Демитрикая 4: Падение во тьму

Глава 1: Ночной промысел

Молчаливо ступая тяжёлой поступью, отряд рыцарей смерти шёл уже по протоптанной тропе вдоль небольшой речушки, что протекала на границе Империи Ночи и Доминиона людей. Утренний лес был сырым и неприветливым, остатки тумана расползались по углам и кустам. Окружающая обстановка совсем не располагала к хорошему настроению у двух единственных членов отряда, что имели свободу мысли.

– Капитан, мы только пришли на ставку и сразу обратно, – недовольно воскликнул молодой лекарь отряда из человеческих слуг вампиров. – С чего это?

– Таков приказ, – просто и скучно ответил ему чуть менее молодой капитан отряда из расы вампиров. – Сказали возвращаться, значит надо. Не сломаешься.

– Вдруг и сломаюсь? – возразил человек, чтобы хоть как-то разбавить нудный поход. – Это эти увальни могут три дня ходить без продыху, – продолжал он жаловаться. – А мне тяжко, устаю я. Человек всё-таки.

– Туда шли, ты ныл о внеплановом дежурстве и что там холодно, – продолжал диалог вампир. – Вот обратно в тепло идём, так чего ты не доволен?

– Я всем недоволен, человеком не так просто быть то, знаете ли, – отвечал собеседник ему на ходу. – Я мёрзну, хочу есть, устаю в конце концов. У меня жизнь не так длинна, чтобы тратить её на всякие внеплановые патрули, дежурства и бесполезные прогулки.

– Ну что поделать. Сам виноват, надо было в фермеры податься, – усмехнулся бессмертный. – Старайся смотреть на всё более оптимистично.

– Как будто у меня был выбор, куда податься, – тихо пробормотал себе под нос слуга и уже более громко продолжил. – Да как-то не выходит смотреть оптимистично.

– Будь более дальновидным, – всё тем же скучающим голосом отвечал лидер отряда рыцарей смерти, убирая пышную ветку, что преграждала ему путь. – Смотри, внеплановым дежурством нас отправили подальше от Свят-Кови, а там сам теперь знаешь, что произошло. Если бы мы в городе были, то тебя наверняка убили бы, – начал разъяснять свою точку зрения капитан. – Удача улыбнулась, в общем, как бы это эгоистично не звучало.

– Так-то да, – согласился молодой человек.

– Ты всю дорогу туда жаловался, что из-за спешки не успел тёплых вещей собрать, и ныл, что наверняка заболеешь и умрёшь, – продолжал раскладывать ситуацию по полочкам вампир. – Вот теперь несёшь свою задницу в тепло, вместо того чтобы на ставке месяц морозится. Так что радуйся и не ворчи. Там тебе и тепло, и еда будет, и женщина, может, со случайного каравана перепадёт.

– Да так-то я рад, конечно, – кивнул человек, следуя за своим капитаном. – Просто не люблю это пустое хождение туда-сюда.

– Хочешь я тебя убью? – спросил вампир, оборачиваясь на лекаря. – Быстро и безболезненно, раз ты так сильно страдаешь.

– Нет, спасибо за предложение, но вынужден отказаться, – поспешил ответить человек, не поняв, что это была шутка.

Он поскользнулся на влажной листве и чуть не упал на землю, но идущие рядом рыцари смерти подхватили лекаря и удержали от падения. В его ноше что-то громко звякнуло при столь неосторожном манёвре.

– Если тебе так тяжело, то отдай свой короб увальню, пусть несёт, – сжалился над ним капитан. – Налегке идти проще будет.

– Мне же нельзя, – недовольно буркнул тот в ответ. – Сами прекрасно это знаете.

– Я никому не скажу, – произнёс вампир и снова выдвинулся вперёд.

– Не, – протянул лекарь. – Они сейчас опять белки испугаются, за мечи схватятся и всё! Побьёт мне там все склянки да реагенты. Меня же тогда как лимон выжмут за порчу государственного имущества.

– Ну как знаешь, – пожал плечами вампир. – Под ноги тогда смотри внимательней.

– Хорошо бы привал устроить, – решил всё же намекнуть человек лидеру отряда. – У меня ноги скоро отвалятся.

– Не раньше, чем через час. Там опушка удобная, – ответил вампир и усмехнулся. – Ягод пожевать себе насобираешь хоть.

– Спасибо, меня это более чем устраивает, – заулыбался молодой человек. – Так я так и не понял, чего это нас обратно дёрнули?

– Да всё это из-за ситуации в Свят-Кови и эльфов.

– Остроухие то тут причём? – вопросил собеседник у лидера отряда.

– Делегация идёт, ушей триста не меньше во главе со своей новой жрицей, – начал пояснять капитан человеку. – Приказали явится на пост вот, чтобы спокойно всё прошло, а то мало ли. Ещё и конфликта с ушастыми не хватало.

– Жрица? Это верховная которая? Их новый правитель или что-то в этом роде? – заинтересовался молодой лекарь.

– Да вроде так, я не вникал, – ответил вампир. – Мне как-то не особо интересно, что у остроухих происходит.

– Понятненько, – заключил человек.

Вновь воцарившемся молчании отряд рыцарей смерти продолжал всё так же продвигаться по сырому утреннему лесу.

Когда отряд бронемишек прошёл, я с облегчением скинул с себя здоровенный куст, корневая система которого просто кишела муравьями. Мне повезло, что корни были мочковатые.

Ты чего тут решил козырнуться знаниями биологии из шестого класса? Мозг, не уверен, что из шестого – это раз. А два – я что зря учил! Пригодилось вот. Ну-ну… ты выглядишь слишком жалко, когда пытаешься убедить сам себя, что ты умный. Да-да, я идиот и всё-такое. Можешь не продолжать.

Выдернув несчастный куст, я получил большую яму под камнем, в которой и смог спрятаться от патруля, водрузив само растение на себя.

Чёрт, а по факту это было очень близко к тому, чтобы облажаться. Ну тут ты прав, повезло, что они были не столь внимательны. И не использовали зрение жизни, и не услышали сердцебиение остальных. Затрика там, например, вот он сейчас ссытся наверняка. Согласен в принципе, слушай, давай пореже функционируй – раздражаешь. Глядите, какие мы нежные стали.

Обойдя каменное нагромождение, я нащупал в листве край тента и сдёрнул его со своих спутников, при этом поднимая в воздух листопад.

– Спите что ли? – усмехнулся я, глядя на них.

– Уснёшь тут, как же, – проворчал орк, при этом скривился от боли, но быстро совладал с собой.

Половник Ангелов звёздного неба вообще держался эти дни молодцом. Учитывая, в каком ужасном состоянии он был даже после лечения Рейне.

– А я вот почти задремала, – улыбнулась Афелия, смотря своими слепыми глазами сквозь меня. – Шпартко очень тёплый.

Хреново, здоровяк-то наш температурит. Сейчас по-смешному, как от насморка, помрёт. Ладно, замечание дельное, прощён, но помолчи впредь.

– Где эта шмаказявка? – уже со злостью в голосе стал я озираться по сторонам. – Затрик! Мать твою за ногу тридцать три раза, плешивая собака!

– Ругаться будешь, Ал? Да? – с виноватым лицом выполз гоблин из соседнего буерака. – Они быстро так появились. Я не виноват же, а? Я только на секундочку моргнул, да и вот они уже.

– Знаешь, как это происходит? Заходят сюда, вот прямо сюда, и режут, режут вас. Одного за другим режут, от уха до уха! Как свиней! Из-за одного дебила, как ты! Который заснул на посту, – разразился я гневной речью. – Затрик, ещё один подобный залёт, и я тебя так сильно пну, что улетишь, как пятачок, за линию горизонта. Понял?

Разрешите вставить ремарку. Нет. Неважно. Первое, ты чего командира девятой роты процитировал? Второе, он не знает про полёты диснеевского пятачка. Так что угроза так себе. Извилистый, первое – вроде как да. Второе, пятачок лишь для обозначения, основное действо он понял.

– Ну, Ал… Ну правда, а…

– Хватит уже ругаться, всякое бывает, – произнёс Шпартко, с трудом поднимаясь на ноги.

– Да не злись так сильно, – так же вступилась за гоблина Афелия.

О ты ж гляди – бунт на корабле! Заткнись уже.

– Я тебя предупредил, – недовольно, но всё же более спокойно сказал я сорок второму гоблину из своей династии. – Ты пока себя показал, как самый бесполезный в этом предприятии.

Эй! Эй! Дружище, ты давай полегче-то. Насел на бедного сказочника, расстроится же. Извилистый, мне сейчас плевать. Мы из-за него чуть на рыцарей смерти не нарвались. Мы сейчас не в том положении, чтобы воевать. С момента бегства из Свят-Кови мы кое-как ковыляли к границе. План был прост, как швейцарские часы… Они сложные вообще-то в своём устройстве. План был просто прост… Вот так лучше. Нелегалами мы проходим на территорию Доминиона, и там уже пара дней до Асира. Зализать раны, подзакупиться немного, и уже дальше возвращаемся на маршрут.

Ножей мы больше не встречали, видимо, они потеряли наш след в том хаосе, а Мёрдер держит слово о форе. Также беспокоил тот факт, что леса прочёсывают рыцари смерти и девятые наверняка. Это был первый отряд, что мы встретили, и тот, судя по обрывкам их разговора, шёл не по наши души. Надеюсь, что им и дальше всем будет лень или же они решили, что это пустое дело, и я умерцал в свою обитель зла.

Наше маленькое путешествие больше напоминало шоу о выживании в дикой природе, не имея практически ничего, мы как-то выживали. Сказал-то как пафосно. На второй же день, когда все замёрзли, из халупы Кондраши одеяла и подушку притащил. Костры магией разжигал, а охотиться с нечеловеческими рефлексами и зрением жизни – плёвое дело. Ну Афелия отлично пресную воду находила. Вечно ты всё преподаёшь в негативном ключе, до этого, во-первых, додуматься надо было, во-вторых, это не так-то и просто. Мне надоело твоё «во-первых», «во-вторых», тебя тоска что ли укусила? По спискам тут всё раскладываешь. Если бы ты был чуть умнее, то додумался бы мерцать по тавернам и мясным лавкам. Тупо воровать хотя бы еду и выпивку. Предъява про укус засчитана. Я и сам стал это замечать. Блин, ну вот теперь додумался до столь великолепной идеи. Это я придумал! Ты это я забыл? А ты ж, чёрт, меня моим же оружием. Хе-хе-хе… Ночью этим и займёмся, денег-то у нас нет особо пока. Вот и появятся, возможно. Ну всё, в стан злодеев переходим потихоньку. Вынужденная мера, что поделать. Кстати, тогда надо засветиться где-нибудь на другом конце континента, чисто на всякий случай, чтобы сбить всех с толку. Тогда уж лучше в нескольких местах. Хорошая мысль, мозг! А стоп, это моя мысль. Ну всё… Здравствуй, друг сердечный мой – шизофрения. Давно не виделись. Господи, в какой же дурной голове я нахожусь.

Так, всё, отставить бред. Логика, вперёд.

Интересно, ножи в курсе, что именно я Афелию сопровождаю, тогда и их запутать удастся. Или же Мёрдер сохранила это в тайне. Тебе ли не всё равно? Нет, житель о всея мои головы. Если они знают, то это печально. У меня репутация зловещая немного. Решат, что я крут, как спрут, и пришлют уже не шушеру, а с десяток мощных ниндзя. Таких мощных, что аж с двумя «щ».

Хм… В Твайледфоле был парень один хитрый, он может помочь с дезинформацией. Главное, чтобы он сам ножом не оказался.

Кое-как перебравшись через ледяные воды пограничной реки, мы незамеченные направились уже в глубь земель людского Доминиона. По факту я планировал два-три дня пробираться напрямик через бурелом до Асира. Там уж пару дней отлежаться, ибо это просто необходимо, а там уже, пополнив припасы, дальше в путь. Шпартко хоть и не показывал, но был в плачевном состоянии, нашему импровизированному отряду приходилось подстраиваться под его ковыляние. Затрик пытался быть оптимистичным, но по его виду и шуткам не впопад было понятно, что он тоже на пределе уже. Афелия… Афелия всё же девочка и быстро уставала, большую часть пути я нёс её либо на руках, либо на горбу, вдобавок она начала мёрзнуть черезчур. Да, стало, конечно, холоднее, но Афи ближе к ночи начинало прямо знобить, что и вызывало ещё больше беспокойства за неё. Я же как вампир холод ещё пока не воспринимал, вот как до нуля температура упадёт, тогда уж и начну ёжиться. Физически я более-менее восстановился, хоть и вид у меня был отвратный, в общем, имел самый свежий вид в нашей компании. Моральный дух по итогу на нуле, не хватало хорошего отдыха, ванны и мягкой постельки.

Кофе, массажа и секса ещё не хватает насяльника! Ну ты, блин, губищу-то тут раскатал. Я уж и не помню… Давай не будем о грустном.

Хорошо, что хоть я, осознав все прелести мерцания вовремя, так сказать, стал по ночам немного промышлять, и мы стали питаться более-менее. Только мне каждый раз с этого было очень стыдно. Никогда не думал, что стырить еду в моральном плане будет тяжелее, чем убивать. По-моему, ты без зазрения совести просто хватал всё быстренько и сваливал. Ага, чтоб совесть сразу не замучила, но потом уже есть сопроводительное послевкусие. На сытый желудок путь сразу стал полегче, но не быстрее. К предместьям Асира мы уже добрались к вечеру третьего дня.

– Так, смотрим все сюда, это город, – собрал я своих спутников возле себя и нарисовал на земле круг.

– Не, не! Не похоже, вот совсем, да, – гоблин корявым пальцем добавил ещё неровный треугольник к моему кругу. – Он более вытянут тут, центральная аллея как-никак, а.

– Да, думаю, и здесь он тоже более угловатый, – орк тоже внёс свои коррективы в мой рисунок.

– Может мне вам ещё деревца и домики с табличками нарисовать, улочки там с лавочками? – раздражённо выговорил я. – Это образное обозначение было, просто для общего понимания.

– А… образно, – протянул Затрик. – Так бы сразу и сказал, да. А то вот Асир, а это не Асир, и всё, с этого момента всё пропало и неправда, да?

– Помолчи, пожалуйста, – спокойно попросил я своего спутника, но всем своим видом показал ему стойкое желание сделать с ним что-нибудь нехорошее.

– Да, да… Молчу… – закатил сорок второй гоблин из своей династии глаза.

Весь его тон так и вонял издевательскими нотами, видимо, хотел выбесить меня ещё больше, но я всё же сдержался. Афелия же расплылась в еле заметной улыбке и по-дружески толкнула Затрика.

– В общем, как вы заметили уже, наверное, ножи на нас не нападают уже значительное время, хотя для них сейчас самое время, – начал я подводить к основному издалека. – Думаю, у них просто большая сеть информаторов, так они нас и находят. Поэтому, как только мы зайдём в город, то сразу попадём в их поле зрения.

– Может тогда не пойдём туда? – спросила наша слепая спутница.

– Я бы тоже не хотел, – вздохнул я. – Но это необходимо. Афи, нам всем нужен отдых, особенно Шпартко.

– Да чего там, ради безопасности… – попытался отмахнуться орк.

– Нет, – перебил я его твёрдым и нетерпящим каких либо отлагательств тоном. – Не нужно сейчас лишнего геройства, мы все на грани. Выдержав паузу, я понял, что никто пререкаться со мной не собирается, и продолжил. – Предлагаю сделать обманку, чтобы выиграть немного времени.

– Финт ушами, да, да? – воскликнул Затрик, потирая эти самые уши.

– Да, – кивнул я сказочнику. – Эту ночь переночуем здесь. Я раздобуду нам новую одежду…

– Своруешь, – поправил меня паломник.

– Сворую нам одежду, – произнёс я после заминки, решив всё же не вступать с ним сейчас в бесполезную демагогию на эту тему. – Шпартко войдёшь с утра первым вот здесь, через главные ворота… Афи, не колдуй!

– Прости, – произнесла девочка, и её светящиеся голубым глаза вновь стали слепыми.

– Спрячь всю свою подвеску под одежду, и вообще ничто не должно выдавать тебя за паломника…

– Половника, – перебил меня орк.

– Половника Ангелов звёздного неба, – вновь поправился с тяжёлым вздохом, сдерживая раздражение и надеясь, что больше пререканий не будет, но моему разочарованию не было конца. – Таких как ты очень мало, я имею в виду приверженцев твоей религии, вас по пальцам одной, ну ладно двух рук можно пересчитать. Ты сразу же вызовешь интерес и попадёшь в поле зрения ножей.

– Да-да, – кивнул тут же более мелкий зеленокожий спутник.

– А в степях нас много, – тут же возразил Шпартко. – Там тебе три, а то и четыре руки понадобится.

– Может и так, но мы не в степях, – указал я ему на очевидное. – Слушай, не в обиду. Я знал и раньше о вашей религии и её истории, но ты второй половник ангелочков, что мне встретился в моей жизни, полной скитаний по этому континенту.

– А ему шестьдесят лет, – уточнила на всякий случай наша девочка. – Я не знаю, сколько мне, но ты первый, кого я встретила, наверное.

– Именно так, да, – вновь закивал гоблин. – Мне поменьше, чем Алому, но со всеми своими приключениями ух… я тоже таких как ты не встречал.

– Ясно, – поник сразу же орк, но тут же возразил опять. – Но среди моего народа…

– Так давайте не будем сейчас спорить о популярности звезданутых ангелочков! – решил сразу пресечь на корню я начинающийся бесполезный спор. – И давайте сокращать до «Азн». Опять же не в обиду Шпартко, но каждый раз говорить: «Ангелов звёздного неба» утомляет.

Не приживётся, как белка. Сам забудешь об этом день на второй третий, если не моментально. А ты постарайся запомнить.

Выждав момент и осмотрев своих слушателей, я убедился, что спорить никто больше не изъявил желание. Поэтому я вновь принялся излагать свой план дальше.

– В общем, Шпартко, входишь первым, если стража спросит: «Кто и зачем?», то просто ответишь им, что на пограничной заставе распрощался с караваном и идёшь в город отдохнуть и прогулять выручку.

– Типичный стереотип – здоровенный орк, наёмник и кутила, – как-то обиженно отозвался паломник.

– Поэтому это и сработает, – прервал я его умозаключения. – Не надо выдумывать драмы. Они должны забыть о тебе как о личности спустя минуту уже. Понял?

– Логика есть в твоих словах, – кивнул Шпартко.

