнару я не пойду. Прости! — аж дважды извинился Гай.

— Да ладно… я сам справлюсь, — удивлённо протянул я.

Принц даже выдохнул. Будто ждал, что я всё же буду просить его идти с собой.

— Дик, я тебя очень люблю… и мне очень приятно, что ты заступаешься за меня и… заботишься обо мне… — начала Диана и замялась.

Я с насмешкой закончил за неё:

— Но к арнару ты со мной не пойдёшь.

Их реакция вызвала у меня улыбку.

— Ну если ты хочешь, то я попробую… — как-то неуверенно блеяла она. Я рассмеялся.

— Гай, проводи смелую девушку до столовой, а потом к её комнате. И смотри, чтобы её никто не обижал. Хотя думаю, что пока она рядом с тобой, никто не осмелится на это.

Нужного я всё же друга завёл! Гай с рвением собирался выполнить мою просьбу. А Диана перед уходом поцеловала меня в щёку. Прикосновение тёплых девичьих губ немного меня слегка смутило. Но я отбросил это и пошёл искать того, кто подскажет, где арнар ректора. Уже даже интересно было, что там за жуть, если даже Диана не хотела к нему идти.

— … ***** твою же мать… ***** — громко и проникновенно вырвалось у меня, когда я всё же увидел арнара.

Хорошо никого рядом не было. Провожатый только довёл меня до ангара, где в клетке сидела эта живность. Выгуливать предстояло в самом ангаре, в крытом саду.

Довольно симпатичный. Вот только питомец ректора подкачал. Я никогда особо не боялся пауков. Наоборот, прикольно было, когда, увидев маленькую живность, все девки визжали во всё горло. Но этот паук арнар куда как больше меня размером. И если для кормёжки мне выдали большое ведро с мясом, то как его выгуливать? Видимо, я должен был это знать. А я ни фига не знаю. И чувствую, что жить очень хочется.

## Я ХУ!!!


— Я ху… — орал я во всё горло и заодно матерился во весь голос. Это так я верхом на пауке катался по оранжерее. А чё… нормально выгуливается паук… Разве кому-то что-то не нравится? Меня всё очень устраивает!!!

Конечно, я не сразу додумался оседлать мохнатого. Обрадовался, что при виде паука не наделал в штаны. Подумал, что побыстрей покормить его будет решением самым правильным, и накидал ему мяса в клетку. Наблюдал, как лапы с когтями на концах подтягивают сочащиеся кровью куски к огромным жвалам. Честно, волосы у меня вставали дыбом. Причём по всему телу. Я, не сдерживаясь, ругался и радовался, что меня никто не видит.

Но про то, что паука надо выгулять, я не забывал. И это была проблема. Я совершенно не знал, как это сделать. И тут мой зверь спросил:

— Хочешь, я припугну его?

Вообще-то я хотел… очень хотел… но не был уверен, что выйдет.

Мои отношения с медведем складывались сложно. Кто-кто, а он сразу понял, что я не бывший, а новый хозяин тела. Даже попытался меня выжить. Нервов мне потрепал знатно. Частичная трансформация возникала в самые неподходящие моменты. Это просто бесило. Но моя сила воли не дала медведю шанса. Я справился с его выкрутасами, и он начал искать ко мне подход. Потому что, желая отомстить (а заодно и приручить), я отказывался оборачиваться и выпускать его. Он долго договаривался, и наконец у нас сложилось перемирие. Теперь же, видимо, он решил подружиться. Ну что ж. Это будет кстати.

Не знаю, как со стороны выглядит мой медведь, но паука он напугал. Того аж стошнило от ужаса. Я обернулся обратно парнем и пригрозил, что снова стану медведем да ещё и лапой ему двину, если не будет послушным. Тот меня понял, и я неожиданно услышал в голове слова согласия.

Паук заговорил со мной. Вот тогда я подумал, что покорность надо доказать, и заставил паука посадить меня на его спину и катать по оранжерее. Жутко, конечно, до ора. Что я и делал… орал вовсю…

Вдруг дверь оранжереи распахнулась, и на пороге появился ректор…. Глаза его расширились, когда он увидел нас. Потом он затрясся. Покраснел… побелел… наконец выдал:

— Что ты делаешь… как ты посмел… — А потом как заорёт: — Во-о-о-он…. пошёл вон отсюда!.. Чтобы я больше никогда тебя даже близко не видел с Арникой…

Это его арнара на самом деле зовут Арника? А впрочем, голос в моей голове был девичий.

