Дарья Вознесенская
Я – дракон

Пролог

– Марика?

Не повезло.

С самого утра не везло, не везло, а сейчас ка-ак не повезло. Как-будто к моей собственной «несчастливости» сначала прибавили ретроградный Меркурий в лице водителя, забрызгавшего водой из ледяной лужи.

А теперь еще и какие-то другие, незнакомые боги вмешались.

Или все дело в моем характере и нечего кивать на богов, коли сама наела… пусть будет пять лишних килограмм, лишилась заказа и потащилась через полгорода туда, куда точно не стоило?

Могла же предположить, что бывший сюда продолжает захаживать. И что мне эта встреча не доставит удовольствия: мы вроде не враги с ним, но осадочек остался. Два месяца прошло всего. Екает. И болезненно.

Мне просто хотелось запить паршивое настроение своим любимым кофе! Угу, в стаканчике с надписью: «Слезы моих бывших». А тут такая неожиданность. И еще большая неожиданность – то, что Кеша развернет меня за плечи от стойки и аккуратно подпихнет в сторону выхода со словами:

– Тебе не стоит здесь больше появляться. Я не хочу окунаться в неприятные воспоминания.

Я так удивляюсь, что почти позволяю дотолкать себя почти до стеклянных дверей, пока повторяю про себя сказанные слова.

«Не стоит появляться»?!

В «неприятные»?

«Он» не хочет?

Так, стоп.

– Это моя кофейня, – шиплю, тормозя и разворачиваясь, – Я первая ее нашла! Это для меня бариста придумал варить кофе с каплей ликера, апельсином и корицей, это я здесь проводила часы за ноутбуком… С чего я должна менять свои привычки?! И с чего ты решил, что можешь мне это запретить?

Завожусь. Повышаю голос.

Точно характер, а не Меркурий.

– С того, что я работаю неподалеку, и мне удобно заходить именно сюда, – кривится парень, – И девушку свою новую привести, если что! И…

– Да хоть табун девушек новых. Это твои проблемы, если ты стесняешься.

– Я не стесняюсь! Но считаю разумным разграничить сферы влияния.

Морщусь.

В чем-то он прав.

Насколько бы мы цивилизованными ни были, но таскаться в одни и те же места так себе идея. Мало, что воспоминания – еще и всеобщая неловкость,

Это конечно гадство – расстаться спустя два вполне хороших года, после того как у вас появилась куча совместных мест, блюд, всяких моментов, еще и друзей. А потом думать, кому что достанется.

Но…

Мальчики направо – девочки куда хотят.

– Кофейню не отдам, – заявляю мрачно.

– Это глупо, Марика. Ты живешь далеко отсюда, тебе неудобно ездить сюда специально. Ха. Не аргумент. Как будто другие люди не ездят «специально» на работу. И вообще, откуда он знает, что я далеко живу теперь?

– Раньше тебя не смущало мое неудобство, ты считал это судьбой, – продолжаю отвечать на повышенных тонах. А голос у меня звучный, вся кофейня уже слушает.

– Раньше я и тебя судьбой считал – но все изменилось!

– Ребят… может не будете так орать, а?

Мы поворачиваемся и смотрим на неизвестно откуда взявшуюся Ольгу, мою подругу.

– Оль? Вот это сюрприз… – теряюсь даже, – А ты здесь как?

– Я… – тоже теряется. И краснеет, переводит беспомощно взгляд то на меня, то на Кешу, то на пол, дергает себя за светлые пряди, – Я вообще-то…

– Она пришла ко мне на встречу, – бурчит мой бывший… и обнимает девушку за плечи.

Икаю от еще большей неожиданности.

– Погоди, не поняла… то есть ты не только мою кофейню решил отжать себе, но и подругу? Или… – отступаю на шаг от парочки и смотрю на них почти с ужасом, – Или вы еще раньше?

– Что ты, Марика! – всплескивает руками Оля. Выглядит она при этом довольно несчастной. Но мне как-то не до ее состояния. У меня вызывает опасение мое собственное: крыша едет от таких «новостей», – Я бы никогда… просто Кеша, он… Я честно боролась со своими чувствами к нему, но…

– Да что ты мямлишь! Объясни нормально!

– Не кричи на Олю!

И я отступаю еще на шаг, изумленно качая головой.

– Нет ну вы посмотрите какой зверь. Порвет за свою бабу. А два месяца назад за другую свою бабу, то есть за меня, порвать был готов. Оль, как так? Какие чувства? Ты же постоянно Кешу на все лады поносила, говорила что он мне не пара… пилила за каждый его промах… Ты что это, специально? Мы с первого курса с тобой лучшие подруги – и ты такую подлянку устроила?

– Да нет же! Я не специально! Я таким образом защищалась,! Слушала недавно одного психолога, так вот он рассказывал, что это часто бывает не только у детей, но и у взрослых: если человек нам нравится, но мы запрещаем себе чувства, то начинаем «дергать за косички» и все такое… То есть я так пряталась от своей влюбленности… И ему не давала в свою сторону смотреть – знал, что терпеть его не могу и не смотрел.

Пряталась она.

Рука-лицо.

– А так бы, конечно, меня в сторону отложил и сразу накинулся: люблю-не-могу, – язвлю. Больно. К бывшему поворачиваюсь, – Ну давай, еще ты мне расскажи, что два года, пока был со мной, тоже с чем-то там боролся и едва сдерживался!

– Не боролся, – пожимает плечами, – Но когда у нас все разладилось…

– Не без ее подначиваний!

– И мы расстались…

– Хоть кровать остыть успела? Ты же и с квартиры меня выпроводил!

– Я решил дать нам с Олей шанс, – заканчивает.

– А она и рада, – все еще качаю головой в шоке. А потом смотрю на блондинку, – Первое правило дружеского клуба – никаких связей с парнями своих подруг и с бывшими парнями своих подруг. Хотя бы… да хотя бы недолго! Я же тебе все эти два месяца ною, как мне херово! А ты, получается, слушаешь, а потом сношаешься с причиной этого херово?!

Из меня еще много чего лезет, но я останавливаюсь. Выскакиваю из кофейни. Кажется, бывший добился, чего хотел. После такой мерзкой сцены точно не захочу сюда больше возвращаться.

– Подождите! Марика!

Оборачиваюсь на смутно знакомый голос. Внутри столько всего булькает, что бородатого бариста, с которым мы даже не раз болтали, узнаю не сразу.

У него в руках стаканчик. Протягивает.

– Это вам. Я ведь сразу начал делать, как подошли к стойке… еще до заказа, – улыбается. – За счет заведения. Потому что… Восхищен. Вы сильная женщина.

– За любой сильной женщиной стоит две тыщи двадцать третий год… – вздыхаю и забираю свой кофе, – Спасибо.

На глазах слезы.

Это я от его доброты расчувствовалась, наверное… к бывшему это не имеет отношения. Никакого, я сказала!

Хотя, конечно, имеет.

Я потом приду в себя. Да. Но сейчас так паршиво…

Иду вдоль набережной, сжимая стаканчик и бездумно глядя вперед. Делаю глоток… и несмотря на все обстоятельства чуть не хрюкаю от удовольствия. Кажется, сегодняшний кофе – это предел возможностей для этого сочетания. Тебя как-будто целуют мужские губы, на которых еще остался апельсиновый сок…

Делаю еще один глоток, зажмуриваясь, чувствуя, как по венам несется ликерно – апельсиновая волна, сдобренная кофеином… Аж дрожу.

Божечки, да фиг с ним с бывшим! Я просто выйду замуж за человека, который может делать со мной вот это все, да еще в общественном месте и без предварительных ласк!

Определенно, это – лучший кофе в моей жизни!

И, как выясняется парой секунд позже, последний.

1

Ох.

Ой-ой-ой.

Что это? Где я? Что со мной?

Пытаюсь поднять тяжелые веки, но не получается… и голова как тонну весит…

Открываю глаза.

Толку от этого? Темнота вокруг. Не видно ничего… Я что, ослепла?!!

Хотя нет, вон какая-то искорка пробежала…. непонятные изломы становятся видны… Как будто я в комнате с темными кривыми стенами.

Но голова и тело ужас какие тяжелые… пошевелиться не могу.

На секунду накрывает дикой паникой, что я совсем не в порядке. И что вокруг тоже все так себе. Но я тут же останавливаю себя: я дышу? Дышу. Живая? Однозначно.

Так хреново может быть только живым.

Мыслю?

Еще как.

А что по части амнезии?

Да вроде нет ее… Я – Марика Стрельцова, двадцати семи лет от роду и полутора тысяч рублей на счету (все деньги ушли на новую акустическую будку). Живу в Питере, работаю диктором и так, по мелочи, фрилансером. Недавно рассталась с парнем и вынуждена была поселиться в убогой квартирке… Но это временно.

В целом, у меня все неплохо, если не брать сегодняшний день.

С утра дома не оказалось никакой воды, а хозяйка, которой я пыталась дозвониться по этому поводу, как и слесарь, который вроде должен заниматься такими вещами, сделались недоступны.

Потом выяснила, что новую книгу, которую мне должны были перекинуть сегодня на озвучку, отдали другому диктору. Зато мне вернули правки по предыдущему тексту… Более трехсот правок с неправильными ударениями, всхлипами и хрюками! А это минимум десять дней дополнительной работы – без возможности получить деньги за заказ.

Я видимо совсем не в себе была, когда записывала.

Впрочем, так и было. С учетом расставания, переезда, попытки соорудить в единственной комнате полноценную будку.

А дальше… По накатанной, конечно. Порванные колготки, мерзкая погода, облившая меня машина, Кеша с Олей. И вот я иду по набережной и…

Так что произошло?

Я пытаюсь воспроизвести в памяти все, что я делала до темноты и прихода в сознание.

Так. Глоток восхитительного кофе. Шаг. Я натыкаюсь на какой-то камень… или кусок тротуара, там еще рабочие чинят ограждение у канала. Спотыкаюсь. И я падаю. Точно! Лечу. Прям в эту дырень, которую они чинят. И кофе тоже летит – в другую сторону. А я растопыриваю руки-ноги, будто надеясь затормозить или взлететь…

Дальше удар о ледяную темную воду, а может еще обо что – каналы в Питере они такие. И все.

Эта самая темнота.

Снова накатывает паника и снова я себя останавливаю.

Это не больница, конечно, но и не подводный мир. И не загробный. Я в сознании – чувствую себя… чувствую, короче. Бурчание в животе, как сердце качает кровь. И запахи странные, яркие, сладковатые будто. Похоже пахнет перебродивший компот. Странные ощущения, если честно. Но сейчас вообще все странное.

Может меня засосало в канализацию?

Тогда почему мне не холодно и не мокро?

Пытаюсь ощупать себя, но не выходит. Руки все еще налиты тяжестью и почти не шевелятся. Так, надо все-таки собраться, разобраться…

Что-то сыпется каменной крошкой от моего шевеления, я не чувствую это, скорее слышу. А потом новый звук. Такой… непривычный мне. Но в целом знакомый. По фильмам.

Звук приближающихся конских копыт.

Возня и приглушенное:

– Выходи, трусливое чудовище, прими бой! Принц Теймураз вызывает тебя! И больше не скрыться тебе, не похитить ни одной принцессы!

Э-ээ…

Чего?

Вот это совсем неожиданно. Еще и пафосно так… Даже в кино, мне кажется, так не разговаривают больше. Во всяком случае в хороших фильмах.

Я все-таки повредилась головой и ловлю глюки? А сама сейчас лежу в больничке с белыми мягкими стенами?

Тогда откуда столько ощущений в теле? Разве это возможно?

И глаза опять же… искорки ловят. На стенах пещеры, если я не ошибаюсь…

«Я попала в прошлое!» – мысленно ахаю.

Всегда знала, что каналы Питера – это портал.

«Разве в прошлом были драконы?» – возражаю сама себе же.

То есть я попала в сказку? Реально попала, как попаданцы из книжек?

Полный аут!

Хотя может не полный? Когда альтернатива – смерть. Я так летела, так летела к грязной холодной воде. И если вместо того, чтобы помереть там, переместилась в другое измерение и стала принцессой, за которой принц пришел…

Это не худший вариант.

Но что он там говорил про дракона? Сражаться с ним? Не стоит. Дракон, видимо, отлучился, а мне надо выбираться… падать в объятия незнакомца… пусть спасает. Там разберемся.

Только сначала пусть крикнет еще чего, потому что выбираться не понятно пока куда…

– О прекрасная принцесса Хатуна! Совсем немного и ты будешь свободна!

Совсем немного поори еще, и я найду источник звука.

Ага.

Кажется, дошло.

Там есть узкий лаз, а в конце его – крохотное пятнышко света… Вот туда мне и надо. Оттуда и орут.

Жалко, что и правда узкий. Протискиваюсь, как могу. Пыхчу. Но стараюсь. Вдруг передумает меня спасать, напугается, уедет. А я, пока не разберусь в ситуации, хочу держаться представителя королевского дома. Глюк это или правда – лучше чего-то делать, чем не делать. Если для спасения принцем надо быть Хатуной – буду Хатуной.

Надеюсь он ее в лицо видел только на старинных миниатюрных портретах. На которых если и можно что узнать – так это человек перед тобой или собака. И то не факт.

Дальше протискиваюсь.

Черт, ну как трудно лезть! Еще и сыпется все вокруг!

Воздух и свет делаются ближе, и вот я, наконец, высовываюсь и вдыхаю с наслаждением. Проморгавшись от яркого яркого света, осматриваюсь.

Только без истерики, Марика.

Это точно не больница. И не канализация. Это… горы. И леса. Много гор и лесов. В общем, чистейшая природа, да еще погожим летним, похоже, днем, до которой Питеру ранней весной… ну, далековато.

Но выглядит при этом все странно.

Как когда ты делаешь панораму в телефоне. Широкоформатно выглядит, искаженно. Зрение у меня что ли повредилось? Не удивительно.

Я бы с удовольствием вообще пока с закрытыми глазками походила.

А принц… принц и правда есть. В смешных, игрушечных на вид доспехах, с ошеломленным лицом… не самым страшным, кстати. И привязанный конь в мыле хрипит и бьется. Картинка вполне приемлемая для хорошего фэнтези. Можно даже 18+. В будущем.

Выходим, короче.

Ну я и выхожу. Давя истерику от осознания, что с моей жизнью происходит что-то совсем запредельное.

Нельзя пугать принца истерикой. Надо сначала забраться на ручки, уехать с ним куда-то, где цивилизация, и истерить за закрытой дверцей роскошной спальни, а не в пещере, куда сейчас вернется дракон.

Я делаю шаг… и как-то неловко покачиваюсь. А принц покачивается еще более неловко и едва не садится на задницу. Необычный он… Не в том смысле как выглядит… Ох. Не пойму, в каком смысле.

И почему он выставил вперед меч?!

– Я убью тебя, чудовище и спасу принцессу!

Там что, кто-то за мной?!

Испуганно подпрыгиваю и пытаюсь повернуться, но опять получается неловко и громко. Еще и рядом что-то обрушивается; и мелькает зеленое, кожистое, явно не человеку принадлежащее…

А сзади меня – не чудовище.

