Татьяна Матвеевская
ТАБЛЕТКА ЖИЗНИ

Издание «Медицина сегодня и завтра»

Интервью с главой компании «НОМЕД»

Пожалуйста, расскажите о Вашем новом продукте, который Вы планируете выводить на рынок.

– О чём мечтает, молится каждый человек на планете? Позволю ответить себе за большую половину человечества. Так вот, все хотят быть здоровыми, чтобы были здоровы их дети, родители, согласны? Компания «НОМЕД», думаю, станет первой на мировом рынке, кто предложит ответы на эти мольбы. Наша лаборатория более десяти лет проводит исследование в области оздоровления организма, оно основано на процессе омоложения. Так сказать, мы прокручиваем процесс заболевания в обратном порядке, приводя организм в исходное состояние, до момента заболевания. Представьте, что вы смотрите фильм, драму. Наблюдаете, как развиваются события, ведущие к неизбежному трагическому концу. Но Вы нажимаете паузу и перематываете запись к началу, до того самого момента, где этой трагедии можно было избежать.

Вы хотите сказать, что Ваш препарат стирает запись в организме о заболевании и человек выздоравливает?

– Если одной фразой, то да.

Звучит больше как фантастический фильм, а не трагедия.

– Сегодня мы уже проводим клинические испытания, и результаты, не побоюсь этого слова, ошеломляющие. После курса нашего препарата отменяются назначенные операции, на которые возлагались, казалось бы, последние надежды. Такое выражение, как «неоперабельный больной», которое, надеюсь, впоследствии исчезнет из обихода докторов, для нас становится «пациентом, идущим на выздоровление».

И в чём секрет?

– Геропротекторы. Синтетические пептидные соединения уже сейчас используются в косметологии, что дает возможность продления молодости нашей кожи. Мы взяли за основу способности натуральной гормональной группы останавливать старение, но и пошли дальше, научились обращать процесс вспять в локализованной области организма. «Пренебрежимое старение», этим свойством обладают некоторые морские обитатели, скажем морские ежи, распространенные в Красном море, медуза Turritopsis dohrnii, вид биологически бессмертных медуз, которая может чередовать процессы старения и омоложения. А откуда мы все пришли на эту землю, как не из Мирового океана.

Вы не думали, что Ваш препарат может разрушить фармацевтическую систему, многие компании разорятся, миллионы людей потеряют рабочие места, их препараты элементарно не будут нужны?

– Конечно, мы задумывались об этом. Но что может быть ценнее, чем человеческая жизнь? Это придает нам силы и уверенность в успехе, в правильности нашего пути.

Фортуна

1.

Вот наконец-то и есть время рассказать, с чего всё началось, пока меня не нашли.

Всю жизнь я анализировала миллионы данных, выдала тысячи отчетов, принимая к учету каждую цифру, каждую запятую. Но эта история расскажет обо мне лишь то, что хреновый я аналитик и что поистине, когда судьба открывает книгу твоей жизни и начинает читать ее вслух, ты становишься глухим и слепым, послушно следуя сюжету.

Как же вместить в 10 минут события последних месяцев. Не будем влезать в дебри квантовой механики и физики, а возьмем теорию относительности словами старика Альберта: «Когда сидишь рядом с хорошенькой девушкой, час кажется минутой, а когда сядешь на горячую сковородку, то минута кажется часом»¹. На это и будем опираться.

Начну с горячей красотки. В тот вечер таксисты отказались от заказа три раза и пришлось добираться домой на метро. Решив создать иллюзию активного образа жизни, после двенадцатичасового рабочего дня и отчета за месяц, чтоб он провалился, этот месяц, и все отчеты, я решила, что небольшая прогулка будет идеальным завершением дня. Улица была пуста. Неторопливо, стараясь дышать полной грудью, шла и думала, что пятница, что полночь, что одна…

Жизненный маршрут в принципе незамысловат: работа – дом – работа. И либо ты на этой карусели жизни, либо ты стоишь и смотришь на нее. Я была из тех, кто стоял и смотрел, а она, чертовка, крутилась, переливалась огнями, манила музыкой, но мужества купить билет у меня не хватало. Куда лучше стоять тут, в сторонке, тут надежно, своя стабильность. А там что? Я не знаю и знать не хочу. Так спокойнее.

Машина проехала мимо, раздался хлопок, и от машины отделилось нечто. Это нечто со странным звуком плыло по земле ко мне и, сделав круг почета, легло у ног. Машина остановилась, Он вышел из нее и тоже направился в мою сторону. То был тот самый странный момент, когда всё вдруг приобрело четкость: фонарь засветил ярче, воздух стал прозрачнее и в голове промелькнула какая-то мысль, которую ты не успеваешь расслышать.

– Добрый вечер. Я вас не испугал?

