# Небовзор

Маргарита Блинова

Приветствую, адепт!

Добро пожаловать в З.А.В.Р. – Закрытую Академию, Воспитывающую Резервы.

Здесь ведут воздушную разведку огненные небовзоры, стоят на страже порядка грозные ядожалы и исцеляют души отзывчивые звездокрылы. Здесь технопаты и портальщики творят будущее. Здесь лекари спасают жизни, а некронавты делятся бессмертием.

Делай свой выбор и приступай к обучению!

В новой книге Маргариты Блиновой читателя ждет:

Долгожданное продолжение полюбившейся читателям истории про академию З.А.В.Р., адептов, драконов и других ее обитателей.

Главная героиня, вынужденная на время прервать обучение на факультете звездокрылов, чтобы отправиться в путешествие и узнать тайну Кристина Арктанхау.

Бестия, которая продолжит шалить и развлекаться даже среди снегов, но теперь ее проказы выйдут на новый уровень мастерства.

Знакомство с еще одним Всадником и чуть больше информации про хранителей четырех кулонов.

Эпичный финал, который никого не оставит равнодушным!

© Блинова М., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025


## Пролог

Дариан Кай-Танаш стоял возле окна своего рабочего кабинета, облокотившись на мраморный подоконник, и мрачно взирал на царивший за окнами пейзаж. Пейзаж, надо отдать ему должное, захватывал дух и будоражил сознание.

Господин Медный вывел свою сине-желтую группу подопечных на прогулку, и теперь пятеро ядожалов кружили в воздухе, сокрушая его размеренными взмахами крыльев и грозным рыком. Массивные и агрессивные на земле, в небе эти здоровяки преображались. Теряли тяжесть, напускную неповоротливость и становились сущими детьми. Пятью яркими радужными росчерками, что носились в небе, играли в пятнашки и с охотой дурачились.

Будь на месте ректора обычный человек, то не сдержал бы улыбки. Но у окна стоял ректор академии З.А.В.Р. И ректора возня ядожалов не радовала.

Его вообще ничего не радовало в последние дни.

Дариан еще раз посмотрел на валяющееся на подоконнике письмо от Хейнера Нэша и ощутил нечто среднее между усталостью и отчаянной безнадегой.


«…я спрятал твою бывшую адептку у наших общих знакомых, что живут в Крутогорье, но, Дариан, это не убережет никого от…» – предупреждали ровные строчки, выведенные строгим подчерком господина Нэша.


«…таким образом мы знаем, кто Мор и Смерть. Догадываемся о Войне, но нашим противникам известны имена всех четырех Всадников…

Время против нас в этой игре, Дариан. И если у Эрики Магни остались в рукаве припрятанные козыри, то настойчиво советую выложить их на стол сейчас. В противном случае…»


Дариан прихлопнул исписанный лист, словно таким образом можно было прихлопнуть ускользающее от него решение ситуации. Закрыл глаза. Нахмурился.

За его спиной ничего не изменилось, не раздалось ни единого звука, скрипа и даже легкого движения воздуха – демоны умели ходить бесшумно, но Дариан безошибочно узнал гостя.

– Пришел попрощаться? – спросил он, не оборачиваясь.

Хет-Танаш уязвленно дернул плечом, но никак не выдал досады. Сколько он себя помнил, Дариан всегда чувствовал его приближение так, словно обладал не только парой глаз на затылке, но и мощным локатором, фиксировавшим всех живых и не слишком живых существ в радиусе ста метров.

Больше не таясь, демон сделал шаг к бывшему другу и замер, буравя его спину взглядом.

– Подумал, что будет невежливо уйти вот так. Не сказав тебе ни слова.

Ректор академии медленно развернулся, очаровывая и одновременно пугая своей грацией хищника. Тьма, что жила в глубине каждого магистра темных искусств, жадно хлынула наружу, выдавая не самое дружелюбное состояние своего хозяина.

– Прощай, – холодно выдохнул Дариан, намекая, что на этом можно сворачивать беседу и уходить. Но Хет-Танаш был не из тех, кто быстро сдается.

– Эй! – воскликнул он, шутливо вскидывая руки в жесте «ой, сдаюсь, сдаюсь». – Ну сколько раз мне еще надо сказать «я был не прав», чтобы тебя отпустило? Ну, хочешь… врежь мне? Может, тогда полегчает.

– Адепт Арктанхау уже врезал, – с насмешкой напомнил ректор. – Вряд ли у меня получится лучше.

Демон непроизвольно скривился.

На их расе все заживало стремительно, вызывая зависть у простых людей. Да и времени с момента ритуального поединка прошло прилично, но даже сейчас с его лица сошли не все синяки и ссадины, оставленные кулаком северянина.

– Не напоминай, – попросил Хет-Танаш, делая шаг в сторону и без приглашения опускаясь в кресло напротив письменного стола. – Чувствую себя последним идиотом.

Больше всего на свете демон боялся потерять Избранницу. Он делал все, чтобы перевести ее на свой факультет, а в результате в один день лишился и той, которую любил, и лучшего друга.

Хет-Танаш считал, что жизнь к нему несправедлива. Дариан Кай-Танаш, напротив, полагал, что жизнь наконец опомнилась и бумерангом вернула всю ту боль, что демон причинил Адриане. Но вслух этого не сказал. Как не стал и сочувствовать.

Взяв с подоконника письмо Хейнера, он протянул его демону. Обошел стол, сел на свое место и побарабанил по столу пальцами.

– Таина Знающая? – нахмурился Хет-Танаш, пробегая взглядом строчки послания. – Вот так совпадение…

– Хотелось бы верить, но я сомневаюсь, что совпадения бывают такими, – ответил Дариан. – Больше похоже на четкий план, продуманный от и до.

Демон хмыкнул. Сосредоточенно перечитал несколько последних абзацев. Кивнул своим мыслям. Когда он оторвался от чтения и поднял голову, бывший друг сверлил его нечитаемым взглядом.

– Ты помнишь все, о чем мы тебя попросили? – вкрадчивым тоном уточнил Дариан.

Вместо ответа Хет-Танаш небрежным движением бросил письмо на стол, легко поднялся и одарил напряженного ректора беспечной улыбкой человека, который внешне продолжает отыгрывать весельчака, хотя внутри уже давно корчится от боли.

– Не только помню, но и сделаю. Не сомневайся, Дариан.

Демон пошел прочь от письменного стола, но у самых дверей замер и обернулся.

– И еще… – В его глазах, точно в отражении зеркала, плескалось беспокойство, как две капли воды похожее на беспокойство ректора. – Совет от старого друга, коим я некогда был. Надвигается буря, Дариан. Буря, за которой к берегам архипелага придет война, а может, что похлеще. И мне спокойнее думать, что ты найдешь способ оградить Риану и вывести ее из-под удара. Хотя бы в первое время.

Дариан помедлил, но кивнул.

– А вот теперь прощай, Дариан. – Впервые с момента из разговора на губах демона появилась печальная улыбка. – Спасибо за все те годы, что был рядом.

– Прощай, Хет-Танаш.

Демон вышел. Дверь за ним неслышно затворилась, оставляя хозяина кабинета наедине с дурным предчувствием, что это был их последний разговор.

Дернув головой, ректор академии решительно отогнал эти мысли. Встал. Прошелся. Выглянул в приемную.

– Фред.

Полуорк в деловом костюме с убийственным спокойствием оторвался от заполнения очередной объяснительной записки, которую крючкотворы с материка затребовали от академии З.А.В.Р., и посмотрел на мрачное начальство.

– Да, господин ректор.

– Подготовь бумаги с приказом об отправке группы на Ио и вызови для разговора адепта Арктанхау.

Секретарь откинулся на спинку кресла и выразительно заломил одну бровь.

– Полагаете, что это хорошая идея?

– Нет, – устало вздохнул ректор и с силой сжал переносицу, – но я знаю свою сестру. И я знаю, что к советам демонов из правящего рода лучше прислушиваться.

## Часть 1

### Лекция первая. О голодных драконятах и скрытности северян

> Я редко кого-то ругаю, но в недели, подобные этой, все словно сговорились, чтобы позлить меня.

– Бестия!

Черная драконица дернула ухом, наморщила маленький симпатичный носик и предпочла притвориться глухой и недалекой малышкой с удивительными крыльями.

Кто кричал? Когда кричал? Ничего не знаю.

Активно работая лапами, она шустро проскакала по проходу. Прижалась к стене, чтобы протиснуться в лаз. Лаз оказался неожиданно узким для ее попы, заметно подросшей за последние месяцы хорошей жизни.

Бестия застряла.

Ужаснулась, что вот сейчас ее точно нагонит суровый педагогический пендаль и она таки получит обещанное «ата-та» по непоседливой попе. Запаниковала, задергалась, поднажала и ценой невероятных усилий таки сумела протиснуть пятую точку между плотно подогнанными друг к другу прутьями арматуры.

– Пиу… – облегченно пискнула она, но человек в спортивной форме цвета «безрадостная серость» и не подумал отстать или застрять в узком лазе.

– Бестия, не заставляй меня бегать за тобой! – раздалось за спиной драконенка.

Бестия фыркнула и шаловливо помахала преследователю гибким тонким хвостиком. Играть в догонялки с двуногими было ее любимым развлечением, а удирать от разгневанных ее проказами – так вообще призванием по жизни.

Чего Бестия не учла, так это того, что по пятам за ней шел не просто человек без чувства юмора и умения посмеяться над детскими шалостями подрастающего завра, а адептка Адриана Нэш собственной разгневанной персоной.

– Посажу на диету.

Драконица споткнулась, подбитая моей угрозой, и затравленно оглянулась. Сделала удивленную моську в духе «Ой, Риана? А ты откуда здесь взялась?» После чего послушно села и сделала невинный вид. Непоседливая попа прижата к укрытой сеном земле, хвостик дисциплинированно обвивает лапки, мордочка изображает паиньку. Кто удирал, как преступница? Я удирала, как преступница?! Извините, но где доказательства?!

– Бестия… – шла и рычала я.

Причем рычала в лучших традициях разгневанного чужим взглядом ядожала. В полупустом помещении эхо моего голоса разносилось далеко. Оно поднималось ввысь и кружило под потолком ангара, где находилось их с Мясником общее на двоих гнездо.

Судя по печальной моське Бестии, проказница с куда большим удовольствием присоединилась бы к эху и улетела, но дать деру, когда тебя ругают, считалось величайшим позором на черную шкуру звездокрыла. А потому драконенок чинно сидела на месте с видом благовоспитанной девицы и смотрела большими глазами, полными наигранного изумления.

«А в чем, собственно, дело?» – читалось в этом взгляде.

– И не делай невинную морду! – окончательно рассвирепела я, останавливаясь и обличительно тыкая пальцем. – Повар мне все рассказал.

Бестия потеряла всякую надежду на «авось пронесет» и поняла, что отпираться дальше глупо, поэтому сразу перешла ко второй части оправдательного плана.

Сокрушенно вздохнула и опустила виноватую мордочку. Черные крылья плотно прижались к спине, плечики сгорбились, а тонкий гибкий хвостик заискивающе забил о пол.

Узри же, человек, как мне неловко за свое поведение! Прям места себе не нахожу.

Но меня эти ужимки с настроя не сбили. Вот совсем.

– Да-да, тебе должно быть стыдно за свое поведение, – припечатала я.

– Урр… – вздохнула Бестия, виновато глядя исподлобья.

Я стояла в центре недавно построенного гнезда в паре метров от сконфуженной малышки, хотя по логике должна была бегать и приседать на паре по физической подготовке под грозные окрики господина Бушующего. Но то по логике!

Кто ж знал, что в Бестии опять проснется фруктовая клептоманка и меня выдернут аккурат с середины полосы препятствий, подготовленной преподавателем, на разборки с господином Танцующим.

Сегодня после завтрака, когда я ушла на занятия по физической подготовке к господину Бушующему, Бестия с боем прорвалась на кухню за очередной порцией любимой дыньки. Была поймана с поличным бдительным поваром, после чего перевернула здоровенную кастрюлю с куриным супом и дала деру.

– Адептка Нэш! – потрясал руками наш уважаемый повар, владыка поварешек и заклятый враг одной черной малолетней вредины. – Вот и что мне теперь подать на обед, адептка? Свои или ваши искренние извинения?!

– Риана, – вздохнул братец, вызванный на место преступления, – ты обещала следить за Бестией, а не потакать ее многочисленным проказам.

– Но я ведь… – робко попыталась оправдаться.

– С тех пор как Бестия признала Адриану Нэш матриархом своей стаи, число ее набегов на кухню и продовольственные склады увеличилось вдвое, – хмуро глянул ветеринар, к которому я бегала за лекарствами от аллергии даже чаще, чем в столовую подкрепиться. – С этим надо что-то делать, адептка Нэш. Срочно.

Замотивированная прилюдной поркой и угрозой посадить хвостатую под арест в мою комнату, я внезапно обрела голос и замашки господина Бушующего. А еще во мне проснулся гнев, истерика и парочка воинствующих стерв.

Вот почему сейчас крайне недовольная я в серой спортивной форме стояла в центре гнезда и бушевала в лучших традициях нашего всеобщего тирана и физкультурника.

– Бестия, глупое ты создание, – распекала я подрастающую воровку фруктов и вредительницу в ужасающих масштабах, – ты хоть понимаешь, что все работники кухни сейчас на ушах стоят?

– Урр… – вздохнула Бестия, коготком ковыряя землю перед собой.

Все она прекрасно понимала. Она вообще была не по годам умной. Вот только сила воли за умом не поспевала и пасовала каждый раз, когда ноздри улавливали аромат спелой дыньки.

– Ладно повара, – импульсивно размахивала я руками, не в силах удержать эмоции. – Они поругаются, поахают, махнут рукой и займутся готовкой. Но ты хоть понимаешь, что этим вредишь своему здоровью?

– Урр…

Это Бестия тоже понимала. Словосочетание «аллергическая реакция» плотно вошло в ее обиход и вызывало порыв нервно почесать любую часть тела при одном только упоминании о неизбежном. Знала и все равно не могла удержаться от соблазна, ибо тот был заоблачно велик.

– Есть что сказать в свое оправдание?

– Пиу? – грустно пискнула драконица, дескать, а что здесь скажешь. Понимаю, раскаиваюсь, но продолжу?

Нет, это явно не тот ответ, что ждал от нее матриарх.

Бестия подняла голову, посмотрела куда-то мне за спину и удивленно моргнула.

– Ладно, не думаешь о себе, – продолжала распаляться я, – чихать хотела на сыпь и зуд, которые тебя ждут… А они тебя ждут, ибо ветеринар решил проучить одну маленькую прохвостку и отказался выдавать для тебя антигистаминные, так что готовься к худшему. Ближайшие несколько часов покажутся тебя незабываемыми…

Бестия подавилась вырвавшимся из горла смешком. Сделала испуганные глаза и сконфуженно зажала передней лапой пасть. Чуя неладное, я обернулась, но за спиной был только Мясник.

Взрослый звездокрыл размером с небольшой домик сидел в позе благочестивого дракона, но почему-то рождал в моей голове совсем уж неуместные ассоциации с огромным шкодливым котом. Судите сами: попа прижата к полу, грудь выпячена вперед, крылья сложены за спиной, хвост обвивает передние лапы, на морде выражение высшего послушания.

С подозрением полюбовавшись на эту чудную картинку, я повернулась к Бестии и продолжила в прежнем ключе:

– Но ты хоть раз представь, через что приходится проходить мне всякий раз, когда… – Оборвав фразу на середине, резко развернулась и успела заметить гримасничающего дракона.

Мясник резко перестал жестикулировать передними лапами и смешно разевать пасть. Понял, что спалился, и замер. А я глазам своим не верила!

– Ты что… Ты меня передразниваешь? – опешила я.

Мясник демонстративно посмотрел по сторонам, даже оглянулся для верности. Затем с удивлением уставился на меня и ткнул себя когтем в грудь с выражением «кто? я?!» на черной морде.

– Да, ты!

Звездокрыл возмущенно засопел, желая играть до конца в несправедливо обиженного завра, но не выдержал и сломался. Издал нечто среднее между хрюканьем и смешком, с грохотом повалился на пол, где принялся кататься по земле, бить хвостом и весело умирать от хохота.

Я молча посмотрела на Бестию, остервенело чешущую задней лапой зудящую шею, на ухохатывающегося Мясника. На драконенка. Снова на взрослого завра. Вздохнула и тихо подытожила:

– Да уж… С такими драконами и врагов не надо.

С потолочной балки бесшумно спрыгнул Мел. Тиграй продолжал приглядывать за нашей своеобразной стаей. Не то по просьбе Эрики Магни, декана факультета звездокрылов, не то по личной инициативе. Да это, в сущности, и не так важно. Важно то, что он почти всегда был рядом с ангаром и всегда с готовностью протягивал руку помощи.

Последний из тиграев, получивший посмертие у некронавтов, откинул капюшон, оценил мой вид и дружески хлопнул по плечу.

– Привет, Риана, – кивнул он, мельком глянул на Бестию, после – на Мясника и внезапно улыбнулся: – Эй, здоровяк. У тебя круто получалось. Ты молодец.

Мясник польщенно рыкнул, принимая заслуженную похвалу.

– Не поощряй его! – возмутилась я, сердито глядя на тиграя.

– Почему?

– Потому что тогда они оба почувствуют свою безнаказанность и потеряют остатки совести.

– Пф-ф! – закатил глаза Мясник.

– Пиу, – поддержала Бестия.

– Риана, не ерунди, – отмахнулся Мел.

Топнув ногой, я развернулась, чтобы уйти из ангара осмеянной, но не побежденной, но Мясник не дал. Коротко рявкнув, он внезапно дернулся и загородил выход своим хвостом.

– Это что еще за фокусы? – возмутилась я, запрокидывая голову, чтобы глянуть в его здоровенную наглую морду и четко скомандовать: – Дай мне пройти.

Мясник насмешливо фыркнул, всем видом демонстрируя с каким удовольствием он вертел на своем хвосте все мои приказные интонации.

– Так, значит, да?.. – процедила сквозь зубы, присела и попыталась приподнять тяжеленный хвост, но звездокрыл тотчас рыкнул, демонстрируя, что характер у него не легче хвоста, и в упор уставился на меня.

– Ну что? Что ты хочешь?!

Мясник укоризненно покачал головой.

– Слушай, – вмешался Мел, наблюдавший за очередным закидоном завра со стороны, – я не спец в заврах, но тут и Коди звать не надо, чтобы понять: Мясник считает, что ты ругаешь не того.

Завр благодарно кивнул и убрал свой хвост с прохода.

– В смысле не того? – немного растерялась я. – Еще скажи, что это не Бестия сделала подкоп и прокралась на склад. Это не Бестия сегодня перевернула кухню. И это не Бестия за минувшую неделю стащила и спрятала четыре ящика с дынями.

Мел глянул на драконенка, которая встала на задние лапы и остервенело чесала спину о кусок арматуры, приваренный по краям гнезда для устойчивости бортов.

– Нет, это точно она…

Тиграй сунул руку в карман штанов, перебросил мне бутылек с каплями от аллергии и молча пошел к поилке за миской.

– Бестия воровала дыни и раньше, а господин Танцующий ругался, ставил защиту на двери и бегал к госпоже Магни задолго до. Ничего не изменилось, если не считать того, что вместо Эрики теперь ты та, кому жалуются на шалости Бестии. Но не принимай эти крики близко к сердцу, Риана. Все понимают, что раз даже у Эрики не получилось поставить Бестию на место, то у сопливой адептки вроде тебя и вовсе нет шансов.

– Тогда почему орут?

– Потому что могут, – серьезно сказал тиграй, набирая в миску драконенка воды из поилки. – За последние месяцы столько всего произошло, что все ходят на нервах и с ужасом ждут очередную подставу. Мы уже лишились двух звездокрылов, едва не проворонили злоумышленников в составе проверяющей комиссии, а сколько мелких происшествий и поломок, которых спецы с магмеха не иначе, как диверсией, не назовут… Все в академии З.А.В.Р. нервничают. Нервничают и срываются на тех, кто под руку подвернется. На таких, как ты.

– Супер, – мрачно процедила я. – Всю жизнь мечтала стать подушкой-антистрессом, в которую орут взбешенные люди.

Забрав миску с водой у тиграя, я откупорила флакон с лекарством от аллергии и начала сосредоточенно отсчитывать капли.

Пять… Десять… Двенадцать…

На двадцатой капле не выдержала тяжелого взгляда Мела и сорвалась:

– Ну что?!

– А то, что ты поступаешь так же, как и они, Риана. Ты срываешь свой гнев на маленькой и глупой драконице…

Бестия перестала чесаться и возмущенно фыркнула, отрицая неприятные для слуха и самооценки прилагательные.

– …вместо того чтобы пойти и высказать Кристену Арктанхау все то, что думаешь о его лжи, – закончил тиграй.

Я наклонилась, поставила перед Бестией миску с лекарством. Встала, с тяжелым вздохом прислонилась спиной к борту гнезда и закрыла глаза.

Что обычно делают зрелые люди, если их друзья категорически и бесповоротно правы?

* * *

Ангар я покинула только ближе к вечеру.

Сперва просто хотела убедиться, что Бестия нормально себя чувствует. Лекарство сработало как надо, зуд спал, и с черной шкурки проказницы сошло раздражение, но после меня перехватил работник зоокухни, с которым надо было пересмотреть меню для Мясника.

Последние недели две погоду кидало из одного противоречия в другое. То из-за туч выглядывало солнце, то резко менялся ветер, и на головы беспечных адептов выпадал град размером с перепелиное яйцо.

Море тоже капризничало, не желая быть покладистым. Огромные волны с силой ударялись о скалистые берега островов архипелага Берег Костей. Ревели громче раздраженных завров и грозили покарать каждого, кто приблизится. Вот почему баржа с фруктами и другими заказами, что шла от материка, сбилась с курса и задерживала прибытие на двое суток.

Мясник недовольно ворчал и крутился рядом весь разговор. Переживал, что всю такую юную и наивную меня облапошат злые взрослые бессмертные дяди, а его обделят вкусненьким или вообще посадят на диету, а ему никак нельзя голодать. У него, можно так сказать, только все начало налаживаться. Точка бифуркации в запятую превратилась. Жизнь заиграла красками.

Но волновался он зря.

Я была в подходящем для бюрократического боя настроении и грызлась с работником кухни за каждую графу в таблицы с азартом Клары Небесной, главного бухгалтера академии З.А.В.Р. У меня даже ее нахрапистые интонации в голосе прорезались:

– Таки кому это вы решили отдать наши ящики с киви? Шо значит – Мясник их не ест? Еще как ест, там же стоко витаминов… Ему просто ваша шкурка не нравится. От них язык, знаете, как чешется… Шо значит – вам некогда чистить для него фрукты? Вы же некронавты, вам не надо беспокоиться ни о сне, ни о пище… Ах, вам лень! Тогда несите мне эти ящики. Мне не лень. Я почищу… Погодите-ка, а почему вот здесь семь мешков яблок, если на балансе девять?

Под конец разговора работник зоокухни уходит из ангара бледный, дерганый, выжатый разговором как лимон, а я стояла возле откатных ворот и провожала его взглядом.

– Гр-р?

Мясник сунулся было тоже поглядеть, но я сделала вид, что хочу чмокнуть его в недовольный черный нос. Завр испуганно шарахнулся в сторону, давая понять, что все еще не готов к телячьим нежностям.

– Трусишка! – крикнула я здоровяку, махнула на прощанье Мелу и вышла из ангара.

Вечер уже принял в свои объятья Черный сектор звездокрылов. Окружил теплым светом фонарей и укрыл привычными разговорами дежурных и звуками выполняющих комплекс потягушек завров.

Наш ангар располагался на небольшом расстоянии от остальных зданий, и после переезда Мясника в новое гнездо все вздохнули с видимым облегчением.

Семь оставшихся звездокрылов радовались, что беспокойный собрат больше не тревожит их дневной сон внезапными побудками. Адепты факультета звездокрылов дружно выдохнули – больше никто не пугал их внезапным рыком и не ставил подножки гибким черным хвостом.

Персонал трижды перекрестился и дружно выпил «за здравие нервных клеток Адрианы Нэш», ведь два самых проблемных завра – Мясник и Бестия – перешли под мою опеку и съехали.

Коди радовался тому, что теперь у слишком человекоориентированной Бестии появился не только человек-матриарх, но и завр-наставник. Эрика Магни тактично не стала комментировать качество таких наставников, как мы с Мясником, и на всякий случай попросила Мела глаз с нас не спускать. В свою очередь Мел…

Тиграй заботился обо мне и заврах с усердием строгого дядюшки. Внешне он казался прежним, но я чувствовала, что некронавт все еще не пришел в себя после дуэли Хет-Танаша с Кристеном и последующего за этим разговора о Всадниках.

А ведь с того памятного вечера прошло… Сколько же прошло? Две или уже три недели?

Я шла по дорожке на выход из Черного сектора и вспоминала допрос в гостиной ядожалов. В тот день я наивно полагала, что в мою жизнь наконец-то пришла светлая полоса и вот теперь-то все наладится. У меня есть два звездокрыла, свобода от демона, взаимопонимание с братом, потрясающие друзья и идеальный парень, при взгляде на которого чаще бьется сердце, а внутри разливается приятное, радостное тепло.

Но светлая полоса в жизни Адрианы Нэш продержалась недолго. Ровно до того момента, как дверь в гостиную ядожалов открылась, пропуская Эрику Магни, декана факультета звездокрылов, Максимуса Медного, декана факультета ядожалов, Тихона Горячего, декана факультета помощи и возвращения. Последним в комнату вошел Дариан Кай-Танаш, ректор академии З.А.В.Р.

– Доброе утро, – поздоровался он, выходя вперед и опускаясь в кресло напротив нас с Кристеном. – Итак, адепт Арктанхау, вы ничего не хотите нам рассказать?

Кристен тяжело, как-то даже обреченно выдохнул, повернул голову и виновато улыбнулся мне уголками губ. И он продолжал выглядеть виноватым весь разговор с наставниками.

– Мел последний из тиграев и единственный, кто выжил из всего народа, некогда проживавшего в Оплоте забытых богов, – веско произнес братец, кивая на привалившегося к стенке хранящего молчание воина. – Он утверждает, что узнал магию, которой ты воспользовался на поединке с Хет-Танашем… И у нас нет причин не верить ему. Поэтому вопрос всего один, адепт Арктанхау.

На гостиную ядожалов опустилась тишина. Многозначительная, громкая и невыносимая.

– Ты один из четырех Всадников? Ты носишь артефакт Войны? – вкрадчиво уточнил Дариан.

Я заерзала, прикусила нижнюю губу и с надеждой посмотрела на Кристена Арктанхау. Потому что отчаянно хотела, чтобы Кристен сказал «да». Трусливо желала, чтобы он на правах самого близкого для меня человека разделил этот груз ответственности. Потому что не хотела быть один на один с мыслью, что я новый Мор нашего мира.

Но Кристен скрестил на груди руки, закрывшись от всех разом, и сказал:

– Я не стану подтверждать или опровергать вашу теорию. Это тайна севера. И если я раскрою ее вам, то предам свой народ и больше не смогу ступить на берега Ио.

Это был совсем не тот ответ, который я хотела услышать. И не только я.

Присутствующие при допросе преподаватели переглянулись. Нахмурились. И сделались суровее, чем были.

Госпожа Магни так вообще весь остаток разговора хранила ледяное молчание, чего нельзя сказать о ректоре. Братец с упорством дятла пытался выбить из Кристена правду. Но ни ректорский авторитет, ни навевающая ужас тьма, полностью скрывшая белок его глаз и перешедшая на виски мелкой пудрой, ни даже вкрадчивые интонации Максимуса Медного не принесли результатов – северянин замкнулся, а после и вовсе перестал отвечать на вопросы.

В отличие от прочих господин Горячий не стал тратить время на слова и вооружился шприцем, который прятал в кармане. С улыбкой голодного вурдалака он попросил Кристена закатать рукав и нацедил немного крови.

– Для опытов… – уклончиво пояснил он присутствующим и торопливо покинул гостиную ядожалов, спеша в родную лабораторию в крыле лекарей.

Больше в допросе Кристена Арктанхау он не участвовал.

Максимус Медный, не иначе как вдохновленный примером пожилого некронавта, отобрал манжету северянина и пошел обыскивать его комнату. Увы, но если Кристен и припрятал очередной кейс с лошадкой где-то под половицей, то эта половица оказалась совершенно в другом месте.

Что сделала я, когда мой парень оказался под подозрением? Я поступила как взрослая девушка без эмоционального груза из прошлого: дождалась пока мы останемся вдвоем, обняла и поговорила с Кристеном по душам.

Но только в своих фантазиях об идеальной Адриане Нэш…

Реальная же я отдернула руку и отодвинулась от Кристена. Знаю, знаю! Бросать парня в нелегкой для него ситуации – это не лучшее качество для новоиспеченной подружки, но… Но когда он сказал, что не может выдать тайну севера, я почувствовала, как внутри что-то оборвалось.

Как я могу доверить ему свою тайну, если он не открывается в ответ?

Несколько дней после разговора я ходила с видом глубоко обиженной, а после пересмотрела свое поведение – и стало так стыдно, что я даже глаз на Кристена поднять не смогла.

Это не делает из меня зрелой личности, знаю, но я же просто человек.

Человек со своими слабостями и недостатками.

И чемоданчиком с лошадкой…

Думая обо всем об этом, я обошла ангар и шагнула в серый портал, которым пользовались работники академии З.А.В.Р., чтобы не сталкиваться с адептами. Покинув Черный сектор, где обитали звездокрылы, я одним махом перенеслась через половину архипелага Берег Костей и вышла в Синем секторе аккурат за административным зданием.

Почти шагнула к изгороди из кустов, чтобы выйти на мощеную дорожку между корпусами, но…

– А ну-ка повтори! – рявкнул господин Бушующий с той стороны.

Я инстинктивно присела, прячась от взгляда преподавателя по физической подготовке. По вине Бестии я самозабвенно прогуляла занятие по физической подготовке вместе с незабываемым прохождением полосы препятствий, и лучше бы не попадаться на глаза господину Бушующему ближайшие… Да никогда не попадаться! Особенно когда он в таком приподнято-злом настроении.

А то сотня-другая отжиманий покажется легкой разминкой по сравнению с тренировочным адом, который он способен организовать.

– Повторить? Легко, – со свойственным только ему непрошибаемым спокойствием ответил Фред, секретарь ректора академии. – Тебя отправляют на остров Ио в качестве сопровождающего. Приказ ректора. Утром подписал все бумаги и утряс формальности.

– Меня?! На Ио?! А я-то наивно полагал, что у Кай-Танаша интеллекта чуть больше, чем у скумбрии! – в излюбленной манере проорал взбешенный преподаватель, оправдывая фамилию. – Нет, Фред, я все понимаю, но в чем провинились северяне?

– Я спросил Дариана о том же.

– Бред! – прорычал мужчина, развернулся и с воинственным видом направился к входу в здание.

– Опять разгромят кабинет… – невесело предрек полуорк, вздохнул и степенным шагом двинулся следом за преподавателем.

Я осторожно привстала. Выглянула из своего укрытия и озадаченно почесала затылок. С каких пор брат принимает такие странные решения? Почему на остров северян решили отправить Бушующего? И связано ли это как-то с Кристеном и его тайной?

С шумом протиснувшись в едва виднеющийся просвет между кустами, я обошла здание, чтобы выйти к своему корпусу со стороны запасного входа, и заметила знакомую фигурку в черном комбинезоне факультета звездокрылов.

Эрика Магни, декан нашего факультета, торопилась по делам, но то ли оступилась, то ли пошатнулась от скопившейся усталости и врезалась плечом в стену.

– Зараза! – прочувствованно ругнулась она.

– Госпожа Магни, – бросилась я к ней и почтительно замерла рядом. – Вы… вы как?

Легендарная дорал-кай бросила на меня быстрый взгляд и остервенело потерла ушибленное плечо.

– А, пустяки, – отмахнулась она. – Просто еще один тяжелый день в череде тяжких недель… Ну да кому я рассказываю… Как Бестия? Слышала, она опять пробралась на кухню, спровоцировала переполох и истерику Танцующего.

– Делает вид, что полностью раскаялась и встала на тропу исправления, – сказала я, подумала и сдала тиграя: – Мел стащил для нее лекарство от аллергии.

– Отлично! – облегченно выдохнула суровый матриарх завров, выпрямляясь, и подмигнула мне. – Я уже трижды… скажем так, заимствовала у ветеринара пузырьки с антигистаминными. Не хотелось бы портить отношения в четвертый раз.

Манжета на запястье декана призывно пиликнула и замерцала, настойчиво взывая к своей носительнице с важным посланием. Госпожа Магни мельком глянула на нее и пробормотала:

– Ага, по всей видимости, ему уже нажаловались… Ладно, Адриана. Мне пора. Увидимся на практике, – сказала она и пошла в сторону входа в административную часть, но через пару шагов спохватилась и повернулась. – Да, и еще! – крикнула декан факультета звездокрылов, двигаясь задом наперед. – Магмех внес очередное улучшение в вашу полетную форму. Будто нам было мало тех функций, что они прикрутили в прошлый раз, но разве ж господина Клебо кто-то может остановить? В любом случае вашей группе уже должны были принести образцы в комнаты. Передай остальным, что на занятие приходим в обновках. Надо же опробовать.

– Хорошо, передам, – заверила я декана, а та махнула рукой, развернулась и заторопилась к административному зданию.

Было нечто странное в ее походке и движениях. Настолько странное и настолько неуловимое, что я в задумчивости проводила удивительную во всех смыслах дорал-кай взглядом аж до дверей, но так и не поняла что.

Пожав плечами и тут же выбросив эту странность из головы, я побежала в общежитие. Заглянула на первый этаж, нашла комнату Фару и передала новость про форму.

– Новая форма? – не пришел тот в восторг. – Клянусь, если и этот образец шарахнет меня током, то я выпрошу у госпожи Магни одного из звездокрылов и сделаю несколько удачных маневров под окнами магмеха!

– Могу одолжить Мясника, – предложила я.

– Риана, – картинно шарахнулся от предложения Фару, – я планирую всего лишь припугнуть этих экспериментаторов, а не устроить массовый сердечный приступ.

Я представила, как Фару драпает от Мясника вместо того, чтобы пугать адептов с магмеха, прыснула от смеха и побежала к себе.

Уже предвкушая, как расковыряю обновку на составляющие, я помчалась к себе. Настроение улучшалось, точно по волшебству, буквально с каждой ступенькой, поэтому на свой этаж я вбежала едва ли не вприпрыжку.

Свернула в коридор, ведущий в комнату, и была снесена радостным ревом сине-желтого драконенка.

– Р-ра! – бросилась ко мне малышка-ядожал.

– Конфетка! – смеясь воскликнула я, присаживаясь, чтобы ласково похлопать энергично подскакивающую малышку по толстой шкуре, и внезапно оробела.

Драконица никогда не гуляла в одиночестве. И никто не пустил бы ее в общежитие. Тем более в общежитие звездокрылов. И это значит…

Я резко выпрямилась и забыла как дышать.

В середине коридора, возле дверей в мою комнату, напряженно замер Кристен Арктанхау.

### Лекция вторая. О неожиданных новостях и женской активности

> Я редко веду себя как трусиха, но в такие моменты, как этот, хочется зажмуриться и в отчаянье шептать: «Только не это, нет, пожалуйста, нет!»

– Привет, – хрипло выдохнул Кристен.

– Ам-м… – выдавила я нечто совершенно неразборчивое, чувствуя, как слабеют ноги.

Все эти дни я так боялась разговора с Кристеном, что выбрала самую популярную стратегию решения особо сложных ситуаций: я всеми силами избегала встреч с ним.

Благо мы учились на разных факультетах, наше расписание занятий не совпадало, а встреч в коридорах и переходах можно было легко избежать, ведь мне показали теневые тропы, которыми пользовался персонал, чтобы не сталкиваться с адептами.

Единственной проблемой стала столовая, но даже там мне удалось не встречаться с Кристеном Арктанхау. Как? Ну я просто перестала туда ходить.

Первые дня два продержалась на заначке и мыслях о том, что диета моему животику, далекому до идеального пресса Власты, прямо скажем, не повредит. На третий день игнорирования столовой на занятие по зоопсихологии, которое вел Коди, ворвалась Власта.

Сердобольная подруга буквально вытащила меня в коридор, игнорируя жалобные протесты. После чего обругала нехорошими словами, пообещала сдать лекарям, а после торжественно вручила контейнер с еще теплой гречкой и куриной отбивной.

Как ей удалось уговорить дежурных, так и осталось загадкой.

Глен тоже что-то понял, и так повелось, что с этого момента они на пару таскали мне еду: звездокрыл – перекусы, заменяющие завтрак и ужин, ядожалка – контейнеры с обедом.