Aleksey Nik
Артефакт Судьбы

Глава 1: Пробуждение древнего секрета

Петербург встречал вечер привычной суетой. Серое октябрьское небо постепенно темнело, окрашивая старинные фасады домов в мрачные оттенки. Фонари еще не включились, но многие витрины уже светились мягким светом, приглашая прохожих скрыться от промозглого ветра. Андрей Миронов втянул воротник пальто выше, стараясь защитить шею от порывов сырого воздуха, и ускорил шаг. Невский проспект постепенно оставался позади, а узкие, извилистые улочки центра города обступали его со всех сторон, словно возвращая на столетия назад.

Частный детектив Андрей Миронов не любил эту часть города. Слишком много теней, слишком много секретов, слишком много запутанных историй скрывалось за каждым углом. Однако именно здесь располагался антикварный магазин "Хранитель времён", куда его привело очередное расследование.

Звонок клиентки был странным. Елизавета Самойлова, вдова известного коллекционера, говорила путано, постоянно сбиваясь на шёпот, будто боялась, что её подслушивают. Она утверждала, что после смерти мужа стала замечать признаки слежки, а из коллекции пропал один из экспонатов – старинный медальон, которым особенно дорожил её супруг.

– Вы должны найти его, господин Миронов, – настаивала она. – Дело не в стоимости… Мой муж перед смертью сказал, что медальон – ключ к чему-то важному. Он говорил что-то про хранителей и про то, что история должна оставаться под защитой.

У Андрея было правило – не браться за мистические дела и расследования с налётом эзотерики. Но обычно такие клиенты не предлагали такой гонорар, какой упомянула госпожа Самойлова. К тому же, последние три месяца были непростыми – клиенты не спешили обращаться к частному детективу в эпоху экономической нестабильности.

Узкая дверь антикварного магазина была почти незаметна между двумя более современными заведениями. Тусклая вывеска "Хранитель времён" слабо поблёскивала в сгущающихся сумерках. Андрей толкнул тяжёлую дубовую дверь. Тихий колокольчик над входом издал мелодичный звук.

Внутри помещение оказалось гораздо просторнее, чем можно было предположить с улицы. Полумрак обволакивал многочисленные стеллажи, витрины и столики, на которых в причудливом беспорядке располагались предметы из разных эпох: старинные часы, потемневшие от времени медные подсвечники, фарфоровые статуэтки, пожелтевшие книги в кожаных переплётах. В воздухе витал запах старой бумаги, пыли и чего-то сладковатого, похожего на ладан.

– Добрый вечер, – произнёс Андрей, оглядываясь по сторонам.

Казалось, в магазине никого нет, но через мгновение из-за массивного шкафа в глубине помещения показалась худощавая фигура. Хозяин магазина оказался моложе, чем ожидал Андрей – мужчина лет сорока пяти с внимательными серыми глазами и аккуратно подстриженной бородкой. Его длинные пальцы слегка подрагивали, когда он протянул руку для приветствия.

– Василий Кречетов, – представился он тихим, но удивительно глубоким голосом. – Чем могу помочь?

– Андрей Миронов, частный детектив, – ответил Андрей, крепко пожимая прохладную ладонь антиквара. – Мне нужна информация о медальоне из коллекции Самойлова.

Кречетов замер на долю секунды. Его взгляд стал острее, пронзительнее, а пальцы сжались чуть сильнее.

– Следуйте за мной, – сказал он после короткой паузы. – Нам лучше поговорить в задней комнате.

Андрей прошёл за антикваром через лабиринт полок и витрин. По пути он заметил несколько действительно редких вещей – византийский крест, который, судя по патине, был подлинным, небольшую коллекцию старинных монет, и что особенно привлекло его внимание – стеклянную витрину с разложенными в ней древними манускриптами.

Задняя комната представляла собой нечто среднее между кабинетом и мастерской. Массивный дубовый стол был завален книгами и инструментами, а стены уставлены книжными полками до самого потолка. Кречетов жестом предложил Андрею присесть в потёртое кожаное кресло и сам устроился напротив.

– Итак, медальон Самойлова, – произнёс он задумчиво. – Интересный выбор для расследования. Что именно вас интересует?

– Всё, что вы можете рассказать, – Андрей достал небольшой блокнот. – Его происхождение, возраст, значение. И, конечно, кому он мог понадобиться настолько, чтобы выкрасть его из хорошо защищённой коллекции.

Кречетов откинулся на спинку кресла и некоторое время молчал, словно взвешивая, сколько информации можно доверить собеседнику.

– Медальон, о котором вы спрашиваете, не просто старинная безделушка, – начал он наконец. – Это артефакт двенадцатого века, предположительно изготовленный в Константинополе незадолго до его падения. Самойлов приобрёл его на аукционе в Лондоне около пяти лет назад. Заплатил немалую сумму, насколько я знаю.

– Чем он примечателен, кроме возраста? – Андрей сделал пометку в блокноте.

– Легенда, – Кречетов позволил себе лёгкую улыбку. – Всегда есть легенда, не так ли? Этот медальон, согласно старинным записям, был создан для хранения фрагмента пергамента с тайным знанием. Своего рода капсула времени, если хотите.

– И что же это за знание? – скептически спросил Андрей.

– Если бы я знал, господин детектив, я бы, вероятно, не сидел здесь, торгуя антиквариатом, – усмехнулся Кречетов. – Но есть те, кто верит, что в медальоне содержится ключ к расшифровке некоего древнего текста. Текста, который может… изменить наше понимание истории.

Андрей сдержал вздох. Вот оно – начало типичной мистической истории, которых он старался избегать. Однако профессиональный интерес заставил его продолжить.

– Вы хотите сказать, что кто-то украл медальон из-за какой-то легенды?

– Легенды порой имеют под собой более прочное основание, чем принято считать, – ответил Кречетов, поднимаясь с кресла. – Подождите минуту.

Он подошёл к массивному шкафу в углу комнаты, открыл его старинным ключом и достал небольшую деревянную шкатулку. Вернувшись к столу, он осторожно открыл её.

– Посмотрите на это, – сказал антиквар, извлекая из шкатулки предмет, завёрнутый в тёмную ткань. Развернув ткань, он положил на стол медальон, удивительно похожий на тот, что был описан в заявлении госпожи Самойловой.

– Это… – начал Андрей, но Кречетов покачал головой.

– Нет, это не украденный медальон. Это копия, изготовленная по просьбе Самойлова несколько лет назад. Он хотел иметь точную копию, чтобы показывать её, не рискуя оригиналом.

Медальон представлял собой круглый диск диаметром около пяти сантиметров, изготовленный из тёмного металла, вероятно серебра, почерневшего от времени. По краю диска шла вязь из странных символов, частично напоминающих греческие буквы, но с примесью неизвестных знаков. В центре была выгравирована сложная геометрическая фигура – что-то среднее между восьмиконечной звездой и розой ветров.

– Посмотрите на этот амулет, – прошептал Кречетов, указывая на символы по краю. – Он принадлежит к эпохе, когда магия и наука ещё переплетались. Когда знание не делилось на рациональное и иррациональное. Когда истина была единой и неделимой.

– Интересно, откуда он? – спросил Андрей, пристально изучая древнюю надпись. Он не мог отрицать, что медальон завораживал. Было в нём что-то потустороннее, словно он действительно хранил в себе частицу давно забытого мира.

– Легенда гласит, что его создал византийский алхимик по имени Феодор Мелиссен, – ответил Кречетов. – Человек, которого считали либо сумасшедшим, либо гением, в зависимости от того, кто о нём рассказывал. Говорят, он обладал знанием, которое считалось опасным даже для императорского двора.

Андрей осторожно взял медальон в руки. Металл оказался неожиданно тяжёлым и холодным. На мгновение ему показалось, что медальон слегка пульсирует, как будто внутри него бьётся крошечное сердце. Он тряхнул головой, отгоняя нелепую фантазию.

– Вы сказали, что это копия, – произнёс он. – Насколько точная?

– Настолько точная, насколько возможно без оригинальных инструментов и материалов, – ответил Кречетов. – Внешне идентична. Но в оригинале есть один секрет, который невозможно скопировать.

– Какой же?

– Оригинальный медальон раскрывается. Внутри – полость, где хранился пергамент с тайной надписью. Копия цельная, как видите.

Андрей вновь осмотрел медальон. Действительно, никакого видимого шва или механизма открывания не было заметно.

– Кто мог знать об этом секрете, кроме Самойлова? – спросил он.

– Я знал, – ответил Кречетов. – И, возможно, несколько коллекционеров, кому он мог похвастаться своим приобретением. Плюс те, кто продал ему медальон на аукционе.

– А что насчёт содержимого? Пергамент был в медальоне, когда Самойлов его приобрёл?

– Нет, – покачал головой антиквар. – Медальон был пуст. Содержимое исчезло много веков назад. Или… – он сделал паузу, – так все думали.

Андрей поднял взгляд от медальона:

– Что вы имеете в виду?

– За месяц до смерти Самойлов приходил ко мне, – тихо сказал Кречетов, наклоняясь ближе к Андрею. – Он был взволнован, говорил сбивчиво. Сказал, что нашёл что-то, что может относиться к медальону. Некий текст, написанный на языке, похожем на тот, что выгравирован на амулете.

– И где он его нашёл?

– В архиве своего деда, который был археологом и работал на раскопках в Крыму в начале двадцатого века. Самойлов случайно обнаружил среди старых бумаг зарисовки странных символов с пометкой: "Найдено в пещере под Херсонесом".

– Вы видели этот текст? – Андрей почувствовал, как его скептицизм постепенно уступает место профессиональному любопытству.

– Нет, – покачал головой Кречетов. – Он обещал показать мне позже, когда будет уверен в своих выводах. Но через неделю после нашего разговора его нашли мёртвым. Официальная версия – сердечный приступ.

– А неофициальная? – спросил Андрей, уже догадываясь об ответе.

– Те, кто хранит древние тайны, не любят, когда кто-то подбирается слишком близко к истине, – тихо произнёс Кречетов, и его глаза на мгновение наполнились тревогой. – Существуют организации, очень старые и очень могущественные, которые считают своим долгом оберегать определённые знания от мира.

Андрей подавил желание закатить глаза. Теория заговора – то, чего ему только не хватало для полноты картины.

– Вы говорите о каком-то тайном обществе? – спросил он с лёгкой иронией.

– Называйте как хотите, – пожал плечами Кречетов. – Но если вы собираетесь искать этот медальон, будьте готовы к тому, что заинтересуетесь не только вы.

Андрей аккуратно положил копию медальона обратно на стол.

– У вас есть фотография оригинала? Или подробное описание?

– Лучше, – Кречетов достал из ящика стола папку и извлёк оттуда несколько фотографий. – Самойлов просил меня сделать детальные снимки для страховки. Вот, смотрите.

Андрей взял фотографии и тщательно изучил их. На одной был запечатлён открытый медальон – видна была тонкая полость внутри, пустая, без каких-либо следов пергамента.

– Механизм открывания? – спросил Андрей.

– Довольно хитрый, – ответил Кречетов. – Нужно одновременно нажать на два определённых символа по краю медальона и повернуть центральную фигуру. Без инструкции догадаться практически невозможно.

– А эти символы? Кто-нибудь пытался их расшифровать?

– Многие пытались, – усмехнулся антиквар. – Но большинство сходится во мнении, что это не существующий язык, а некий шифр. Возможно, комбинация нескольких древних письменностей.

Андрей сделал ещё несколько пометок в блокноте.

– Вы упомянули тех, кто "хранит древние тайны". У вас есть конкретные подозрения?

Кречетов помолчал, барабаня пальцами по столу, затем тихо произнёс:

– Слышали когда-нибудь о "Хранителях Истины"?

– Нет, – честно ответил Андрей.

– Это очень старое сообщество, возникшее, по некоторым данным, ещё в Византии. Их цель – сохранять определённые знания от тех, кто, по их мнению, не готов их получить. Или, возможно, защищать мир от знаний, которые могут быть разрушительными.

– И вы верите в существование такой организации? – скептически спросил Андрей.

– Я торгую антиквариатом более двадцати лет, господин Миронов, – ответил Кречетов с лёгкой улыбкой. – И за это время я видел вещи, которые заставили бы вас пересмотреть многие убеждения. Древние культуры обладали знаниями, которые мы до сих пор не способны полностью понять. А где есть ценное знание, всегда найдутся те, кто захочет его контролировать.

Андрей задумчиво кивнул. Он не был готов безоговорочно верить в тайные общества, но его работа научила его не отбрасывать никакие версии, пока они не будут опровергнуты фактами.

– Есть ещё что-то, что мне следует знать о медальоне или о Самойлове? – спросил он, убирая блокнот.

– Есть одна деталь, – сказал Кречетов после короткой паузы. – В последний наш разговор Самойлов упомянул человека по имени Григорий Полунин. Сказал, что этот человек может знать больше о символах, найденных его дедом.

– Кто он? Историк? Криптограф?

– Археолог. Специализируется на византийских древностях. Преподаёт в университете. Но… – Кречетов сделал паузу, – у него репутация человека, увлекающегося теориями, которые академическое сообщество считает маргинальными. Его исследования о связи между древними цивилизациями вызывают, мягко говоря, скептицизм у коллег.

Андрей записал имя.

– Спасибо за информацию, господин Кречетов. Если вспомните что-то ещё, пожалуйста, свяжитесь со мной.