Скала с узкой пещерой и непонятный шевелящийся зеленый холм. С чешуей. А за холмом длинное… это хвост что ли? Ауч!

Я подпрыгиваю в испуге.

Дыщ!

Дергается в ответ на мою эмоцию холм – то есть чей-то зад – и хвост.

Я делаю шаг назад… ну или вперед, голова то у меня повернута…

И зеленая задница с хвостом двигается со мной.

Сглатываю.

И медленно разворачиваюсь к таращащемуся на меня принцу, у которого меч в руках трясется от ужаса.

И еще медленней скашиваю глаза и потом опускаю голову вниз.

До меня доходит масштаб трындеца. Точнее, мой собственный масштаб.

Принц потому странный, потому что мелкий. И я смотрю на него сильно сверху вниз. Потому что я… крупная. Очень.

Это еще слабо сказано.

И там внизу лапы… Мои лапы. И длинный нос можно рассмотреть. Или это называется… пасть?

И хвост с попой. И крылья….

Боже.

Что. Я. Такое?!

– А-ааа! – вырывается из меня в ужасе… могло бы вырваться.

Потому что горло чем-то обжигает и из меня – из меня! – вырывается огонь. Чуть-чуть не поджаривает этого принца, который успевает увернуться, но уничтожает два ближайших дерева.

От неожиданности происходящего я отпрыгиваю назад, врезаюсь в скалу и витиевато матерюсь…

И это не выходит. Точнее получается так же паршиво, как "а-а" . Совсем не как у нормальной девчонки, а как у ненормального чудовища, которое может просто хочет выругаться, но выходит только рев «Рррр-грых» на всю округу.

– Тебе не напугать меня, мерзкий дракон! – вопит изрядно напуганный принц и бросается вперед с оружием наперевес.

Все.

Я реально попала.

Я – дракон.

2

Другой мир.

Атакующий меня незнакомый мужик. Причем принц, о котором все с детства мечтают.

Не мое и вообще не человеческое тело…

Даже для глюков это слишком!

Потому я валюсь в обморок… могла бы.

Вот только драконы и обмороки, как выяснилось, несопоставимы. И как бы ни хотелось девочке Марике потерять сознание и хоть ненадолго отключиться от страшной реальности… Дракон Марика только жмурится, неловко взмахивает лишними частями тела, которых у девочки не было, и снова с грохотом падает на бок.

Больно, блин!

Что я там подмяла под свою тушу?

Свои же кожаные крылья?

Ужас в том, что гадкий принц принимает это падение на свой счет и с победным криком бросается ко мне, взмахивает мечом рядом с драконьей головушкой. Не больно… Я что-то чувствую, но точно не боль. Похоже, чешуя у меня бронированная.

Но, во-первых, это не повод пытаться перепилить мне шею!

Во-вторых…

Обидно, блин!

Ты же принц! Ты чего с девочками дерешься?!

А с виду такой милаш. Растрепанный блондинчик, обмотанный кожаными накладками, сталью и тряпками. Если судить по пропорциям – стройный и вкаченный. Хотя с моим драконьм зрением сейчас сложно судить.

Но он явно меня не спасать собирается, потому что я принцесса. А убивать.

Потому что я – дракон.

До меня доходит: единственное, что он сейчас поймет – это если «разговаривать» с ним с позиции силы. Так-то разговаривать я не могу… и объяснить, что он ошибается, и я не такая, не получится. А без объяснений придется терпеть все эти вопли и нападки… А вдруг применит тяжелую артиллерию?

Вдруг здесь не только драконы и принцы с принцессами – но и магия?

И магия, в отличие от холодного оружия, на меня подействует?!

Я не для того в канал упала, чтобы погибнуть сразу!

Перестаю изображать полудохлого дракона, открываю глаза и стряхиваю с себя успевшего забраться на мою спину мужика. А потом, чуть подумав, осторожно подталкиваю его верхней лапой – пальцы на ней с когтями у меня как раз в половину принца – в сторону леса…

Осторожно не выходит.

Удивительно, что я вообще попала по нему. С моим-то широкоугольным зрением.

А принц… в общем-то с диким воплем он улетает куда-то за ближайшие елки.

А за ним, с диким ржанием, уносится взмыленный конь, который таки сумел отвязаться или оторвать свои поводья.

И я воплю. Тоже от ужаса, между прочим. Причем воплю огнем – горло снова мерзко обжигает, и еще пара деревьев лишается листьев и веток…

Затыкаю себе рот руками… то есть пасть лапами. И сбегаю в пещеру.

Я ныряю в дырку в скале, из которой выбралась, и начинаю продираться сквозь узкий лаз… Извиваюсь, пыхчу, порыкиваю, застреваю, похоже, задницей, в дыре – у меня что, и здесь она больше положенного?! – дергаюсь, скребу лапами и когтями, протискиваюсь все-таки, ползу…

И попадаю, наконец, в том же место, в котором очнулась.

Теперь-то понимаю, что в темную-темную драконью пещеру. Каменную. С пробегающими по камням искорками непонятного происхождения.

И с самой собой в качестве главного жителя.

Хнык.

Но это же невозможно!

Но это сейчас и происходит…

Но почему это со мной случилось?!

Почему именно со мной?

Из-за того, что я на нервах плохо озвучила прошлую книгу?

Что рассталась с Кешей, потому что с ним уже было хуже, чем без него?

Потому что ругалась там в кофейне – а надо было благословить?

Из-за того, что под ноги не смотрела?

Или это специальное наказание для тех, кто обожает кофе с апельсином и ликером?

Почему, объясните мне, я свалилась в эту идиотскую дыру, которую рабочие должны были огородить, и прямиком в… портал. И превратилась в это… в эту тварь?!

Почему не попала в нормальный мир?! А еще лучше в будущее. С космосом и возможностью повидать Вселенную.

Или в город из романов Жюль Верна. Чтобы носить кожаные корсеты с железными шестеренками, ездить на паромобилях и летать на дирижаблях.

Или, на худой конец, в магическую академию.

Я же столько книг про магические академии озвучила, я все про них знаю, можно было бы не учиться даже!

Почему я попала в идиотскую сказку?! В которой, конечно, как положено в сказке – принц на коне, принцесса, дракон…

Но почему я – дракон? Чего не принцесса, а?!

И тут я замираю. И истерические мысли в моей голове замирают тоже.

Принц же говорил про какую-то принцессу… Хануку, Ханури… не важно. Но если не я – принцесса, то… Она тогда где?

Я вслушиваюсь и внюхиваюсь, а потом почти вслепую начинаю шарить по пещере всеми частями своего немаленького тела. Было бы неплохо включить свет. Драконы, оказывается, в темноте не очень-то видят. Но выключателя, понятное дело, нет. А если я опять огнем плюну, здесь может не только костерок загореться… но и я сама.

Шарю, шарю… и сажусь на попу и снова мысленно хнычу.

Принцессы нет. Вообще ничего живого нет рядом, я не чувствую. Хотя могу чувствовать – откуда-то приходит эта уверенность.

Есть только камни, много металла – ну насколько я могу понять драконьими грубыми пальцами и… Всякие кости. Много-много костей…

Мое большое сердце, которое я так неожиданно начала чувствовать, издает несколько громких заполошных «тук-тук-тук» и останавливается.

Потому что выводы напрашиваются самые логичные.

Я. Сожрало. Принцессу.

3

Дракона мутило.

То есть меня.

Просто я представила, как ем всю эту… плоть, локоны и прочие атрибуты и резко поплохело.

Пришлось снова наружу выбираться.

Дышать.

Аут полный, конечно. Я же почти вегетарианка была… ну в той жизни. Жизни, которая и закончилась всего пару часов назад по ощущениям. Я не хочу питаться мясом! Тем более принцессиным! А вдруг это моя обязанность, то есть потребность? Похищать и жрать принцесс?

Ну то есть если я этого делать не буду – заболею и помру. И никакие принцы и рыцари не понадобятся…

Опять же, принцы.

Они же постоянно теперь ко мне ходить будут? В намерении убить? А я – отбиваться? И так день за днем, год за годом?

Ужас.

Может сразу улететь в какое-то неприступное место? И приучить себя… ну не знаю, к растительной пище. Цветы всякие, корнеплоды, ягоды… Человека все-таки не инстинкты и драконье тело определяют, а сознание.

Осматриваюсь и снова впадаю в уныние.

Вообще-то это место и так выглядит неприступным.

Я на высокой горе. Ее самой верхней каменистой верхушке с пещерой, острыми даже на вид пиками. Вокруг – кусты и похожие на елки и сосны деревья. Причем плотно-плотно стоящие, даже не знаю, как принц прошел и коня провел. Дороги никакой нет к моему обиталищу.

Скала позади меня – вообще не подступиться. Узкий вход в пещеру. А перед – вытоптанная и выжженная площадка. Видимо здесь не раз боролись.

И вот эта моя гора – лишь часть длинного хребта. Если посмотреть вправо и влево. А если прямо и вниз – к панорамному зрению я все еще не до конца привыкла, потому с определением прямо-вниз-влево у меня небольшие сложности – то там густой темно-зеленый лес.

За которым густой светло-зеленый лес.

И больше пока ничего не видно.

В общем, неприступней не бывает.

И кстати, вокруг полно кустов с ягодами, деревьев с шишками и всяких цветов.

И они. Вообще. Не вызывают. Аппетита.

А замечательная погода – радости.

Какая тут радость, если моя жизнь закончена? Человеческая так точно… а может и драконья. Я же вообще ничего про этих чудищ не знаю! Чем кормить, куда летать – и могу ли? – как обороняться, если следующий принц припрется с более серьезным оружием?

Себя сделалось ужасно жалко.

Укладываюсь на землю и закрываю морду лапами. И всхлипываю…похоже, плакать я умею. Потому что из глаз что-то льется по почти нечувствительной к таким мелочам морде.

Божечки, я самый несчастный дракон на свете! Драконица. Хотя не факт, что я девочка.

И может и хорошо, что не погибла в канале или в процессе перемещения, но все остальное просто ужасно!

У меня не человеческое тело и мерзкий вид. И репутация, похоже, так себе. Причем за дело.

Мне никогда не дружить с другими человеками, не жить среди них, не выходить за них замуж, не рожать детей. Может только если с драконами.

Представив последнее, вздрагиваю и отрицательно мотаю головой.

Об этом хочется думать еще меньше, чем о съеденной принцессе.

Лучше ныть продолжу.

И жить мне до скончания драконьего века – а тот может быть длинный очень – в грязной темной пещере, периодически пугая окрестности, требуя дань в виде девственниц и поджигая леса и рыцарей…

Хуже перспективы не придумаешь.

«А все из-за гадкого Кеши и Оли, – ворчит мой внутренний голос, – Если бы не они, ты бы не расстроилась и не свалилась в канал. Надеюсь они обо всем узнают и всю жизнь будут чувствовать ужасную вину. И вообще расстанутся из-за этого – и вину будут чувствовать по раздельности!»

А родители что будут чувствовать? А друзья?

– А-аа, – стону в ужасе и печали… и понимаю, что горло знакомо обжигает. Успеваю поднять бошку, но убрать лапы не успеваю. Из пасти вырывается огонь.

Хм.

Вывод первый. Собственный огонь дракона не задевает. Вообще. Как сквозь проходит – тогда как там, куда он попадает, все сгорает напрочь. До пепла.

Опасный огонь, короче.

Вывод второй. В прошлый раз я тоже от ужаса его выпустила. Когда в принца пальнула. То есть… эмоции не только у меня как человека есть, но и как дракона? Эта связь эмоций с огнем явно в драконьей туше налажена. Получается, когда драконы все огнем поливают – это потому что им было грустно и страшно?

Бедненькие…

Заинтересовавшись, я даже присаживаюсь. Мне не очень удобно сидеть – ну не знает мой мозг, как сидят драконы, я могу только попой на землю и лапы вытянуть! – и решаю поэкспериментировать.

Хотя огонь в горле, скажу вам, ужасная гадость!

Выясняется, что ужас или печаль можно не только испытывать, но и изображать. И на вот такой вот горестный – в голове – крик «А-аа» из меня можно добыть максимально широкое и долгое пламя.

А если покашлять, типа «кха-кха», то пламя становится похоже на огненные шары.

А на ворчание вроде «Фу-фу» – дым идет.

После дыма я, правда, начинаю чихать, содрогаясь немаленьким телом, и решаю, что на этом пока достаточно экспериментов.

Укладываюсь страдать и грустить снова.

Только и это не выходит.

Спустя короткое время я слышу рокот. Потом еще более громкий… и еще. И осознаю, что звук раздается из моего живота. В котором как камни ворочаются. И вслед за этим приходит ужасное чувство голода.

Ужасающее я бы сказала.

Я такое голодной себя не чувствовала… никогда! Оно настолько сильное, что вопреки всей мыслительной деятельности тело уже вскакивает и расправляет крылья.

Я читала про мышечную память. Что тело чаще всего само знает, куда идти и где опозориться. Но вот прям такое впервые… Видимо потому, что дракон – это животное. И инстинкты тела в нем сильны. Но сознание сильнее я сказала!

Стой, блин! Ты куда собралось?! Ты что, лететь собралось куда-то?!

А может ты, то есть я, пить хочу просто? Ну так это… попить водички, заполнить пузико, полежать еще немного? Я правда воду здесь не видела, но явно же я – оно что-то пьет?

В любом случае, я не готова летать!

Или искать добычу. И жрать ее!

– Р-рыыыыыы! – раздается на всю округу страшное – и не понять, кем произнесенное, мозгом или телом – и я взмахиваю руками, то есть крыльями, отчего вся тушка содрогается, и поднимаюсь на несколько метров вверх!

Да блин, нет!

Моя сознательная, девчачья часть берет снова власть и буквально приказывает остановиться… и я останавливаюсь. Как застываю… И я шмякаюсь назад на землю.

Хорошо хоть невысоко было.

И тут же желудок или что там у меня выдает такие трели, что заглушает новое животное и громкое:

– Р-рыыыыыы!

И я все-таки срываюсь с места и супер-быстро набираю высоту.

Стра-а-ашна!

Блин, нет, не страшна! Весело мне! Весело я сказала!

Потому что на мой страх из меня еще и огонь вырывается! И получается какой-то реактивный дракон, только сопло у него с другой стороны!

«Не сметь летать!» – вопит внутренний голос.

«Да заткнись ты! – вопит еще громче чувство самосохранения, – Если мы сейчас остановимся, то упадем с такой высоты, что бронированная кожа не поможет!»

Я зажмуриваюсь.

А потом открываю глаза – летать с зажмуренными, оказывается, драконы не умеют.

Борьба сознания и тела продолжается.

И мне приходится вспомнить все успокоительные техники, которые я знала. Потому что пока я лечу по мышечной памяти, ведомая инстинктами и не сосредотачиваюсь на том, что делаю, я хотя бы не падаю. Не чучелом, не тушкой… ну пусть будет драконом.

Прикол в том, что всегда боялась высоты. Парапланы, парашюты, альпинизм… даже подумать о таком не могла. Успокоиться и расслабиться сложно. Но жить захочешь – и не так расслабишься.

Так что лечу.

Наблюдаю.

Заставляю себя привыкнуть к полету. К крыльям, которые в развороте – как два дракона. Вверх поднимаются с напряжением – а потом расправляются на потоке воздуха.

