Михаил Леонтьев
Пепел и Ветер

Пролог

Где-то среди туманных гор, за реками, чьи воды помнят имена забытых богов, стоял древний город – Элейра. Его башни были выточены из белого камня, а стены – оплетены лозами, что цвели даже в самую суровую зиму. Здесь, в библиотеке с потолками, уходящими в небо, хранилась Книга Ветра – артефакт, способный изменить ход времени.

Мало кто знал, что Книга не просто собирает истории мира. Она пишет их. И каждый, кто коснётся её страниц, навсегда вписывает своё имя в ткань судьбы.

Но однажды Книга замолчала.

И в ту же ночь родился мальчик – с глазами цвета грозового неба и сердцем, в котором уже дул ветер перемен.

Глава 1: Шёпот леса

Лиару было двенадцать, когда он впервые услышал голос ветра. Это случилось в день, когда умерла его мать.

Он сидел на крыше родового дома, высокий утёс в паре шагов от обрыва, смотрел, как тени от облаков скользят по далёким полям. Ветер был резким, почти злым. И вдруг – он заговорил.

– Ты слышишь меня, дитя Элейры?

Лиар вздрогнул. Он обернулся – никого. Только еловые ветки, танцующие в воздухе. Голос снова пришёл, теперь прямо в ухо.

– Ты тот, кто должен пробудить Книгу.

Он хотел закричать, хотел сбежать, но что-то внутри сдерживало его. Это было не страх. Это было… узнавание. Как будто голос жил в нём всегда.

С тех пор каждую ночь ему снились страницы. Белые. Чистые. Ждущие.

Глава 2: Дом, где не хранят тишину

После похорон Лиар почти не говорил. Люди в деревне шептались, что горе выжгло его голос, как огонь выжигает траву. Но правда была иной: он не хотел говорить. Потому что с тех пор, как ветер окликнул его, все звуки стали казаться ненастоящими.

Дом, в котором он остался один, стоял на окраине деревни Мелаир. Дом был старым, с трещинами в стенах и крышей, что по ночам стонала под тяжестью воспоминаний. Но внутри – всё дышало жизнью матери: сухие травы в связках, амулеты над дверью, свитки с непонятными знаками. Мать знала больше, чем говорила. Она была травницей, но Лиар чувствовал – она хранила не только зелья, но и тайны.

На третий день после похорон, Лиар проснулся от шороха.

Это был не мышиный скрежет и не ветер за стеной. Это был шелест бумаги.

Он встал, босиком ступая по деревянному полу, пока не дошёл до чердачной лестницы. Она вела в комнату, которую мать запрещала открывать. Но теперь запреты умерли вместе с ней.

Он потянул за кольцо на люке – и над ним распахнулся чердак, пахнущий пылью, воском и… чем-то древним.

В самом углу стоял сундук. Обычный, деревянный, с железными обводами. Но он… дышал. Не в буквальном смысле – но когда Лиар приблизился, воздух стал гуще, тише. Словно сама тишина затаила дыхание.

Он коснулся крышки – и она открылась, как будто ждала его.

Внутри лежала тонкая книга в чёрной обложке. Без названия. Без букв.

Он взял её – и в ту же секунду ветер ворвался в дом, распахнув окна. Лиар не чувствовал страха. Он чувствовал… возвращение.

На первой странице появилась надпись, проступившая, будто чернила росли из бумаги:

"Ты избранный Переписчик. Что напишешь – станет реальностью. Но помни: каждое слово требует жертвы."

Рука Лиара задрожала.

И тогда он услышал голос вновь.

– Готов ли ты изменить мир, мальчик?

Глава 3: Первое слово

Лиар долго сидел с Книгой на коленях, пальцы касались обложки, как будто боялись обжечься. Ветер уже стих, но воздух в комнате был всё ещё напряжённый, как перед грозой.

Он прочитал надпись ещё раз:

"Каждое слово требует жертвы."

– Что значит "жертвы"? – прошептал он, и сам себе удивился – голос звучал как чужой, будто не говорил год.

Книга молчала.

Он перевернул страницу. Пусто. Белизна бумаги была какой-то живой, манящей и одновременно пугающей. Он почувствовал, как внутри него появляется желание написать. Просто слово. Одно.

"Свет", – подумал он.

И почти непроизвольно протянул руку. Чернила? Перо? Ничего не нужно было. Его палец дотронулся до страницы – и слово "свет" появилось само, как будто его вытянули из самого сердца.

В ту же секунду комната озарилась ярким сиянием – тёплым, солнечным, как в полдень лета. Оно исходило от потолка, от стен, от самой книги. Всё вокруг залилось светом, но не ослепляющим – скорее, обнимающим.

И тут он почувствовал укол. Острый, в груди.

Он взглянул вниз – тонкая струйка крови стекала по рубашке. Небольшая, как от пореза. Но она вытекала – как плата. Он быстро понял: жертва не всегда будет большой… но она всегда будет.

Лиар зажал рану и вытер пальцы, глядя на сияние, которое медленно угасало.

Книга закрылась сама собой.

В дверь постучали.

Он вздрогнул. Кто мог прийти в такой час?

Он спустился. Открыл дверь.

На пороге стояла девочка. Лет на год-два старше его. С короткими каштановыми волосами и глазами цвета янтаря. В руках – посох, тонкий, как ветка, увитый медными нитями.

– Ты Лиар? – спросила она.

Он кивнул.

– Я пришла за тобой. Книга проснулась. А значит, ты – последний Переписчик.