Он протянул антиквару свою визитную карточку. Кречетов внимательно изучил её, затем убрал в карман жилета.

– Будьте осторожны, господин Миронов, – произнёс он, провожая детектива к выходу. – Иногда то, что кажется просто легендой, может оказаться гораздо ближе к истине, чем мы готовы признать. И помните – если медальон действительно содержит то, о чём говорят легенды, он может быть опаснее, чем кажется.

– Я учту, – кивнул Андрей, не показывая, что всё ещё относится к этим предупреждениям с изрядной долей скептицизма.

Выйдя из антикварного магазина, он глубоко вдохнул прохладный вечерний воздух. Город уже погрузился в сумерки, фонари отбрасывали жёлтые пятна света на мостовую. Андрей поднял воротник пальто и направился к станции метро, размышляя о разговоре с Кречетовым.

Несмотря на свой скептицизм, он не мог отрицать, что история с медальоном интриговала его. Была ли смерть Самойлова действительно естественной? Кто мог украсть медальон и зачем? И что это за таинственные "Хранители Истины"?

На углу улицы Андрей внезапно остановился. У него возникло странное ощущение, что за ним наблюдают. Он медленно обернулся, изучая редких прохожих. Никто не проявлял к нему особого интереса. И всё же чувство слежки не покидало его.

Продолжая путь, он решил для себя, что завтра же отыщет этого Григория Полунина. Если легенда о медальоне имеет хоть какое-то основание, археолог может знать больше. А пока нужно было позвонить госпоже Самойловой и сообщить о первых результатах расследования.

Чем глубже Андрей погружался в это дело, тем больше убеждался, что оно будет значительно сложнее, чем казалось на первый взгляд. И гораздо опаснее.

Метро встретило его шумом и яркими огнями, возвращая из мира древних тайн в современную реальность. Но даже в толпе спешащих пассажиров Андрей не мог отделаться от ощущения, что кто-то внимательно следит за каждым его шагом. И этот кто-то очень заинтересован в том, чтобы медальон и его тайна оставались скрытыми от посторонних глаз.

Вечер обещал быть долгим. Андрею предстояло изучить всё, что можно найти о Григории Полунине, о византийских артефактах и о загадочных "Хранителях Истины". Что-то подсказывало ему, что за простой кражей антикварной вещицы скрывается нечто гораздо более значительное. И, возможно, смертельно опасное.

Квартира Андрея располагалась в тихом районе Петербурга, в старом доме с высокими потолками и просторными комнатами. Ничего роскошного – работа частного детектива в современной России не приносила баснословных доходов – но достаточно уютно и функционально. Большой рабочий стол у окна, стеллажи с книгами, удобный диван и кресло, минималистичная кухня – всё, что нужно одинокому мужчине, чья жизнь больше проходит в разъездах и расследованиях, чем дома.

Сняв пальто и повесив его в прихожей, Андрей прошёл на кухню, поставил чайник и достал из холодильника остатки вчерашнего ужина. Разогрев еду в микроволновке, он устроился за маленьким кухонным столом и начал просматривать сделанные в магазине фотографии медальона на экране своего телефона.

Символы по краю медальона действительно выглядели загадочно – какая-то смесь греческих букв, рун и непонятных знаков, не похожих ни на один известный ему алфавит. Андрей не был экспертом в древних языках, но даже его скромных знаний хватало, чтобы понять, что надпись необычна.

После ужина он перебрался за рабочий стол, включил компьютер и погрузился в поиски информации о Григории Полунине. Как и сказал Кречетов, Полунин оказался археологом, специализирующимся на византийских древностях. Профессор Санкт-Петербургского университета, автор нескольких книг и множества научных статей. Однако в последние годы его публикации становились всё более спорными. Он выдвигал теории о существовании тайных знаний, передававшихся между древними цивилизациями, о скрытых символах в архитектуре и искусстве, указывающих на некую великую тайну человечества.

Академическое сообщество относилось к этим теориям со всё возрастающим скептицизмом, но у Полунина была своя группа последователей, считавших его работы прорывными. Андрей нашёл несколько интервью с археологом, где тот говорил о "истине, скрытой от непосвящённых" и о "древних хранителях знания".

– Интересно, – пробормотал Андрей, делая ещё глоток чая. – Очень похоже на то, о чём говорил Кречетов.

Следующим шагом было изучение информации о самом медальоне. Здесь поиски оказались менее успешными. Андрей нашёл несколько упоминаний о подобных артефактах византийского периода, но ничего конкретно о медальоне Самойлова или о алхимике Феодоре Мелиссене. Возможно, медальон был не настолько известен в широких кругах, или информация о нём действительно хранилась в тайне.

Наконец, Андрей решил проверить, есть ли какие-либо сведения о "Хранителях Истины", упомянутых Кречетовым. Как он и ожидал, серьёзных научных источников, подтверждающих существование такой организации, не нашлось. Было несколько сайтов, посвящённых конспирологическим теориям, где упоминалось древнее тайное общество, берущее начало в Византии и якобы существующее до сих пор, но ничего, что могло бы считаться надёжным источником.

– Ну конечно, – усмехнулся Андрей. – Какое тайное общество будет афишировать своё существование?

Взглянув на часы, он с удивлением обнаружил, что уже почти полночь. Завтра предстоял визит к Полунину, и лучше было выспаться перед этой встречей. Андрей сохранил найденную информацию, выключил компьютер и отправился в ванную.

Стоя под горячим душем, он размышлял о необычном деле, в которое оказался втянут. Смерть коллекционера, кража древнего медальона, таинственные символы и намёки на тайное общество – всё это звучало как сюжет дешёвого триллера. И всё же что-то в этой истории заставляло его внутренние детективные инстинкты напрягаться. Возможно, за всеми этими мистическими намёками скрывалось вполне реальное преступление с реальными мотивами.

Выйдя из душа и вытираясь полотенцем, Андрей услышал тихий звук из коридора – словно скрипнула половица. Он замер, прислушиваясь. Тишина. Может, показалось? Старые дома часто издают странные звуки, особенно по ночам.

И всё же Андрей осторожно натянул брюки и футболку, бесшумно открыл дверь ванной и выглянул в коридор. Темно и тихо. Он медленно двинулся к спальне, внимательно прислушиваясь к каждому шороху. Многолетний опыт работы детективом научил его доверять своей интуиции, а сейчас она настойчиво сигналила об опасности.

В спальне он открыл ящик прикроватной тумбочки и достал пистолет. Хотя его работа редко требовала применения оружия, иногда приходилось сталкиваться с опасными ситуациями, и лучше было быть готовым.

С пистолетом в руке Андрей начал методично обходить квартиру, проверяя каждую комнату. Когда он вернулся в гостиную, его взгляд упал на рабочий стол. Что-то было не так. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять – свои записи о медальоне, которые он делал вечером, лежали не там, где он их оставил. Кто-то их перекладывал, а значит, был в квартире, пока он принимал душ.

Андрей быстро проверил входную дверь. Замок не был взломан, что означало, что нарушитель либо был профессионалом, либо имел ключ. Он осмотрел окна – все закрыты изнутри. Как кто-то мог проникнуть в квартиру и исчезнуть бесследно?

Вернувшись к столу, Андрей внимательно изучил свои записи. Казалось, ничего не пропало, но было ли что-то добавлено? Он не мог быть уверен. Затем его взгляд упал на маленький клочок бумаги, просунутый под край клавиатуры. Он осторожно вытащил его и развернул.

На бумаге был нарисован символ – точно такой же, как центральный элемент медальона Самойлова, восьмиконечная звезда, похожая на розу ветров. А под ним короткая надпись: "Оставьте это дело, если дорожите жизнью".

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Кто-то не только проник в его квартиру, но и знал о его расследовании. И этот кто-то хотел, чтобы он прекратил поиски медальона.

Вместо страха Андрей ощутил волну адреналина и любопытства. Если кто-то пытается его запугать, значит, он на верном пути. Возможно, история о тайном обществе и древних секретах не такая уж выдумка, как он предполагал.

Он сложил записку и убрал её в карман. Завтрашняя встреча с Полуниным становилась ещё более важной. Но сначала нужно было убедиться, что больше нет нежелательных визитёров.

Андрей провёл ещё раз тщательный осмотр квартиры, проверяя все возможные места, где мог бы спрятаться незваный гость, затем дважды проверил замки на двери и окнах. Удовлетворившись результатом, он вернулся в спальню, но пистолет положил не в тумбочку, а под подушку.

Засыпая, Андрей думал о странных символах на медальоне, о тайных обществах и о незнакомце, проникшем в его квартиру. Что-то подсказывало ему, что это лишь начало опасной игры, в которую он оказался втянут. И ставки в этой игре могли быть гораздо выше, чем просто поиск украденного антиквариата.

Его последней мыслью перед тем, как провалиться в сон, была фраза Кречетова: "Иногда то, что кажется просто легендой, может оказаться гораздо ближе к истине, чем мы готовы признать". Возможно, в этих словах было больше правды, чем он хотел признавать.

Утро застало Андрея уже на ногах. Привычка просыпаться рано, выработанная годами работы, не подвела и в этот раз. Он быстро принял душ, выпил чашку крепкого кофе и проверил телефон. Ни пропущенных звонков, ни новых сообщений. Похоже, ночной визитёр предпочёл ограничиться записиской и не стал продолжать общение.

Открыв ноутбук, Андрей быстро нашёл контактные данные профессора Полунина. Согласно расписанию на сайте университета, сегодня у того была лекция с 10 до 11:30. Идеальное время, чтобы перехватить археолога после занятий.

Перед выходом Андрей ещё раз просмотрел собранную информацию о медальоне и тщательно спрятал свои записи в тайник за книжной полкой. Если кто-то снова проникнет в квартиру, ему будет сложнее найти эти материалы.

Выйдя на улицу, Андрей сразу почувствовал, что за ним следят. Это было не просто параноидальное ощущение, а годами отточенный инстинкт. Он не стал оглядываться, а просто продолжил свой путь, внимательно отслеживая отражения в витринах магазинов. Пройдя несколько кварталов, он заметил мужчину средних лет в тёмном пальто, державшегося на дистанции примерно в пятьдесят метров. Профессионал – не слишком близко, но и не теряет из виду.

Решив проверить свою догадку, Андрей резко повернул в небольшой переулок, затем ещё раз свернул и остановился, приготовившись встретить преследователя. Через несколько секунд на углу показался тот самый мужчина в тёмном пальто. Заметив Андрея, он не растерялся – просто ускорил шаг и прошёл мимо, делая вид, что идёт по своим делам.

– Интересно, – пробормотал Андрей. – Очень интересно.

Решив временно не обострять ситуацию, он продолжил свой путь к университету, ловко петляя по улицам и переулкам, чтобы усложнить задачу преследователю. На входе в главное здание университета он ещё раз оглянулся, но никого подозрительного не заметил. Либо преследователь был очень хорош, либо решил не заходить внутрь.

Аудитория, где профессор Полунин читал лекцию, была заполнена примерно наполовину. Студенты с разной степенью внимательности слушали пожилого мужчину с аккуратной седой бородкой, увлечённо рассказывающего о византийских мозаиках. Андрей тихо проскользнул в заднюю часть аудитории и сел в последнем ряду.

Григорий Полунин оказался энергичным оратором, несмотря на возраст. Он говорил с искренним увлечением, жестикулировал, показывая на слайды с изображениями древних мозаик, и время от времени отпускал ироничные комментарии, вызывающие смешки у студентов.

– …и вот здесь, в этом фрагменте мозаики, – говорил профессор, указывая на сложный геометрический узор, – мы видим не просто декоративный элемент, но зашифрованное послание. Византийцы были мастерами символизма. Каждая деталь имела значение. Каждая линия могла содержать информацию для тех, кто умел читать эти знаки.

Андрей внимательно слушал, отмечая сходство между узором на мозаике и символами на медальоне Самойлова. Возможно, это была лишь случайность, но интуиция подсказывала ему, что всё взаимосвязано.

После завершения лекции студенты начали покидать аудиторию. Некоторые задержались, чтобы задать профессору вопросы. Андрей терпеливо ждал, пока Полунин освободится. Наконец, когда последний студент ушёл, он подошёл к преподавательскому столу.

– Профессор Полунин? Меня зовут Андрей Миронов, я частный детектив. Мне нужно поговорить с вами о медальоне Самойлова.

Полунин, упаковывавший свои материалы в потёртый кожаный портфель, замер. Его взгляд, до этого спокойный и доброжелательный, стал острым и настороженным.

– Что вам известно о медальоне? – спросил он тихо, оглядываясь, чтобы убедиться, что в аудитории больше никого нет.

– Пока немного, – честно признался Андрей. – Я расследую его кражу по просьбе вдовы Самойлова. Василий Кречетов упомянул вас как эксперта, который может знать больше о символах на медальоне.

– Кречетов? – Полунин слегка расслабился. – Да, старый лис знает, о чём говорит. Но не здесь, молодой человек. Подобные разговоры требуют более… приватной обстановки.

Он закончил собирать свои вещи и жестом предложил Андрею следовать за ним.

– Мой кабинет недалеко. Там мы сможем поговорить спокойно.

Они шли по длинным коридорам университета, мимо аудиторий, заполненных студентами, мимо кабинетов с табличками, указывающими имена профессоров и доцентов. Наконец Полунин остановился у двери с простой надписью "Г.И. Полунин, кафедра археологии".