Я слез со страшилища и погладил его:

— Ну давай… Без обид, ладно? Ты напугала меня, а я тебя, ну и плюс — компенсация за испуг.

В голове раздался смешок:

— А мне ты как компенсируешь? Тоже покатаешь?

Я толкнул волосатый бок:

— И не надейся. Но приду ещё просто потрепаться. Ты классная!

И почувствовал в ответ волну согласия.

Плевал я на приказ ректора. К Арнике я ещё прошмыгну. Ничего так девчонка.

Я пошёл к выходу из оранжереи. Когда поравнялся с ректором, тот схватил меня за грудки. Я моментально зарычал и выпустил когти. Арника с писком испуга в один миг оказалась рядом и подцепила рукав ректора, чтобы оттянуть его руку. Тот удивлённо осмотрелся и пустил меня. Потом сказал серьёзно:

— Если бы ты не напал на принца, то на твоё поведение смотрели бы проще и наказывать не пришлось. А так нам вроде и нельзя оказывать наследнику какое-то особое расположение, правила Корпуса так прописаны, в то же время оставить без предупреждения тоже было невозможно.

Я не собирался брать на себя его головную боль. Выслушал и спокойно ушёл. Только сказал арнару спасибо. Она это заслуживала.

От праздничного ужина, конечно, ничего не осталось. Кроме фруктов, похожих на яблоки, не завалялось ничего. Я подкинул и поймал одно. Потом с удовольствием вгрызся в мякоть. Вид как у яблока, а вкус другой. Тут, скорее, смесь. Яблоко и банан. Ничего так. На ужин сгодится. Я забрал всё оставшееся и потопал в свою комнату.

Там ждало неприятное открытие. Сидела заплаканная Диана и Гай с фингалом. Вот те на! Приплыли… Что за дерьмо?

— Кто? — только и спросил я.

И услышал неприятный ответ:

— Мой брат. Кровный. Между нами давно вражда. Он решил, что Диана — моя девушка, и оскорбил её. Я вступился, и он ударил меня.

Понятно. Я сразу вспомнил свою смерть. Как там?.. «Братья — это убийственно»… Что ж… ничему меня жизнь не учит… Пойду бить морду ещё одному брату.

— Номер его комнаты? — рыкнул я.

— Дик, не ходи! — попросила Диана, вытирая глаза. — Я сама разберусь. — Она пыталась казаться храброй.

— Я тебе «разберусь»!.. Даже не думай… Вот будут у вас с ним совместные спарринги — тогда разбирайся. А твою честь я должен отстоять.

Гай назвал номер комнаты и предупредил:

— У нас разные матери. Его мать умерла, и поэтому отец сильно опекает его. Так что в этом случае арнаром ты можешь не отделаться.

А я вспомнил свою новую подругу Арнику и улыбнулся:

— Где наша не пропадала!

Диана только глазами на меня хлопала. Гай кивнул.

Комнату нашёл быстро. Напал без предупреждения. Но тут было не всё просто. Вот у кого из братьев тени выжили. Три парня слаженно надвинулись на меня. Как единый организм с принцем. Видно, что с детства вместе и привыкли многое делать командой. Почувствовал острый укол недовольства. Это у Гая должно быть так. Ведь у него только его друзей убили. Теперь понятно, почему он такой подавленный и растерянный. Ничего… Я приведу его в норму. Наберём для него новую команду и сплотим не хуже этой. А с этой я сейчас разделаюсь. Хотя, конечно, будет туго. Уж очень они едины. В этом их большая сила. Но я справлюсь.

## ДВА ПРИНЦА


Напали они одновременно. Я этого ждал. Выбрал самого крупного. Для усиления удара использовал его кулак. Поймал руку и, вывернув болевым приёмом, зажал. Парень, не видевший подобного, от шока стал куклой в моих руках. И вот, отодвинув ногу как рычаг упора, я крутился и вращал его вместе с собой. Его пудовыми кулаками я дубасил его же друзей.

Получив по мордам, те были дезориентированы столь неожиданными действиями. Ещё больше вывернув захваченную руку парня, сместил её из сустава, и тот заголосил от боли. Отшвырнув деморализованного соперника, приготовился ловить ещё одного. Если надо будет, я не только выверну всем им руки, но и сломаю.