От него пахло кофе и табаком – и чем-то еще, таким знакомым. Опустив глаза на землю, я спросила:

– Что это?

– Это автомобильный колпак, для колеса.

– Для чего он?

– Бесполезная штука, просто для красоты.

– Он, может, и бесполезен, но уж точно не дурак. Знал, куда катиться.

Возникла пауза, и время замерло.

– Он вас выбрал, значит, я обязан отвезти вас домой.

– Благодарю, я живу рядом, нет необходимости.

– Тем более, не будем перечить колесу Фортуны. Это Судьба.

Она вдруг тихо появилась у меня за спиной, положила руку на плечо и подтолкнула вперёд, ведь пауза затянулась. Тогда я приняла ее за Фортуну, но оглядываюсь назад и понимаю, как же часто мы путаем Фортуну и Судьбу. В римской мифологии у Судьбы три богини, и Фортуны среди них нет.

В машине были прохлада, чистота и порядок. «Если попросится на чай или кофе, не приглашай, от твоей чистоты он сбежит в три счета». Люблю творческий беспорядок, а потому уборка – это тоже творческий процесс, вдохновение. А коль нет вдохновения, то просто сидишь и ждешь музу уборки, а она ах как редко заглядывает. Я преклоняюсь перед чистотой, но порядок – это что-то иное, это на порядок выше. «Вежливо откажи, скажи, что поздно для визита незнакомца. А попросит телефон, крайне спокойно дай ему номер, небрежно, не заглядывай в глаза».

– Указывайте дорогу, штурман.

– Пока всё время прямо, покажу, где свернуть.

Но мы ехали молча. Я постаралась рассмотреть его лицо: высокий лоб, аккуратная стрижка, нос с орлинкой, губы обычные, пожалуй, не красавец, даже среднестатистический. Машина плавно свернула во двор и остановилась у подъезда. Тишина. Он повернулся ко мне и замер. Теперь он рассматривал меня.

– Благодарю, – выдавила я из себя. – Получилось забавно.

Он продолжал смотреть на меня и молчать. На долю секунды его молчание придало сцене другой окрас. Из романтического совпадения сцена превратилась в дуэль между маньяком и жертвой. Когда ты что-то блеешь овечкой, пытаясь оттянуть момент неизбежности, но в душе понимаешь, что всё напрасно. «Аннушка уже разлила масло»², не сопротивляйся. Глупая мысль как пришла, так и ушла, когда он произнес:

– Вы оставите ваш номер?

«Слава Богу!» – чуть не сказала я вслух.

– Да.

– Диктуйте, я запомню.

«Кто же сейчас запоминает номера?» Я продиктовала номер.

– Запомнил, доброй ночи.

Этой фразой он практически вытолкнул меня из машины.

– Доброй ночи, – почему-то я сказала обиженным голосом и вылетела пулей, не забыв на прощанье хлопнуть от души дверью.

Уже в лифте осознала, что он даже не спросил моего имени, не знала его имени и я. Войдя в квартиру, я села на стул и зависла в паузе, взгляд не хотел фокусироваться, и перед глазами всё расплывалось. «Спать, спать и еще раз спать, – сказала я себе и начала стягивать пальто. – Запомнил он, ха! А я сейчас усну и забуду».

2.

За неделю накопилась такая усталость, что, проснувшись в субботу утром, я так и осталась в кровати на целый день. Вчерашняя история казалась странным сном. Взяв книгу с пола, там ее любимое место, я продолжила читать «Эмму» Джейн Остин. Вышла новая экранизация, а у меня правило: В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО³, а потом уже фильм. За чтением моя усталость постепенно растворялась, как кусочек сахара в утренней чашке кофе.

Я любила быть одна, закрыться дома на два дня, без телевизора, которого в принципе и не было у меня уже года три, когда можно «отключиться от розетки», оставить постылую работу за порогом, читать книгу, есть прямо в постели и иногда мечтать, какой была моя жизнь, ЕСЛИ… После ЕСЛИ могло следовать всё что угодно. От банального «если бы у меня была своя квартира, а не съёмная» до «какую суперсилу я бы выбрала себе, будь выбор неограничен».

В тот день моя суперсила заключалась в способности по щелчку пальца вернуть всем людям в их дома и квартиры мусор, который они за собой не убрали, все окурки, брошенные на землю, а не в урну, всё, что не убрали за своей собачкой на прогулке. Лежишь ты в постели, и щелк, лежишь ты уже посреди свалки, под потолком своего жилья и понимаешь наконец-то сакральный смысл мусорных баков вокруг тебя. Оказывается, они для того, чтобы выбросить в них мусор. Что же я раньше не осознал этого, дайте мне куснуть свой локоть.

