Илья Крылов
Любимое лоскутное одеяло

Детство

2025

Привет! Меня зовут Илья, мне 29 лет, я люблю эту жизнь, да, именно так я решил начать!

Как можно не любить то, что уже сложно поменять, и не любить то, что предстоит ещё принять?

Давно я выносил в себе идею, что я невыносим (шутка), идею хоть как-то в памяти увековечить свои личные воспоминания, да и поделиться ими с вами!

Моё детство, странный промежуток времени между чем-то невинным и серьёзным, с годами начинаю помнить хуже и хуже, отсюда и желание излить всё на белый лист, ну или же оставить его пустым.

Почему так решил назвать сборник воспоминаний?

Ответ лежит не так глубоко, как признание самому себе в том, что ты действительно любишь своё прошлое и принимаешь своё настоящее.

Что представляет из себя лоскутное одеяло? До первого «пушка» между носом и губами лоскутное одеяло кажется волшебным, магическим и необычайно красивым.

Затем с годами приходит понимание схемы и как оно было сделано, всего лишь кучка остатков материала, сшитые меж собой, отсюда и неповторимый узор.

Свои первые лет так одиннадцать я запомнил, как яркие вспышки, подобные лоскуткам, отсюда и такое странное сравнение.

При этом всё, о чём пойдёт речь, так или иначе будут крутиться вокруг улицы Северной в городе К.

А если хочется понять, о чём конкретнее, то о моей любимой бабушке Нине Сергеевне Кузнецовой и о её любимом внуке!

Постараюсь с детской теплотой и любовью показать вам, насколько бывает интересный мир, когда ты всё вокруг любил!

Улица

Что же представляла из себя улица Северная глазами восьмилетнего мальчика?

Забавные длинные домики, построенные по одному типовому проекту квартирного дома. Понимал ли это тогда? Скорее нет, чем да.

Дом моей бабушки был четвертым от поворота, чтобы было понятнее, сама улица находится на трассе местного значения между городами К. и В.В. По первым буквам понять можно и так, откуда ноги растут, просто название большое, и не хочется лишние чернила на это тратить.

Также примечательный момент был в том, что ориентиром приближения к дому всегда была табличка окончания города, но несмотря на то, что город перечёркнут красной чертой, он продолжается ещё полкилометра.

Пожалуй, с поворота и начнём, ибо он был раньше живописнее и имел особое значение для всех, кто пытался ловить попутки в направлении деревни Пень. Среди внушающих страх ночью, а днём вызывающие вдохновение тополей было пару лавочек и остов классической советской остановки. Зайдя за остановку, можно было обнаружить пожарный пруд с неизвестной мне глубиной и по сей день.

Местность была болотистая, а почему была?

Пару лет назад правительство области приняло решение поставить «временный завод» для ремонта трассы «Торжок – Осташков», дабы не гнать технику издалека и производить асфальт прямо на месте ремонта. Место давно пустовало, особо не использовалось, и монстр из контейнеров и башен нашёл своё пристанище. Говорилось, что он будет временный, а завод поныне там же, и стал даже чуть больше, чем был изначально. Раньше имелся свой завод по производству асфальта, а сейчас можно только побродить по его руинам. Тополя вырубили, болото и пруд засыпали песком и дорожной крошкой, от прошлого вида осталось совсем немножко.

Каждый раз перебегая эту трассу, именно перебегая, ибо никак её в этом участке не перейти, ближайший пешеходный переход располагался в полукилометре от нужной мне дороги. Направление движения и по сей день остаётся большим и шумным, туристический потенциал Осташкова растёт и растёт, и каждый побывавший на озере Селигер проезжает мимо дома моей бабушки. Тополя были ориентиром, а дальше всё просто: три абсолютно похожих друг на друга дома, а в четвёртом у окна меня уже с нетерпением ждали.

Если бы у меня была возможность, я бы с радостью поделился фотографиями своих родных мест. Но пока мне приходится довольствоваться лишь скромным описанием.

Дома как дома, разделённые ровно пополам единой стеной, а так у одних вход слева, у других справа. Между участками маленькая деревянная изгородь, отдельный въезд и своя калитка. Слышимость, конечно, оставляла желать лучшего, на повышенных тонах точно не поговоришь, хотя можно ли что-то скрыть от соседей?