– Хорошо, – порадовался я наконец пониманию спутника. – Так, Затрик, ты пойдёшь второй, спустя часик примерно…

– Не, мне в главные ворота нельзя, – перебил меня сорок второй из своей династии. – Пойду через боковые, да.

– Эээ… – завис я, сбитый с толку таким заявлением.

– А почему нельзя? – поинтересовалась Афелия у него.

Я было открыл рот, чтобы прервать очередную умопомрачительную историю Затрика, но её не оказалось.

– Я низший гоблин, ага, – серьёзным тоном ответил тот. – В главные ворота меня точно не пустят. Тут в общем-то выдумывать ничего не надо, да. Я знаю, как проходить через такое.

– Окей… – медленно произнёс уже я, когда в воздухе повисла неловкая пауза.

– А я тогда буду сиротой, что заблудилась… – с энтузиазмом заговорила слепая девочка, но я сразу же осадил её.

– Ты со мной пойдёшь, – коротко перебил я.

– А чёй-то она с тобой сразу, а? – насупился Затрик.

– Я смогу её защитить, если вдруг что, – спокойно ответил я на его нападку. – И просто потому, что я так сказал. Возражения?

Гоблин сразу сдулся со всеми своими претензиями. Шпартко ничего не ответил, но мне показалось, что он кивнул. Афелию я не спрашивал, тут её мнение не учитывается. Ууууу, сексист! Извилистый, даже не начинай. Вы не понимаете, это другое – да?

– В общем, войдёте в город, – продолжил я, игнорируя своего внутреннего жителя головы. – Погуляйте, там в лавку какую или перекусить в забегаловку зайдите. По рынку там прогуляйтесь, приценитесь к полезному. Уже после идите в трактир «У Лобо», только по отдельности, – начал я вновь детально всё разжёвывать. – Там хозяин мой старый товарищ и друг, можно сказать. Я вам черкану записки, чтобы он всё устроил. Недовольный будет, конечно, но всё сделает.

– Понятно, – сказал орк, пытаясь устроится поудобнее в полулежачем состоянии. – А деньги ты на всё это где возьмёшь? Тоже украдёшь?

– У меня есть состоятельная знакомая, попрошу опять профинансировать наше мероприятие.

– Это властительница Треци, – уточнил сразу Затрик сорок второй и зашептал. – У них там шуры-муры наверняка, ага.

Врёшь, украдёшь. Конечно, мозг, не тупи. Я не пойду к Еве, как побитая собака, клянчить деньги. Да и в хибаре моей ещё осталось кое-чего сдать в ломбард. Мы же как раз к одному хитрому парню заглянуть хотели.

– В общем, как-то так, – я вновь оглядел своих спутников. – Все согласны? Вопросы?

– Я не согласен кое с чем, – проворчал половник.

Ну, начинается.

– Но закрою на это глаза и просто помолюсь о твоём прощении у великих Араши и Люмин.

Фух, мозг, пронесло.

– Я тоже тогда не согласен кое с чем, – воскликнул Затрик сорок второй.

Я его сейчас удавлю! Не кипятись, он выёживается просто, лишь бы что сказать. Блин, неужели я когда-то был таким же бесячим? Почему был, ты и сейчас такой, только с рожей помятой. Ну спасибо, приятель, утешил.

– Но ничего тебе не скажу, – продолжил гоблин. – Запишу на твой счёт, ага, а ты живи и мучайся от любопытства теперь, да.

– Ну а мне ничего не ясно, – обиженно надула губу Афелия.

– Афи, тебе потом персонально всё разъясню, – ответил я расстроенной девочке. – Там супер постанова и у нас будет время для этого.

– Ты смотри-ка, рожа не имперская, секретничает от нас тут, а! – толкнул в плечо гоблин орка.

Благо дальше никаких дурацких расспросов не потребовалось, и разговор скатился в фарс, шутки и нравоучения от половника ангелов. В итоге вся тема и серьёзность сама по себе как-то рассосалась.

Перекусив тем, что осталось, мои спутники разлеглись у костра, готовясь к ночи. Я же, в очередной раз напомнив сорок второму гоблину из династии Затриков, что башку ему откручу, если уснёт на посту, приготовился уходить на ночной «промысел». Обойдя нашу стоянку по широкому радиусу, я убедился, что всё в порядке… на вид. Мир дрогнул перед глазами, и серный запах смрада, ударив по ноздрям, переместил меня в убежище, оставленное мне в дар первовампиром.

Заметив на столе пару бутылок с кровью и небольшой мешочек, я понял, что Рейне уже наведывалась сюда. Вскрыв бутылку, я не очень-то насладился холодной кровью, но попутно рассмотрел новые документы, подготовленные рыцарем смерти.

«Джон Траволта из младшего дома династии Фьеров».

– Ну вот, можешь же, когда хочешь, – проговорил я сам себе, отставляя тару с кровью.

Когда просят. Она до этого всё хорошо сделала, просто ты лопух. Не важно, мозг. Давай-ка лучше, извилистый мой друг, напрягись и вспомни, что мы знаем о Фьерах. Так-так-так… Ходили под Делакруа, как и он глава семьи, с низов армии поднялся. Сейчас заведуют всей металлургией в Макте. Видимо, вампир из Декардовских времён, раз свободный был, а то бы кучкой праха стал, когда ты Виконта порешал. Верно говоришь, а он властителем вместо блондинчика не стал? Не, там сейчас Ян рулит, ты забыл, что ли? Кумовство повсюду, блин. Так у их главы имя такое простое было… Простое имя – это Боб. Его же Штерман звали. Угу, Штерман Фьер… Вроде звучит. Насколько я помню, у него репутация заядлого ловеласа и детей он настрогал около трёх десятков. Совершенно верно, сейчас, может, и больше.

Да, я думаю, по факту больше, просто известно только о тех, которых он признал. Там же замороченные аристократические хитросплетения с бастардами и тому подобным. В общем-то, мне это только на пользу, думаю, выдать себя за одного из его сыновей не составит труда. Учитывая, что документы мне в основном только на территории Доминиона понадобятся, сомневаюсь, что там пристально следят за половой жизнью замшелого аристократишки-предпринимателя из другой страны.

Прикрытие в общем на этот раз зачётное, и никаких тебе Джубеев. Да, в этот раз Рейне удружила, молодец. Поставим ей пузырь потом за это. Она же не пьёт… А-а-а, чуть вновь не подловил на старой шутке. Хех.

Оставив всё самое важное на столе, я повязал на лицо тряпочку на манер бандита с Дикого Запада и расплылся в мареве мерцания. Оказавшись в одной из ювелирных лавок Хенд-Херрена, то весьма удивился тому, что она ярко освещена в столь поздний час. Больше меня удивился только работник этой лавки, что так и застыл со шваброй в руках.

– Млять, – выругался я и быстрым движением втащил мужику кулаком в лицо.

Я придержал бессознательное тело и опустил его на пол. Блин, крови-то сколько, надеюсь, я ему ничего не поломал. За стеной слышался разговор двоих, поэтому я решил не тратить время на переживания и, перемахнув через прилавок, принялся сметать с витрин всё, что под руку попадалось. Наполняя карманы, я заметил прекрасное колье на отдельной полочке под стеклянным колпаком. Украшение на вид было по стоимости подобно амулету Афелии.

– Ну хоть что-то, – пробубнил я, разбивая закрытый колпак, защищавший драгоценность от моих вороватых рук.

– Свет милостивый! Рендли, криворукий ты олень… – послышался голос, видимо, хозяина магазина, но, заметив меня, он застыл в изумлении.

– Дон Корлеоне передаёт привет! – прокричал я, прежде чем исчезнуть.

Марево, смрадный запах дрогнувшего мира, и вот я уже в своём убежище. Поджигается победная сигарета, и я разваливаюсь в кресле.

Это было легко и быстро! Знаешь, Извилистый, по-моему, мы не тем занимались последние двадцать восемь лет. Ага, только нервишки пошаливают всё же. Ну, блин, в первый раз дело-то такое, конечно, сыкотно было. Главное, чтобы в привычку не вошло. Да, воровать – это крайне плохо, если бы не острая нужда, то я бы ни за что. Млять, как же тупо это выглядит, когда ты в моралиста пытаешься играть. Чего не так-то? Всё норм.

Положив болт на грязные инсинуации своего мозга, я даже не стал размышлять над его словами. Докурив, начал перекладывать награбленное из карманов в мешок, отложив дорогущее колье в сторону к своим вещам. Эта вещь мне не для продажи. После я бросил в мешок несколько кубков и тарелок из кучи хлама от Конрада. Одна книжка сказок на древневампирском языке отправилась туда же, после чего мешок был завязан. Взяв также подмышку одну из древних картин, я оглянулся.

– Места-то больше становится, – сказал я сам себе, уже подмечая, что ценностей от прошлого хозяина осталось мало.

Всё пропил. Всё, всё, что нажил непосильным трудом, всё же погибло! Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая… Мозг, заткнись, нечего мне тут Шпака цитировать. Кондраша всё это мне вместе с халупой оставил, как хочу, так и распоряжаюсь.

Мерцание, и я оказался под проливным дождём в землях сумеречных эльфов.

– Да ёпт! – вновь выругался я и поспешил под крыльцо нужной лавки, чтобы не промокнуть до последней нитки.

– Кто там? Пойдите прочь, – послышался сонный голос хозяина ломбарда, после того как я минут десять плюс минус долбился в дверь.

– Тейн, мать твою за ногу, открывай, это я! – отозвался сразу же, пока тот не решил уйти вновь на боковую. – Прости, что поздно, но товар мокнет. Все мы личности деловые, занятые… Ну ты понял.

– Изволь обождать тогда немного, – ответил мне голос из-за двери.

Хоть я и стоял под навесом, но дождь сдружился с ветром и заливал меня со всех сторон. Мысленно я порадовался, что все картины из коллекции первовампира под мощными защитными чарами и влага им не страшна. Иначе от творения неизвестного мне художника уже ничего бы не осталось.

Мокрый и уже изрядно раздражённый, я всё же вскоре попал в ломбард, точнее в элитную лавку скупщика сомнительных товаров. Хозяин заведения был одноухим остроухим, естественно, сумеречным эльфом. Помимо оторванного уха, Тейн также имел точёное расписанное шрамами лицо, глядя на которое начинаешь волноваться за свою безопасность. Также долговязый эльф имел вычурный лоск в одежде. Вишнёвый жилет с золотыми полосами поверх белоснежной рубашки, галстук ему заменяла чёрная лента, закреплённая серебряной брошью с рубином в виде местного цветка.

Сумеречные эльфы в своей бытности обычно одевались невзрачно из-за погодных условий в своих землях. В шелках и бархате по болотам особо не побегаешь. Только вот Тейн не был типичным представителем своей расы. Он всегда наводил на себя аристократический марафет. В принципе, ему и положено было, так как он являлся владельцем одного из самых крупных пакгаузов этого города и содержал ломбард при нём, также занимаясь перекупкой и продажей «необычных» вещей. Краденых, называй всё своими именами. Второй я, спасибо за уточнение, которое никто не просил. Также, насколько я знал, он содержал сиротский приют и всячески в общем помогал беспризорникам. Ага, как же, малолеток вербует для дел хитрых. Дети более податливы на сладкие обещания и опасные авантюры. Или, может, деньги через него отмывает, через правительственные поблажки и субсидии. Слушай, мозговитый, ты начинаешь… Нет, ты раздражаешь. Прекращай.

Осмотрев меня, эльф, ничего не говоря, направился вглубь помещения к стойке, на ходу щёлкая пальцем, заставляя свечи вспыхнуть. Зайдя за стойку, он достал баночку с чем-то вроде масла или крема и пропитал им свои волосы, поставив их торчком. Бросив на меня свой типичный серьёзный взгляд, он повернулся в сторону внутренней двери и закричал:

– Зарина! У нас гость из-под дождя, соизволь принести полотенце, – после чего повернулся ко мне и спросил: – Выпить не желаешь?

– Не откажусь, – ответил я скупщику и принялся выкладывать добычу перед ним, настойку.

– Зарина! Гость желает горло промочить, – вновь отдал Тейн распоряжение своей помощнице где-то в глубине дома. – Давай посмотрим, что же у тебя на этот раз, – проговорил одноухий остроухий больше для себя, чем для меня.

Первым делом Тейн взялся за картину, он был ценителем изобразительного искусства, и большая часть живописи из моей халупы осела в его личной коллекции.

– Хм… Полотно весьма древнее… Всё те же сильные защитные чары, как и всегда… – приговаривал эльф, вертя и разглядывая картину. – Мазки и стиль сразу же узнаются, похоже, ты вновь принёс мне что-то бесценное.

Тем временем в комнату вошла та самая таинственная Зарина. Молодая и высокая сумеречная эльфийка с очаровательным лицом. Длинные чёрные, как смоль, волосы гладкими шёлковыми волнами ниспадали чуть ниже её поясницы. Для представителя своей расы девушка обладала нехарактерно пышными формами. Платье же её было весьма откровенно, больше подходило для вечерних свиданий тет-а-тет, чем для встречи таких оборванцев, как я.

Да, Тейн любит аристократический лоск во всём. Ну, может себе позволить. Не пялься на неё сильно, а то остроухий тебе последний глаз вырвет. Он строго к своим воспитанницам относится.

– Воу! Тейн, нет, – запротестовал я, увидев бутылку на подносе у эльфийки. – Эта артефактная выпивка у тебя по двадцать золотых за пузырь идёт, я помню. При всём уважении, не хочу тебя, конечно, обидеть, но можно мне побюджетнее вариант.

– Хм… «Золото Лесов» тебе по карману? – спросил он после небольшого размышления.

– Да, вот это подойдёт, – кивнул я.

Зарина вручила мне полотенце и удалилась менять бутылку.

«Золото Лесов» стоит пяток золотых, это очень большие деньги. Знаю, мозг, но у Тейна нет расценок в серебре.

– Картина подлинная, работа самого Райма Бете, – удовлетворённо отставил одноухий остроухий полотно в сторону. – Благодарю тебя за очередной бесценный шедевр в мою личную коллекцию.

Он достал толстый журнал и, раскрыв его на пустых страницах, вписал туда картину, краткое её описание и её стоимость. Бесценный шедевр оказался дешевле, чем обычно, но дороже, чем я предполагал. Следующей графой скупщик вписал «Золото Лесов» со знаком минус. Третьей графой был «сервис», но итоговой суммы пока у него не образовалось. Я же меж тем вытерся полотенцем насколько смог.

– Сервиз такой же древний, как картина, но без защитных чар поизносился. Много я тебе за него не дам, – проговорил сумеречный, разглядывая и записывая каждый предмет в журнал учёта по отдельности.

– Благодарю, – кивнул я Зарине, приняв у неё наполненный стакан и бутылку.

Забрав у меня полотенце, девушка отошла в один из углов комнаты и принялась копаться в ящиках. Что она там начала выискивать, мне было безразлично, и я потерял к ней интерес.

– Воспитанница новая? – чуть ли не шёпотом спросил я эльфа, пока он под лупой рассматривал антикварный сервиз Конрада. – Раньше просто не видел её.

– Это моя дочь, – ответил одноухий скупщик, не отрываясь от дела.

– Ну, они все у тебя дочери.

– Единокровная.

– А… Ну хорошо. Дочь так дочь.

Не слышал, чтобы у него была семья. Не, ну, а что такого-то? Он богатый и видный мужик, почему бы и нет. Просто не распространяется об этом, видимо, в целях безопасности или ещё по какой причине. Да не извилистый, ничего такого, просто… Ну не знаю… Тейн как-то не производит впечатление семьянина.

– Хм… Книга на древневампирском, рукописная, детское издание. Чары есть, но слабые уже. Сохранилась идеально, но корешок промок, минус десять процентов, – заключил сумеречный эльф, изучив чтиво, что я ему принёс.

– Естественно промок, ты бы ещё дольше… – возмутился я, но, получив суровый взгляд хозяина заведения, поспешил заткнуть хавальник выпивкой. – Десять, так десять.

– Предупреждаю сразу, чтобы не возникло недопонимания в дальнейшем, цена на подобную литературу упала в три раза, – осведомил меня одноухий остроухий, и пока я кашлял, поперхнувшись выпивкой, сразу пояснил. – Книжница Империи Ночи арестована девятыми и отправилась на суд в их мир. Велика вероятность, что она оттуда уже не вернётся, по крайней мере ближайшие пару столетий. Новый библиотекарь Соарты может оказаться не столь искушённым ценителем.

– Зная Тоску, она уже выиграла весь суд и просто на пляже у них там, где-нибудь загорает, потягивая коньячок, – Тейн не оценил мой оптимистичный юмор. – Да я уверен, что скоро вернётся, уж поверь. Такую змею задушить нелегко.

– Если бы я верил на слово каждому своему клиенту, то был бы таким же нищим, как и они, – сухо проговорил эльф, но всё же решил смягчить приговор. – Так как ты постоянный гость в моём заведении и всегда приносишь исключительные вещи, так и быть, дам тебе послабление.

– Какое именно?

– Я выплачу тебе текущую сумму, но отложу книгу на два месяца. Если госпожа Тоска…

– Она не любит, когда её госпожой называют, – перебил я говорившего.

Замолчав, Тейн сузил взгляд и стал пристально изучать меня своим пронизывающим насквозь взглядом, от чего становилось очень жутко. По его шрамированному лицу было совершенно не понятно, о чём он думает.

Ну, для начала, видимо, он проанализировал, что ты тесно знаком с Тоской, но продаёшь книги ему, значит, ты с ней в контрах или преступник Империи Ночи. А может, просто мысленно тебя на пирог разделал за неуважение к собеседнику. Мозг, не раздражай ты хотя бы. А ты не раздражай окружающих своей своим невежеством.

– Благодарю за информацию, учту на будущее, – сдержанно произнёс наконец скупщик.

Сумеречный сделал пометку в своём журнале, и я едва сдержался, чтобы не расплыться в улыбке.

Видишь, мозгач, два золотых за информацию. Так что я молодец. Ага, как же. Графа «Сервис» всё ещё пустая. Он с тебя ещё последнюю рубаху снимет. Не, Тейн этого не сделает. Он старается быть в хороших отношениях с клиентами, чтобы те возвращались.

– Продолжая тему разговора, – вновь заговорил скупщик, отложив перо. – Если книга будет продана по своей обычной стоимости, если Тоска вернётся, то сможешь забрать разницу в цене. Я проинформирую при следующем твоём визите.

– Идёт, – кивнул я в знак согласия с условиями сделки.

– Вот, Господин, прикройте своё увечье, некоторые существа не столь терпимы к подобному виду, – произнесла внезапно подошедшая ко мне Зарина и протянула небольшую коробочку.

