Кристина Романюго
Приземлённые

ПРИЗЕМЛЕННЫЕ

«Однажды ты сказала, что готова на все ради меня. И я очень хорошо это запомнил».

Эпиграф «Служащей Богу»

Глава 1.

– Сегодня кофе просто невероятный! – похвалила Дина, сидя у барной стойки и подперев рукой голову.

      Первых двух пар в университете не было, поэтому Дина могла позволить себе сегодня и выспаться, и забежать в любимую кофейню рядом с домом, где ее безымянный приятель-бариста всегда угощал ее кофе с добавками по велению сердца и фантазии.

– Спасибо! Стараемся! – усмехнулся бариста. – Знал, что ты оценишь. Я добавил секретный ингредиент.

– Да? И какой же?

– Попробуй угадать!

– Хмм… Корица? Нет, ты ее часто добавляешь, – принялась рассуждать Дина. – Миндальное молоко? Нет? Кокосовое? Что же это?

– Послушай запах, – посоветовал парень.

Дина послушно склонилась над чашкой и глубоко вдохнула согревающий пар.

– Пахнет… Деревом каким-то? – неуверенно спросила Дина.

– Горячо, – рассмеялся бариста.

В этот момент в кофейню зашли новые посетители, и ее приятелю пришлось отлучиться на обслуживание.

Дина задумчиво помешивала ложечкой загадочный кофе и думала о том, бывают ли в жизни секретные ингредиенты. Вот случилась неудача, все пошло прахом – а это, оказывается, жизнь тебе лимончика впрыснуть решила. Или наоборот, все вдруг налаживается чудесным образом. Какой это был бы ингредиент? Наверное, что-то шоколадное! Или, может, цветочное… Хотя у каждого свои вкусы.

– Извини, надо работать, – подошел к ней бариста, протягивая красивую голубую коробочку в руке. – Вот тебе батончик из новых десертов, мы пока не продаем, дегустируем. Скажи потом, как тебе на вкус!

– Ооо, спасибо! Обязательно расскажу! – Дина обрадовалась. Жизнь решила подкинуть ей сладенький ингредиент! Может, и день пройдет замечательно? – А что в кофе-то было?

– Потом расскажу, – подмигнул парень и занялся покупателями.

Дина разочарованно хмыкнула. Но тут же улыбнулась, раскрывая обертку сладкого батончика. Пралине! Замечательно, ореховый вкус просто нечто. Она прихватила стакан с ароматным кофе и вышла на улицу.

А там было уже по-осеннему прохладно. Только недавно сентябрь начался, а осень уже решила показать лету, чье теперь место на дворе. Может, хоть на бабье лето смягчится?..

До университета идти было недолго. Дина радовалась, что живет недалеко. Можно чаще гулять, а когда гуляешь и думается лучше. Она училась на дизайнера и перешла уже на третий курс – самостоятельной творческой работы стало гораздо больше. Дина тратила на подготовку домашних заданий очень много времени: идеи посещали ее голову со скрипом. Вот ее подруга, Катерина, таких проблем не имела совсем. Прирожденный дизайнер, девушка играючи расправлялась со всеми творческими работами и порой подсказывала Дине, на чем можно выстроить ее работу.

– Я буду твоим начальником, а ты ассистентом! – грозила Дине Катя.

– Звучит, как угроза, – смеялась Дина.

– Если не хочешь, чтобы это воплотилось в жизнь, включай мозг! Какую цветовую гамму здесь стоит выбрать? И не забывай учитывать освещение!..

Дина улыбнулась, вспоминая их последнюю домашку вместе. За 2 года у них образовался отличный тандем: Катя помогала ей с дизайнерскими дисциплинами, а Дина в свою очередь вбивала в голову подруге математику, логику и прочие точные предметы. Но сейчас, на третьем курсе явно случился перекос… Общих предметов стало меньше, а профильных предметов и дизайна в целом все больше.

Иногда Дина задумывалась о том, свою ли дорогу она выбрала в жизни. Еще со времен школы она представления не имела, чем ей по жизни заниматься, какой ее собственный путь, в чем ее предназначение в этой жизни? Может, какая-то высшая миссия? Но жизнь пока не давала ей ответа.

Отец Дины, Виктор Андреевич, мечтал о том, что она будет продолжать его дело и поступит в юридический. Он держал свою адвокатскую контору, которая была очень успешна – их семья считалась вполне себе зажиточной. Но Дина не оправдывала его надежд: адвокатское дело было ей совершенно не интересно. Она не знала, чем хочет заниматься по жизни, но чего не хочет – знала абсолютно точно. И к сожалению, это часто становилось поводом для конфликта между ней и отцом.

Когда они ругались, Дина убегала к бабушке, Марии Константиновне, которая стараниями отца жила через две улицы от них – даже ночью легко было быстро добежать и упасть в ее понимающие объятия. Но бабушка не занимала сторону Дины. Она успокаивала ее, а затем старалась убедить, что отец желает ей только лучшего. Он прожил жизнь и знает, где и как можно заработать. И вообще не у всех есть те возможности, которыми обладает Дина!

Она нахмурилась, вспомнив об этом. Она очень любила бабушку, но та не понимала ее терзаний. Это было неудивительно, бабушка в свое время о своем пути в жизни вообще не задумывалась: муж и дети – вот был путь истинной женщины по ее мнению. Хотя при этом бабуля не забывала подрабатывать в библиотеке! И занимается этим по сей день, утверждая, что нет более спокойного места на свете, чем читальный зал ее библиотеки.

Дина была с этим согласна. В детстве она часто сидела летом, читая фантастические книжки и поедая вареную сгущенку в банках. У родителей не было денег отправлять ее в летние лагеря, поэтому Дина обычно проводила все три месяца с бабушкой: то дома, то на ее работе. Но Дина не жалела. Ей и с книжками было хорошо.

А когда становилось скучно читать, она ездила в гости к своей подружке Наде Нестеровой. Они дружили с самого детского сада, всегда поддерживали друг друга. У Нади тоже было непростое детство – отец бросил ее мать с двойняшками Надей и Сергеем и навсегда растворился на горизонте. Сергей жил больше своей жизнью, не проводя времени с сестрой, поэтому Дина сблизилась только с Надей. Когда они были вместе, они забывали про все невзгоды и просто радовались жизни.

Надя была первым человеком, которому Дина рассказывала все новости, все волнующие ее события, все радости, да и все горести. Надя отвечала ей такой же откровенностью и верной дружбой. Наверное, ей единственной, потому что Надя человеком была закрытым, погруженным в собственный мир больше, чем в мир реальный. Дине не раз приходилось вытаскивать подругу из иллюзий в школе, особенно в плане мальчиков.

Ей мечталось, что и в университет они вместе поступят. Но этому сбыться было не суждено. Дина имела более прагматичный взгляд на вещи, хорошо считала и чертила. А вот Надя всегда о чем-то писала, что-то сочиняла, работала в школьной стенгазете. Она агитировала Дину поступать с ней на филфак, поскольку Дина же все равно не знала, кем ей быть в жизни. И Дина какое-то время даже шла у нее на поводу: записалась на госэкзамены по тем предметам, что требовались на филфаке, успешно сдала их…

Но все же в последний момент Дина воспротивилась. Литература никогда не была ей интересна. Ей нравилось читать то, что она выбирала сама, а не то, что навязали в школе. И нравилось просто читать. О том, чтобы писать что-то свое, Дина даже не думала – желание отсутствовало, да и фантазия была не очень.

Так Дина оказалась на факультете дизайна – сданные предметы подходили под профиль, а с творческим испытанием она справилась на чистом энтузиазме. Надя немного обиделась резкому изменению ее выбора, но смирилась. Общаться они стали меньше, но их дружба сохранилась.

В универе Дина сблизилась с Катей Жигаловой, познакомила подруг между собой и порой они даже проводили время втроем. Спокойная Надя сильно отличалась от взрывной Катерины, но Дине удавалось балансировать их общение. Но, само собой, оно было нечастым.

За воспоминаниями Дина не заметила, как дошла до здания университета. Катя уже поджидала ее на крыльце, попутно переговариваясь с однокурсницами и что-то печатая в телефоне. Наверное, снова блог.

Катерина была довольно популярным блогером. Дина, как верная подруга, тоже была подписана на ее авторский паблик «Катерина про дизайн и личное», в котором за все время собралось уже около 5 тысяч подписчиков. Дина поражалась предприимчивости подруги. Учится, блог ведет, а с прошлого года еще и внештатно в дизайнерской фирме подрабатывает. Дина даже сейчас, на третьем курсе, не была уверена в правильности своего выбора, зато Катя давно расписала свою жизнь чуть ли не по минутам, и нисколько не сомневалась. В этом они с Надей были похожи. Надя тоже когда-то давно решила, что она писатель, и не отклонялась от этого курса. Дина же, глядя на таких целеустремленных подруг, только тихонько страдала. Ну бывает же так, что не знаешь, чего хочешь!..

– Чего ты так долго? Привет, – сказала Катя, отворачиваясь от девчонок и обнимая Дину.

– Привет, прогулялась немного, голову проветрила, – улыбнулась та, привычно восхищаясь шикарным видом своей подруги.

Катерина была красавицей! У нее были натурального пепельного цвета волосы, огромные синие глаза и точеная фигурка, заставлявшая парней то и дело оглядываться на нее. Дине иногда казалось, что Катя ошиблась университетом. Ей бы учиться в каком-нибудь престижном месте, где все такие же шикарные, как и она сама. Дина тоже одевалась не в картофельный мешок, но каждый раз с сожалением констатировала, что на фоне Кати выглядит совсем обычной.

– Смотри, только ветер в ней и останется! – пригрозила Дине красавица-подруга, взяла ее под ручку и потащила в здание.

Сидеть на паре было невероятно скучно. Дизайн-проектирование вел не очень молодой преподаватель, и манера его речи навевала тоску. Дина вздохнула и, отложив ручку, достала смартфон. Чем еще заниматься на скучной паре, только ленту листать.

Катя выложила новый пост в своем блоге вчера: восторгалась дизайном нового ресторана, который вчера удостоила своим визитом. «Вы знаете, я люблю такое течение в интерьере! Тут и роскошь, и простота вкуса – казалось бы, несовместимые вещи!..» Дина усмехнулась. Наверняка, ресторан просто заказал Кате рекламный пост. Дина хорошо знала подругу и понимала, когда ее тексты не совпадают с ее мнением. Судя по этому посту, Катя рестораном была недовольна.

– Средненькое место, – подтвердила Катя, когда Дина молча указала на пост. – Но если мне предлагают бесплатную еду за пару строк, почему я должна отказываться?

– Как это так? Ты ведь была не одна, твой кавалер не заплатил за тебя?

– Представь себе, он даже не пришел! – возмутилась Катерина.

– Невероятно, – усмехнулась Дина. – К такой красотке и не пришел?

– Испугался, видимо. Как раз потому, что я красивая! Мужчины сейчас очень трусливы, нормального и не найдешь. Взять хоть твоего Леху, – не преминула вспомнить Катя парня Дины, Алексея Пушного. – Столько слов, а дела никакого! Сколько раз он уже план работ по открытию фирмы переписал?

– Леша хочет сначала закончить учебу, – ответила Дина, привычно вставая на защиту любимого человека.

– Мне вот учеба не мешает зарабатывать на любимом деле. Даже блог вести не мешает! – горячилась Катя. – Говорю тебе, с этим чуваком ты каши не сваришь, лучше найди приличного.

– И как же? Ты вот утверждаешь, что нормальных уже нет.

– Для нас с тобой парочка отыщется, я уверена. Нужно только ходить по нужным местам.

Некоторое время Катя задумчиво смотрела на преподавателя, вещающего о принципах построения проекта, и вдруг проговорила:

– На самом деле, в том ресторане мне на глаза попались вполне приличные люди. Наверняка пришли по рекомендации какого-то недоброго… Но сам факт! – Катя уставилась на Дину горящими глазами. – Нужно составить список ресторанов, по которым мы с тобой походим! И найдем, кого подцепить!

– У меня нет столько денег, – улыбнулась Дина.

– Что ты мне тут рассказываешь, Богачева? – снова возмущенно проговорила Катерина. – Я прекрасно помню, сколько зарабатывает твой отец!

– Завидую тебе, Жигалова! – в тон ей ответила Дина. – Сколько он зарабатывает, не знаю даже я!

– Деньги на ресторан ты точно можешь найти.

– К сожалению, отец не дает мне распоряжаться всем своим богатством! – хихикнула Дина. – А за рекламные посты мне не платят.

– Вот, тебе тоже нужно завести свой блог!

– Нет, я не люблю публичность.

– Ну и зря. Зато с подписчиками всегда можно пообщаться, когда скучно.

– Вот и спросила бы у них, куда пойти на охоту за классными мужиками, – резонно заметила Дина.

– Да ты что! Половина моих подписчиков – мужчины! – округлила Катя глаза в притворном испуге. – Если я такое начну спрашивать, они, чего доброго, отпишутся от меня… На публике я должна выглядеть свободной.

– Когда ты выйдешь замуж, это все равно не получится делать.

– Когда я выйду замуж, у меня будет своя дизайнерская контора, и мне будет неважно, сколько денег может принести блог. Или я начну вещать о чем-то еще. О женском, о свадебном… О мамском!

Дина усмехнулась. Тем временем на телефон пришло оповещение. Девушка смахнула блокировку, и на экране высветилось: Леша.

– Что, твой недолюбовник пишет? – недовольно покосившись на Дину, спросила Катя.

– Не называй его так.

– Да брось. Не поверю, что этот тюфяк хорош в постели.

– Катя, – раздраженно сказала Дина.

– Значит, я права. Брось его уже! Будем вдвоем ходить на свиданки!

– Лучше слушай препода! – толкнула Дина Катю в бок и улыбнулась.

Глава 2.

Надя приехала в свой ставший уже родным университет и привычно направилась к стенду с информацией. Прошло несколько недель с начала учебного года, но их расписание по какой-то причине постоянно претерпевало изменения. Один из преподавателей так вообще до сих пор не вышел!

– Бардак какой-то, – говаривала ее приятельница Мариам, которая приехала из Казахстана и училась с Надей в одной группе.

– Филфак! – улыбалась Надя в ответ.

Она не считала Мариам своей подругой, такого звания в ее жизни удостаивалась только Дина. Однако с Мариам было приятно поболтать, коротая время между парами. Со стороны приятельницы, пожалуй, расположения было куда больше: Мариам часто посвящала Надю в свои семейные перипетии. Например, в то, что все члены семьи Мариам были последователями ислама и заставляли ее следовать обычаям и носить платок. Мариам же считала себя современной русской женщиной и не хотела понять, почему в светской России она должна отличаться от других.

– Тебе нужно жить отдельно, если ты не хочешь следовать обычаям своей семьи, – устало отвечала Надя на все причитания Мариам. – Ты никогда не найдешь с ними общего языка со своими партизанскими выходками.

– Легко тебе говорить, а где же я деньги возьму на свое жилье?

– Можно работать, – неуверенно сказала Надя.

– А учиться когда? – рассмеялась Мариам.

– Не знаю, Мариам, тут уже тебе решать, как жить эту жизнь, – так Надя обычно заканчивала подобные разговоры, поскольку продолжать их было не интересно. Мариам не пыталась решить своих проблем, ей просто требовалась жилетка для плача.

Для Нади ее рассказы были похожи на какое-то средневековье. Но однажды она вдруг осознала, что невольно начинает придумывать сцены и диалоги с участием Мариам и ее семьи. Придумывать, как она поступила бы на месте приятельницы. Придумывать внутренние философские измышления, испытания. Так Надя начала писать книгу. Вдохновленная поначалу скучными рассказами одногруппницы. Вдохновленная человеком, который всегда оставался, по сути, посторонним. До чего же забавно!

Хотя смогла бы она писать книгу о Дине? Надя понимала, что нет. Они слишком близки. Рассказывать о Дине в мир – это было бы все равно что предать ее.

Поэтому очень хорошо, что в ее жизни была Мариам. По отношению к ней Надя не чувствовала скованности и спокойно могла использовать ее образ и рассказы для своей рукописи. Они же не подруги. Хотя звучало это все же некрасиво…

Сегодня был как раз тот счастливый день, когда им, наконец, удастся лицезреть нового преподавателя творческого письма. В расписании творческое письмо шло последней парой и содержало в себе незнакомое имя: Захаров Д. Р.

– Захаров. Его фамилия мне уже не нравится, – нахмурилась Мариам. – Наверняка какой-нибудь старикан. Опоздал к семестру, потому что полеживал себе в санатории.

Надя, придирчиво оглядывающая себя в зеркале гардероба, куда они прошли перед началом занятий, насмешливо глянула на нее.

– Тоже хочешь в санаторий? – поддела она приятельницу.

– Да, нервы пролечить!

Мариам вздохнула и тоже стала поправлять одежду, глядя на себя в зеркало и хмурясь. Наде вдруг подумалось, что Мариам сейчас очень подошла бы зажженная сигарета в руке. Она невольно хихикнула. Оценив свой, как обычно, ничем не выдающийся внешний вид, она спокойно улыбнулась своему отражению. Рыжие, чуть волнистые волосы ниже лопаток, серо-зеленые глаза, точеные скулы, тонкие губы – наверное, у нее получилась бы карьера модели, если бы она захотела… Но Надя тут же испугалась собственных мыслей. Не настолько она хороша. Одежда вот почти детская: джинсы да джемпер поверх футболки. Какая там модель! Она ж совсем девочка… Мариам, пожалуй, выглядела даже более женственной, чем сама Надя.

Учебный день прошел незаметно, и к обеду Надя со всей вереницей одногруппников подтянулась в аудиторию на последнюю пару.

– Надо было пойти перекусить, умираю с голоду! – проворчала уставшая Мариам.

– Хочешь конфету дам? – весело спросил усевшийся рядом с ними Паша, вихрастый одногруппник в небрежно надетой громадной футболке чуть ли не до колен, из-за которой создавалось впечатление, что самого Паши внутри этой футболки почти и нет.

– Изыди со своими конфетами! – взмолилась девушка. – Я на диете…

– Извини, огурцов не припас!

Мариам кисло покосилась на него. За лето она несколько располнела и теперь была искренне убеждена, что ей нужно сбросить килограмм 15. Дистрофик Павел только лишний раз напоминал ей своим видом, как несовершенна ее фигура. Надя видела, как Мариам переживает по этому поводу, стараясь скрывать свои эмоции. Но не понимала ее терзаний: на взгляд Нади Мариам выглядела как раз лучше всего с небольшой полнотой. Густые длинные черные волосы и чуть раскосые черные глаза с пухлыми губами только дополняли картину. Эдакая мягкая восточная женщина! Идеальный образ персонажа!

Тем временем за кафедру уже встал молодой человек, необычайно симпатичный.

– Извини, чувак, у нас тут пара, твой звездный час еще не настал! – громко обратился к пришедшему Паша.

По аудитории прошел смешок.

– Вот беда! – отозвался низким приятным голосом незнакомец. – У меня тут тоже пара и я как раз решил, что пора таки мне позвездить! – мужчина окинул насмешливым взглядом притихших студентов и представился: – Захаров Дмитрий Романович! Ваш, и не только ваш, новый преподаватель творческого письма. Понимаю, мой возраст мог кого-то из вас смутить, возможно, даже внушил неподходящие мысли… Но уверяю вас, меня взяли на эту должность не за красивые глаза!

Надя отметила про себя, что его глаза, пожалуй, могли бы сыграть свою роль при трудоустройстве. Взгляд у нового преподавателя был чуть насмешливым, но при этом каким-то обволакивающим, смущающим… Надя слушала Дмитрия Романовича, затаив дыхание. Он вел лекцию на редкость хорошо: интонацией умело управлял их вниманием, делал паузы ровно там, где это было нужно, и рассказывал не с точки зрения какого-то небожителя, а на их языке. Понятно и просто.

На перемене девчонки обступили новоявленного преподавателя и завалили его вопросами. Надя не стала подходить и слушать, как ее одногруппницы пытаются флиртовать с Захаровым. А что пытаются, было очевидно. Дмитрий Романович, несмотря на преподавательский статус, был очень хорош собой, Надя не была слепой и полностью понимала облепивших его сейчас одногруппниц. Крепкий, высокий, с некоторой небрежностью каштановых волос в прическе, с искусно выбритой щетиной и едва наметившимися морщинками у голубых глаз – много улыбается!..

Надя осознала, что любуется Захаровым и тут же одернула себя. Смотреть на преподавателя так, как смотрит она, думать о преподавателе то, что начинает думать она – это все неправильно. Нужна дистанция, нельзя терять голову. Она учиться сюда ходит, а не романы крутить. Почему вообще она подумала про романы? Все это ее одногруппницы, настраивают всех на такие мысли своим поведением.