Перед домами у всех располагался и по сей день располагается огородик, благо строения далеко построены от дороги, и не пропадать же земле.

Жителей первых домов толком-то и не помню, редко там бывал, однако они знали мою маму и всегда приветствовали меня. Третьим же домом являлась дорожная контора, её отличительной чертой стали берёзы, сейчас уже признаны аварийными, а двадцать лет назад они были прекрасны!

У первой половины конторы начиналась тропинка, ведущая прямо к калитке, родному крыльцу.

Надо было пройти пять берёз, большие ворота зелёного цвета, чаще всего закрытые на внушающие доверие цепь, да и собаки не давали повода для расслабления.

Соседи, жившие по соседству с бабушкой, тоже держали собаку. В детстве она часто пугала меня, внезапно появляясь из самых неожиданных мест. Она могла спрятаться за кустом или за деревом, а иногда высовывала морду из-под ворот и громко лаяла.

От съезда к соседям начиналась старая асфальтовая дорожка. Она была настолько старой, насколько вы можете себе представить. Дорожка шла под небольшим уклоном. Если смотреть на дом с большой дороги, то половина бабушкиного дома будет слева. Поэтому мы вприпрыжку проходили мимо декоративных кустов и оказывались у маленькой дверцы, ведущей в моё детство.

Чтобы закончить рассказ про улицу Северную, скажу, что участок граничил с лесопилкой, она и по сей день там находится. Из всех изменений там открылось похоронное агентство, шиномонтаж да магазин автозапчастей.

Такой запомнилась Северная, у каждого свои любимые места, а следующая часть будет посвящена описанию дома!

Дом

Дом, а что мы называем домом?

Место, где мы впервые появляемся на свет, тоже можно назвать домом. Из этого дома нас переносят в другой, где мы живём долгое время. Садик, школа, магазины – всё это, согласно документам, тоже дома. Даже если мы живём в квартире, мы всё равно называем её домом!

Сегодня я хочу рассказать вам о доме моей бабушки. Вы узнаете, каким он был раньше и как изменился с тех пор. Пожалуй, самое время приступить к этой истории!

Как уже упоминалось ранее, пройдя по старой асфальтовой дорожке, мы оказываемся у калитки, которая ведёт на участок.

Спереди было некого и незачем бояться: там находилась небольшая садовая ограда высотой не более полутора метров. Сбоку же располагалась организация, занимающаяся обработкой леса, и там забор был более массивным и плотным, высотой не менее двух метров.

От соседей защищал декоративный заборчик, сделанный по принципу «тяп-ляп», и с соседями всё на лад.

За надёжность и безопасность от проникновения на территорию защищала вертушка, прибитая на несколько гвоздей, да резинка непонятного происхождения, наброшенная на штакетник от столба.

Затем, преодолев все трудности, не забыв заглянуть в почтовый ящик, который, как и положено, находился слева от входа, чтобы проверить, нет ли свежих газет или других важных сообщений, мы оказывались на тропинке, ведущей к дому.

С обеих сторон тропинки – вспаханная земля, готовая к посеву. У забора растут жасмин и черноплодная рябина. Вдоль дорожки высажены цветы, которым здесь всегда уделяется особое внимание.

Встречает меня маленькая собачка «Белка» со своей верной подругой кошкой «Дашкой», так забавно спускаясь с каменного крыльца.

Первое, что бросается в глаза и что сохранилось до наших дней, – это крыльцо с четырьмя-пятью ступеньками, покрытое крышей. На нём есть лавочки, где можно было посидеть. Обычно на них хранились дрова или размещалась хозяйственная утварь.

Массивная деревянная дверь была направо, имелся звонок, изнутри, как и принято, запиралась на шпингалет, хотя и имелась личина.

Дверь вела внутрь, в коридор с пятью дверями. Самая дальняя и центральная вела в дом. Первая дверь налево вела в туалет, напротив неё была кладовка. Крайняя правая дверь вела на террасу, а противоположная ей – на чердак, где можно было сушить бельё и хранить «самые нужные и полезные» предметы быта.