Я раскрыл её и обнаружил там повязку на глаз из гладкого чёрного шёлка, которая без малейшего раздражения легла на рану.

– Премного благодарен, – кивнул я девушке. – Так гораздо лучше.

Эльфийка подошла к отцу и положила руку ему на плечо, застыв в ожидании. Тейн же, повернувшись, поцеловал её пальчики.

– Прекрасно справилась, милая, можешь быть пока свободна.

После чего сумеречный эльф притянул свою дочь к себе за талию и наградил её поцелуем. Только вот это был не тот поцелуй, которым отец целует дочь, а самый настоящий, страстный, таким обычно обмениваются только любовники. Зарина даже приобняла Тейна, и её рука зарылась в его волосах, взъерошивая те ещё сильнее.

Эээ… таааак… Она же ему дочь, да? Извилистый, ты чего? Это же норма для культуры сумеречных эльфов. Ты сейчас себя убеждаешь? Отчасти. А так да, моральный компас закрутился. По факту же, серое моё вещество, вспомни историю рас и народов. Когда сумеречные откололись от своих сородичей, то так люто ненавидели остроухих из Мерцающих Лесов, что их культурные ценности стали прямо противоположны, в противовес, так сказать. Если у обычных эльфов узы крови – это всё, а родственные вдвойне, то у сумеречных кровь ничего не значит, как и семейные дела. У них этот самый анвурат, анвуклад… Авункулативный брак. Слово-то какое выговорил древнее, заморское, и всё равно обделался. Подобные браки не легализуют отношения между родственниками первой степени. Там ещё было что-то про переход преемственности от отцовской к материнской линии, как-то так. Типа дядя с племяшкой или тётя. Точно не помнишь? Нет, конечно! Это же заумный текст, а не песенка дебильная. Вот и не возникай тогда. Пока не докажешь обратное, будет этот самый авун… ну ты понял какой брак. Но это же не верный термин! Другого у меня нет. То есть ты сознательно хочешь выглядеть идиотом в чьих-то глазах? Сделаю вид, что не расслышал этого. В общем, инцест – дело семейное. Всё, закрыли тему.1[1]

– Не одевайся больше столь открыто, – произнёс Тейн, оторвавшись наконец от губ дочери. – Это отвлекает не только гостя, но и меня. Теперь ступай.

– Хорошо, отец, – ответила Зарина и, получив шлепок по попе от него, удалилась.

Я же всё так же сидел с лицом осла и пытался переварить увиденное. Одно дело – знать, что это тут нормально. Другое дело – увидеть это своими вот глазами.

– Какие-то проблемы? – вырвал меня из прострации голос остроухого.

– Да… нет, – неуверенно произнёс я в ответ. – Подожди, Тейн, мне нужно немного времени.

– В моей культуре мужчины являются доминирующими. Женщине нужно приложить немало усилий, чтобы добиться признания или же уметь очень хорошо прислуживать своему мужу, – монотонным голосом решил мне всё же прочитать лекцию сумеречный эльф. – Если моя дочь получит в наследство всё от меня, то она ничего из себя представлять не будет. Поэтому я, как отец, просто обязан подать ей пример и научить вести дела или стать хорошей прислужницей. Я в этом плане для неё лучший ориентир, как успешный эльф и мужчина. На этот опыт, полученный от меня, она и должна будет опираться в своём самостоятельном будущем.

– Тейн, я как бы знаю это, спасибо, что освежил память, конечно. Я не осуждаю вот никак и всё понимаю, – поспешил я загладить своё, видимо, не самое уважительное поведение. – Просто некоторые ваши культурные ценности противоречат моим, – старался я изъясняться как можно более вежливее и из-за нервов даже начал по-идиотски жестикулировать, что не улучшало мои позиции в разговоре. – Я не говорю, что это плохо, просто нужно время, чтобы справиться с этим.

– Время есть, – пожал скупщик плечами.

Потеряв ко мне интерес, эльф надел причудливые очки с несколькими увеличительными линзами и принялся изучать награбленную мной бижутерию. Каждый предмет он также старательно рассматривал и, оценивая, записывал в свой журнал. Итоговая сумма моего барыша росла как на дрожжах, чему я и был несказанно рад. Сам же меж тем лениво потягивал «Золото лесов» и старался не думать о вещах, что могли выбить мой моральный компас из привычного ритма. Когда я закурил, хозяин ломбарда поднял на меня взгляд, из-за этого очки соскользнули с обрубка его уха, но он их удержал.

– Если не хочешь, конечно, платить Зарине ещё и за уборку, – скучным голосом произнёс он мне и поставил что-то вроде деревянной креманки для пепла.

– Тейн, слушай. У меня тут к тебе есть вопрос, – прервал я наконец тишину, заодно чтобы сменить ход своих мыслей. – Возможно, даже в сделку перерастёт.

– Хм… Слова твои заинтересовали, спрашивай, – с усмешкой произнёс сумеречный, не отрываясь от работы.

– У тебя случаем ножей знакомых нет? Ну или ты там на них как-нибудь выйти можешь? – выпалил я, так и не собрав всё в один логичный вопрос. – А ты сам случаем не нож?

– Это три вопроса, – посмотрел на меня вновь собеседник, но на этот раз сразу придержал свои очки. – Допустим, я могу выйти на ножей.

– А ты сам как нож или бывший нож? Ты извини, конечно, но оставляешь очень внушительное впечатление.

Тейн молчаливо выпрямился и отложил свои окуляры в сторону, после чего из-под прилавка появился огромный кинжал, и он воткнул его в столешницу.

Фигасе ножик перочинный. Таким без труда голову срубить можно. Крайне дельное замечание, вот сейчас извилистый надо очень аккуратно говорить. А то он тебя от меня как отделит в один взмах.

– Изволь уж объясниться теперь, – всё тем же монотонным голосом произнёс хозяин заведения и достал разделочную доску. – С какой целью интересуешься?

– Ну… – сглотнул я слюну. – Тут всё от твоего ответа зависит так-то.

Эльф достал странный и морщинистый фрукт и принялся его нарезать аккуратными дольками. Взяв одну, он спокойно разжевал её без каких-либо признаков эмоций. Хотя, насколько я помню, эта морщинистая груша на вкус как лимон с перцем или даже кислее. При всём этом действии он просто смотрел на меня, но от этого взгляда все поджилки затряслись.

– Ладно-ладно, я понял. Дело скользкое, давай попробуем сейчас чуть по-другому, – поднял я руки в примирительном жесте. – Зайдём с другой стороны, чтобы, скажем так, обоим было комфортно, – не получив никакой реакции на свои слова, я всё же продолжил. – Джейн Мёрдер знаешь ведь?

– Не исключаю сей факт.

– Так вот… Я как бы… В общем, тут с ней пересёкся немного, – начал вновь я осторожно и завуалированно подходить к сути, чтобы навести собеседника на нужные мне мысли. – Дело у меня теперь с ней общее есть, ну так, дело… дельце… Маленькое такое.

– Не советую с ней долго пересекаться, – произнёс Тейн. – Если, конечно, не хочешь на тот свет побыстрее.

– Да я как-то и не собирался больше с ней пересекаться, – глупо улыбнулся я. – Так вот вышло, что я ей небольшую услугу пообещал, но с трудностями столкнулся.

– Какого рода услугу? – поинтересовался у меня собеседник, скрестив руки на груди.

– В общем, она сейчас кое за кем охотится, так сказать, но у неё появилось неотложное дело… другое, – вновь начал врать я издалека. – А заказ она не хочет упустить, очень он уж вкусный, вот. Ну и в общем так вышло, что я… совершенно случайно подписался пустить дезинформацию в ряды ножей, – расписал я сумеречному эльфу ситуацию, стараясь не нервничать при этом слишком уж заметно. – В общем-то вот так. Скажем так, по старой «дружбе» пообещал, – я изобразил пальцами кавычки, чтобы собеседник не выпадал из нужного мне повествования. – Но понятия не имею, как это сделать.

Тейн, выслушав меня, бросил мне в стакан дольку болотного «лимона», после чего достал себе стакан и повторил с ним процедуру, попутно плеснув из моей бутылки себе выпить. Я же, пока это всё происходило, боялся даже пошевелиться. Вот настолько всем своим спокойствием Тейн внушал страх. Расслабиться удалось немного, только когда его нож спрятался под стойкой.

– Картина бесплатно и забудь о договоре про книгу, – он поднял свой стакан и, дождавшись моего кивка, выпил в знак заключения сделки. – Какого рода дезинформацию нужно пустить?

– Ножи сейчас охотятся за слепой девочкой лет так четырнадцати-пятнадцати… – я постарался более детально описать слушателю Афелию, поскольку у убийц наверняка визуальный маркер сейчас в приоритете. – А ну там сейчас ещё её защищают орк, с виду паломник Ангелов звёздного неба. Какой-то гоблин-боблин и вампир, честно говоря по описанию такойже обрыган и нищеброд, как я, но это не я. Блин! – наигранно всплеснул я руками. – Теперь ты наверняка будешь думать, что это я. Но это не так.

– Хм…

– Грубо говоря, надо направить ножей по ложному следу. Чтобы Мёрдер свои дела закончила и спокойно вернулась к заказу, – продолжил я изъяснять свой план эльфу. – Ну там сказать, что они на корабле отсюда отплыли в Кастренлосс, к примеру, или ещё куда подальше.

– Слепая говоришь… – задумался Тейн. – Заказ от глав ножей… Да такое Мёрдер точно не захочет упустить…

– Всё-таки ты нож! – радостно щёлкнул я пальцами, но тут же поспешил захлопнуть варежку и вообще рот занять выпивкой, чтобы не ляпнуть ещё чего лишнего.

– Да я «бывший» нож, – как-то спокойно проговорил Тейн и отставил стакан в сторону. – Давно уже отошёл от дел и сейчас являюсь просто винтиком в механизме снабжения организации. У всех свои скелеты прошлого в шкафах припрятаны.

Сумеречный эльф вновь взял свой стакан и залпом осушил его. После чего тем же жестом поставил его на место.

– Теперь и ты мне ответь на простой вопрос, – бывший нож пальцами толкнул стакан по стойке и спросил, пока тот катится. – Сколько картин у тебя ещё осталось, Алказар?

На моменте произношения моего имени стакан упал со стойки и разбился. Я бы восхитился таким чётко подобранным таймингом, но мне было не до этого.

– Эээ…

Мне надо верещать «ахтунг» или у тебя всё под контролем? Извилистый, я даже не знаю.

– Меньше надо было об этом кричать на эльфийском острове, – ответил Тейн на незаданный мною вопрос. – А там уж используя Теаромону, как связующие звено, сложить два плюс два не составило труда.

– Четыре, – ответил я и видя, что собеседник меня не понял, пояснил. – Четыре картины ещё осталось.

Наврал, негодяй. Ну совсем уж нищим оставаться не хочу.

– Хорошо, – кивнул одноухий остроухий. – Теперь они мои. За это я пущу дезинформацию среди ножей, вместо того чтобы обратить тебя в прах.

– Ну предложение, более чем замечательное, – кивнул я, мысленно вопя, что всё хорошо закончилось.

– Но буду честен сразу, – предостерёг меня Тейн. – Данный манёвр может отвлечь, только часть ножей. Скорее всего профи, что могут спокойно по миру перемещаться. Кто по проще если признает, может и напасть.

– Ну с салагами проще иметь дело, – понимающе кивнул я. – Да ну ёпт…

– Ножи знают, что вампиру, что защищает цель властитель Беливер вырвал глаз, – продолжил сумеречный. – Так, что советую отрастить новый в кратчайшие сроки.

– Спасибо, за предупреждение, конечно, – почесал я затылок. – Но это не так-то просто сделать… О! Тейн у меня ещё к тебе будет просьба малюсенькая такая, – эльф обжёг меня своим ледяным взглядом. – Естественно не бесплатно, – тут же внёс я для ясности. – Нужна одежда на всех четверых новая и тёплая. Только, как можно более простая, чтобы не выделяться.

– Хм… – задумался хозяин ломбарда, а его рука меж тем всё же вписала одежду новой графой.

Минус пятьдесят процентов от итога?! Какого?! Мозг, мне тоже это вот вообще не нравится, но ты сейчас хочешь с ним начать пререкаться. Нет. Вот и я нет. Поэтому просто молча возмущаемся.

– Да, это можно устроить, – произнёс одноухий остроухий наконец. – Я попрошу Зарину подобрать, что-нибудь. Пока ты ходишь за моими картинами.

– Я мигом.

Воздух дрогнул, и я вновь в убежище. Смысл таится теперь, Тейн и так всё знает. Пролистав остаток картин, я выбрал одну на мой взгляд не самую дешёвую с каким-то туманным пейзажем и отложил. Остальные же уже через мгновенье лежали перед бывшим ножом.

Зарина с моей помощью подобрала необходимую для моих товарищей одежду, так же и мне почище вещи перепали, что ж лишним не будет. Итоговая сумма вышла незначительной, во много раз меньше той, что у меня была, но гораздо больше чем я ожидал. Видать оценщик драгоценностей из меня никакой. Да и тем более, что я был не в том положении, чтобы возникать. На Тейна теперь без опаски посмотреть не выходило и сразу же появилось плохо скрываемое напряжение разговоре. Поэтому, когда я покинул его лавку то вздохнул с облегчением и по надеялся, что наши договорённости будут исполнены.

Когда я с тюками практически под утро вернулся в лагерь, Затрик радостно отрапортовал мне, что не спит и ночь прошла без происшествий. После чего тут же свалился бревном и засопел.

Я же остаток времени курил возле костерка и допивал «Золото лесов».

А Тейн то как и предполагалось не простой малый. Да извилистый, он вот так просто логически додумался о том, кто я есть. Теперь интересно кто ещё знает? Да все, только твоей дурной голове могло подуматься, что никто не догадается или не обратит внимания. Моя голова такая дурная лишь благодаря тебе. Да надеюсь, что сильно обо мне распространятся не будут, чтобы панику не поднимать. Всё же я в своё время прогремел так сказать – на славу. Угу будем исходить из логики, что властьимущие этого мира решили, что нечего цивилизованному миру знать, что среди них ходит чудище, что города на раз два взрывает. Ладно мозг дед Кондратий напарил нас как обычно, надо умнее становится что ли. Будем в общем плыть по течению и посмотрим куда нас заведёт всё это безобразие. Ты хотел сказать – идти по сценарию книги бытия? Я бы тебя послал, но я устал уже это делать. Лучше книжку почитаю, может чуть по сообразительней стану.

Не дождавшись комментария от мозговитого, я достал из сумки книгу на древневампирском и углубился в чтение.

Глава 2: Асир

В районе обеда, даже чуть позже я шёл с Афелией по шумной дороге, ведущей в город, точнее к его главным вратам. Видимо, из-за случившегося в Свят-Кови городская стража более рьяно всех проверяла, да и был наплыв тех, кто вынужден был заехать сюда для остановки. Здесь было весьма оживлённо, и очередь телег с фургонами караванщиков растянулась чуть ли не в километр.

– А мы разве не должны ожидать, как все остальные? – спросила у меня моя подзащитная.

– Нет. Афи, это очередь для торговцев и тех, кто с большим багажом, – ответил я ей и пояснил уже более расширенно. – Мы пешие, нас проверить – дело нескольких минут, а их долго. Поэтому не обязаны ждать.

– Понятно, много их.

– Видимо, те, кто хотел сделать остановку в Свят-Кови, резко поменяли свои планы, – сделал логический вывод я, отталкиваясь от её реплики.

– А почему? – вновь задала Афи вопрос, поскольку не знала, что поспособствовало нашему побегу.

Хотя я и сам-то толком не знал этого. Рейне вкратце тогда объяснила, что Престор наводит суету на улицах, как она это умеет. Скорее всего, дама в парандже это умеет весьма хорошо, судя по тому, какой погром с лёгкостью устроила в замке сморчка Беливера. Интересно, она его прищучила? Прикусила, мозговитый, и совсем неинтересно. Если старик всё же дуба врезал, то, надеюсь, в адских муках.

– Потому что там сейчас небезопасно из-за… – начал я отвечать девочке, но не смог толком перефразировать и переиначить информацию для неё. – Из-за нас.

– А, – тихо протянула моя спутница. – Мы плохие всё же?

– Нет, Афи, мы не плохие, – сразу же опроверг я эти помыслы. – Но те, кто помогли нам бежать, да.

– Но ты же говорил, что Рейне хорошая наверняка?

– Да, она хорошая, но вот остальные – нет. Ответив, я всё же решил переменить тему, чтобы не расшатывать ситуацию сильнее. – Давай сейчас не будем об этом, хорошо? Ты помнишь, что нужно говорить и делать?

– Да там и запоминать нечего, – с обиженными нотками произнесла подзащитная. – Ничего не говорить, ничего не делать без спросу. Никакой инициативы и обращаться к тебе «Хозяин», потому что я твоя прислуга, – пересказала Афелия основные тезисы своей роли.

«Хозяин» – это уже на фетиш личный смахивает. Извилистый мой друг, если ты пытаешься вновь вывести меня из равновесия, чтобы поругаться и вновь меня оскорбить, то спешу тебя расстроить. Увы, нет, не выйдет. Может, и фетиш, а может, и нет. Уже зная твои дальнейшие действия, сработаю на упреждение. Я не ищу и даже подсознательно не думаю о Афелии как о замене Теаромоне. Хм… удар на упреждение сработал… Я однозначно забыл, что хотел. Умолкаю.

– Всё правильно, – улыбнулся я девочке, идущей рядом со мной.

Обходя праздных гуляк и ожидающих в очереди, мы наконец дошли до врат города. Один из стражников отделился от группы, что осматривала вычурный дилижанс, и направился к нам навстречу.

– Причина посещения города – вампир? – грубо спросил он, уже подходя.

– И вам добрый день, – недовольно пробурчал я в ответ. – Причина тривиальна – отоспаться пару дней, пополнить запасы, ну, может, помощника-охранника нанять, – спокойно ответил я всё же на заданный вопрос.

– Ясно, к коменданту иди, – не меняя тона, указал мне блюститель порядка на деревянную дверь в пристройке у врат.

Я, не отвечая же под пристальным взглядом стража, просто направился туда, куда послали. Видимо, сейчас все на взводе, и лучше не спорить. Да… вот это я как-то не особо учёл, что стража города будет в повышенной готовности и бдительности, а не пинать метафорические фаллические предметы.

– Добрый день, – поприветствовал я коменданта, входя в дверь.

– Ещё один, да сколько же вас там, – раздражённо проговорил сидящий вразвалку на стуле дородный дядька.