Надя дернула головой, решительно раскрыла тетрадь и приготовилась конспектировать вторую часть лекции, чтобы поменьше думать о лишнем. Учеба! Она писатель! И хватит об этом…

***

– Дочь, у нас освободилось место ассистента, как раз подойдет для начала твоей карьеры, – отец сказал это Дине, как всегда не глядя на нее, сосредоточенно поглощая запеченную картошку. Оба уже знали ответ.

– Папа, я обучаюсь дизайну, – спокойно сказала Дина, безрадостно предвкушая дальнейшее развитие диалога. Ну почему нужно было портить ужин…

– Обучайся, кто тебе не дает. У каждого свое хобби. Но пора подумать о перспективах в своей жизни, о серьезной работе.

– Папа, дизайн интерьеров – это серьезная работа. Я не понимаю, почему ты обесцениваешь эту сферу. Нашей квартире, например, дизайнер бы не помешал…

– В нашей квартире все устроено так, как нам удобно. Ни к чему лишние заморочки.

– Другим все эти заморочки очень даже нужны. И это хорошо оплачивается.

– Дина, – отец обмакнул губы салфеткой и сурово посмотрел на девушку. – Я знаю, что ты не питаешь большой любви к дизайну. Примером как раз таки служит наша квартира. Ты вовсе не стремишься набить ее дизайнерскими заморочками, напротив, ты говоришь так, словно дизайнера нам нужно звать со стороны.

– Но я…

– Я не договорил.

Дина послушно уткнулась взглядом в тарелку. Слова отца задели за живое. Аппетит бесследно пропал.

– Ты просто откладываешь принятие важного решения в жизни, более того, ты игнорируешь мои попытки помочь тебе в этом! Помочь обрести стабильность!

Дина молчала.

– Адвокаты нужны всегда, дочка. Люди судились, судятся и будут судиться дальше. У меня в конторе есть даже постоянные клиенты – это категория людей такая: лишь бы кому-то доказать свою правоту. Но нам их существование только на руку. Это наш хлеб. В том числе, твой.

– Решил лишний раз напомнить мне, что я иждивенец? – вспыхнула Дина.

– Иждивенец! И хорошо, что тебя это так обижает: значит, не будешь сидеть без дела. Во сколько у тебя заканчиваются пары? После университета ты можешь сразу приезжать ко мне работать.

– Отец, меня не интересует юридические склоки людей. Это все равно что копаться в чужом грязном белье…

– Такая работа тоже бывает, но к ней привыкаешь. Человек – существо такое, Дина, ему свойственно привыкать.

– Я хочу привыкать к другой жизни!

– Дина!

Но она больше не стала ничего слушать, схватила чайную ложку и унеслась в свою комнату. Там Дина достала припрятанную в тумбочке банку вареной сгущенки и уселась вместе с ней на кровать в позу лотоса. «Ну и что, что я не питаю большой любви к дизайну», – думала Дина, заедая свой гнев ложками лакомства. Зато в ее жизни нет той кучи дерьма, которую каждый день разгребает на работе отец со своими коллегами!

Смартфон на столе призывно тренькнул. Дина глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, упрятала опустевшую наполовину банку обратно в тумбу и взяла телефон. Тут же ей снова стало тоскливо – аппарат оповещал о том, что отец перевел ей очередной транш денег на жизнь. У папы всегда один способ мириться – присылать денег. О том, чтобы понять переживания Дины, он не думал. Считал это глупостями. Подростковым максимализмом. Подростковым! Дине скоро 21 год, она уже давно выросла из подростковых иллюзий! Ладно, не скоро, только летом… Но все-таки. Впрочем, отца не переубедить.

Привычно отсчитав процент от переведенной отцом суммы денег, Дина залезла в приложение инвестиций. Пора было докупить облигаций в портфель, что-то их доля у нее просела: в последнее время Дина покупала только акции. Обнаружив пару интересных вариантов корпоративных бумаг, Дина занялась анализом.

Не стоит покупать все, что ни попадя – этот урок Дина усвоила еще в начале своего инвестиционного пути, когда на неожиданном делистинге акций потеряла почти все сбережения за целый год! Да, ее отец богат, в деньгах она не нуждается, но удар все равно был очень болезненным. С тех пор Дина внимательно следит за своим портфелем и анализирует даже мелочь, которая ей попадается. Приятные моменты тоже бывают и теперь их куда больше: выплаты купонов по облигациям и дивидендов по акциям приятно греют меркантильную частичку души Дины!

Дина конспектировала параграф из учебника истории дизайна, когда телефон снова потребовал ее внимания. На этот раз о ней вспомнила Надя, написав в мессенджере.

Надя: Учишь? Или инвестируешь?)

Дина: Учу) Инвестирую)

Надя: Да ты теперь целый Юлий Цезарь!

Дина: Надюш, инвестирование – это перманентный процесс. Тебе давно пора заняться тем же.

Надя: Я не умею копить деньги. Как это возможно, когда вокруг столько интересных книг?

Дина: Делай, как Катя. Веди блог. Работай.

Надя: Блог вести? Страшно как-то…

Дина: Да тебе сам Бог велел! Ты же писать всю жизнь хочешь! Вот тебе и практика будет. Глядишь, потом из своих бложьих постов уже книжку сделаешь)

Надя: Нет, я пока не готова свое творчество на люди выставлять…

Дина: Когда-нибудь тебе придется побороть этот страх. Ну не знаю, попробуй устроиться работать на кафедру. Платят там копейки, но тебе для накоплений подойдет. Опять же, практика в литературных основах!

Надя: Динка. Да ты просто гений! Как же я раньше об этом не подумала!

Дина: Сдается мне, сюжеты твоих книг тоже я придумывать буду.

Надя: Да ну тебя! Лучше пойдем погуляем! Так красиво сейчас, осенние краски восхитительны!

Дина: ОК, подойду к твоему подъезду через 20 минут!

Дина открыла шкаф и задумалась. Осень на дворе… Ни тепло, ни холодно – черт знает, как одеваться! Надо будет после небольшой прогулки затащить Надюху в кафешку… А раз будет кафешка, нужно приодеться!

Дина с удовольствием извлекла из шкафа кожаную юбку цвета марсала и бежевую блузку. Для полноты образа небольшой платок в тон юбке и черные ботфорты. Сумочка! Нужно не забыть переместить все вещи из рюкзака.

Облачившись в выбранный комплект вещей, Дина подошла покрутиться перед большим зеркалом в своей комнате. Блузка с юбкой подчеркивали ее стройную, знакомую с тренажерным залом фигуру. Сияющие на свету шоколадные волосы спускались до талии мягкими волнами – Дина еще раз прошлась по ним массажной расческой. Чуть подумав, все же решила поправить макияж, подчеркивающий глубокий серый цвет ее глаз. Не королева красоты, но очень даже мила! Дина усмехнулась, подумав, что собирается как будто на свидание, хотя всего лишь посидит в кафе с подругой. Ну и что! Это не повод выглядеть как бомж! Как раз этому ее и учила Катя – всегда и везде выглядеть сногсшибательно.

– А вдруг за углом заглохнет дорогущая машина твоего будущего мужа! И тут ты, во всей красе и не упустишь своего шанса! – поучала Катерина.

Дина прилежно старалась следовать ее наставлениям, но все же иногда грешила толстовками и простыми потертыми джинсами. Она рассеянно подумала о том, что Надя, скорее всего, именно в таком наряде и выйдет. Подруга не сильно заботилась об одежде, предпочитая нацепить что-нибудь неброское и удобное. Повязав на шею платок, Дина захватила сумку и выскочила в прихожую.

В дверях она столкнулась с домработницей, Прасковьей Ивановной. Она заведовала хозяйством в их квартире еще с тех пор, как тут жила мама Дины, которую, к слову, домашнее хозяйство только угнетало. Прасковья Ивановна была седовласой крепкой женщиной уже в возрасте, ей было около шестидесяти, но при этом она была очень бойкая и деятельная. Чем-то она напоминала Дине ее бабулю, Марию Константиновну.

– Здравствуй, Дина, уходишь? – улыбнулась женщина.

– Здравствуйте, Прасковья Иванна, да, с подружкой решили прогуляться.

– Не замерзнешь в юбчонке своей?

– Да мы недолго, – смущенно улыбнулась Дина и выскользнула за дверь.

Прасковья со вздохом закрыла дверь на ключ и, повернувшись, наткнулась взглядом на задумчивого отца Дины.

– Виктор Андреевич, доброго здравия!

– Доброго, да, – пробурчал он в ответ.

– Опять с Динкой поцапались?.. – проницательно спросила Прасковья, для которой перепалки отца и дочери на ее подведомственной территории уже стали привычными.

– Воспитывать дочь – это неблагодарное занятие, Прасковья Иванна!

– Так поздно уж воспитывать, чай выросла девка-то!

– И что, мне безропотно принимать все ее капризы? – недовольно буркнул мужчина.

– Вы просто не понимаете женщин, – вынесла вердикт домработница.

– Я не понимаю женщин? – возмутился Виктор Андреевич. Но, подумав, махнул рукой: – Да, я не понимаю женщин. Чего только стоит ее мать…

– Вы вертихвосток сами в жены выбираете, а потом жалуетесь! – назидательно сказала домработница. – Вот у меня дочка Маринка, такая хорошая девица вышла! И поесть приготовит, и обстирает, и порядок в доме держит! И никому не нужна, все стервоз себе берут!

Виктор Андреевич с досадой посмотрел на женщину: Прасковья Ивановна не упускала случая прорекламировать дочурку, но все не в кассу.

– Ваша Маринка никому не нужна, как вы сказали, потому что из дома не выходит, все этим самым домом и занимается. Отправили бы ее в какое-нибудь место познакомиться…

– Чтобы моя дочь по кабакам шлялась, вот уж нет! – Прасковья поняла, что ничего нового от отца Дины не дождется, и побрела на кухню заниматься уборкой.

***

На долгую прогулку Дины не хватило. Уже рядом с домом Нади она осознала, что новенькие полусапожки, которые она решила сегодня надеть, имели каблук повыше привычной ей высоты. Ноги быстро заныли от нагрузки. Надя не стала настаивать на продолжении променада, и они почти сразу уселись в той самой кофейне, где Дина обычно брала кофе с собой. Только сегодня ее приятеля-бариста видно не было – должно быть, не его смена. Надя взяла себе простой капучино с корицей, а Дина решила побаловать себя тыквенным латте. Она неспеша отпивала теплую ароматную жидкость и поглядывала на подругу. Надя словно в свой мир ушла: отрешенно смотрела в окно, машинально помешивая ложечкой капучино. Одета она была примерно так, как Дина и предполагала: зеленый свитер размера оверсайз и серые джинсы. Хотя вполне неплохо…

– Ты где? – усмехнулась Дина, вырывая Надю из раздумий.

– Тут, – лаконично отозвалась Надя.

– О чем задумалась?

– Просто об учебе, – отмахнулась Надя и смущенно улыбнулась.

Дина ей не поверила. Кто вообще думает об учебе с таким лицом? Надя что-то стала скрывать?.. Дину очень обеспокоила эта мысль, однако озвучивать свои мысли она не стала.

– У нас, наконец, устаканилось расписание пар, – вдруг поделилась Надя. – Переносы и отмены уже набили оскомину…

– Странно, что у вас так было, – ответила Дина, потягивая латте через трубочку. – На нашем факультете с первого дня вообще никаких изменений. Хотя я бы не отказалась, если бы пара преподов решили пойти во внеплановый отпуск. Тогда никто не делил бы нашу пару с Катюхой.

– И тебе бы не пришлось лишний раз думать о дизайне, – как бы между прочим заметила Надя.

– Вот именно, – неосторожно брякнула Дина и осеклась. – Ну не в том плане…

– Да брось, уж мне-то не ври. Ну или себе хотя бы.

Дина вздохнула.

– Я в печали, – поплакалась она. – Что мне делать? У меня ощущение, что я проживу эту жизнь бесполезным растением. Которое многое умеет, но ничего не хочет делать…

– Может, в этом и проблема? Ты просто ничего не хочешь делать, – улыбнулась Надя.

– Как я могу хотеть что-то делать, если не знаю, нравится ли мне занятие?

– В твоей логике явная брешь. Ты не узнаешь, что тебе нравится, пока не попробуешь.

– Чтобы пробовать, нужно желание, а у меня его нет нисколько, – отвернулась Дина к окну.

– Извини, мне не понять, – вздохнула Надя и с сочувствием посмотрела на Дину.

– Никто не понимает. Отец снова полез ко мне со своей адвокатской конторой! Бесит…

– Поработала бы у него какое-то время. Он бы понял, что ты ни на что не годишься, и перестал бы настаивать!

– Когда у меня будет лишнее время, я с удовольствием рассмотрю твое предложение…

– Время на кафешку мы нашли, – отметила Надя и, увидев взгляд подруги, засмеялась: – Ладно, не кипятись! Вечер, уже никто не работает в это время.

– Вечер, а мне ведь еще домашку доделывать по проектированию… Ууу, как неохота!

– Неохота, но надо. У меня тоже еще осталась работа по письму, – Надя вытащила из кошелька карточку, как всегда, не слушая протесты Дины, и потянулась за плащом.

– Прогуляемся до дома неспешно и за работу! – сказала она с улыбкой, подхватывая Дину под руку.

Глава 3.

Может ли пара недель стать вечностью? Наде казалось, что да. Ведь вся ее жизнь вдруг перевернулась, наполнилась новыми эмоциями, желаниями и новым смыслом.

Большинство людей, появлявшихся в жизни Нади, ничего не значили для нее и не оставляли сколько-нибудь заметного следа. Она привыкла к тому, что в ее жизни есть всего два человека, которых она может назвать родными и близкими: мама и Дина. Родной брат никогда не был близок Наде. Наоборот, она чаще мечтала вообще никогда его больше не видеть. Сергей всегда приносил одни проблемы. Отец – тоже. Бросил их, ушел – значит, вон из жизни и из сердца! Хотя, пожалуй, Мариам стоило включить в список, но не близких, конечно, а просто что-то значащих людей. Ведь именно Мариам подарила Наде первую серьезную идею для книги.       Интересно, как бы она отнеслась к тому, что по ее жизни кто-то пишет книгу? А как сама Надя отнеслась бы?

      Она честно задумывалась над этим вопросом. И приходила к выводу, что писать с ее жизни книгу нужно вместе с ней самой. Потому что кто расскажет о жизни лучше, чем тот, кто живет ею? Но признаться Мариам Надя не решалась. Только все чаще расспрашивала ее о семье, об обычаях, о радостях и неприятностях. А та была только счастлива: Надя интересовалась ею! А Наде от этого становилось как-то не по себе. Получалось, что она использует знакомую в своих корыстных целях.

С другой стороны, разве Мариам несчастна? Наоборот ведь! Ей столько радости доставляет тот факт, что кто-то готов слушать ее стенания.

Название для книги тоже подарила Наде Мариам. Ее имя в переводе на русский язык означало «Служащая Богу». Учитывая религиозную проблематику, которую Надя поднимала в своей книге, это название было просто идеальным! Главная героиня, конечно, тоже была Мариам. Для соответствия!

Однако учеба отнимала довольно много времени, и часто сидеть за своей рукописью Надя не могла. Домашних заданий было много, и все они требовали напряжения Надиной творческой жилки. К концу дня девушке было вообще не до сочинительства. Она уже не хотела даже думать.

И вот теперь… Теперь есть еще и он…

Надя никак не могла выбросить из головы своего нового преподавателя. Дмитрий Романович вел у них лекции и семинары с каким-то особенным огнем, что выгодно отличало от его серых скучных преподавателей, которыми был наводнен их универ. Удивительно, но на его парах почти все бывали на месте как штыки! Захаров умел пробудить в них желание учиться, желание отдаваться творчеству, развиваться в нем. Надя млела, слушая его рассказы о собственном пути в профессию.

– Я ведь никогда не думал, что стану преподавать, понимаете? – говаривал Дмитрий Романович. – Нет, я стремился к литературе, к писательству – вы знаете, что я пишу книгу. Я стремился излагать свои мысли на бумаге так, чтобы они заставляли людей прочувствовать мои эмоции до капли!..

Как же Надя понимала все то, что он говорит!.. Она испытывала ровно те же ощущения!

– А в аспирантуре, как и многие другие аспиранты, я начал вести пары. Стал рассказывать обо всем, что знал, что меня волновало и заботило в нашей современной литературе. Я тогда этот предмет читал. И вы знаете, это доставляло такое удовольствие! Мысль о том, что я учу кого-то, делаю лучше, образованнее… Прививаю кому-то новые, неизведанные мечты…

«Ах, Дмитрий Романович!» – вздыхала про себя Надя. – «Знали бы вы, какие мечты вы прививаете девушкам…»

Может, Захаров и знал об этом. Писатели должны быть чуткими и внимательными к другим людям и не могут не замечать проявлений эмоций. Но даже если преподаватель и понимал, какие чувства испытывают к нему некоторые студентки, он никогда не акцентировал свое внимание на таких деликатных темах и никого не удостаивал вниманием больше, чем следовало для учебного процесса.

Надя была не единственной студенткой, увлекшейся новым преподавателем, и замечала, как ее собственные одногруппницы печалятся равнодушию Захарова. Но все же никто из их группы, включая саму Надю, не опускался до подростковых глупостей. Но однажды Надя собственными глазами видела, как Захаров с удивлением читал записку, вложенную в розовый конвертик с сердечком. Надя еще подумала тогда с раздражением: «Какая пошлость!» Конечно, она злилась не столько на записку, сколько на ту девчонку, которая осмелилась на такую дерзость! Писать преподавателю письмо! С сердечком… О чем она только думала?

Сама Надя обустроила бы все с умом! Она подгадала бы момент для откровенного разговора, потому что только лично можно признаваться кому-то в чувствах… Только так правильно! А записочки… Это давно уже детский сад.

Поэтому, когда Захаров с досадным вздохом смял записку и небрежно положил в портфель, Надя этому несказанно обрадовалась. Значит, он тоже считает это все бредом! Очередной плюс тут же полетел в копилку его достоинств.

После пары Надя уже собиралась выйти из аудитории, когда услышала оклик Дмитрия Романовича.

– Надя, задержись, пожалуйста.

Девушка встрепенулась и подошла к нему, смущенно опустив глаза. Она видела, как Дмитрий Романович иногда подзывает к себе студентов, что-то им втолковывая. Наверное, он и ей что-то хочет подсказать. Он так увлечен своей работой!

– У меня что-то не получается? – тихо сказала она.

– Нет, ты пишешь очень хорошо, очень интригующе, я бы сказал, – преподаватель пристально посмотрел в глаза Наде. – Но, конечно, есть недочеты. Думаю, у тебя большое будущее, как у писательницы. Ты ведь хочешь ею стать?

– С детства мечтаю, – покраснела девушка.

– Это заметно. Знаешь, у меня глаз-алмаз на таких людей. И ты тоже такой человек, – Дмитрий Романович немного помолчал. – Ты ведь понимаешь, что для достижения своей цели нужно много работать?

– Понимаю, конечно. И я готова!

– Это я и хотел услышать. У меня есть идея, как сделать лучше твои тексты.

Дмитрий Романович начал рассказывать Наде о приемах построения письма, но Надя почти не слушала его. Она любовалась его красивыми голубыми глазами, мечтала прикоснуться к его, несомненно, мягким каштановым волосам… Безумно желала, чтобы он взял ее за руку своей сильной мужской рукой, притянул к себе и…

– Надя, ты слышишь меня? – будто сквозь сон, донесся до нее голос преподавателя.

– Простите, Дмитрий Романович! Я вас слушала, а потом задумалась уже, как можно использовать прием и… Немного замечталась, – Надя смущенно улыбнулась.

– Что ж, тогда… – Дмитрий весело посмотрел на нее, – на следующем занятии буду ждать от тебя практического применения!

– Я все сделаю!

Надя тут же повернулась и устремилась к выходу из аудитории. В дверях она не удержалась и повернулась к преподавательскому столу. Дмитрий Романович что-то сосредоточенно писал в тетради, не глядя на нее. Надя смотрела на него, а в ее голове билось только «Какой же он хороший! Какой же милый, добрый, самый лучший!..»

Конечно, Надя пыталась бороться с этим запретным, как ей казалось, влечением. Кто она такая? Всего лишь очередная студентка для него, коих сотни проходит перед его глазами каждый год. У них разный социальный статус. Подобные связи всегда порицаются. В конце концов, она как женщина, вообще малоинтересна. На этой мысли Надя больно закусывала губу – думать так о себе было неприятно… Но что поделать, если это правда?

Но сердце рассуждений разума слышать не хотело. И с каждым днем Надя словно падала все глубже в эту бездну, которой, казалось, не было конца и из которой уже исчезал выход.