Дверное полотно, обтянутое современным дерматином, не вредит дереву, но как же оно замечательно выглядит!

Открыв ещё одну тяжёлую дверь, а именно ту, что находится в центре, мы оказываемся в прихожей. Не забываем снять обувь и надеть тапочки, а то бабушка ругаться будет!

В общих чертах всё довольно просто: прямо находится небольшая комната, которая граничит с соседской стеной и является самой тёплой. Слева расположена кухня, а справа – просторный зал с обилием света, за который отвечают два больших окна.

Снаружи дом имел всего три окна: два в жилой части и одно на террасе. Окна располагались по обеим сторонам здания.

Из окон открывался прекрасный вид на огород и верхушки небольшого леса, который начинался сразу за участком. Я неоднократно собирал там целые корзины грибов, но об этом чуть позже.

Парочка сараев, ставших впоследствии хранилищем сырья, а когда-то давно там жили свиньи, гуси, куры и кролики. Да, хозяйство раньше было большое, однако силы уже не те, и кошки с собакой хватало с головой.

В доме были все необходимые коммуникации: электричество, водопровод и газ, правда, в баллонах. Тогда это было распространённой практикой, поскольку газификация в том районе была только в прошлом году, а жители ждали своей очереди на подключение к газопроводу около двадцати лет.

Отопление в доме было печным, поэтому на участке стояли два «дровяника» – специальные строения для хранения еловых и берёзовых дров, которые всегда использовались в паре.

Хотя от ёлки остаётся много золы и мусора, её использовали для растопки печи. В холода топили берёзой, а несколько веток можно было добавить во время готовки.

На мой взгляд, осина лучше берёзы подходит для отопления, но не у всех есть возможность приобрести и заготовить достаточное количество этого материала.

Обычно мы покупали у соседей так называемые «срезки» – обрезки и остатки бруса, которые пилили и складировали. Это было недорого, и такое топливо неплохо грело.

В доме было две печи. Одна из них обогревала большой зал и прихожую, занимая при этом совсем немного места. Примечательно, что у этой печи не было углов, поскольку она была круглой. Да, вы не ошиблись, именно такой она и была – круглая печь, и я не встречал аналогов ей до сих пор.

Мне неоднократно приходилось иметь с ней дело. Она была очень надёжной, особенно когда всё было сделано с любовью и должным образом.

На кухне стояла чугунная плита с духовкой, и я с удовольствием готовил в ней самые разные блюда, включая запечённого гуся.

Также в доме был неглубокий подпол, который не использовался для хранения вещей, а скорее для доступа к трубам в случае замерзания воды или протечки.

В целом, это был небольшой домик зелёного цвета с двумя окнами, двумя трубами и крышей из шифера. Всё просто и функционально, без излишеств. Единственным украшением был металлический конёк – это было самое важное.

Сейчас от дома остались только забор, крыльцо и фундамент. О том, как так вышло, поговорим как-нибудь потом. Не хочу портить себе и вам настроение, давайте лучше отправимся за земляникой!

Дорожка, ягоды, цветы

Как я уже предлагал ранее, давайте отправимся со мной на прогулку за земляникой. Пока чай греется в самоваре и пекутся блинчики, нужно принести что-то к чаю.

С приходом лета на полях появляется земляника, а неподалёку от наших ворот есть небольшая полянка, где её можно собрать – всего лишь минута ходьбы.

Что может быть лучше для ребёнка, чем возможность заглядывать под каждый листочек в надежде отыскать там заветную красную ягодку? Особенно когда всё так близко – можно взять чашечку и отправиться на поиски, чувствуя себя настоящим добытчиком.

Тропинка была недлинной, всего около 50 метров. Она петляла и шла параллельно асфальтированной дороге, то поднимаясь, то опускаясь. Из-за разницы в уровнях дорожного покрытия и тропинки образовывались склоны и подъёмы.

С левой стороны тропинки росло много деревьев, которые создавали тень и защищали от пыли. Насколько помню, там росли в основном ольха и берёзы.