Кабинет был именно таким, каким Андрей его себе представлял – заваленный книгами, с многочисленными артефактами на полках, фотографиями раскопок на стенах и большим столом, покрытым рукописями и копиями древних документов. Профессор жестом предложил Андрею сесть в потёртое кожаное кресло, а сам устроился за столом.

– Итак, медальон Самойлова, – начал Полунин, внимательно глядя на Андрея. – Что именно вас интересует?

– Всё, что вы можете рассказать, – ответил Андрей. – Мне известно, что это византийский артефакт, предположительно созданный алхимиком Феодором Мелиссеном. Известно также, что внутри была полость для хранения пергамента с какой-то надписью. Кречетов упомянул, что перед смертью Самойлов нашёл некий текст, который мог относиться к медальону. И что он связывался с вами по этому поводу.

Полунин долго молчал, словно взвешивая, сколько информации можно доверить собеседнику. Наконец он встал, подошёл к двери и запер её на ключ. Вернувшись к столу, он достал из ящика бутылку коньяка и два стакана.

– Не возражаете? – спросил он, наливая коньяк. – Разговор предстоит… непростой.

Андрей кивнул, принимая стакан. Полунин сделал глоток и глубоко вздохнул.

– Самойлов связался со мной примерно за месяц до своей смерти, – начал он. – Он был взволнован, почти испуган. Сказал, что нашёл среди бумаг своего деда странные записи и зарисовки, сделанные во время раскопок в Крыму. Записи содержали символы, идентичные тем, что были на его медальоне.

– И что это были за символы? – спросил Андрей.

– Особая форма криптографического письма, – ответил Полунин. – Нечто, что я изучаю уже много лет. Это не просто древний язык, а специальный код, используемый для сокрытия важных знаний от непосвящённых.

Он открыл один из ящиков стола и достал тонкую папку. Развернув её, он показал Андрею несколько листов с фотокопиями старинных документов. На них были изображены символы, удивительно похожие на те, что Андрей видел на медальоне Самойлова.

– Видите эти знаки? – профессор указал на ряд символов. – Они встречаются в различных культурах – от Византии до древнего Египта, от кельтских рун до китайских иероглифов. На первый взгляд, кажется, что это разные системы письма, но если знать ключ, можно увидеть, что это вариации одного и того же кода.

– И что же зашифровано в этом коде? – Андрей старался сохранять скептицизм, но находки профессора действительно интриговали.

Полунин сделал ещё один глоток коньяка.

– По моей теории, это знания, которые считались слишком опасными или слишком ценными, чтобы доверять их обычному письму. Знания, которые передавались в узком кругу посвящённых из поколения в поколение.

– И Самойлов нашёл часть этого кода? – уточнил Андрей.

– Да, – кивнул профессор. – Он обнаружил записи своего деда, сделанные во время раскопок древнего поселения в Крыму. Похоже, его дед наткнулся на артефакт с такими же символами, как на медальоне, но не придал этому особого значения. Или… – тут Полунин сделал паузу, – … или намеренно скрыл свою находку.

– Почему он мог это сделать? – спросил Андрей.

– Потому что некоторые знания лучше оставлять погребёнными, – тихо ответил профессор. – По крайней мере, так считают те, кто называет себя Хранителями Истины.

Андрей вздрогнул, услышав знакомое название.

– Кречетов упоминал о них. Кто они на самом деле?

– Очень древняя организация, – ответил Полунин. – Их корни уходят во времена поздней Византии. Они считают своим долгом охранять определённые знания от мира, который, по их мнению, не готов их получить. Или, возможно, – добавил он с горькой усмешкой, – они просто не хотят делиться властью, которую даёт это знание.

– И вы верите в их существование? – спросил Андрей.

– Я не просто верю, – ответил Полунин, и его взгляд стал жёстким. – Я знаю, что они существуют. Потому что они пытались заставить меня замолчать, когда я начал публиковать свои исследования о криптографических символах.

Он закатал рукав рубашки, показывая длинный шрам на предплечье.

– Это не результат несчастного случая, как я рассказываю коллегам. Пять лет назад на меня напали в Стамбуле, когда я был близок к расшифровке одной из древних надписей. Человек с ножом очень чётко объяснил, что я должен прекратить свои исследования, если хочу дожить до пенсии.

– Вы обращались в полицию? – спросил Андрей.

– Конечно, – усмехнулся Полунин. – Но что я мог им сказать? Что на меня напали члены тайного общества, существование которого я не могу доказать? Я сказал, что это была попытка ограбления. Местная полиция даже не стала особо разбираться.

Андрей задумался. История звучала фантастически, но шрам профессора был вполне реальным. Как и взлом его квартиры накануне.

– Что, по-вашему, содержалось в медальоне Самойлова? – спросил он. – И почему кто-то решил его украсть именно сейчас?

– Я думаю, что Самойлову удалось частично расшифровать текст, найденный его дедом, – ответил Полунин. – И, возможно, он обнаружил, что медальон является ключом к чему-то гораздо более значительному. К некоему знанию, которое Хранители предпочли бы держать в тайне.

– А что это за знание? – настойчиво спросил Андрей. – Что может быть настолько важным, чтобы убивать за него?

Полунин встал из-за стола и подошёл к большой карте на стене. Это была старинная карта Средиземноморья, с изображениями морских чудовищ и витиеватыми надписями на латыни.

– На протяжении всей истории человечества существовали знания, которые считались запретными, – тихо произнёс профессор. – Математические формулы, физические принципы, химические реакции, которые опережали своё время на века. Представьте, что было бы, если бы в Средневековье кто-то владел знаниями современной ядерной физики. Или если бы во времена Римской империи появилось оружие, сравнимое с современным.

– Вы хотите сказать, что в медальоне содержалась информация о каком-то древнем оружии? – Андрей не скрывал скептицизма.

– Не обязательно оружии, – покачал головой Полунин. – Это мог быть любой технологический или научный принцип, который давал бы огромное преимущество его обладателю. Или, что более вероятно, ключ к нахождению других артефактов, содержащих такую информацию.

Он вернулся к столу и достал из ящика ещё один документ – старую, пожелтевшую от времени фотографию. На ней был изображён медальон, почти идентичный тому, что описывала вдова Самойлова.

– Это фотография сделана дедом Самойлова во время раскопок, – сказал Полунин. – Он нашёл не один, а два таких медальона. Один он передал в музей, откуда тот загадочным образом исчез во время революции. Второй, по моим предположениям, он сохранил у себя. Именно этот второй медальон каким-то образом оказался на лондонском аукционе, где его и приобрёл Самойлов.

– Но вы сказали, что Самойлов нашёл записи деда, – заметил Андрей. – Разве он не знал о происхождении медальона?

– Похоже, нет, – покачал головой профессор. – Судя по нашему разговору, он купил медальон из-за его исторической ценности, не зная о его связи с его собственной семьёй. Только позже, разбирая архив деда, он обнаружил эту связь. И это открытие потрясло его.

– Что именно он вам рассказал? – спросил Андрей. – О чём говорили записи его деда?

Полунин вздохнул.

– К сожалению, не так много, как хотелось бы. Самойлов был очень осторожен. Сказал, что хочет сначала сам разобраться во всём, прежде чем делиться полной информацией. Но он упомянул, что записи его деда содержали намёки на местонахождение древнего хранилища знаний. Что-то вроде тайной библиотеки, скрытой где-то на побережье Чёрного моря. И что медальон каким-то образом связан с этим хранилищем – возможно, как ключ или указатель.

– И вы считаете, что Хранители убили Самойлова, чтобы не допустить обнаружения этой библиотеки? – Андрей старался говорить нейтрально, но в его голосе всё равно проскальзывали нотки недоверия.

– Я не могу это утверждать наверняка, – ответил Полунин. – Но официальная версия о сердечном приступе кажется мне подозрительной. Самойлов был в хорошей форме для своего возраста. И слишком уж удобно он умер именно тогда, когда начал разгадывать тайну своего деда.

Он допил коньяк и поставил стакан на стол.

– А теперь медальон украден, – продолжил профессор. – И я сильно сомневаюсь, что это простое совпадение. Кто-то очень заинтересован в том, чтобы тайна осталась тайной.

Андрей задумчиво покрутил в руках свой стакан. История становилась всё более запутанной. Тайные общества, древние знания, загадочные убийства – всё это казалось сюжетом фантастического романа, а не реальным расследованием. И всё же что-то в словах Полунина заставляло его задуматься. Слишком много совпадений. Слишком много странностей.

– Есть ещё что-то, о чём мне следует знать? – спросил он, допивая коньяк.

Полунин помолчал, будто взвешивая следующие слова.

– Самойлов не был первым, кто заинтересовался этими артефактами, – наконец сказал он. – И не первым, кто умер при загадочных обстоятельствах. Мой коллега, профессор Иванов из Московского университета, тоже изучал эти символы. Три года назад его нашли мёртвым в его кабинете. Официальная версия – самоубийство. Но те, кто знал Иванова, никогда в это не поверят.

Он снова подошёл к карте и указал на точку на черноморском побережье.

– Здесь, по моим расчётам, должно находиться то самое хранилище, о котором говорили записи деда Самойлова. И я почти уверен, что медальон – ключ к его обнаружению.

– Вы хотите, чтобы я нашёл медальон и помог вам обнаружить это хранилище? – прямо спросил Андрей.

– Я хочу правды, – ответил Полунин. – Хочу знать, что там скрыто и почему Хранители так отчаянно это защищают. Если вы найдёте медальон, возможно, мы сможем вместе разгадать эту тайну.

– При условии, что нас не убьют в процессе, – заметил Андрей.

– Риск есть всегда, – пожал плечами профессор. – Но некоторые тайны стоят риска, не находите?

Андрей задумался. С одной стороны, вся эта история казалась ему слишком фантастической. С другой – слишком много странных совпадений, чтобы просто отмахнуться от слов Полунина. И ещё была записка, оставленная в его квартире. Кто-то явно не хотел, чтобы он продолжал расследование.

– Мне нужно подумать, – сказал он наконец. – И проверить некоторые факты. Где я могу найти вас, если возникнут новые вопросы?

– Я буду здесь до конца недели, – ответил Полунин. – Потом уезжаю в экспедицию. В Крым, кстати. Возможно, это мой последний шанс докопаться до истины.

Андрей поднялся, чтобы уйти, но внезапно вспомнил ещё один вопрос.

– Профессор, а как выглядят эти Хранители? Как их узнать?

– Они могут выглядеть как угодно, – ответил Полунин с лёгкой улыбкой. – Банкир, политик, обычный гражданин. Но есть одна деталь, по которой можно опознать высокопоставленных членов организации. У них на внутренней стороне запястья есть небольшая татуировка – тот самый символ, что в центре медальона Самойлова. Восьмиконечная звезда, похожая на розу ветров.

Андрей вспомнил записку, оставленную в его квартире, с точно таким же символом. Совпадение? Или предупреждение от тех самых Хранителей?

– Благодарю за информацию, профессор, – сказал он, пожимая руку Полунину. – Я свяжусь с вами, как только что-то выясню.

Выйдя из кабинета профессора, Андрей не сразу направился к выходу. Он решил пройтись по коридорам университета, обдумывая услышанное. История казалась невероятной, но слишком много фактов указывало на то, что в словах Полунина была доля истины. И если он прав, то это расследование может оказаться гораздо опаснее, чем предполагалось изначально.

На выходе из университета Андрей снова почувствовал на себе чей-то взгляд. Он медленно обернулся, делая вид, что ищет что-то в кармане, и заметил того же человека в тёмном пальто, стоящего у газетного киоска через дорогу. Теперь у него не было сомнений – за ним следят. Вопрос был лишь в том, кто именно. Хранители, о которых говорили Кречетов и Полунин? Или кто-то ещё, у кого есть свои интересы в этом деле?

Решив пока не провоцировать преследователя, Андрей направился к метро. У него было много информации для размышления, и первым делом нужно было встретиться с вдовой Самойлова. Возможно, она знала больше, чем говорила при первой встрече. И, возможно, у неё сохранились те самые записи её свёкра, которые могли бы пролить свет на всю эту таинственную историю.

Спускаясь в метро, Андрей не переставал думать о символах на медальоне, о тайном обществе Хранителей и о загадочном хранилище древних знаний. Что-то подсказывало ему, что это расследование изменит его жизнь. Вопрос был лишь в том, к лучшему ли будет это изменение.

Глава 2: Следы прошлого

Елизавета Самойлова жила в старинном особняке на Каменном острове – одном из тех домов, которые сохранили атмосферу дореволюционного Петербурга, несмотря на все исторические потрясения. Высокие потолки, лепнина, массивная мебель из тёмного дерева – всё здесь дышало историей и традициями.

Андрей был встречен пожилым дворецким, который провёл его через анфиладу комнат в кабинет покойного Самойлова. Здесь ничего не изменилось с момента смерти хозяина: книги на полках, коллекция древностей в стеклянных витринах, огромный письменный стол у окна, выходящего в сад. Казалось, хозяин кабинета просто вышел на минуту и вот-вот вернётся.

Елизавета Самойлова ждала его в кресле у камина. Она была изящной женщиной лет шестидесяти, с аристократической осанкой и внимательным взглядом тёмных глаз. Её седые волосы были собраны в аккуратный пучок, а руки, унизанные старинными кольцами, лежали на подлокотниках кресла.