– А что, много приходило? – поинтересовался я, придерживая дверь для Афелии.

– Больше, чем хотелось бы, – буркнул он и, выпрямившись на стуле, устало потёр лицо. – Ты извини, если что, сам видишь, какой тут бедлам творится. Цель визита?

Усадив Афи на лавочку у стены, я уселся на стуле напротив коменданта. Стол его был завален различными бумагами в хаотичном порядке, в некоторых из них были остатки еды, что уже тронула плесень. Количеству бутылок я даже уже не удивился. Да, деньки у местной стражи сейчас явно жаркие. Чрезмерный наплыв людей, наверняка ещё и беженцев со Свят-Кови вроде нас, а проверять теперь надо всех и каждого, поскольку начальство явно по шапке надавало. Раньше я без проблем проходил, ну, раз так десять в этой конуре был за двадцать семь лет и то потому, что у стражи на воротах бумажки нужной не было для меня.

– Отдохнуть, закупиться, думаю, телохранителя ещё нанять на всякий случай, – монотонно повторил я ранее сказанное вновь.

– Откуда прибыли?

– Из Свят-Кови.

– Ох, ясненько, – он смерил меня взглядом и продолжил записывать в свою книгу-реестр входящих дальше. – Что там произошло?

Непринуждённый вопрос между делом, но я на такое не попадусь. Тем более мне и врать-то не надо. Фигасе, я умничать стал! Всё потому, что этот извилистый извращенец в моей дурной голове молчит. Что, серьёзно? И никакого комментария? Или оскорбления? Мозговитый, ты чего обиделся? Эээ… ну ладненько, не время.

– Точно не знаю, вроде как кто-то напал, может, демонопоклонники, – ответил я коменданту. – Мы покинули город с самого утра, ещё до начала всего этого безобразия, но буквально спустя час, наверное, может, меньше, столкнулись с не очень-то лицеприятными ребятами. Кое-как отбились.

Страж в очередной раз осмотрел меня красивого, так как раны мои ещё всецело были при мне, после глянул на скучающую Афелию.

– Вижу. Документы?

Я молча вытащил из внутреннего кармана кожух с документами и протянул человеку. Приняв их, он углубился в изучение «подлинной» официальной бумаги из Империи Ночи.

Надо было одежду не менять, в кровище и рванине убедительнее выглядели бы. А так на вид, как бандюга, что с бельевой верёвки шмотки дорогие стырил. О, вернулся, я уж переживать начал. Чего раньше-то молчал? Медитировал и познавал себя. А, ну ясненько, дело полезное.

– Траволта, значит… Из Фьеров… Хм… Из Макта, что ли? – размышлял он вслух, изучая бумагу.

– Угу, – кивнул я в подтверждение.

– Куда направляешься?

– В Хенд-Херрен, точнее в храм света, – спокойно ответил я ему, готовясь к ожидаемой реакции, но страж оказался более сдержанным, нежели мне показалось.

– Зачем это? – шумно вдохнул человек с лёгкими нотками возмущения, а может и удивления в голосе.

– Надеюсь, жрецы света смогут излечить её, – кивнул я на Афелию. – Девочка почти слепая.

Услышав, что речь идёт о ней, Афи повернулась к нам своим ничего не видящим взглядом, чтобы блюститель закона убедился в недуге.

– Дело благое, но… – он задумался, видимо, стараясь подобрать слова без оскорблений. – Зачем такой, как ты, хочет излечить её?

– Вы бывали в Макте? – спросил я его вместо ответа.

– Свет упаси, нет.

– Да, извиняюсь за глупый вопрос, чуть улыбнулся я, получив нужную реакцию. – Макт – грязный город из-за своей промышленности, но это лишь вершина айсберга. Всё самое тяжёлое и вредное производство находится внутри горы, в скальных породах. Где нет практически света и свежего воздуха, – начал я наводить жуть на собеседника абстрактным рассказом. – Мой отец отрядил мне управление самым ужасным цехом в этом предприятии. Считайте, что нашли отхожую яму на помойке, в которой ещё и блохастый пёс сдох, – продолжал излагать я свою ложь и вновь кивнул на Афи, чтобы сместить спектр внимания. – По ней не скажешь, но девочка была очень умной, математический гений, а из-за вредных паров на тяжёлом производстве… – я тяжело вздохнул и с небольшой заминкой сменил тему, чтобы человек, сидящий напротив, уже сам додумал для себя приемлемую картину. – Чувствую вот свою вину. Хочу исцелить её, если не полностью, то хоть как. Сопроводить до Эратии, куплю ей там небольшой домик или цветочную лавку какую-нибудь.

– Хозяин, это совсем не обязательно, – подала голос Афелия в заданный момент. – Моё место подле вас, рядом с вами, чтобы ни случилось, и до самого конца.

Немного лишнего добавила. Да и это неприятно мутит воду прошлого. Абстрагируйся.

– Нет, Афи! Мы уже это обсуждали! – произнёс я в повышенном тоне, возможно даже с раздражением, и повернулся к девочке. – Отец наверняка в наказание отправил меня в самое пекло, зная, ты не протянешь там и нескольких лет. Мы не можем быть больше вместе.

– Но… Но я не знаю, как мне жить без тебя, Джон, – великолепно отыграла Афелия и протянула руку ко мне.

– Я знаю, солнце, мне тоже тяжело. Я поцеловал её пальчики. – Не прошло и дня, чтобы я не винил себя за то, что с тобой произошло. Если случится ещё что-то, то моё бессмертие станет проклятием.

– Ты же всегда можешь… – осторожно начала девочка, но я тут же её прервал, разозлившись сильнее.

– Нет! Это мы тоже уже обсуждали. Мои чувства к тебе слишком глубоки, чтобы обрекать на подобие этого существования.

– Джон… Хозяин… – её глаза наполнились слезами.

– Афи, давай не сейчас, – я повернулся к коменданту, прикрыв лицо руками, я сделал несколько глубоких вздохов, как бы успокаиваясь. – Извините, очень больная тема для нас.

– Ясно, значит, добряк… – задумчиво произнёс собеседник.

– Да я понимаю, что у вас моя раса вызывает естественное, скажем так, отторжение. В этом нет ничего предосудительного, – начал я разглагольствовать перед стражем дальше. – Тем более после событий в Свят-Кови вы тут явно все на взводе.

– Что ж, Джон, мне в принципе всё равно, но есть вопрос к тебе, – произнёс он, прекратив раздражающе барабанить пальцами по столешнице. – Не слишком ли ты светлый для истинорождённого вампира?

Попали! Что-что, а про смуглую кожу не укушенных вампиров мы как-то не подумали. Спокойно, извилистый мой друг, ты слишком часто паникуешь в последнее время что-то.

– Ну, знаете ли, если вас в подземелье практически безвылазно сорок лет продержать, потом практически обескровить, то вы и сами будете выглядеть словно мукой осыпанный, – недовольно произнёс я. – Тем более мой отец обращённый, и мы у него все не слишком-то смуглые вышли!

Я скрестил руки на груди и всем своим видом постарался изобразить, что оскорблён.

Отличный план! Почему я о нём ничего не знал? Потому что я импровизирую, как обычно. Недурно, надо признать, выходит.

— Не хотел вас оскорбить, – поспешил извиниться комендант, полностью купившись на мой фарс. – Вы же понимаете всю ситуацию, вот неосознанно и задел вас.

– Да-да, понимаю, бдительность превыше всего, – смягчился я сразу же. – Вы тоже простите за несдержанность. Довольно частая насмешка в мой адрес.

– Хозяин, вы потеряли, – послышался голос совсем не по сценарию.

Так я ей сигнала вроде не подавал, и она должна была молчать. Эта сценка для жаркого момента, но тут удалось всё урегулировать без лишних телодвижений. Эх, Афи-Афи, ну что за самодеятельность. Ну что ты взъелся, заволновалась девочка. Ну да, мозговитый, что уж там… Будем отыгрывать как положено.

– Что? – обернулся я, чтобы увидеть, как слепая девочка протягивает мне два золотых.

– Это не моё, – ответил я ей, демонстративно проверив свою мошну с деньгами. – Видимо, ваше.

Я принял монеты из руки Афелии и положил их на открытый журнал учёта перед комендантом. Тот непонимающе посмотрел на монеты, потом, сощурив взгляд, на меня.

– Ты что, это, подкупить меня пытаешься? – спросил он, понизив голос.

– Да нет же! – выпалил сразу я ему в ответ. – Говорю же, не моё, – старался говорить я как можно более увереннее. – Может, кто из предыдущих ваших гостей потерял? Тем более зачем мне вас подкупать? Всё же в порядке, – утвердил я сразу же за него. – Мне чужого не надо, я относительно богатый.

Собеседник рассматривал меня бесконечную минуту своим суровым взглядом, пытаясь уличить хоть в чём-то, но я не предоставил ему такой возможности, натянув на себя самое глупое и простое выражение лица. Потом взгляд стража переместился на скучающую Афелию и снова на меня. Тут уже я решил подтолкнуть его к нужному решению.

– Ну, если вы считаете это взяткой, то хорошо, я заберу. Как говорится, «курочка по зёрнышку клюёт», – спокойно произнёс я и потянулся к золоту.

Блюститель порядка захлопнул журнал вместе с монетами, как и ожидалось. Успех. Отложив незапланированную взятку, он откинулся на стуле и принялся покачиваться на нём.

– На вас же демонопоклонники напали, когда вы Свят-Ковь покидали, да? – спросил он, наконец прекратив елозить по мне своим взглядом.

– Да, – кивнул я в ответ собеседнику.

– Тогда как так вышло, что на тебе места живого нет, а одежда у вас чистая и прямо с иголочки?

А почему футболка сухая и не пахнет? Ха-ха-ха, мозговитый. Ты либо молчи, либо не тупи.

– Ого! Теперь понятно, почему вы комендант, – решил я ненавязчиво сыпануть немного лести.

– Ну и? – переспросил он стальным голосом, когда щепотка лести не попала.

Он руку правую под стол опустил, так что аккуратнее. Мозг, и что с того? Опустил и опустил… Коленка зачесалась… Так, если ты сейчас хочешь свести всё к пошлой шутке в стиле «Акабура»2[1], то лучше молчи, извращенец недоделанный. Сам ты испорченный до нелезя! У него там клинок на коленях наверняка, а ты сразу про пошлости. Может, тревожная кнопка-шнурок-руна какая или ещё чего. Аккуратней слова выбирай, сейчас сболтнёшь что-нибудь, что ему не понравится, и он тебя в капусту порубит. Ладно, дельное замечание записано вместе с претензией.

– Я хоть и выгляжу как груша для битья, но всё же аристократ, – заговорил я, стараясь придать голосу нотки надменности и вычурности. – Лицо я своё быстро поправить не могу, а вот купить новые вещи у ожидающих в очереди караванщиков мне по карману. В землях Доминиона моё высокородное положение, конечно же, ничто, но это не значит, что я могу позволить себе выглядеть как оборвыш. За очередную порцию дурных слухов мне отец голову оторвёт.

Комендант лишь многозначительно усмехнулся в ответ и, прекратив качаться на стуле, принялся заполнять пропускной бланк.

– Где остановитесь? – спросил он, выводя буквы в пустых графах.

– Не знаю, пока ещё не думал, – ответил я человеку. – Походим, осмотримся.

– Ладно, иди отсюда уже, но будешь буйствовать, то уже я лично тебе башку откручу, – произнёс он, закончив писать, и протянул мне бумажку с печатью. – Хранишь бумагу у себя и не теряешь. Может, проверят, может, и нет.

– Постараюсь не обременять вас лишней работой, – кивнул я офицеру, принимая документ.

Огромных трудов стоило не вякнуть что-то из разряда: «Да знаю я, не впервой».

Встав со своего места, я взял Афелию под руку и вывел из душной обители коменданта.

– Коллега, приветствую, – протянул я руку вампиру, что ожидал своей очереди за дверью.

– Не уверен, я просто путник, – ответил он мне, пожав руку.

Мысленно же моя тушка лишь порадовалась, что мы незнакомы. Иначе вышел бы весьма знатный конфуз, так сказать. Мозг? Я за него. Даю тебе в мысленную директиву: в случае звездеца мерцать в спальню Евы. Один я или нет, не важно. Для нас это единственное безопасное пока что место. Принято.

– Как и мы, – кивнул я ему. – Но всё же мы все поданные Империи Ночи. Ещё свидимся в бессмертии.

– Безусловно, – вернул незнакомец мне кивок и поспешил пройти в каморку коменданта.

Мы же с Афелией, помахав бумажкой с печатями и разрешением находиться в городе перед носом стражи, прошли в город. Асир не бедствовал так, как Свят-Ковь, и его здания и улицы были в более приемлемом состоянии, но самая значительная отличительная черта человеческих городов от вампирских – нищие. Видимо, сейчас у стражи было полно других забот, и им было не с руки гонять этих джентльменов с площади трёх вокзалов. Я, конечно, всякое понимаю, но вид бомжей чуть ли не на каждом шагу портил всё впечатление о городе. Хорошо, что моя спутница их не видит особо…

– Афи, не колдуй! – вспылил я, заметив обратное. – Блин, ну ты чего как ребёнок? Сколько раз тебе уже можно это говорить?

– Извини, – вновь потупила она потухший взгляд. – Просто интересно было.

– Тут не на что особо смотреть, – известил я её.

– Очень шумно, вот и решила посмотреть, – оправдалась девочка, пока мы с ней вышагивали по улице. – Я справилась?

– Да ты умничка, – похвалил я Афелию. – Только в следующий раз не действуй без условленного сигнала, пожалуйста.

– Прости, мне показалось, что самое время.

– Первое, не переживай. Хорошо? Я не ругаюсь, просто наставление на будущее, – она сразу же просияла от этих слов. – Второе, прекрати извиняться за всё подряд, пожалуйста. Это как-то нездорово выглядит.

– Так я же больна.

–Да… Афи… Ну ты поняла, – затупил я, не найдя, что ей и ответить.

– Милорт, милорт, добрый день, уважаемый, – заговорил человек со стороны, нагоняя нас.

– Гуляй мимо, – грубо прервал я нищего, пока он не начал разливаться словами ещё больше.

– Может быть, крови хотите тогда, я могу…

– Дружище, мне от тебя ничего не надо. Отвянь, – чуть ли не прорычал я навязчивому бомжу.

Джентльмен, что решил с нами пообщаться, был весьма пахучим, настолько, что даже Афелия прикрыла нос рукой. Проигнорировать его, видимо, не удастся, такие бродяжки весьма приставучие. В то же время я на него ни накричать, ни оттолкнуть не могу, так как я вампир в человеческом городе. Чем подобные люди и пользовались весьма часто.

Вздохнув, я достал серебряник и бросил его нищему, этого должно хватить. Обычно такие субъекты предпочитали не рисковать головой из-за жадности.

– Вот, выпей за здоровье девочки и сгинь уже с глаз моих, – проворчал я и, взяв Афи за руку, быстрым шагом направился дальше.

Бродяжка, как и предполагалось, бросил мне в спину несколько фальшивых любезностей и избавил нас от своего тошнотворного присутствия.

– Сука, как же бесят такие уроды, – случайно пробубнил я мысли вслух. – Упс! Афи, теперь ты прости меня, ты ничего не слышала.

– От него так пахнет, неприятно, – поморщившись, проговорила моя спутница. – Рядом с городом же озеро есть, я чувствую, неужели так сложно помыться?

Я придержал её, чтобы пропустить нескольких конников на перекрёстке, после чего мы вновь продолжили двигаться вперёд в этой городской какофонии звуков.

– Ну люди разные бывают, не забивай себе голову, – посоветовал ей я, не найдя ответа. – В Асире много нищих, не стоит думать о каждом, у каждого своя история. Многие просто мерзкие и ленивые.

– Хорошо, – кивнула Афелия.

На некоторое время воцарилось молчание, и мы просто шли в сторону трактира Лобо. Я старался выгнать из головы навязчивые мысли о нищих и их судьбах, но спасу от них просто не было. Мозговитый, видимо, решил не обращать на них внимания, как властьимущие на бездомных.

Спустя десяток минут я всё же зацепился взглядом за немытое тело в обносках и, свернув, направился к нему. Надо что-то сделать, или эти мысли меня доконают.

– Вот, держите, снимите комнату в таверне, вымойтесь и накормите ребёнка. Постарайтесь найти работу, пока будете выглядеть более-менее прилично, – проговорил я женщине с грудничком на руках и протянул ей пять золотых.

Если она будет расходовать их с умом, то может и месяц на них прожить, на что я и надеялся. Сделка с совестью? Что? Делаешь добрые дела, чтоб перекрыть то зло, что сотворил? Наверное, не знаю. Слушай, ты так долго молчал, мне понравилось, давай опять. Посмотрим.

– Благодарю вас, господин! – выговорила нищенка, ещё не веря в то, что произошло. – Может, я вам…

– Всего хорошего, – прервал я её и, взяв за руку Афелию, направился прочь.

Может, мозг и прав. Возможно, я сейчас действительно пытаюсь вбросить на чашу весов немного добра, чтобы перевесить своё зло. Только тогда добро нужно не вбрасывать, а самосвалами подвозить, чтобы хотя бы уровнять весы. Погружённый в эти мысли я и дошёл до забегаловки старого товарища, поскольку Афи, как ни странно, не отвлекала меня расспросами. Наверняка заметив, что я заплутал у себя в голове, магическим зрением рассматривала всё.

– Привет, Сахарочек, – произнесла Вилга, когда мы вошли в общую залу трактира.

– Привет, красавица, – улыбнулся я ей и постарался успокоить расшевелившийся в неприличных мыслях мозг. – Не составишь ли мне компанию на эту ночь?

– Ммм… Безусловно, – жеманно произнесла она и изучила взглядом Афелию. – Новая пассия?

– Долго объяснять, – отмахнулся я от этой темы. – Где Лобо? – спросил я, заметив, что его нет за стойкой.

– Он болен, сейчас всем заведует… – девушка не договорила, поскольку её прервал один из посетителей.

– Белокурая, ну ты чего застыла? Я уже заждался своей жратвы!

– Не помрёшь, милый, – откликнулась Вилга в ответ и вновь повернулась ко мне. – У меня сейчас лишние обязанности, но ты вечером заходи.

Развернувшись, проститутка грациозно покачивая бёдрами, держа поднос в одной руке над собой, направилась к нетерпеливому посетителю. Спустя десяток секунд я понял, что уже неприлично пялюсь на её зад, поспешил отвернуться, направившись к стойке.