Возможно, именно на этом участке асфальта я учился ездить на велосипеде. Точно не помню, но я умею ездить, а значит, где-то же тренировался.

На участке также были грядки с садовой клубникой, которой всегда было вдоволь, и всем хватало. Кроме того, росли несколько кустов смородины, крыжовника, вишни и сливы. Для полноты картины не хватало только яблони!

Ещё на участке росли два кедра, или, как их называют учёные, сосны.

Для меня, что бы ни говорили специалисты, кедры остаются кедрами, потому что они главное украшение дома, в котором я прожил почти 25 лет. Возможно, когда-нибудь я напишу об этом, но точно не сейчас.

Мы собрали ягоды, и половина дела сделана. Осталось выполнить важную миссию, которая есть у каждого внука.

Вы спросите, что это за миссия? Отвечу: собрать как можно больше цветов. Ах, как же я любил нарвать большой букет луговых цветов и подарить его бабушке! Её цветы с клумб я никогда не трогал, если только мне не нужно было собрать букет в школу.

Классический букет для сентября: несколько веточек гладиолуса, что-нибудь зелёное (если есть) и, возможно, георгины (если они ещё не завяли). И обязательно нужно обернуть всё это в целлофановый пакет – никакой упаковки и ленточек не требуется!

На мгновение я забыл название этого цветка, но, увидев его фотографию, сразу вспомнил. Мыльнянка, или сапонария, была моим самым любимым цветком для составления букетов. Собирать её было очень легко, ведь она росла в канавке прямо напротив калитки бабушкиного дома.

Выйдя из дома, я набирал полную руку этих цветов и спешил подарить их кому-нибудь!

Много ли нужно цветов для детской ручки? Совсем немного. Как, должно быть, радостно наблюдать из окна за этим зрелищем и осознавать, что совсем скоро твой внук постучится в дверь.

Вспоминая каждый раз, в моём сознании сразу же возникает сладкий цветочный аромат, который исходил от небольшой кучки мыльниц.

А какие цветы ассоциируются у вас с детством?

Соседи

Глава должна была быть посвящена соседям, но, честно, не знаю даже, смогу ли я что-то новое поведать, а точнее, вспомнить…

Я решил описать всё предельно ясно и подробно, чтобы вы смогли ощутить атмосферу моего детства. Однако, к сожалению, не могу вспомнить ни одной детали, ни одного события, которое бы оставило след в моей памяти.

Дом мы делили вместе с молодой семьёй, объединяющим моментом была только единая стена, да заборчик между участками. Может быть и во времена молодости моей матери, что-то происходило, до моих ушей это точно не доходило.

Однако, по соседству были организации, одна лесоперерабатывающая, другая дорожная.

Первая шумела днём, вторая, сменяя её, гудела ночью.

Вы смогли бы спокойно спать, когда в метрах 50 от вас беспрерывно пилят лес?

Всё начинается очень просто, сначала вздрагиваешь от шумного гула и треска, труженик ЗИЛ на своём горбу притащил пару кубов леса, затем звучит продолжительный гудок, напоминающий сторожу, что надо открыть ворота. Заезд на территорию, выбор лучшего места для разгрузки, небольшой перекур да обмен новостями, а далее самый нелюбимый этап – разгрузка.

Многие не любят её, нужно сделать быстро и качественно, ибо от того, как ты всё складируешь, будет зависеть скорость переработки и отгрузки готового товара. Аутригеры опущены, начинается самый важный этап, опытный водитель справляется с ним за полчаса, всё как на автомате, одно бревно за другим, как семечки. Чаще всего работали с елью, сосной и берёзой.

Хвойные деревья можно было использовать для самых разных целей, а вот лиственные породы чаще всего шли на дрова, и лишь изредка – на доски. Не секрет, что около 85% материалов, используемых в строительстве, производятся из хвойных пород деревьев. Это связано с тем, что хвойные деревья легко обрабатывать, и они обладают свойствами, которые соответствуют современным требованиям к строительному лесу.

Берёза же, в свою очередь, труднее поддаётся обработке, тяжелее и способна под воздействием погодных факторов терять свою форму и цвет. Зато как горит (температура горения 800 °С), как трещит, да какое же даёт тепло белоствольная красавица!