– Рада, что вы пришли, господин Миронов, – сказала она, указывая на кресло напротив. – Прошу вас, присаживайтесь.

Андрей сел, отметив, что кабинет, несмотря на обилие ценных предметов, выглядел нетронутым. Никаких признаков обыска или взлома.

– Госпожа Самойлова, я встречался с профессором Полуниным, – начал он без предисловий. – Он рассказал мне о византийском медальоне и о записях, найденных вашим мужем. Мне нужно узнать больше.

Елизавета внимательно посмотрела на него, словно оценивая, насколько ему можно доверять.

– Василий всегда был увлечён историей, – наконец произнесла она. – Особенно древними цивилизациями. Его коллекция антиквариата известна во всём мире. Но медальон… Медальон был чем-то особенным для него.

Она поднялась и подошла к одной из витрин, где располагались фотографии в серебряных рамках. На одной из них был изображён пожилой мужчина в экспедиционной одежде на фоне каких-то раскопок.

– Это дед Василия, Александр Самойлов, – сказала она. – Известный археолог начала двадцатого века. Он проводил раскопки на побережье Чёрного моря, в Крыму. Там он нашёл множество артефактов византийской эпохи, в том числе, как позже выяснил Василий, и два идентичных медальона.

– Два? – переспросил Андрей. – Полунин упоминал только один.

– Так и есть, – кивнула Елизавета. – Один медальон, по официальной версии, был передан в музей, но исчез во время революции. Второй, как предполагал Василий, Александр оставил себе. Но и этот медальон исчез после смерти Александра. Его нашли только много лет спустя на аукционе в Лондоне, где Василий его и приобрёл.

– И только недавно ваш муж узнал о связи между медальоном и своим дедом? – уточнил Андрей.

– Да, – подтвердила Елизавета. – Он разбирал старый архив деда и нашёл дневники экспедиций. В одном из них было детальное описание медальона и даже наброски символов, выгравированных на нём. Василий был потрясён, когда понял, что случайно приобретённый им артефакт имеет прямое отношение к его семье.

Она вернулась к креслу и снова села.

– После этого он изменился, – продолжила она тихо. – Стал замкнутым, подолгу сидел в кабинете, изучая дневники деда и какие-то старые карты. Иногда я слышала, как он разговаривает по телефону на повышенных тонах, хотя обычно Василий был очень сдержанным человеком.

– С кем он разговаривал? – спросил Андрей.

– Не знаю, – покачала головой Елизавета. – Но однажды я случайно услышала имя – Григорий. Думаю, это был профессор Полунин. Василий упоминал, что консультируется с ним по поводу символов на медальоне.

– А что в дневниках деда? – Андрей старался говорить спокойно, не выдавая своего нетерпения. – Они у вас сохранились?

Елизавета встала и подошла к книжной полке. Из-за ряда книг она достала небольшую шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную перламутром.

– Здесь копии, – сказала она, открывая шкатулку. – Оригиналы Василий хранил в банковской ячейке. Он всегда был осторожен.

Она протянула Андрею несколько листов плотной бумаги с копиями рукописных страниц. Почерк был мелким, но разборчивым. Андрей начал читать:

"12 июля 1908 года. Продолжение раскопок на северном участке. Сегодня обнаружили необычное захоронение. Судя по всему, византийский период, примерно X-XI век. Среди предметов, найденных при погребённом, особого внимания заслуживает медальон необычной формы с загадочными символами. Предварительно могу сказать, что это не обычные византийские символы. Требуется более детальное изучение."

Следующая запись была датирована неделей позже:

"19 июля 1908 года. Удивительное открытие! Сегодня на глубине около трёх метров от поверхности обнаружили каменную плиту с высеченными на ней символами, идентичными тем, что на медальоне. Плита, похоже, закрывает вход в какое-то помещение или тоннель. Решено продолжить раскопки завтра с особой осторожностью."

Андрей перелистнул страницу, но следующая запись была датирована уже августом, и в ней не было ни слова о плите или тоннеле. Вместо этого дед Самойлова писал о находках керамики и монет, словно забыв о своём "удивительном открытии".

– Странно, – сказал Андрей, просматривая дальнейшие записи. – Он больше не упоминает ни плиту, ни тоннель. Что произошло?

– Василий задавался тем же вопросом, – ответила Елизавета. – Он предполагал, что дед что-то нашёл там, под плитой. Что-то, о чём решил не писать в официальном дневнике.

Она достала из шкатулки ещё один лист – современную распечатку с изображением медальона. На нём был виден золотой диск с выгравированными символами вокруг центрального знака, напоминающего восьмиконечную звезду.

– Это копия фотографии, которую сделал дед Василия, – пояснила она. – А вот это, – она достала ещё одну распечатку, – снимок второго медальона, сделанный Василием перед его исчезновением.

Андрей внимательно сравнил изображения. Медальоны действительно были идентичны – тот же размер, те же символы, та же восьмиконечная звезда в центре.

– Госпожа Самойлова, – спросил он, откладывая фотографии, – ваш муж говорил что-нибудь об организации под названием "Хранители Истины"?

Елизавета вздрогнула, услышав это название.

– Он упоминал их незадолго до своей смерти, – тихо сказала она. – Сказал, что они не остановятся ни перед чем, чтобы сохранить свои секреты. Я подумала, что это какая-то фантазия, порождённая его увлечением древностями. Но потом… потом он умер. Так внезапно и необъяснимо.

Её голос дрогнул.

– Вы считаете, что его смерть не была естественной? – осторожно спросил Андрей.

– У Василия никогда не было проблем с сердцем, – твердо ответила она. – Он проходил обследование каждые полгода. А за неделю до смерти мне показалось, что за домом кто-то наблюдает. Я видела мужчину, который несколько дней подряд стоял на углу улицы и смотрел на наши окна. Когда я сказала об этом Василию, он только кивнул, словно ожидал чего-то подобного.

Она замолчала, глядя на фотографию мужа на столе.

– А потом его нашли мёртвым в этом самом кабинете. Врачи сказали – сердечный приступ. Но я не верю в это.

Андрей кивнул, делая мысленную пометку поговорить с патологоанатомом, который проводил вскрытие. Если смерть Самойлова была насильственной, могли остаться какие-то следы, которые опытный специалист не пропустил бы.

– Есть ещё кое-что, о чём я должен спросить, – сказал он. – Ваш муж нашёл какие-то документы или записки внутри медальона? Полунин упоминал о пергаменте с надписями.

– Да, был пергамент, – подтвердила Елизавета. – Очень старый и хрупкий. Василий нашёл его, когда осматривал медальон под лупой и обнаружил, что он открывается. Внутри была свёрнутая полоска пергамента с какими-то символами, похожими на те, что на самом медальоне.

– И где сейчас этот пергамент? – нетерпеливо спросил Андрей.

– Василий отправил его на экспертизу профессору Полунину, – ответила Елизавета. – Хотел узнать, что означают символы. Но я не знаю, вернул ли профессор пергамент. После смерти Василия я была в таком состоянии, что не думала об этом.

– Полунин ничего не говорил мне о пергаменте, – задумчиво произнёс Андрей. – Странно.

– Может быть, он просто забыл упомянуть об этом, – предположила Елизавета. – Или… – она замолчала, словно не решаясь высказать свою мысль.

– Или? – подтолкнул её Андрей.

– Или пергамент тоже представляет ценность для тех, кто украл медальон, – закончила она.

Андрей задумался. Если прав Полунин, и медальон действительно связан с каким-то древним хранилищем знаний, то пергамент внутри него мог содержать ключ к его местонахождению. И если Полунин не упомянул о пергаменте…

– Я должен снова встретиться с профессором, – сказал он, поднимаясь. – Есть вопросы, которые требуют разъяснения.

– Я могу вам ещё чем-то помочь? – спросила Елизавета, провожая его к двери.

– Да, – кивнул Андрей. – Мне нужны контакты того аукционного дома в Лондоне, где ваш муж приобрёл медальон. Хочу узнать, кто был предыдущим владельцем.

– Я поищу в бумагах Василия, – пообещала Елизавета. – Если найду что-то, сразу же свяжусь с вами.

Уже у двери она вдруг остановила его, взяв за руку.

– Будьте осторожны, господин Миронов, – сказала она тихо. – Если то, что говорил Василий о Хранителях, правда, то они не остановятся ни перед чем, чтобы защитить свои секреты. И они могут быть где угодно, кем угодно.

– Я буду внимателен, – заверил её Андрей и вышел из дома.

На улице уже сгущались сумерки. Андрей огляделся, проверяя, нет ли слежки, но улица казалась пустынной. Только в конце квартала он заметил тёмный силуэт, быстро скрывшийся за углом. Совпадение? Или тот же человек, что следил за ним возле университета?

Вместо того чтобы сразу поехать домой, Андрей решил проверить свою догадку. Он направился в противоположную от метро сторону, сделал несколько поворотов и остановился в тени деревьев, ожидая. Через несколько минут из-за угла появилась фигура – тот же мужчина в тёмном пальто. Он медленно шёл по улице, оглядываясь по сторонам, явно ища кого-то.

Андрей дождался, пока незнакомец приблизится, и внезапно вышел из тени прямо перед ним.

– Кто вы и почему следите за мной? – спросил он без предисловий.

Мужчина отшатнулся, явно не ожидая прямой конфронтации, но быстро взял себя в руки.

– Не понимаю, о чём вы, – ответил он с лёгким акцентом, который Андрей не смог идентифицировать. – Я просто гуляю.

– В таком случае, наслаждайтесь вечерней прогулкой, – сказал Андрей, не сводя с него глаз. – Только не за мной.

Он развернулся и быстро пошёл прочь, зная, что незнакомец не решится за ним последовать после такого разговора. По крайней мере, не сразу. Но этот инцидент лишь подтвердил его подозрения – кто-то очень интересуется его расследованием.

Вместо того чтобы ехать домой, Андрей отправился в небольшое кафе на Невском проспекте. Ему нужно было спокойное место, чтобы обдумать полученную информацию и составить план дальнейших действий. Заказав чашку крепкого кофе, он устроился за столиком в углу, откуда мог видеть вход.

Странное поведение Полунина, не упомянувшего о пергаменте, требовало объяснения. Либо профессор забыл об этой детали, либо намеренно скрыл её. Но зачем? Что было написано на этом пергаменте, и почему Полунин решил о нём умолчать?

Андрей достал блокнот и начал записывать ключевые моменты расследования, пытаясь выстроить логическую цепочку:

Самойлов приобретает медальон на аукционе в Лондоне.

Позже обнаруживает связь между медальоном и своим дедом-археологом.

Находит внутри медальона пергамент с древними символами.

Отправляет пергамент на экспертизу Полунину.

Незадолго до смерти упоминает какую-то организацию "Хранители Истины".

Умирает при подозрительных обстоятельствах.

Медальон пропадает.

Если верить Полунину, медальон мог быть ключом к некоему хранилищу древних знаний. А если верить дневнику деда Самойлова, он действительно нашёл вход в какое-то подземное помещение, но по неизвестной причине прекратил писать об этом в своих заметках.

Что произошло там, на раскопках в 1908 году? Что нашёл Александр Самойлов под каменной плитой с загадочными символами? И почему он вдруг прекратил упоминать об этой находке?

Андрей отхлебнул остывший кофе и посмотрел на часы. Было уже поздно, но он знал, что не сможет заснуть, пока не разгадает хотя бы часть этой головоломки. Нужно было снова встретиться с Полуниным и прямо спросить о пергаменте. Но сначала следовало проверить ещё одну версию.

Он достал телефон и набрал номер своего старого знакомого из полиции, следователя Игоря Климова.

– Игорь, это Андрей. Прости за поздний звонок, но мне нужна твоя помощь, – сказал он, когда на другом конце ответили. – Мне нужна информация о вскрытии Василия Самойлова. Официальная версия – сердечный приступ, но я подозреваю, что это могло быть убийство.

– Самойлов? Тот самый коллекционер? – переспросил Климов. – Я помню это дело. Стандартная процедура, ничего подозрительного. Но я могу поднять документы, если это действительно важно.

– Это очень важно, – подтвердил Андрей. – И ещё одно. Проверь, пожалуйста, не было ли похожих смертей среди историков или археологов за последние несколько лет. Особенно меня интересует некий профессор Иванов из Москвы. Официальная версия – самоубийство, примерно три года назад.

– Ты во что-то влип, старик? – с беспокойством спросил Климов.

– Надеюсь, что нет, – ответил Андрей. – Но мне нужно знать, с чем я имею дело.

Попрощавшись с Климовым, Андрей расплатился за кофе и вышел из кафе. На улице было уже совсем темно, редкие прохожие спешили по своим делам. Андрей направился к метро, но внезапно остановился. Что-то привлекло его внимание – отражение в витрине магазина. Тёмная фигура, стоявшая на противоположной стороне улицы. Не тот же самый человек, что следил за ним у дома Самойловой, но что-то в его позе и в том, как он наблюдал, показалось Андрею знакомым.

Не оборачиваясь, он продолжил путь, но внутренне напрягся. Если за ним действительно следят, то это лишь подтверждает серьёзность ситуации. И чем больше он узнавал о медальоне и его истории, тем более опасным становилось его расследование.