К хвосту, который, оказывается, для маневра.

К зрению своему, благодаря которому я вижу все сверху, снизу, прямо и по бокам одновременно. Но еще не очень определяю дальность.

К тому, что верхние и задние лапы в момент полета надо поджимать. Или про них говорят «верхние» и «нижние»?

К ощущению полета привыкаю.

Меня не беспокоит ни холод, ни ветер в морду – броня защищает и наверное глаза у драконов тоже не такие как у людей.

Меня беспокоит, как бы взять под контроль происходящее – чтобы летать все-таки не по инстинктам, а осознанно.

И беспокоит, куда я-мы летим. И вернемся ли? Я-мы вообще дорогу запомним? Сейчас-то все по памяти туши этой происходит. Летит уверенно, проторенным маршрутом.

Иногда появляется ощущение даже, что это я сама лечу. Соединяюсь, видимо. Уже будто команды даю – как взмахивать, куда поворачивать. Пытаюсь определить направление. Только стараюсь не концентрироваться сильно – мало ли, восстановлю контроль полностью и потеряюсь. Или упаду.

Постепенно научусь, наверное… Придется.

Лишь бы никого не сожрать, прежде чем полностью совладаю и с телом, и с инстинктами.

На этой мысли происходит несколько событий. И почти сразу.

Драконица – я пикируем резко вниз. Успеваю осознать только, что это похоже на большое, глубокое лесное озеро… Падаем прям в него.

Едва не захлебываюсь… Или это человеческое сознание паникует?

Но голова уже оказывается снаружи.

Это хорошо.

А плохо то, что я вдруг слышу многоголосые вопли откуда-то с берега:

– А-аа! Драко-он!

А-ааа!

Еда!!!

Убегай скорей!!!

4

Они как-будто слышат меня.

Потому что ни вылезти, ни навредить им я не успеваю – разбегаются. Между деревьями мелькают платья и мужские наряды: там целая группа была, может рыбаки, крестьяне местные, может еще кто…

И вот лишь отголоски удаляющихся криков.

Несколько страшных секунд я думаю о том, что я-оно сейчас бросимся за человеками… Но никаких кровожадных инстинктов во мне не просыпается. Я просто болтаюсь посреди озера, используя распластанные по поверхности крылья как плавательный пузырь и лениво наблюдая за происходящим бегством.

Это сознание победило? Или я изначально не такая ужасная?

Расслабляюсь.

И тут желудок снова вопит в истерике. А драконья туша на это стремительно погружается на глубину! И я, наученная опытом, решаю ослабить чрезмерный контроль и получать удовольствие… то есть делать, что мне по природе тела положено, а потом уже потихоньку подключать сознание.

Я-мы хлебаем воду. Много. И очень радуемся наличию этой воды внутри.

То есть я была права – пить я-мы хотело.

А потом…

Выясняется, что дракон – зверь не толко летающий и изрыгающий огонь, но и водоплавающий.

И обожающий рыбу!

Я не знаю сколько – час или два – плаваю, ныряю, пью, ловлю рыбу, тут же проглатываю ее, выныриваю глотнуть воздуха, снова пью и так по кругу. Но спустя какое-то время на берег выползает абсолютно удовлетворенный дракон…. я бы даже сказала удовлетворенная Марика, которая таки разобралась с функциями драконьего тела, сыта, приятно устала, вычистила чешуйки и теперь блаженно укладывается на клонящемся к закату солнце.

Обсохнуть и переварить.

Жизнь-то налаживается!

Во-первых, я люблю рыбу. А не мясо. Уж не знаю, откуда столько костей в пещере и как долго продлится сытость на воде и рыбе. Но мне явно не обязательно заниматься принцессоедством. Во всяком случае ради удовлетворения чувства голода.

Во-вторых, плавать и нырять – истинное наслаждение. Прозрачные воды, мощь и легкость тела, скорость, красивое дно и незнакомые серебрянные рыбины – все это похоже на спорт и посещение классного ресторана. Одновременно.

Я встаю и подхожу к воде, внимательно разглядывая свое зыбкое отражение.

А в-третьих… похоже, что я красавица.

Совсем не как серо – шипастые уродцы из фильмов.

Сияющая ярко-зеленая и почти везде гладкая чешуя, кожаный нос и много острых белых зубок, обнаженных в улыбке. Вокруг морды – серебристые аккуратные и симметричные шипы, а туловище пусть и с утолщением в области попы… и туда же перевешивает… но гибкое и гармоничное.

Нижние лапы мощнее, верхние – более тонкие.

Изогнутый длинный хвост, высокая шея, роскошные кожистые, местами полупрозрачные, когда расправлены на солнце, крылья…

Мне сложно осознать, что это именно я. Как со стороны наблюдаю. Я привыкла видеть в отражении совсем другое. Фигуристую брюнетку с довольно круглым лицом, гладкой кожей, карими глазами. Но дракон… он будто по пропорциям такой-же. И мордаха чем-то неуловимо своей кажется. И тело реагирует на мое желание поднять крылышки, извернуться, улыбнуться… Внутри прям радость селится.

Как если бы я себе нравилась.

Хотя почему «если бы»? Все так и есть.

Интересно, а я мальчик или девочка? И как оно вообще у драконов… есть гендерные признаки?

С некоторым смущением я изгибаю шею и опускаю голову вниз. Могла бы краснеть – краснела бы. Но вроде зеленой остаюсь… Тут не до смущения конечно. Стоит понять про себя столь же важное, что и питание. То есть наличие половых органов и хм… в туалет я как хожу? Просто очень не хочется, если вдруг внезапно хожу…

Но как бы ни изгибалась, там, где это положено, ничего не обнаружила.

Опс.

Это вообще нормально?

А… избавляться от остатков как? Может я не просто животное, но и растение? То есть они поглощают воду и питательные вещества… и выделяют углекислый газ. Через поры. И вот я например чего-то выделяю.

А с другими драконами тогда я как… или никак? Или мы… почкованием? Хотя нет, драконы вроде из яиц вылупляются… но яйца же откуда-то берутся? И выходят?

Ы-ы, наверное для первого дня это слишком.

Потом подумаю.

Снова укладываюсь под багровеющим уже небом и вздыхаю.

Потому что вот о чем думаю – ведь в драконе уже было чье-то сознание раньше. Душа. Которая летала на это озеро и любила рыбу… До того, как я поселилась.

Кто же ты была – и все-таки мне кажется девочка – и что с твоей душой случилось? Прикольно, если поселилась во мне в моем мире… Вылезла из канала, а потом пошла и покусала бывшего.

Буду так думать.

Думать, что исчезла безвозвратно, не хочется.

Думать вообще все сложнее становится. Похоже, у драконов режим. Я явно устала. И у Марики события насыщенней некуда. Даже Марика хочет в пещерку и спать, не то что дракон…

Этим и занимаюсь.

Уже почти в полной темноте возвращаюсь в свой новый дом, заползаю внутрь и вырубаюсь.

Чтобы проснуться от знакомого возгласа незнакомым голосом:

– Выходи чудовище и прими бой! Я Рыцарь Льда и Света, я сражусь с тобой, совершу подвиг, о котором будут петь много лет! И ты не потревожишь больше ни одного королевства!

Ба-бах!

Раздается дикий грохот.

И рыцарь на это замолкает.

Да просто я, Марика, со сна пугаюсь неожиданности происходящего, резко подпрыгиваю и бьюсь башкой о свод пещеры.

Ну конечно я забыла напрочь, что со мной произошло! Точнее не сразу сообразила. Вот и подскочила в ужасе…

– В-выходи! – уже не так уверенно говорит рыцарь.

А я выхожу. Я так выхожу, что гора трясется!

Потому что события вчерашнего дня проносятся в памяти от и до. От дурацкого сломанного крана и встречи с бывшим, до сырой рыбы и полета в полутьме.

Потому что я явно не выспалась. Вот вообще. И какая-то тварь… то есть рыцарь пришел меня убивать ранним утром… ну или не важно когда!

У меня режим!

Мне сейчас совсем не хочется ни с кем сражаться! Или выходить.

И последнее… я осознаю, что теперь я не могу выпить кофе. Никакой. Даже самый обычный…

– Р-рр! – вырываюсь в бешенстве из пещеры.

– А-аа! – орет рыцарь и отпрыгивает в сторону.

«Толстый и страшный!», – выдает вердикт внутренний голос.

– Р-ррууу! – открывается драконья пасть, и моя лапа уже более точно, чем предыдущего, отправляет рыцаря в полет за елки. Без всех этих шоу со сражением и шансами на победу.

Блин.

Сволочь.

Разбудил в такую рань.

Солнце явно над лесом только-только поднялось.

Расписание надо повесить… часы работы. А то совсем охамеют и будут осаждать круглыми сутками. Как он добрался -то ночью? Или всю ночь тут стоял, трясся? Ждал утра, чтобы вызвать на бой?

Делается очень неприятно.

Так же и бессонница может начаться – если рядом постоянно будет кто-то злобный и замышляющий твое убийство…

Вместо бессонницы накатывает апатия, депрессия и ощущение беспросветности существования. Я домой хочу. Пусть даже в ту страшную квартирку, которую только и смогла снять после внезапного отъезда из наших с Кешей хором. Первый взнос и попытка привести ее в приличный вид сожрали все сбережения, первый же доход я пустила на перевозку материалов и установку новой будки для записи текстов…

Но все это ерунда по сравнению с тем, что я там спала на чудесной постели, а не в грязной пещере. Варила себе кофе по утрам. Бутерброды делала с сыром. Надевала теплый свитер на гладкое тело…

Господи, ну за что мне это все?!

Я вдруг осознаю, что снова лежу и поскуливаю. И что если дать себе волю в этом, то не просто продолжу – начну выть на всю округу. И так и буду подпитывать в себе ощущение безнадежности – а от того впадать в еще большее состояние безнадежности…

И что? Как это мне поможет? Жить, например. Выяснять, что на самом деле произошло и что за мир такой и волшебство, которое позволяет переносить души. Искать способ перенести меня назад… ну или хотя бы в человеческое тело. Пока неизвестно какое. Дракон, конечно, зверь редкий и красивый, но я предпочитаю все-таки быть человеком.

И я решаю действовать, а не завывать.

Чтобы занять свою человеческую головушку и не было и мысли ни о чем другом думать.

Для начала навожу порядок.

Притаскиваю в пещеру дрова и поджигаю их, чтобы оценить обстановку. А потом берусь за дело: сгребаю весь мусор, тряпки, камни, кости – вот кстати черепа не человеческие! так что не докажете! – на огромный полуистлевший ковер, утаскиваю узлом за пределы пещеры и сжигаю. Холодное оружие – а его тоже много – в отдельную кучу. Мало ли. Вот золото… а там и монеты, и цепи, есть даже какие-то перстни и кубки с камнями (в полумраке с моим зрением детально не разглядеть) оставляю нетронутой горкой. Я помню отдаленно из сказок, что драконы обожают золото, им прям оно необходимо. Не могу сказать, что обожаю… но, как выясняется позже, обожаю на нем спать. Точнее только на нем хорошо и сплю. Так что в животе щекочет, а сны снятся про полеты. А если куда в другое место лечь – беспокойно получается.

Может золото – это типа зарядки для телефона?

В пещере становится просторней, и я натаскиваю туда дров, чтобы если что, свет включать по желанию. А вокруг площадки наваливаю деревьев, камней, кусков острого железа, чтобы попасть ко мне было сложнее…

Вот только все равно попадают.

Еще двое со стандартными воплями и побегом после первого же пламени посещают мое обиталище за последующие десять дней. И мне начинает видеться в этом какая-то подстава… точнее постановка.

Потому что ни рыцари, ни принцы они не пытались взяться за победу серьезно. Кричали что-то и чуть ли не довольные сбегали. Причем имена принцесс каждый раз были разные! А я не то что принцесс в наличии не имела, но и признаков, что они здесь в прошлом поживали, не находила.

Может… это у них просто инициация такая рыцарская? Что раз в жизни надо сходить поругаться с драконом… пригрозить ему мечом… попрыгать вокруг…

А потом всем рассказывать, какой дракон огромный. Вывихивая руки, конечно.

А принцессы… может они тоже слухами такими пользуются? Делают вид, что их похитил ни о чем таком не помышляющий дракон, а сами просто сбегают с любимыми, которые им по принцессиному статусу не полагались.

Размышления над этой головоломкой занимают у меня изрядное время.

Как и полеты.

Купаться, пить и есть, как выяснилось, дракон хочет раз в два дня. Рыба меня-её вполне устраивает. Грибы – фу. Ягоды – можно. Только много их надо, чтобы хоть что-то почувствовать. А цветами я просто все вокруг украшаю.

А в туалет ходить… в общем, я так полагаю, что огонь – это и есть тот самый туалет. Потому что ничего другого из меня не выходит. Зато на следующий день после еды, несмотря на то, что никакого ужаса или горя я не испытываю, вырывается мощнейшее пламя. И сразу легко становится.

В общем вы поняли. Надо только отслеживать этот момент.

Быт потихоньку налаживается, тело слушается, развлечений вдоволь – золото, небо, вода и рыцари – и я уже начинаю думать, как бы мне безопасно осмотреть этот мир и королевства, и разобраться, в чем заключается драконья роль. И кто мог бы прекрасной драконице помочь…

Вот тогда и появляется пятый посетитель…

И я сразу понимаю, что он сильно отличается от предыдущих. С ним будут реальные проблемы.

А главное – он появляется в самый деликатный момент!

5

Самое известное исследование счастья сделали в Америке. Точнее, продолжают делать (вот уже восемьдесят лет).

И самое чёткое заключение, которое получили из этого исследования, таково: хорошие отношения делают нас счастливее и здоровее. Точка.

Есть еще одна история со звездочкой.

Эволюционно люди оказались способны на эти самые отношения и создание сообществ благодаря тому, что научились разговаривать. Передавать другим истории, что во-он там бродят самые вкусные мамонты. И что огонь, оказывается, может делать не только молния.

И что «я отправлюсь добывать мясо, а ты меня дождешься и родишь мне детей».

И «слушай, а что если то, что мы говорим, можно еще и нарисовать специальными символами? тогда мы сможем рассказывать что-то не только находящимся рядом…»

Одному прекрасному дракону сделалось очень необходимым это умение.

Ну как еще доказать людям, что я не верблюд?

Ну то есть не дракон… То есть дракон, но не чудовище!

Что я нормальная. И вполне расположена к обществу. И к общению. И к отношениям… особенно хорошим. А если мне еще и помогут разобраться, как выбраться из драконьей шкуры – так мое отношение вовсе сделается прекрасным…

Только вот я-мы не умеем говорить.

«Не умели», – самоуверенно заявил внутренний голос, и я берусь за дело. Благо, в этом деле разбираюсь, может даже лучше, чем в любом другом.

Я же диктор.

Годами занималась техникой речи. Училась широко открывать рот, говорить на опоре – не в нос, как часто говорят женщины. Училась четко произносить предложение полностью, не съедая окончания. Выдерживать интонации. Создавать объемный звук.

Я начинала с индийских и турецких сериалов, где за мной закрепили определенный тип голоса – а-ля звонкая молодая и восторженная барышня.