С каких пор проститутка официанткой стала? Серый, больше уважения – это раз, а два – понятия не имею. Может, вернулась к старой профессии, завязав с непотребствами.

Я же вместе с Афелией подошёл к стойке. Под ней ко мне спиной оказался парень, что тщетно пытался вместить все бутылки в небольшой нижний шкаф.

– Дружище, привет. Слушай, а кто тут за главного-то пока? Я слышал, Лобо приболел, – окликнул его я.

– Пока отец болеет, я заведую этим местом, – ответил тот и развернулся, выпрямившись.

– Малыш… Ген… Геннадий… – радостно воскликнул я, и сразу же весь восторг потух, когда я понял, что забыл имя сына хозяина заведения.

– Генри, – напомнил он мне не очень-то довольным голосом. – Чего тебе надо?

– Ну извини, дружище, запамятовал, сколько не виделись, лет пять? – попробовал я всё же вновь наладить дружелюбную обстановку.

– В прошлом году виделись, когда я в перерыве от учёбы приезжал, – вновь напомнил мне собеседник.

– Точно… Вот у меня память дырявая. Извини, – сдался я и решил сменить тему. – Слушай, тут мои друзья не заходили? Такой здоровенный орк, не слишком здорового вида и гоблин мелкий.

– Да, заходили, – коротко ответил мне сын трактирщика.

– Ладно, и где они? – спросил я у него, окинув общую залу взглядом вновь, чтобы убедиться, что их тут нет.

– Я поселил их в семейном большом номере. Здоровяк выглядел совсем уж плохо, видимо, отдыхает, а гоблин в бане плещется, – всё тем же недружелюбным тоном ответил мне он.

Слух, у него на тебя явно зуб какой-то. Да, мне тоже так показалось, Лобо был, конечно, ворчливым и периодически даже жёстким, но его сынуля перебарщивает.

– Хорошо, спасибо за помощь, – кивнул ему я.

– Я сделал это лишь по наказу отца, и то ему об этом Вилга сказала. Для гостя у тебя тут слишком много привилегий, бард.

– Слушай, в чём твоя проблема? – решил я спросить у парня напрямую.

– Ни в чём, ты мне не нравишься, – спокойно ответил Генри, ставя перед Афи стакан с холодным компотом.

– Вилга-Солнышко, отведи её, пожалуйста, в семейный номер, там, где мои друзья зеленокожие, у нас тут не очень цензурный разговор намечается, – попросил я девушку, когда она проходила мимо нас.

– Конечно, Сахарочек, – лучезарно улыбнулась та.

– Вилга, это не входит в обязанности официантки? – в чуть повышенном тоне произнёс сын Лобо.

– Зато входит в обязанности друга, – произнесла девушка и сурово посмотрела на него. – Пирожочек, даже не начинай. Я не твоя собственность.

Хм… Тут явно что-то между ними происходит… Генри был по уши в Вилгу влюблён, а она слюни пускала на тебя и проституткой стала из-за тебя. Точно… Не, ни фига! Не из-за меня… Наверное… Надеюсь… Вот блин.

– Афи, не бойся, Вилга прекрасная и замечательная. Она тебя к Шпартко проводит, а мне с дядей Генри тут поболтать надо.

– Хорошо, – кивнула Афелия, и я порадовался тому, что она не стала спорить.

Взяв свой стакан, девочка под руку с Вилгой стали подниматься на второй этаж, о чём-то перешёптываясь.

– Так, Ген. Мне плевать, что ты там думаешь о моей персоне и всё-такое, но пока я здесь, придётся тебе проглотить все свои претензии. Я с твоим отцом дружил ещё задолго до твоего рождения, и не тебе ломать наши сложившиеся устои, – сурово произнёс я ему. – Пиво моё где?

– Вот мой отец так же сказал, – с усмешкой произнёс парень, наливая мне пенного напитка. – Я же и говорю, я исполняю твои прихоти только из уважения к своему старику.

– Вот и отлично, – я сделал глоток охлаждённого божественного напитка. – Я хотел бы его увидеть.

– Это ни к чему, – скривился Генри.

– А я и не прошу.

Мы с человеком долго смотрели в гляделки, и в конечном итоге он сдался. Раздражённо фыркнув, сын трактирщика жестом сказал следовать за ним.

Не сказать, что мы с Лобо были прям друзья не разлей вода, но в его трактире я всегда мог чувствовать себя в безопасности. Я всегда мог рассчитывать на то, что здесь накормят, дадут кров и мне, и Теаромоне. Я был завсегдатаем этого заведения черезчур часто. Были разногласия или претензии друг к другу, но это быстро забывалось. Думаю, раз его сын бросил своё обучение в столице и прибыл сюда, чтобы управляться с таверной, то болезнь тяжёлая.

– Приятель, ну как ты тут? – спросил я у лежащего в кровати хозяина заведения.

Некогда дородный и крепкий мужчина сильно исхудал, лицо осунулось, и под глазами появились огромные тёмные круги. Честно говоря, я вообще не понимал, как так болезнь может сломить человека всего за месяц.

– Ну, как видишь, не самого свежего вида, – отшутился больной и с трудом поднял руку для пожатия. – Хорошо, что ты вампир, советую не дышать, мало того, что я тут тухну, так ещё и газы замучили.

Усмехнувшись шутке, я не нашёлся, что и сказать. Мне было больно видеть, как угас этот человечище с большой буквы.

– А где Теа, она здесь? – спросил человек у меня.

– Нет, она в общем с роднёй… Она свободна теперь, – уклончиво ответил я, присаживаясь на стул рядом с собеседником.

– Вот и хорошо, – слабо улыбнулся тот. – Маска, ты хоть и проходимец, но всё же в душе хороший парень.

– Ал. Меня зовут Ал.

Полное имя я, естественно, не мог сказать ему, зачем расстраивать. Да я и сам уже как-то презрительно стал к своему имени относится и использую его только для запугивания.

– Роджер Гриффен, приятно познакомиться, – улыбнулся человек в постели.

– Так стоп! Я столько десятилетий тебя знаю и только сейчас узнаю, что «Лобо» твоё погоняло? – удивлённо воскликнул я.

– Ну да, – с хрипом в голосе захохотал собеседник. – Это я, надравшись вдрызг, лбом выбил дверь в бане и разбил пару-тройку носов. Спьяну подумал – замуровали демоны. Я не рассказывал?

– Нет, но теперь я жду подробностей, – улыбнулся я.

Пару часов я проболтал со старым приятелем, думаю, ему это было необходимо так же, как и мне, хоть я и не особо это осознавал. К концу нашей беседы человеку явно стало лучше, по крайней мере, морально, как и мне. Праздные разговоры о прошлом, пьяных выходках и курьёзных случаях помогли отвлечься от суровой действительности, вернули на мгновение в те самые времена, когда всё было просто и незамысловато. Когда тебя не терзали мысли об убийствах и зверствах, а в голове был лишь стыд от того, что засветил голой задницей перед дамами или проблевался, перебрав с выпивкой.

Покинув Лобо, я вновь спустился к его сыну, чтобы поговорить.

– Генри, мы начали не очень хорошо, думаю, лучше и не станет, но не важно, – проговорил я ему и бухнул на стойку мешочек с золотыми монетами, точнее с двумя третями всех моих денег. – Я думаю, этого хватит, чтобы заплатить жрецу за услуги, пусть похлопотает над твоим отцом. Ну и Шпартко – это орк, который, пусть тоже осмотрит.

– Думаешь, можешь вот так вернуться и купить всех вновь? – с презрением ответил мне он.

– Слушай, шкет! – я быстрым движением перегнулся через стойку и схватил его за ворот одежды. – Мне плевать, что ты там надумал в свою скудоумную башку, но я хочу помочь твоему отцу, а не тебе. Даже если жрец не справится, то хотя бы мой товарищ сможет уйти спокойно и умиротворённо. Поэтому проглоти все свои претензии и не думай только о себе и своей гордыне.

– Мальчики, мальчики, спокойствие, – сразу же вклинилась Вилга между нами. – Сахарочек, почему бы тебе не проверить своих друзей, пока я поворкую с Генри? А потом встретимся у меня.

Фыркнув, я отпустил человека, он же прожигал меня взглядом, полным презрения. Похоже, Вилга только что плеснула ещё немного масла в это пламя ненависти ко мне.

– Захвати выпить, – обронил я, уходя.

Мозг, ты прав. Малыш Генри влюблён в этот лакомый кусочек. Тьфу, от Вилги дуростью заразился. То есть ты понимаешь, что он в неё влюблён, и собрался запрыгнуть к ней в койку сегодня? И кто ты после этого? Дурак на букву «м», но я не думаю, что Генри интересен ей. Мне же просто необходимо скинуть стресс. А как же мужская солидарность? Кто успел, тот съел, как-то так. Какой же ты мерзкий.

Я зашёл наверх в комнату к своим спутникам, чтобы скинуть часть своих немногочисленных пожиток. Шпартко с Афелией увлечённо читали книгу, устроившись на широкой кровати. Затрик же щеголял в набедренной повязке. По ходу, он где-то стащил банку ароматического масла и натирался им.

– Сорок Второй, мать твою за ногу, тут Афелия вообще-то, постыдился бы, – возмутился я с этого вида.

– А что я? Что я-то, а? Афи же слепая и не видит мой постыдный срам, а Шпартко орк походный явно, привычный, да, – начал он оправдываться, натирая зелёное пузо. – Не надевать же мне одежду на масло сразу, а? Вещи новые, попачкать не хочу.

– Ладно, хрен с тобой, но всё равно соблюдай приличия хоть немного, – сдался я, скидывая в угол с себя всё лишнее. – Меня сегодня ночью не ждите, у меня дела…

– С тётей Вилгой у них компания на ночь! – радостно отозвалась девочка.

В разведку с ней не пойдём, сдала нас с потрохами.

Забей, серый, она не со зла. Точнее, Афелия точно не понимает, что к чему.

– Ах ты ж морда твоя не имперская, а! Нас, значит, как прилежных семьянинов сюда упрятал, а сам по бабам продажным пошёл гулять, да-да? Просто отвратительно и возмутительно, но я с тобой.

– Попридержи коней, Ромео, Вилга тебе не… – я задумался, как бы подобрать менее оскорбительное слово, но словарный запас громко захлопнулся в голове, поднимая облако пыли. – Не простая проститутка.

– А какая тогда, а? Раз не простая, волшебная, да? – не унимался он.

– Так, первое, хватит обсуждать подобное при Афелии. Второе, оденься уже наконец. Третье, Вилга мне больше знакомая и друг, чем ночная бабочка, – взорвался раздражением уже я. – Четвёртое, напарь себе денег сам и гуляй по женщинам сколько влезет. Слышал выражение такое: кто девушку ужинает, тот её и танцует.

– Фу… фу, какой же ты омерзительный! Бе, – скривился сорок второй гоблин из своей династии. – Я, дружочек, в отличие от тебя, да, в отличной форме, а, – Затрик принялся позировать, словно культурист, чтобы показать все достоинства уже заплывшего тела. – Мне деньги не нужны, чтоб дамы моими были, да. Я к ним с этим, с уважением отношусь.

– Ты мерзкий! – усмехнулась вновь Афи. – Уважай…

– Афелия, читай свою книгу, – процедил я сквозь зубы, закипая ещё сильнее.

Мозг, это сейчас что было? Не знаю, но злодеи мы как обычно.

– Тоже мне, в форме, ты своё пузо видел? Спортом бы занялся лучше, – огрызнулся я, отворачиваясь от гоблина, смирившись со словесным поражением.

– Не-не-не, когда спортом занимаюсь, да, то сразу потею, отдышка появляется и сердце бьётся сильно-сильно так, ага, – тихо заговорил он у меня за спиной. – Это явно аллергия, да. А аллергия – это дело опасное.

Я еле сдержался, чтобы не расхохотаться перед тем, как закрыть за собой дверь. Блин, Затрик Сорок Второй, он, конечно, иногда выбешивает до белого каления. Только порой как сказанёт, что со смеху можно помереть. Хорошо всё же, что я его встретил.

Знаешь, что самое странное во всей этой сцене драматического кружка клоунов? Ты это, извилистый, без оскорблений давай, но прежде чем ударишься в спорную полемику, ответь – что? А то заинтриговал уж. Шпартко ни слова не сказал, он вообще с тобой без надобности не разговаривает больше. А ведь и правда… Ну, это будет проблемой будущего меня. Сейчас же нас ждёт и жаждет прекрасная девушка на белых простынях. Ясненько, всё как обычно.

Хорошенько размякнув в горячей ванне, я понял, у кого Затрик стащил аромомасло, но меня это не волновало. Я покинул этот блаженный рай лишь для того, чтобы раствориться в ещё большем море удовольствий, страстных объятий и поцелуев Вилги.

Уже в конце я лежал и, тяжело дыша, гладил по волосам белокурую девушку, что устроилась у меня на груди.

– Как же мне этого не хватало… – выговорил я тихо мысли вслух, глядя на неё.

– Ммм… мне тоже, Сахарок, – жеманно произнесла собеседница, прижимаясь ко мне сильнее. – Должность официантки, конечно, неплоха, но мужской ласки порой очень не хватает.

– Хм… Вил, а ты окончательно сменила свою профессию? – осторожно спросил я всё же.

– Наверное… быть проституткой, знаешь ли, не предел моего мечтания, не все клиенты так хороши, как ты, – она потянулась, чтобы поцеловать меня в губы, я не сопротивлялся.

– Ты это всем мужчинам говоришь?

– Возможно, – лукаво улыбнулась девушка. – Выпить хочешь?

– Ещё спрашиваешь, – усмехнулся я. – Конечно.

Вилга встала с кровати и, подняв руки, потянулась всем телом, чтобы я мог в полумраке комнаты полюбоваться изгибами её изящного тела, на которые мягко ложился отсвет одинокой свечи. После чего с кошачьей грацией направилась к столу, где стояла бутылка с джином. Я же, устроившись на подушках поудобнее, жадно пожирал её нагое тело своим взглядом.

– Вилга, а как ты стала проституткой?

–Всё как обычно, банально и прозаично. Мечтательная девочка, что ничего не умеет, но с прекрасным телом, получает поддых от суровой реальности, и вот я здесь, – сухо ответила девушка, залпом осушив только что наполненный стакан.

– Ты врёшь, я чувствую и знаю. Мне тут ранее намекнули, что это я склонил тебя на этот путь.

– Так и есть, – спокойно произнесла Вилга, разливая джин по стаканам. – Ты со своими сладкими речами украл мою девственность, и для многих я стала шлюхой. Потом же заразил мечтами о лучшей жизни, – собеседница повернулась и, держа напитки в руках, медленно направилась обратно к постели. – Эта надежда отравляла меня день за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем, когда я ждала тебя. Маленькая глупая девочка, что мечтала о вечной любви и бесконечных приключениях в бессмертии. Вилга подала мне алкоголь и продолжила свой рассказ. – После смерти матери я поняла, что мне нечем платить за комнату и еду, а я, как уже и говорила, ничего не умела. Один пьянчуга великодушно зажал меня как-то раз в углу и изнасиловал за три серебряника. Она подняла стакан к лицу, скрывая нервную усмешку. – Мне было больно, страшно и противно, я словно умерла тогда. Но зато в конце, захлёбываясь слезами, я поняла, что мир полон ублюдков. Ублюдков с деньгами, что жаждут нежного тела. За тебя!

Вил стукнула свой стакан о мой и, подняв его повыше, вновь опрокинула алкоголь в себя полностью.

– Извини, – только и смог выговорить я и, подражая собеседнице, осушил свою дозу яда.

– За что? – с усмешкой спросила у меня девушка, забирая пустой стакан, и вновь направилась к столу, чтобы наполнить его.

– За то, что поломал тебе жизнь, – признал я наконец.

– Нет, я была не приспособлена к этой жизни. Ты же дал мне навыки для выживания, можно так сказать, – вновь спокойным голосом заговорила собеседница. – Я родилась очень красивой для простолюдинки, и мать растила меня сахарной куколкой. Чтобы выдать замуж за торговца или, если повезёт, за чиновника, у кого размер кошелька будет соразмерен с размером его брюха.

Она замолчала, держа бутылку в руках, видимо, погрузившись мыслями в своё прошлое детство. Я не смел её отвлекать, лежал и созерцал её в полутьме, в ожидании.

– Но я стала проституткой вместо образцовой жены, что каждый год выталкивает из себя наследника, и, честно говоря, быть проституткой мне более по нраву.

Вилга вновь со всем своим изяществом, покачивая бёдрами, вернулась и подала мне стакан с выпивкой, попутно залезая под одеяло.

– По нраву, но теперь ты официантка, – подытожил я, делая небольшой глоток.

– Мне двадцать девять, Сахарок, и с каждым годом, в отличие от тебя, я увядаю, – произнесла девушка, вновь пряча нервную улыбку за стаканом. – Да, ещё лет десять я могу об этом и не думать, но что потом? – собеседница сделала глоток, я же предпочёл не отвечать, решив, что вопрос риторический. – А тут такая возможность подвернулась.

– Генри? Он на сколько тебя младше, на десять, двенадцать лет?

– Любви все возрасты покорны, – Вилга щелкнула меня по носу краешком своего стакана и вновь пригубила его содержимое. – Малыш Генри с детства бегает за мной хвостом. Называет меня своим ангелочком, – кисло улыбнулась девушка.

– Вил, и что, вот так вот, без любви? Всё как по сценарию матери?

Осушив остатки алкоголя, я поставил его на пол, попутно зацепив сигарету, чтобы закурить.

– А что ещё мне остаётся? Не все готовы к приключениям и неизвестности в дороге, – выговорила она, повысив голос. – В этом городе родилась, здесь и умру, но не это самое страшное, —собеседница посмотрела на меня, и её глаза блестели, но она не дала слезам пролиться. – Самое ужасное – быть одинокой, когда вокруг полно людей.

Вилга вновь залпом допила джин, но на этот раз она поморщилась, возможно, даже сдержала рвотный порыв. Прильнув всем телом ко мне, белокурая девушка дала волю рукам.

–Ну что, додымишь и ещё разок?

Да, деточка явно наклюкалась. Это точно извилистый. Главное чтобы не стошнило. Слушай, ты так часто и долго молчишь вроде в последнее время, и мне это нравится, дружище. Продолжай в том же духе.

– Вил, подожди, у меня для тебя кое-что есть, – произнёс я, туша окурок в стакане.

Поднявшись с постели, я нашёл свои штаны и достал из кармана тряпичный свёрток. Положив его перед ней, замер в ожидании. Девушка с интересом и осторожно принялась разворачивать ткань. Раскрыв сворованное ранее мною колье из ювелирной лавки. У неё приоткрылся рот от изумления, и она посмотрела на меня своими большими глазами, не веря в то, что происходит.