Она даже не поняла, как влюбилась. Это произошло само собой: Наде казалось теперь, что любовь настигла ее в первую же минуту, как она увидела его. И с течением времени ее чувство росло, становилось все сильнее. Он такой красивый!.. Той мужественной красотой, которая отличает настоящих мужчин от недорослей-юнцов. Он так добр ко всем! Как внимательно он слушает всех студентов, как подробно отвечает на все вопросы, как переживает, все ли рассказал, объяснил… А еще он умный! Надя заслушивалась его речами о творчестве и фантазии в письме, о его литературных поисках, о тех книгах, что он писал сейчас. Он тоже пишет книги! Это ли не знак?

Надя шла домой и мечтательно улыбалась, вспоминая день. Сегодня она отметила, что Дмитрий Романович который день приходит со стаканчиком кофе из ближайшей универской кофейни. Вот только пьет он всегда один эспрессо. Надя же предпочитала латте или капучино. Но в кофейню заглянуть ей захотелось.

Перед глазами стояло, как он почесывает правый висок, одновременно изгибая левую бровь, когда задумается. А после, качнув головой, усмехается, откладывая чью-то очередную работу. Это такой милый жест, такой человечный… Надя еле сдерживалась, чтобы не вздыхать на парах, как дурочка. Иногда она со страхом думала, что Мариам или кто-нибудь еще из одногруппников мог заметить, какие страстные взгляды она бросает на Захарова. Она одергивала себя, заставляла лицо принять в меру скучающее выражение и искоса наблюдала за реакцией студентов. Но пока, кажется, никому и в голову не приходило в чем-то ее подозревать.

Нет, все-таки ей повезло с таким преподавателем, как Дмитрий Романович. Надя видела в нем свой идеал мужчины, не похожий ни на одного из ее прошлых, школьных увлечений. И, разумеется, ничего общего не имеющий с ее собственным отцом. Она с детства была лишена отцовской любви: ее родители расстались, когда она была еще совсем малышкой. То время отложилось в памяти Нади бесконечными слезами, апатией и тоске по папе. Но папа не так уж сильно любил ее, раз так легко выбросил из жизни.

Надя качнула головой, прогоняя грустные мысли. Не все мужчины такие, как ее отец. Есть множество счастливых семей. И вовсе не обязательно, что ей нужно проживать мамину судьбу. У нее будет своя, особенная! И если Дмитрий Романович станет ее частью, она будет бесконечно счастлива!

***

Дина неспешно направлялась ко входу обратно в университет. Ее пары давно закончились, но в это время завершался электив у Леши. Она успела вкусно пообедать дома и теперь настраивалась на поход в кино, которое обещал ей Пушной.

Тут неожиданно зазвонил телефон. Дина с некоторым удивлением полезла в сумочку. Через мгновение удивление сменилось досадой – звонила мать. Дина подержала вибрирующий телефон в руках, всерьез подумывая притвориться глухой. Но решила, что по отношению к женщине, которая подарила ей жизнь, это все-таки будет невежливо.

– Алло, – стараясь придать голосу больше живости, ответила Дина.

– Диночка, солнышко, приветик! – защебетала на том конце мама.

– Привет, мам.

– Как ты, как учеба? Как твой Леша поживает?

– Учеба идет, я тоже иду как раз вот к Леше. Все нормально, мам.

– Ну что ты как не родная? Расскажи мне подробнее о своей жизни! А то ведь даже смску матери не напишешь! – обиженно проговорила мама.

Дина вздохнула. Они проходили это уже десятки раз. Как только Дина начинала посвящать мать в свои дела, у мамы либо находился предлог прервать разговор, либо она перебивала ее своими рассказами. Конечно, Дина со временем вообще потеряла желание что-либо рассказывать матери.

– Да нечего рассказывать, мама. Лучше расскажи, как ты. Где ты сейчас?

– О, дорогая, я в замечательном месте сейчас, ты не поверишь! – с готовностью переключилась ее мать на собственную персону.

«Как всегда», – с некоторой горечью подумала про себя Дина. Но так было проще и быстрее. И уже привычнее.

– Здесь, в Каталонии прекрасный климат! Я думаю, что задержусь здесь еще на месяцок! Ты знаешь, я познакомилась тут с двумя очаровательными дамами! Они занимаются бизнесом! Я подумываю тоже открыть свой. А то зависеть от твоего отца я как-то устала…

– Серьезно, мама? – не удержалась Дина.

– Что это за разговоры? – недовольно проговорила мать. – Ты мать критикуешь?

– Как можно, даже не думала…

– Я знаю, это все влияние твоего никчемного отца! Он совсем о тебе не заботится, зато твою мать поди каждый вечер грязью поливает! Так ведь, скажи? Я же права? – кипятилась мамочка.

– Нет, мама, это не так, – терпеливо отвечала Дина.

– Ты просто защищаешь своего отца, мне ли не знать! Как будто я глупая и не представляю, как он обо мне отзывается!

– Если честно, мама, отец предпочитает вообще тебя не вспоминать. Во всяком случае, в моем присутствии, – устало сказала Дина.

      Она уже подошла к университету и мечтала положить трубку. Разговоры с матерью ее утомляли. Дина давно бросила попытки понять логику поведения своей матери. Уж сколько лет, как мама забыла о своей родительской роли, но обвиняла всегда только отца. А если Дина бросалась его защищать, мать начинала лить слезы и жаловаться на ее неблагодарность. До этого доводить не стоило…

– Конечно, что он может сказать обо мне! Только плохого наговорить! Пусть уж лучше молчит!

– Мама, я не понимаю, что такого сделал тебе отец, что ты на него так сильно обижена? – решительно перебила ее Дина.

Мама вдруг замолчала. Дина затаила дыхание. Может быть, сейчас…

– Диночка, меня зовут, мне пора!

– Но мама…

– Чао! – крикнула мама в телефон и тут же отключилась.

Дина знала: перезванивать бесполезно. Когда она пыталась выяснить у матери причину ее отъезда, мама всегда уходила от разговора, а позднее делала вид, что не слышала звонков. И девушке оставалось только придумывать самой. Порой ей казалось, что мать и сама не знает, что побудило ее сбежать из семьи, вот она и молчит. Что тут скажешь дочери? Но сейчас Дина намеренно использовала эту закономерность, лишь бы прекратить разговор.

Тем временем из здания университета вышел Леша, запихивая кипу бумаг в свою красивую коричневую сумку для ноутбука. Дина дежурно улыбнулась. Настроение было подпорчено звонком матери, но теперь нужно привести себя в норму. Во всяком случае, ближайший месяц точно будет спокойно. Чаще мать не звонила.

– Привет, Дин, – поздоровался Леша, чмокнув ее в губы.

Дине хотелось бы более чувственного приветствия, но от Леши такого ждать не приходилось. Тем более, у здания универа. Ее избранник был довольно равнодушным к людям и к жизни. Больше всего его интересовал дизайн, которому он учился уже на четвертом курсе и благодаря которому в будущем мечтал обогатиться. Дина никогда не спорила с этим планом. В конце концов, хороший дизайнер хорошо зарабатывает. Катя тому пример. Был ли Леша настолько хорошим дизайнером, выяснить поможет только время.

А сейчас она спокойно ждала, пока Леша управится с многочисленными конспектами и привычно осматривала его. Леша был довольно высокомерным. Это чувствовалось даже до начала общения. Дина воспринимала это как неизбежное зло, ведь у каждого в мире есть свои недостатки. У нее их тоже достаточно. А в остальном, Леша был весьма завидным женихом: всегда красиво уложенные светлые волосы, пронзительные серо-голубые глаза, вздернутый нос и чисто выбритое лицо без единого намека на раздражение кожи! Образ дополнял свежий мужской маникюр на пальцах – Леша позволял себе эту слабость, – и длинное осеннее пальто с аккуратно приспущенным воротом. Дине вечно хотелось поднять этот его ворот, чтобы придать Леше хоть немного брутальности. Но она сдерживалась. Леша не любил вмешательств в свою внешность.

– На какой фильм мы идем? – поинтересовалась Дина.

– Ай… – Алексей вдруг скорчил гримасу. – Ты очень хочешь в кино? Мне, честно говоря, хотелось бы просто пройтись и поговорить.

– Что-то случилось?

– Настроения нет. На элективе задание завалил.

– И у тебя настроения нет… Кто же нам его поднимет? – риторически спросила Дина, не ожидая ответа.

– Можем пойти до меня, если хочешь, – предложил Леша, почесывая затылок.

– А у тебя дома никого?

– Мама.

– Мама… – с вежливой улыбкой повторила Дина.

Мать Леши была хорошей женщиной. Дине она нравилась. Но нравилась на расстоянии. Или в компании других людей. На своей территории мать Леши всегда пыталась влезть в их отношения непрошеными советами и обесценивала поиски Дины своего места в жизни. И что самое страшное, Леша в этом разговоре всегда вставал на сторону матери. Он считал, что Дина занимается ерундой. По его весьма авторитетному мнению, Дине надобно было закончить университет, выйти за него замуж, родить ему пару-тройку детей, вырастить, а потом уже пойти работать, но не куда-нибудь, а прямиком в компанию, которую откроет Леша, чтобы помогать любимому мужу.

      Дина всегда с недоумением слушала планы Алексея на их совместную жизнь. Не потому что они были плохими. Наверное, другая девушка была бы счастлива, что парень такой целеустремленный. Но Дина не была другой девушкой. Дина была Диной, и ей хотелось, чтобы с ее мнением считались. Только всерьез ее позицию Леша не воспринимал. Как раз по той причине, что Дина не знала, что хочет в жизни делать. Она понимала, что это ее слабое место. И все же, когда Леша упоминал об этом, ей хотелось рвать и метать. Да, она не знает! Так дайте дойти своим умом, не мешайте, не цепляйтесь, не критикуйте!

– Ты что-то покраснела, – вдруг сказал Леша.

Дина поняла, что невольно разозлила себя своими воспоминаниями, и, наверное, от этого ей в лицо даже краска бросилась.

– Просто задумалась. Давай лучше пойдем в кино, пожалуйста, – взмолилась Дина. Куда угодно, лишь бы не к его матери в клетку…

– Ладно, если ты так хочешь… Посмотри, на какой фильм можно пойти здесь, через пару улиц.

– Посмотрю!

Настроение Дины улучшилось. Кино все-таки будет, мама еще месяц не позвонит, а встреча с будущей свекровью отложилась на неопределенный срок. Что может быть лучше?

Глава 4.

В субботу Дина решила сходить в гости к Наде. Раньше они жили в одном доме, но позже отец купил квартиру в другом месте. Дина радовалась, что хотя бы в том же районе, ездить к подруге на метро не приходилось. Несмотря на это, виделись они теперь все равно редко: учеба и личная жизнь Дины отнимали почти все время. Надя же предпочитала не сближаться с парнями, пока не доучится – она много раз повторяла это Дине, когда та предлагала познакомить ее с кем-нибудь.

И все же каждый раз, когда Дина приходила в дом Нади, в свой бывший дом, она словно окуналась в прошлое… Когда не нужно было упорно думать о будущей профессии, когда отец не зарабатывал много денег, когда мама была рядом, и Надя жила буквально в двух шагах. И все казалось таким беззаботным и счастливым. Нужно было просто хорошо учиться, не встревать в плохие истории, не иметь вредных привычек. Быть хорошими девочками в средних классах у Дины и Нади всегда получалось.

Уже в старших классах Дина стала «отбиваться от рук». Они переехали, мама вскоре исчезла на горизонте, отец с головой погрузился в работу, бабуля не давила внучку приличиями. И Дина стала погружаться в жизнь школьных вписок. Заводила и бросала мальчиков, пропадала ночами у подруг или на чьем-то сборище, перестала слушаться отца. На какое-то время снизилась успеваемость… Это было временно. Бабуля как-то раз сказала, что Дине просто нужно перебеситься. Она, конечно, связывала поведение внучки с отъездом матери. Может, так оно и было. Но Дине действительно довольно скоро наскучила жизнь тусовщицы. Тем более, что Надя такого образа жизни не разделяла, сходив с ней от силы на пару вписок, а впоследствии от новых отнекиваясь. А кто был Дине ближе Нади? Уж явно не сборище пьяных ребят ночью в квартире, из которой на дачу «удачно» свалили родители.

Дина невольно вздохнула и постаралась прогнать грустные мысли, поднимаясь к Наде на третий этаж.

– Смотри, что я принесла! – с радостным возбуждением воскликнула Дина, заходя в квартиру к подруге и покачивая пакетом из ближайшего продуктового.

– Торт с вареной сгущенкой, – уверенно сказала Надя, даже не заглянув в пакет.

– Ну вот и как тебе делать сюрпризы, если ты все уже знаешь! – с наигранной грустью вопросила Дина.

– Да ты всегда только его и покупаешь! – засмеялась подруга и тут же пригрозила, сопровождая Дину на кухню: – Между прочим, мама напекла шоколадных печений, так что у твоего торта серьезная конкуренция!

– Ну что ж, в выходной можно позволить себе не думать о калориях! – в предвкушении потирая руки заявила Дина. – Мы берем все!

Вопреки обыкновению Надя не поддержала столь радостного состояния Дины и просто улыбнулась, ставя чайник. Дина мгновенно насторожилась. Любые изменения в поведении она подмечала теперь на раз, всегда вспоминая, как менялось поведение матери перед ее уходом. Дина тревожно поглядывала на Надю. С подругой явно что-то происходило. Поделится ли она с ней? С одной стороны, она вроде не переживает и веселая, но с другой… Что-то тут не так. Надя стала больше замыкаться в себе. Может, влюбилась?

– Ну что ты сидишь такая загруженная? – весело спросила Надя.

– Не знаю, как будто что-то не так, – с сомнением сказала Дина, решив не скрывать своих ощущений. – Ты ничего от меня не скрываешь?

– Мы же с детства дружим, ты все знаешь обо мне, – уверенно ответила Надя. Дина же отметила про себя, что подруга не подняла на нее глаз.

Она пообещала самой себе разобраться в этом. Если Надя в какой-то переплет попала, то как можно скорее нужно вытащить ее оттуда. Ее подруга всегда была наивна и доверчива, этим кто-то мог воспользоваться. Уж сколько раз Дине приходилось спасать ее в школе!..

Подруги наслаждались чаем и тортом и лениво переговаривались о событиях в университете, когда в замке двери вдруг послышался проворачиваемый ключ. Обе одновременно повернулись к двери.

– Твоя мама? – удивленно спросила Дина.

– Нет, она сегодня в ночь, – растерянно ответила Надя.

Дверь распахнулась и на пороге показался лохматый высокий парень в небрежно надетой кожанке поверх рубашки и джинсах с цепями на бедре. Весь его вид говорил о том, что жизнь для него – это забавное приключение, которое нужно пережить на максимум.

– Салют! – махнул он девушкам.

– Привет, Сереж, – поздоровалась Дина с братом Нади. – Давно не виделись.

– Привет, брат. А что ты здесь забыл? – безо всякой радости подала голос Надя.

– Дина, ты видела? Как моя сестра обращается со мной? Месяц меня не видела и все, что она может спросить, это что я здесь забыл! – с притворным возмущением запричитал Сергей.

– Ты давно живешь отдельно, – прохладно сказала Надя и еле слышно добавила: – И слава Богу…

– Как дела? – поинтересовалась Дина. – Помнится, я составляла тебе план ведения бюджета, чтобы ты с долгами расплатился. Тебе это удалось?

– Конечно, дорогая, ты просто гений! Я все отдал! – похвастался Сергей и смущенно улыбнулся.

– Все отдал и набрал новых долгов, – уверенно проговорила Надя, глядя на брата с досадой. Дина покосилась на Сергея и поняла, что Надя попала в точку. Какое разочарование, Дина ведь действительно считала, что ее финансовый план поможет парню.

– Ты живешь с матерью и не понимаешь, как порой сложно жить самому! – возмущенно сказал Сергей.

– Это ты не понимаешь, где норма твоих трат! И еще, – глаза Нади презрительно сузились, – ты, надеюсь, не возвращался за карточный стол?

– Тебе какое дело, – отмахнулся Сережа и потопал к холодильнику под напряженным взглядом сестры. – Лучше скажи, что можно в рот закинуть.

– Еда продается в магазине, если ты забыл.

– Родного брата даже не накормишь?

Дина хоть и привыкла к вечным перепалкам Нади с братом, все равно каждый раз ощущала себя неуютно. Сергей был непутевым, ему плохо давалась самостоятельная жизнь. Но к его глупости добавлялась еще и гордыня, а это порой становилось опасным не только для Сергея, но и для всех его окружающих людей.

Надя не просто так упомянула карточный стол. Сергей как-то раз сильно проигрался из-за охватившего его азарта, и Наде вместе с матерью пришлось выгребать все свои сбережения, чтобы дорогого братца и сына никто не закопал. Хорошо хоть, не доигрался до такой суммы, что пришлось бы продавать квартиру…

Но самое печальное было в том, что Сергей не признавал, что он что-то сделал не так. Он кричал, что это его дело и его проблемы, и он вообще-то никого не просил влезать. Когда его мать чуть ли не со слезами выговаривала ему, что он мог расстаться с жизнью, Сергей просто ушел из дома и пропал на несколько дней. Александра Сергеевна чуть с ума не сошла от беспокойства, когда сын, наконец, соизволил отзвониться и сообщить, что он все еще живой и относительно здоровый. Теперь он жил где придется: у друзей, когда денег не было, в общежитиях, когда нанимался на какие-то работы, а иногда все же возвращался в дом матери, хоть и ненадолго.

Надя с детства не переносила брата с его разгильдяйским взглядом на жизнь. Они были двойняшками, родились в один день и час, но никогда не были близки. Дине часто приходилось слышать раздраженное ворчание Нади на брата и на все, что он делает. В детстве их споры ограничивались только очередностью уборки и мытья посуды в доме, что было довольно безобидно и стандартно. Теперь же Надя распекала его за разгульный образ жизни, который не понимала и не принимала, и это вносило в их отношения разлада еще больше, чем раньше.

– Надя, лучше пойдем у меня посидим, – попросила Дина. – Он все равно не уйдет, зачем тебе портить себе настроение ссорой?

– Вот, послушай разумную подругу, – пробурчал Сергей, уже нашедший в холодильнике вчера сваренный матерью грибной суп.

– Идем, здесь стало душно, – бросила Надя и понеслась одеваться.

Дина с сожалением глянула было на торт, но потом решила, что оставлять лакомство Сергею вовсе не обязательно. Спешно упаковав его обратно в пакет, она вышла в прихожую, где с недовольным выражением лица уже натягивала на себя пальто ее подруга.

***

Надя была расстроена возвращением дорогого во всех смыслах братца, Дине это было очевидно. Несмотря на то, что субботу они провели очень даже неплохо, Надя повеселела, Дина все равно ощущала появившееся в подруге напряжение.

Ей было грустно думать об этом. У них с Надей никогда не было секретов друг от друга. Дина рассказывала Наде все события своей жизни и считала, что все знает и о своей подруге. Но сейчас оказывалось, что это вовсе не так. Надя что-то скрывала, это было ясно, не делилась эмоциями по поводу брата, даже об учебе рассказывать совсем перестала… Дина была в недоумении, обижалась, но почему-то не решалась вывести разговор на эти темы. Словно что-то ей подсказывало, что так можно навредить. Надя всегда была существом, обособленным от мира, и ей требовалось сначала самой все переварить, прежде чем посвящать кого-то в свои переживания. Потом она всегда приходила к Дине рассказать обо всем, что ее мучило. Так бывало все то время, пока они учились в школе. Но Дина не могла не думать о том, что школьное время давно позади, они обе уже взрослые и себе на уме. Может, чем старше становится человек, тем больше своих мыслей он держит при себе?

В универе все тоже шло ни шатко ни валко. Дина обнаружила, что ей стали труднее даваться предметы ее факультета, она подолгу засиживалась с домашними заданиями и почти всегда буквально заставляла себя заниматься этим. Было тоскливо. А показать кому-то своей тоски было нельзя. Отец бы только восторжествовал и напомнил про работу в своей конторе. На днях они снова разошлись обиженные из-за стола, поскольку Дина так и не желала принимать отцовской помощи в обретении стабильности… Прасковья Иванна тоже за зубами язык держать не умела и все бы растрепала отцу. «Благодетель же ж, как же скрыть такое о дочурке!» Скорее бы отец нашел себе этого дурацкого ассистента и перестал приставать к ней с этим! Бабуля просто погладила бы ее по голове и сказала, что все наладится. Катя не поняла бы, дизайн для нее – это вся жизнь. Леша, как обычно, повторил бы, что она думает о ерунде.