Глава 4: Посох из меди

– Кто ты? – спросил Лиар, не отпуская взгляд от её странного посоха.

– Моё имя – Аэрлин, – спокойно ответила она. – Я из Ордена Стражей Песни. Мы храним равновесие между написанным и ненаписанным.

Лиар прищурился.

– Что это значит?

Аэрлин чуть вздохнула, будто знала, что всё придётся объяснять с самого начала.

– Книга, что у тебя, – это одна из четырёх. Каждая управляет стихией. Ветер. Огонь. Вода. Тьма. Твоя – Книга Ветра. Её судьба – менять ход событий через слова, но с одной оговоркой – она не лжёт. Если ты напишешь ложь, она обратится против тебя. Если напишешь правду – цена будет кровью.

Лиар нахмурился.

– Но я всего лишь мальчишка. Почему она выбрала меня?

– Потому что она выбирает не силу. Она выбирает тех, кто умеет слышать.

Аэрлин шагнула внутрь, как будто дом больше не принадлежал только Лиару. Он хотел возразить – но что-то в её взгляде останавливало. Взгляд был… усталый. Как у того, кто видел слишком многое.

– Ты ведь уже написал? – спросила она, проходя мимо.

Лиар кивнул. Показал на небольшое пятно крови, проступившее на рубашке.

Аэрлин опустила глаза. Молча. С уважением. С пониманием.

– Тогда у нас мало времени. Остальные почувствуют пробуждение. Владыка Тьмы, если он жив, обязательно пошлёт своих Обречённых. А они… – она замолчала, словно не хотела произносить то, что было дальше.

– Кто они?

– Бывшие Переписчики. Те, кто однажды солгал.

Лиар почувствовал, как его руки похолодели.

Аэрлин развернулась к нему и протянула посох.

– Хочешь жить? И сохранить свой мир?

Он кивнул.

– Тогда пошли. Нас ждёт столица Хеврейн. И… школа Переписчиков.

Глава 5: Дорога в Хеврейн

Они ушли до рассвета. Деревня Мелаир осталась позади – тихая, как застывшее время. Лиар не обернулся ни разу. Он знал: дом больше не будет домом.

Аэрлин шагала уверенно, будто каждая тропинка уже была в её памяти. Она двигалась, как ветер – быстро, почти бесшумно, и Лиару приходилось почти бежать, чтобы не отставать.

– Сколько идти до Хеврейна? – спросил он, когда солнце только начинало пробиваться сквозь кроны деревьев.

– Неделя. Если нас не остановят.

– А кто может?

Она чуть усмехнулась, но в её усмешке не было радости.

– Все, кто умеет чувствовать. Пробуждение Книги – это как удар колокола по миру. Те, кто служат Тьме, уже идут по нашему следу.

Они остановились у ручья. Аэрлин достала небольшой кристалл, погружённый в бронзовую оправу, и поднесла его к воде. Он мигнул голубым.

– Всё ещё чисто, – сказала она и кивнула. – Пьём и двигаемся дальше.

Когда Лиар наклонился к воде, он вдруг замер.

В своём отражении он увидел что-то странное. Его глаза… стали чуть светлее. Необычно, почти незаметно – но теперь они будто отражали небо, даже если оно было затянуто облаками.

– Ты меняешься, – заметила Аэрлин, не оборачиваясь. – Книга уже вплела тебя в себя. Это не остановить.

– И это плохо?

– Это неизбежно.

Вечером, когда они разбили лагерь на склоне холма, Лиар достал Книгу. Он чувствовал, что она как будто жаждет внимания. Она пульсировала, как живое сердце.

Он открыл её – и увидел страницу, на которой сам ничего не писал. Но там было слово.

"Беги."

Он не успел ничего сказать. Земля под ногами завибрировала.

Аэрлин вскочила, посох в руках – и в следующий миг из леса вышли трое. Высокие фигуры в чёрных плащах, лица скрыты масками. Из глазниц масок струился тёмный пар.

– Обречённые, – прошептала она. – Быстрее. Назови слово. Любое. Ты должен обороняться.

Лиар дрожал. Он не знал, какое слово выбрать.

Но в голове, словно голос изнутри, прозвучало:

"Пепел."

Он написал его дрожащей рукой.

И лес вокруг них загорелся без огня – деревья стали серыми, как будто их касалась зола. Один из врагов застыл, превратившись в статую из пепла, прежде чем осыпаться на землю.

Двое оставшихся зарычали.

И это был только первый бой.

Глава 6: Пепел на сапогах

Когда последние тени исчезли в лесу, и мёртвая тишина легла поверх осыпавшегося пепла, Лиар тяжело дышал. Руки дрожали. Сердце грохотало, как набат.

– Что это было? – прохрипел он.

Аэрлин подошла к нему, глядя на него внимательно, как на незнакомца.

– Это была сила, которую ты даже не начал понимать.

Она взяла его за руку – в той, что писала, теперь была рана, как ожог. Он почувствовал, как тепло её пальцев немного приглушило боль.

– Ты только что забрал чью-то суть. Превратил в пепел не просто тело – а историю. Переписчики не просто изменяют мир. Они переписывают души.

Лиар отвернулся. Его мутило.

– Я не хотел убивать.

– Но ты и не мог не убить. Или бы они убили нас.

Она выпрямилась, взгляд стал снова стальным.

– Мы не успеваем дойти до Хеврейна пешком. Есть путь… рискованный. Но он приведёт нас к воротам школы за один вечер.