– Ты… ты серьёзно? – произнесла бывшая проститутка заплетающимся языком.

–Понимаю, что это не вернёт тебе загубленную жизнь, но позволит начать новую, – произнёс я и, взяв со стола бутылку, хлебнул джина из горла. – Но прости, сразу предупреждаю, колье ворованное из ювелирной в Хенд-Херрене. Так что аккуратнее продавай.

– И вновь ты даёшь мне инструмент для выживания, – улыбнулась Вилга, возвращая в голос жеманные нотки.

Белокурая девушка отложила колье на край кровати и повернулась ко мне в чертовски соблазнительной позе, что вновь пробудило во мне всё моё мужское начало.

– Иди скорее сюда, мой Сахарочек, – поманила она меня пальчиком к себе.

Сделав очередной глоток, я отставил джин на стол и вновь нырнул в сладостную негу страстной близости с Вил.

Эта ночь с ней стёрла на краткий миг все мои тревоги и переживания, все плохие мысли растворились в жарких объятьях девушки. Более не существовало никого, только я, она и наша страсть, более ничего. Весь мир для меня был бел, как простыни, на которых мы предавались жарким чувствам. А уже к утру ко мне пришло блаженное упоение сна без кошмаров.

Если ночь разговоров с Евой была для меня моральным спасением и возможностью излить душу, чтобы облегчить тяжкий груз за спиной, то ночь с Вилгой была полноценной передышкой, что дала мне возможность просто скинуть с плеч этот груз и забыть о нём. Хоть на какой-то миг растаять в сладострастном удовольствии физической близости без какой-то подоплёки.

– Правда? Прямо голые?! – громко воскликнула Афелия. – Прямо на свиньях?

– Да, всё именно так, – произнесла Вилга, но таким простым и заботливым голосом, что я даже не сразу её узнал.

Я пошевелился в постели и попытался натянуть на себя одеяло, но через несколько секунд резко принял сидячее положение. Приятно забытая похмельная боль отдалась в голове, но не слишком сильно, позволяя мне проигнорировать её. Осмотревшись, я заметил сидящую на стуле перед кроватью Афелию и Вил рядом с ней. Белокурая девица, что скрасила мне эту ночь, большим гребешком расчёсывала белёсые волосы девочки, что находилась под моей защитой. И, судя по всему, выдавала ей постыдные истории из моего прошлого.

– С добрым утром, точнее днём, Сахарок, – произнесла девушка.

– С добрым днём, – весело повторила за ней Афи.

– Вил, блин, я тут вообще-то голый, – с укором произнёс я.

– Ммм… Я уже всё рассмотрела и давно, сладкий, – вернула на краткий миг свою жеманность в голос собеседница. – Афелия же слепая и не видит ничего, или ты просто стесняешься находиться с ней в одной комнате в таком виде.

– Мда… С добрым днём, – упал я обратно на подушки, решив не спорить.

– А мне тут тётя Вилга рассказала, как вы с Бруно на свиньях катались, – всё тем же задорным голосом оповестила меня Афелия.

От блин, нашла, что выложить. И не говори, извилистый.

Бруно был старшим братом Лобо, как-то раз мы с ним так набрались алкоголя, что решили устроить родео на свиньях, что жили на заднем дворе трактира. Не помню, почему нам надо было сделать это именно нагишом. Ополоумевшие от этого хрюшки снесли хлипкую ограду и вломились в таверну. Я, как оказалось, был плохим ковбоем, свалился со своего скакуна в районе кухни. Бруно же влетел в общую залу и зажёг там уже основательно.

– Было дело, – только и ответил я девочке, нащупывая свои штаны на полу. – Вил, а вы чего тут-то сидите?

– Над Шпартко сейчас жрец молитвы возносит, поэтому я забрала Афелию сюда, чтоб не мешала, – начала пояснять белокурая девушка. – Гоблин, как помощник, с нашей кухаркой на рынок ушёл.

– Ясненько, – кивнул я, одеваясь под одеялом. – Слушай, а ты можешь Афи подстричь покороче. Ну примерно, как у тебя, только с длинной чёлкой, чтобы глаза прикрывать?

– Да, в принципе без проблем, – улыбнулась она.

– А я красивой буду? – спросила сразу же Афелия.

– Ты будешь не просто красивой, а изумительной, – уже привычным жеманным голосом произнесла бывшая проститутка.

– Вот и чудно, – уже расплылся я в довольной улыбке.

– Я тебе обед внизу отложила, – произнесла Вилга, отходя от девочки. – Так что свали уже, Сахарочек, нам тут, девочкам, одним нужно пошептаться.

Девушка принялась копаться в шкафчике с различными женскими приблудами для красоты. Я же, полюбовавшись ещё немного её изгибами тела, вышел из комнаты. Потирая заспанное лицо, спустился вниз, чтобы перехватить чего-нибудь в желудок. Хоть и не было желания.

– Генри, доброго денечка, – поприветствовал я сына Лобо. – Вил сказала, мне тут пожевать чего завалялось.

– Ага, – раздражённо ответил он и плюхнул передо мной тарелку, на которой покоился уже холодный, но чертовски маслянистый рулет с ветчиной, и добавил к нему большую кружку холодного чая.

– Слушай, мы с тобой уяснили ещё вчера, что я тебе не нравлюсь, как и ты мне теперь, и всё такое, – залился раздражением уже я в ответ. – Давай день продержимся, да ночь простоим в нейтральных отношениях. Там мы уже уйдём, и моя прекрасная небритая рожа перестанет действовать тебе на нервы.

– Жрец не справился, – мрачно произнёс он, перебирая что-то руками за стойкой.

– Печально, – поник я, не зная, как подступится к еде.

– Ты тут гость, пока отец жив, но как только… Выметайся сразу.

– Парниша, не кичись, а то перья из хвоста повыпадают, – холодным тоном пригрозил я ему. – Слишком мал и слаб, чтобы вякать.

Я спокойно взял рулет и принялся его пережёвывать, запивая чаем, под прожигающим взглядом Генри. Честно говоря, он настолько мне надоел, что я решил его просто игнорировать по возможности. Ну и вежливости от меня он теперь навряд ли дождётся.

Ух прям злой и страшный дядя вампир. Ты сам-то не забудь свой хвост петушиный сложить. Мозг, я бы раньше обиделся, но по ходу я нашёл способ, как с тобой бороться. И как же? Так я тебе и сказал. Хочу только поправить тебя, не петушиный, а павлиний.

– И держись подальше от Вилги, – произнёс мне сын трактирщика напоследок, собираясь выйти на кухню.

– Пока ты мечтал о ней, сжимая член в руке перед сном, я её трахал в соседней комнате, – язвительно бросил я ему в спину, не в силах сдержаться.

– Ублюдок! – ожидаемо разъярился влюблённый юноша и бросился на меня.

Быстрым движением руки я схватил его за голову и приложил об стойку, заодно придавив к ней.

– Правильно, дебил, уничтожь репутацию заведения отца, – процедил я ему.

Генри несколько раз дёрнулся, вроде даже пытался дотянуться до ножа на стойке, но потом остыл. Видимо, смысл моих слов дошёл наконец до него, поскольку наша мини-потасовка привлекла много взглядов. Я, как и он, осмотрел постояльцев, после чего отпустил парня и махнул рукой знакомому вышибале, что всё в порядке. Сынок Лобо же лишь недовольно стёр с лица крошки от моего рулета и, фыркнув, удалился.

– Щенок, блин, – буркнул я всё же вслед, залпом допивая чай.

Вот последней фразой ты весь грозный пафос разбил вдребезги. Согласен, мозговитый, как-то глупо прозвучало.

Остаток дня прошёл незаметно, да и скучно. Я дошёл до кухарки, когда они с Затриком Сорок Вторым вернулись, и договорился с ней о провианте для нашего путешествия. Благо болтливый гоблин расположил её к себе гораздо лучше, чем я за последние десять лет, которые её знаю. В принципе, меня это не волновало, главное, что она согласилась нам помочь. Потом я вышел в город, дабы проветрить голову и докупить по мелочи полезных вещей.

Так непривычно было идти в одиночестве по знакомым улочкам, посещать те же самые лавки. Раньше меня здесь практически всегда сопровождала Теа, как хвостик шла рядом и выслушивала мои дурацкие шутки. Она была неотделимой частью меня, а теперь её всё же отделили. Теперь я тут один хожу… И сейчас она даже не ждёт меня в таверне, отдыхая там или настраивая инструмент, или ещё как готовясь к вечернему выступлению. Осознав это, я посмотрел на два печёных яблока в сахаре, что купил пяток минут назад. Теаромона очень их любила… А я не очень. Отдав сладости пробегавшим мимо детишкам, я пошёл дальше. Обойдя три лавки зельеваров, я всё же нашёл фляжку крови себе и целебной мази на будущее. Да и так пару микстур прихватил полезных, мало ли сгодятся. Когда же вечер полностью вступил в свои права, я развернулся и направился обратно в трактир Лобо.

Идя с тяжёлой головой от грустных мыслей, маневрируя в этой пёстрой и разномастной толпе незнакомых мне существ, я невольно вспомнил Санминор. Точнее толпу безликих мертвецов, что преследует меня в кошмарах. Только Асир был полон «людей», он кишел жизнью, и я, как унылый мертвец, шаркал в одиночестве посреди толпы. Сейчас смысл ранее сказанных Вилгой слов доходил до меня более отчётливо. Я был в толпе, но был одинок. Теаромона заменила мне весь этот мир, она была моим миром, а я не осознавал этого из-за своей глупости.

Глава 3: Горизонт событий

Стояв прохладе утренней улицы у таверны Лобо, я ждал своих спутников. Кухарка провожала Затрика Сорок Второго, словно бабушка – божий одуванчик своего горячо любимого внучка. Обнимала, что-то причитала, целый узелок вкусностей ему в дорогу собрала. Не удивлюсь, если и червонец на карман положила. Вилга выдавал апоследние наставления Афелии, попутно прихорашивая её. Афи с короткой стрижкой больше походила на младшую сестру девушки. К причёске Вил также добавила в обновлённый образ девочки бижутерию и лёгкий макияж. Жаль, Афелия не сможет сама его поддерживать, а мы явно не в состоянии будем это делать. Шпартко с вышибалой пытались распихать все наши вещи более компактно, чтобы удобнее было нести. Даже Генри на краткий миг показал свою недовольную мину из окна, видимо, хотел удостовериться, что мы действительно уходим. Я думал ещё зайти к Лобо напоследок попрощаться, но он спал. Решив, что не стоит беспокоить больного друга, я бросил эту идею. Вилга потом за меня всё ему скажет и наверняка гораздо лучше, чем я.

– Ты смотри, какая она теперь красавица, – проговорила Вил, подходя ко мне с девочкой.

Также на Афелии появился красивый кашемировый… ужас, а не слово… шарфик-платок лазурного цвета, что полностью скрывал её дорогущий амулет. Да и на голову она его теперь могла накинуть, чтобы белые волосы и слепота так сильно в глаза прохожим не бросались.

Скрытность, скрытностью… На улице не май месяц, а шарфик тёплый. Вот, что надо в первую очередь отмечать. Действительно извилистый, забываю уже, что люди мёрзнут. Афелия не человек и, кажись, мёрзнет ещё сильнее. Точно. Ты следи, говорю, а то чихать начнёт.

– Вил, я бы советовал тебе скинуть колье лучше в другой стране. Сумеречным, например, или в любом гномском царстве, – решил я вновь напомнить ей. – Так что аккуратнее продавай.

– Не волнуйся, Сахарочек, – как обычно расплылась бывшая проститутка в нежной улыбке. – У меня есть знакомства для подобных дел.

– А я волнуюсь! – не унимался я. – Если с тобой что-то случится, то я, скорее всего, даже не узнаю, чтобы винить себя.

– Афи, смотри какой заботливый, – с усмешкой произнесла белокурая девушка. – Ну тогда ты точно в надёжных руках, – она обняла девочку напоследок и полностью игнорируя мою тревогу произнесла. – Не волнуйтесь, мистер Бонд, всё будет хорошо.

– Да! – кивнула Афелия в подтверждение и, задумавшись на краткий миг, спросила. – А кто такой Бонд?

– Джеймс Бонд, – пояснила ей Вилга. – Одно из самых известных его имён.

– Так, ладно-ладно, уболтала, – бесцеремонно вклинился я в разговор, пока давняя знакомая не сказала чего-то лишнего или постыдного из моей биографии. – Решила, что дальше-то делать будешь?

– Не знаю ещё, – пожала та плечами. – Но в этом городе точно не останусь.

– Эратия, самое приличное место из всех, что я знаю, – подсказал ей я. – На худой конец Варош, он, конечно, на территории Империи Ночи, но властительница Треци оставляет хорошее впечатление адекватного правителя.

– Посмотрим, – кивнула Вил. – На территории Доминиона, знаешь ли, около сотни разных поселений, и не все они такие дыры, как Асир.

Взвалив собранные вещи на спины, мы распрощались со всеми и отправились снова в путь. По утренним практически пустым улочкам к главным воротам города, чтобы уже покинуть Асир. На выходе нас ждало несколько сонных охранников и комендант, что опускал свою похмельную голову в чан с холодной водой. Обменявшись любезностями, наша компания продолжила уже свой поход за городом вдоль вереницы спящих караванщиков, которых не пустили в город. Настроение у всех было весьма бодрое, и в мыслях даже зарождалась ядовитая вера в то, что всё действительно будет хорошо.

Янус внимательно смотрел на удаляющуюся из города четвёрку. Вампира со слепой девкой он сразу вспомнил. Тот разыгрывал из себя добряка, но там дело явно было нечисто. Повезло ему тогда с его нелепыми историями и дурацкой попыткой его подкупить, как комендант он в тот день был настоль вымотан, что пропустил бы даже рогатого демона, если бы у того была хоть какая-то бумажка с печатью. Сейчас же стража порядка заинтересовало другое, его спутники. Точнее, ему было плевать на орочьего увальня и уж тем более на помойную крысу гоблина, но вот все вместе они составляли весьма интересный квартет – одноглазый вампир, слепая девчонка с белыми волосами, орк, возможно, паломник Ангелов звёздного неба, и низший гоблин в возрасте… Уж не этих ли ребят разыскивают ножи. Янус потёр подбородок, размышляя, некоторые подозрения зародились у него ещё тогда, но было совершенно не до этого. Да и не хотел комендант, чтобы в его городе лишний раз ножи орудовали, вдруг грязно сработают.

Обтерев лицо тряпкой и наорав на сонных мух, что звались стражниками, Янус вернулся в свой кабинет. С десяток минут он пыхтел трубкой в потолок, размышляя – «стоит или нет?» В конечном итоге блюститель закона пришёл к выводу – «а почему бы и нет?» Если это те самые, то и от ножей может чего полезного перепасть, на худой конец будут должны ему услугу.

Комендант открыл ящичек письменного стола и провёл рукой по верхней крышке внутри. Вскоре под пальцы попалась колючая шляпка не забитого до конца гвоздя, рядом с ним чуть левее была начертана маленькая руна ножей.

– Есть информация, пришлите кого-нибудь, – произнёс Янус, прикасаясь к магическому символу.

Теперь ему осталось лишь ждать, когда представитель ножей соизволит явиться. Пока же его нет… День только начался, а я уже устал, – вздохнул комендант, взглянув на завалы бумаг.

Я шёл позади всей своей компании, спокойно покуривая и местами оглядывая окружение. Честно говоря, немного наслаждался моментом, последние четыре дня были уж черезчур спокойными. Даже скучными и нудными, ничего из ряда вон выходящего не происходило. Шпартко наставлял и всячески умничал, Затрик придирался к нему и байки травил, Афелия вновь всем восхищалась и удивлялась, изучая окружение и слушая обоих зеленокожих рассказчиков.

Мне кажется или она немного слабоумная? Не кажется, я давно об этом подумал. Заторможенность развития? Ну, интеллект у неё колеблется от пяти до пятнадцати лет примерно. Тейн молодец, всё же отвёл беду от нас. Как ты с темы на тему перескочил, а так ещё бы не отвёл, денег ему было отсыпано будь здоров. Денег это он тебе отсыпал, ты ему барахла притаранил. Тебе там в черепной коробке совсем нечем заняться? Начал к словам придираться, чтоб искусственно конфликт разжечь. Опять умника пытаешься из себя строить… Ну-ну. У меня дел, к твоему сведению, тут невпроворот, но мне лень. Лодырь ты самый натуральный, но что с тебя взять. Так весь в тебя, дружище.

Вот так мы и шли спокойно и непринуждённо, никого так и не встретив на своём пути. Врёшь. Да точно вру. Два дня назад пересеклись с одним весьма оптимистичным рыбаком по имени Бейлин. Тот осведомил нас, что сегодня отличный денёк для рыбалки, без дальнейших разговоров пошёл по своим делам. Забавный парень на вид был, жаль что только шёл на рыбалку, а то прикупили бы у него пару карасей.

Пот, кровь, страх, сердцебиение. Да, учуял, красавчик извилистый.

– Народ, стоять! – скомандовал я и бегом догнал остальных.

– Ал, ты чего, а? – спросил сразу же Затрик.

Половник ангелов покрепче сжал рукоять меча, что висела у него на поясе, но доставать не спешил. Другой же своей массивной рукой орк загородил Афелию.

– В кустах кто-то прячется, – кивнул я на ближайшие заросли. – Эй, кто там, выходи, – громко произнёс я и решил пригрозить. – А то копьё кинем.

– Ал, у тебя же нет копья, да? – сразу же спросил гоблин, испортив мне угрозу.

– Да, нет, и считаю это большим упущением… – отвлёкся я на сказочника, но Афи перебила меня новым вопросом.

– Почему?

Решив, что дальнейший диалог перерастёт в абсурд, я просто молча направился к кустам.

– Афи, копьё штука такая, да, в хозяйстве всегда пригодится, вот, – начал пояснять сорок второй гоблин девочке за моей спиной, но меня это уже не интересовало.

Увидев зрением жизни, что незнакомка собирается убежать, я стремглав кинулся в кусты и за шкирку выволок её оттуда на дорогу. Это оказалась девятнадцатилетняя девушка, волосы чёрные как смоль, хороший загар и незначительное количество одежды на теле выдавали её как уроженку из Эратии или ближнего южнобережья к ней.

Метка. Вижу мозг.

– Где твой хозяин? – спросил я у брыкающейся беглой рабыни.