Иногда Дина готова была поверить своему парню. Действительно, зачем рассуждать о каких-то эфемерных вещах, когда уже все продумано умным Алексеем, а ей остается просто принять и наслаждаться? Но таких мыслей хватало ненадолго. Дина после вспоминала свои мытарства и мучительное желание найти внутри настоящую себя и отрицала все, что Леша ей говорил. Он просто не понимает. Переживания Дины не вписываются в его картину мира. И толку тогда что-то ему рассказывать? О матери в этом ключе Дина даже думать не хотела. Той и рассказать ничего не успеешь, как будешь перебита переживаниями самой родительницы.

Оставалась только Надя. С которой Дина теперь тоже не могла быть до конца откровенной, потому что чувствовала, что ответной искренности не будет. Это удивляло, расстраивало и беспокоило одновременно. Да, они с Надей уже давно общались не так близко, как в школе. Но Дина все же привыкла считать, что Надя – самый близкий ей человек. О котором она знает все. И который все знает о Дине. Теперь межу ними словно начала расти какая-то стена. Дина не могла винить в этом себя: она ничего не скрывала от подруги, даже свои поиски предназначения. Надя же замкнулась и почти ничего не рассказывала о себе. Учеба? – Хорошо. Жизнь? – Тоже все путем. И больше ничего, кроме каких-то малозначащих деталей. Почему?.. Вопрос без ответа.

В жизни сейчас радовали только занятия фитнесом, где Дина могла отвлечься от проблем, просто поспевая за указаниями тренера, и пара банок вареной сгущенки, припрятанных в тумбочке, поедание которых тренер вечно призывал бросить, пока не поздно. А в остальном был сплошной октябрь: и на улице, и в душе.

Дина вздохнула, рассматривая вещающего о чем-то преподавателя безо всякого энтузиазма. Желания слушать лекцию не было совсем. Она достала свой телефон и полезла в приложение инвестиций читать последние новости.

– И надо тебе этой фигней заниматься! – с недоумением сказала Катя, наблюдая, как Дина привычно переводит часть отцовских денег на брокерский счет.

– Надо. И тебе тоже надо, если не хочешь потом без сбережений остаться, – назидательно ответила Дина. – Жизнь – такая нестабильная штука, о будущем надо думать как можно раньше.

– У меня все и так продумано и вложено, куда надо. В нашем возрасте полагается развлекаться и брать от жизни все!

Катя оглядела свое симпатичное личико в карманном зеркальце, убрала его в сумку и выжидательно посмотрела на подругу.

– Ты так и не ответила мне по поводу пятницы! В нашей компании будет тусовка, тебе, как будущему дизайнеру, пора обрастать полезными связями, светить личиком! – настойчиво произнесла она. Дина, нахмурившись, попыталась вспомнить, когда Катерина успела об этом упомянуть, но в голове было пусто.

– Мое личико не поможет мне делать работу, – резонно проговорила Дина и все же не удержалась: – Да и не хочется мне, я не уверена, что дизайн – это мое будущее.

– Ты же пошла учиться на дизайнера, значит, подсознательно ты понимаешь, что это верный путь, а главное, денежный! – Катя чуть задумалась. – А самое главное, что абсолютно на женском вайбе! Согласись, мужчины не умеют в дизайн.

– А как же Деньо? Разве он не твой кумир?

– Из каждого правила есть исключения. Но это единственное! Остальные бездари, – уверенно заявила Катерина.

– Хорошо, давай сходим на твою тусовку, – сдалась Дина.

Дине подумалось, что в пятничный вечер ей и правда нечем заняться. Леша уезжает с семьей в область, он звал и ее, но Дине не хотелось проводить столько времени с его родителями. Отец Леши снова будет распекать сына, а потом и всех подряд за неумение жить, а его матери только позволь, и она уже распишет по пунктам всю их будущую семейную жизнь. Дина передернулась. Им определенно потребуется собственная квартира, когда они поженятся. И визиты родителей раз в квартал. А лучше еще реже…

– Вот, наконец-то разумное решение, – похвалила Катя. – Я напишу тебе адрес.

***

Надя сидела на кафедре, ерзая от волнения. Только что она попросилась на работу и теперь ждала вердикта деканата. Она знала, что нужно хорошо учиться и что придется сидеть на кафедре целыми днями – работа есть работа, даже если за нее платят копейки. Дина уже давно посоветовала ей устроиться на кафедру, но Надя все медлила. Ей не хотелось отвлекаться от своей рукописи.

      Теперь все изменилось. Теперь Надя страстно желала получить это место. Она с удивлением узнала, что берут не всех, ей казалось, что рук на кафедре не хватает… Оказалось, что бюджета на зарплаты дополнительным работникам тоже не особо-то много. Надя все же решила, что свои деньги ей не помешают. Хватит у матери клянчить. Да и с преподами сблизится еще больше.

Однако настоящая цель у Нади была иной. Ей хотелось быть ближе к Дмитрию Романовичу. Она корила себя за такое желание, но противиться ему не могла. Да и кто она такая, чтобы спорить со своим сердцем? А ее сердце рвалось к преподавателю…

– Итак, Надежда!

Надя обернулась на призыв преподавательницы истории русского языка Лидии Петровны, дородной женщины средних лет с вечным пучком седых волос на затылке. Носила преподавательница почему-то всегда только юбки в пол. Мариам в шутку называла ее «юбочницей». В общем-то, не без оснований. Лидия Петровна только что вышла из соседней комнаты, где, как полагала Надя, преподаватели и работники кафедры собирались на чай и обратилась к ней:

– Учишься ты хорошо, и мы готовы взять тебя на должность работника кафедры.

Лидия Петровна с сомнением взглянула на студентку.

– Но ты же знаешь, что мы здесь много не платим? – получив в ответ утвердительный кивок, женщина продолжила: – А вот работы при этом у нас бывает выше головы. Впрочем, конкретных сроков работы тоже нет: не понравится – уйдешь.

– Ну что вы, Лидия Петровна. Я знаю, чем мне предстоит заниматься. Если бы мне не нравилось, то и не просилась бы. А опыт, он всегда пригодится. Как и общение с преподавателями!

– Льстишь, Надежда?

– Как можно… Просто факты, – улыбнулась Надя.

– График будет подстроен под твои пары. Учишься, обедаешь при желании и приходишь сюда. Кстати, обедать можно будет и здесь, если еду носишь с собой. У нас в комнате есть небольшой холодильник и микроволновая печь. Дмитрий Романович в этом году купил нам.

– Очень благородно с его стороны, – Надя навострила уши, надеясь разузнать о любимом больше подробностей, но Лидия Петровна продолжать не стала.

– Хорошо, тогда с завтрашнего дня приступишь. Вторая студентка у нас, Евгения, все тебе покажет. Работа не сложная, а ты девушка умная – справишься.

– Конечно, Лидия Петровна. До завтра!

Надя вышла из кабинета окрыленная. Дина и не подозревала, какую замечательную идею подкинула подруге! Преподаватели целыми днями могут сидеть в универе, и Надя уже выяснила, что Дмитрий Романович как раз из таких. Уходил домой он поздно, а это значило… Это значило, что дома его никто не ждет! И на пальце нет кольца – он свободен! Свободен для нее, Нади…

Он выделил ее среди всех, она чувствовала это. И не собиралась упустить свой шанс.

Только недавно он снова подзывал ее к себе, и они провели почти целый час после пар вместе, разбирая ее работу! Надя была безмерно счастлива и с трудом заставляла себя слушать, как Дмитрий Романович вещает ей о том, что она неправильно выстраивает акценты в своем тексте. Говорить с ним хотелось о другом. О его жизни, родителях, его учебе, его книгах, увлечениях… Как-то Дмитрий Романович упомянул, что любит по вечерам слушать Рахманинова и Грига для успокоения. Надя встрепенулась тогда. Она тоже была поклонником классической музыки! В этом определенно был еще один знак!

И разве в том, что Дмитрий Романович так много времени ей посвящал, не было умысла? Не может такого быть, ни с одним из студентов он не проводил таких консультаций больше, чем на 10 минут! Такого внимания удостаивалась только она, Надя!

Надя вспомнила, как преподаватель с улыбкой смотрел на нее, после того, как она пропустила мимо ушей последнее его предложение. Вспомнила, как смеялся над ее неумелой шуткой в рассуждениях о роли нонфикшена в литературе. Вспомнила, как однажды, когда она сдавала ему работу, он вдруг взял ее за руку, задерживая, чтобы что-то сказать. Не позвал по имени или фамилии, а поймал ее руку… Прикоснулся к ней! Надя улыбнулась, вспоминая, как они оба смутились в тот момент. Она прятала лицо, но искоса наблюдала за его замешательством. Наверное, он даже не понял, что заставило его взять ее за руку! А Надя поняла. Женщина способна чувствовать такие вещи!

Но мужчин иногда нужно подталкивать к решительным действиям. Надя вычитала это у одной писательницы, которая рассказывала о поведении мужчин в отношениях. Она почерпнула из той книжки пару советов себе и собиралась теперь их применить. Но сначала ей нужно стать еще ближе к Дмитрию Романовичу!

Именно для этого Надя и устроилась на кафедру. Деньги – небольшая приятная побочка, главное, что ее мужчина будет в разы чаще бывать рядом с ней. Только один момент беспокоил девушку: учиться нужно будет еще прилежнее. Наде нельзя было вылететь с работы на кафедре за неуспеваемость и тем самым, не дай Бог, потерять доверие Дмитрия Романовича. Работу над ее большим романом пока придется отложить – времени физически не хватит. Хорошо, что она не делилась ни с кем своими планами, а то пришлось бы неловко объясняться, почему она перестала писать.

Но это временно. Сейчас у нее другие приоритеты. Она выделилась как ученица, теперь ей нужно выделиться, как женщине. Чтобы Дмитрий Романович взглянул на нее не как на опекаемую студентку, а как на женщину, с которой он мог бы прожить свою жизнь… Где-то в глубине души в нем уже проснулись чувства к ней, она знала это! Осталось только направить его по верному пути. Дать ему понять, что его поиск тоже закончен, и рядом находится женщина его жизни! И тогда он будет с ней…

А в том, что она, Надя, нашла в нем своего человека, она даже не сомневалась. Это он, она чувствует! Ее интуиция, которая когда-то подсказала ей, что она писатель, не может ошибаться и в таком серьезном деле. Между ними уже обнаружилось столько всего общего, а что же будет дальше? А дальше будет еще больше!

Глава 5.

Компания, в которой Катя трудилась внештатным дизайнером и в которую Дина направилась вместе с ней вечером в пятницу, называлась «Конкорд». Связь названия и деятельности фирмы была неощутима.

– Ну это какой-то самолет сверхбыстрый был, – нахмурилась Катя в ответ на вопрос Дины. – Вроде как и мы так же быстро отрабатываем заказы.

– В самом деле? – усмехнулась Дина.

– Боже, конечно, нет. Стандартные сроки, у некоторых даже быстрее бывает. Ничего, мне эта шарашка нужна для старта и опыта, а дальше я уже в приличное место смогу устроиться после защиты диплома.

Катя мило поздоровалась с двумя коллегами и представила им подругу. Дина оставила попытки запомнить имена – ей пришлось поприветствовать уже человек двадцать. В «шарашке» уж что-то больно много народу набилось. Похоже, Катя принижает значимость своей фирмы. Хотя что она, Дина, в этом понимает…

– А вот этого перца я что-то не припомню, – с некоторой растерянностью сказала вдруг Катя.

Дина удивленно посмотрела в том же направлении. Возле столиков с закусками о чем-то живо переговаривались директор фирмы, кажется, Евгений Анатольевич, и крепкого вида привлекательный молодой мужчина в бежевом костюме. Дине стало интересно.

– И о чем они там?..

– Давай подберемся поближе и послушаем, – сказала Катя и тут же окольными путями потащила Дину в направлении директора и его собеседника.

Оказавшись в радиусе слышимости, девушки сделали вид, что заинтересовались канапе на тему капрезе и креветками с дольками апельсина. Дина неожиданно поняла, что проголодалась и с удовольствием уплела несколько аппетитных закусок. Катя в это время прислушивалась к разговору и разочарованно выдала:

– Они там компьютерное оснащение обсуждают… Похоже, этот чувак хочет продать нашему Женьку свои решения по этой части.

– Разве это плохо? Дизайнерам не помешают мощные машинки.

– Не плохо, просто скучно! Лучше пойдем потанцуем, как раз нормальную музыку включили, – нормальной музыкой Катя сочла попсовую Анну Асти.

– Танцуй, я еще поем. И, может, выпью бокальчик.

– Ладно, я пошла. Не забудь глазками пострелять! – Катя подмигнула подруге и понеслась на танцпол, где несколько красивых девушек уже старались соблазнительно двигаться под «Царицу».

Дина усмехнулась и продолжила трапезу. Вечеринку устроили красивую, надо признать. Дизайнерская фирма во всем старалась показывать свою сферу и опыт. Украшения минималистичны, но подчеркивают атмосферу. Хотя цветовая гамма была уже несколько заезженной: черные скатерти, золотые и прозрачные шары и теплые бежевые стены, на которых висели мотивирующие лозунги. На столиках красиво искрились десятки бокалов с шампанским и большие стеклянные блюда с закусками. Выглядело празднично и даже по-своему уютно. Дине нравилось.

– Позвольте предложить вам шампанского? – вдруг послышался приятный голос за спиной Дины. Девушка обернулась и наткнулась взглядом на мужчину, который ранее беседовал с директором.

– Благодарю, – учтиво склонила она голову.

– Станислав Новицкий, новый партнер вашего босса! – и представился, и похвастался разом парень. Теперь, когда Дина могла рассмотреть его поближе, она увидела, что он еще совсем молод.

– Очень приятно, Дина. Вам удалось договориться?

– Это было нетрудно, я умею быть убедительным, – Станислав пытливо смотрел в глаза Дине. – А вы чем здесь занимаетесь? Тоже дизайнер?

– А я не дизайнер, я только учусь, – улыбнулась Дина. Стас был не только молод, но и привлекателен. Пожалуй, слишком привлекателен… – Здесь работает моя подруга по универу, я пришла с ней. Она считает, что мне нужно обзаводиться полезными связями.

– Не могу поспорить с твоей подругой! Извини, можем ведь на ты? У нас не такая уж большая разница в возрасте.

– Конечно, Стас. Насчет возраста даже не знаю… Мне всего 20, а тебе должно быть гораздо больше, если ты уже успел выучиться и открыть свое дело, – с сомнением протянула Дина.

– Мне 25 и я не учился, – засмеялся Стас.

– Не заканчивал универ? – вопросительно глянула на него Дина. – Что ж, сейчас это не редкость… Но разве твоя сфера не подразумевает необходимости образования?

Дина с интересом слушала рассказ Стаса. Оказалось, что он никогда и не планировал тратить время на учебу и сразу понимал, чего хочет от жизни. Он открыл свое дело, поначалу просто продавал свои консультации по оснащению офисов и других помещений компьютерной техникой. Сейчас старается масштабироваться и уже заключает контракты не только с теми, кого его фирма должна обслужить, но и с поставщиками оборудования для клиентов.

Наблюдать за его поведением тоже было весьма увлекательно. Дина отметила про себя, как вальяжно Стас держится, облокотившись на высокий столик с закусками, как поигрывает бокалом с шампанским в руке. Стас явно чувствовал себя хозяином жизни, где правила диктует только он. И остальные либо подчинялись его правилам, либо не задерживались рядом.

– Так я могу предлагать лучшие цены, – Стас взял себе еще бокал. Дина с беспокойством поняла, что почти упустила нить разговора. – Ну ладно, может, одни из лучших. Во всяком случае, Евгений оценил, и в понедельник мы подписываем контракт.

– Здорово. Твоя предприимчивость очень восхищает, – Дина не кривила душой.

Дело было не только в предприимчивости Стаса: этот человек знал, чего хочет от жизни, у него была цель. Его не терзали сомнения, все ли он делает так, как нужно, в этом ли его путь и смысл жизни. Скорее всего, он даже не задавался подобными вопросами. Дине стало завидно. Вот бы и ей так же сходу понять, в чем ее призвание!

– А если мне не хватает каких-то знаний, я предпочитаю проходить небольшие курсы по существу, – продолжал Стас. – Так что нет, я не считаю, что вышка нужна. Образование не дает тебе ничего, кроме потерянных лет жизни!

– Мой отец с тобой бы не согласился.

– А он?..

– У него своя адвокатская контора.

– Да, юристам знания нужны. Но опять же, я считаю, что адвокатов можно было бы готовить без лишней воды в какой-нибудь академии и тратить на это, ну максимум, год! Остальное все равно приходит только с опытом.

Дина не успела ответить: к Стасу снова подошел директор фирмы.

– Стас, у меня еще пара вопросов по поводу оснащения переговорных… Да, здравствуйте, – Евгений Анатольевич удивленно посмотрел на Дину. Та поняла, что он успел забыть, кто она такая.

– Прошу прощения, – пробормотала Дина и отошла.

Катя по-прежнему танцевала с коллегами и о чем-то громко переговаривалась с ними. Вспомнив ее наказ «стрелять глазками», Дина послушно стала осматривать помещение на предмет возможных знакомств. Однако после Стаса интересных личностей как-то не наблюдалось. Сотрудники сгруппировались у столиков и окон, обсуждая рабочие моменты, которых Дина знать не могла. Да и желания особо не возникало.

Дина взяла еще один бокал игристого, пару канапешек и уселась на диван. «Чуть отдохну и поеду отсюда», – решила она про себя. Катя могла порушить этот замечательный план, но Дина надеялась, что подруга уже не помнит про нее: диванчик она выбрала специально в месте, который не просматривался с танцпола.

Дина потягивала шампанское и задумчиво водила пальцем по шероховатой обивке дивана. Она думала про Стаса. Помимо Кати, конечно, он действительно выделялся здесь. Возможно, это его харизма. Дина видела, как после директора к нему подходили несколько девушек из фирмы, пытаясь завязать разговор. Стас со всеми был очень любезен. Интересно, это потому что контракт нужно подписать или он всегда такой?..

Неожиданно зазвонил телефон. Дина вздрогнула и ощутила некоторое смятение, увидев, что звонит Леша.

– Привет, ты где? – проговорил он, когда она ответила.

– На вечеринке в Катиной фирме. Я тебе говорила, что буду здесь.

– Точно… А у нас все сорвалось в итоге, родители с чего-то поругались. И решили, что никуда не едем.

– А ты хотел ехать-то? – весело спросила Дина.

– Да не очень, – Дина поняла, что Леша улыбается. – Поедем куда-нибудь? Прямо сейчас?

Дина неуверенно оглянулась и тут же одернула себя, осознав, кого она искала глазами.

– Да, давай. Где встретимся?

В конце концов, у нее есть Леша. Она давно решила связать с ним жизнь. Зачем ей смущать себя кем-то еще? Тем более, тут и без нее претенденток куча.

– Ты куда это? – вдруг нарисовалась рядом Катерина.

– Ээ, Леша позвонил, они там в семье рассорились, хочет увидеться, – пробормотала Дина, спешно надевая пальто.

– Подумаешь, поссорился… Нюни распустил, – фыркнула Катя. – А ты вот решила меня бросить из-за этого тюфяка!

– Да перестань, – добро улыбнулась Дина. – Тебе и без меня весело. Между прочим, новый партнер твоего босса, возможно, достоин большего внимания с твоей стороны.

– Ой нет. Тут если кто узнает, потом косых взглядов не оберешься, – Катя с некоторым сожалением смотрела, как Дина приводит себя в порядок. – Ну ладно, беги к своему рыцарю в слезных доспехах. А я пойду еще выпью.

– Может, с выпивкой пора остановиться? – с беспокойством сказала Дина.

– Мне еще пост в блог надо написать, под градусом вдохновения больше, – рассмеялась Катя и обняла подругу на прощание. – До понедельника тогда!

– Пока!

Дина вышла как раз к приезду такси и с удовольствием спряталась внутри теплой машины. На улице начинал накрапывать дождь. «Мокрая осень отвратительна», – подумалось ей.

Таксист попался молчаливый, и Дина спокойно могла по дороге разгрузить голову и обдумать вечер. То, что Стас ее зацепил, очевидно. Отрицать это было бы нечестно по отношению к себе. Хотя пока они разговаривали, Дина не замечала в себе каких-то особых эмоциональных откликов на него. Ну парень и парень. Одет стильно. Моложе, чем она думала. Бизнес свой. Немного нахальный. И очень самоуверен. Дине такого качества в жизни не хватало, может, в этом корень ее интереса?