А потом перешла на озвучивание книг. Это и стало основной профессией.

И конечно, я знаю множество упражнений и практик, потому что упражняться приходилось постоянно. Как с прессом – даже если не жрешь пироженки, но качать его надо регулярно. Иначе плоский и рельефный живот превратится в мягкий животик.

Голос надо тренировать каждый день.

«Скажи «а-аа» – заставляю себя в очередной раз.

– А-аа, – выдает тело очередной огонь.

Мягче.

Тверже.

Тише.

Громче.

Огонь тоже разный получается....

А другие звуки – кроме «а-аа» и «ррр» – не особо.

Я не сдаюсь.

Мне ничуть не понятна физиология превращения рыбы в огонь, и как у меня горло не сгорает каждый раз, когда я им плююсь, но я понимаю одно – если я вообще могу произносить хоть какие звуки, значит у меня есть связки. И я могу научиться произносить нужные мне звуки.

Связки – это тонкие нежные мышцы, которые вибрируют каждый раз, когда через них проходит воздух. Как мы выдыхаем – так и будет звучать наш голос.

Как дрова в камин мы подбрасываем связкам это дыхание… хотя наверное в моем случае сравнение не слишком уместно.

И я тренирую дыхание.

По квадрату.

С полным свистящим выдохом пастью.

С короткими, шумными выдохами ноздрями.

Наполняя то немаленький живот – то немаленькие легкие.

И потихоньку у меня начинает получаться.

Нет, я еще не разговариваю, но уже контролирую, чтобы не при любом «а-а» выходил огонь. Чтобы были еще «р», «с»», «ф».

Делаю упражнения для языка.

Научаюсь вибрирующему, утробному «ма-а», похожему на зевок.

И решаю, что пора работать над дикцией.

В мою бытность человеком лучше всего с этим помогала винная пробка. Ну то есть сначала ты выпиваешь бутылку красного сухого – ох блин, как же винишка хочется! Интересно, а драконам полагается? И они вообще могут опьянеть? – и дикция нарушается.

А следующие дни используешь пробку для ее восстановления.

Ха-ха.

Засовываешь в рот, крепко, но не до сведенной челюсти зажимаешь зубами, а потом говоришь любой текст, стараясь тщательно выговаривать каждый слог. Медленно, четко, уверенно.

Вытаскиваешь пробку – дикция становится на миллион.

В моем драконьем случае…

Оглядываюсь по сторонам и выбираю подходящее по пропорциям бревно. Аккуратно в пасть засовываю и прикусываю зубами – лишь бы не перекусить.

«Р-рры» – пытаюсь сказать через бревно.

«Х-хх» получается.

«М-мм» – продолжаю усердствовать.

«Ыыы» выходит.

«Ззз»…

– Не помешаю? – раздается спокойное, и я бы даже сказала скучающее. Рядом.

Я подпрыгиваю и резко оборачиваюсь.

Как этот прошел?!

Я же не только заграду поставила! Я не могла не почуять! Наверное увлеклась слишком…

«Помешаешь!», – вопит внутренний голос, а внутри разгорается злость пополам со смущением. Вот представляю, блин, что он видит!

Не разъяренного и очень крутого дракона… а странное мычащее животное, сидящее на попе. С круглыми от удивления глазами и с бревном в пасти, которое и выплюнуть то не сразу удается – от внезапности появления очередного принца челюсть не сразу разжимается.

Кошмар.

Это же надо застать меня в такой момент! Сожгу нафиг! Чтобы другим не рассказал!

И тут до меня доходит, что на принца-то этот мужик не похож. Как и на рыцаря.

Высок.

Бледен.

Замотан в непонятные тряпки и в плащ с капюшоном, надвинутым на лоб – только и вижу несколько темных прядей, глаза с прищуром и поджатые губы.

И главное… ничем таким не грозится и ничего не требует. Просто стоит и спокойно смотрит, будто ожидая ответа. Ой пробле-емный мужик, чую…

В общем, столько всего непонятного, что я поневоле решаю потерпеть с сожжением.

А пока разобраться – кто, зачем и как?

6

– А-АА! – с достоинством выпускаю целый огненный вихрь.

Ну да, я вроде решила потерпеть с сожжением. Но мне надо убедиться, что спокойствие и скука посетителя – не мнимые. Точнее, скука в любом случае мнимая (ни за что не поверю, что он каждый день заглядывает в гости к драконам!)

А спокойствие… спокойствие и адекватность мне нужны. Пока что.

Потому выпускаю огонь как бы по нему, но так чтобы не задеть. Успеет отскочить если что…

Он даже не шевелится. И не меняется в лице. И не сказать, что отскакивает. Просто делает шаг вправо и…

– Ну да, ну да… и мне приятно познакомиться. Я представляю здесь королевский дом Амиран, так что не стоит.

Еще и пальчиком грозит.

Так-так.

Амиран… что-то знакомое. Из прошлой жизни.

Но у него очень странная реакция. На все.

А что если…

Резко перемещаюсь, так что чуть не затаптываю, и широко открываю пасть, демонстрируя свои крепкие прекрасные белые зубы.

Кстати, как выяснилось, если грызть определенное дерево, они становятся еще крепче и белей. Но я не пококетничать. Делаю вид, что собираюсь его сожрать.

– Я прекрасно знаю, что драконы не убивают и едят людей. Во всяком случае специально или ради питания, – сообщает этот… идиот все тем же спокойно-скучающим голосом.

Идиот, потому что от неожиданности сказанного я захлопываю пасть, и он едва не лишается своей идиотской головы.

Тьфу!

Отпрыгиваю в сторону, на всякий случай низко пригибаюсь. Смотрю во все глаза за его движениями.

Опасный и проблемный но… Но внутри все ликует.

Правда-правда не едят?!

А еще что-нибудь знаешь про дракош? Ведь если все дело в паршивом имидже и предрассудках, а не моей – точнее всех драконов – физиологической потребности, то все будет немного проще!

Наверное.

– Вам хватает всякой лесной живности.

Внутренне морщусь, вспоминая кости в пещере – ни на какую лесную живность меня вообще-то ни разу не тянуло. А предшественницу?

Рыбка – да, вкусно. Ягода. Интересно было бы проверить овощи да фрукты. Бегающее же от меня мясо… Хотя вот если зажарить тушку чего-нибудь на костре…

Пока я размышляю, действительно ли мысль о сочном стейке возбуждает у меня аппетит, странный мужик продолжает:

– И от принцев вы отбиваетесь не потому, что не хотите принцесс отдавать, а потому что золотом не желаете делиться.

Да?

Слушай, а ты точно про драконов изучал манускрипты или так, одну полуправду где-то обнаружил, а остальное – собранные сплетни?

– Да и вообще, чего я с тобой тут разговариваю… Животное же, пусть и побольше, чем прочие. Всегда умел с животными договариваться. Все вы бессловесные твари, но на спокойствие и уверенность так и норовите подползти на брюхе.

Чего?!

Мужик, ты офигел?

Сжечь!

Я обиделась, короче.

А он в это время распаковывает свой мешок… ну что-то в таком духе. Поклажу. И достает оттуда потрясающе красивый меч.

В оружии я теперь разбираюсь.

Насмотрелась на те, которыми в меня тыкали кто ни попадя. И при свете дня внимательно изучила свою «коллекцию». Скорее всего брошенную все теми же рыцарями. Проржавевшее и погнутое выбросила подальше в лес, а вот приличное пока себе оставила.

Но это…

Это всем мечам меч.

«Двуручный», – всплывает откуда-то слово. «Сбалансированный».

Наверное все из моего дикторского прошлого.

А этот в настоящем сверкает на солнце. Он длинный… под высокого мужика. Покрыт сине-голубой эмалью, золотом. С яркой бирюзой у основания. В роскошных ножнах. И такой вкусный на вид. Капец. Вкуснее недавней незнакомой на вид рыбины, которая уворачивалась от меня кучу времени, а когда я ее поймала – поняла что не зря ловила.

По ощущениям это было похоже на вареники с вишней и сметаной.

Этот меч… Не знаю, что в моей башке сдвинулось. Драконьи гормоны? Или у Марики какая-то деформация произошла? Но этот меч кажется мне шампанским с клубникой.

Я дергаюсь в намерении… не съесть. Присвоить.

А мужик как-то ловко подхватывает его и прячет за спину.

– Почуяла, тварюшка, магию? А на вид туповатая… я как тебя с бревном в пасти увидел, подумал, что вообще ничего не получится.

Ой. Все.

Во-первых. В это мире все-таки есть магия.

Во-вторых. Пренебрежительно-унизительное отношение ко мне – еще хуже, чем страх или агрессия. Когда на меня нападают – это даже развлечение. А вот когда называют тупой тварюшкой и еще и уверены, что ничего я не сделаю…

В-третьих… Да, драконы не убивают и не едят никого из рода человеческого. Особенно те драконы, которые прекрасные девушки. Внутри.

Но он. Сейчас. Помрет.

7

П-шш.

Струя пламени ударяет туда, где только что стоял мужик.

На этот раз ему приходится отходить не так лениво, прыгать он тоже умеет… И то не успевает чуть – длинный, серо-черный балахон теперь покрыт горелыми пятнами с правой стороны.

Гы-гы.

П-шш.

Достается теперь и левой стороне.

А меня увлекает эта игра. Появляется азарт. Можно сказать загораюсь. Или дракон загорелся – все одно. В общем, гонять мужика по площадке очень весело. Пусть утопчет посильней. А то сорняки стали появляться.

П-шш.

С его головы слетает дурацкий глубокий капюшон, удерживаемый у горла красивой резной побрякушкой, и я, наконец, могу рассмотреть его получше. Насколько позволяет мое зрение, с которым я окончательно свыклась. И наше веселое занятие.

Волосы у него не в пример прочим посетителям не в дурацкой косичке или локонах, а просто нормальные – не стриженные. "Прическа" как у героев всяких аниме, где каждая прядь торчит в свою сторону, но выглядит это достаточно органично.

Бледноватый. В подвалах что ли сидит обычно?

Лицо узкое, скуластое, а нос такой ровный и выразительный… на горца похож. Аккуратная небритость усиливает это впечатление.

Судя по тому, как очерчиваются плечи каждый раз, когда он дергается, еще и вкаченный.

П-шш.

– Ну хватит! Понял я!

Ни хрена ты не понял.

– Я знаю, что ты хочешь меч. Но ты все равно не сможешь его забрать себе, он заколдован…

Похоже мне это как раз и нравится. Так что давай, выпускай его из своих рук и можешь уходить по добру, по здорову.

– Его можно передать только добровольно! Чего не будет никогда! А-р, грязь Подземелья, ну чего я опять с тобой разговариваю, можно подумать ты меня понима…

Он реально считает себя бессмертным?

Ничему жизнь не учит.

Ни-че-му.

Значит дракон научит.

Меня резко утомляют телодвижения, и я разворачиваюсь к нему попой… отвожу хвост… и самым кончиком отправляю представителя королевского дома Амиран высоко и далеко, ничуть не заботясь о его безопасности.

Он же о моем психологическом комфорте не позаботился!

Фиг с ним с мечом. Не все заколдованные мечи одинаково полезны драконам!

Мужик положенно вопит в процессе полета, а я удовлетворенно фыркаю. Между прочим красиво получилось. Я ведь тренировалась не только с голосом и речью. Но и с каждой своей выдающейся частью тела. Очень уж хотелось понимать, на что способна. И управляться с этим виртуозно. Вот и хвостом училась махать, сбивая разные предметы, поставленные на камень, со снайперской точностью.

Не бесполезно.

Надо еще над силой удара поработать.

Мне кажется, таких посетителей стоит отправлять еще дальше…

«А не слишком ли ты, Марика, раздраконилась? – уточняет мой внутренний голос. – Раньше за тобой такой кровожадности не наблюдалось. Ты же человек все-таки. Вот представь, что поступила так же с людьми в той, в другой жизни…»

«В другой жизни никто не пытался меня убить раз в несколько дней и не называл тупым животным. А то может и тогда схлопотал бы»

«Агрессия на агрессию ничего никому не приносила хорошего»

«Мне надо было терпеть?! Или дождаться, пока он придумает еще чего?»

«А ты реально хотела его убить?»

«А что мне оставалось делать? Погибнуть, чтобы только остаться хорошей девочкой?»

«Может он не за смертью твоей пришел. Вел себя странновато для манька. Будто нормальный… хоть и хамоватый»

«Вот это как раз признак маньяка и есть», – огрызаюсь внутренне и заставляю внутренний голос умолкнуть.

Свихнуться ведь можно.

Раздвоение личности мне и так грозит… точнее очень даже присутствует. До сих пор не всегда понимаю – где мои сознательные решения и реакции, а где драконьи. Взять те же вкусовые предпочтения… ну какое может быть шампанское в мече? Даже если полизать его. А сырая рыба? Я ж не японка. А тут прям и оружие с игристым путаю, и рыбу с варениками.

В общем, и этого хватает. А если я еще дебаты буду сама с собой вести…

Трое – это уже толпа.

Вздыхаю и смотрю на свое бревно, с которым я тренировала дикцию. Кажется, оно уже не для этого предназначено – обуглилось и скривилось все. Да и тренироваться не слишком хочется.

Умеют же мужики портить настроение и сбивать с толку!

Даже в другом мире!

На озеро, что ли, слетать? Рыбу ловить мне еще рано, но хоть развеяться.

– Давай договоримся.

А-аа… фигеть!

Он вернулся?! И я опять не почувствовала?! Я же прошлых идиотов научилась чуять. А этот ничем не пахнет! Ни страхом, ни принцем… шампанским разве что.

Но это от меча, я теперь в курсе.

Марика, рассуждения у тебя слегка безумные, конечно. Надеюсь никто со стороны мысли не подслушает. Ты лучше на мужика смотри. Опасный. И ненормальный. Какой бы нормальный после такого полета от хвоста озлобленного дракона вернулся? Маньяк как есть. Или мазохист.

В любом случае бр-р.

Вздыхаю. И разворачиваюсь к нему.

Не я ли думала о том, что надо как-то начать контактировать с людьми? Договариваться? У этого вон и меч волшебный есть, может он и сам что в магии смыслит, или выведет на того, кто смыслит. Если лететь в города, так я рискую быть подбитой палицей. А местные будут разбегаться с дикими криками.

Этот же стоит. Тоже смотрит. Глаза вон как гневом сверкают… и зубки то сжал. Но сумел выдавить и не поперхнуться про договор.

Усаживаюсь, стараясь не выглядеть при этом гигантской собакой.

Типа я вся внимание.

– Полагаю… – сложно говорить, когда челюсть от гнева свело, да? С моей пастью еще сложнее, – Ты более разумен, чем все другие тва… драконы.

Полагает он.

Ну и?

– А значит можно предложить… договор?

Ну если ты не пришел меня убивать – то можно. Только что ты мне дать-то хочешь, а?

– Тебе же нравится меч? – с сомнением спрашивает мужик. Скорее в собственной адекватности сомневается. Он явно не привык разговаривать с тва… драконами. Он может и с людьми-то себя погано ведет, по характеру видно.

Но спрашивает. В плюс ему.