Закончив один из этапов, техника уходит до утра на отдых, с восходом солнца она уже будет пробираться к далёким делянкам в поисках нового сырья для распиловки. В общем, замкнутый круг: одни производят, другие транспортируют, третьи продают, четвёртые обрабатывают, пятые реализуют – и так до бесконечности…

Лесопилка слева, а вот справа база для ремонта дорожного покрытия.

Гигантские горы песка, горы асфальтной крошки и прочие материалы. Ворота только успевали открывать и опускать, то одно привезли, надо высыпать в кучку, то куда-то срочно понадобился, надо насыпать целый кузов. С одной стороны лесовозы, с другой стороны гружённые самосвалы, а мне-то иногда и поспать хочется, да и проскочить между ними надо.

По горам песка, конечно, не лазил, как и по лесной бирже не слонялся, при этом отпечаток в памяти надолго остался…

Запомнилось что-то по соседству, так как мне, чтобы всему этому нашлось место в рассказе?

Поля, деревья

Спустя лет так двадцать начинаешь вспоминать, чем ты занимался в детстве, и осознаёшь – небезопасно.

В наши дни, вероятно, уже не существует традиции собираться мальчикам, чтобы побегать по гаражам, особенно в зимнее время, когда в случае опасности можно прыгнуть в снег и скрыться.

Сколько себя помню, всегда было какое-то желание забираться на деревья, порой не понимая, как это опасно.

Мальчишки познают мир через ссадины, синяки, царапины и шрамы. Только так они могут понять, что такое высота, глубина, скорость и другие физические характеристики.

Лазил я чаще всего по лиственным деревьям, благо они росли вдоль любимой тропки с земляничкой.

Теперь от них не осталось и следа. Они были выкорчеваны полностью, даже пни были убраны, на их месте просто яма, и открывается вид на офис.

Берёза и ольха всегда украшают себя серёжками, создавая неповторимую красоту. Тот, кто хоть раз увидел эти природные украшения, навсегда запомнит их очарование.

Обычно весной, когда на берёзах только набухают почки, можно наблюдать живописную картину. А на ольхе украшения висят круглый год. Чаще всего их можно увидеть зимой, когда стволы голые, чёрные, а на них – маленькие шишечки!

Не сказать, что как-то ловко мне удавалось взбираться по деревьям, моя грация – гравитация. Ловкость одноногой кошки с привязанным к хвосту ящиком картошки.

Любимым же местом для постоянного лазанья и покорения высот были клёны на родной улице имени Ломоносова.

На момент написания черновика, впрочем, как уже и лет как пятнадцать от них остались только мёртвые стволы, с постепенно отделяющейся от ствола корой.

В те годы, когда я был ребёнком, клёны в моём воображении были величественными великанами, а не сухими скелетами.

Признаюсь вам, я люблю осень, конкретно все три стадии золотой осени. Первой стадией можно назвать появление на зелёных листьях первых чёрных пятен. Пятна, дырки, как их ни называй, они неизбежны, так же, как и синяки на руках и ногах во время первых попыток освоения двухколёсной техники. Вторая стадия – буйство красок, обилие всего спектра цветов на кленовых листьях. Финальный этап – падение на сырую и грязную землю в попытке укрыть её и защитить от холодов!

В моём воображении возникает один образ, который часто возникает в моих мыслях, и я просто не могу не поделиться им с вами.

Улица Ломоносова не сказать, чтобы была сильно длинной, домов 7–8 всего, и по старой доброй традиции в её середине имеется колонка. Возможно, наличие постоянного источника воды и стало мотиватором для роста ясеня и двух вышеупомянутых клёнов.

По ясеню было лазить неинтересно, старый, ломкий, да и вокруг него были заросли дикого шиповника, пробираться сквозь которые хочется только в случае крайней жизненной необходимости. Рваная одежда, царапины на всех открытых частях тела – вот она, цена знакомства с кустиком белых роз.

Поэтому мы выбрали клёны. У них крепкие стволы, нет иголок, и они способны выдержать большую нагрузку. Мы могли забраться на дерево вдвоём. Одна из веток, расположенная близко к вершине, служила нам своеобразной смотровой площадкой.