Другой вопрос: что делать с этим внезапным интересом. Мимолетные увлечения не входили в планы Дины, но все же мысли об этом будоражили сознание. Она ведь так мало в жизни глупостей делала!.. Настоящей свободы у нее особо и не было. И вовсе не потому, что родители ее в клетке запирали, нет. Клетку вокруг себя Дина выстроила сама, обложившись принципами и правилами «лучшей» жизни.

«Черт, а ведь это отцовское во мне!» – вдруг позабавилась Дина про себя. Кто же знал, что она на него так похожа. Как она противилась уверенности Стаса, что высшее образование можно не получать – ведь потому, что это якобы неправильно. Но что в жизни правильно? Вопрос философский и, скорее, даже риторический.

Стас считал правильным свое мнение и свой жизненный уклад. Он знал, что с ним многие не согласны, но, кажется, его это совершенно не беспокоило. Вот бы Дине научиться так отстаивать свою точку зрения! Дело за малым: найти эту самую точку…

Такси тем временем подъехало к уютному кафе, выбранному Лешей. Дина вышла из машины, придерживая рукой палантин, чтобы не распахнулся. Она стояла перед деревянной дверью из красного дерева, над которым, с одной стороны, нависали ветви с покрасневшими от осенних холодов листьями. Атмосферно!

– Привет, дорогая! – Леша сидел за столиком, послушно ожидая ее. При ее приближении он поднялся, кратко обнял ее и помог ей сесть.

– Неплохое местечко, – оценила Дина. – Почему мы раньше сюда не приходили?

– Я сам только сегодня о нем узнал, сокурсник рассказал, как приводил сюда девушку на свидание, – с удовольствием насплетничал Алексей. – С девушкой не сложилось, зато кафе пришлось ему по душе. Говорит, здесь божественные брускетты.

– Итальянская кухня?

– Уклон в ее сторону, возможно.

Дина изучала меню. Да, кухня итальянская. Впрочем, по атмосфере подходит. Она выбрала себе брускетту с телятиной и медово-горчичным соусом, в то время как Леша предпочел краба и авокадо. Дина усмехнулась про себя. «Да он даже ест, как баба! Нет, чтобы мясца себе взять!» – так и слышался в голове досадливый голос Катерины.

– Возьмешь мне еще вина? – попросила она Лешу.

– Тебе на корпоративе не хватило? – нахмурился он.

– Не будь занудой! Разве божественную брускетту можно запивать чем-то еще? – засмеялась Дина.

Официант с благожелательной улыбкой принял заказ. Дина отметила про себя, что Леша выбрал себе чай. А что бы выбрал Стас?.. Наверняка, как и она, выпил бы вина.

Дине снова пришлось себя одергивать.

– Ну и как прошел вечер? – поинтересовался Алексей.

Дина послушно рассказала ему о том, как они с Катей пришли, она познакомилась со всем коллективом, благополучно забыла имя каждого присутствующего и полакомилась закусками под шампанское.

– В общем, ничего интересного! – подытожила она, резонно умалчивая про Стаса.

– Я думал, ты туда за полезными знакомствами пошла.

– Пошла… Но как-то не сложилось. Все общались между собой на свои темы.

Леша молча кивнул. Какое-то время они сидели молча, поглощая брускетты, которые и впрямь оказались весьма достойными. Дина наслаждалась едой и вином, слушала ласкающую слух негромкую мелодию из недр кафе и мечтала, чтобы Леша так и продолжал сидеть, не раскрывая рта. Но Леша был бы не Леша, если бы не начал жаловаться на родителей. Дина со вздохом сосредоточилась на его повествовании.

Его родители, Роман Данилович и Любовь Михайловна, никогда особо не ладили. Дина удивлялась, как они вообще могли пожениться. Она объясняла себе это невероятной покладистостью матери Леши и воображала, что молодую Любу выдали замуж по договоренности, как в стародавние времена. А она приняла свою судьбу и покорно несла свой крест.

Но как может сложиться жизнь у двух людей, не понимающих друг друга, не разделяющих ценности и устремления? Вот у Леши в семье и была обстановка несчастливой семьи, живущей вместе по привычке и удобству, потому что как будто бы уже поздно что-то менять.

Дина не любила бывать у них в гостях, хоть и хорошо относилась к своей будущей свекрови. Но Любовь Михайловна тоже пыталась наставить ее на «путь истинный». Она считала, что Дине незачем строить карьеру и вообще как-то определяться в жизни, поскольку высшая ценность женщины – это материнство.

«Почему же тогда у вас только один сын?» – спрашивала Дина у будущей свекрови, но всегда про себя, понимая, что, высказанный вслух, этот вопрос мог задеть женщину за живое.

Дина о детях же пока не думала совсем. Ей хотелось этой самой неженской самореализации, карьеры, денег, которые принадлежали бы только ей. Отец прав: мысль о том, что она иждивенец, Дину совершенно не прельщала. Более того, даже после замужества перспектива находиться на содержании у мужа была непостижима ее уму. Многие женщины так живут, она это знала. Есть и счастливые. Но Дина была уверена, что даже в удачном браке она не будет счастлива, не имея собственного источника дохода.

– В общем, все как обычно: мама плачет, отец сидит угрюмый и злой на весь мир, а я сбежал к тебе, – улыбнулся Леша. Дина запоздало поняла, что большую часть Лешиного рассказа все-таки пропустила мимо ушей.

– Что ж, тебе не привыкать, – наудачу отозвалась она, справедливо предполагая, что Леше не мог сказать чего-то нового.

– Это очень утомляет. Я с нетерпением жду окончания учебы, чтобы начать зарабатывать деньги и снять нам с тобой хорошую квартиру.

– Да, – Дина это слышала уже сотни раз.

– Пойдем, я тебя провожу.

– Проводишь меня до такси? – улыбнулась Дина.

– Какое такси? – удивился Леша. – Ты даже не поняла, где мы находимся? Видимо, выпила ты больше, чем следовало…

Дина вышла из кафе и немало удивилась, осознав, что оно находится на параллельной от ее дома улице. Тут и правда идти всего несколько минут. Такси… Как же сильно она погрузилась в свои мысли по дороге сюда, что даже не заметила, куда приехала?..

– Пожалуй, ты прав. Я выпила больше нормы.

Леша осуждающе цокнул, но промолчал. Дина взяла его под руку и неспешно направилась к дому. Дождик уже закончился, на улице стояла приятная свежесть. «Было бы неплохо устроить сейчас фотосессию», – подумала Дина. Надо будет предложить Кате или Наде, одна из них идею точно подхватит. Можно даже втроем!

– Поцелуй меня! – остановившись, требовательно сказала Дина.

Леша удивленно посмотрел на нее, но послушно потянулся к ее губам. Дина яростно впилась в него, стараясь изгнать из головы лишние мысли о лишних людях. Но Леша аккуратно стал гасить ее натиск, не давая ей переключиться.

– Ну ты чего, мы же на улице, люди смотрят, – прошептал он, слегка отталкивая ее.

– Какое тебе до них дело? – с досадой спросила Дина.

– Ты и впрямь много выпила, пойдем.

Дина недовольно последовала за ним. Какие люди на пустой темной улице?! Ну что за человек, даже не может занять собой все ее мысли! Аморфный!

Глава 6.

– Надя, Сережа не появлялся сегодня? – обеспокоенно поинтересовалась Александра Сергеевна.

Была суббота, и они обе сидели дома, занимаясь любимым делом и не испытывая желания выходить за дверь. Александра Сергеевна пекла свои любимые печенья, Надя же сидела за кухонным столом, наблюдая за ней и делая пометки в блокноте по развитию сюжета своей рукописи. Она, напротив, радовалась, что Сергей чаще пропадает, чем появляется, но мама, конечно, думала иначе.

– Мама, твой сын уже взрослый, и сам принимает решение, где ему в данный момент находиться, – Надя честно пыталась отвечать спокойно, но досада в ее голосе уже стала рефлекторной, когда она упоминала брата.

– Надя, тебе стоит быть снисходительнее к брату, – с легким назиданием в голосе ответила мать.

– Я не умею быть снисходительной к людям, которые попусту тратят свою жизнь, – идея никак не приходила девушке в голову, и она с раздражением захлопнула блокнот. – Вот почему мы с ним такие разные? Я ведь у тебя покладистая, приключений на пятую точку не ищу…

– Это тоже повод для беспокойства, – усмехнулась Александра Сергеевна. – Знаешь же, как говорят: в тихом омуте черти водятся!

– Ты считаешь, что во мне живут черти? – засмеялась Надя.

– Я считаю, что они живут в каждом. Только надо уметь справляться со своими чертями, не давать им власти над собой! – сказала мама, поднимая кверху указательный палец, и отвернулась к плите.

– Вот мой брат как раз не умеет, – тихо проговорила Надя.

– Он научится! – уверенно произнесла мама. – Все мы учимся на своих ошибках, и он тоже сможет.

– Мама, мамочка, сколько людей пострадает от его учебы… И прежде всего он сам. Мне кажется, что следует учиться на ошибках, которые совершают другие люди.

– Да, это разумная позиция, – вздохнула мама, ставя на стол тарелку с теплыми шоколадными печеньями. Надя с наслаждением вдохнула их запах и тут же принялась уплетать. А мама, глядя на нее, вдруг добавила: – Вот только никогда не знаешь, какой сюрприз тебе жизнь приготовила.

Надя с беспокойством поглядела на маму. К чему это она? Свое влечение к преподавателю Надя тщательно скрывала, справедливо полагая, что мама в восторге не будет. Но, судя по всему, Александру Сергеевну провести было не так просто. Даже желание Нади работать на кафедре вызвало у нее какие-то подозрения.

Тем временем в прихожей хлопнула дверь.

– Я дома! – возвестил на весь мир вернувшийся Сергей.

– Только вспомнишь… – буркнула Надя, многозначительно не продолжая фразу.

– Давай раздевайся и бегом к столу! – распорядилась обрадованная мама. – Я напекла печений.

– Ух ты, шоколадные! – потирая руки, воскликнул парень. – Мамуля, ты настоящий кулинар! Лучше всех шеф-поваров!

– Скажешь тоже, – довольно улыбнулась мать под кислым взглядом Нади. – Иди руки мой!

– Я пойду заниматься, – буркнула Надя и вышла, не слушая маминых протестов.

Само общество Сергея было неприятно Наде. Она и сама не до конца понимала, почему так реагирует на него. Во многих семьях есть такие оболтусы, но ведь их любят. Причем большинство. Сережа умел быть душой компании, веселиться и веселить людей, сходу делать комплименты и шутить. Даже сейчас, стоило ему сказать пару комплиментов, как мама растеклась, как мороженое под солнцем!

Надя с досадой повернулась на спину на кровати, закинув ноги на стенку. Ее мама классно готовит, никто не спорит. И хвалить ее тоже за это надо. «А еще маму надо уметь не расстраивать своими глупыми выходками, сомнительными похождениями и бессмысленным существованием! Бесит…» – думала Надя про себя, рассматривая свои худые ноги в тусклом свете настольной лампы.

Она вдруг резко села на кровати. В голову пришла интересная идея сюжетного поворота… Надо быстренько все записать. Сноровисто печатая на ноутбуке, чтобы не упустить мысль, Надя невольно усмехнулась, осознав, что новую идею ей подарил ее непутевый брат. Воистину, пути писательских идей неисповедимы!

***

Дина все-таки устроила с подругами фотосессию. Надя пыталась было отказаться, но Дина даже слушать ее не стала. Сама покопалась в ее шкафу, выудила подходящее светлое шерстяное платье-лапшу и заставила подругу одеваться.

Катя устроила им даже небольшой сюрприз: принесла реквизит в виде корзинки с фруктами, сухоцветами и бутылкой вина, которую они благополучно распили позднее. Они искали втроем удачные фоны, закидывали друг друга красными и желтыми листьями, приставали к прохожим с просьбой сфотографировать их всех вместе, много шутили и смеялись. Дине казалось, что все так, как раньше, что нет никаких недомолвок между ней и Надей, что ей все это просто показалось. А на деле все хорошо. Надя висла у нее на шее, прижималась щекой к ее щеке и была самая-самая родная, как и все прошлые годы.

Дине очень понравилась фотография, сделанная Катей как раз в этот момент. Она и Надя, щекой к щеке, в осенних листьях и с улыбками во все лицо. Такие хорошие! Нужно распечатать и в рамку поставить!

      Потом они просто неспешно прогуливались по набережной, к которой неожиданно вышли в поисках удачных локаций, украдкой отпивая из бумажных стаканчиков реквизитное вино. Дина забыла обо всех переживаниях, о матери, о своих непонятных чувствах, обо всем, что ее тревожило. Да, чуть позже все это снова вернется в ее мысли, но в тот момент она наслаждалась легкостью, подаренной общением с подругами и немножко вином.

Вечером их компанию разбил Леша, выразивший желание приехать к Дине повидаться. Катя быстро ретировалась, попросив Дину не обижаться, но той и в голову не пришло такое. Напротив, слушать перепалку Кати и Леши, одинаково неприятных друг другу, было бы гораздо хуже.

– Почему Катя так относится к твоему парню? – с интересом спросила Надя, решившая пока остаться с Диной.

– Она просто считает его недостойным представителем рода человеческого, – с пафосом выдала Дина и тут же усмехнулась.

– Ну это как-то странно, не находишь? – с сомнением сказала Надя.

– И что ты хочешь этим сказать? – с легким недовольством произнесла Дина, которой совсем не хотелось обо всем этом думать. – Что они были парой, поругались и расстались, а теперь Катя настраивает меня против него?

– По крайней мере, это бы объяснило ее поведение.

– Думаю, она бы мне сказала, – с уверенностью проговорила Дина. – Катя не тот человек, который стал бы скрывать что-то.

– Тут не поспоришь, она весьма прямолинейна, – согласилась Надя.

– Может, и была какая-то ссора между ними, не знаю. Но все же мне больше представляется простое неуважение со стороны Катюхи, – задумчиво произнесла Дина. – Она часто напоминает мне о том, что Леша из категории «плохих танцоров», которым вечно что-то мешает. Мол она сама учится, работает, блог ведет, а Леша только и знает, что бесконечно переделывать бизнес-план своей будущей фирмы.

– Может, она и права в чем-то, – осторожно сказала Надя. – Но есть и обратная сторона медали: Леша сосредоточен на учебе и так он ничего не упустит.

Дина посмотрела на подругу и улыбнулась, оценив ее попытку смягчить неприятную характеристику ее парня.

– Вы обе правы, и обе не правы в то же время! – назидательно изрекла Дина. – В конце концов, это я с ним встречаюсь и это мне решать, достоин он меня или нет!

– И как? – хитро улыбнулась Надя. – Достоин?

– А об этом мы с вами проведем беседу в следующий раз, – патетично ответила Дина, заметив, что Леша уже приближается к их скамейке.

– Ты что, снова пила? – недовольно воззрился он на нее.

– Ну пила! – бросила Дина, притворяясь опьяневшей сильнее, чем было на самом деле. – Ну и что?

– Я, пожалуй, пойду, – искоса глянув на подругу, сказала Надя.

– Да ладно, можешь с нами посидеть, – обратился к ней Леша, в голосе которого, однако, совсем не слышалось энтузиазма.

– Мне еще домашку делать! – поспешно молвила Надя.

– Не дури! – прошептала Дине подруга, обнимая ее на прощание.

Дина только кивнула и уставилась на Лешу. Сегодня ей хотелось его бесить. Слова Кати, а потом еще и Нади не прошли даром: она и сама уже сомневалась в Леше. И чего греха таить, знакомство со Стасом тоже подсветило Дине все недостатки Пушного. Хотя сравнивать их было все-таки неправильно.

– По какому случаю банкет? – попытался примирительно спросить Леша.

– По случаю свершившейся жизни! – заявила Дина, со смехом глядя на него.

– Опять эти твои шуточки…

– У нас был девичник! Фотосессия! С листиками! – дурачась, произнесла Дина. – Хочешь посмотреть?

– Давай, – снисходительно отозвался Пушной.

Дина с готовностью выудила телефон из сумки и полезла в галерею.

– Смотри, какие красотки мы все! – хихикнув, сказала Дина, показывая Алексею фотографии, где они все втроем.

– Согласен, а ты самая красивая! – дежурно выдал тот.

– Пфф, – фыркнула Дина, убирая телефон. – Ты сказал это так, словно это неправда!

– Не выдумывай!

– У тебя голос не такой был, как надо!

– А какой надо??

Так они препирались всю дорогу домой. Только Дина веселилась, а Леша, судя по всему, испытывал раздражение. Ну и пусть! Пусть побесится! Хоть какие-то эмоции, помимо важности и пафоса, должны же в нем проскальзывать!

Дина отметила про себя, что Леша был рад избавиться от нее у подъезда ее дома. Это облегчение ясно читалось в его глазах. Интересно, куда он теперь пойдет? Домой, переписывать в сотый раз свой бизнес-план? Дина мысленно одернула себя за такие мысли. Общение с Катей на тему ее парня бесследно не проходит…

Ну разве о таком отношении она мечтала? Дина медленно раздевалась в прихожей своей квартиры и с грустью анализировала их с Лешей отношения. Между ними словно искра погасла. Раньше она спешила к нему, хотела видеть. А что теперь? Теперь ей весело, когда он бесится, и нисколько не жаль, что он раньше времени от нее сбежал. Напротив, только облегчение. Что же с ней происходит такое?

Глава 7.

Прошло уже две недели с тех пор, как Надя начала работу на кафедре. Каждый день после пар она с удовольствием направлялась в кабинет к преподавателям. Евгения, ее напарница, быстро ввела Надю в курс дела. Работа была совсем не сложной, но подчас ее бывало много. Надя порой могла засидеться на кафедре до восьми часов вечера, разбираясь с бумагами и выполняя поручения. И пока ей не выпадало возможности сблизиться с Дмитрием Романовичем. Но она часто слушала все разговоры, что Захаров вел со своими коллегами. У него был какой-то затык с его новой рукописью, который он горячо обсуждал с преподавателями. Те пытались давать ему советы, но Дмитрий Романович только отмахивался. Не могли другие понять его замыслов.

Но и Надя не понимала. Она была бы рада помочь любимому с книгой, но Захаров не посвящал никого в сюжет произведения. От этого становилось сложно что-либо предлагать. И от этого все советы коллег Захарову были невпопад. Надя искренне не понимала, почему нельзя рассказать о своей книге чуть больше.

Впрочем, кого она судит! Сама ведь пишет книгу и ни одной живой душе об этом не говорит. Но у нее нет затыков, она пока просто отложила свою работу. Совсем ненадолго! Очень скоро она вновь вернется к своему детищу.

Спустя еще неделю ей выпал долгожданный шанс. Преподаватели кафедры собирались ехать на конференцию, к которой долго готовились. Надя даже помогала с подготовкой материала, с которым преподаватели собирались выступать. Это дело оказалось неожиданно полезным: Надя почерпнула несколько идей для своей рукописи и для выполнения домашних заданий. Ее напарница не отставала.

– Есть свои плюсы у работы на кафедре! – говорила Евгения. – Вроде как на учебу меньше времени остается, но вот же она, учеба, окружает нас тут повсюду!

Сама Евгения писала стихи. Надя восхитилась и расстроилась одновременно, когда узнала, что Евгения уже успела выпустить книжку со своими стихотворениями. Расстроилась – потому что сама еще не дошла до такого этапа. В этот момент Надя жалела, что не работает над книгой. В тот день она сидела дома допоздна, расписывая сцены в книге, идеи которых уже долго вынашивала. Уже изданная книга Евгении придавала ей сил и желания нагонять успешную студентку.

В пятницу после пар Надя зашла привычно на кафедру и застала там только Евгению с Лидией Петровной – они спешно собирали еще какие-то материалы.

– Добрый день всем! – как всегда вежливо поздоровалась Надя, наблюдая за сборами. – Разве не все материалы еще подготовлены?

– Привет, Надюша! – отозвалась Лидия Петровна. – У нас как всегда сумасшедший дом. Что-то да забывают. Женечка, ты положила рецензии для Гамбетовой?

– Да, все здесь, – отрапортовала Евгения и сказала Наде: – Я тоже еду. Буду в помощь.

– Правильно, а ты, Надюша, здесь оставайся, – распорядилась Лидия Петровна. – Будешь контролировать нашу кафедру. И еще принимай работы от запоздавших студентов.

Наконец, Лидия Петровна под руку с Женечкой унеслись, скомканно попрощавшись. Надя усмехнулась, глядя им вслед. Она закрыла дверь кафедры и уселась на привычный стол. Надо же, она впервые здесь одна! Надя с любопытством оглядела кабинет, воображая себя каким-нибудь доцентом. Или не доцентом… Кандидатом филологических наук! Так звучит гораздо солиднее.