Доехав до своей станции, Андрей не сразу пошёл домой. Он сделал несколько кругов по окрестным улицам, проверяя, нет ли слежки. Убедившись, что за ним никто не идёт, он наконец вернулся в свою квартиру.

Первым делом он проверил дверь – никаких следов нового взлома. Войдя внутрь, он тщательно осмотрел комнаты, но всё было на своих местах. Похоже, сегодня ночных гостей не ожидалось.

Андрей достал из тайника свои записи и добавил новую информацию, полученную от Елизаветы Самойловой. Затем он открыл ноутбук и начал поиск информации об Александре Самойлове и его экспедициях в Крым. Если дед действительно нашёл что-то важное во время раскопок, должны были остаться какие-то официальные отчёты или публикации.

После нескольких часов поисков Андрей нашёл несколько статей, опубликованных Александром Самойловым в научных журналах начала XX века. В них подробно описывались находки византийского периода, обнаруженные в ходе раскопок на черноморском побережье. Упоминались монеты, керамика, остатки строений, но ни слова о медальонах или каменной плите с загадочными символами.

Это было странно. Такая необычная находка должна была заинтересовать научное сообщество. Почему Александр Самойлов умолчал о ней в своих публикациях? И почему символы, выгравированные на медальоне, остались неизученными более ста лет?

Ответ мог быть только один – кто-то намеренно скрывал эту информацию. Кто-то, кто не хотел, чтобы тайна медальона была раскрыта. Хранители Истины? Вполне возможно.

Уже глубокой ночью, когда усталость начала брать своё, Андрей наткнулся на интересную статью в одном из исторических журналов. Статья рассказывала о загадочной смерти нескольких археологов в начале XX века. Все они работали на раскопках византийских поселений на побережье Чёрного моря, и все умерли при странных обстоятельствах в период с 1908 по 1910 год. Среди имён Андрей с удивлением обнаружил Виктора Меркулова – коллегу Александра Самойлова, который, согласно статье, скончался от "неизвестной болезни" всего через несколько месяцев после экспедиции 1908 года.

– Совпадение? – пробормотал Андрей, протирая уставшие глаза. – Или Меркулов тоже видел то, что было под каменной плитой?

Он закрыл ноутбук и лёг на диван, не раздеваясь. Сон не шёл. В голове роились мысли о медальоне, о загадочных символах, о тайном обществе Хранителей и о подземном хранилище древних знаний. Что там могло быть спрятано? Какие секреты были настолько важны, что их охраняли на протяжении веков, не останавливаясь перед убийствами?

Уже засыпая, Андрей вспомнил ещё одну деталь – странное поведение владельца антикварного магазина, с которого началось всё это расследование. Он был на нервах, говорил загадками и, кажется, тоже знал больше, чем рассказал. Стоило бы навестить его снова и задать несколько конкретных вопросов.

С этой мыслью Андрей наконец погрузился в беспокойный сон, в котором он бродил по запутанным коридорам подземного хранилища, преследуемый тенями в длинных одеждах, сжимающими в руках золотые медальоны с восьмиконечными звёздами.

Утром его разбудил звонок телефона. Это был Игорь Климов.

– Андрей, я проверил то, о чём ты просил, – сказал он без предисловий. – И нашёл кое-что интересное. В отчёте о вскрытии Самойлова есть странности. Патологоанатом указал в качестве причины смерти сердечный приступ, но некоторые признаки указывают на возможное отравление. Однако токсикологическую экспертизу не проводили, сочтя её ненужной, учитывая "очевидную" причину смерти.

– А что насчёт профессора Иванова? – спросил Андрей, мгновенно проснувшись.

– Тоже интересный случай, – ответил Климов. – Официально – самоубийство, выстрел в голову. Но оружие так и не нашли, хотя по всем признакам выстрел был произведён в упор. Я поговорил с коллегой из московского отдела, он тоже считает это дело странным, но расследование было закрыто по приказу сверху.

– По приказу сверху? – переспросил Андрей. – Это необычно.

– Более чем, – согласился Климов. – И ещё кое-что. Я проверил по базе другие смерти историков и археологов за последние пять лет. Нашёл четыре случая, которые можно считать подозрительными. Все – признанные эксперты по византийской истории, все умерли при странных обстоятельствах: от несчастных случаев до самоубийств. И что самое интересное – все они были в Крыму незадолго до смерти.

Андрей почувствовал, как по спине пробежал холодок. Это уже нельзя было считать совпадением.

– Игорь, спасибо за информацию, – сказал он. – Но будь осторожен. Не говори никому о нашем разговоре. Похоже, я действительно влип в что-то серьёзное.

– Ты бы тоже поосторожнее, – ответил Климов. – Если кто-то убил Самойлова и других историков, они не остановятся перед ещё одним убийством.

Попрощавшись с Климовым, Андрей быстро собрался и вышел из квартиры. У него было несколько неотложных дел: снова встретиться с Полуниным и расспросить о пергаменте, навестить антикварный магазин и попытаться узнать больше о медальоне и его предыдущих владельцах.

На улице было пасмурно, моросил мелкий дождь. Петербург тонул в сыром тумане, и это только усиливало ощущение тревоги, которое не отпускало Андрея с самого начала расследования. Он чувствовал, что с каждым новым открытием всё глубже погружается в древнюю тайну, которая может стоить ему жизни.

Но остановиться он уже не мог. Слишком многое указывало на то, что медальон Самойлова действительно был ключом к чему-то значительному. И если ради этой тайны уже погибли люди, значит, она стоила того, чтобы её раскрыть.

Андрей поднял воротник пальто, защищаясь от дождя, и решительно направился к метро. Охота за истиной только начиналась.

Глава 3: Теневая организация

Дождь усилился к тому моменту, когда Андрей вышел из метро недалеко от университета. Улицы быстро пустели – люди спешили укрыться от непогоды в домах и кафе. Андрей был почти уверен, что профессор Полунин сейчас на рабочем месте – в расписании на сайте университета стояла его утренняя лекция.

Главное здание университета встретило его гулкой тишиной длинных коридоров. Занятия уже начались, и только редкие запоздавшие студенты спешили по лестницам и переходам. Андрей поднялся на третий этаж, где располагалась кафедра археологии и исторического востоковедения.

В приёмной кафедры сидела немолодая женщина, погружённая в работу за компьютером. Она подняла взгляд, когда Андрей вошёл.

– Мне нужно видеть профессора Полунина, – сказал Андрей. – Это срочно.

– Профессор сегодня не появлялся, – ответила секретарь с лёгким удивлением. – Утреннюю лекцию отменили. Студентам прислали уведомление ещё вчера вечером.

– Как отменили? – растерялся Андрей. – Вы знаете, где он может быть?

– Нет, – покачала головой женщина. – Он просто прислал сообщение, что по состоянию здоровья не сможет проводить занятия. Такое случается редко, но бывает.

– А у вас есть его домашний адрес? – спросил Андрей. – Дело действительно срочное.

Секретарь внимательно посмотрела на него:

– А вы, собственно, кто?

– Андрей Миронов, частный детектив, – ответил он, показывая своё удостоверение. – Я расследую дело, связанное с Василием Самойловым. Профессор Полунин консультировал его перед смертью, и мне нужно задать несколько вопросов.

Упоминание имени Самойлова возымело действие. Секретарь кивнула:

– Да, я помню, что Григорий Степанович работал с господином Самойловым. Адрес я вам дать не могу без разрешения, но могу попробовать связаться с ним и передать, что вы его ищете.

– Буду очень признателен, – кивнул Андрей.

Женщина набрала номер на телефоне, но после нескольких гудков покачала головой:

– Не отвечает. Может быть, действительно плохо себя чувствует.

– А это не странно? – спросил Андрей. – Если он заболел, то должен бы отвечать на звонки.

– Не обязательно, – пожала плечами секретарь. – Возможно, принял лекарство и спит. Или вышел в аптеку. Мало ли.

Андрей понимал, что дальнейшие расспросы могут вызвать подозрения, поэтому решил сменить тактику.

– Хорошо, я оставлю свой номер телефона. Когда профессор Полунин появится или выйдет на связь, попросите его позвонить мне. Это действительно важно.

Записав свой номер на листке бумаги, Андрей поблагодарил секретаря и вышел из кабинета. Внезапное исчезновение Полунина могло быть простым совпадением, но интуиция подсказывала, что это связано с их вчерашним разговором. Что-то спугнуло профессора. Или кто-то.

Спустившись на первый этаж, Андрей уже направлялся к выходу, когда заметил молодого человека, внимательно рассматривающего информационный стенд кафедры. Что-то в его осанке показалось Андрею знакомым. Он остановился, делая вид, что проверяет телефон, а сам внимательно наблюдал за незнакомцем. Тот, почувствовав взгляд, обернулся, и Андрей с удивлением узнал в нём Максима – помощника Полунина, которого он встретил вчера в кабинете профессора.

– Максим! – окликнул он молодого человека.

Аспирант вздрогнул и на миг замер, словно раздумывая, стоит ли ему убегать, но затем всё же шагнул навстречу.

– А, это вы, – сказал он с явным облегчением. – Детектив Миронов, верно?

– Да, это я, – кивнул Андрей. – Ищу профессора Полунина, но его сегодня нет на месте. Вы не знаете, где его можно найти?

Максим нервно огляделся по сторонам, прежде чем ответить:

– Нет, я тоже его ищу. Он не отвечает на звонки и сообщения с самого утра. Это… странно.

– Почему странно? – осторожно спросил Андрей.

– Вчера, после вашего ухода, – начал Максим, понизив голос, – профессор был очень взволнован. Он куда-то срочно звонил, говорил шёпотом, но я всё равно слышал часть разговора. Он говорил что-то о "медальоне", "Хранителях" и о том, что "он пришёл".

– "Он пришёл"? – переспросил Андрей. – Кто?

– Не знаю, – пожал плечами Максим. – Но после звонка он велел мне собрать все материалы по византийским артефактам, которые мы изучали последние месяцы, и сложить их в особую папку. Сказал, что заберёт их позже. А сегодня утром я обнаружил, что все эти материалы исчезли из шкафа, хотя кабинет был заперт. И профессор на работу не вышел.

– Вы не думаете, что он мог сам взять эти материалы? – уточнил Андрей.

– Исключено, – твёрдо сказал Максим. – У него нет ключа от шкафа, только от кабинета. Ключ от шкафа всегда у меня.

Андрей задумался. Ситуация становилась всё более запутанной. Полунин исчез, материалы по византийским артефактам пропали, и всё это после того, как Андрей упомянул "Хранителей Истины".

– Максим, что вам известно о Хранителях Истины? – прямо спросил он.

Молодой человек вздрогнул, услышав это название, и снова нервно огляделся.

– Не здесь, – прошептал он. – За нами могут наблюдать.

– Хорошо, – согласился Андрей. – Предлагаю выпить кофе в кафе напротив. Там мы сможем спокойно поговорить.

Максим кивнул, и они вместе вышли из здания университета. Дождь немного утих, но улицы всё ещё блестели от влаги. Они быстро перешли дорогу и вошли в небольшое кафе, почти пустое в это время дня. Выбрав столик в углу, подальше от окон, они заказали кофе и выпечку.

– Теперь расскажите мне всё, что знаете о Хранителях, – попросил Андрей, когда официантка отошла.

Максим нервно вертел в руках салфетку, явно колеблясь.

– Я не уверен, что правильно делаю, рассказывая вам это, – начал он тихо. – Но профессор доверял вам, и, возможно, вы сможете помочь. Хранители Истины – это древнее тайное общество, основанное, если верить легендам, ещё во времена Византийской империи. Они считают своей миссией охрану определённых исторических артефактов и знаний, которые, по их мнению, могут быть опасны для человечества.

– Опасны? Каким образом? – спросил Андрей.

– Это сложно объяснить, – Максим отпил глоток кофе. – Видите ли, многие древние цивилизации обладали знаниями, которые мы до сих пор не смогли воссоздать. Например, византийцы разработали особый состав, известный как "греческий огонь" – оружие, которое горело даже в воде и могло уничтожать целые флоты. Его точная формула до сих пор неизвестна.

– И Хранители оберегают такие секреты? – уточнил Андрей.

– Да, но не только военные технологии, – кивнул Максим. – Есть легенда о хранилище древних знаний, созданном в последние годы существования Византии. В нём собраны тексты, артефакты, формулы и чертежи, которые могли бы изменить наше представление об истории и технологиях.

– И медальон Самойлова как-то связан с этим хранилищем?

– Профессор Полунин считал, что медальон – один из ключей к хранилищу, – подтвердил Максим. – Таких медальонов должно быть три, и только вместе они могут указать путь к тайному месту.

– А где это хранилище? – спросил Андрей.

– Никто точно не знает, – пожал плечами Максим. – По одной из версий, оно находится где-то на побережье Чёрного моря, возможно, в Крыму. По другой – в подземельях Константинополя, современного Стамбула. Есть и более экзотические версии – например, что хранилище спрятано в горах Кавказа или даже где-то в Западной Европе.

Андрей задумался. История звучала как сюжет приключенческого романа, но странная смерть Самойлова, исчезновение Полунина и слежка за ним самим говорили о том, что за всем этим стоит нечто более серьёзное, чем просто легенды.

– А что насчёт пергамента? – спросил он. – Самойлова рассказала мне, что её муж нашёл внутри медальона свёрнутый пергамент с древними символами и отправил его Полунину на экспертизу.

