Джей Карт
Золотая жемчужина

Золотая жемчужина.

Богатств на дне морском – не счесть,

В тех неизведанных глубинах

Таятся зло, коварство, лесть…

И души в жемчуге красивом.

Зов моря всегда проникал в самое сердце Ники.

Может ли что-то быть прекраснее, чем умиротворяющий шум волн, ласкающих белый песок? Лазурная вода подкрадывалась, игриво касалась загорелых ног девушки и уползала обратно, забирая с собой все тревоги. Теплый ветер приносил на сушу запах соленой воды и водорослей, пока тонкие пальцы ласково скользили по струнам форминги. Незамысловатая мелодия переплеталась с тихим пением и тонула в шелесте волн, сливаясь в унисон с голосом моря.

Береника не перестала любить море даже после того, как оно забрало ее отца.

Когда солнце склонилось к горизонту, оставляя алую дорожку на морской глади, Ника поняла, что не одна. Незнакомец сидел на песке поодаль от нее и смотрел на волны, игнорируя присутствие Береники.

– О, – только и смогла выдавить она. – Впервые вижу здесь кого-то.

Янтарный взгляд молодого человека скользнул по Беренике и зажегся интересом.

– Я тоже, – заметил он.

У него оказалось красивое лицо с выразительными скулами. Темные волосы до плеч трепал теплый ветер, а загорелая кожа золотилась в закатных солнечных лучах. Ника отметила про себя его несколько небрежный вид: светлая рубашка расстегнута на груди, рукава завернуты до локтей, а на темных штанах белеет песок. И все же небрежность внешнего вида не уменьшила привлекательности незнакомца.

Она прочистила горло и смущенно спросила:

– Мое пение не помешало?

– Чему?

– Слушать песню моря.

Чувственные губы ее собеседника дрогнули в легкой улыбке.

– Ты поешь достаточно красиво, чтобы дополнять ее.

Береника улыбнулась в ответ, прижав к себе формингу.

– Спасибо, вежливый незнакомец.

– Если мы представимся друг другу, то уже не будем незнакомцами, – заметил он и провел пальцами по волосам, отбросив их с лица.

– Береника.

– Агенор.

– Приятно познакомиться, Агенор, и прощай. Уже довольно поздно, а мне нужно быть дома до того, как стемнеет.

Агенор с пониманием кивнул.

– Во тьме всегда таится нечто неизведанное, и не всегда оно настроено к нам по-доброму. Береги себя, Береника.

Он произнес ее имя так, словно наслаждался его звучанием в теплом вечернем воздухе. Ника прошла мимо, чувствуя под ступнями горячий шелк нагретого солнцем песка. Ее щеки горели.

Поднявшись по камням вверх, она услышала за спиной негромкий голос Агенора:

– Надеюсь, ты споешь еще раз эту песню вместе с морем, Береника.

– Непременно, – тихо усмехнулась она.

Ее сердце трепетало с уверенностью, что они еще увидятся.

Луна успела пройти целый цикл, а после еще один, и все это время Береника каждый день приходила на уединенный пляж, чтобы поиграть на форминге.

И чтобы увидеться с Агенором.

Сердце ее радостно замирало каждый раз, когда она спускалась и видела его волосы, растрепанные соленым ветром, мягкую улыбку и радость, искрящуюся в янтарных глазах. Агенор стал ее утешением, тайным другом и поддержкой в тот момент, когда ей показалось, что она совсем одна в этом мире.

Иногда Ника играла и пела, а он молча слушал ее, с тоской глядя на лазурные волны. В другие дни они делились разными историями. Береника – о праздниках и городах, которые ей довелось увидеть во время путешествий с отцом, или о книгах, прочитанных тайком. Агенор рассказывал ей сказки и легенды о море, которых Ника никогда в жизни не слышала. С Нором было очень легко – мало кто в ее жизни с таким вниманием и восхищением относился к ней, как ее новый друг. Нике было ново чувствовать себя по-настоящему интересной. Они так хорошо понимали друг друга, будто у них была одна душа на двоих.

Иногда человеку бывает нужно так мало: быть услышанным и быть нужным не только себе, но и тому, кто тебе небезразличен.

Они не говорили о своих семьях, но обсуждали тысячи иных вещей, которые их волновали.

Когда Агенор говорил о море, его взгляд становился задумчивым, глубоким, словно это было нечто важное, какая-то неотделимая часть жизни. Тогда они замолкали и вместе наблюдали за волнами и далекими кораблями, которые проходили мимо забытого Владыками пляжа. В такие моменты казалось, что весь мир сужался до маленького пространства с алебастровым песком, который ласково лизали бирюзовые волны.

– Ты очень любишь море, – в один из дней заметила Береника.

– Больше, чем что-либо, – тихо ответил он. – Мы с ним почти неразделимы.

В этот момент он выглядел таким печальным и уязвимым, что Ника отложила формингу в сторону и придвинулась к нему ближе. Затем, помедлив, положила узкую ладонь ему на щеку и ласково провела пальцами по горячей коже.

– Ты чувствуешь себя одиноким?

Ее ярко-зеленый взгляд пересекся с янтарным. Агенор положил свою ладонь поверх ее.

– Не с тобой. С тобой я ощущаю себя… цельным. Как будто я впервые вижу жизнь, чувствую ее глубину. Вижу что-то большее, чем бесконечную и равнодушную гладь воды. И мне кажется, что ты видишь меня… настоящим.

– Я действительно вижу тебя, Агенор. Вижу твое сердце.