Из этого места открывался вид на часть города, которая была недоступна мне в детстве – на всё, что находится за переездом. Особенно привлекали взгляд листья тополей: осенью они приобретают замечательный серебристый оттенок. Засмотревшись на это, можно забыть о том, зачем сюда пришёл и есть ли ещё какие-то дела.

Давайте вернёмся на Северную улицу. Где-то там, среди стволов берёз, всё ещё можно увидеть бескрайние поля.

Не знаю, по какой причине и было ли это официально оформлено, но на противоположной стороне от дома, ближе к лесу, располагался участок, на котором выращивали картофель.

Раньше с этим было как-то проще, что ли, и все участки от трассы Торжок – Осташков до улицы Красная Заря использовались по сельскохозяйственному назначению. Трактором распахали, вручную посадили, насадку поменяли, да осенью мешков восемь собрали. Техника часто ездила, благодаря труженикам на «Белорусах» в поле появилась дорога, перемещаться по нему стало проще.

Сейчас всё заросло, и с весны до поздней осени здесь колосится только борщевик. Больше ничего не растёт, и трудно поверить, что когда-то здесь кипела жизнь.

Когда ты маленький и активный, поездка на дачу кажется не работой, а увлекательным приключением. Ты можешь бегать по бороздам, соревноваться, у кого самая большая картофелина, играть в прятки или даже ходить по грибы.

Припоминаю случай, когда кто-то из нашей компании сделал трубочку из ствола сухого борщевика. Изобретение признали гениальным, однако родители не оценили смекалку и наложили мораторий на использование подобных технологий в полевых и дворовых играх.

Лишь спустя годы, получив доступ к различным источникам информации, включая книги, я осознал, насколько опасны игры с подобными природными материалами.

За всю мою жизнь я ни разу не получил ожога от «растительной чумы» в Тверской области, хотя мне часто приходится с ней сталкиваться. Очаги этой заразы есть и в лесу, и в городе, и даже на кладбище она встречается. Вот почему это «чума», и единственный способ избавиться от неё – это выжечь!

Пока я редактировал главу, мне вспомнились два моих любимых места в поле, к которым я мог добраться, спустившись к дому.

Первое из них – это сказочная полянка с подснежниками, на месте которых потом распускались ландыши.

Вторым таким местом можно назвать небольшую полянку с несколькими кустами черёмухи, которые своим пьянящим ароматом отпугивают комаров с близлежащих полей. Здесь можно собрать букет полевых цветов, погадать на ромашке и просто прогуляться с бабушкой, взявшись за руки.

Доводилось ли вам лазить по деревьям, да бегать по полям, в детских глазах подобно бескрайним землям, таким таинственным и интересным?

Впереди нас ждут зимние развлечения! Расскажу о том, как зимовали на Северной и как готовились к волшебной поре!

Зимние забавы

Не помню, справлял ли я главный праздник зимы на Северной, но январь богат разными событиями, в том числе моим днём рождения.

Для мальчишек зима – это время санок, лыж и других развлечений, связанных с катанием. Мы испробовали всё: от линолеума до пакетов и картона, чтобы насладиться зимними забавами.

Какое ваше любимое средство для спуска с ледяных горок?

В нашем районе не было горок, но всегда можно найти другое развлечение!

Обычно мы проводили зимние прогулки в компании близких: брата, сестры и их друзей. Но даже в такие маленькие компании у нас с братом всегда находилось множество увлекательных занятий и игр, которые зимой становились особенно интересными!

Например, мы любили прыгать с крыши дома в сугроб. В центральной части России, если зима была снежной, сугробы были глубокими, и нам было не страшно в них прыгать.

Конечно, мама не раз ругала нас за такие развлечения, ведь они могли быть опасны, а крыша не всегда выдерживала наши прыжки. Но мы не расстраивались, а просто переключались на забор или сарай, и наши синхронные прыжки в снег продолжались с ещё большей энергией.

Удивительно, сколько же было сломано штакетника, порвано брюк и разодрано курток! О количестве потерянных перчаток и шапок даже не стоит и говорить – им просто нет счёта!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.