– Разве у человека может быть хозяин? – услышал я вопрос от Афелии за спиной.

Шпартко тихо принялся ей отвечать, но меня это не интересовало, вслушиваться не стал. Рабыня же затихла, поняв, что сопротивлением делает больно только себе, однако на вопрос не спешила отвечать. Просто молчала и с вызовом смотрела на меня.

– Слушай, мы тебе не желаем зла… – начал говорить я и еле-еле успел увернуться от её удара в пах. – Так прекращай!

Приподняв её за волосы, я хорошенько встряхнул девушку, и та зажмурилась от боли, но вроде бы более не собиралась сопротивляться.

– Мне, честно говоря, всё равно, кто ты, кто твой хозяин и почему ты рабыня, а уж тем более причины твоего бегства, но на тебе метка, увы. Придётся служить, если не хочешь сдохнуть. Поэтому совет: вернись туда, откуда сбежала, – выпалил я ей на одном дыхании.

– Я лучше умру, чем вернусь в этот ад! – ожидаемо со всей своей решимостью прошипела рабыня в ответ.

– Эй! Алё, здравый смысл есть? – я наигранно постучал ей по лбу. – Если ты сбежала оттого, что не могла выносить жестокости или какого-то там унизительного обращения к себе, то представь, что эти люди сделают с тобой, когда узнают, что ты сбежала? Мучительные пытки через метку не? Не слышала? Не говоря уже о том, что эти мрази тебя через ментальный поводок могут выследить.

– Мне всё равно, я не вернусь туда!

– Да к чёрту, – я отпустил её и махнул спутникам рукой. – Привал, Шпартко, вправь мозги этой убогой. Затрик, следи за Афелией, Афи, следи за Затриком, – я вновь повернулся к незнакомке. – Если хочешь, можешь бежать. Если останешься, накормим, но если заявится твой хозяин… Я тебя ему сдам без малейшего промедления. Согласна?

Рабыня кивнула, и я отошёл от неё, проходя мимо орка, шепнул ему, что «прогуляюсь».

Прогулка заключалась в том, чтобы намочить деревце подальше от предполагаемой стоянки, курить особо не хотелось, а более я ничего и не придумал. Побродив в округе, осматриваясь, я решил, что работы по обустройству временного лагеря уже не осталось, и вернулся. Орк с новой знакомой сидели поодаль от всех и что-то обсуждали. Девушка же, как не в себя, поглощала еду. Затрик с Афелией сидели у костра и пристально смотрели друг на друга. Черезчур уж буквально восприняли моё поручение чего-то.

– Ага! Моргнул! – радостно воскликнула девочка и победно подняла руки. – Я выиграла.

– А вот нечестно это, да. Совсем нечестно, – возмутился гоблин. Тебе же моргать не надо, да?

– Сам предложил в гляделки играть, – деловито и возвышенно произнесла Афи, победно отпивая воды из своего стакана. – Так что смирись с очередным поражением.

– Афи, не колдуй! – воскликнул я уже больше по привычке.

Девочка вздрогнула и посмотрела на меня с виноватой улыбкой.

– Если я скажу: «Прости», это что-то изменит?

– Нет.

– Ну тогда и не буду утруждаться, – заключила девочка и повеселев отвернулась от меня.

– Затрик, ты явно на неё плохо влияешь, – недовольно пробурчал я себе под нос, но гоблин услышал.

– Я?! – подскочил он на своём месте. – Да разве ж я? Да никогда! Я самых честных правил, да. Просто идеал для подражания, воспитатель…

Развиться кривляньям сорок второго гоблина из своей династии не позволил крик беглой рабыни. Она, держась за голову, извивалась от боли, а орк пытался удержать её, чтобы девушка не навредила себе ещё больше.

Ну прям клише по заказу. И не говори, мозговитый, вообще не удивлюсь, если это вновь проделки Кондраши.

– Афи, будь тут, – сразу же осадил я её, увидев, что та поднялась со своего места. – Затрик, сыграйте во что-нибудь ещё.

Сам же поспешил к вопящей девушке и половнику. Когда я подоспел, она уже прекратила кричать и дёргаться, просто лежала и тяжело дышала, скуля от боли.

– Похоже, хозяин заметил твоё отсутствие, – озвучил я вывод, что сам напрашивался собой.

–Похоже на то, – тихо выдохнула она.

Рабыня вновь закричала, но я заткнул ей рот, помогая Шпартко удержать брыкающееся тело.

– Не будь таким грубым, Алк, – произнёс половник Ангелов звёздного неба.

– Я Афи не хочу пугать, а твоя новая подруга уже труп, – цинично заключил я. – Смирись.

Походу мужик недоволен пропажей собственности и решил попытать её перед смертью. Похоже, а что сразу мужик, женщины тоже те ещё садистки бывают.

– Ты можешь ей помочь? – с надеждой спросил меня орк.

Я отрицательно покачал головой, рабские метки Кастренлосса даже девятые не умеют снимать, а может и умеют… да не важно это сейчас. Девушка успокоилась и обмякла, она была ещё жива, но не в состоянии двигаться, лишь дрожь била её тело.

– Я готова умереть, – выдавила незнакомка из себя.

– Помоги ей, – вновь произнёс Шпартко и уже сам прикрыл рот девушке, начавшей извиваться в новом приступе боли.

–

А чего я-то? – зло воскликнул я, глядя в глаза паломнику.

– Мне такое тяжёлое решение не под силу, – тихо ответил орк и опустил глаза.

Смирился-таки. Извилистый, не время злорадствовать.

Достав нож-лепесток из рукава, я заглянул на краткий миг в глаза девушке.

Серый, я же правильно поступаю, избавляя её от страданий? Чего это ты озаботился моральной стороной вопроса? Не знаю, всё ещё пытаюсь быть хорошим по привычке, видимо. Быстрым движением я вонзил беглой рабыне нож в сердце, и та успокоилась.

– Похорони её, – произнёс я, поднимаясь на ноги.

Шпартко кивнул и, бережно подняв тело убитой, направился в глубь леса. Я же бросил взгляд на Афелию с Затриком. Слепые глаза девочки были на мокром месте, гоблин стал мрачнее тучи. Воздух вокруг меня дрогнул и расплылся в мареве.

Мерцание.

Хорошо, что в последний момент я передумал мерцать в середину кратера Санминора, а то пришлось бы поплавать в ледяной воде океана, что совсем уже затопил его, превратив в некое подобие лагуны. Стоя на краю этого чёрного пятна своей жизни, я так и не смог понять, почему переместился сюда.

– Мозг, я же хороший вроде как? – спросил я у себя вслух.

Нет, ты определённо злодей.

– Самокритично.

Зато правда.

– Но есть же у меня какая-то мораль и принципы.

Без вариантов. Ты не замечал, что все вокруг тебя почему-то умирают, полный список помнишь. Он длинный, и эта вереница ходит за тобой по пятам с именами и без, с лицами и безликие, кого-то помнишь, кого-то нет, но они с тобой, мертвецы все тут, в голове. Ты всё твердишь себе, что кого-то спасаешь, что поступаешь так, как надо, что по-другому никак нельзя, но твои руки по локоть в крови. Потому что ты эгоист, тебя волнует лишь миссия по расхлёбыванию собственно заваренного дерьма. Окружающие тебя умирают, а ты как ни в чём не бывало идёшь дальше, оставляя эту череду трупов позади. Вспоминая об этом лишь в критические моменты. Потому что самое главное – это и есть ты! Ты остаёшься зациклен на себе, как полный дурак с большой буквы «М».

Набрав побольше воздуха в грудь, я заорал в даль, чтобы эхо разнесло мой крик и тот утонул в шуме прибоя. Легче от этого не стало, хуже тоже, поэтому я почувствовал себя глупо. Впрочем, как и всегда.

Воздух вновь дрогнул, и серный смрад вытеснил морскую свежесть из лёгких. Я переместился в подворотню одной из кондитерских небольшого городка на территории Доминиона, его название в голову так и не пришло. Решил, что сладости должны отвлечь Афелию и растормошить Затрика на шутки. Нельзя, чтобы сегодняшний инцидент с беглой рабыней сказался на нашем моральном духе ещё сильнее. Очень удивился, что кондитерская уже закрывалась. Вроде середина дня была, и тут бах, оказывается уже вечер… сколько же я простоял там на краю кратера в полном отупении?

Вкусные булочки с пирожками сработали безотказно. Девочка поедала их с превеликим удовольствием, сорок второй гоблин из своей династии далеко от неё не отставал. В какой-то момент я даже начал думать, не подрались бы из-за сладкого, но сказочник вспомнил историю о Затрике Девятом, что был легендарным кондитером и кулинарным мастодонтом. Только вот после его смерти все его богатство и дело отжали какие-то нехорошие люди из мафиозной группировки под покровительством городских властей. Старенькая жена и совсем ещё юный Затрик Десятый никак не могли за себя постоять, и им пришлось вернуться в гоблинские трущобы.

Я, как обычно, сидел подле костра и молчал, не желая лишний раз встревать и портить мнение окружающих об этой шитой белыми нитками истории. Да и вообще в последнее время на разговоры как-то не тянет, настроение совсем в ноль упало. Зато после зеленокожего сказочника наш половник звезданутых ангелочков высказал нравоучение о бесчестии и взаимовыручке. В пример тоже поведал притчу о стальной деве и орке-бугае, было весьма интересно, но история сразу же выветрилась из головы. Точнее, в какой-то момент мозг вновь сказал несусветную чушь, и я начал с ним спорить. Сам не знаю, как до того дошло, но я завис, размышляя о киборгах в степях и что они там заполонили.

– Хочешь поговорить о сегодняшнем? – спросил у меня Шпартко, плюхаясь на землю рядом со мной.

Я взял у него протянутый бурдюк с вином и отпил, попутно осмотрев лагерь. Хм… Костёр уже догорал, Афелия спала, а Затрик достраивал свой шалаш для сна. Опять я потерялся в мыслях и просто выпал из реальности, что-то мне эта тенденция не очень нравится.

– Нет, – ответил я орку и сделал очередной изрядный глоток, после чего вернул ему тару.

– Я разговаривал с ней до этого, ты же знаешь. Она этого… – начал всё же свою речь паломник древней и почти забытой религии.

– Шпартко, она страдала, я по твоей просьбе ей помог. Всё! – резко оборвал я его начинающееся нравоучение. – Тут не о чём более говорить.

– Как знаешь, – спокойно ответил он и приложился к бурдюку, решив всё же не доставать меня своими проповедями к моей радости.

Ночь прошла спокойно, если, конечно, не считать тот момент, где к Затрику в шалаш заполз ёж. Эванокские ежи были чуть крупнее, а иголки их прочнее и острее. Гоблин со страху с визгом подпрыгнул, разрушив свой шалаш, и бросился наутёк в лес. Всей компанией посмеялись над ним и помогли восстановить разрушенное лежбище. После чего все вновь спокойно уснули, кроме меня. Я со скуки даже занялся резьбой по дереву. Хотел вырезать что-нибудь Афи в подарок, но пока ничего не вышло.

С утра же, когда собирали лагерь, нами очень заинтересовался медведь. Пришлось припугнуть его огнём. Косолапый оказался благоразумным и, смекнув, что дело пахнет жареным, сразу ретировался.

И вновь пешая прогулка по дороге. Все эти дни уже почти в один сливаются. Разнообразие внесла Афелия в середине дня, почуяв рядом воду, и мы решили устроить передышку в пару часиков у найденного озерца. Афи не упустила шанса поплескаться, орк тоже сиганул в воду и мощным брасом пересёк озеро туда и обратно. Затрик тоже вроде бы хотел, но, опустив ножку в ледяную воду, быстро передумал. Я же сразу для себя сказал «не-а, нет» и придерживался избранной тактики. После всего этого мы уже в приподнятом настроении продолжили путь.

Извилистый, ну ты понимаешь, чем пахнет? Да, в последнее время как-то скучно, и что-то вы радоваться начали. Скоро бомбанёт. Думаешь? Я, конечно, не Ванга, но жопа мне тут нашептала. Хех, не паникуй. Прорвёмся, как всегда, куда ж мы денемся. Умирать опять не хочется, как и всегда. Вот тут ты прав. Я машинально поправил свою пиратскую повязку. Глазное яблоко уже восстановилось, но зрение всё ещё нет. После этого действа и грудь фантомной болью сдавило, как двойное напоминание. Пока я решил не разочаровывать своими подозрениями спутников, но сам же перешёл в режим повышенной нервозности и готовности.

Когда мы расположились на ночлег, то вновь все подивились кулинарным талантом Шпартко. Из остатков чёрствого хлеба, овощей и вяленого мяса он сделал некое подобие гамбургеров. Жевалось отменно и вкусно, соуса разве что не хватало. Взяв очередное «разорви лицо», я отправился осматривать территорию. При этом наказав оставшимся особо не расслабляться и не ложиться, пока я не вернусь, ну и посматривать по сторонам так же.

Сам же я, жуя кулинарный шедевр половника Ангелов звёздного неба, неспешно прогуливался по подлеску. Осматривая окружение зрением жизни, принюхиваясь и прислушиваясь, на всякий случай оставлял злой глаз на деревьях. Далеко с этим заклинанием я не продвинулся, но лучше перестраховаться. Сделав два круга по расширяющейся спирали, я уже решил было, что всё в порядке, и расслабился. Готов был вернуться в лагерь, но, завернув за очередное толстое дерево, наткнулся на ножа. Честно говоря, я немного охренел, столкнувшись вот так вот с противником на расстоянии одного-двух метров. Наёмный убийца был удивлён не меньше моего и поспешил убрать хозяйство в штаны, чтобы схватиться за оружие. Я, не думая, просто сформировал плеть огня и ударил ею. Крик сгорающего заживо ножа и ярко полыхающий огонь теперь известил всех его напарников о моём присутствии.

Если таковые у него, конечно, были, а так откуда тебе знать, может, это просто случайный пассажир, а ты сразу его огнём. Изверг. Знаешь что, извилистый, думаю, ты, видя, как я улепётываю от этого места, уже понял, что я не хочу проверять твои догадки. А может, ты не будешь тупить и в кой-то веке воспользуешься своим преимуществом по праву крови? Точняк!

Мерцание.

Я вырвался из смрадного марева прямо перед костром, что даже пришлось перепрыгивать его, поскольку вновь стать обугленной головешкой желания не было.

– Шмотки в руки и бежать! – скомандовал я сразу же своим удивлённым спутникам.

Благо лишних слов не требовалось, и все сразу всё поняли, похватав скарб в руки, мы ломанулись в противоположную сторону от противника. Шпартко нёс на руках Афелию, прикрывая её попутно собой, если что. Поскольку я бежал ровно позади него, то от меня не укрылось, что тот начал прихрамывать. Не, не то чтобы прихрамывать… Бежал он неровно… В общем, было понятно, что орк не в порядке и долго бежать не сможет. Видимо, он всё же до сих пор испытывает боли.

От собака! Я его три тысячи раз уже спрашивал: «Всё ли в порядке? Как самочувствие?» И тому подобное. Нагло врал, гаденыш. Смирись, Шпартко горделивый орк и не покажет лишний раз слабину. Зато смотри, как гоблин смешно семенит. Я по совету мозговитого перевёл взгляд на Затрика Сорок Второго и чуть не чертыхнулся со смеху. Мелкий спутник действительно был смешон. Его рюкзак был практически с него самого и болтался из стороны в сторону, ведомый маленькими зелёными ножками.

Так, мозг, прекрати!

Десяток минут панического бегства и минутка передышки. Вроде оторвались. Запах человека и звук сердцебиения после пробежки сразу же подсказали мне, как я неправ. Слушай, а шустро это они нас нагнали. Нет, это мы медленные, плюс всё преимущество во времени ушло на сборы.

Интуитивно я дёрнулся в сторону, и бок обожгло кислотной болью от посеребрённого наконечника стрелы.

– Да, сука! – выругался я, разворачиваясь.

Не матерись, если бы ты в бочину не схлопотал, то они бы наконец Афи продырявили. Это да, тут я чуть не налажал по-крупному.

Матерясь всё же на все лады, я вырвал стрелу из своего тела. Боль была адской, но я испытывал и не такое, а внутри серебро изводило бы меня сильнее. Враг не спешил показываться и принялся нас осыпать стрелами. Из-за боли мне не удавалось быстро сформировать плеть, а ножи больше целились в меня, видимо рассудив, что я самый опасный. Ножей я не видел, поскольку они отменно скрывались, мог лишь инстинктивно догадываться, где они. Отступая постепенно, мы очень быстро поняли, что нас зажали, видимо наш противник хорошо знал эту местность. Непроходимый овражный бурелом и нагромождение камней отрезали пути отступления. Полным финишем стал рёв медведя…

Слух, а это не тот самый Косолапыч? Матч-реванш пришёл брать. Мозг, не время!

Зверюга одним ударом лапы послала гоблина в полёт метра на два до ближайшего камня. Кровищи брызнуло немерено. Застигнутый врасплох Шпартко опустил Афелию и схватился с шерстяным голыми руками.

– Афи, спрячься! Можешь колдовать! – скомандовал я нашей девочке, сам же бросился вперёд на подступающего врага.

Хах… Чем я ближе, тем отчётливей вас слышу… О да!

Я почувствовал, как лицо расплывается в улыбке и хищные инстинкты с жаждой крови наполняют меня. Сейчас не было смысла этому сопротивляться, и я всецело поддался этому пьянящему чувству.

Мерцание, голова с плеч. Мерцание, два полножа падают уже. Мерцание, зубы вгрызлись в шею. Рука с клинком Эм ушла в сторону, но встретила отпор. Звон металла и жгучая боль коснулась бедра. С яростным криком я налёг на воспламенившийся клинок и продавил дерзкого противника. Мерцание, и нож упал замертво, но не от моего удара. В затылке мертвеца торчала стрела, оперение было эльфийским. Мерцание, и клинок Эммилии вспорол брюхо медведю, хотя орк его уже почти удавил.

– Проблемы нарастают! – бросил я исполосованному когтями половнику.

Эльфы уже не скрываясь принялись выходить из-за деревьев, держа всех под прицелом.

– Афелия, спрячься за мной, – произнёс с трудом поднявшийся Шпартко, и девочка сразу же повиновалась.

Так, шесть остроухих вышли к нам, в лесу наверняка ещё есть парочка. Стрелы с отблеском серебра, ну а как же иначе. Хм… знакомая форма… Стражи порядка острова. Неужто по мою душу?

– Мы не желаем вам зла! – громко пробасил паломник Ангелов звёздного неба. – Мы просто путники в беде, и благодарны вам за помощь.