И достает оружие аккуратно из петли на поясе.

Меч! Меч! Меч!

Вкусняшка!

Дай! Дай!

Титаническим усилием воли подавляю порыв вскочить и задрыгать лапами. Хочу, хочу! Но на месте сижу и строю равнодушную морду. А ноздри так подрагивают… как у заправского алкоголика, который учуял желанную дозу.

– Вижу, нравится.

Не видишь!

Я самый сдержанный дракон на свете!

– Знаю, как хочешь напитать свой огонь этой магией…

О.

Ты все-таки знаешь что-то про драконов.

Очень-очень важное.

Ой мужи-ик, кажется у меня появилась идея…

– Так вот, ты можешь получить, что хочешь. Напитаться. А взамен мне нужна малость… Ох, Великие Рода, поверить не могу, что разговариваю с ним об этом… Надо было просто приручить…

Значит ты пришел «приручить»? Ну-ну. Тешь себя. А пока скажи, зачем тебе прирученный дракон.

– Я отдам тебе всю магию меча. Можешь выпить все до капельки. А взамен ты напитаешь его своим огнем. Согласен?

Хорошо, что не добавляет «Великие Рода, я не могу поверить, я спрашиваю согласия у тупой твари». А то могу и разозлиться опять. А это помешает.

И хорошо, что считает меня просто чуть более умным, но животным. У которого можно коварным способом что-то получить.

Ха-ха.

Я еще выясню что и зачем. Да много что выясню.

Неясная идея превращается в отличный план.

Все, ты попал, мужик.

Посмотрим, кто кого перековарит, м?

8

С каждым часом пребывания возле моей скромной обители мужик делается все более мрачным, а мне становится все веселей.

Кстати, так и приходится его мужиком мысленно называть, он-то не представился. Может Амиран его фамилия тоже, не только королевского дома, может и нет. Но уточнять мужик не стал.

Про имя вообще молчу.

А, точно, я же в принципе молчу.

Оказывается, это иногда очень полезно.

Все время до вечера меня осыпают комплиментами.

Обещаниями.

Сведениями и оговорками.

Из которых я узнаю, что королевский дом Амиран очень богат, и в моей сокровищнице золота прибавится, если я выполню его просьбу. А драконы же так золото любят! Это все прочие земли бедны, слабы и неказисты – только и могут своих принцесс терять, а потом присылать убогих принцев, рыцарей или, на худой конец, странствующих вольнонаемников. Чтобы хоть в чем-то силу почуять и всем объявить: вот мы на дракона войной сходили. Бойтесь нас.

В его королевстве все прекрасно понимают – никакие принцессы драконам не сдались вообще. Им золота подавай.

И что он всегда справлялся с самыми сложными поручениями, тоже не просто так мимокрокодил, он специально ко мне шел, знал, что справится с этим делом, и вот даже мое нежелание действовать его не травмирует.

Ну не так, конечно, сказал, но смысл общий таков.

Что я такой красивый и чудесный зверь, ну что мне стоит вкусняшку сожрать, то есть магию? А потом огнем подышать, м? Все будут в плюсе. Драконам магия необходима, чтобы огонь был «особенно чист», а ему закаленный в драконьем огне меч необходим, чтобы сделать «великое дело».

И что именно я должен ему помочь, потому что следующий дракон – за тридевять земель, не любим мы, драконы, друг к другу близко селиться или подходить.

И что если бы не мои размеры, он бы давно заставил сделать все, что ему нужно, а тут приходится выслуживаться. И сказано таким же небрежным и ровным голосом, как и комплименты, так что «тупая тварюшка» и не поняла бы, что ее оскорбили.

Ну а Марика уже давно внесла мужика в черный список – из одного пока имени, я же просто ни с кем здесь толком не познакомилась.

И что он ни за что никуда не уйдет, пока не добьется желанного, ведь он исполняет долг, и будет возвращаться по «дороге храбрости» снова и снова, даже если прогоню. Мне выгодней сделать, о чем он просит, а не препятствовать.

В общем, у мужика уже напрашивалось имя «Гугл».

Этими разговорами, на которые я якобы никак не реагировала – все это время лежала возле входа в пещеру и смотрела то в небо, то на него – он ткал картину моего нового мира, заполняя огромные пробелы.

Не проболтался лишь о самом интересном. Даже не намекнул. Зачем ему, собственно, закаленный огнем меч. Может и не скрывал – просто к слову не пришлось – но любопытство мое нарастало.

Впрочем, как и уверенность, что я придумала гениальный план.

Первое. Притворяться обычной мало что понимающей тварью. Чтобы продолжал выбалтывать разные сведения.

Второе. Тянуть с мечом и огнем так долго, как это возможно. Опять же, ради количества сведений. А еще ради того, чтобы его самого приручить. Потому что мне нужен представитель этого мира, который не будет убегать с воплями или играться в «смертельный бой», как любят некоторые принцы. А будет готов в будущем выслушать и может даже помочь. Или хотя бы подсказать что.

Третье…

Магию меча я тоже собираюсь получить. Мой дракон от этой идеи вовсе не отказывается. Просто Марика уговорила его потерпеть, пока сама не получит от владельца меча по-максимуму.

На этой чудесной мысли я оскаливаюсь – ну вообще-то улыбаюсь – поворачиваюсь к мужику попой и отправляюсь спать.

Режим у меня, режим.

А уже почти стемнело.

– Эй.. ты куда?! Драко-он! Ну только не говори мне, что мне до завтра здесь торчать! – его голос делается раздраженным. Ох не умеешь ты себя сдерживать, не умеешь. Только делал вид. Интересно, как бы ты не сдержался, если бы понял, что не только до завтра торчать? – Я же припасы почти все по пути извел…

Кстати, надо прояснить, что за такая «дорога храбрости» или как он назвал, по которой все ко мне попадают. Прояснить и выжечь на всякий случай.

–…я же тебя весь день почти уговаривал…

Не последний день, говорю же.

– … уже и кучу золота пообещал…

Вот на счет золота… интересно, а как оно вообще у меня появилось? И в таком количестве? Может я тут прибыльный бизнес наладила – точнее драконица, которая была до меня? Закаляла всякие предметы огнем, в плату – монеты и перстни… С этим всем тоже интересно разобраться.

– .. а ты просто уходишь спать в пещеру?!

Прикинь, да.

Просто ухожу.

Гы.

Но вот на следующий день, когда я выползаю и сладко зеваю на первые лучи солнца, одним глазом косясь на злого, растрепанного мужика, которому вряд ли сладко спалось, я понимаю, что дальше будет не так просто.

Мне же и свои дела хочется делать.

Тренировать связки, например. Что нельзя пока демонстрировать. К озеру летать, рыбу ловить… уже пора. Я научилась перехватывать голод до того, как мой желудок извещает о необходимости поесть всю округу.

Но как я мужика оставлю, а?

Пещерка то открыта… Мне неприятно, если кто в ней будет шариться. Там мое зо-олото. Там все мое!

Хм.

А ведь раньше мне эта мысль не приходила в голову. Что любой может туда зайти, пока я отсутствую. Может потому что я была уверена – побоятся. Будут стоять и орать, вызывая меня на бой, пока не выйду. Но этот не побоится… Увидит, что улетела – и у него хватит наглости посмотреть, как живет дракон. А может вообще забудет про «долг» и свалит с сокровищами.

Или просто свалит, решив, что я бесполезный дракон…

Нет, надо держать его при себе.

Но как? Ох блин.

«Ну отлично, – язвительно замечает внутренний голос, – Ты только мужиков на себе не катала».

9

Мысль о том, чтобы перетащить его в зубах, я отвергаю по размышлении. Еще я такую гадость в пасть тащить буду. Или вот в лапах нести… А если он будет дергаться? А если выпущу нечаянно? Или чихнуть захочу – и огонь вырвется?

И прилетит на моих зубах – лапах на озеро не мужик, а пепел.

Но если он сядет на спину… В теории выглядит нормально. Возможности взвеситься у меня, понятное дело, нет. Но полагаю во мне пара тонн. А может и больше. У него – что-то около сотни килограмм – или сколько там сейчас мужики весят? И он, если не идиот и будет держаться крепко, долетит.

А если не долетит… ну вроде как не по моей вине, да?

Ох ты блин… в жизни никому не пожелаю решать такие вопросы. В которых изначально никаких примеров ответов не имеешь. Вообще с нуля полного приходится думать. То что я в кино видела не в счет. Там обычно драконы не только в лапы хватали, но еще и закусывали тем, что они схватили.

Перекус в дорогу называется.

«Стоит посадить мужика на шею – он с нее не слезет», – бурчит внутренний голос.

Я отмахиваюсь мысленно. И прикидываю, что бы дать ему такое, чтобы он закрепился на мне…

«Ну давай еще ему максимальный комфорт обеспечь», – снова язвит внутри голос.

Лучше бы наружу вылез и разговаривал! Через пасть!

Ох, Марика, отставить раздвоение! И так сложно.

Но еще сложнее оказывается дать понять мужику, что я хочу. Не словами.

Для начала поворачиваюсь к нему боком, расправляю на половину крылья и мотаю головой с приглашением. Типа забирайся, дорогой, полетим кататься.

– Очень, очень красивый дракон! – реагирует на это «дорогой».

Глаза закатываю.

Я это и так знаю! Я не красуюсь, а демонстрирую, похоже, собственную глупость. Потому что катать на себе всяких, чье даже имя не знаешь – точно глупость.

Еще более выразительно головой мотаю. Типа «забирайся». И даже – о Боги, надеюсь я это просто забуду! – чуть прогибаю хребет.

– И крылья у тебя красивые, и спинка… – в голосе мужика сомнение появляется.

Да только сомневается он не в собственной понятливости, а в моей адекватности.

Сам идиот!

Вздыхаю.

Делаю к нему шаг и башкой поддеваю, подталкиваю в сторону своего туловища. Ну не тупи уже! И крылышками так мах-мах легонько.

– Ты хочешь, чтобы я тебя погладил?

– Р-рр, – вырывается у меня качественно редуцированный звук. Очень членораздельный и без всяких дымовых эффектов. Все-таки упражнения дают свою пользу – у меня-дракона появляется именно речь.

Мужик этого не понимает, конечно. И комментирует:

– Ну не рычи на меня, тварюшка, если сама не знаешь, чего хочешь.

Ну все.

Похоже теперь я понимаю, почему драконы не на себе всех возят.

Разворачиваюсь, едва не снеся ему голову крылом, хватаю в лапы… аргх, верхние маловаты для мужика! Может нам в верхних можно только цветочки перевозить – слабы! Подпрыгиваю, одновременно расправляя крылья и перехватывая его тело нижними, более крупными и сильными лапами. И взлетаю, наконец. А то в желудке уже бурчать начинает.

Так бурчит, что вопль мужика скоро перекроет.

Дергается. Как я и предполагала. Изворачивается. Орет. И чего пытается добиться, а? Чтобы я выпустила? Мы на высоте драконьего полета, идиот! Я очень быстро высоту набираю! И я предлагала тебе по-нормальному, сам не захотел!

Ай не выкручивайся! И правда свалишься – а мне потом от чувства вины страдай!

Прижимаю к себе сильней. Пищит что-то. Надеюсь я ему ничего не передавила – опыта у меня мало.

Замолкает.

Издох?

А, нет. Копошится. Устраивается поудобней. Вот и славно. А то нам еще лететь и лететь…

В полете я отключаюсь от всего. Если мне удасться снова стать женщиной, это именно то, по чему я буду безумно скучать.

По ветру, который тебе друг.

По распростертым крыльям.

По тому, как ты становишься воздухом, и внутри тебя не кровь и огонь – а воздух и искры.

По ощущению слияния со всем вокруг… дракон – связующее звено всех стихий. И вот здесь, между небом и землей это особенно остро. И ярко. И даже своя ноша не тянет…

Тьфу как звучит!

Все идет вроде по плану, но вот чего я не могу предусмотреть, так это того, что при виде озера инстинкты на какие-то мгновения возьмут верх, и я устремлюсь вниз с яростью пушечного ядра… и нырну на глубину вместе со своим мужиком.

Ну озеро же! Рыбка!

Блин, он же утонет!

Выныриваю.

И его выталкиваю на поверхность.

Фух. Не нахлебался. Отфыркивается, дышит, опять орет что-то совсем не равнодушное. Мне кажется – местные маты. Потому не прислушиваюсь. Всякие гадкие слова – не для нежных девичьих ушек.

Убеждаюсь, что он на поверхности озера держится вполне неплохо. И более того, решительно начинает грести в нужную сторону – до которого метров эдак двести.

Ну вот и славно, вот и занятие ему. Пока гребет и выживает изо всех сил – я займусь своим делами.

И снова ныряю.

Глотаю воду, рыбу, резвлюсь, закручивая водовороты… Ладно-ладно, ничего такого. Не для того, чтобы его засосало. В стороне. Время от времени высовываю голову на манер перископа, проверяю, не утоп ли, убеждаюсь, что сил в нем немерено и плывет все еще… И опять ухожу под воду.

В общем, к тому моменту, как на берег выходит довольный и сытый дракон, вымотанный и полудохлый мужик тоже его достигает.

И, глядя на меня с очевидной ненавистью, заползает на влажную полоску с мелкими камнями. Со стоном утыкается лицом в землю.

Его еще и колотит крупной дрожью.

Делается жалостливо. Ну по-честному, я не хотела мучить! С полетом он сам напросился таким вот образом… а купание не входило в стоимость нашего аттракциона. Нечаянно вышло.

Ну чего так трясется, а?

Неужели замерз? Он же вроде интенсивно двигался! Или вода в озере, которая кажется мне едва ли не парной – на самом деле жутко холодная?

Прикидываю данную возможность и прихожу к выводу, что да. Я может не воспринимаю температуру своим драконьим телом также, как человеческим. Что дракону – горячо, то человеку может быть как в проруби поплавать.

Огнем его что ли согреть?

Стоит мне это только подумать, как мужик поднимает резко голову – как мысли услышал! – и щурит на меня свои яростные глазищи. И встает, пошатываясь. Взгляда не отрывает – видимо чтобы не подходила. Не "грела". И начинает с остервенением отдирать от себя мокрую прилипшую одежку.

А я вдруг осознаю, как вообще у него прошли эти два дня. Ну, с его точки зрения.

Что вот пришел он весь такой смелый и преисполненный чувством долга к дракону. Которого, как он был уверен, с легкостью можно использовать. Поговорить журчащим голосом, меч подкинуть, что прожорливый дракон немедленно высосет конечно, потом – к примеру – меч начать забирать и когда ящерица рассердится и будет огнем пуляться – этот меч и подставлять.

А вместо нормального, по драконьему шаблону действующее чудовища – зеленая очаровашка с бревном во рту. Которая сначала огнем пыталась убить, потом голодом, ночным дискомфортом, потом с высоты сбросить и в озере утопить…

И вот как представляю себе, как ему это все видится… и начинаю ржать.

А драконы, как выясняется, нормально могут веселиться. Просто с виду это выглядит так, будто у нас припадок.

Но у мужика за эти дня явно выросла стрессоустойчивость. Он на мой ржач внимания не обращает – разоблачается.