Преподавателей нет, значит, нет и работы, рассудила Надя и открыла свои заметки, намереваясь поработать над книгой, раз уж ей выпал шанс. Она так мечтала издать свою книгу после новости об уже изданной книге Евгении, так мечтала! И чтобы это стало возможным, нужно использовать все варианты писать. Как сегодня.

Надя находилась во власти своего придуманного мира, когда дверь вдруг широко открылась и на пороге показался Дмитрий Романович собственной персоной.

– Здравствуйте! – пролепетала Надя, мигом растеряв все мысли по книге. – А вы разве не на конференции?

– Конференции? – рассеянно отозвался Захаров. – Нет… То есть да, я там был, уже выступил. Решил не оставаться.

– А почему?

– Работы много, – улыбнулся Дмитрий Романович.

Надя украдкой наблюдала, как он устраивался на рабочем месте. Вот он поставил кожаный портфель на стол. Снял свой красивый серый пиджак и повесил его на спинку стула. Ослабил галстук. Сел за стол и открыл ноутбук. Ну какой же красивый! Элегантный! И такой сосредоточенный теперь… Настоящий мужчина мечты!

Надя кашлянула, пытаясь привлечь к себе внимание Захарова. Но тот, кажется, был очень поглощен работой на ноутбуке и даже не взглянул на нее. Тогда девушка решилась спросить:

– Может, вам нужна помощь?

– Ммм… Помощь? – не отрывая глаз от ноутбука, переспросил он. – Нет, нет, спасибо… Хотя…

– Что? – с готовностью вскочила Надя.

– Да нет, сиди. Я кофе хочу, но сделаю сам, не маленький, – улыбнулся Дмитрий Романович, поднимаясь.

– Нет-нет-нет, сидите! – поспешила к нему Надя. – Мне все равно пока нечем заняться, я сделаю вам кофе!

– Хорошо, Надя, мне эспрессо, пожалуйста.

Воодушевленная Надя кивнула и устремилась к кофеварке. Закусив губу от усердия, она аккуратно разлила кофе в две кофейные чашечки: одну Захарову, другую себе. И понесла к его столу.

– Вот, пожалуйста, – сказала она, ставя перед ним чашку. – Я себе тоже решила сделать.

– Прекрасно, спасибо, – отозвался Дмитрий Романович и с наслаждением вдохнул в себя кофейный аромат. – Что может быть лучше кофе?!

– Может быть, хороший бодрящий чай? – рискнула ответить Надя.

– Да, чай тоже неплох. Особенно пуэр. Любишь такой?

– Кажется, я такой не пробовала.

– Попробуй обязательно. Лучший черный чай! Только заваривать его нужно правильно.

– Расскажите! – Наде ужасно не хотелось прерывать разговор с преподавателем.

Дмитрий Романович, казалось, тоже успел забыть о работе, посвящая Надю в тонкости заваривания пуэра. От чая они снова перешли к кофе, где Дмитрий четко обозначил, что настоящий кофе – это только эспрессо, остальное – это коктейли. Надя смеялась. Она любила капучино, но не стала спорить с преподавателем. Но ей все же хотелось больше узнать о нем.

– А вы откуда приехали? – решилась она задать вопрос.

– Я из Воронежа.

– Ух ты, я там не была. Хотя мне хотелось бы. Я хочу по всей России поездить! – со страстью в голосе сказала Надя.

– Дело хорошее. Я ездил по некоторым городам, каждый их них особенный.

Дмитрий Романович пустился в рассказ о своих путешествиях, в которых он понял, что его призвание – это писать книги и учить других людей. Надя слушала его с огромным интересом, ведь она тоже видела свое призвание в писательстве. Вдруг и она других учить сможет потом? Совсем как Дмитрий Романович…

– Совсем ты меня заболтала, Надя, – наконец сказал, усмехнувшись, Дмитрий Романович.

Надя к тому времени успела уже усесться рядом с преподавателем и почти касалась его ноги. Ей ужасно не хотелось возвращаться к работе, хотелось бесконечно слушать красивый низкий голос Захарова. К тому же, она была уверена, что между ними сгустилось какое-то напряжение. И теперь нужна была какая-то искра, чтобы разрядить его…

– Мне так нравится вас слушать! – проникновенно сказала Надя. Еще минуту назад она не была уверена, но теперь решилась: другого шанса ей может не выпасть.

– Что ж, не зря я считаю себя хорошим рассказчиком! – засмеялся Дмитрий и встал со стула, потянувшись.

Надя тоже поднялась, но не отошла от него ни на шаг. Она была уверена: все получится. Все получится так, как она задумала. Она нравится ему, она же видит это! Он так легко с ней говорил, так смотрел в ее глаза, так улыбался ей! Ну конечно же, она все поняла!

– Не зря, – сказала она, глядя на него. – Уверена, вы не только рассказчик хороший.

– Вот как? – спросил Дмитрий, глядя в стол.

– Конечно. Вы так интересно ведете лекции. Мало кто из преподавателей может захватывать все внимание слушателей.

– Что ж, рад, рад. Что ты оценила.

– Разве я могла не оценить. Вы мне так нравитесь, Дмитрий Романович…

Захаров пристально посмотрел на Надю.

– О чем ты? – спросил он, хотя Надя видела, что он все прекрасно понял.

– Вы знаете. И я знаю, что тоже нравлюсь вам!

– Надя, не придумывай… – отвел он глаза.

– Разве я придумываю? – улыбнулась Надя и обхватила руками плечо Захарова. – Вы так хорошо со мной говорите. И помогаете в учебе. Вы больше никому так не помогаете!

– Надя, ты ошибаешься.

– Я понимаю, – Надя опустила глаза и уткнулась лбом в плечо преподавателя. – Я просто студентка, не ровня вам. Но если мы захотим, у нас все получится.

– Надя!

– Поверьте мне, все получится! – Надя уже не владела собой.

Она обвила руками шею Дмитрия. Тот, в свою очередь, пытался высвободиться.

– Надя, ты все не так поняла! Да что же это такое! Перестань!

Дмитрий Романович, наконец, стряхнул с себя руки Нади и оттолкнул ее так, что она упала в кресло.

– Послушай, Нестерова, ты уже перешла черту. Мы где находимся, по-твоему? В отеле? – грозно вопросил преподаватель, глядя на нее сверкающими от злости глазами.

Надя опустила глаза. Она уже осознала свою ошибку. Она поторопилась и, кажется, не только с действиями, но и с выводами…

– Извините.

– Я не знаю, что ты там себе придумала, но у меня вообще ничего к тебе нет. Ничего! И не будет! У нас с тобой никогда ничего не будет!

Дмитрий Романович вздохнул и отвернулся. Надя наблюдала за ним, не решаясь высказываться вслух. Она была в корне не согласна со словами Дмитрия. Но, похоже, он решил, что это риск для него… Она понимает, конечно, понимает…

– Тебе лучше уйти. Работы все равно сегодня нет.

– Вы хотите, чтобы я ушла? – упавшим голосом спросила Надя. Ей в голову вдруг пришло, что все слова Дмитрия Романовича – это реальность. И он действительно ничего к ней не чувствует… А если так, то она… Какая же она дура!

– Простите меня и забудьте, пожалуйста, все, что я сказала! – быстро проговорила Надя и, схватив вещи, выбежала из кабинета.

Она неслась по коридору университета, где ей навстречу еще попадались запоздавшие студенты, стараясь убежать подальше от собственного позора и мыслей о том, как ей теперь показаться на глаза Дмитрию Романовичу… Год ведь только начался! Ну почему она не смогла сдержать себя, она ведь все теперь испортила! Словно дьявол в нее вселился, она совершенно не соображала, что делает! Конечно, Захаров больше не станет ей помогать… Наверное, он вообще теперь сделает вид, что ее не существует… Она, Надя, так и сделала бы на его месте.

Она выбежала из здания университета и понеслась к метро. Шаг был быстрым, словно ее ноги подключили к нескончаемому заряду. И имя этому заряду был стыд. Всепоглощающий, давящий, уничижительный. Он словно тысячей маленьких тупых игл колол ее изнутри. Ей хотелось отключиться, перестать существовать хотя бы на мгновение. Забыться. Представить, что все это – страшный сон. Она завтра проснется и все будет хорошо. Нужно только дождаться завтра. Завтра будет новая жизнь! Завтра не будет этого стыда, который, казалось, жалил ее насквозь, заставлял жалеть о своей жизни, о своих чувствах…

Глава 8.

Дина досматривала уже десятый сон, когда ее внимания настойчиво стал требовать телефонный звонок. Девушка попыталась зарыться поглубже в подушки, но назойливый рингтон пробивался и сквозь них.

– Чтоб вас, кто трезвонит среди ночи! – пробурчала Дина и потянулась к аппарату. На экране светилось «Надя». Дина моментально проснулась.

– Слушаю! – с беспокойством ответила она. – Надя?

– Привет, – вдруг отозвался в трубке мужской голос.

Дина замерла. Голос был смутно знакомый… И так же смутно будоражащий.

– Кто это? – осторожно решила убедиться она.

– Отлично, буду богатым! – рассмеялись на том конце. – Стас.

– Привет, Стас. Но где Надя?

– Да, почему я звоню. Ее матери не решился, да и она тебя звала. Мы тут в клубе встретились, кажется, она сильно перебрала.

– Кто перебрал? Надя?? – Дина испытала шок. Надя! Которая вообще не пьет! И по клубам-то она никогда не ходила! – Ты с кем-то путаешь ее!

– Ну да, а телефон ее чисто случайно у меня оказался, – саркастично ответил Стас. – Ты приедешь за ней или к тебе ее привезти?

– Ко мне не надо, тут все спят… Говори адрес!

Через 15 минут Дина уже нервно ерзала в такси. Ей удалось ускользнуть из дома тихо, не разбудив отца и Прасковью Иванну, которая сегодня допоздна убиралась и решила остаться.

Таймер сообщал, что ехать до места около 20 минут: клуб находился почти в центре города. Как Надю туда занесло? Даже не позвала ее, Дину! Если уж хотелось ей приключений, а с некоторых пор Дина это желание прекрасно понимала, то могла бы позвать лучшую подругу для поддержки… С подругой определенно что-то происходило. Нужно вытрясти из Стаса, что он видел в клубе.

Вспомнив о том, что она снова увидит Стаса, Дина занервничала еще сильнее. Это нехорошо. И опасно. Дина не понимала своего отношения к этому типу, но оно явно не могло привести к добру. Даже от Леши она отстранилась из-за него. А почему?..

Стас был человеком из какого-то другого мира. Мира, где правила мало что значат, где люди делают то, что хотят, и не смотрят на других. Мира, который Дине был не знаком, возможно, именно поэтому ее тянуло к Стасу. Это была тяга не к мужчине, а к тому, что он может ей показать. Чем еще это можно объяснить?

Может, Надя тоже хотела прикоснуться к чему-то эдакому? Тихая и скромная, ее подруга никогда не выходила за рамки приличий, не спорила с матерью, не устраивала истерик. Жила себе, сочиняя рассказы в школьную газету. Их там хорошо принимали, наверное, у Нади действительно был писательский талант. Ее рассказы всегда были фантастическими зарисовками другой жизни, жизни, о которой Надя даже не слышала. Но, может, она о ней мечтала? Сколько всего утаивала от нее подруга на самом деле?

А может, Дина просто придумывала, пытаясь найти оправдание самой себе. Ей не хотелось признавать, что Стас задел ее сильнее, чем ей бы того хотелось. Хотя никаких предпосылок к этому не было. Они всего лишь поговорили! Почему такая реакция…

Тем временем такси подъехало к месту назначения. Дина увидала неоновую вывеску клуба и небольшую группу людей рядом, от которых то и дело слышался смех. Ну и где же они?..

Заходить Дине не хотелось, но телефон Нади на звонок не отвечал. Собравшись с духом, ибо в одиночку она вдруг почувствовала себя крайне неуверенно, Дина устремилась внутрь. Охранник на входе мельком взглянул на нее и промолчал. Одобрение на вход было получено.

В зале была шумная музыка: куча людей с бокалами или банками пива в руках отдавались музыке и танцевали. Хотя часть уже плавно переместилась на диванчики, утащив туда своих партнеров либо случайно подцепившихся людей. Дине было не по себе. Вроде и бывала она в клубах, но все воспринимается иначе, когда с компанией и когда совсем одна…

Она прошлась мимо всех диванов, справедливо полагая, что если Надя где-то и лежит, то на одном из них. Однако ни Стас, ни Надя, ни кто-либо еще знакомый в клубе не обнаруживались. Дина растерянно оглянулась и еще раз открыла адрес на телефоне – да, она не перепутала, клуб тот самый. Сейчас она жалела, что у нее нет номера самого Стаса.

– Крошка, потанцуем? – с танцпола к ней попытался подкатить какой-то пьяный субъект. Дина презрительно оглядела его и бочком ускользнула подальше.

На глаза ей попалась лестница. Ага, тут есть второй этаж! Девушка поспешила подняться и почти сразу увидела лежавшую на диване подругу. Стас сидел рядом, переговариваясь с какой-то девицей в бомбере и мини-юбке, из-под которой проглядывали чулки, призванные, должно быть, вызывать вполне определенные ассоциации у людей. Образ ярко подчеркивали кислотно-зеленые пряди в волосах девицы и черная помада на губах.

– Надя! – воскликнула Дина, падая рядом с подругой. Надя, к счастью не была разодета, как на панель, чего Дина с содроганием неосознанно ожидала. Та же Надя, что и всегда. Скромная и тихая. Только вот в стельку пьяная… – Что с тобой такое? Как ты сюда попала?

– Очевидно, пришла ногами, – послышался развязный голос спутницы Стаса. Тот недовольно взглянул на нее.

– Ты кто такая? – воинственно обратилась к ней Дина.

– Повежливее нельзя?

– Тебя забыла спросить! Не лезь не в свое дело!

– Да как ты!..

– А ну пойдем, – прервал девицу Стас и, поднявшись, утащил ее за собой. Девица воинственно сверкнула глазами, но подчинилась. Дина ощутила облегчение вкупе с легким разочарованием. Не думала она, что Стаса может привлечь подобная девка.

– Дина, это ты? – послышался слабый голос Нади. Дина чудом расслышала его.

– Я это, я! Что ты делаешь в таком месте, Надька?

Надя смотрела на нее косым взглядом и просто улыбалась.

– Сил никаких нет! Что это такое? – пыталась возмутиться Дина. Ей и хотелось бы злиться и обижаться на подругу, ее скрытность и недоверие, но при виде Нади, такой беспомощной, она не была способна на это.

– Я так хочу тебе все рассказать, – прикрыв глаза, сказала Надя. – Я так заплутала, Дина… Мне плохо.

– Плохо? Может, до туалета добежим? Я тебе помогу! – встрепенулась Дина.

– Да нет. Мне тоскливо, понимаешь? – Надя вздохнула и забормотала что-то бессвязное.

Рядом снова примостился Стас. На этот раз один. Дина украдкой оглядела его: надо же, как хорошо он одет для такого кабака!.. Черная рубашка была ему очень к лицу, а светлые брюки и пиджак прекрасно дополняли его мужественный образ. Дина ощутила внезапное желание к нему прикоснуться. Но тут же отогнала от себя эти мысли. Не время. И не место.

– Что здесь произошло? – со вздохом спросила она.

– Да не знаю. Я увидел твою подругу, когда она уже на ногах не стояла. И, как настоящий джентльмен, не смог пройти мимо, – улыбнулся Стас.

– Интересно, что за мысли водились у настоящего джентльмена, который поспешил подойти к подвыпившей леди, – иронично проронила Дина.

– Да за кого ты меня принимаешь? – притворно возмутился тот.

– За мужчину, – простодушно ответила Дина. – Так что дальше?

– Я стал расспрашивать ее, с кем она, но она твердила только, что всем жизнь портит. А потом стала звать тебя. Я даже не поверил своей удаче, когда увидел твое фото в ее телефоне! Нашелся повод снова тебя встретить, – льстиво произнес Стас.

– Ты шутишь? – не поверила Дина, но почувствовала, как сердце предательски екнуло.

– Ну почему же. Ты очень привлекательная. Я не забыл тебя с момента нашего знакомства в «Конкорде», – откровенно сказал Стас, не отрывая от нее своего взора.

– Контракт заключил с ними? – поспешила перевести тему Дина. В голове все еще стояла та кислотная девица в мини-юбке, и она не могла считать искренними комплименты Стаса. Где она и где эта девица!..

– Конечно, это дело было уже решенное.

– Мало ли, сделки иногда срываются в последний миг.

– Но не у меня! – подмигнул Стас.

– Очень самонадеянно.

– Я знаю, что я хорош. Это не хвастовство, а факт. Иначе я не добился бы успеха.

Дина промолчала. Возразить было нечего. Она снова осмотрела Надю, которая уже отдалась объятиям Морфея.

– Надо увезти ее отсюда. Ты мне поможешь?

– А ты со мной потанцуешь?

Дина растерялась. Она посмотрела на Стаса, который хитро улыбался ей. Казалось, он знает наперед все, что она может сказать.

– Слушай, сейчас не время. Ты же видишь, в каком она состоянии!

– И ты тоже видишь. Ее лучше не трогать сейчас, пусть немного поспит. Зато потом своими ножками пойдет, а не на нашем с тобой горбу!

– Ты хотел сказать, на твоем горбу! – манерно повела плечиком Дина. – Ты же не позволил бы мне надрываться?!

– Хм, – Стас усмехнулся и весело посмотрел на нее. – Так как насчет танца? Могу принести тебе выпить, если хочешь.

– Не нужно, – Дина решилась. – Идем, посмотрю, что ты умеешь.

Дина убедилась, что Надя не упадет с дивана в случае чего, и подала руку Стасу. Его ладонь оказалась неожиданно теплой. Дине стало спокойнее. Она чувствовала смущение, но в то же время было какое-то нетерпение внутри. Как же танцевать под такую музыку? Под нее только дергаться можно! Но тут, словно по заказу, начался медляк.

– В таких кабаках бывают медляки? – удивилась Дина.

– Ближе к утру да, и все чаще, – Стас уверенно притянул ее к себе, обхватив сильной рукой за талию.

Дина старалась не смотреть в его глаза, которые теперь были так близко. «Это просто танец! Просто плата за услугу, за то, что помогает с Надей!» – твердила Дина про себя.

– Ближе к утру все уже пьяные, накаченные всякой дрянью, расслабленные: самое время включать что-то медляковое, подо что можно и дальше расслабляться, – продолжил Стас. – Или продолжать соблазнять.

– О чем это ты? – Дина решилась взглянуть в его глаза.

– О правде жизни. Ты же знаешь, зачем люди ходят в такие места, – туманно изрек Стас.

– Меня не интересуют другие люди. Я не понимаю, зачем сюда пришла Надя.

– Если я все верно понял, у нее какой-то кризис в жизни. Может, влюбилась безответно.

– А ты много об этом знаешь? – улыбнулась Дина.

– Вдруг придется узнать, – с показной грустью сказал Стас. – Но ты же не позволишь мне мучиться?

Дина молча смотрела на него и понимала, что сопротивляться больше не может. Она ведь не железная!.. Тяга к Стасу была просто неимоверной, особенно теперь, когда она всем телом ощущала его. Стас склонился к ней и уверенно коснулся своими губами ее губ. По ее телу пробежали мурашки. Мурашки – самые честные… Дина выдохнула и ответила на поцелуй, обвивая руками шею Стаса.

Сколько прошло времени, Дина не знала. Казалось, она существовала сейчас лишь на коже своих губ, которые чувствовали Стаса, только Стаса, его мягкие губы и дразнящий язык. Он прижимал ее к себе, показывая все свое желание, гладил руками по ее спине, ласкал ее шею… Дина зарывалась руками в волосы на его голове, отдавалась этому поцелую всем своим существом, испытывая невероятные ощущения чего-то нового и в то же время совершенно знакомого, чувствуя нарастающее где-то внизу живота возбуждение…

А как же Леша?

Дина резко отстранилась от Стаса.

– Что-то не так? – хрипло спросил Стас, блуждая опьяненным взглядом по ее лицу.

– Нет, я… Я не могу так. Мне надо к Наде, – Дина вырвалась из рук Стаса и побежала на второй этаж, где спокойно посапывала ее подруга.

Сердце бешено стучало то ли от резкого подъема, то ли от поцелуя… Дине не хотелось определять природу своего волнения, она ощущала себя предательницей. Как ее можно называть после этого? И ничем она не лучше той кислотной девицы теперь. Она ведь занята: у нее есть Леша, и она выйдет за него замуж! Или уже не выйдет?..

– Извини, – вдруг послышался рядом голос Стаса. Дина подняла на него помутневший взгляд. – Мне казалось, я тебе нравлюсь.

– Нравишься, – к своему удивлению, не стала отпираться она.