Эльфы никак не отреагировали на его слова, только лишь взяли нас в более широкий полукруг. Одна остроухая опустила лук и присела, чтобы проверить пульс Затрика.

– Он жив? – спросил я у неё.

Сам-то я видел, что гоблин ещё не помер, но надо было вновь попробовать завязать разговор.

– Мы не ищем драки, – снова проговорил орк.

Остроухая, которая проверяла гоблина, отошла к лидеру отряда, не знаю почему я решил, что он лидер, и принялась шептать ему на длинное ухо. При этом она спокойно тыкнула в меня пальцем.

Млять!

– Мы не желаем вам зла, мы всего лишь путники! – вновь повторил паломник, и его зашатало, видимо от полученных ран. – Я Шпартакар, половник Ангелов Звёздного Неба.

На представлении себя кровопотеря у орка начала сказываться, и он осел на одно колено, опираясь на клинок. Девочка вышла у него из-за спины и тоже представилась эльфам.

– А я Афелия, они добрые! Они защищают меня, – обвела она нас руками.

– Давайте сложим оружие и обсудим всё уже, как цивилизованные и гуманные существа этого мира, – продолжил говорить Шпартко. – Любой конфликт всегда лучше решать словами, а не клинками да стрелами. Хватит крови на сегодня.

Страж порядка, которого я принял за лидера и не ошибся, отдал несколько указаний на эльфийской тарабарщине и подал знак остальным опустить луки. Стрелы с тетивы они убирать не спешили.

– Здравствуй вновь, Алказар, – произнёс Шин, снимая свой шлем.

Не знаю почему, но я в этот момент почувствовал себя более-менее в безопасности, и тело расслабилось. Адреналин тут же перестал действовать, и я, скривившись от боли, осел на траву.

– Кен, подлатай его, – приказал эльфийке знакомый мне остроухий. – Вел, займись орком, Тел, на тебе гоблин. Але и Дит, – двоим оставшимся он жестом показал смотреть в оба, после чего поднял над собой руку и покрутил ею. – Остальные, осмотритесь тут.

Стражи порядка сняли маскировку, и в лесу я заметил ещё пятерых. Видимые стражи порядка сняли шлемы и разошлись исполнять приказы командира.

– Тебе лучше прилечь, – произнесла остроухая, которую окрестили «Кен», подходя ко мне.

Я, конечно, развалился на травке, но не полностью и, опираясь на локти, всё же следил за ситуацией. Афи с интересом разглядывала рослого остроухого, который занялся ранами Шпартко, при этом ни на секунду не отпуская его лапищу.

– Афи, не колдуй! – окликнул я её своим стандартным наказом.

Девочка посмотрела на меня и спорить не стала, её глаза перестали светиться и приняли свой естественный слепой вид. Страж порядка, которую окрестили Тел, шаманила над умирающим Затриком. Вскоре ей в помощь подоспел ещё один неизвестный мне эльф из темноты. Шин же молча стоял, разглядывая нас поочерёдно. Возможно, думает, что с нами делать. Хотел бы убить, то убил бы, не лечил.

А может, он уже экстренный запрос девятым отправил. Теперь ждёт их, делая вид, что всё хорошо, дабы ты не свалил. Извилистый, вот только давай без этих мыслей. Рассчитывай на худшее и никогда не будешь застигнут врасплох. Так, мозговитый, давай-ка без нравоучений и поработай лучше хорошенько. Нужно брать ситуацию в свои руки. Шин остроухий адекватный, с ним можно договориться, так что придумай что-нибудь эдакое.

– Рад приветствовать, Шин, – произнёс я. – В этот раз обстоятельства не столь печальные.

Эльф, ничего не отвечая мне, развернулся и направился к Шпартко.

– Он в порядке? – спросил Шин у Веллары.

– Да, жить будет, но я обнаружил остатки яда в организме, – произнёс рослый эльф, поднимаясь на ноги. – Кто-то пытался его подлатать, но не особо справился, – он вновь посмотрел на пациента и сидящую рядом с ним девочку. – Это не мой уровень, я не смогу помочь полностью.

– Вы залечили раны незнакомца, уже только этим заслужили благословение Араши и Люмин, – произнёс зеленокожий паломник. – Я – Шпартакар, странствующий половник Ангелов Звёздного Неба. Это Афелия, – представился он снова и указал на сидящую рядом. – Девочка, что попала в страшную беду. Я поклялся защищать и оберегать её от худой судьбы. Гоблин же, – орк перевёл взгляд на бессознательного спутника, которого лечили товарищи его остроухих собеседников. – Затрик Сорок Второй из династии Затриков, что берёт своё начало от Затрика Первого – героя санминорской резни… – Шпартко задумался на несколько секунд, глядя на вампира. – Полагаю, с третьим моим спутником вы уже знакомы.

– Да, знакомы, и очень даже хорошо знакомы, – сухо подтвердил лидер эльфийского отряда. – Что вы о нём знаете?

– Он зовёт себя Ал, Алк или Алый, но полное его имя Алказар Демитрикая.

Девочка испуганно сжала пальцы орка, он вполне понимал её опасения, но лгать добрым существам и спасителям ему претила вера. Орк с трудом, но поднялся с земли, чтобы сесть. Афи придвинулась сразу же к нему ближе, и он по-отечески приобнял её. Шин и Вел лишь стояли молча и терпеливо ждали, оценивая ситуацию, анализируя поведение собеседников.

– Я знаю, что он считается преступником на Эваноре, – продолжил Шпартко. – Я сам был свидетелем его необдуманных и несколько поспешных решений, из-за которых проливалась кровь как повинных, так и невинных, но двигают им благие побуждения.

– Афелия, – обратился лидер стражей порядка к ней. – Тебе ничего не угрожает, но вынужден попросить тебя пройти с Велларой. Я хочу поговорить со Шпартакаром с глазу на глаз.

Девочка сильнее вжалась в своего защитника, обхватив массивную грудь орка руками, и посмотрела на него.

– Афи, всё в порядке, не бойся, – с теплотой в голосе обратился к ней паломник. – Мы просто поговорим.

Вел нерешительно протянул к ней руку и немного удивился, когда слепая девочка безошибочно приняла её. После чего они отошли от Шина и Шпартко.

– Я хочу знать, как и при каких обстоятельствах вы встретились с Алказаром? Почему путешествуете вместе, даже зная кто он? И что случилось в Свят-Кови? – сразу же более жёстким голосом задал ряд вопросов лидер стражей порядка.

– Что ж, это нелёгкая история…

Орк без утайки поведал остроухому слушателю всё, что происходило с ними с той самой ночи в таверне. Рассказывал честно о всех хороших и неприятных моментах. Шпартко понимал, что сейчас их жизни целиком и полностью зависят от решения его собеседника, но он даже и не мог помыслить приукрасить свой рассказ или умолчать о чём-то. По заветам Ангелов зеленокожий паломник положил на чашу весов правду, в надежде, что Шин его поймёт. Когда же орк закончил говорить, эльфийский командир сильно задумался, не решаясь пока комментировать ситуацию, но Шпартко решил не дожидаться его.

– Благородный Шин, я вижу, что у вас доброе и справедливое сердце. Я нижайше вас молю принять нас в свой караван… – заговорил он, но остроухий его перебил вопросом.

– Откуда вам известно, что мы здесь с караваном?

– Подслушали у мимо проходящего патруля на границе Империи Ночи, – ответил ему зеленокожий здоровяк. – И я не знаю, лишь предполагаю, – поняв, что стража порядка такой ответ устраивает, Шпартко продолжил. – Мы вас совсем не потесним и согласны отработать своё пребывание по мере возможностей. Я прекрасно понимаю, что для вас очень рискованно брать под свою защиту цель ножей, но без вашей помощи Афелия не выживет. Как я уже говорил, Алказар старается, и мы все стараемся её защитить, но мы не справимся без помощи.

Шпартко потёр глаз, почувствовав, что тот начал слезиться. Он не хотел долгое время верить в сказанное им, но сейчас осознание масштаба беды к нему пришло в полной мере. Паломник понял, что только лишь его веры и общих усилий их небольшой компании не хватит для того, чтобы отвратить, как стало бы казаться, неотвратимое.

– Я своей жизни не пожалею, чтобы защитить это бедное дитя, но я боюсь, что моей жизни будет недостаточно.

– Вполне понимаю вашу ситуацию, – заговорил наконец лидер стражей порядка, потирая подбородок. – Я бы тоже не оставил ребёнка в беде, даже несмотря на то, что это человек. Основная проблема отнюдь даже не в ножах. У нашей Верховной жрицы было не самое приятное прошлое с этим вампиром, да и он повинен во многих злодеяниях против эльфийской расы…

– Его можно и не брать! – с надеждой выпалил Шпартко и продолжил уже более спокойно. – Примите нас троих, он может о себе позаботиться, мы встретимся с ним в конце нашего с вами пути.

– Вы предлагаете мне отпустить преступника? – суровым голосом спросил Шин у паломника.

– Да, – опустил взгляд орк. – Я знаю, что это претит вашей чести и наверняка присяге, но без него мы долго не протянем. Он страшная личность, но это необходимое зло. Как я уже говорил, Ал старается поступать правильно, но постоянно сходит с этого пути.

– Хм… Я услышал достаточно, – эльф отвернулся от собеседника. – Мне нужно поговорить с членами отряда, прежде чем я приму решение касательно вашей судьбы.

– В прошлый раз он был более приветливый, – проворчал я себе под нос, глядя в спину остроухому командиру. – Ауч!

Вскрикнув, я зажмурился от боли, поскольку эльфийка, что занималась моим лечением, черезчур больно надавила на рану.

– Милая, я, конечно, не жалуюсь, но всё же жалуюсь. Можно хоть чуточку полегче? – посмотрел я наконец на неё.

– Смотри не заплачь, – грубо ответила она и сняла шлем, чтобы не мешался.

Её лицо показалось мне весьма знакомым. Где-то я её уже видел в бессмертии, но где? Так, мозговитый, не смей шутить, что эльфы, как азиаты, все на одно лицо, понял!

Блин… Как она на Теаромону похожа… Только вот этого ещё не хватало… Ты идиот! Да ладно! Ты серьёзно…

– Кенара? – спросил я у стража порядка.

– Держись от моей сестры подальше, или я займусь тобой, но уже не лечением, – жёстко произнесла стражница и вновь надавила на ещё не закрывшееся ранение.

В глазах побелело, но я вытерпел, не издав ни звука. Лишь тяжелее задышал от этого.

– Теа здесь? – спросил я у неё и всё же обессиленно рухнул на траву, чем явно вызвал ещё больше недовольства у своего лекаря.

– Да, Верховная Жрица направляется домой знакомиться вновь с семьёй, – ответила остроухая, продолжив колдовать надо мной. – Мы её сопровождаем.

Блин… Как непривычно слышать о новом статусе моей Теаромоночки. Первое – не твоей. Второе – смирись уже и не будь уродом. Ну и третье – лучше радуйся, что она теперь крутая, а не ноунейм3[1]. Второй я, вот сейчас ты как никогда прав. Из рабыни в Верховную Жрицу эльфийского народа, это всё равно что, если меня сейчас императором нарекут. Ага, размечтался, обрыган. А у Теаромоны действительно стремительный карьерный рост. Слушай, мозг, так это же просто удача! Что? Помнишь отряд рыцарей смерти, их командир говорил, что там делегация ушей в двести или триста идёт. И? Под такой охраной Афелия точно будет в большей безопасности, чем с нами. Судя по тому, что отряд ножей, что мы встретили, был небольшой и лошки, то дезинформация ещё работает… работала… Ага, осталось только убедить ушастых принять нас к себе или хотя бы не убивать за прошлые преступления перед эльфийской расой, или не сдавать девятым, как преступника и демонопоклонника. Так, первое, извилистый мой друг, – мы вроде выяснили, что убивать и сдавать нас не собираются. Ну, по крайней мере, к этому есть все предпосылки. Ага, тебя сейчас подлатают и печать девятых на лоб поставят, чтоб не убежал. Потом публично казнят, чтоб все видели. Если мы будем вечность в проклятой роще прорастать, я тебя изведу. Не сомневаюсь в этом, дружище. Деревом быть мне противопоказанно, так что давай-ка без этих мыслей. Надежда на лучшее и всё такое. Ну а второе – не нас, а их. Я не пойду со всеми к остроухим, туда, где Теа… Я боюсь встречи с ней, честно говоря. Очень хочу, поскольку безмерно соскучился и чувствую себя виноватым перед ней во всём. Но… Меня одна лишь мысль о возможной встрече чуть ли не до панической атаки доводит… Не знаю, короче… Тяжело… Не готов я сейчас с ней видится. Наверняка, как и она тоже.

– Кенара, у меня есть к тебе просьба, точнее даже мольба о помощи, – заговорил я наконец с эльфийкой, прекратив свои внутренние разглагольствования. – Видишь эту девочку, – я указал на Афи, которая отошла с рослым эльфом в сторону от Шпартко. – Она умирает, её нужно доставить в одно место, чтобы спасти. По её следу идут ножи. Мне удалось сбить их со следа, но, думаю, надолго этого не хватит.

Эльфийка хотела что-то сказать, но я жестом попросил её помолчать.

Ай, блин… А чего это здоровая рука так вдруг заболела?.. Раньше такого не было. Ты чего, коновал, тут натворила? Не отвлекайся на бред. Опа… Мы опять ролями поменялись… Ну ладно, если что, умничай, а то я, видимо, уже не в форме.

– Возьмите моих спутников к себе, – продолжил я изъяснять свою мысль Кенаре. – В стан большого и наверняка самого элитного отряда ножи не полезут. Пусть девочка хотя бы до деревни Теа дойдёт в безопасности, не озираясь по сторонам. Да и остальным нужен отдых. Я с вами не пойду, буду держаться рядом. Не хочу тревожить старые раны Теаромоны своим присутствием. Поверь, Кенара, твоя сестра мне очень дорога… Дороже, чем кто-либо может представить, да я сам не могу даже понять, насколько сильно… дорога.

Слышь, серый из моей головы! Что за косноязычие? Нам умничать и петь соловьём надо, давай работай там.

– Кен, передай мою просьбу Шину и скажи ему, что всё, как и в прошлый раз, на честном слове, без обмана. Я выложил все карты на стол и прошу вашей помощи. Помощи не для себя, для неё.

– Занятная просьба, – только и ответила остроухая и поднялась на ноги. – Я закончила.

Приняв сидячее положение, я потянулся и прохрустел костями. Боли не было, и, почувствовав себя лучше, я решил встать на ноги, но остроухая мне этого не позволила. Когда я посмотрел на неё, она отвернулась. Лицо у неё было сдержанным, но вот глаза пылали яростью, Кенара явно меня сейчас недолюбливает. Скорее всего, из-за сестры, оно и понятно, но мне нужна сейчас её поддержка. Меня пусть ненавидит и презирает сколько угодно, остальным же нужна помощь. Пока Шин там лясы с орком точит, присядь на эти ушки. Убеди её! Спасибо за столь очевидный совет, капитан-голова.

– Кенара, послушай, – вновь обратился я к ней. – Нам правда нужна ваша помощь. Я один уже не вывожу всю эту заваруху. Гоблин просто пустослов, орк – идеалистически убеждённый паломник Ангелов звёздного неба, и девочка слишком наивная… И глупая для своего возраста, – быстро заговорил я, не давая собеседнице вставить свой едкий комментарий. – Они и близко не понимают всю тяжесть нашего положения. Я не хочу видеть их смерти, они заслуживают жизни. Я за них тебя прошу. Поговори с Шином, возьмите их под свою защиту на время.

– Я вылечила тебя только по приказу командира, – сухо ответила сестра Теа, всё так же смотря на меня. – Так что заткнись, или я получу прекрасный повод, чтобы лично тебя прирезать за то, что ты сделал с Теаромоной.

Всё-таки правильно мы обидку разгадали. Тут и гадать нечего было, мозг. Это настолько очевидно, что можно считать, что над ней неоновая табличка мигает с указанием причины.

– Млять! Нет, Кенара, я не заткнусь, – резковато как-то произнёс я, начиная немного злиться на всю ситуацию. – Я спас её от рабства у какого-нибудь урода…

Ты ставку Лорана перебил, сестричка может об этом знать. Хреново начал.

– Да, вышло, конечно, всё по-идиотски, но Теаромона ни о чём никогда не жалела, пока мы на острове не оказались. И то перед всем этим безобразием я хотел отправить её к семье, действительно хотел не втягивать во всё это. Она сама отказалась, она сама решила быть там, быть рядом.

– Ты просто обманул её.

– Недоговаривал и скрывал, да.

– Это одно и то же, – фыркнула эльфийка. – Запудрил мозги и всё. За деяния на Хване тебя уже надо казнить на месте. А за Свят-Ковь…

– Первое, – резко перебил я собеседницу. – Хван? Остров? – Дождавшись недовольного кивка остроухой, я продолжил. – Тут… Да, согласен. Дел я там наворотил, но я старался свести потери к минимуму, – начал я пояснять неосознанно, переключившись на нравоучительный тон. – Второе, не надо вот Свят-Ковь на меня вешать от слова совсем. Я всё это время там в темнице на цепях проболтался. Весь звездец, что там произошёл, устроили те, кто пришёл меня спасти, хоть я об этом их и не просил. Я не виноват в том, что они такие сволочи оказались… Задумавшись на несколько секунд, я решил ещё больше отвести вину от себя. – Да и Престор, что всё это устроила, больше была заинтересована в беседе с Беливером, чем в моём спасении.

– Алказар, если Шин не сдаст тебя девятым или не предаст эльфийскому правосудию – не казнит, я сама это сделаю, – спокойно ответила мне Кенара. – То, что ты сейчас не связан и чувствуешь себя таким свободным, не значит, что не под прицелом.

М-да, попали. Не стоит, мозг. Если бы не ситуация с Теаромоной, Кенара бы наверняка сейчас бы радостно нас обняла и заболтала бы всякими… О! Правильно, дави на больное. Да, извилистый, это наш козырь. Алый? Нет, «Алый козырь» ко мне не приживётся и звучит тупо, буду просто как всегда Алказаром – алкашом и заразой. Хотя уже сомневаюсь, что мне это подходит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

0

Это вымышленный мир и несуществующая фэнтези раса со своими культурными ценностями (и, да они могут отличаться от общепринятых норм, как и другие культуры нашего мира). В тексте имеется более-менее объяснение этого безобразия.

Вернуться

1

Akabur – разработчик NSFW компьютерных игр

Вернуться

2

Кто-либо или что-либо мало известное, без громкого имени

Вернуться