Мне же вдруг делается не до смеха. Потому что совсем не драконьи инстинкты и эмоции просыпаются.

Мужик-то под балахоном… Блин. Мужик.

Я не ошибалась в развороте и ширине его плеч. Шикарные. И руки вкаченные, но не раздутые. Такие правильные руки, рельефные, в прожилках вен и с длинными крепкими пальцами, которыми он сейчас отжимает тряпки. Причем явно представляет себе, что скручивает что другое.

Шикарный торс.

Длинные крепкие ноги.

Их так облепили мокрые подштанники, что…

Нет он серьезно? Он их снимет?!

Мужик на мгновение замирает и смотрит на меня широко открытыми глазами. Наверное потому, что я смотрю на него. Тоже широко открыв глаза.

Ох божечки, надеюсь хоть слюна не капает?!

Какая-то тень сомнения пробегает по его лицу… А потом он резко поворачивается ко мне задни… спиной. И я тоже резко отворачиваюсь. Ну мало ли что меня заинтересовало на противоположной стороне? Бабочки там. Цветочки.

И тут что-то волной проходится по драконьему хребту. Теплой, мурашечной, кайфовейшей волной… И нестерпимое желание обернуться… Поддаюсь ему.

С изумлением наблюдаю как совершенно сухой мужик встряхивает совершенно сухие тряпки! Уже одетый в совершенно сухие кальсоны!

Да ла-адно.

В прыжок его настигаю и трогаю лапой плащ.

Хмурится.

– Чего тебе? Колдовства никогда не видел, что ли? Ну да, высушил.

Никогда не видела!

Покажи, а?!

То есть ты колдун?!

Ух ты ж, ух ты ж!

Я должна узнать, как это работает!

Как сила мысли?

Волшебная палочка?!

Из руки потоки света?!

Ну же!

Даже не знаю, чьих здесь эмоций больше. Драконьего тела, которое тащится от магии. Или восторженной Марики, которая все еще верит, что волшебство… это что-то волшебное.

Колдун только таращится на меня и не понимает, что я хочу чудес!

Ну ладно.

Щаз поймешь.

Хватаю в охапку его сухие шмотки и закидываю в озеро. Недалеко. И с радостью наблюдаю, как он, ругаясь, за ними бежит.

Ну… покажи дракончику чудеса!

– Да что ты за чудовище такое! – шипит мужик… а нет, колдун уже. – Ты специально издеваешься? Что я тебе такого сделал?! Какого подземелья ты все это делаешь, а?!

Глубоко вздыхает. Прикрывает глаза.

И выставляет вперед руки, с которых начинает течь что-то вроде уплотненного марево.

О-оо…

Хочу облиза…

Тьфу!

Глубоко вдыхаю запах магии и заставляю себя успокоиться.

Однако. Какая полезная прогулка. Теперь я знаю, что он – колдун. И это делает мужика еще более ценным в моих глазах.

Это раз.

Что магия – это вполне различимое по физическим свойствам действие. Во всяком случае сушильная магия.

«И он под тряпками потрясающе красивый», – мечтательно пищит внутренний голос, но я на него шикаю.

Снова возвращаюсь в воду. Надо это все обдумать и уложить в голове. Да и не наплавалась я за пятнадцать минут. Еще столько же надо… и еще…

Когда я возвращаюсь – колдун на том же месте. Сидит сухой, нахохленный, замотанный. Не сбежал никуда.

Ах да, бежать некуда. С этой стороны озера – непролазная чаща. Люди, когда видела их, на другой стороне тусовались. Отсюда только вплавь.

Перед ним костерок весело трещит.

А на двух рогатинах – прут. На нем, как на вертеле, рыба, которая часто к поверхности подплывает.

Ням-ням.

– Даже не думай, – ощетинивается.

Я что, прочавкала свою мысль?

Да ладно тебе, я уже наелась. Не нужна мне твоя рыба. А то ишь как защищаешь… Ты жизнь так свою не защищал, как еду.

Что, даже кусочка не дашь попробовать? Вдруг готовая еда дракону нравится больше, чем сырая?

Мне как-то в голову не приходило, что можно рыбу не просто заглотить, но приготовить…

– Это. Моя. Рыба.

Он как понимает меня…

Хм. Он и правда все лучше меня понимает. Интересно, это хорошо или плохо? Вдруг насторожится и станет молчуном? С другой стороны я же хочу с ним потом договариваться. Пусть потихоньку привыкает.

Широко зеваю – после еды всегда такая приятная усталость – и разваливаюсь на солнышке сушиться и дремать.

Отдыхом наслаждаюсь.

Пока он – рыбой.

Вот как ему повезло с драконом. Даю поесть спокойно. А когда решаю, что пора лететь в пещеру, спокойно встаю и киваю головой на спину. Сейчас поймет? Или опять по старинке в когтях полетит?

– Значит это не случайность, – задумчиво бормочет колдун, – Ты и правда взял меня с собой осмысленно. Зачем-то.

Едва глаза не закатываю.

«Зачем-то».

Да чтобы ты никаких ловушек мне не наставил и в моих вещах не шарился!

Подходит ко мне и настороженно осматривает.

Фырчу.

Тебе что, еще и помогать? Подсаживать?

Справляется.

И довольно ловко оказывается на моей спине, прям у основании шеи. Ощущается непривычно…

Но это, пожалуй, последнее время самое частое мое ощущение.

10

В полете почему-то нет привычного единения со стихиями. Потому что у меня на загривке колдун?

Я наслаждаюсь, но… лезут всякие мысли.

Что все хорошие сказки начинаются одинаково:

«Давным давно в тридевятом королевстве жила принцесса… Ну или принц.

Жила – не тужила, носила принцессины юбочки и ела десерты. А потом ей захотелось приключений.

Или кто-то эти приключения устроил ей специально.

Вот и пришлось принцессе – а может принцу – стоптать сотню туфелек, растеряв по пути немного лоска, зато приобретя смекалку и силу духа.

И добиться таки какого-то замечательного результата.

И встретить свою любовь, конечно.

Которая привела к пышной свадьбе…»

И в этом месте все хорошие сказки обычно обрываются.

Но размышляю я сейчас не о том, что нам, девочкам, зря не рассказывают: после «встретить любовь» и «свадьба» (ну или решение о совместном проживании) и начинается реальная история, которая на сказку может быть не похожа. Чтобы ее такой сделать придется сильно трудится – и не только принцессе.

Я размышляю о том, что я сделала такого автору моей собственной книги жизни, что он все перевернул с ног на голову. И почему моя история началась – а у меня стойкое чувство, что она началась именно в тот момент, что я в канал летела – даже не с того, что я принцесса.

Ну или хотя бы Золушка.

В чем мой урок, и есть ли у меня шанс снова стать человеком? Или уже пора принять и смириться со своей драконьей личиной? Как я приняла и смирилась с тем, что попала в другой мир – и могу отсюда никогда не выбраться?

Но если последнее – вынужденная мера, ведь истерить и биться головой по поводу своего попадания никак не помогает устроить жизнь, то с первым смиряться не хотелось. Совсем.

Как бы я ни любила и ни восхищалась своей драконьей шкурой, я все равно сделаю все, чтобы вернуть человеческий облик. Раз в этом мире есть королевства, драконы, магия и колдуны (один даже при мне), чего бы не быть превращениям из драконов в принцесс? Ну или по меньшей мере в девочек?

Хм.

Интересно, что при этом происходит с точки зрения физики? Даже не сам процесс, но ведь что-то одной массы должно превратиться в что-то другое такой же массы. А как две тонны должны стать шестьюдесятью килограммами – не понять. Становиться девочкой огромных размеров мне не хочется!

Так, Марика, давай-ка этот вопрос отложим.

Сейчас, чтобы держаться на позитиве и не ныть нужна хоть призрачная надежда. Которая, как известно, может стать отличным компасом для самых смелых действий. Хоть какая-то история из этого мира, где подобное превращение уже происходило…

А еще нужнее – поспать.

Нервишки, то да се… не каждый день на себе мужика таскаешь.

Не мне одной хочется. Поспать, в смысле.

Когда я приземляюсь, колдун кулем падает на площадку… А потом встает, и, пошатываясь, снова падает. Возле своего ночного кострища. Заматывается в тряпье и тут же вырубается, хоть солнце еще не село.

Между прочим даже не поблагодарив за прогулку, купание и роскошный обедоужин из рыбы на гриле. За то что на себе таскала! Мужлан, ты, а не мужик!

Ну да ладно.

Я решаю не мстить пока. Сама иду спать и переваривать.

Процесс у меня уже налажен.

Заползти в пещеру, полюбоваться личным костерком, улечься пузиком на золото, урча от приятного тепла, почувствовать, как энергия сокровищ пропитывает насквозь, помогая волшебным обменным процессам в драконьем теле превратить пищу в жизненную силу и зачатки огня… И заснуть.

Эти дни я изучала и экспериментировала. И пришла к выводу, что дракону золото физиологически необходимо. И те, кто считает, что драконы просто жадины и алчные личности – те сами такие!

Это для здоровья.

И чтобы и дальше оставаться здоровой и сильной, полной огня, мне необходима физическая нагрузка, темная пещера, достаточный сон, качественная еда и вот эти золотые… назовем их ферменты. В общем-то похоже на человеческие принципы здорового образа жизни.

Ну и во сне видеть не всякие гадости, а…

***

… по гладкой, литой коже, натянутой на бугрящиеся мышцы, стекают капельки воды, мерцая в ритм незнакомой музыке. Они переливаются на солнце, украшают крепкие пальцы, что держат восхитительно-притягательный меч с бирюзой. Собираются в тонкие струйки, чертят влажные дорожки на гладкой груди, чуть путаясь в короткой поросли, стекают вниз по крепкому прессу до…

***

Аргх.

Просыпаюсь резко и фырчу.

Эротику я тоже не хочу видеть!

Где мои полеты и розовые облака?! Откуда в драконьей башке колдун взялся?! Специально пробрался в мой сон голым и меня разбудил? Магия? Вряд ли его магия ограничена способностью высушивать вещи…

Это конечно приятней, чем от кошмара проснуться, но…

Тут же смеюсь про себя. Вот же Марика. Впечатлил тебя колдун, да?

Потягиваюсь. Ну правда же выспалась. Хотя, по ощущениям, еще совсем-совсем рано. А к времени и смене дня и ночи я стала очень чувствительна.

Выхожу тихонько из пещеры…

И никого не застаю. Ни колдуна. Ни его вещей.

– А-аа! – в моем вопле – возмущение, не страх. Но огонь вырывается как надо. Потому что хорошо все за ночь переварилось. И несчастные, пробивающиеся то тут, то там травинки на площадке и по ее периметру поникают и сворачиваются в пепельные завитки.

В смысле он ушел?! Вот так взял и ушел?!

Но я же еще не со всем разобралась!

Он что… сдался? Всего лишь после какого-то полета и купания в ледяной воде?!

«Мужики здесь, похоже, такие же как у нас. Чуть какие сложности – немедленно бежать», – фыркает внутренний голос.

Сердито соглашаюсь с ним. Сердито топчусь по площадке. Пинаю ни в чем не повинный камушек, который отвалился от скалы… Ну как, камушек. Валун.

Но мне нормально.

Только лапку немного ушибла.

А-ааа….

Марика, успокойся. Всего огня лишишься так. Ну чего ты разнервничалась? Он не стоит твоих страданий.

«Я не страдаю! – возражаю внутренним фальцетом, – У меня просто планы на него были! Помучать немного. Совсем чуть-чуть! Узнать подробности про магию, про королевства, зачем приходил. Меч высосать. И может договориться! Или использовать! Чтобы он своим колдовством мне помог! А он просто взял и сбежал!»

Сбежал и нарушил все мои планы!

И чем мне теперь заниматься?!

Есть и пить не хочу, пещера чистая, вокруг тоже все отлично. Хочу все крушить… и мужика. Ну в смысле не любого, а этого… Тьфу! Я имею в виду что не хочу, а…

«Марика. Ты даже в своей голове умудряешься с собой поспорить и перед собой оправдаться. И себя осудить»

Может вернуть его?

Угу. А потом что? Засунуть в пещеру, как принцессу, и охранять, чтобы не сбежал опять? Тогда это будет не странная сказка, а извращенная.

Нет уж.

Ушел так ушел. Видимо решил найти дракона посговорчивей. Или вообще наплевал на свой долг.

А мне надо продолжить действовать согласно тому плану, что был до мужика. То есть учиться общаться словами через рот, потихоньку наращивать дальность и широту полета, чтобы разобраться – где города, где деревни, где достаточно нормальные люди, чтобы с ними договориться о чем или хотя бы расспросить…

Ну да, с колдуном проще.

Но простота не для этой сказки.

Вдох-выдох.

Успокаиваюсь.

Давай, Марика. Шаг за шагом. Дисциплинированно. Ты же знаешь – маленькими, но регулярными шагами можно уйти дальше всех. И плевать на слабаков!

Так что глубоко дышу.

Потом по квадрату дышу.

Потом… как-то автоматически начинаю делать все нужные упражнения для голоса. Вот она сила привычки.

Набрать полные легкие воздуха… и со звуком «кс-кс-кс» толчками вывести его из себя, сокращая при этом живот.

Зевок – и на зевке длинное «ма-аа»

Вибрационно-акустическая гимнастика: вибрирующий звук «м-м», который надо опускать в область груди, у меня не очень получается, то-то отдаленно похожее есть. Мычу, представляю, как вибрируют у меня ноги, спина, грудь, нос, простукиваю их хвостом.

Шею разминаю.

Повторяю уже все лучше получающийся «рр-р».

И, свалив небольшое дерево, делаю себе новую «пробку».

Сейчас я буду учиться артикулиро…

– О… ты опять Это тоже не случайно, да? Тебе надо зачем-то? Ну я не буду мешать…

Я едва не поперхиваюсь бревном и во все глаза смотрю на колдуна, который стоит на краю площадки. И во все глаза смотрит на меня.

Ы-ыыы.

Он что… Снова?! Снова застал меня с бревном во рту, сидящую на заднице перед пещерой?! И снова я его не почуяла?!

Наверное это потому, что он колдун… Но сейчас не это имеет значение!

А дурацкая ситуация!

Выплевываю бревно и не нахожу ничего умнее чем развернуться и улечься к нему попой.

Он бросил меня! А теперь внезапно вернулся! И то и другое одинаково плохо! И снова в таком виде застал!

Я обиделась, короче.

«Идиотка, – сообщает мне внутренний голос. И я с ним в какой-то мере соглашаюсь. – Лучше разберись, куда уходил и что у него за вещи теперь с собой»

Точно. Я глазами заметила, пока мозг был слишком занят внутренними воплями.

Опять разворачиваюсь и с подозрением смотрю на колдуна, который спокоен и равнодушен. Только я знаю – это вполне себе маска. Умеет и раздражаться, и кричать. И балахон он свой снял – под ним вполне себе цивильная рубаха и штаны с сапогами.

А еще у него теперь действительно куча каких-то вещей.

До этого приходил вроде с одной котомкой, я помню. В ней меч, тряпки, пара маленьких мешочков. А сейчас и одежда, и кожаный сундучок, и лук со стрелами, и узелок с едой – мой дракон улавливает запах незнакомой пищи. Штуковина, похожая на лютню и…

Два освежеванных зверька размером с зайцев.

Не могу не спросить. По-своему, по драконьи. Все равно он понял, что я много понимаю. Главное, чтобы не понял, что я понимаю вообще все. А то, что не понимаю – могу додумать.

Подступаюсь и лапой аккуратно трогаю новые вещи.

– Нет, мне не показалось, ты умнее прочих животных. Наверное размер имеет значение – и раз голова у тебя большая, то и ума тоже больше… Хотя я другое про драконов знаю, – бормочет, а я удерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Не показалось конечно, так что объясняйся, – Я часть вещей по дороге сюда оставил. И вернулся за ними. И обед себе подстрелил. Могу поделиться.

Сует мне под нос одну из тушек.

Фр-р.

Кажется и Марика, и дракон реагируют одинаково.

Нам не очень нравится.

– Тебе не очень нравится? – сильно удивляется колдун. – Но…

Замолкает.

Видимо вспоминает: все что он знает про драконов со мной не работает.

– В королевской библиотеке Амиран похоже не только исторические книги врут, – бормочет совсем тихо, про себя почти, но я слышу.

И вычленяю важное.

Здесь есть книги.

Здесь есть книги исторические. И про драконов. И, наверняка, про магию. Мне нада!

А еще я внезапно вспоминаю, где слышала слово «Амиран».

На одном из земных языков это означает «царственный». Королевство царственных? С самомнением у них там все ок. Хотя это и другое значение может иметь… Сложно сказать. Я так и не разобралась, на каком языке говорю-думаю. Мне кажется, на русском. И люди говорят на русском. Я так это воспринимаю. Но с другой стороны наверняка же здесь совсем не мой родной язык? Просто языковые нейроны как-то перестроились…

Так, Марика, не забивай себе голову.

– Лучше бы не забивал себе голову этим чтением, – бормочет, натаскивая дрова, ветки и разводя костер.

Вздрагиваю от такого созвучия и бросаю на него внимательный взгляд.

Нет, не читает мысли.

Скорее случайность.

Колдун что-то шепчет, щелкает пальцами, зажигает искру между ними и вот уже веселый костерок. И принимается готовить обе тушки , посыпая их прозрачными крупинками – соль? – и травами из мешочка.

Вообще, если честно, ведет себя как хозяин. И меня это возмущает и раздражает. Но…

«Ты сама хотела, чтобы он никуда не уходил».

И то верно.

Просто я девочка. Хоть и дракон.

Я постоянно передумываю.

Так, а мне все-таки чем заняться? Упражнения при нем не поделаешь. И стеснительно, и… определенно, пусть не думает обо мне сильно лучше, чем сейчас. Повременим с признаниями. А то мало ли.

Надо просто углубиться в лес. Или отлететь недалеко. А со входом в пещеру я наконец придумала, что делать. Там вон кусок скалы – завалю. Будто дверь закрою.

А пока что…

– Будешь?

Вздрагиваю.

Я пока топталась и думала, куда податься и как поступить, он уже тушки приготовил. Не иначе голодный и магией себе помогал для скорости. И выглядит… ох, как аппетитно! Не когда сырые, а именно так! Пасть мгновенно наполняется слюной, хотя я не должна чувствовать голод… вчера же ела!

Но это другой голод.

Голод по вкусу человеческой еды… с солью… специями. Не знаю, знаком ли этому телу вкус мяса на гриле, сочного, свежего, идеальной прожарки. Но человеку Марике-то знаком!

Теряюсь как поступить. И как взять, не откусив ему руку.

Подхожу и приоткрываю пасть. А он, не отрывая от меня взгляда, аккуратно в эту пасть тушку вкладывает… Как раз вся помещается.

Черт.

Мы, кажется, оба смущаемся.

Не понять чему.

Во всяком случае колдун очень быстро отходит и отворачивается, с преувеличенным вниманием свое мясо разделывает, добавляет себе лепешки и сыр из узелков – и не испортились же в лесу! – и с самым независимым видом жует.

Ладно.

Я и правда пойду потренируюсь.

Не менее демонстративно загораживаю вход и отлетаю недалеко, чтобы продолжить упражнения.

***

Похоже проходят последующие несколько дней.

Мы летаем вместе на озеро. Ну так получается. Мне вроде больше нет беспокойства за пещеру. Но… просто так получается.

«Просто тебе нравится смотреть на него в мокрых подштанниках».

Молчи!

Колдун угощает меня готовой едой.

Я тренирую связки в лесу и могу уже произносить некоторые слоги.

Он уговаривает меня впитать меч.

Я внимательно слушаю бормотания, выуживая нужные мне сведения.

Начинаю привыкать. К нему. К такой жизни. Размеренный ритм делает меня спокойной, расслабленной. Вон даже принцы не мешают – они почему-то больше не приходят.

Но одним вечером происходит событие, которое запускает череду настоящих приключений. Вечером того дня, что мы летаем на озеро, я по привычке заползаю в пещеру и уже сонно устраиваюсь на золоте. Зеваю… И так и застываю с открытой пастью.

А потом захлопываю ее, прислушиваюсь.

Колдун, вопреки обычному, не спит. Привык видимо к полетам. Тихонько перебирает струны – впервые он лютню или как там эта штука называется взял. И мелодия очень красивая. А голос… когда он не скучающий и не злой, он похож…

Черт.

Я вспоминаю кофе с апельсином и ликером, когда это горько, сладко, обволакивает и оставляет после себя невероятное послевкусие. Оседает в венах патокой, а в сердце – притягательной мужской глубиной.

Такой голос.

Тихонько выползаю и слушаю. Хотя да… где дракон – и где тихонько? Но он не поворачивается.

Мужчина сидит у яркого костра с небольшим инструментом и продолжает уже текущую по моим драконьим венам мелодию.

Заговор?

Опять магия?

Почему так действует?

Я с детства любила слушать музыку, потом аудиокниги, когда играла, вязала, занималась чем-то. И часто влюблялась именно в голоса дикторов и певцов – не в смыслы, не в мелодии. В голоса.

И вдруг думаю, что в этот голос я могу не просто влюбиться… Полюбить. Хотя и смыслы отзываются. Да так, что внутри начинает распускаться та самая надежда, о которой я просила.

Ты снимаешь принцессы наряд

Стоя лицом к стене

И я вижу свежие шрамы

На гладкой как бархат спине

Мне хочется плакать от боли

Или забыться во сне

Где твои крылья дракона,

Которые нравились мне?

Где твои крылья…

Которые нравились мне?

Все видят в тебе лишь принцессу

Все видят во мне храбреца

Все видят лишь наши споры

Но вместе мы до конца.

И если завтра начнется пожар

И весь город будет в огне

Мы погибнем без крыльев дракона

Которые нравились мне…

Где твои крылья…

Которые нравились мне?

11

Утром я сбегаю. Не могу просто рядом с ним находиться. Хоть и спит возле угасшего костра… Но слишком близко. Даже так.

Расправляю крылья и взлетаю.

Едва-едва брезжит рассвет.

Что ты сделал со мной, колдун?

В голове какие-то искры.

В сердце – водовороты.

В крови – пузырики от шампанского.

Неужели ваши сказания и правда бывают такие? Пробирающие до нутра, пронзающие насквозь. Или это ты так талантлив? Или все дело в самом сюжете? Остром, болезненном?

Неужели у вас и правда были… есть принцессы с крыльями дракона? Принцессы-оборотни, быть может? Принцессы, отказавшиеся от своих крыльев? Или у них забрали?

Меня что-то разламывает, волнует, беспокоит… Больше всего – непонимание. Правда ли то, что он спел? И почему спел именно эту песню? Он что-то знает? Подозревает? Почувствовал?

А сама песня… если это сказание, что передается из поколения в поколение, то у него есть реальная основа. И это для меня шанс… Но дело не только в нем. Дело еще в том, как он пел. Как смотрел на меня после. И как я смотрела на него.

Как будто мы… черт, не знаю!

Полет и свежий воздух, солнце нового дня, ветер выметают из головы и тела все переживания. Я расслабляюсь и счастливо парю.

Не буду думать, каково это – жить снова без крыльев! Я только-только научилась жить с ними.

Возвращаюсь назад также тихо, как улетала но мага не застаю. Видимо тоже поднялся рано. На охоту ушел. Или еще куда. Пусть его. Не очень-то и надо. И не очень-то интересно.

Чуткое ухо улавливает какую-то возню в лесу неподалеку и, как мне кажется, даже различает голоса.

Разные.

Хм…

Я аккуратно перелетаю через завал, который сама устроила – вот как филигранно с крылышками теперь умею обращаться! – а потом ползком, поближе к источнику звука. Там точно кто-то есть! Кто-то, кто не колдун, потому что колдуна я чую, но не так, как человеков.

Тихонько не получается – кусты я приминаю как надо. Но там возятся так громко, а ветер вдруг взвывает так сильно, что мне незаметно удается пробраться близко к суете и, стелясь по земле, просунуть свою голову между деревьями. Аккуратно рассмотреть происходящее из-за кустов.

Едва не вскрикиваю удивленно.

И правда возня. Между колдуном и незнакомым мужиком в рыцарских доспехах. Оба пыхтят, борются, но как-то аккуратно. Будто переживают, чтобы…

– Да тише ты! – рычит тихо колдун, – Дракона разбудишь! И не поздоровится тогда тебе.

«Не поздоровится».

«Разбудишь».

Что-то до меня не доходит пока.

– Лезь обратно на дорогу, – продолжает шипеть мой… ну пусть будет сожитель. Пихает в сторону странного лаза. Я тот поначалу и не увидела. Похож на нору, тоннель – но прорубленный в деревьях. Или как будто ветки оплели полукруглые арки. Со стороны и не видно… А если всмотреться – весьма прямая и удобная дорога-лаз, уходящая прямо и вниз.

Этакий прямой ход до… дракона? До моей пещеры?

Так вот как они все ко мне попадали!

– Отыскал дорогу – молодец. Дошел и не забоялся – тоже молодец, – продолжает бубнить колдун, – Можешь возвращаться и всем рассказывать, как ты с драконом сражался. Все.

– Я до конца дойду! – тоже бубнит этот, в доспехах, – Принца Кайрана никто не остановит!

– Да не ори ты так! И правда разбудишь. А разбуженный дракон знаешь какой жуткий? Лучше тебе не знать.

Это в смысле… он про меня?!

Вот сволочь!

Но почему он решил, что я сплю? А, точно. Я улетела и совсем забыла валун задвинуть. И утро раннее. Вот колдун и подумал, что я еще в пещере.

– Да что вы все лезете и лезете… Перегородил бы уже эту дорогу, да только здесь магия слишком старая, не перегородишь. Вот и приходится самому…

– Тебе какая выгода с этого, человек? – пыхтит принц.

– Не твое дело, – отвечает грубый колдун.

А я продолжаю медленно офигевать.

Во-первых, с древнего лаза. Тут что, экскурсионное бюро работает? С маршрутом под заголовком «Экстремальные развлечения! Знакомство с драконом!»

Я им что, диковинка какая-то?! Зверушка?!

Во-вторых, с колдуна обалдеваю.

Он не первый раз, получается, принцев останавливает. А я все думаю, чего те перестали ходить… Ну не наглость ли! Вдруг бы мне кто понравился? Этот, например, не сильно симпатичный: нос картошкой, усы. Через приподнятое забрало не так много различишь, но что вижу – не нравится. А вот другие могли быть ого-го. Мои это принцы. Не ему решать!

И ведь не просто останавливает – еще и припасы их себе присваивает. Какой продуманный колдун.

В-третьих… обо мне нелестно отзывается. Хотя сам же говорил, что драконы людей не едят. И сам со мной в довольстве и безопасности живет столько дней! Присвоил значит себе дракона, других не допускает, а продолжает лелеять планы по напитыванию меча…

– Аргхск! – громогласно выражаю свое возмущение и встаю на все лапы, больше не заботясь о незаметности.

– Ой. Разбудил? – реагирует на это принц в доспехах и явно бледнеет.

– А я говорил, – фыркает колдун и перестает впихивать того в лаз. Отступает. На меня бросает короткий взгляд и тут же отворачивается. И почему-то мне кажется, что он смущен. Не смущаться ты должен, а чувствовать себя виноватым!

– Раргхс! – снова возмущаюсь.

И удостаиваюсь еще одного «ой» от принца и внимательного взгляда от колдуна. А потом он вместо извинений… задирает бровь. И руки на груди складывает.

– Чего негодуешь? Можно подумать тебе хочется с ними возиться.

– Ару-р-га!

Типа «Это мне решать!»

– Да и мало ли у кого какое оружие найдется – вдруг навредят.

– Гарххх!

«Я сильная!»

– Я только тебе на пользу все делаю.

– Арарар!

«Так я и поверила!»

– Они от тебя лишь одного хотят – подвига и золота, если повезет.

– Руррск!

«Можно подумать ты здесь не из меркантильного интереса!»

– Вы что… общаетесь?

Мы замолкаем на этот вопрос, заданный сдавленным голосом. И оба смотрим на принца, про которого забыли. А потом друг на друга.

Мы…

Мы ведь и правда разговаривали только что. Без разговора разговаривали. Так полноценно – первый раз. И если честно дико бесит, что у этого есть свидетель.

И в целом все бесит!

Похоже не меня одну. Хотя колдун делает вид, что ему ок. Или ему и правда нормально? И из эмоциональных здесь – только Марика?

– Знаешь, – заявляет вдруг мне, – Тебе не нужно спокойствие? Иди и бейся с этим принцем. Раз тебе так надо.

Мне надо, чтобы меня спрашивали, чего мне надо! А не решали за меня!

А этот противный колдун решает теперь вообще за всех. Совсем невежливо хватает рыцаря и тащит в сторону моего обиталища. Чуть ли не подсаживает того, чтобы завал преодолел – еще и ругается на тяжелые доспехи.

Я тоже перелетаю и перегораживаю вход в пещеру.

Хмуро смотрю на обоих.

И на слегка опешившего от прыти колдуна принца. И на самого колдуна. Который усаживается возле своего костра и едва ли не попкорн достает.

– Ну. Давай. Делай то, зачем пришел, – кивает отступающему Кайрану, который, похоже, рассмотрел меня теперь более внимательно. И понял, что надо было сразу уходить… – Что там у тебя по плану? Речь готовил?

– Д-да.

– Вот и говори.

– К-кому?

– Дракону. Ты же за этим пришел?

– Я… – принц, кажется, сейчас лишится чувств, – Я принц Кайран! Я пришел освободить тебя, дракон! То есть… принцессу! Принцесса будет спасена!

– Нет здесь принцессы, – фыркает колдун, – Ты прекрасно об этом знаешь.

– Но в речи так положено… Для инициации надо говорить… или не сработает.

– А ты адаптируй под обстоятельства. Все равно это идиотское поверье не работает.

– П-почему идиотское? И что говорить? Зачем я еще могу быть з-здесь? – совсем теряется Кайран.

И мы с колдуном синхронно закатываем глаза.

– Например, забрать сокровища пришел. Или «убить чудовище», – скучающе продолжает колдун. – Хочешь убить чудовище? Вот, иди убивай.

И кивает в мою сторону.

Идиот.

– Меч хоть выставь и шаг сделай. Чего стоишь? – глумится над принцем.

– Дракон огромный! – оправдывается тот.

– А маленьких и не бывает, – отрезает колдун. – Так что пользуйся тем, что есть.

Я им блин сейчас обоим «воспользуюсь»!

Принц делает шаг ко мне.

Я прицельным ударом хвоста отправляю его в полет.

Кажется, мы оба при этом испытываем облегчение.

А я поворачиваюсь к колдуну и прищуриваюсь.

– Что? Ты разве не этого хотел, м?

Да он… Он что, злится? Вообще-то здесь я обиженная сторона. Это от меня все скрывали. И тоннель, и то, что принцы ходят пачками ради инициации, и… может вообще все мои сокровища – это плата за такую вот работу? «Инициировать»? И то, что колдуну вдруг стали мешать эти принцы…

Это я злюсь!

– Не этого? – колдун встает и, чеканя шаги, подходит ко мне, – А чего ты хочешь, а? Сколько тебя уже уговаривать? Что я должен сделать, чтобы ты выполнил мою просьбу? Ты же явно понимаешь, о чем я прошу? Время истекает… но знаешь, я кое-что придумал…

Ой не знаю.

И, кажется, знать не хочу.

Глаза у тебя, колдун, как-то слишком опасно сверкают. И лицо такое, будто ты что-то решил для себя.

А сегодня не слишком подходящий день для экспериментов!

– Манускрипты, древние писания, книги, сказания… может и глупости. Но сколько этих историй я слышал с детства… О том, что принцам положено бороться с драконами, а вот принцессы могут их приручить. Хочешь узнать, как?

Он говорит сейчас таким голосом… Как поет. Привораживает. Но так же быть не должно?

– Наклонись…

И я наклоняюсь.

Как против воли, вот честное слово!

Я просто очень хочу услышать, как принцессы приручают драконов… вдруг и для меня будет подсказка?

– Они. Их. Целуют.

И прежде чем я успеваю отпрянуть или проорать что-то вроде «поцелуй делает совсем другое!» прижимается своими губами к моим.

Точнее, к моей. Пасти.

12

«Трах-бах-бах!»

И выкорчеванное дерево с шумом валится вниз.

«Ба-бах»

Еще одно.

«Бам»

Эту ель мой хвост не может снести, зато здорово накреняет.

Я понимаю, что лес – это не «комната ярости». Но мне надо сбросить душащие меня эмоции. Иначе задохнусь.

Или разорвет. От эмоций и воспоминаний. Вот каждое его слово и действие посекундно запомнила после этого гадского поцелуя!

«Видимо и эти поверья – ерунда. Ну или просто я – не принцесса»

Набатом прям в голове его спокойная, связная речь. А ведь у меня в тот момент дар речи пропал. Даже мысленной.

«Ба-бах!»

И вот еще одно дерево лишается кроны.

«А может дело в том, что мы оба мужики, – продолжает рассуждать он задумчиво, тогда как мой мир, по ощущениям, разваливается на глазах. – Но ничего не чувствую… И ты не приручился вроде».

Я… я не приручиЛАСЬ!

Это точно.

И я почувствовала!

Что-то внутри… теплое, огненное, сладкое.

И я не мужик!

Но ничегошеньки не вышло… никакого превращения.

И я не позволяла себя целовать!

Нормально же все было! Даже дурацкую выходку с принцами можно простить – но вот этот поцелуй без разрешения… Это насилие почти!

«Ты не подумай…Я ничего такого не имел в виду. Ну это как лошадь по носу погладить, приласкать».

Ох, лучше бы он заткнулся после первого дурацкого пояснения. Лучше бы вообще молчал! А то с каждой его фразой мне все хуже делалось.

Раздраконил так, что изнутри загорелось.

И ведь больше даже не из-за его реакций. А потому что на мгновение мне показалось – сейчас он меня поцелует и я превращусь. Сброшу «лягушачью» шкурку и снова стану собой… девушкой.

И ничего не произошло.

Ни-че-го.

Горько как!

А он еще и «не почувствовал». И назвал меня «мужиком». И «лошадью».

Ы-ыыы.

– У-дак!

Вырывается из меня совершенно членораздельное. И я от испуга присаживаюсь и зажимаю пасть лапами.

Да, конечно, в этом слове не хватает первой «м», но… Я именно сказала. Сказала! Что подумала – то и сказала!

Прорвало наконец! Я уж думала – ну когда получится? Ведь и связки, и понимание, что делать есть. Да все не выходило…

Пытаюсь теперь произнести слово полностью, но первый слог «му» никак не дается.

Ну и ладно, я еще кучу ругательств знаю.

– …ооо-зё!

«Козел» пока не получается, но я уже близка.

– Урр-ра!

Вообще-то я хотела сказать «дурак». А это противоположное. Но близко!

Это же надо, Марика… как дело пошло с неприличными словами! С них и надо было начинать.

На все лады склоняю колдуна. И пусть не очень близко по смыслу звучит, но ведь выдаю получается в принципе выдавать что-то связанное! И это приводит в восторг, даже затмевает временно предыдущие переживания.

Как же много оказывается можно сделать на топливе из злости!

– Хрюн! – вырывается вдруг из меня идеальное.

А-аа, я красотка!

Колдун ведь и есть настоящий хрюн!

Смеюсь радостно, и ору:

– Хрюн! Хрюн! Хрюн!

– Эй, дракон… эээ я не совсем понял…

Замолкаю и поворачиваюсь к колдуну у которого, кажется, глаза как плошки. Не о глазах его думаю.

Как нашел? И дошел?

Вопила я, конечно, громко. Но довольно далеко от площадки.

Я же как все эти его бормотания после поцелуя выслушала дурацкие, как осознала произошедшее, так и свалила прочь. Иначе уничтожила бы! Столько огня поднялось – и совсем не метафорического. У меня как будто и женские, и драконьи гормоны взыграли одновременно.

Едва справилась – а ведь я не истеричка по жизни, ну только если совсем довести.

В тот момент довел.

Потому решила улететь, чтобы не наделать глупостей на нервах.

Вернуться и добить его всегда успею. А тут он сам… Бессмертный, да?

Ну раз нашел и дошел… Назад тоже дойдет.

Резко отрываюсь от земли в прыжке и расправляю крылья. Думаю, не сгонять ли на озеро… но понимаю, что после всех этих эмоциональных всплесков я хочу побыть в тишине. На золоте полежать. Отдохнуть. С момента, как я услышала ту мелодию, с момента, как я вдруг поверила, что все не просто так, и вообще, все может быть даже проще, чем я думала, с моим обращением, что сказка становится, наконец, сказкой – прошли всего сутки.

А столько всего произошло и изменилось… в том числе у меня в голове!

Надо переварить.

В этот раз в метафорическом смысле.

Так что забираюсь в пещеру, зажигаю костер вместо свечки, вытягиваюсь на сокровищах вместо кровати… да, моя жизнь сейчас совсем другая. Но я в состоянии жить ее в удовольствие.

Размеренно дышу и постепенно успокаиваюсь.

Мысли становятся ленивыми и тягучими, и уже в дрему впадаю…

– Дракон, я был не прав.

Точно бессмертный. Потому что дошел почти до пещеры по моему лазу. Но хоть какое-то понимание, что ворваться в чужой дом без приглашения – это вообще за гранью. Потому останавливается за поворотом и оттуда вещает, невидимый.

Что там вещает? Что не прав?

Ой, да удиви меня чем-то новеньким, это я и так знаю.

– Извини, я не должен был так поступать.

Извиняющийся передо мной мужик – это и правда новенькое.

– Сам не знаю, что нашло… с этим приручением, легендами. Чего я полез к тебе? Это странно, да. Но пойми, времени чтобы спасти моего побратима все меньше. У любой магии есть срок действия, чтобы обратить ее вспять. А дальше все… навсегда.

Так.

Я аж просыпаюсь.

Он решил какую-то другую историю придумать? Более жалостливую? Вроде был долг и королевский дом Амиран

– С принцем королевства Амиран нас связывает очень многое, – будто отвечает устало на мои мысли, – Более десяти лет. Нас можно назвать и друзьями, и врагами… Но прежде всего мы связаны кровной клятвой. Если с одним что произойдет – другой должен сделать все возможное, чтобы спасти. И сейчас у него неприятности.

Его голос прерывается на этом месте, как это очень часто происходит от эмоции или воспоминания, которые хочешь скрыть от окружающих. Но продолжает он все так же спокойно.

– Я слышал, что ты разговариваешь. Именно говоришь. И уверен – я не сошел с ума, мне не показалось.

Ну говорю, и что?

Пока только обзываюсь, правда.

Почему-то уже не вижу смысла скрывать.

Не после всего произошедшего.

– Значит ты совсем разумен. И сможешь понять, зачем мне меч. Принца похитил старый колдун. Сильный… самый сильный из всех мне известных. Не имеет значения, зачем он это сделал.

Чего это не имеет?

Мне прям интересно.

Ну да ладно.

Потом.

– Но теперь мой друг Мхедар в заколдованном хрустальном гробу спит вечным сном.

Было бы чем поперхнуться – я бы уже.

А колдун не перепутал сказки?

Он же не серьезно?

Но, похоже, серьезно.

– И единственный способ разрубить этот гроб – меч, напоенный силой драконьего огня. Особый меч. Ведь драконий огонь может заполнить лишь ту емкость, из которой ушла магия. И такой меч оказался по счастливой случайности у меня.

Ой не верю я в случайности.

Почему у тебя?

И гроб ты разобьешь – а дальше что?

А со старым сильным колдуном что делать будешь, м?

Столько вопросов в голове. Но главный вопрос – как мне использовать всю эту информацию себе во благо?

– Ты подумай, дракон… может все-таки захочешь помочь. А пока отдыхай.

Ой, ну спасибо. Разрешил.

Всю ночь я сплю урывками. Потому что думаю.

Анализирую свою жизнь здесь с момента попадания. Прикидываю разные варианты развития событий.

И к утру принимаю решение.

Первое. Раз уж он думает, что я «мужик», пусть думает так и дальше. Я не хочу нервничать из- за возможных поцелуев или еще чего. И не хочу… я слабачка, да, но я не хочу ,чтобы ко мне как девочке. Чтобы у меня было много ненужных чаяний. Потому что если у меня ничего не получится потом, то есть я останусь драконом…

Блин, пусть мое сердце хотя бы не будет разбито.

Второе. Я пока не буду наполнять меч огнем. И не потому, что не поверила. Наоборот, поверила в эту историю. Но если он получит меч, то возьмет его и уйдет. Навстречу опасностям и приключениям. И… «самому сильному колдуну». А с кем у меня больше шансов обратиться или хотя бы разобраться со своей ситуацией? Именно с тем колдуном. Ну или в процессе приключений.

И третье.

Чтобы нам вместе путешествовать – да и вообще сообщить колдуну, что он удостоился этой величайшей чести – мне надо начать разговаривать. И выдавать что-то более полезное, чем «хрюн».

Так что с самого утра я на озере. Теперь не только для еды и питья – я учусь разговаривать. Снова и снова тренируюсь. До хрипоты.

И на следующий день.

И на третий.

Колдун делается все более мрачным. Его-то я с собой не беру. Потому что не могу тренироваться при нем. А еще из вредности хочу, чтобы до конца прочувствовал свой косяк.

Потому улетаю утром – прилетаю под вечер.

А он всегда ждет с разогретыми вкусняшками, подлизывается… ну ок, милостиво принимаю. И удаляюсь в пещеру каждый раз.

Возвращение на третий день отличается. Потому что кроме вкусняшек вижу еще и лицо человека, который опять принял решение.

Надеюсь теперь более нормальное.

– Я ухожу, – заявляет он мне, – Искать другого дракона.

Не, надежд никаких. Колдун нормальных решений не принимает.

Значит пора.

Набираю полную грудь воздуха… И выдаю слогами и очень медленно. Напряженно. Но пока только так.

– Яааа… И-ду-сссс то-зе. Мечс… та-ам…

Поймет же, что с мечом возле гроба разберемся?

Бедненький.

У него падает не только челюсть, но и поклажа из рук.

Чего так вытаращился? Ты же сам говорил: я дракон разумный. Разговариваю. Или итог совсем удивительно выглядит?

– Яаааа, – добавляю, показывая кончиком хвоста на себя, – Ма-ри-Кс

– Марик… – как завороженный повторяет колдун, – А меня зовут Армази`. Армази` – колдун

13

– Нет, нет, нет.

– Па-се-му?

– Великие Рода, действительно не понимаешь?! Я уже и так иду… лечу… в общем перемещаюсь с драконом. С говорящим драконом. А не на лошади, что было бы удобней.

Хватит сравнивать меня с лошадью! Даже в таком контексте!

– И будущие проблемы я могу только предположить – но то, что они будут, это точно.

Смотрю на него самым мрачным взглядом. Они точно будут, если ты не уймешься, Армази` – колдун.

– Я уже объяснил тебе про Сияние древних и Сотню пик. Места, через которые придется идти пешком хоть мне, хоть тебе, потому что по воздуху там нельзя – даже драконам.

Я и ходить умею, колдун, если ты не заметил. И плаваю.

– Я уже доверился говорящему дракону. Который может в любой момент нарушить договоренность и либо спалить, либо утопить, либо улететь. Причем доверился, несмотря на то, что ты отказался сообщать о причинах, зачем тебе тащиться на другой конец Обитаемой Земли.

И не скажу, колдун. Потому что это то личное, что мне слишком страшно озвучивать даже самой себе.

Решила и решила.

– Но тащить с собой три огромных мешка золота?! Ты в своем уме? Да ради таких богатств несколько королевств соберет лучших воинов – и вместо путешествия нам придется все время биться!

Фр-р!

Это моя постелька!

Можно сказать – спальный мешок!

И мне же тащить, не тебе… А все прочие пусть попробуют подобраться – посмотрим как справятся!

Возмущенно топаю лапой. Иногда не обязательно говорить. И так все ясно.

– А если мы окажемся в местилище другого дракона? – не унимается мужик, – Почует золото и все… Уверен, что готов биться?

Возмущение сменятся подозрением.

Это он специально придумал что-то новенькое? Какое-такое «местилище»?

Моя морда без всяких слов видимо содержит вопросительный знак, потому что теперь с подозрением смотрит колдун.

– Ты не знаешь про «местилище»? Или на драконьем у вас это называется не так? Впрочем, ты же на человеческом говоришь.

Пытаюсь сформулировать мысль максимально кратко и выдаю:

– Йаааа-а о-дыыын. Них-то.

– Ты не знаком с другими драконами и ничего о них не знаешь? – уточняет мужчина, склонив голову.

Киваю.

В целом, такой способ общения начинает даже нравиться.

Люди и так-то всегда слышат только что они хотят слышать, или что они напридумывали у себя в голове. А сейчас эту функцию можно использовать себе на пользу. Не спалиться, что в реалиях этого мира так себе разбираешься. Не спалиться, что ты девочка. Да и продумывать мысль до конца и сокращать ее, что немало способствует душевному равновесию обеих сторон. Пока продумаешь, пока выдавишь из себя, любые эмоции затухают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.