Береника улыбнулась и опустила взгляд на его губы. Ее сердце забилось в волнительном предвкушении, когда она придвинулась еще ближе, а затем прижалась своими губами к его губам. Это был недолгий, но очень приятный поцелуй – нежный, робкий, утешающий, со вкусом морской соли и сладкой первой влюбленности.

Глаза Агенора расширились.

– Ты поцеловала меня.

– Определенно, – смущенно отозвалась Береника, и на ее загорелой коже проступил легкий румянец. – Ты считаешь, что это было… неподобающе?

Ей еще не доводилось целовать мужчин и никогда не хотелось никого поцеловать так сильно, как Нора. Она хорошо понимала его чувства и смятение.

– Я считаю, что это потрясающе, – выдохнул Агенор.

Он запустил пальцы в длинные темно-золотистые волосы девушки и привлек ее к себе. Теперь он целовал ее – сперва медленно, а после более настойчиво, исследуя ее губы. Их языки переплелись в чувственном танце. Время остановилось, и во всем мире были лишь они – два одиноких сердца, бьющихся как одно.

После долгих поцелуев они сидели, обнявшись, и их счастье не требовало слов – все было сказано прикосновением губ, рук, теплом, разделенным на двоих.

– Ты тоже любишь море, Береника.

Это был не вопрос, а утверждение.

– Да. С детства. У меня в комнате целая коллекция красивых раковин, и некоторые из них хранят шепот моря. Ну, знаешь, когда подносишь ее к уху и слышишь шум волн, – мягко улыбнулась Ника. – Я могла бы слушать их часами.

Агенор улыбнулся и поцеловал ее в висок.

– Я тоже. Хотя звучание твоего голоса я теперь люблю больше, чем зов моря.

В тот вечер Беренике особенно не хотелось подниматься наверх. Она шла медленно, все еще ощущая сладкий вкус их поцелуев, и в животе порхали бабочки счастья. Но как бы Нике ни хотелось остаться на пляже, мачехе ни к чему было знать, что ее падчерица тайком выбирается за пределы дома и обширного сада.

И именно сегодня, проскользнув в пышный цветущий сад, Береника сразу наткнулась на Рею, свою служанку, чье лицо выделялось бледностью на фоне темных олеандров и оливковых деревьев.

– Рея, сегодня…

– Скорее, Береника, – прошептала хрупкая девушка, испуганно оглядываясь. – Хелона приказала привести тебя еще два часа назад. Она в очень дурном расположении духа из-за того, что ты все еще не в ее покоях.

– Что случилось? – нахмурилась Береника.

Вся ее необычайная радость и ощущение счастья испарились, оставив после себя лишь тугой узел тревоги в животе.

– Я не знаю, – покачала головой служанка.

Вместе с Реей они пересекли сад и шагнули в распахнутые двери. Ни один из стражников у дверей даже не шелохнулся, и Береника лишь мельком заметила отблески света на их наконечниках копий, направленных в темнеющее небо.

Девушки прошли через внутренний двор мимо круглого фонтана с мраморными статуями семи Владык в самом центре. Тихое журчание воды, которое обычно успокаивало, лишь еще больше взволновало Беренику. Прохладный ветер заставил ее поежиться в предчувствии дурного, пока они поднимались на второй этаж. Рея осталась в коридоре, на мгновение сжав холодную ладонь Береники.

Ника кивнула в ответ и вошла в покои мачехи.

Хелона растянулась на синем бархатном ложе, и руки Фебы, старой рабыни, спину ее госпожи. Насколько мачеха была внешне красива – подтянутая фигура, прекрасное лицо и пышные темные волосы, полная грудь и крутые бедра – настолько гнилой и злобной эта женщина была изнутри. И как отец не замечал ее внутренней отравы все эти годы? Хотя, что уж здесь таить, на людях Хелона прекрасно умела притворяться милой и заботливой.

– Где ты была, дочь? – голос женщины сочился ядом.

Береника стиснула зубы. Ее настоящая мать умерла, когда сама Береника была еще младенцем. Быть может, она и не помнила женщину, которая породила ее на свет, но видят Семеро, она точно не была такой же испорченной, как Хелона.

– Я была в саду, Хелона, – Береника особенно выделила ее имя вместо того, чтобы назвать ее матерью. – Играла на форминге.

Для большей убедительности она похлопала себя по сумке с музыкальным инструментом.

– Оставь нас, Феба, – приказала женщина, поднимаясь со своего удобного ложа.

Феба поклонилась своей госпоже и исчезла за пологом, вышитым золотыми нитями. Никто в этом доме не любил Хелону, но все старались ей угодить – слишком хорошо прислуге запомнилась история Гестии, бывшей служанки матери Береники. Она первая и последняя осмелилась показать пренебрежение новой хозяйке дома Лацисов, а спустя два дня ее нашли мертвой. Лекарь лишь развел руками и заявил, что у служанки остановилось сердце.

Но Береника не поверила, ведь Гестия была здоровой, полной сил женщиной. Если ее жизнь отобрали насильно, то скорее Хелона со своими кознями, чем Семеро Владык.

Она не терпела даже малейшего неповиновения.

– Ты лжешь, – жестко заявила Хелона.

Ее темный взгляд, глубокий, как лабиринты Владыки Ночи, вперился в изумрудный омут глаз Береники. Та выдержала, даже не моргнув.

– Я музицировала, это правда, – честно повторила Ника.

Что же, это совершенно не ложь, а обо всем остальном ей знать не положено. Агенор – ее секрет, и жестокосердной мачехе она его точно не доверит.

– Сделаю вид, что поверила в твое вранье, – глаза, окаймленные темными ресницами, сузились. – Я велела позвать тебя с определенной целью. Ты выходишь замуж.

– Ч… что? – опешила Береника.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.