– Тогда что?

– Это не то место, где начинаются здоровые отношения, – Дина подумала, что это вполне подходящий уклончивый ответ.

– Хочешь, чтобы я пригласил тебя на свидание? – воодушевился Стас. – Да не вопрос, все будет!

– Стас, не дави на меня… – Дина поежилась, ей не хотелось думать об этом сейчас. – Лучше помоги мне с Надей, мне ведь тоже нужно домой и спать.

– Хорошо, ты права. Да и танец я уже получил, – снова попытался улыбнуться Стас.

Дина старательно отводила от него взгляд, убирая волосы с лица Нади и нежно расталкивая ее.

– Что, нам уже пора? – пробормотала Надя. – Еще ведь рано, наверное.

– Уже поздно, гулена, – мягко сказала Дина. – И пора вернуться домой, в теплую постельку. Зачем тебе этот прокуренный диван, на котором неизвестно чем занимались…

Стас фыркнул, слушая ее. – Я вызову такси.

– Спасибо.

Дина аккуратно вывела подругу из клуба под неодобрительные взгляды охранника. Дина устала, не выспалась, чувствовала раздрай внутри после поцелуя Стаса и, чтобы хоть немного отвести душу, рявкнула в сторону охранника:

– Что смотришь? Можно подумать, сам никогда не напивался!

Охранник хмыкнул и благоразумно промолчал. Стас так же молча наблюдал за Диной, поддерживая Надю с другой стороны.

– Вот и машина, – указал он на подъехавший желтый Ниссан вполне презентабельного вида. – Я поеду с вами.

– Нет! – поспешно отрезала Дина и уже мягче произнесла: – Пожалуйста, оставь нас.

– Уверена?

– Да, – сказала Дина, глядя в сторону.

– Как скажешь, – Стас учтиво открыл дверь машины и помог Дине затащить туда Надю. Перед тем как закрыть дверь, он задержал взгляд на Дине и спросил: – До встречи?

Дина в ответ так же задержала на нем взгляд, но не смогла заставить себя что-то произнести. Она кивнула и поспешно прикрыла дверь. Водитель машины с некоторым беспокойством поглядывал на Надю.

– Плохо? Тошнит? У меня есть пакеты.

– Не волнуйтесь, она уже просто спит. Спасибо!

– Но если что, вы скажите!

– Да.

Дина понадеялась, что хотя бы дорога до ее дома пройдет без приключений и откинулась на спинку кресла. Думать и анализировать не хотелось. Дина мечтала только добраться до постели. Она уже решила, что Надю повезет к себе: кто знает, работает ли ее мать сегодня в ночь. Будить ее и устраивать переполох из-за неожиданного поведения ее дочери Дине точно не улыбалось. Комната ее собственной матери в квартире всегда пустовала – вот пусть жилплощадь принесет какую-то пользу.

А что касается Стаса… Дина, усмехнувшись, вспомнила вечные слова Скарлетт О’Хара: она подумает об этом завтра.

Глава 9.

«Хорошо, что сегодня воскресенье», – думала Дина, потягиваясь на кровати. После наполовину бессонной ночи ей удалось вынырнуть из сна только ближе к полудню. Нашарив на полу тапочки, Дина подошла к стулу, на котором висел брошенный вчера халат. Надев его, девушка выглянула из комнаты, прислушиваясь. На кухне о чем-то переговаривались отец и Прасковья Иванна. Кажется, скоро будет обед. Надо бы поднять Надю.

Дина украдкой скользнула в сторону комнаты матери и осторожно открыла дверь. Однако, к большому удивлению Дины, комната оказалась пуста. Надя исчезла.

– Подружку свою ищешь? – раздался вдруг сзади голос отца.

– Да, я уложила её здесь… – замявшись, ответила Дина. – Ты ведь не против?

– Не против ночевок, но против подобного состояния. – Отец сурово разглядывал дочь. – Как я вижу, ты не так много пила? Это обнадеживает.

– Я вообще не пила, пап. Я просто забрала её из ночного клуба. Везти её к ней домой мне показалось не самой удачной идеей.

– Забрала из клуба… И что же она там делала, что её пришлось забирать? – отец все так же хмуро разглядывал дочь, но Дина на этот раз решила многозначительно промолчать. – Ладно, ваше дело. Завтрак ты проспала, но к обеду присоединяйся.

– Сейчас только умоюсь.

Вернувшись в комнату, Дина сразу схватила телефон и стала звонить Наде.

– Где ты? – без приветствий вопросила она, как только услышала голос Нади.

– Я дома, Дин, все хорошо.

– Что хорошо? Что это вообще было вчера? – возмущенно потребовала объяснений Дина.

– Давай не по телефону.

– Такой долгий рассказ?

– Нет, просто я хочу поесть, – весело сказала Надя. – А потом ты ко мне придёшь, и мы поболтаем.

– Ладно, я тоже обедать. Часа через полтора жди! – наказала Дина и отключилась.

Она привела себя в порядок и направилась в столовую обедать с отцом. Давно они вместе не сидели… Дина ощутила отголоски напряжения от того, как часто в последнее время их трапезы заканчивались ссорами и отцовским недовольством. Повтора сегодня не хотелось.

– Ох, давай, Диночка, садись! – закудахтала Прасковья Иванна. – Я картошечки натушила с бараниной, а еще есть супчик грибной, вчерашний. Что хочешь?

– Картошечки давайте, Прасковья Ивановна! – улыбнулась Дина домработнице. – Спасибо! Приятного аппетита, папа!

– Спасибо, и тебе, – пробурчал отец, хмурясь при чтении газеты.

– Что-то интересное, пап? – вежливо поинтересовалась Дина, в надежде, что отец не станет вспоминать их прошлую размолвку.

И отец решил принять от нее флаг дружбы.

– Политика, дочка, не самое интересное в твоей жизни. Однако нужно быть в курсе новостей, особенно, если они касаются изменений в юридических законах.

– А планируются какие-то изменения?

– Они всегда планируются и еще чаще проводятся. Правительству явно нечем бывает заняться. Лучше бы президенту с внешней политикой помогали. Недаром он у нас говорит, что Россией управлять невозможно…

– Однако же он это делает, – обмакивая картошку в бараний гуляш, заметила Дина.

– Ничего он не делает, такой же наблюдатель. Ай! – отец раздраженно свернул газету, отложил ее и занялся свежесваренным кофе.

– Новостей на сегодня хватит? – усмехнулась Прасковья Иванна, подсаживаясь к ним за стол.

– Хватит, Прасковья Ивановна, – подтвердил отец. – Вы не забыли, кстати, что у нас верхняя одежда вся в химчистке? Я вчера не мог найти свое пальто. Долго еще они чистить будут?

– Сегодня же потороплю, – пообещала женщина.

– Какие планы? – обратился отец к дочери.

– Сейчас схожу к Наде, надо выяснить, как она. Вечером с Лешей решили сходить на выставку.

– Да, сходи к Наде, узнай, с чего она так на жизнь обиделась. Я что-то не припомню ее пьяной… – задумчиво протянул отец.

– Она и не бывала пьяной… Может, что-то случилось, – Дина и думать забыла, что подстегнуло Надю напиваться, но сейчас мысли об этом снова обеспокоили ее.

– Может. И Алексея как-нибудь приводи, – отец допил кофе и глянул на часы. – А я уезжаю до завтрашнего вечера. Так что не скучайте. Если что, я на телефоне.

– Хорошо, пап.

Дина проводила отца, как она полагала, к очередной его пассии. Вспомнив последний звонок матери, Дина решила как-нибудь завести разговор о ней с отцом. Но явно не сегодня. Не хотелось портить ему настроение. Да и себе тоже.

Допив кофе, она быстро собралась и помчалась к Наде.

***

Надя решила пропустить несколько дней в универе, сказавшись больной. Она не стала врать маме, что действительно болеет: мама, как врач, моментально раскусила бы ее, как это неоднократно бывало в детстве.

– Мне просто нужно перезагрузиться, понимаешь? – сказала Надя матери за завтраком, когда та поднялась.

– Надежда, у тебя все в порядке? – с беспокойством спросила мама.

– Ничего серьезного, правда, – притворилась веселой Надя. – Но я еще и по домашке немного отстала, хочу нагнать.

– А из-за пропусков дополнительно не отстанешь?

– Нет, сейчас легкие темы, – выкрутилась Надя. – Так ты сможешь дать мне справку для кафедры?

– Тебе лучше уйти с этой подработки, раз она так тебе мешает.

– Мам, у меня впервые в жизни свои собственные деньги! Ты вот отказалась бы от них так легко? – Надя с улыбкой встала и заключила маму в объятия.

– Ну хорошо, – вздохнула мама. – Я принесу тебе справку. На сколько нужно?

– На 5 следующих дней.

– Неделю, значит, отдыхать собралась? – усмехнулась мама.

– Не отдыхать, мамуль, нагонять!

– Поняла я, поняла.

В это время послышался звонок в дверь.

– Сережа? – неуверенно спросила мама.

– Нет, это Дина, она писала недавно, что придет. Мы будем в комнате у меня!

Надя поспешила открыть Дине дверь.

– Вот ты где, козявка! – воскликнула Дина. – Да я тебе…

– Да, мама, это Дина! – громко крикнула Надя, заглушая слова подруги.

Дина осеклась и замолчала. Однако ее глаза метали молнии. Надя кивком показала на комнату, но Дина сначала прошла на кухню к ее матери.

– Здравствуйте, Александра Сергеевна! – поздоровалась Дина и чмокнула мать Нади в щеку.

– Привет, Дина, хорошо выглядишь!

– Спасибо! Как ваши дела? Как работа?

– Все потихоньку, Дина, спасибо. Со следующего месяца я перехожу на должность заместителя главного врача, – похвасталась женщина.

– Правда, мам? Ты не говорила, – послышался обиженный голос Нади из глубины квартиры.

– Ты не спрашивала, – резонно отозвалась ее мать.

– А наша жизнь с Надей так полна учебы, что мы ни о чем другом не можем думать, – в шутку сказала Дина.

Александра Сергеевна усмехнулась и многозначительно промолчала. Кажется, провести ее не удалось. Дина бочком направилась в комнату подруги. Надя застилала постель, чтобы им было где удобно расположиться.

– Между прочим, я нашла один супер-точный тест на самоопределение! – заискивающе проговорила Надя и взяла Дину за руки. – Пройдем?

– Поразительно, – сказала Дина и тише добавила: – Ты была так пьяна, и у тебя нисколько нет похмелья?

– Есть, конечно, – вздохнула Надя. – Пришлось выпить таблетку. Извини, что так вышло.

– Извинениями ты не обойдешься! А ну выкладывай, что за муть потащила тебя к бутылке?

– Да никто меня не тащил. Просто… Решила расслабиться! – неожиданно вызывающе сказала Надя. – Мне что, нельзя?

– Не придумывай! Стас рассказывал, ты бормотала, что всем жизнь портишь!

– Стас?

– И от темы не уклоняйся!

– Ну ты же знаешь, как может действовать алкоголь, – осторожно подбирая слова, произнесла Надя. – Обычно это весело, и я думала, что мне тоже станет весело. А на деле попала в число «счастливчиков», кто грустит под градусом. Это лишнее подтверждение, что пить мне не надо, – улыбнулась Надя.

– Так кому ты жизнь портишь?

– Никому не порчу, просто была не в себе. Ну честно! Я больше так не буудуууу! – пропела Надя, сжимая Дину в объятиях.

Дина не выдержала и засмеялась. Эх, Надька. Отожгла тоже. Но все же червячок беспокойства, с недавнего времени поселившийся в голове Дины, не спешил покидать новое место жительства.

– Так что за Стас? – вернулась Надя к крайне интересующему ее вопросу.

– Тебе виднее, это ты ему свой телефон отдала, – уклончиво и грозно ответила Дина, от души надеясь, что Надя не станет настаивать на рассказе.

– Ну я не помню… Ты в первый раз его видела?

– Я тебя в первый раз такой видела.

Надя замолкла. Разговор возвращался к ненужному ей направлению.

– Ладно… Где там твой тест? – недовольно буркнула Дина.

– Сейчас найду! – Надя с показным воодушевлением полезла в телефон. – Скину тебе ссылку и вместе пройдем!

Дина с готовностью уселась на кровать подруги в ожидании. Пока Надя пристраивалась рядом, она размышляла, как рассказать ей про Стаса и ее сложное к нему отношение. Надя, конечно, все поймет. Советовать что-то не сможет ввиду своей неопытности… Но выслушает. Может, пожалеет.

Однако желания открывать рот Дина в себе не ощущала. Почему-то вспомнилась скрытность самой Нади. Она ведь так ничего и не рассказала ей. Расслабиться она хотела, ну что это за сказки… Почувствовав нарастающую обиду, Дина решила молчать. Все равно Стас вряд ли еще появится на ее горизонте, так что и упоминать не стоит…

Тест занял у девушек минут двадцать. Дина старалась максимально сосредоточиться. Ну вдруг на этот раз точно будет? Она в предвкушении кликнула на результаты. Программист… Ну какой из нее программист? Снова мимо. Дина недовольно хмыкнула и покосилась на экран телефона Нади.

– Ну конечно же, писатель! – утвердительно проговорила Дина.

– Что еще мог показать этот тест? – горделиво сказала Надя. – Я всегда была верна своей сути.

– Почему у тебя эти тесты работают, а у меня показывают всякую чушь?

– Может, ты нечестно отвечаешь?

– Там же простые вопросы, как там нечестно ответишь…

– Людям иногда свойственно обманывать самих себя, – проницательно посмотрела на нее Надя. – Ты вот тоже этим грешишь.

– Да с чего ты взяла? Когда я была нечестна с тобой? – опешила Дина, тут же вспоминая, как решила скрыть знакомство со Стасом. Была ведь нечестна…

– Ты не слушаешь меня, – улыбнулась подруга. – Ты врешь себе!

– Это в чем же?

– Ну даже не знаю… – притворилась задумчивой Надя и весело толкнула Дину в бок. – Совсем ничего в голову-то не приходит?

– Не понимаю, о чем ты… – настороженно ответила Дина.

– А я про твои непростые отношения с дизайном. Да и с Лешей, если уж на то пошло.

– У меня нет проблем с Лешей, – буркнула Дина, намеренно пропуская упоминание своей будущей специальности. – Не понимаю, с чего ты это взяла…

– Ну я же твоя подруга! Я все про тебя знаю, – улыбнулась Надя и добавила: – И вижу, когда с тобой что-то не так. А может, ты влюбилась? – заговорщицки придвинулась к ней Надя.

Дина взглянула на Надю с подозрением. Уж очень настаивала ее подруга. Как будто бы хотела, чтобы Дина испытывала что-то подобное. Она тоже хорошо знала свою подругу. Неспроста эти вопросы. Может, сама кого-то встретила?

– Нет, никого я не встретила, – спокойно ответила Надя, когда Дина вслух высказала это предположение. – У меня вообще нет мужчин.

– И это удивительно. Ты же милашка.

– Я слишком закрытая, и никто не хочет копаться в моей личности, – просто сказала Надя. – И вообще, мне нужно учиться, у меня нет времени на все эти студенческие романы.

Дина хмыкнула, задумчиво ее оглядывая. Надя чуть подумала и добавила:

– И никто из наших парней мне не нравится все равно. Они все какие-то затюканные.

– А что, филологи другими бывают? – в шутку спросила Дина.

– Бывают! – уверенно заявила подруга и тут же смутилась. – Ну, наверное…

Дина рассмеялась. Она уже поняла, что ничего от Нади не добьется. Но, черт побери, не следить же за ней теперь… Остается только ждать, когда Надя сама решит открыться ей.

Глава 10.

– Ну наконец-то ты вспомнила, что у тебя есть бабушка! – воскликнула бабуля, увидев на пороге улыбающуюся Дину.

Прошла целая сложная неделя в университете, и Дина решила навестить свою бабулю, Марию Константиновну. Бабушка жила на соседней улице, отец Дины купил ей квартиру рядом, чтобы бабуле не приходилось ездить к ним из области, а им так же к ней. Бабушка поначалу сопротивлялась, но все же уступила натиску Виктора Андреевича. Но, несмотря на то, что бабуля жила теперь совсем рядом, Дина все равно заходила к ней нечасто.

– Я не забывала, бабуль, – сказала Дина, крепко обнимая бабушку. – Просто много учебы.

– Учись, это правильно, образование важно, – Мария Константиновна помогла Дине снять куртку и приняла в руки презент в виде тортика. – Вот спасибо, мой любимый. Самой совсем некогда печь, работа все силы отнимает!

– Бабуль, тебе уже можно не работать.

Дина надела пушистые розовые тапки бабушки и прошла на кухню заваривать чай. Бабуля поспешила за ней, ойкая, что совсем не готова встречать гостей. Дина улыбалась, привычно отсыпая ароматный чай в заварник. Здесь, с бабушкой, она чувствовала себя по-настоящему дома, где всё поймут и простят все ошибки…

– Мать твоя не объявлялась? – сурово спросила Мария Константиновна.

– Нет, бабуль, она только звонит. В последний раз рассказала, что она в Каталонии.

– Вырастила же гулящую особу, – посетовала бабуля, поднимая глаза к потолку.

– Брось, бабуль, маму испортили деньги, а не ты, – Дина честно сказала, как думала.

Со своей матерью, Мариной Николаевной, Дина вообще не была близка. В детстве, конечно, все было иначе. Папа тогда еще не разбогател, деньги приходилось считать, но зато мама всегда была рядом, заботилась о Дине и муже.

Уже потом, когда Дина заканчивала девятый класс, в маму словно бес вселился. Они уже хорошо жили, переехали в просторную квартиру, в которой сейчас Дина живет с отцом, наладили быт. Отец даже сам предложил нанять домработницу, чтобы мама больше наслаждалась жизнью. Марина Николаевна, разумеется, идею горячо поддержала и бросила заниматься хозяйством, даже не дожидаясь выхода Прасковьи Ивановны, которую отец отыскал через коллег по работе.

Но этого оказалось недостаточно, чтобы усмирить маму. Она начала бесконтрольно тратить неожиданно свалившееся на нее богатство. Отец скрипел зубами, но молчал. Возможно, он считал себя обязанным возместить матери Дины голодно прожитые годы с ним и только еще больше работал, чтобы денег хватало на все заскоки жены.

Дине нравились новые вещи, аксессуары и сувениры, которые притаскивала ей мама. Она с удовольствием записалась вместе с ней на курсы по имиджу, где из них обеих сделали стильных дам. Но с каждым днем ощущение, что мама отдаляется от нее, только усиливалось. Подарки от матери, купленные на деньги отца, уже не приносили былой радости – их все чаще доставляли с курьером. Сама Марина Николаевна бывала дома все реже.

А потом и вовсе укатила в Турцию с подружкой на целых три месяца. И Дина, и Виктор Андреевич, и бабушка Мария Константиновна были в шоке. Ладно ездить кутить по городу, скупать все, что нужно и не нужно, но вот так демонстративно бросить семью?.. Дина тогда поняла, что браку их родителей пришел конец. Хоть отец и не разводился с ее матерью, но с тех пор жил своей жизнью, частенько ночуя у каких-нибудь девиц. Постоянной женщины не заводил. Может, рана от мамы была слишком глубокой, а может, несмотря ни на что, он все-таки ее любил…

Дина маму тоже любила. И смирилась с ее внезапно открывшейся неприятной сутью. Только вот желание общаться с мамой у нее постепенно сошло на нет. Разговоры с родительницей обычно сводились к обсуждению, чем она занималась в очередном своем приключении. Когда Дина пыталась просить у мамы совета или чем-то поделиться, Марина Николаевна обычно отмахивалась от «подростковых» проблем дочери, не забывая упомянуть, что Дина у нее умница и, конечно же, со всем справится!

И Дина справлялась. Осознала, что любви от матери ей больше не видать, и переключила свое внимание на отца и бабушку. Но отца любить было сложно, Виктор Андреевич человек был своенравный и не терпящий излишних нежностей. А вот ее любимая бабуля – совсем другое дело. Обидевшись на дочь, которая, по мнению бабули, не ценила, что имела, Мария Константиновна прекратила с ней всякое общение и никогда не отвечала на ее редкие звонки. Но Дина понимала, как ей не хватает любви своего ребенка, и постаралась, насколько это было возможно, заменить бабуле непутевую дочку.

– Человек такой, какой он есть по своему существу, милая! – грустно ответила бабушка. – Значит, было это все в твоей матери всегда. Значит, не доглядели мы с дедом.

– Ну ты себе противоречишь, бабуль, – улыбнулась Дина. – Если всегда было, то что вы с дедом могли с этим поделать?

– Не знаю… Пороть больше! – бабуля вздохнула и улыбнулась. – Давай уже свой тортик, мне срочно нужна порция сладенького!