Принц вместе со всеми несколько раз получил по морде и сейчас смотрел на баюкающего руку товарища. Наконец он сообразил, что договариваться надо миром.

— Ты кто такой? Чего тебе надо? — спросил он меня.

— Мне надо, чтобы ты извинился перед моей сестрой. Ты оскорбил её сегодня, — хмуро произнёс я.

Быстрого согласия от принца я не ожидал. Он и не хотел соглашаться. Но когда я шагнул на них, то они уже не рвались вперёд. Непроизвольно шарахнулись от меня, и я увидел заалевшие от стыда щёки. Парни, стараясь исправиться, неуверенно приблизились, но принц оказался не так уж и плох.

— Я извинюсь. Пошли! — принял он решение, и я повёл его в свою комнату. Тени шли следом. Даже тот, чья рука была вывихнута.

Диана приняла извинения, но выглядела при этом совершенно ошарашенной. Только я не ограничился одними извинениями. Уверенно приказал принцу:

— Проводи её до комнаты. Из-за тебя она плакала. Надеюсь, такое больше не повторится.— Принц даже не поморщился. Кивнул и пропустил Диану вперёд.

— Дик… — бросилась ко мне и прижалась, сияя глазами.

— Я устал. Хочу спать. Да и тебе отдыхать пора. Иди к себе. Увидимся завтра, — сказал я ей.

Её сияющий взгляд впервые не напомнил мне маму. Мама по большей части была сосредоточенной и строгой. Она заботилась обо мне, в этом проявлялась её любовь. Я замечал, что она могла ходить в латаных ботинках, но мне она обязательно покупала в школу хорошие вещи. Я никогда не выделялся в худшую сторону. У меня был такой же смартфон, как у всех, и вся необходимая техника и шмотки. Но сама она долго ходила со стареньким телефоном, пока я не подрос до получения паспорта и не начал подрабатывать. Тогда я сам купил ей хороший телефон. Её глаза были полны слёз, когда она взяла его в руки. Она была очень сдержанной: я не видел ни её слёз, ни её улыбок.

Я обнял ладошки сестры. Оторвал от моей груди и вздохнул. Тяжело ей со мной придётся. Не реагирую я на неё так, как ей хочется. Но я как смогу постараюсь компенсировать это чем-то другим.

Когда мы разобрали свои постели, Гай вначале спросил про наказание и то, как я справился с пауком. Я не стал распространяться о своих методах усмирения чудовищ и предложил спать. А вот после его просьбы учиться дракам отложил разговор на утро. Если встанет, то будем смотреть. Может, он меня на мечах будет учить, а я его — самообороне без оружия? Для этого многое из самбо придётся вспомнить. Но и с этим я справлюсь.

Утром, проснувшись ни свет ни заря, я посмотрел, как Гай резво вскакивает. С щенячьим восторгом он спросил, согласен ли я его учить. Тут уж ничего не поделаешь. Придётся. Но я потребовал в обязательном порядке ответного обучения мечом. Он дружелюбно согласился, и я потащил его, полусонного, на пробежку и растяжку. Он даже не начинал ныть — так сильно хотел учиться незнакомым приёмам. Был сосредоточен и собран. Я нашёл подходящий полигон, и мы пробежали достаточно кругов, чтобы взбодриться.

Затем начал упражнения на растяжки и разные стойки. Гай старался повторять за мной, хотя я видел, что это для него в новинку. Размявшись, предоставил ему первенство, и он начал учить меня искусству мечника.


## ПОЗАНИМАЛИСЬ


Гай нападал медленно и при этом объяснял, что меч надо держать под нужным углом. Иначе он просто развернётся плашмя, и нужного результата не достичь. Сразу пришлось поменять положение оружия. Я его держал неправильно.

Также Гай обратил моё внимание на то, что его меч хорошо заточен. Он сам его точит после каждой тренировки. А моё оружие, как оказалось, давно не точилось и уже практически не годно. Потому что оружие надо затачивать постоянно. В затупленном виде оно неэффективно.

Взял всё это на заметку. Сегодня буду сражаться тем, что есть. Но потом исправлюсь. Здесь явно необходимо владеть мечом в совершенстве. И я обязательно к этому приду.

Мы тренировались дальше. Теперь я внимательно следил, чтобы плоскость клинка совпадала с плоскостью удара. Также в этой плоскости должна находиться и сама цель, и кисть, и рука, направленная для удара. Иначе большого урона не нанесёшь.