Глаза Максима расширились:

– Пергамент? Внутри медальона? Профессор ничего не говорил мне об этом. Но… – он задумался, – последние недели он был очень увлечён расшифровкой каких-то древних символов. Работал допоздна, никому не показывал своих записей. Может быть, это и был тот самый пергамент?

– Вполне возможно, – кивнул Андрей. – И что же, Полунин смог расшифровать эти символы?

– Не знаю, – честно ответил Максим. – Но вчера, перед тем как отправить меня собирать материалы, он выглядел так, словно сделал какое-то важное открытие. Был очень возбуждён, говорил, что "всё встало на свои места".

– А что насчёт самих Хранителей? – вернулся к главной теме Андрей. – Они действительно существуют сегодня или это просто миф?

Максим снова нервно огляделся, прежде чем ответить:

– Они существуют, – прошептал он. – И они очень могущественны. У них есть люди везде – в научных кругах, в правительстве, в бизнесе. Они действуют из тени, но их влияние ощутимо. Археологические экспедиции внезапно лишаются финансирования, если находят что-то, связанное с хранилищем. Исторические исследования, затрагивающие определённые темы, сталкиваются с необъяснимыми препятствиями. А те, кто слишком глубоко копает…

– …умирают при загадочных обстоятельствах, – закончил за него Андрей. – Как Самойлов и, возможно, другие историки и археологи.

– Именно, – кивнул Максим. – Профессор Полунин был осторожен. Он никогда не публиковал своих истинных находок, связанных с хранилищем. Делал вид, что занимается обычными исследованиями византийской эпохи. Но в последнее время, после того как Самойлов показал ему медальон, он стал более открыто говорить об этом. И я опасаюсь, что…

– …что Хранители решили его остановить, – снова закончил мысль Андрей. – Как и Самойлова.

– Да, – тихо сказал Максим. – И я боюсь, что он действительно в опасности.

Андрей задумчиво вертел в руках чашку с остывшим кофе. История становилась всё более зловещей. Если всё, что рассказал Максим, правда, то он столкнулся с тайной организацией, существующей столетиями и готовой на всё ради сохранения своих секретов.

– Вы можете рассказать мне ещё что-нибудь о Хранителях? – спросил он. – Как они организованы? Как связываются друг с другом? Есть ли у них какие-то опознавательные знаки?

– Я немного знаю об их структуре, – ответил Максим. – Насколько я понимаю, организация строго иерархична. На вершине пирамиды стоит Совет Мастеров – высшее руководство, состоящее из семи человек. Их личности держатся в строжайшем секрете. Под ними – Хранители Ключей, ответственные за охрану различных артефактов и документов. Затем идут Наблюдатели – агенты, внедрённые в научные, политические и бизнес-круги. И наконец, на низшем уровне – Неофиты, новички, которые только прошли посвящение в организацию.

– А что насчёт опознавательных знаков? – напомнил Андрей.

– У них есть символ – восьмиконечная звезда, заключённая в круг, – сказал Максим. – Тот же символ, что был в центре медальона Самойлова. Они носят перстни с этим символом, но обычно скрывают их от посторонних. Кроме того, у них есть особое приветствие – правая рука на сердце, затем поднята вверх, ладонью вперёд. И фраза на древнегреческом: "Во имя истины, сокрытой от глаз".

– Откуда вы всё это знаете? – с подозрением спросил Андрей.

Максим слегка покраснел и опустил взгляд:

– Мой отец… Он был связан с Хранителями. Не как член организации, а как внешний консультант. Он был специалистом по древним языкам, и они иногда обращались к нему за помощью в расшифровке текстов. Он никогда не рассказывал мне прямо о своей работе, но я был любопытным ребёнком и многое подслушивал. Когда он умер, я нашёл среди его вещей несколько записок с информацией о Хранителях. С тех пор эта тема меня интересовала, и когда я начал работать с профессором Полуниным, который тоже интересовался этой организацией, мы нашли общий язык.

– Ваш отец тоже умер при странных обстоятельствах? – осторожно спросил Андрей.

– Нет, – покачал головой Максим. – У него было больное сердце, он умер от инфаркта. По крайней мере, так гласит официальная версия. Но после его смерти к нам домой приходили странные люди, интересовались его архивом. Мать отдала им большую часть бумаг, но некоторые записки я спрятал.

– У вас сохранились эти записки? – с интересом спросил Андрей.

– Да, они у меня дома, – кивнул Максим. – Там не так много информации, но есть несколько зарисовок символов, похожих на те, что были на медальоне Самойлова, и несколько заметок о возможном местонахождении хранилища.

– Я бы хотел их увидеть, – сказал Андрей. – Это может помочь в расследовании.

– Хорошо, – согласился Максим после некоторого колебания. – Но не здесь и не сейчас. За нами могут следить.

– Где и когда мы можем встретиться? – спросил Андрей.

– Сегодня вечером, – предложил Максим. – В парке на Васильевском острове. Там есть старая беседка у пруда. Место довольно пустынное, особенно в такую погоду. Встретимся там в семь часов.

– Договорились, – кивнул Андрей. – А пока я попробую узнать что-нибудь о местонахождении профессора Полунина. У вас есть его домашний адрес?

– Да, – Максим достал телефон и начал что-то искать. – Вот, записал для вас. Но будьте осторожны. Если Хранители действительно добрались до профессора, они могут устроить ловушку и для вас.

– Я буду внимателен, – заверил его Андрей, записывая адрес в свой блокнот. – А вы тоже будьте осторожны. Если Хранители следят за Полуниным, они могут заинтересоваться и вами.

Они расплатились за кофе и вышли из кафе. Дождь прекратился, но небо оставалось серым и низким, сумерки казались ранними, несмотря на то, что было ещё утро.

– До вечера, – сказал Максим, пожимая руку Андрею.

– До вечера, – кивнул тот, и они разошлись в разные стороны.

Андрей решил немедленно отправиться по адресу Полунина. Если профессор действительно в опасности, каждая минута была на счету. Он взял такси, чтобы сократить время в пути, и через двадцать минут уже стоял перед старым жилым домом в тихом районе недалеко от центра города.

Квартира Полунина находилась на третьем этаже. Андрей поднялся по лестнице и позвонил в дверь. Тишина. Он позвонил ещё раз, дольше, но результат был тем же. Тогда он осторожно попытался повернуть ручку двери – заперто, как и следовало ожидать.

Оглядевшись и убедившись, что на лестничной площадке никого нет, Андрей достал из кармана набор отмычек. Это был не самый этичный способ действий, но ситуация требовала решительных мер. Через несколько секунд замок поддался, и Андрей осторожно вошёл в квартиру.

– Профессор Полунин? – позвал он, заходя в тёмную прихожую. – Григорий Степанович?

Ответа не последовало. Андрей щёлкнул выключателем, и тусклый свет осветил небольшую прихожую. На вешалке висело несколько пальто и курток, на полке стояло несколько пар обуви. Всё выглядело обычно, без признаков спешного отъезда или борьбы.

Андрей прошёл дальше, в гостиную. Здесь царил творческий беспорядок – книги и бумаги на столе, диване, даже на полу. На письменном столе стоял открытый ноутбук. Андрей подошёл ближе и увидел, что экран ноутбука тёмный – либо выключен, либо разрядился.

Он нажал кнопку питания, и экран загорелся, запрашивая пароль. Это было ожидаемо, но всё равно разочаровывающе. Без пароля он не мог проверить, над чем работал Полунин в последнее время.

Возле ноутбука лежало несколько листов бумаги с рукописными заметками. Андрей пробежал глазами верхний лист – это были какие-то заметки о византийской символике, ничего особенно интересного на первый взгляд. Но под этим листом он обнаружил нечто более важное – рисунок, точно воспроизводящий символы с медальона Самойлова, и рядом – попытки их расшифровки.

Полунин, похоже, пытался интерпретировать символы как некую форму древнегреческого письма, но с элементами других алфавитов. Рядом с каждым символом он записал возможные значения, а внизу страницы набросал несколько вариантов перевода:

"Путь к истине лежит через три ключа."

"Когда три ключа соединятся, врата откроются."

"Трёх хранителей призови, и путь откроется."

Андрей сфотографировал эти записи на свой телефон. Они подтверждали теорию о трёх медальонах, которые вместе должны были указать путь к хранилищу.

Он продолжил осмотр квартиры. Спальня, как и гостиная, выглядела неубранной, но без признаков борьбы. Кровать была разобрана, словно профессор недавно встал с неё. В ванной комнате всё было в порядке, полотенце влажное – похоже, Полунин принял душ утром.

Вернувшись в гостиную, Андрей заметил то, что упустил вначале – на полу возле входной двери лежал смартфон с разбитым экраном. Он поднял его – телефон был выключен или разряжен. Это могло объяснить, почему профессор не отвечал на звонки.

Андрей попытался включить телефон, но безуспешно. Тогда он решил поискать зарядное устройство. На столе в гостиной среди бумаг он нашёл зарядный кабель и подключил к нему телефон. Через несколько секунд экран загорелся, показывая логотип производителя. Вскоре появился запрос на ввод PIN-кода.

Андрей задумался. Он не знал кода Полунина, но мог предположить, что это какая-то значимая для профессора дата. Он вспомнил, что в кабинете Полунина среди наград висел диплом с датой – 1988 год, вероятно, год окончания университета. Андрей попробовал ввести "1988" – неудачно. Тогда он попытался перевернуть эту дату: "8891" – снова неудачно.

Он уже собирался оставить эти попытки, когда его взгляд упал на рисунок с расшифровкой символов медальона. Внизу страницы рядом с последним переводом Полунин написал "3817?" – возможно, это была какая-то значимая дата в византийской истории.

Андрей ввёл "3817" – и экран разблокировался. Он быстро открыл список последних звонков. Последний звонок был сделан вчера вечером, через час после визита Андрея, на неизвестный номер. Разговор длился почти десять минут. Следующий звонок был входящим, с того же неизвестного номера, ранним утром сегодня, и длился менее минуты.

Андрей проверил сообщения – последнее было отправлено этим же утром на номер Максима: "Не приходи сегодня на кафедру. Отмени мои лекции. Я должен уехать. Объясню позже."

Это подтверждало слова Максима о внезапном отъезде профессора, но не объясняло его причин. Андрей продолжил осмотр телефона и обнаружил несколько фотографий, сделанных вчера вечером. На них был запечатлён тот самый пергамент, о котором говорила Елизавета Самойлова – хрупкий, пожелтевший от времени, с едва различимыми символами, похожими на те, что были выгравированы на медальоне.

Следующая фотография заставила Андрея напрячься – это был снимок карты Крымского полуострова с отмеченной точкой где-то на побережье. Рядом с этой точкой были написаны координаты. Полунин, похоже, нашёл что-то важное.

Внезапно Андрей услышал звук открывающейся входной двери. Он быстро выдернул телефон из зарядки и спрятался за дверью гостиной. Через секунду в квартиру вошли двое мужчин. Они говорили тихо, но Андрей всё равно мог расслышать их разговор.

– Он должен быть здесь, – сказал первый голос с лёгким акцентом. – Следы ведут сюда.

– Проверь спальню, – ответил второй. – Я осмотрю гостиную.

Андрей понял, что ему нужно немедленно уходить. Он быстро осмотрелся, ища путь к отступлению. Окно? Слишком заметно и шумно. Вторая дверь из гостиной? Она могла вести в другую комнату, откуда нет выхода.

Решение пришлось принимать мгновенно. Когда один из мужчин направился в спальню, а второй начал входить в гостиную, Андрей резко толкнул дверь, сбив его с ног, и бросился к выходу. Он успел заметить удивлённое лицо мужчины – средних лет, с короткой стрижкой и холодными серыми глазами – прежде чем выскочить в коридор.

– Стой! – крикнул мужчина, уже поднимаясь на ноги.

Андрей не стал оглядываться. Он бросился к лестнице и начал спускаться, перепрыгивая через ступеньки. Сзади послышались быстрые шаги – его преследовали. Достигнув первого этажа, он выбежал из подъезда и помчался вниз по улице, лавируя между прохожими.

Завернув за угол, он увидел стоянку такси и буквально запрыгнул в первую машину.

– Поехали! Быстро! – крикнул он водителю, оглядываясь назад.

Из-за угла выбежали два человека – те самые, что были в квартире Полунина. Они огляделись, заметили такси, но было уже поздно – машина тронулась с места и быстро набрала скорость.

– Куда едем-то? – спросил таксист, с любопытством глядя на запыхавшегося пассажира.

– На Васильевский остров, – ответил Андрей, стараясь говорить спокойно. – Я скажу точный адрес позже.

Он откинулся на сиденье, пытаясь отдышаться и осмыслить произошедшее. Кто были эти люди? Хранители? Или кто-то ещё? И что случилось с профессором Полуниным? Судя по тому, что его телефон остался в квартире, он либо ушёл в спешке, либо его увели силой.

Глядя в боковое зеркало, чтобы убедиться, что их не преследуют, Андрей достал телефон Полунина. Теперь, когда у него было время, он мог более тщательно изучить его содержимое. В галерее, кроме уже виденных фотографий пергамента и карты, он нашёл ещё несколько снимков – страницы какой-то старой книги с текстом на латыни и древнегреческом, а также несколько фотографий самого медальона Самойлова с разных ракурсов.

В списке контактов он искал номер, на который Полунин звонил вчера вечером, но он был записан просто как "М.". Никаких других данных. Что ещё более интересно, в списке недавно удалённых файлов Андрей обнаружил несколько документов, стёртых сегодня ранним утром, судя по времени. Названия файлов: "Хранилище_координаты.docx", "Перевод_пергамента.docx", "Контакты_М.docx". Важная информация была уничтожена, возможно, самим Полуниным перед исчезновением, либо кем-то другим.

В электронной почте Андрей нашёл ещё одну интересную деталь – вчера вечером Полунин отправил письмо с вложением на адрес, зарегистрированный на зарубежном сервере. Тема письма: "Для сохранности". Вложение уже было удалено, но судя по всему, профессор пытался сохранить какую-то важную информацию, отправив её кому-то, кому доверял.

Андрей задумался. Ситуация становилась всё более запутанной и опасной. Хранители Истины, похоже, действительно существовали и были готовы на всё, чтобы защитить свои секреты. Полунин исчез, возможно, скрывается или похищен. А теперь они преследовали и его, Андрея, очевидно, считая, что он знает больше, чем есть на самом деле.

Такси остановилось на светофоре, и Андрей снова проверил, нет ли слежки. Улицы были заполнены обычным для этого времени дня потоком машин, ничего подозрительного. Но расслабляться было рано. Если Хранители действительно так влиятельны, как говорил Максим, они могли иметь доступ к городским камерам наблюдения, могли отслеживать использование кредитных карт, звонки с мобильных телефонов.

Андрей решил, что ему нужно действовать осторожнее. Он попросил таксиста высадить его у торгового центра на Васильевском острове, а не у своего дома. Расплатившись наличными, он вошёл в здание, прошёл через него и вышел с другой стороны, затем некоторое время петлял по дворам, убеждаясь, что за ним никто не следит.

Убедившись в своей безопасности, он наконец направился домой. Ему нужно было обдумать полученную информацию и подготовиться к вечерней встрече с Максимом. Если записки отца аспиранта действительно содержали важную информацию о Хранителях и хранилище, они могли стать ключом к разгадке всей этой тайны.

А пока он решил позвонить Елизавете Самойловой и узнать, не нашла ли она контакты аукционного дома в Лондоне, где Василий Самойлов приобрёл медальон. Это была ещё одна ниточка, которая могла привести к разгадке.

Пройдя очередной проверочный маршрут и убедившись, что за ним нет слежки, Андрей наконец добрался до своей квартиры. Он тщательно осмотрел дверь и замок – никаких признаков взлома. Войдя внутрь, он первым делом проверил тайник за книжной полкой – его записи были на месте, нетронутые.

Только тогда он позволил себе немного расслабиться. Но расследование продолжалось, и времени на отдых не было. Андрей сел за стол, достал блокнот и начал систематизировать всю информацию, которую удалось собрать.

Медальон, древнее хранилище, тайное общество Хранителей – всё это теперь выглядело не как фантастическая история, а как реальная и опасная головоломка, которую ему предстояло разгадать. И первым шагом должна была стать встреча с Максимом в парке сегодня вечером.

Андрей посмотрел на часы. До встречи оставалось ещё несколько часов. Достаточно времени, чтобы подготовиться к тому, что могло стать самым опасным поворотом в этом расследовании.

Глава 4: Погружение в историю

Сумерки опускались на город, когда Андрей подходил к условленному месту встречи в парке на Васильевском острове. Старая беседка у пруда, скрытая разросшимися кустами сирени, казалась идеальным местом для тайной встречи – достаточно укромная, чтобы не привлекать внимания случайных прохожих, но при этом с хорошим обзором окрестностей.

Андрей пришёл на полчаса раньше назначенного времени. Это была старая привычка, выработанная годами работы детективом – всегда проверять место встречи заранее, чтобы убедиться в отсутствии засады или слежки. Он обошёл парк по периметру, внимательно наблюдая за немногочисленными посетителями. Никто не вызвал подозрений – пара пожилых людей на скамейке, молодая мама с коляской, несколько студентов, спешащих домой после занятий.

Удовлетворившись осмотром, Андрей занял позицию в беседке, выбрав место, с которого хорошо просматривались все подходы. Ожидание не было долгим – Максим появился точно в назначенное время, семь часов вечера. Он шёл быстрым шагом, нервно оглядываясь по сторонам, прижимая к груди потрёпанную кожаную папку.

– Вы один? – тихо спросил Максим, входя в беседку.

– Да, – кивнул Андрей. – За вами никто не следил?

– Я проверял, как вы и советовали, – ответил молодой человек, присаживаясь рядом с детективом. – Несколько раз менял маршрут, заходил в магазины, выходил через другие двери. Думаю, я чист.

– Хорошо, – Андрей кивнул на папку. – Это записки вашего отца?

– Да, – Максим положил папку на стол между ними. – Здесь не так много, но, возможно, вы найдёте что-то полезное.

Андрей открыл папку. Внутри находились пожелтевшие от времени листы с рукописными заметками, несколько фотографий древних артефактов и карта побережья Чёрного моря с отмеченными точками. Многие заметки были на иностранных языках – греческом, латыни, даже что-то похожее на арабскую вязь.

– Ваш отец знал все эти языки? – спросил Андрей, пролистывая документы.

– Он был лингвистом, специализировался на древних языках Средиземноморья, – объяснил Максим. – Эти записи – результат его многолетних исследований. Он работал над переводом древних текстов, связанных с Хранителями Истины и византийским тайным хранилищем.

Андрей внимательно изучал материалы. Среди них он нашёл листок с изображением, очень похожим на медальон Самойлова – та же восьмиконечная звезда в круге, те же странные символы по краю. Рядом с рисунком были пометки: "Печать Ключника", "Один из трёх", "Врата Истины".

– Ваш отец знал о трёх медальонах, – констатировал Андрей.

– Да, – кивнул Максим. – Согласно его исследованиям, были созданы три идентичных медальона, которые вместе формировали ключ к хранилищу. Их вручили трём высокопоставленным членам византийского двора перед падением Константинополя. Эти люди должны были сохранить медальоны и передать их своим потомкам, чтобы однажды, когда наступит подходящее время, хранилище могло быть снова открыто.

– И что же случилось с этими медальонами? – спросил Андрей.

– История каждого из них разная, – ответил Максим. – Первый, тот, что был у Самойлова, перемещался по Европе столетиями, переходя из рук в руки, пока не оказался в частной коллекции в Лондоне, откуда его и приобрёл Самойлов. Второй, по легенде, остался в семье потомков византийской знати, бежавших в Италию. А третий… третий считался утерянным до недавнего времени.

– До недавнего? – заинтересовался Андрей.

– Да, – Максим указал на одну из фотографий в папке. – Отец писал, что третий медальон был обнаружен во время раскопок в Крыму в конце 1980-х годов. Он был найден в старинном склепе вместе с другими артефактами византийской эпохи. Но вскоре после обнаружения медальон исчез из музейных фондов. Официальная версия – кража, но отец подозревал, что это дело рук Хранителей.

Андрей задумчиво листал заметки. Одна из страниц привлекла его внимание – на ней был набросок карты с отмеченной точкой где-то на побережье Крыма.

– Это похоже на карту, которую я видел на телефоне Полунина, – сказал он, указывая на рисунок. – Ваш отец считал, что хранилище находится именно там?

– Это одна из версий, – пояснил Максим. – Отец исследовал несколько возможных локаций, но именно эта казалась ему наиболее вероятной. Там находятся древние пещеры, использовавшиеся ещё в византийскую эпоху. По легенде, последние византийские учёные и инженеры превратили одну из этих пещер в идеальное хранилище, защищённое сложными механизмами и шифрами.

– И эти механизмы активируются с помощью трёх медальонов? – уточнил Андрей.

– Именно, – кивнул Максим. – Медальоны нужно разместить в определённом порядке в специальных углублениях на каменной двери, ведущей в хранилище. Символы на медальонах формируют код, который открывает замок.

Андрей откинулся на спинку скамьи, обдумывая полученную информацию. История звучала фантастически, но после всего, что произошло за последние дни, он был готов поверить и не в такое.

– Если всё это правда, – сказал он, – то медальон Самойлова – невероятно ценная находка. И Хранители не остановятся ни перед чем, чтобы заполучить его.

– Да, – мрачно согласился Максим. – Они уже убили Самойлова и, возможно, добрались до профессора Полунина. Вы следующий в их списке.

– Что ж, – Андрей закрыл папку, – тогда нам нужно опередить их. Мы должны найти хранилище раньше, чем они найдут нас.

– Вы предлагаете отправиться в Крым? – удивлённо спросил Максим.

– Именно это я и предлагаю, – кивнул Андрей. – У нас есть координаты предполагаемого местонахождения хранилища, есть информация о медальонах. Мы знаем больше, чем думают Хранители. Это наше преимущество.

– Но у нас нет самого медальона, – напомнил Максим. – Без него мы не сможем открыть хранилище.

– Медальон должен быть у того, кто убил Самойлова, – задумчиво произнёс Андрей. – Возможно, у Хранителей. Но перед тем, как его забрали, Самойлов успел отправить Полунину фотографии и пергамент, найденный внутри. Это уже что-то.

Внезапно Максим напрягся, глядя куда-то за спину Андрея.

– Что такое? – спросил детектив, не оборачиваясь.

– Там кто-то есть, – прошептал Максим. – За деревьями. Следит за нами.

Андрей медленно повернул голову, делая вид, что просто осматривается вокруг. В сгущающихся сумерках он действительно заметил тёмную фигуру, скрывающуюся за деревьями неподалёку от беседки.

– Мы должны уходить, – тихо сказал он. – Сейчас. Разделимся. Вы идите к выходу из парка, а я попробую задержать нашего наблюдателя.

– Хорошо, – Максим быстро сложил бумаги обратно в папку и протянул её Андрею. – Возьмите. Они вам нужнее.

Андрей кивнул, принимая папку, и убрал её во внутренний карман пальто.

– Встретимся завтра в десять утра у главного входа в Публичную библиотеку, – сказал он. – Если я не приду, значит, что-то пошло не так. В таком случае, обратитесь в полицию, расскажите всё, что знаете.

Максим кивнул и, сделав глубокий вдох, вышел из беседки, направляясь к выходу из парка. Андрей подождал несколько секунд, а затем двинулся в противоположном направлении, прямо к месту, где он заметил наблюдателя.

Фигура за деревьями, увидев его приближение, отступила глубже в тень. Андрей ускорил шаг, почти переходя на бег. Он видел, как таинственный наблюдатель развернулся и быстро пошёл прочь, явно не желая конфронтации.

– Стойте! – крикнул Андрей, бросаясь вдогонку.

Неизвестный побежал, лавируя между деревьями. Это была женщина, как теперь мог видеть Андрей – стройная фигура, длинные волосы, развевающиеся при беге. Она была быстра и ловка, но Андрей не собирался так легко отпускать её.

Погоня продолжалась через весь парк. Женщина выбежала на одну из аллей, затем свернула к выходу на улицу. Андрей был уже близко, почти настигая её, когда она внезапно остановилась и развернулась к нему.

– Господин Миронов, – произнесла она, тяжело дыша. – Наконец-то мы встретились.

Андрей остановился в нескольких шагах от неё, готовый к любым неожиданностям. В тусклом свете парковых фонарей он мог теперь разглядеть её лицо – молодая женщина, около тридцати лет, с острыми чертами лица и пронзительными тёмными глазами.

– Кто вы? – спросил он, не сводя с неё взгляда.

– Меня зовут Елена Воронова, – ответила она. – Я историк, специализируюсь на византийской эпохе. И я знаю, что вы ищете.

– Откуда вы знаете моё имя? И зачем следили за нами? – Андрей оставался настороженным.

– Я была коллегой Василия Самойлова, – объяснила Елена. – Мы работали вместе над исследованием византийских артефактов. После его смерти я пыталась продолжить наше дело, но затем начали происходить странные вещи. Исчезали документы, кто-то взломал мою электронную почту. А вчера я заметила слежку – двое мужчин в тёмных костюмах наблюдали за моим домом.

– Хранители, – пробормотал Андрей.

– Именно, – кивнула Елена. – Я знаю о них. Василий рассказывал мне о тайном обществе, охраняющем древние знания. Сначала я не верила, считала это всего лишь красивой легендой. Но после его смерти… – она замолчала, подбирая слова, – после его смерти я поняла, что всё это реально. И опасно.

– Как вы нашли меня? – спросил Андрей.

– Не так сложно, как может показаться, – слабо улыбнулась Елена. – Елизавета Самойлова упомянула, что наняла частного детектива. Я выяснила ваше имя, а затем увидела вас сегодня у университета, когда вы разговаривали с Максимом. Я следила за вами с тех пор.

– Зачем? – прямо спросил Андрей.

– Потому что мне нужна ваша помощь, – серьёзно ответила Елена. – И я думаю, что могу помочь вам. У меня есть информация, которой нет у вас. А у вас, очевидно, есть зацепки, которых нет у меня. Вместе мы могли бы разгадать тайну медальона и найти хранилище.

Андрей внимательно смотрел на неё, оценивая искренность её слов. Она могла быть как ценным союзником, так и опасным противником, работающим на Хранителей.

– Какая информация у вас есть? – спросил он, решив проверить её.

– Я знаю, где находится второй медальон, – тихо сказала Елена, глядя ему прямо в глаза. – И я знаю человека, который может помочь нам добраться до него.

Это было неожиданно. Если Елена говорила правду, то это могло стать прорывом в расследовании.

– Докажите, – потребовал Андрей.

Елена достала из кармана своего пальто фотографию и протянула ему. На снимке был изображён медальон, почти идентичный тому, что принадлежал Самойлову – та же восьмиконечная звезда, те же странные символы по краю, но с некоторыми отличиями в деталях.

– Этот медальон сейчас находится в частной коллекции итальянского аристократа Марко Палеолога, потомка византийских императоров, – пояснила Елена. – Василий вёл с ним переговоры о возможности изучения медальона, но после его смерти контакт был потерян. Однако у меня есть личные связи с семьёй Палеологов. Я могу организовать встречу.

Андрей задумчиво рассматривал фотографию. История становилась всё интереснее и сложнее.

– А третий медальон? – спросил он. – Тот, что был найден в Крыму и затем исчез?

Елена удивлённо посмотрела на него:

– Вы хорошо информированы. Да, третий медальон был обнаружен во время раскопок в 1987 году, но вскоре пропал из музейных фондов. Официально считается украденным, но на самом деле… – она замолчала.

– На самом деле? – подтолкнул её Андрей.

– На самом деле, его забрали Хранители, – закончила Елена. – У них должны быть как минимум два медальона – тот, что принадлежал Самойлову, и тот, что был найден в Крыму. Именно поэтому они так опасны. Им не хватает только одного элемента головоломки – медальона Палеологов.

– И почему они до сих пор не забрали его? – с подозрением спросил Андрей.

– Потому что Палеологи очень влиятельны, – объяснила Елена. – И очень осторожны. Их родовое поместье больше похоже на крепость, а медальон хранится в сейфе с современнейшей системой безопасности. Хранители не могут просто ворваться туда и забрать его, как они сделали с Самойловым.

Андрей внимательно наблюдал за Еленой, пытаясь определить, лжёт она или говорит правду. Её история звучала убедительно, но в этом деле он уже не мог доверять никому.

– Предположим, я верю вам, – сказал он наконец. – Что вы предлагаете?

– Я предлагаю отправиться в Италию, – ответила Елена без колебаний. – Встретиться с Марко Палеологом, изучить второй медальон. А затем, используя информацию, которую мы получим, найти хранилище раньше, чем это сделают Хранители.

– А почему вы думаете, что Палеолог согласится нам помочь? – спросил Андрей.

– Потому что ему тоже угрожают, – серьёзно сказала Елена. – Две недели назад была попытка взлома его поместья. Охрана отразила нападение, но это был явный сигнал. Хранители не остановятся. И Марко это понимает. Он готов сотрудничать с теми, кто поможет ему разгадать тайну медальона и обезопасить его семью.

Андрей молчал, обдумывая её предложение. Поездка в Италию, встреча с потомком византийских императоров, поиски древнего хранилища – всё это звучало как сюжет приключенческого романа, а не как реальная жизнь. Но смерть Самойлова, исчезновение Полунина и покушение на него самого были более чем реальны.

– Мне нужно подумать, – сказал он наконец. – И проверить кое-какую информацию.

– Конечно, – кивнула Елена с пониманием. – Вот моя визитка с номером телефона. Позвоните мне, когда примете решение. Но не затягивайте – Хранители не станут ждать.

Она протянула ему маленькую карточку и, не дожидаясь ответа, быстро пошла прочь. Андрей не стал её останавливать. Ему действительно нужно было время, чтобы обдумать всё и проверить достоверность её рассказа.

Андрей вернулся в свою квартиру поздно вечером, убедившись, что за ним нет слежки. Первым делом он достал папку с записками отца Максима и фотографию второго медальона, которую дала ему Елена. Сравнивая изображения медальонов, он заметил, что символы на них действительно различаются, хотя общий дизайн одинаков.

Затем он включил компьютер и начал поиск информации о семье Палеологов. К его удивлению, Марко Палеолог действительно существовал – потомок последней императорской династии Византии, ныне живущий в родовом поместье недалеко от Флоренции. Он был известен как коллекционер исторических артефактов и меценат, финансирующий археологические экспедиции.

Поиск информации о Елене Вороновой дал меньше результатов, но он нашёл несколько научных статей по византийской истории, опубликованных ею в исторических журналах, а также упоминание о её работе с Василием Самойловым над исследованием торговых связей Византии с Киевской Русью.

Проверка подтвердила базовые факты из рассказа Елены, но всё же Андрей оставался настороженным. В этом деле нельзя было полностью доверять никому.

Он решил позвонить Елизавете Самойловой и узнать, что ей известно о Елене Вороновой.

– Да, я знаю Елену, – подтвердила вдова Самойлова, когда Андрей дозвонился до неё. – Она работала с Василием несколько лет. Очень способный историк, специалист по Византии. Василий высоко ценил её профессионализм.

– Вы доверяете ей? – прямо спросил Андрей.

– Доверяю ли я ей? – задумалась Елизавета. – Пожалуй, да. Она всегда была предана своей работе и очень уважала Василия. После его смерти она была одной из немногих, кто продолжал интересоваться его исследованиями.

Это было некоторым подтверждением, но Андрей всё ещё колебался. Решение отправиться в Италию было серьёзным – он должен был оставить расследование здесь, в Петербурге, и довериться почти незнакомому человеку в поисках древнего артефакта.

Но что у него были за альтернативы? Оставаться здесь и ждать, пока Хранители найдут его? Продолжать поиски профессора Полунина, который, возможно, уже был мёртв или находился в руках Хранителей? Или же рискнуть и отправиться в Италию, чтобы изучить второй медальон и, возможно, приблизиться к разгадке тайны хранилища?

После долгих размышлений Андрей принял решение. Он достал визитку Елены и набрал её номер.

– Елена, это Андрей Миронов, – сказал он, когда она ответила. – Я согласен. Когда мы вылетаем в Италию?

– Я уже забронировала билеты на послезавтра, – ответила она, и Андрей мог слышать улыбку в её голосе. – Была уверена, что вы согласитесь. Встретимся завтра в полдень в кафе "Литературное" на Невском, обсудим детали.

– Хорошо, – согласился Андрей. – До завтра.

Повесив трубку, он задумался о том, насколько изменилась его жизнь за последние несколько дней. Из обычного частного детектива, занимающегося рутинными делами о неверных супругах и мелких мошенничествах, он превратился в участника опасной игры с тайным обществом, охотящимся за древними артефактами. И вот теперь он собирался отправиться в Италию, чтобы встретиться с потомком византийских императоров.

Это было похоже на сюжет приключенческого романа, но Андрей понимал, что реальность может оказаться гораздо опаснее любой выдумки. И всё же он не мог отказаться от этого расследования – слишком многое было поставлено на карту.

Утром следующего дня Андрей встретился с Максимом, как они и договаривались, у Публичной библиотеки. Молодой человек выглядел нервным, постоянно оглядывался, словно ожидая увидеть слежку.

– Всё в порядке? – спросил Андрей, когда они отошли в более тихое место для разговора.

– Не уверен, – честно ответил Максим. – Мне кажется, за мной следят. Но я не могу никого конкретно заметить. Просто… ощущение.

– Доверяйте своим инстинктам, – посоветовал Андрей. – В таких делах они часто оказываются правы.

Он рассказал Максиму о своей встрече с Еленой Вороновой и о решении отправиться в Италию.

– Вы уверены, что можно доверять этой женщине? – с сомнением спросил Максим.

– Нет, не уверен, – честно признался Андрей. – Но её история подтверждается доступными фактами, а Елизавета Самойлова отзывается о ней положительно. В любом случае, это наш лучший шанс продвинуться в расследовании.

– Что мне делать, пока вас не будет? – спросил Максим.

– Продолжайте поиски профессора Полунина, – ответил Андрей. – Но будьте осторожны. Не привлекайте внимания. Если найдёте что-то важное, свяжитесь со мной по электронной почте – я создал новый защищённый аккаунт специально для этого расследования.

Он передал Максиму листок с адресом электронной почты и паролем.

– Будьте осторожны в Италии, – сказал молодой человек. – Хранители могут иметь агентов и там.

– Я буду начеку, – заверил его Андрей. – А вы не рискуйте понапрасну. Если почувствуете реальную опасность, обращайтесь в полицию.

Они попрощались, и Андрей направился к кафе "Литературное", где должна была состояться его встреча с Еленой. По пути он ещё раз обдумал все за и против предстоящей поездки. Риск был огромен, но перспектива разгадать тайну хранилища и узнать, что именно так отчаянно защищают Хранители, перевешивала все сомнения.

Елена уже ждала его в кафе, сидя за столиком у окна с видом на Невский проспект. Она выглядела собранной и решительной – тёмный деловой костюм, волосы, собранные в строгий пучок, минимум макияжа.

– Рада, что вы пришли, Андрей, – сказала она, когда он присел напротив. – У нас много работы перед поездкой.

– Расскажите мне больше о Палеологах, – попросил Андрей, не тратя время на светские любезности. – И о том, как вы планируете убедить Марко показать нам медальон.

– Марко Палеолог – последний прямой потомок императорской династии, – начала Елена. – Его семья покинула Константинополь незадолго до его падения в 1453 году, забрав с собой некоторые реликвии, включая медальон. С тех пор он передаётся в семье от отца к старшему сыну. Марко получил его от своего отца пять лет назад.

– А как вы с ним связаны? – спросил Андрей.

– Я познакомилась с ним на конференции по византийской истории в Риме три года назад, – ответила Елена. – Мы оба интересовались периодом последних лет существования империи. Завязалось профессиональное общение. Когда Василий Самойлов приобрёл свой медальон и начал исследование, я рассказала ему о Марко и его семейной реликвии. Василий связался с ним, и они договорились о встрече, которая должна была состояться… – она сделала паузу, – которая должна была состояться через две недели после смерти Василия.

– И что произошло после его смерти? – спросил Андрей.

– Марко был шокирован известием, – ответила Елена. – Он сразу понял, что это не было простым несчастным случаем. Его семья веками хранила легенды о Хранителях Истины и их методах. Он усилил охрану своего поместья и прервал контакты со всеми, кто интересовался медальоном.

– Но с вами он всё же общается? – уточнил Андрей.

– Да, – кивнула Елена. – Мы поддерживаем связь. Он доверяет мне, потому что знает, что я была близким коллегой Василия и понимаю опасность ситуации. Когда я сообщила ему, что работаю с частным детективом, расследующим смерть Самойлова, он выразил готовность встретиться с нами.

– Что именно вы рассказали ему обо мне? – с подозрением спросил Андрей.

– Только то, что вы профессионал, которому можно доверять, и что вы расследуете смерть Василия, – заверила его Елена. – Никаких подробностей о нашем расследовании или о том, что мы знаем о хранилище.

Андрей кивнул, удовлетворённый ответом. Затем он задал вопрос, который беспокоил его с самого начала:

– Почему вы решили помочь мне? Почему не обратились в полицию или не продолжили исследование самостоятельно?

Елена внимательно посмотрела на него, словно оценивая, насколько откровенной она может быть.

– Потому что я боюсь, – наконец сказала она тихо. – Боюсь закончить как Василий. Боюсь, что Хранители доберутся до меня раньше, чем я найду доказательства их существования. А вы… вы профессионал в таких делах. Вы знаете, как защитить себя и других. И, честно говоря, вдвоём у нас больше шансов выжить и добиться успеха.

Её слова звучали искренне, и Андрей склонен был поверить ей. Страх в её глазах казался настоящим, как и решимость найти ответы на вопросы, связанные со смертью её коллеги.

– Хорошо, – сказал он после паузы. – Какие у нас планы на поездку?

– Мы вылетаем завтра утром, – ответила Елена, явно обрадованная его решением продолжать сотрудничество. – Прямой рейс до Рима, затем поезд до Флоренции. Марко пришлёт за нами машину, которая доставит нас в его поместье. Там мы сможем изучить медальон и сравнить его с фотографиями медальона Самойлова. Если нам удастся понять взаимосвязь между символами на обоих медальонах, мы сможем приблизиться к разгадке места расположения хранилища.

– А затем? – спросил Андрей.

– А затем, – решительно продолжила Елена, – мы отправимся туда, где, предположительно, находится хранилище, и попытаемся найти его до того, как это сделают Хранители. Без третьего медальона мы не сможем открыть хранилище, но можем хотя бы локализовать его местонахождение.

Андрей задумался. План был рискованным, но логичным. В любом случае, альтернатива – оставаться в Петербурге и ждать, пока Хранители найдут его – была ещё менее привлекательной.

– Согласен, – сказал он наконец. – Завтра вылетаем в Италию.

На следующее утро Андрей прибыл в аэропорт Пулково за два часа до вылета, как было условлено с Еленой. Он тщательно проверил, нет ли за ним слежки, прежде чем зайти в здание аэропорта. Никаких подозрительных лиц или автомобилей он не заметил, но это не означало, что их действительно не было.

Елена уже ждала его у стойки регистрации, с небольшим чемоданом и сумкой через плечо. Она выглядела спокойной, но Андрей заметил напряжение в её глазах, когда она оглядывала зал аэропорта.

– Всё в порядке? – спросил он, подходя к ней.

– Пока да, – кивнула она. – Но я буду спокойнее, когда мы пройдём контроль и окажемся в зоне вылета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.