– Сейчас все будет! – пообещала Дина, разливая в чашки горячий чай.

Девушка высвободила торт из упаковки, нарезала на крупные куски, как они с бабушкой любят, и подала на тарелках на стол.

– Вот это хорошооо, – протянула бабуля, с наслаждением облизывая крем с ложки.

Дина хихикнула: – Бабуля, ты сладкоежка!

– А ты что, нет? – парировала бабуля.

Дина с притворным беспокойством завозилась, вспоминая бесконечные банки вареной сгущенки у себя в тумбочке. Сладкоежка, еще какая! Видимо, бабулино наследство. Мама вот к сладкому особой любви не питала…

– Как твоя учеба? – поинтересовалась бабушка. – Как Алексей? Не обижает тебя?

– Алексей способен обижать только себя, – вздохнула Дина.

– А что не так?

– Честно?.. Иногда мне с ним скучно. Сначала я принимала это за спокойствие, но теперь понимаю, что это реально скука, – поделилась Дина своими недавно открывшимися ощущениями.

– Ты с кем-то познакомилась? – вдруг проницательно спросила бабушка.

– С чего ты взяла? – испуганно взглянула на нее Дина.

– Как бы банально это не звучало, но я не первый год живу на свете! У меня тоже бывали свои истории в молодости.

– Ты не рассказывала, бабушка!

– А почему должна была? Ты была еще маленькая.

– А сейчас уже нет?

– Для меня ты всегда будешь малышкой, – улыбнулась бабуля. – Но я понимаю, что ты растешь. И сталкиваешься со всеми соблазнами жизни.

– Учеба хорошо, я же у тебя умница! Все домашки делаю! – спешно перевела тему Дина.

Бабушка понимающе улыбнулась и отправила в рот очередной кусок торта. Ее не проведешь! А Дина с тревогой задумалась о том, что по ней слишком многое стало видно. Авось, Леша еще что-нибудь заметит…

Вернувшись, Дина застала дома одного отца. Прасковья Иванна куда-то улетучилась. Дина неспешно переоделась в домашний костюм, взяла себе яблоко на кухне и уселась рядом с отцом. Повертев яблоко в руках, Дина все же решилась спросить:

– Папа, а почему мама все-таки ушла?

Отец не спешил отвечать. Он продолжал смотреть телевизор, но Дина отметила про себя, что он все же подбирает в уме какие-то слова для ответа. И ей хотелось его получить. Беречь ее не надо, она уже взрослая, и правда – это то, что ей было сейчас нужно. Особенно остро она ощутила это после визита к бабушке. Мария Константиновна так обижалась на свою дочь, но по-прежнему так сильно ее любила… Дина заметила, что у бабули в комнате на серванте стоят фотографии ее матери, только что протертые от пыли.

– На самом деле, – начал отец, – я тоже могу только гадать. Мы с твоей матерью до этого всегда нормально жили. У меня была только семья, она и ты, и работа. Других женщин тогда не было вовсе, – покосившись на Дину, добавил он.

– Просто все же было хорошо, как ты говоришь. Люди не уходят из дома просто так.

– А почему люди уходят из дома? – с интересом посмотрел на дочь Виктор Андреевич.

– Ну потому что их что-то не устраивает…

– Ну вот, – кивнул отец, намекая на то, что Дина и сама знает ответ.

– Но это не мамин случай, у нее же все было! – возразила та.

– У нее все было, но что было в ее голове, мы с тобой, наверное, не поймем.

Дина помолчала. Она надеялась, что отец хотя бы предполагает что-то. Втайне она считала, что у отца действительно могла появиться другая женщина, что и сподвигло ее мать спешно изменить свою жизнь. Но он отрицает. Значит, дело в чем-то другом.

– Она звонит тебе? – вдруг спросил отец.

– Очень редко.

– А мне – вообще никогда, – усмехнулся папа, отворачивая голову. – Все, что я вижу, это выписки с кредитных карт, которые надо погасить.

Дина погладила отца по плечу, как в детстве, чем заставила его снова усмехнуться. Виктор Андреевич взял ее за руку, сжал на мгновение и отпустил, вернувшись вниманием к телевизору.

Дина тихонько встала и ушла к себе.

Пока она делала домашнее задание для университета, ей в голову вдруг пришла страшная мысль… А может, это не у отца была другая женщина? Может, ее мать нашла себе другого? Это многое бы объяснило…

Дина отбросила ручку и откинулась на спинку кресла, хмурясь от посетившего ее предположения. Странно, что она никогда раньше не задумывалась о таком. Но ведь правда, что должно побудить женщину уйти из хорошей обеспеченной семьи? Только, вероятно, новое чувство. Хотя деньгами отца при этом она пользоваться не забывает. Дина ощутила поднимающуюся в ней волну презрения. Если все так, ее мать нашла другого и при этом живет на деньги мужа – это мерзко вдвойне. И не потому, что денег жалко. А потому что отец зарабатывает их для семьи, а ее мать себя частью этой семьи уже явно не считает. Разве что на словах, когда появляется потребность упрекнуть их обоих в неуважении.

Дина резко встала и подошла к окну. Мысли не давали ей покоя. Ей хотелось во всем разобраться. Только как? Может, снова сходить к бабушке? Вдруг она что-то знает? Хотя бабуля никогда не отвечает на звонки матери… Но она может знать, был ли, например, у мамы кто-то до отца Дины. Вдруг там сильная неугасшая любовь, которая со временем не умерла?

Дина усмехнулась. Да ей уже впору романы писать! Вместе с Надюхой. Скорее всего, все намного прозаичнее. Но хотелось найти для матери хоть какое-то оправдание. Нет, снова с бабулей поговорить все-таки стоит!

***

Пару дней спустя Дина возвращалась домой уставшая. Пришлось остаться в универе после пар, чтобы добить совместную с одногруппником работу. Препод явно решил подложить ей свинью и разбил их пару с Катей.

– Так вы сможете обменяться опытом с новыми людьми. Кругозор надо расширять! – назидательно произнес препод и поставил Дину в пару с Максом Ильиным, который, к слову, в дизайн-проектировании разбирался еще хуже Дины. И что на факультете забыл?..

Впрочем, не Дине судить. Она ведь тоже за каким-то чертом на дизайн пошла.

Все, о чем она сейчас мечтала, это переодеться в уютный домашний костюм и вкусно пообедать. Прасковья Иванна точно оставила ей что-нибудь! От мыслей об обеде у Дины даже сил прибавилось, и она почти вприпрыжку помчалась через улицу к дому.

      Однако жизнь имела на нее другие планы. Не добежав до подъезда, Дина неуверенно остановилась, заметив напротив черную машину бизнес-класса и прислонившегося к ней мужчину в длинном коричневого цвета пальто.

Стас!

Дина ощутила и радость, и страх одновременно. Радость она попыталась спешно погасить. Ой, как нехорошо! Нельзя с ним видеться! Особенно после той ночи в клубе… После того поцелуя. Дина уже подумывала сбежать окольными путями, но было поздно. Она подошла слишком близко. Стас заметил ее и приветливо улыбнулся.

– Я нашел тебя! – произнес он вместо приветствия.

– Хотелось бы знать, как, – с легкой досадой сказала Дина. – Ты тогда следил за нами?

– Нет, я тогда вызвал себе другую машину и поехал домой.

– Один? – сама не понимая зачем, спросила Дина.

– Один, – ответил Стас и хитро улыбнулся. – А почему тебя это интересует?

– «Ты ведь знаешь, зачем люди ходят в такие места», – процитировала его Дина. Ведь именно это Стас тогда произнес, прижимая ее к себе в танце.

– Ты помнишь! – довольно протянул Стас.

– Девицу, что сидела рядом с тобой тогда, тоже хорошо помню.

– Ну не ревнуй, это была просто первая попавшаяся, я даже имени ее не помню, – примирительно произнес Стас.

– Ревновать? Ты слишком высокого мнения о себе! – отчеканила Дина и с высоко поднятым подбородком направилась к подъезду.

– Поедем куда-нибудь? – вдруг спросил Стас, останавливая ее. – Прямо сейчас!

– Сейчас? Но… – растерялась девушка и тут же затараторила: – Нет, я только с универа, я устала, я хочу просто лечь, ты не вовремя, надо было позвонить сначала…

– А если бы позвонил, ты бы согласилась встретиться?

«Нет», – подумала Дина про себя. Но глаза выдали ее, и Стас просто сказал:

– Поэтому я и приехал.

Это обезоруживало. Такое спокойное, ничем не прикрытое желание видеть ее, Дину. Трудно, очень трудно сопротивляться… Тем более, Стас ради нее старался. Ведь у него работа и свои дела, а он здесь, ждет у ее дома, когда она появится и согласится поехать с ним…

– И куда же мы?.. – сдаваясь, поинтересовалась Дина.

– Честно говоря, не думал еще, – рассмеялся Стас. – Но не переживай, у меня хорошая фантазия и способность импровизировать.

– Но мне же надо понять, как одеться! – резонно объяснила она.

– Как тебе удобно, твой наряд я тоже учту!

– Премного благодарна, – с некоторым сарказмом отозвалась Дина. – Мне нужно полчаса.

– Через час я еще буду ждать тебя здесь, – галантно произнес Стас с улыбкой.

Дина усмехнулась и скрылась в подъезде.

Дома она оценивающе взглянула на себя в зеркало. Так, волосы чистые – уже хорошо. Макияж слегка поправить, сделать поярче, но не переборщить… Одежда, что же ей надеть. Как ей удобно, придумал тоже… Ей удобно часа три перебирать весь гардероб в поисках наряда, который произведет на него неизгладимое впечатление! Но заставлять новоявленного кавалера столько ждать Дине не позволяло воспитание. Глянув погоду, она выбрала пальто к своему платью (никакого экстрима!) и всего через 40 минут вышла к Стасу в сапогах на низком каблуке на случай возможной долгой прогулки.

– Надо же, быстрее, чем я ожидал! – удивился Стас, закрывая приложение на телефоне.

– Ты так и не ответил, откуда у тебя мой адрес.

– Спросил на фирме у той блондинки, с которой ты на вечеринке тогда была.

– У Кати? – удивилась Дина и ощутила досаду. – И она так легко разбрасывается моими контактами?!

– Нет, но ты же знаешь, я умею быть убедителен!

Дина хмыкнула, не имея повода спорить. Ее ведь ехать с ним он убедил. Однако Катерина явно руководствовалась мотивом сосватать Дину хоть кому-нибудь, лишь бы она избавилась от Леши. Дина очень ярко представляла себе, как Катя прокручивает в своей голове эти мысли.

– Ты что-то читал? – поинтересовалась Дина, устраиваясь поудобнее в его машине.

– Читал обзор новостей фондового рынка, тебе это не будет интересно.

– Почему же, очень интересно! – обиженно сказала Дина. – Между прочим, перед тобой сидит инвестор со стажем, вот так-то!

– Шутишь? – не поверил Стас, а потом осекся, увидев сузившиеся глаза Дины. – Поразительно! Еще не встречал девушек, которые бы интересовались инвестициями. – Стас задумчиво глянул на Дину и с усмешкой добавил: – Разве что инвестициями в свою внешность…

– Я не из таких, – спокойно ответила Дина.

– Я уже понял. И каков стаж?

– Почти 5 лет! Мой отец открыл мне счет, когда мне стукнуло 16.

– Неплохо. Значит, ты начала еще в школе, – одобрил Стас.

– Да. Сначала неудачно, признаться, но сейчас у меня уже собран хороший портфель.

– Ты знаешь, что надо регулярно проводить ребалансировку?

За разговорами об инвестициях Дина и Стас почти час просто катались по городу. Дине было так легко обсуждать со Стасом свое «финансовое хобби». Она не стала скрывать от него свою первую неудачу на акциях, которые потом ждал делистинг, а Дину – крохи от вложенной суммы.

– Первый блин комом, – спокойно отреагировал Стас. – Инвестициям нужно учиться, я потратил на это немало времени. И тоже, знаешь, иногда терял.

– Учился инвестициям? – поразилась Дина. – С твоим-то отношением к учебе.

– Ну согласись, универ не учит мои деньги работать.

– Согласись, что ты давно должен был покормить свою спутницу! – Дина вспомнила, что до сих пор не ела. – Я ведь сразу с универа с тобой уехала!

– Виноват, исправлюсь! Какую кухню предпочитаете, мадемуазель?

– Мадемуазель желает что-нибудь французское, – в тон ему ответила Дина.

– Как я точен в определениях! – засмеялся Стас, а вместе с ним и Дина. – Я знаю хороший французский ресторан, мы как раз недалеко. А после я отведу тебя в одно место, где мы займемся кое-чем интересным!

Последнюю фразу Стас произнес как бы между прочим, но Дина немало насторожилась. Что это он придумал? Чем это интересным таким?

– Не переживай ты так! – засмеялся Стас, увидев ее выражение лица. – Ничего страшного! В кусты не потащу!

– Да какие кусты, ты уже затащил меня в машину… – все так же настороженно подметила Дина.

– Мне нравится ход твоих мыслей! – восхитился Стас, широко улыбаясь.

– Стас!

– Все, молчу. Место приличное, правда, – заверил он ее. – Надеюсь, тебе понравится.

– Что это? Кино? Еще одно кафе? Бильярд? Боулинг? – пыталась гадать Дина.

– Как скучно! Я бы не выбрал для нашего первого свидания такого тухлого стандарта!

Дина беспокойно завозилась в кресле, услышав слово «свидание». Какое еще свидание? Нет никакого свидания… Они просто выехали развлечься. Как друзья! Она не может ходить с кем-то на свидания, у нее есть Леша!

Стас между тем искоса наблюдал за реакцией Дины, но развеять ее опасения не спешил. Он явно собирался настаивать на определенном характере их встречи. Дина вздохнула. Видимо, вместо удовольствия и расслабления ей придется сдерживать его натиск. Может, прямо сейчас попросить ее высадить? Не очень ли это грубо? Хотя он обещал ей французский ресторан… Черт! Еще бы продаваться за еду!

– Приехали, – вдруг сказал Стас, когда Дина уже совсем было собралась с силами прекратить эту встречу.

– Что, уже? – оторопело воскликнула Дина.

– Да, сейчас припаркуюсь, и пойдем! – бодро ответил Стас, высматривая местечко для своей далеко не маленькой машины.

Дина тем временем с интересом рассматривала здание, гласившее, что перед ними ресторан-кондитерская Le carré. Парадный вход украшали французские флаги и синие статуи двух животных, напоминающих сурикатов, в галстуках. Забавно!

– Нравится? – поинтересовался Стас.

– Рано судить, мы еще не поели, – с капризной ноткой в голосе ответила Дина.

– Сейчас исправим!

Стас галантно раскрыл перед Диной дверь сначала машины, а потом и ресторана. Дина учтиво ему кивала. Она искренне надеялась, что не дает повода ему думать лишнее. Хотя… Самый большой повод она уже дала, просто согласившись куда-то с ним ехать. И почему мозг вовремя не остановил ее?

Ресторанчик выглядел очень атмосферно. Дина с интересом оглядывалась. Пол был выстлан ковровым покрытием, на котором располагались довольно простые деревянные столы в окружении мягких кресел разных цветов. Официант подвел их к столику возле большого окна, светлому и уютному.

Стас и здесь проявил себя, как истинный джентльмен, и сам подвинул для нее кресло, не пустив официанта, который, впрочем, благосклонно воспринял желание клиента.

– Здравствуйте, меня зовут Даниил. Пожалуйста, меню. Я подойду к вам минут через пять, – певуче произнес Даниил. – Приятного отдыха!

– Какой манерный, – шепотом сказала Дина, улыбаясь.

– Француз, – пошутил в ответ Стас. – Чего желает моя мадемуазель?

– Мадемуазель желает филе форели с овощами, – пропустив мимо ушей слово «моя», ответила Дина.

– Неплохо, сам на него засматривался. Но тогда возьму себе кефаль. Попробуешь оба блюда.

– Заботишься о моем гастрономическом просвещении?

– Конечно, я хочу, чтобы тебе все нравилось, – просто ответил Стас, но в глубине его глаз Дина видела хитрый блеск. Заманивает!..

Дина улыбнулась. Все же Стас умел расположить к себе! Ее барьеры уже готовы были рухнуть. И только маленький червячок вины не позволял Дине расслабиться полностью. Она намеренно вызывала в памяти образ Леши и все его хорошие поступки по отношению к ней, чтобы не дать себе забыться. К несчастью, мозг со скрипом вытаскивал из памяти хорошие воспоминания с Пушным. Ему явно хотелось сосредоточиться на настоящем моменте. Галантность Леши была померкшей…

– Так зачем ты приехал ко мне? – спросила Дина, не глядя на Стаса.

– Увидеть, – сразу ответил Стас и, чуть подумав, добавил: – Узнать получше. Поухаживать. Очаровать, наконец!

– Какая прямолинейность…

– Разве плохо? Зато тебе не нужно сидеть и гадать.

– Не плохо, – рассеянно сказала Дина. Действительно, не плохо. Но сильно осложняло дело. Прямолинейность требовала прямолинейности в ответ. Она нарушала правила.

Им быстро принесли заказанные блюда. Стас от себя решил заказать ей сладкий десерт к чаю. Дина с удовольствием поедала рыбу и наслаждалась атмосферой. Она осознала, что ей нравится. Нравится сидеть тут, со Стасом. Нравится, что он ухаживает за ней. Нравится, что пытается угадать ее желания прежде, чем она их выскажет. Нравится ему… нравиться. Стас не скрывал своих эмоций. И если поначалу это смущало, то теперь действительно успокаивало. Не будет неприятных сюрпризов. Дина понимала, чего он хочет добиться. И он не прет напролом, что важно. Он дает ей право выбора, просто показывая, как ей будет хорошо.

Но когда Дина снова вспомнила о Леше, улыбка с ее лица исчезла. Что он делает сейчас? В последнее время они почти не видятся, только в универе. И еще реже он ей звонит. Леша что-то скрывает от нее? Дина снова ощутила себя виноватой, когда поняла, что до сего момента даже и не интересовалась причинами его поведения.

– Что-то не так? – спросил Стас. – Форель не нравится?

– Нет, очень вкусная, хочешь? – предложила ему Дина, избегая первого вопроса.

– Кефали? – в свою очередь, предложил Стас.

Сейчас не время думать о Леше, решила Дина. Она на свидании с другим. И она четко осознавала, что не станет признаваться, что у нее кто-то есть. Ей хотелось продолжения. Вина, что терзала каждую клеточку ее тела, неожиданно отступила.

Интересное место, обещанное Стасом, оказалось… арт-лабораторией. Дина от шока даже слова вымолвить не могла. Она ожидала от Стаса, скорее, чего-то брутального, типа стрельбы или, на худой конец, веревочного парка. А тут арт-лаборатория. Что они будут делать? Рисовать? Лепить? Печь печенье?..

– Варить свечки! – сказал Стас, словно услышав ее немые вопросы. – Возможно, прозвучит странно, но я всегда хотел попробовать!

– Свечки? – опешила Дина.

– Ты делала?

– Нет, как-то не довелось…

– Вот и попробуем! – с воодушевлением произнес Стас, но вдруг с беспокойством покосился на Дину. – Или ты что-то другое ждала?

– Да, я ждала от тебя что-то другое, – утвердительно сказала Дина и, насладившись слегка растерянным взглядом Стаса, все же добавила: – Но мне нравится. С удовольствием попробую сварить свечу! Просто не думала, что тебе такое может быть интересно.

– Видишь, какой я разносторонний!

Их усадили за длинный узкий стол, на котором были разложены разного вида формы для свечей и декор для украшения: сухоцветы, бусинки, блестки, перья… Дина с интересом рассматривала каждую деталь и внимательно слушала ведущую мастер-класса, которая вещала о видах воска и ароматах.

Потом они все вместе принялись за дело. Устанавливали фитили на дно форм для свечей, подрезали их, выбирали понравившийся аромат и подбирали примерный рисунок декора.

– У вас будет мало времени на украшение, когда воск начнет застывать, – объясняла ведущая. – Поэтому стоит сразу определиться, какой декор вы будете использовать, и продумать композицию.

Стас остановился на деревянном спиле и аромате терра, напоминающем мужские духи. Дина тоже взяла себе спил, поглядев на Стаса, но выбрала аромат кашемирового дерева, показавшийся ей самым нежным.

– Женский! – вынес вердикт Стас, послушав выбранный ею аромат. Дина мельком показала ему язык.

Они растопили воск на водяной бане, залили в стаканы и стали смешивать с эмульсией ароматов. Комната сразу наполнилась пьянящими запахами. Дине на мгновение даже стало нехорошо, и она уткнулась носом в рукав своей водолазки.