Я всё это запоминал и поворачивал всё как нужно, но подобный навык вырабатывается долго и трудно. К счастью, оказалось, что он у меня был. Необходимо было только вспомнить. Я весь взмок, пока *****-муха вспоминал… К счастью, парень до моего появления в его теле не совсем даром терял время.

Кроме того, Гай объяснял про нужные стойки для более серьёзных ударов. И что надо отодвигать ноги для упора и обязательно держать всю ступню прижатой, чтобы в нужный момент был необходимый упор и не было риска потерять равновесие и быть поверженным самому.

Но Бугай заметил, что многое я отлично делаю и без меча. В этом он прав. У самбо тоже хорошие стойки, и одно искусство никак не мешает другому, а скорее помогает.

Ещё Гай объяснил про скорость и реакцию. Во владении мечом они играют важнейшую роль. Чем скорее среагировать и стремительней нанести удар, тем сильней и смертоносней он будет. Но Гай уже заметил, что у меня и с реакцией, и со скоростью всё отлично. Он считал, что дело за малым. Просто оттачивать всё до рефлексов.

Мы около часа тренировались с мечами. Я вспомнил очень многое, что умело это тело, и Гай подтвердил: у меня всё совсем неплохо.

После этого мы отложили железяки, и свой урок начал я. И начал с того, как увеличивать силу удара. Способов достаточно. Надо увеличивать свою силу. Использовать силу противника — либо ослаблять противника.

У меня в том мире, где я учился, все знали: постоянными упражнениями можно и нужно увеличивать свою силу. Но это не всё. Силу приёма можно увеличить, удлинив свою руку рукой противника и сделав из него рычаг. Я показал, как это выходит, и мощный Бугай ласточкой перелетел через меня. Потом я показал стремительный удар в шею, который мог убить противника. Не донёс руку, остановил за пару миллиметров.

— Мне с тобой даже как-то страшно, — прошептал принц.

— Скоро ты сам себя бояться будешь, — сказал я, поднимаясь.

— Всего второй день здесь, а никак не можете угомониться, — услышал я голос от калитки, ведущей на полигон.

Это был ректор. Я посмотрел на него и нагло спросил:

— Накажете? Как там Арника поживает? — Ректор заскрипел зубами, но постарался справиться с собой. И заговорил даже как-то миролюбиво. Что-то ему от меня надо.

— Дикий, вы ведь неплохо справились с кормлением и выгулом арнара. Сегодня завершающая часть наказания. Идите в ангар.

О как… Что-то мне подсказывает, что Арника сама его об этом попросила. Мы точно подружимся с мохнатой.

— Иду, — сказал я ректору.

Но перед уходом, не скрываясь, напутствовал Гая:

— Не показывай ему то, что успел узнать. Это будет умение только для твоей защиты. Незачем другим знать о нём.

Гай кивнул в знак согласия, и я ушёл. Уверен: ректор точно попытается выпытать у принца хоть что-то. Но Гай не дурак. Погибли его друзья, и их потеря сделала его умнее и во сто крат осторожнее. Он сумеет сохранить новые знания в тайне.

## МОЯ КРОВЬ!


Арника была в клетке, но уже накормлена. И сама подтвердила, что ждала меня:

— Я сказала, что буду гулять только с тобой. Хочешь прокатиться снова? — услышал её слова в голове.

Без сомнений согласился. Открыл клетку, выпуская её, и разглядывал вблизи. Вчера я был скорее в шоке и старался всё же поменьше смотреть. Но теперь, видимо, буду привыкать, так что разглядывал внимательно.

Зрелище на самом деле жуткое. Но иметь такую жуть в своих друзьях — это та ещё крутень. Так что я не смущался. Не только смотрел, но ещё и потрогал. Паучиха, наплевав на все законы джунглей, начала позировать мне.

Спрашивала, что показать. Как повернуться и где что приподнять. Я даже залез ей под брюхо, разглядывая везде. Она показала мне свою паутину и как её вытаскивает. При таких размерах это была верёвка. Я также осмотрел её жвала и увидел яд. Она сама попросила меня быть осторожней, но я всё равно укололся. Правда ядом не задело, но кровь выступила.

Она, круто работая со своей нитью, как-то странно её распластала так, что можно было обмотать, как повязкой. Мне это, само собой, не пригодилось. На мне ведь всё заживает, как на… оборотне. Но всё же для меня это всё в новинку. Само собой вырвалось: