# Злые глазки

Наталия Николаевна Антонова

Записаться в районную библиотеку? Легко! Поспорив с лучшим другом, Андрей не только выиграл пари, но и обрел свое счастье – познакомился с очаровательной и скромной Аней. Молодые люди решили пожениться, однако неожиданное убийство жениха переворачивает все с ног на голову. Сестра главного подозреваемого обращается за помощью к Андриане Карлсоновне, энергичной владелице детективного агентства «Шведское варенье», чтобы найти настоящего убийцу. Сможет ли обаятельная старушка разыскать злодея, если ни у кого из знакомых убитого не было мотива для преступления?

Читайте новое расследование любимой сыщицы «Уютного детектива»!

© Антонова Н.Н., 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

* * *

Действующие лица и события романа вымышлены, и сходство их с реальными лицами и событиями абсолютно случайно.

От автора.

## Глава 1

Так случилось, что Анна впервые в жизни влюбилась в двадцать четыре года.

Бывает же такое. Мальчики заглядывались на неё ещё со школы. А ей всё некогда было думать о любви. Она хорошо училась и старалась не огорчать маму. Мама часто болела, а больше никого из родных у них не было. Отца своего она видела только на фотографии. Нередко матери-одиночки говорят своим незаконнорожденным деткам, что папа их был лётчиком и погиб.

Но папа Анны на самом деле был лётчиком. Свидетельства тому – фотографии со свадьбы родителей; и даже дедушка с бабушкой имелись, папины родители. Сначала они и жили все вместе. Мама Анны – детдомовская, и молодой муж привёл её в квартиру своих родителей. Потом бабушка с дедушкой быстро ушли друг за другом в иной мир, как они сами говорили незадолго до своей кончины – к любимому сыночку, который их там уже заждался. Мама Анны была привязана к свёкру и к свекрови, которые хорошо к ней относились, и искренне их оплакивала. Слава богу, что они оставили своим девочкам – снохе и внучке – крышу над головой, и им не пришлось мыкаться по чужим углам.

Анна окончила школу с золотой медалью, а потом и на филолога выучилась, окончив вуз с красным дипломом. Она собиралась заниматься наукой. Но мама стала часто хворать. И Анна устроилась в библиотеку, благо она находилась в двух шагах от их дома. О перспективах карьерного роста девушка и не думала, но совсем недавно начальство намекнуло ей, что заведующая библиотекой в свои семьдесят семь лет наконец-то собралась уходить на пенсию. И уже решено, что её место займёт она.

«А что, – думала Анна весело, – заведующая библиотекой Железнодорожного района Анна Витальевна Суздальцева. Звучит? – спрашивала она себя и сама себе отвечала: – Звучит!»

Вот как раз окрылённая этим радостным известием и возвращалась она домой в тот вечер.

Хотя вечер – это сильно сказано. Да, семь часов. Но на дворе май, и поэтому светло до десяти.

– Девушка, не подскажете, как пройти в библиотеку? – услышала она рядом с собой мужской голос.

– Не смешно! – ответила Анна.

– Конечно, не смешно, – ответили ей с лёгким нетерпением, – я ищу эту чёртову библиотеку уже целых полчаса. Сказали, что она в двух шагах от остановки трамвая. Я оставил автомобиль, прочесал пешком через весь парк, и что?

– И что? – почему-то рассмеялась Анна.

– Девушка, – чуть ли не взмолился парень, – не подскажете, как пройти в чёртову библиотеку?!

– Она не чёртова, – ответила Анна.

– Да хоть чья! – произнёс он упавшим голосом.

И только тут она хорошо его рассмотрела. Высокий, но не широкий, скорее долговязый. Волосы рыжевато-русые, взлохмаченные. Глаза серо-голубые. На подбородке ямочка.

«Какой он милый», – неожиданно для себя подумала Анна и сказала:

– Библиотека вон там! – Она указала направление рукой. – Но она уже закрыта. Приходите завтра.

– Здравствуйте, я ваша тётя! – смешно всплеснул он руками.

– А я библиотекарь, – неожиданно для себя призналась Анна.

Он посмотрел на неё долгим, недоверчивым взглядом и потом спросил:

– Вы, конечно, шутите?

– Я, конечно, не шучу, – улыбнулась она.

– В таком случае, может быть, вы сможете открыть библиотеку и впустить меня в неё?

– Не могу, – покачала она головой.

– Скажите хотя бы, как вас зовут, – попросил он.

– Меня зовут Анна.

– А меня Андрей, – улыбнулся он.

– Тогда до завтра, – сказала Анна и пошла в сторону своего дома, не оглядываясь.

«Как там мама», – подумала она на ходу.

– До завтра, – эхом отозвался он, глядя вслед её удаляющейся фигуре.

К утру вечерняя встреча с парнем, представившимся Андреем, вылетела из головы Анны, поэтому она очень удивилась, когда кто-то из читателей, перемещавшихся от одного стеллажа в зале к другому, приветливо поздоровался с ней. Она уже прошла было мимо, но резко крутанулась на каблуках в сторону прозвучавшего голоса. Сначала её глаза широко распахнулись, а потом она шлёпнула себя ладонью по лбу, вспомнила. Ну конечно же, вчерашний искатель храма знаний, улыбнулась она про себя. А вслух произнесла:

– Здравствуйте, Андрей.

– Вот пришёл, – улыбнулся он, – как вы и посоветовали мне вчера.

– Вы в отпуске? – лукаво спросила она. – Или с работы отпросились?

– Можно сказать, что отпросился, – ответил он и почему-то смутился.

Его минутное замешательство дало ей повод подумать: «Не иначе как прогуливает работу втайне от начальства».

Но напрасно Анна так подумала, Андрей не солгал ей, он на самом деле отпросился. У самого себя. Так как Андрей Юрьевич Яковенко владел фирмой «Все цвета и оттенки радуги», поставляющей на рынок, и не только местный, добротную краску. Владел Яковенко и магазином «Палитра», продающим краску, которую выпускала его фирма. Но не говорить же об этом практически незнакомой девушке.

– Нашли, что искали? – спросила между тем Анна.

– Почти, – улыбнулся он в ответ. Потому что опять-таки рассказывать Анне, что в библиотеку он записался только, чтобы не проиграть спор другу, было бы курьёзно.

Он сам не знал, как попался на эту удочку Данилы. Богуславский, можно сказать, подловил его. Андрей пожаловался другу, что его не удовлетворяет некая информация, добытая им в интернете. А Богуславский возьми да скажи:

– А не слабо тебе, Андрюха, в библиотеку записаться, прильнуть, так сказать, к бумажным первозданным источникам?

– Ничего не слабо, – отмахнулся Андрей, – просто всё уже давно отсканировано.

– Всё, да не всё, – загадочно отозвался Данила.

– Что ты этим хочешь сказать? – почему-то возмутился Андрей.

– Ничего, – беззаботно обронил друг.

– Всё ясно! Ты хочешь взять меня на слабо?

Данила продолжал молча улыбаться.

А Андрей уже завёлся не на шутку:

– Спорим, что я запишусь в библиотеку на этой же неделе?

Богуславский представил своего друга бродящим по библиотечным залам и выбирающим бумажные книги и невольно улыбнулся. Но улыбнулся про себя. Лицо же его тем временем приняло самое серьёзное выражение, и он спросил:

– На что спорим?

– На что угодно! – выдал Андрей.

– Охолонись, – посоветовал Данила, – а то я захочу видеть на кону яхту или усадьбу.

– Ну и что, – пожал плечами Андрей, – они же всё равно моими станут.

– Ишь раскатал губы, – усмехнулся друг. – Кабы они и были у меня, не стал бы я ими рисковать. А у меня их нет. Так что закатай свои губы обратно.

– Ты мне ещё губозакатывающую машинку предложи, – фыркнул Андрей.

– Предложил бы с превеликим удовольствием, – сказал Данила, – но её у меня тоже нет.

– А что же у тебя есть-то? – невольно рассмеялся Андрей.

– Давай поспорим на бутылку шампанского?

– Нет, – покачал головой Андрей, – дёшево отделаться хочешь.

– Ладно, называй свою цену, – предложил Данила и предупредил: – Но если ты решишь раздеть меня до трусов, то я спорить с тобой не буду.

– Не буду я тебя раздевать, – усмехнулся Яковенко, – мне твой гардероб без надобности.

– И то! Ты же в нём утонешь, – развеселился высокий широкоплечий Данила.

– Заканчивай упиваться своим величием, – одёрнул его Андрей, – давай так: кто проиграет, тот ведёт другого в ресторан и платит за обоих?!

– Согласен, – ответил Данила. – Но только не «Нептун» и не «Серж».

– Договорились, лично я даже против кафе возражать не буду.

– А я тем более, – отозвался Данила и позвал младшую сестру: – Поль, иди сюда на минуточку.

Появившаяся в дверях девушка спросила:

– Чего вам?

– Разбей!

– У меня руки в муке! Я же лепёшки пеку!

– А ты вытри, – попросил брат, скорчив при этом умильную физиономию.

Пришлось-таки девушке мыть руки.

– О чём спорили? – не утерпев, спросила она.

– Это секрет! – ответил брат.

– Ой, очень нужно мне в ваши детские секреты вникать, – при этих словах девушка закатила глаза и удалилась с гордо поднятой головой.

– Как, однако, она выросла, – сказал Андрей, когда за Поликсеной закрылась дверь.

Да, да, полное имя девушки было Поликсена. Так назвал внучку дедушка, учитель истории и большой поклонник великого русского историка Сергея Соловьёва, жену которого и звали Поликсеной.

– Точно, – согласился с другом Данила. – За ней уж парни гурьбой бегают, еле отгонять успеваем, – усмехнулся он.

– А чего прогоняете? – лениво поинтересовался Андрей. – Ведь ей уже, по-моему, скоро двадцать один год исполнится.

– Точно. Погляди, какая красавица! Умница! И хозяйка хорошая!

– Ты чего так сестру нахваливаешь, словно сватаешь её за меня? – озадачился Андрей.

– А чего не посватать-то, – с долей шутки ответил Данила, – ты парень справный, обеспеченный, не красавец, конечно, но, как говорит моя мама, чертовски мил.

Оба друга весело рассмеялись. И больше в этот день не возвращались ни к своему спору, ни к сватовству. Хотя, положа руку на сердце, Данила был вовсе не против того, чтобы сестра его Поликсена вышла замуж за Андрея. Но он прекрасно знал, что друг воспринимает его сестру именно как сестру друга, которая росла у него на глазах. А Поликсене нравятся совсем другие мальчики, ничуть не похожие на долговязого рыжего Андрея. То, что Яковенко владел фирмой, на её вкус никак не влияло.

Андрей же, решив не откладывать в долгий ящик своё решение записаться в библиотеку, узнал в интернете, где расположена ближайшая от его конторы. Вот только на часы работы этого учреждения он посмотреть не удосужился. Ему почему-то с детства врезалась в память фраза «Не подскажете, как пройти в библиотеку», произнесённая Георгием Вициным в фильме «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика». Всё бы ничего, но герой задал свой вопрос в три часа ночи.

Андрей, конечно, знал, что ночью библиотеки не работают. Но ему не пришло в голову, что они закрываются уже в семь вечера. Ведь это такая рань!

Пришлось идти утром. Теперь выигрыш пари у Андрея был в кармане. Даниле никак не отвертеться от оплаты ужина в ресторане, на худой конец в кафе.

«Так что, – думал Андрей, – не зря я сходил в библиотеку вчера. Если бы я сразу пошёл сегодня утром, то не встретил бы Анну. Вернее, встретил бы, но не познакомился с ней». Да и вообще, они могли сегодня просто скользнуть друг по другу взглядом и разойтись.

А теперь в планы Андрея не входило расходиться с Анной в разные стороны. Девушка запала ему в душу.

Он хотел во что бы то ни стало познакомиться с ней поближе и продолжить отношения. Но подходить к ней сейчас, когда она занята мыслями о работе, да к тому же под наблюдением чужих глаз, не входило в его планы.

Он уже знал, что в семь библиотека закрывается, поэтому он подъедет чуть раньше и подождёт её в парке, не выпуская из виду библиотечную дверь. Так он и сделал.

Когда Андрей получал из её рук книги и собирался покинуть зал, он успел заметить краем глаза, что Анна бросила в его сторону несколько коротких взглядов, точно жалела о том, что приходится его отпускать.

«Ничего, – мысленно успокоил он и её, и себя, – скоро, совсем скоро мы встретимся вновь».

Когда Анна шла через парк, она и не предполагала, что снова встретит Андрея. Он поспешно шагнул ей навстречу, выйдя из-за разросшегося прямо возле тротуара куста сирени.

– Ой! – воскликнула девушка.

– Извините, – проговорил он.

– Это снова вы? – то ли с удивлением, то ли с облегчением вырвалось из её груди.

– Я! – радостно улыбнулся Андрей и протянул ей ветку сирени: – Это вам.

– Ай-яй, – покачала головой девушка, – как некрасиво ломать сирень в парке.

– Я исправлюсь, – поспешно пообещал Андрей.

– Что вы здесь делаете? – спросила Анна.

– Жду вас. – Он пожал плечами, разве непонятно.

– И зачем же вы меня ждёте? – Теперь голос Анны звучал иронично. Ветку сирени она всё-таки приняла и теперь вертела её в руках.

– Я хотел проводить вас, моя машина стоит на дороге. – Он махнул в сторону выхода из парка.

– Это, конечно, здорово, – улыбнулась Анна, – только я живу всего в двух шагах отсюда.

– Два шага мы уже сделали, – улыбнулся он в свою очередь, – а до вашего дома так и не дошли.

На этот раз Анна рассмеялась, и смех её прозвучал весело и беззаботно. Она уже давно так не смеялась.

– Какая вы красивая! – искренне вырвалось у него. – И смеётесь вы так, словно кто-то горсть серебряных колокольчиков рассыпал.

– Вы поэт? – спросила она.

Он заметил в её глазах промелькнувшую грусть и ответил честно:

– Я скорее маляр.

– Кто-кто? – переспросила она недоверчиво и снова рассмеялась. – На маляра вы ничуть не похожи.

– Я не крашу, – признался он, – а работаю на предприятии, выпускающем краски.

Он всё ещё не хотел признаваться ей, что владеет фирмой.

– А, – протянула Анна, – а я уж было представила вас с ведром и кистью в руках.

На этот раз Андрей рассмеялся вместе с ней.

– Ну хорошо, – сказала она, отсмеявшись, – если быть точной, мой дом через полквартала отсюда, нужно свернуть за угол парка.

– Отлично! – обрадовался Андрей. – Значит, я могу всё-таки довести вас до него.

– Только в том случае, – улыбнулась Анна, – если вам этого очень хочется.

– Очень, – признался он, сложив руки на груди.

При этом он выглядел так умильно, что Анна снова не выдержала и рассмеялась.

«Какой я умница», – ликовал про себя Андрей.

Они уже дошли почти до выхода из парка, как Андрей заметил ещё работающее под разноцветными зонтиками уличное кафе. За одним из столиков разместилась пёстрая, весело щебечущая стайка совсем ещё юных девчонок. Ещё за двумя, судя по всему, сидели две влюблённые пары, но внимание Андрея привлекли мужчина и женщина, сидевшие за четвёртым столиком. Оба они были весьма преклонного возраста, но Андрея зацепило то, что мужчина смотрел на свою спутницу точно такими же влюблёнными глазами, как, ему показалось, он сам недавно смотрел на Анну. Пятый, самый крайний столик был свободен.

– Присядем ненадолго, – предложил Андрей.

– Если только на минуточку, – неуверенно ответила девушка.

– Конечно, на минуточку, – охотно согласился он, – всё равно нас отсюда скоро прогонят. – Он заговорщицки подмигнул ей.

И Анна сообразила, что уличное кафе и впрямь вот-вот закроется. Они присели, переглянулись и в один голос заказали фисташковое мороженое в вазочке и по бокалу апельсинового сока.

И оба подумали про себя: «Наши вкусы совпадают удивительным образом, а может, мы просто на одной волне».

Прошло чуть больше получаса, и Анна заторопилась:

– Мне надо идти домой.

– Надо так надо, – не стал возражать Андрей.

Когда они вышли из парка, он показал на один из припаркованных автомобилей:

– Это мой, пойдёмте, я довезу вас до дома.

И она, забыв о принципе никогда не садиться в машину незнакомого парня, легко запорхнула в салон. При этом она подумала, запоздало оправдывая себя: «Андрей не незнакомый». Пусть она и не съела с ним пуд соли, но по вазочке мороженого они всё же съели вместе. «И потом, он такой забавный», – думала про себя Анна, любуясь в зеркале веснушками на его носу. Ей было так хорошо с ним и уютно, что совсем не верилось в то, что она впервые увидела его вчера вечером.

– Вот здесь остановите, пожалуйста, – попросила она.

И он послушно прижался к бровке, догадываясь, что девушка пока не хочет светиться с ним во дворе своего дома. Это самое «пока» и успокаивало, и вдохновляло его.

– Но прежде чем мы с вами расстанемся, – сказал Андрей, – давайте обменяемся номерами телефонов.

– Это ещё зачем? – сделала вид, что удивилась, она.

– Как это зачем? – Его лицо тоже приняло удивлённое выражение. – Вдруг мне срочно потребуется ваша консультация по книгам, которые я взял у вас.

– Ночью? – невинно поинтересовалась она. И они снова оба рассмеялись.

– Ладно, запоминайте, – сказала Анна.

– Лучше я вам сразу наберу, – ответил он и действительно набрал цифры, которые она ему назвала.

Анин телефон залился трелями лесных птиц.

– Да, – включила она связь.

– Алло, – проговорил Андрей, не спуская с неё глаз.

– Алло, – ответила она и тоже уставилась в его глаза.

– Я рад, что познакомился с вами.

– Я тоже, – прошептали её губы.

– Я очень рад тому, что вы рады, – сказал Андрей.

– А я… – Анна запнулась, а потом, лукаво улыбнувшись, проговорила: – А я не скажу. И, вообще, мне пора. До свидания. – Она выскользнула из салона.

– До свидания, – тихо ответил он, но почему-то был уверен, что она услышала его.

Анна на самом деле торопилась. Она беспокоилась, как там её мама. К тому же она догадывалась, что хоть Ирина Михайловна Суздальцева и привыкла к тому, что дочь время от времени задерживается на работе, но она ждала хотя бы звонка от неё. Анна же удосужилась только послать эсэмэску. Ей не хотелось говорить по телефону в присутствии Андрея. Почему? Ответа на этот вопрос она сама не знала.

Анна вернулась домой настолько взбудораженной, что не смогла скрыть своего душевного состояния от матери.

И та сразу спросила её:

– Анечка! Что случилось?

– Ничего, мамочка! Извини, что задержалась, сейчас приготовлю ужин.

– У меня уже всё готово, – остановила её Ирина Михайловна. – Мой руки и садись за стол, – велела она дочери.

– Хорошо, хорошо, – рассеянно отозвалась Анна. Мысленно она всё ещё была с Андреем.

За столом она еле ковыряла вилкой в тарелке, и мать, не утерпев, проговорила озабоченно:

– По-моему, у тебя всё-таки что-то произошло. Ты не хочешь мне говорить, но моё сердце подсказывает, что ты наконец-то познакомилась с мальчиком. – Суздальцева-старшая в ожидании ответа дочери затаила дыхание.

Анна не удержалась и весело рассмеялась. А потом ответила:

– Мамочка, ты в некотором роде права! Но ты забываешь, что твоей дочери уже двадцать четыре года, и все мальчики, пригодные для знакомства с ней, давно превратились в мужчин.

– И чаще всего разведённых, – неожиданно горько вздохнула мать.

– Не думаю, что Андрей был женат, – машинально ответила Анна. А когда спохватилась, было уже поздно.

– Так, значит, его зовут Андрей, – удовлетворённо констатировала мать.

– Андрей, твоя взяла, – улыбнулась дочь.

– Где и когда вы с ним познакомились?

– На улице. Вчера.

– На улице? – Брови матери взлетели чуть ли не к вискам.

– Чему ты так удивляешься, мама, – улыбнулась Анна, – не могла же я не ответить человеку на вопрос, где находится библиотека.

– Так он искал библиотеку, – искренне обрадовалась Ирина Михайловна. – Это так неожиданно.

– Что же в этом неожиданного? – спросила дочь.

– То, что молодые люди в наше время, как правило, не интересуются местонахождением библиотеки.

Анна снова рассмеялась.

– Погоди заливаться, – остановила её мать, – лучше скажи, он пришёл сегодня в библиотеку?

– Пришёл, – кивнула Анна и, почувствовав, что в ней пробудился аппетит, быстро всё доела со своей тарелки.

– И вы продолжили знакомство в библиотеке? – продолжила расспрашивать Ирина Михайловна.

– Не совсем, – ответила дочь.

– Что значит – не совсем?

– Андрей утром взял книги и ушёл, а вечером встретил меня возле библиотеки и предложил довезти до дома.

– У него есть машина?

– Есть.

– Но она слишком тихоходная. – Суздальцева спрятала в уголках губ лукавую улыбку.

– Почему это тихоходная? – не заметив подвоха, спросила Анна.

– Очень уж долго она ехала, – пояснила Ирина Михайловна.

– Ах, это, – взмахнула рукой дочь, – мы задержались, потому что Андрей угостил меня мороженым. Ну, знаешь, там почти у выхода из парка кафешка под зонтиками.

– Знаю.

– Так вот, мы там немного посидели. А потом он довёз меня.

– Почему же ты не пригласила его зайти к нам?

– Мама! Я сама с ним только что познакомилась! А ты хочешь, чтобы я его сразу же домой вела! Разве ты меня этому учила?

– Ты права, – вздохнула Ирина Михайловна и вдруг, по-девчоночьи сверкнув глазами, призналась: – Мне страсть как познакомиться с ним хочется.

– Ещё познакомишься, – тихо ответила дочь и добавила с едва уловимой грустью, – если он, конечно, не передумает продолжать со мною знакомство.

– Вот ещё! – возмутилась мать. – Как это он может передумать!

Анна, глядя на негодование матери, искренне рассмеялась:

– Мама, он же не крепостной! У него своя воля.

– Аня, он красивый? – спросила Ирина Михайловна.

Задумавшись на мгновение, Анна ответила:

– Красивым его назвать трудно, но он точно симпатичный. Точнее всего сказать о нём – обаятельный.

– Понятно, – ответила Суздальцева-старшая и заочно охарактеризовала внешность Андрея словами матери его друга Данилы: – Не красив, но чертовски мил.

Однако дочь её эта характеристика понравившегося ей парня не устроила.

– Нет, – ответила Анна, – в Андрее нет ничего чертовского. Он светлый и добрый!

– Вот как? – удивилась мать. – Ты так быстро рассмотрела его суть?

– Представь себе, – ответила Анна уверенно.

– Дай-то бог, – отозвалась Ирина Михайловна и спросила: – А кем он работает, твой Андрей?

– Мне сказал, что маляром, – озорно блеснув глазами, ответила девушка.

Но Ирина Михайловна или не заметила этого блеска, или не придала ему значения.

– Ну что ж, – сказала она, – маляром так маляром. Не место красит человека, а человек место. Главное, чтобы твой Андрей оказался хорошим человеком.

– Мамочка, он пока не мой, – тихо проговорила дочь.

Мать ничего ей не ответила, только обняла и прижала к себе покрепче. Так и стояли они минуты две, слившись в одно целое. И обе надеялись на лучшее.

## Глава 2

Андрей не спал всю ночь, ворочался с боку на бок. Перед его внутренним взором светилась улыбка Анны, и он улыбался ей в ответ. «Какая она красивая, – думал парень, – ещё ни разу в жизни я не встречал такой милой девушки». Память в качестве медвежьей услуги подкидывала ему воспоминания о его первой любви, и он недовольно морщился. В десятом и одиннадцатом классе он и впрямь был влюблён в свою одноклассницу Светку Голубкину.

В Светку были влюблены многие, и он, Андрей, поддался общему поветрию. Но Светка всем предпочла Виталика Хамазина. Виталик был лентяем и хулиганом. В учёбе он едва с двойки на тройку перебирался. Но зато про таких, как он, говорят – на боку дыру вертит. Вот девчонки и бегали за ним. Светка, правда, за Виталиком не бегала, но она позволила ему почти целых два года ухаживать за собой. Однако учёбы она, несмотря на дружбу с хулиганом, не запускала и головы не теряла, ЕГЭ сдала успешно и поступила в университет. Так Виталик Хамазин остался в её прошлом.

Для любви Андрея вроде бы открылся путь к сердцу желанной девушки. Но к этому времени Андрей малость поостыл, не проявил должной расторопности, и в жизни Светланы появился Игорь Павлов, её сокурсник. За него Светка и вышла благополучно замуж. Теперь у них уже двое карапузов. Старшего, кстати, назвали Андреем.

Андрей вышел на балкон, вдохнул полной грудью воздух, поднял голову, посмотрел наверх. Даже несмотря на отблеск реклам и сдержанный свет фонарей, на небе были видны звёзды. «Как хорошо-то, – подумал Андрей, – какая чудесная майская ночь! Можно даже сказать, волшебная!» Словно в подтверждение его слов, ветер принёс из ближайшего двора густой аромат цветущих черёмух.

И Андрей невольно вспомнил, что Анна, выбираясь из салона его автомобиля, прихватила-таки с собой веточку сирени, которую он сорвал в парке, дожидаясь её, и, что называется, подарил…

И он снова улыбнулся своим мыслям.

Тут он увидел, как к подъезду подъехало такси, из него выбралась женщина, что-то сказала водителю и направилась к подъезду. Скорее по силуэту Андрей догадался, что это его сестра Валентина. Он пошёл в прихожую, потом открыл входную дверь и стал прислушиваться к движению лифта, поднимавшего её наверх.

– Ты чего? – спросила она удивлённо, увидев брата возле открытой двери.

– Это я должен спросить тебя, чего ты! – сердито проговорил Андрей. – Время два часа ночи! Зачем ты приехала?

– Как зачем, – растерялась Валентина.

– Ты же предупредила меня, что заночуешь у своего Родиона.

– Я и собиралась, – вздохнула она, – но Родион храпит, а я никак уснуть не могу. Повертелась, да и поехала домой. Ну чего ты застрял в дверях? Пусти меня! – Она толкнула брата в грудь и вошла. – Надеюсь, ты в моё отсутствие не притащил сюда какую-нибудь девицу.

– Ты же знаешь, что нет, – ответил он.

– Кто тебя знает, – вздохнула сестра.

Валентина была на десять лет старше Андрея. Когда их родители погибли, ему было десять лет, а сестре двадцать. Самый девичий цвет. Знакомые нашёптывали ей:

– Валя, не вешай себе хомут на шею, отдай пацана в детский дом.

– Он не пацан, – отвечала Валентина, – он мой брат.

Так и не отдала его никуда. Вырастила и выучила сама. Мало того, что брата подняла, она и сама выучилась. Когда не стало родителей, Валя уже училась в университете. На семейном совете решали, брать ей академический отпуск или нет. И Андрей сказал:

– Не надо, Валечка, не бери. Я уже не маленький. Разогреть себе обед, прибраться дома, купить хлеб, молоко я и сам смогу.

– Мужчина в доме, – горько вздохнула тогда сестра, уткнулась в его макушку и залилась слезами.

– Не надо, Валя, не плачь, – уговаривал Андрей тогда сестру, а у самого слёзы ручьями текли из глаз.

Теперь о том трудном времени и о своих переживаниях они оба стараются не вспоминать.

Валя окончила университет и работала детским психиатром. Андрей тоже выучился, сначала работал на государственном предприятии, потом перешёл в частную фирму, а через некоторое время создал свою и почувствовал себя взрослым мужчиной. Сестрина зарплата – кошкины слёзы. Так что с некоторых пор все деньги в доме зарабатывал он. Жизнь их текла довольно размеренно и благополучно.

Но Андрея с каждым годом всё больше напрягало то, что сестра до сих пор не вышла замуж. И к нему она относилась не как сестра, а как мать.

Сколько раз он говорил ей: «Перестань изображать из себя клушу».

Но толку-то от его слов. Как он обрадовался, когда сестра познакомилась с Родионом Гурьяновым. Сначала Валентина скрывала от него Родиона. Наверное, боялась сглазить. Но потом всё-таки сказала брату, что у неё появился мужчина. До этого она уверяла Андрея, что ночует у подруги. Андрею хотелось взглянуть на таинственного ухажёра сестры хоть одним глазком. Но она прятала от него своё сокровище, как в детстве скрывала закопанные в землю «секретики». Однако наступил день, и сестра привела Родиона в дом.

– Вот, – сказала она, – это Родион. А это мой брат Андрей.

– Родион Михайлович Гурьянов, – представился сам ухажёр, – но можно и Родион, – добавил он, пристально вглядываясь в лицо Андрея.

Андрей, в свою очередь, прикинул, что Гурьянову хорошо за сорок, и решил называть его по имени-отчеству.

Впрочем, часто называть и не пришлось, Гурьянов редко появлялся у них в доме, чаще всего сестра просто с ним встречалась, а потом стала оставаться у него ночевать. Андрей отнёсся к этому адекватно, они люди взрослые, так что затягивать конфетно-букетный период не стоит. Вообще-то он ждал, что Гурьянов сделает его сестре предложение и Валентина станет его законной женой. От сестры он узнал, что Родион уже десять лет в разводе, дети выросли, и они с женой охладели друг к другу, так чего же мучиться. Супруга Родиона уже вышла замуж. Так что и ему пора, думал Андрей, нечего Валентину водить за нос, не девочка она на свидания бегать. А последнее время он стал думать, что Валентина сама виновата. Вот чего, спрашивается, сегодня ночью домой прибежала? Мужик проснётся, а её нет. Что он должен думать.

– Валь, а ты хоть записку-то ему оставила? – спросил Андрей.

– Эсэмэску послала, – ответила сестра, заваривая себе чай с ромашкой.

Андрей зевнул.

– Ладно, я пойду спать, – сказал он.

Ему и впрямь неожиданно сильно захотелось спать. Он едва дошёл до кровати и, кажется, уснул, ещё не коснувшись головой подушки.

А Валентина осознала, что брат абсолютно прав и проснувшийся Родион может подумать о ней совсем не то, что ей бы хотелось. Она вздохнула. Но не ехать же ей, на самом деле, обратно к любовнику. Вот чего, спрашивается, она сорвалась? И она призналась самой себе, что трясётся над Андреем, как любящая мамаша над единственным сыночком. Хотя никакая она ему не мамаша! К тому же Андрей уже давно взрослый мальчик и прекрасно сам может о себе позаботиться. Вздохнув ещё раз, она потянулась к мобильнику и вызвала такси. На этот раз эсэмэску она отправила Андрею: «Братишка, ты прав, я глупая клуша. Возвращаюсь к Родиону. Целую. Сестра».

Прочитав её утром, Андрей снисходительно улыбнулся.

Родион же, прочитав эсэмэску от Валентины, недоумённо пожал плечами, но спрашивать ни о чём не стал. Нет, вернее, спросил:

– Мы завтракать будем?

– Да, у меня уже всё готово, – ответила она.

И мысленно послала брату благодарность за проведённую с ней воспитательную работу.

* * *

На следующий день вечером Яковенко заехал после работы к Богуславским, дверь ему открыла Поликсена.

– Андрей, привет! Заходи! Молодец, что приехал. Мы с мамой как раз котлеты затеяли.

– Запах обалденный даже на площадке, – улыбнулся Андрей и спросил: – Поль, а Данила дома?

– Дома, – улыбнулась девушка, – у себя в комнате сидит. Ты иди пока к нему. Но скоро ужинать будем. Ты ведь останешься на ужин? – вдруг проявила она беспокойство.

– Конечно, – расплылся он в широкой улыбке, – куда ж я от вас денусь. – И, скорчив потешную физиономию, пожаловался: – Тем более что меня Валя бросила.

– Совсем? – спросила Поликсена без тени сочувствия в голосе.

– Надеюсь, что совсем, – подмигнул Андрей девушке, – замуж ей пора.

– Ах ты сиротинушка, – рассмеялась Поликсена. – А вообще-то твоей Валентине уже внуков пора нянчить, – хмыкнула она.

– Недобрая ты, – укорил её Андрей.

– Не сердись, я пошутила, – ответила девушка и умчалась в сторону кухни.

Андрей же подумал: «Валентине через полгода с небольшим сорок лет исполнится. Бабушка вроде не так давно была жива и говорила: сорок лет – бабий век. Или это всё-таки было давно? Я тогда только собирался в первый класс. А когда мне было 20 – столько же, сколько было Валентине, когда она осталась со мной на руках, – сорок лет мне тоже казались запредельным возрастом. А теперь я между двадцатью и сорока, как раз на середине, и чувствую, что мне пора создавать семью».

Войдя в комнату Данилы, Андрей выложил на стол перед ним взятые в библиотеке книги и заявил торжествующе:

– Ты, друг мой, проиграл пари.

Данила, не торопясь, брал книги по одной со стола, листал, притворно вздыхал. Когда он проделал всё это с последней книгой, то признал:

– Продул я спор. Так что готов к расплате, – он покаянно опустил голову.

Андрей весело рассмеялся и спросил:

– Так куда и когда ты поведёшь меня?

– Ты выиграл, тебе и выбирать, – ответил Данила.

– Хорошо! Предлагаю кафе «Анютины глазки».

– Ты вроде бы хотел ресторан, – с сомнением в голосе проговорил Данила.

– Хотел, а теперь передумал. Ты же сам сказал, что выбирать мне.

– Мне-то что, – пожал плечами Богуславский, – только, насколько я помню, кафе это весьма и весьма скромное.

– Скромность украшает, – проговорил Андрей.

– Как же, как же, – рассмеялся Данила, – как говорил великий сказочник Евгений Шварц в своём «Драконе»: «Лучшее украшение девушки – скромность и прозрачное платьице».

– Мы говорим не о девушке, – неожиданно для Богуславского рассердился Андрей, – а о кафе.

– А-а, – только и осталось протянуть Даниле, – тогда, конечно, совсем другое дело.

– Я не пойму! У тебя есть какие-то возражения против моего выбора?

– Ну что ты! – искренне ответил Данила. – Я в твоих «Анютиных глазках» ещё и деньги сэкономлю.

– Ну это навряд ли, – с загадочной улыбкой проговорил Андрей.

– Дружище! Ты сегодня настолько переполнен таинственностью, что мне остаётся только одно – предположить, что ты влюбился, – пошутил Данила.

К его удивлению, щёки Андрея покрыл лёгкий румянец.

– Тебе показалось, – рассмеялся Андрей, в глубине души осознавая, что догадки друга верны.

«Ну и ну», – подумал про себя Богуславский. Но вслух ничего не сказал.

Отправиться в «Анютины глазки» было решено через две недели в воскресенье.

Заинтриговав друга, Андрей вернулся домой довольный собою.

Дома его ждал сюрприз. Сестра не только оказалась дома, но и приготовила ужин из трёх блюд, чего уже давно не случалось.

– Валя, почему ты не у Родиона? – спросил Андрей, едва сняв уличную обувь.

– Ты что, не рад? – Сестра сделала вид, что обиделась.

– Рад, конечно, – солгал он, – но я хочу знать, почему ты не у Родиона.

– Потому что он отмечает свой развод в компании своих дружков.

– Погоди! – Андрей остановил сестру, не скрывая того, что ошеломлён её сообщением. – Какой ещё развод?

– Официальный! Со своей женой! Что же тут непонятного!

– Валя! Ты меня совсем запутала! Ты же мне до этого говорила, что жена Родиона уже давно вышла замуж?!

– Ну как вышла, – замялась Валентина, – она сошлась с другим мужчиной. Они с ним жили – не тужили. А тут она забеременела, и её сожитель потребовал, чтобы она быстро развелась с Родионом. Он испугался, что на Родиона запишут его ребёнка. А это у него первенец! Теперь ты понимаешь?

– Понимаю, что ничего не понимаю, – с досадой пробормотал Андрей. – Значит, всё это время ты встречалась с женатым мужчиной и скрывала от меня сей факт.

– Андрюш, – капризно протянула Валентина, – вот только не нужно тут устраивать домострой. Всё-таки я твоя старшая сестра.

– Никто тебе ничего не устраивает. Но врать-то было зачем?

– Я и не врала! Я сама не знала. Родион мне сказал, что с женой они расстались и она уже несколько лет счастлива с другим. А он один-одинёшенек. Видел бы ты, какой при этом у него был несчастный вид.

– Бабья жалость – великая вещь, – невесело пошутил Андрей.

Он и сам не понимал, отчего вдруг у него испортилось настроение.

– Главное, что теперь мы с Родионом можем пожениться, – сказала сестра.

И он её услышал.

– Это меня вдохновляет.

– Ты так говоришь, – хихикнула Валентина, – словно это не я собираюсь замуж за Родиона, а ты.

– Твоё замужество развяжет мне руки, – невольно вырвалось у него.

Валентина подозрительно прищурилась:

– Чем же это я сейчас-то твои рученьки связываю?

– Тем, что ты ведёшь себя со мной не как старшая сестра, а как мамочка. Я тебе уже не раз говорил об этом.

– Ладно, – махнула она рукой, – не заводись, дурачок ты эдакий! Ведь я вырастила тебя! Когда ты был маленьким, то материнские чувства пробудились во мне сами собой.

– Не таким уж и маленьким я был, – не согласился Андрей, – мне было десять лет.

– Ты считаешь, что десять лет – это много?

– Я так не считаю. Но всё-таки не младенцем я тебе достался.

– Много ты понимаешь. – Сестра дотянулась рукой до его головы и потрепала его. – Когда ты маленьким был, я помогала маме заботиться о тебе.

– Подгузники меняла, кашку варила, – подмигнул ей Андрей.

– Не без этого, – рассмеялась сестра, – ладно, давай ужинать.

– Давай! А ты не боишься, что Родион твой от радости там со своими дружками упьётся до потери пульса?

– Не боюсь, – отозвалась сестра, – Родион меру знает. И потом, это же его последняя пирушка с дружками.

– Вынужден с тобой не согласиться, – развеселился Андрей. – Впереди у Родиона ещё мальчишник, коль вы всё-таки решили пожениться.

– Пусть ещё мальчишник, – покладисто согласилась Валентина, – а уж потом-то я заберу его в кулак. – И она демонстративно сжала пальцы в не такой уж маленький кулак.

– Смотри только, не переборщи, – подначил её брат. – Немного найдётся мужчин, которые захотят жить зажатыми в кулаке, даже в таком миленьком, как твой, – польстил Андрей сестре.

– Тут ты прав, – притворно горестно вздохнула Валентина, – ваш брат норовит под женин каблук забиться, там ему до юбки недалеко. – Валентина залилась смехом.

«Хоть бы она была счастлива со своим Родионом, – с надеждой подумал Андрей, – она заслуживает этого. Даст бог, ещё и племянников дождусь. А уж Валя-то точно племянников дождётся», – неожиданно промелькнуло в его голове.

## Глава 3

Прошло ещё два дня, прежде чем Анна снова увидела Андрея. Он поджидал её всё за тем же кустом сирени. Но на этот раз в руках у него был букет из ирисов.

– Вот, – протянул он ей их. – Только осторожнее, у них стебли хрупкие.

«Как и человеческие чувства», – невольно подумала про себя девушка.

– Спасибо, – ответила она, принимая букет, источающий нежный, едва уловимый аромат.

Чего греха таить, Анна надеялась, что Андрей позвонит ей сразу же на следующий день. Но он не позвонил. И она огорчилась, хотя даже себе не решилась в этом признаться.

Она хотела сказать ему, что у неё дома в вазе всё ещё стоит веточка сирени, которую он отломил с этого вот куста и преподнёс ей. Но вместо этого Анна лукаво улыбнулась и спросила:

– У вас что, возникли вопросы ко мне по поводу взятых вами книг?

– Конечно, возникли, – охотно подхватил он её шутливый тон. – Но давайте лучше обсудим их за столиком в кафе.

Она согласно кивнула, и они, дойдя до уличного кафе, приземлились за тем же столиком, где два дня назад ели мороженое.

– И о чём же именно вы хотели спросить меня? – поинтересовалась Анна, расправившись с первой порцией мороженого.

– Например, хотел спросить, как вы относитесь к анютиным глазкам?

– К анютиным глазкам? – удивлённо переспросила девушка. – Разве вы брали у нас книгу по ботанике?

– В следующий раз обязательно возьму! – заверил он её. – А пока ответьте на мой вопрос.

– Я понятия не имею, как я к ним отношусь, на мой взгляд, они очень милые. И, по-моему, – неуверенно добавила Анна, – их особенно много весной.

– Точно, весной! – обрадовался Андрей.

Анна посмотрела на него недоумённо, и он поспешил объяснить:

– Я это к тому, что в античные времена их считали весенними цветами.

– Правильно, наверное, считали, – ответила Анна.

– И даже называли символом оживающей природы.

– Красиво.

– Тебе никогда не приходило в голову, что твои глаза тоже можно назвать анютиными глазками? – спросил Андрей.

– Нет…

– Давай перейдём на ты? – запоздало попросил он.

– Давай, – легко согласилась она.

– Я этот разговор завёл не совсем о цветах, – признался он.

– А о чём?

– Я хочу пригласить тебя в кафе «Анютины глазки».

– Почему именно туда?

– Не знаю, – признался Андрей, – скорее интуитивно. Меня притягивает всё, что так или иначе связано с твоим именем, что напоминает мне о тебе.

– И давно с тобой произошёл этот казус? – рассмеялась она.

– Да нет, недавно, можно сказать, на днях. Как только познакомился с тобой, – тон Андрея стал серьёзным. – Ещё я хочу познакомить тебя с моим другом Данилой. Я бы сказал, с моим единственным настоящим другом.

– У тебя только один друг? – тихо спросила Анна.

– Друг один, приятелей много.

– Андрей, – осторожно проговорила девушка, – а ты не находишь, что ещё рановато знакомить меня со своим другом? Ведь мы с тобой совсем не знаем друг друга.

– Я так не считаю, – возразил он, – мне кажется, что я знаю тебя целую вечность.

– Ну хорошо, – проговорила Анна, – а что это за кафе, в которое ты хочешь пригласить меня? Оно дорогое? Для посещения этого заведения мне придётся шить роскошное платье на заказ и срочно покупать бриллианты?

– Ну что ты, – рассмеялся он, – кафе скромное. Пропустят в него в джинсах и полукроссовках.

– Ты меня, конечно, успокоил. Но я всё-таки лучше надену платье и туфли.

– Как тебе будет угодно, моя милая, – проговорил он, пытаясь сидя изобразить галантный полупоклон.

Анна рассмеялась, настолько это выглядело комично.

Андрея же огорчило то, что спустя некоторое время девушка снова заторопилась домой. Та же ситуация повторилась и на третье, и на четвёртое их свидание. Парень ломал голову, что же происходит. Он видел, что Анна искренне радуется его появлению по вечерам, она с удовольствием присаживается с ним за столик в кафе, охотно ведёт беседу, а потом вдруг срывается, и, не предлагай ей Андрей подвезти её домой, бежала бы туда бегом.

И вот он не удержался и спросил:

– Анечка! Отчего ты так спешишь домой? У тебя там что, семеро по лавкам? – Он постарался придать голосу шутливое звучание.

Но тем не менее девушка вспыхнула от его слов, смутилась, а потом проговорила печально:

– Ну что ты, Андрей! Как ты мог такое подумать?! – Она перевела на него свой укоризненный взгляд. Потом опустила глаза и тихо проговорила: – Просто моя мама нездорова.

– Что с ней? – спросил Андрей. – Она простудилась?

– Если бы! – вырвалось у Анны. – У мамы сердце…

С его языка чуть было не сорвалось: у нас у всех сердце. Но он вовремя притормозил:

– В смысле – сердце? – спросил парень.

– Болит, – ответила девушка.

– Так надо лечить!

– Лечим. Но лекарства не очень помогают.

– Возможно, нужна операция?

– Возможно, – ответила она, и он понял по тону её голоса, что она не хочет продолжать этот разговор.