Странно, что я в тридцать пять лет думала о таких глупостях, ребячество. Но, по сути, я и есть ребенок, который пашет на нелюбимой работе, а по выходным прячется от жизни за книгами и мечтает, как всё было бы, ЕСЛИ… Сомнительная жизнь получается, согласна, но вот если бы все изменилось, если бы встретила того самого, если бы я смогла купить этот билет на эту чертову карусель жизни…

Выходные прошли лениво, то есть идеально, кроме одной вещи. Мысль о Нём, как надоедливый комар, пищала в моей голове. Я читала один и тот же абзац по несколько раз, пытаясь понять, кто на ком женился и кто кого родил, но этот мерзавец продолжал пищать: «Позвонит – не позвонит?»

На часах было почти три часа ночи, когда сон абсолютно обиделся на меня. Вот дом напротив смотрит на меня одним глазом, кто-то там тоже не спал, горел свет в окне. А второй глаз подмигивал мне закоротившей лампой у подъезда. Я сидела на подоконнике и планировала завтрашний день, что надо сделать по работе, позвонить родителям, а в выходные, может быть, надо встретиться с подругой, давно не виделись.

Телефон зазвонил резко, хоть и мелодия стояла мягкая. После инсульта у отца я перестала отключать телефон на ночь, чтобы мама могла дозвониться. Номер был не из записной книги. Я не хотела брать трубку, но на всякий случай ответила, мало ли что случилось.

– Доброй ночи.

– Доброй, кто это? – я сразу узнала его.

– Ты знаешь, кто это, слышу по голосу.

Связь была такая идеальная, что я даже обернулась и окинула взглядом комнату, было ощущение, что он говорит мне на ухо, а не по телефону. «И почему мы вдруг на ты?»

– Может быть, это человек, который подвез меня недавно домой?

– Не спится? – мой вопрос оставили без ответа.

– Не спится.

– Предлагаю встретиться.

– Заманчивое предложение, но поздновато для встреч, не думаете?

– Послезавтра.

– Мне надо подумать, проверить свои планы, получитс…

– Кафе «Зеленый квадрат», адрес есть в интернете. В 20:00, вторник, – не дал он мне договорить.

– Хорошо, я постараюсь, – позвучало слишком быстро от меня.

– Доброй ночи.

Как ни странно, после этого разговора я моментально уснула. Почему не посыпались вопросы после такого ночного звонка? Не спрашивайте, у меня нет ответа.

3.

Вечером решила посмотреть, куда мне предстояло пойти. На сайте бара был только адрес, ни отзывов, ни фото. В какой одежде пойти, какой стиль выбрать – вот в чём вопрос. Всегда выручали джинсы в обтяжку и какая-нибудь майка, плюс каблук спасал образ. Нет информации – получайте что есть. Ведь что делает девушку привлекательной? Ответ такой: не знаю. На каждого мужчину я действовала по-разному, потому как с каждым была разной, такой, какой он хотел меня видеть. Да, я хамелеон и прекрасно осознавала это. Полгода походов к психологу дали мне это понимание, но какая я на самом деле, понять так и не смогла.

Во вторник убежала с работы на час пораньше. Быстро в душ, ноги не брить, свежий макияж, одежду приготовила еще вечером. Когда приехало такси, я уже была минут пять как собрана, что, по сути, было мне не свойственно. Чаще приходилось оплачивать простой такси, чем ждать его.

Ехать минут сорок, поэтому в пути я набросала в голове список вопросов-тестов для беседы. Отправила моей подруге номер телефона, с которого он звонил, для подстраховки. Пришлось наврать, что познакомилась с мужчиной на сайте знакомств и что после долгих уговоров встретиться именно сегодня дала ему этот шанс. Мы всегда так делали перед первыми свиданиями, но от нее телефонные номера я получала гораздо чаще. У нас были свои тайны и секреты, и мы давали друг другу эту свободу сохранять личное, потому, наверное, так долго дружили. Негласный закон был таков: рассказывать только то, что считаешь нужным, с расспросами не лезь, и нас с Аидой это правило полностью устраивало. Даже имя ее было словно создано для секретных секретов и тайных тайн.

Таксист высадил меня в какой-то подворотне у арки, сказав, что проезда нет, дальше только ножками. Рядом остановилось еще одно такси, из него вышла пара и направилась в арку. Интуитивно я последовала за ними. Зеленая вывеска тускло горела вдалеке. Названия на ней не было, просто зеленый квадрат, светящийся в темноте.

Он стоял у входа. Это было неожиданно приятно. Я всегда неуютно себя чувствовала одна в ресторанах, стараясь пойти туда в компании. Молча пригласив меня жестом к дверям, он открыл ее, и я шагнула в полную темноту.

От неожиданности, кажется, я взвизгнула, но он крепко сжал мои плечи сзади, зафиксировав меня в пространстве. Глаза привыкли к обстановке, и оказалось, что темнота не кромешная, свет был, но его было так мало и он был зеленый. Портье принял у нас пальто. Мы пошли по длинному коридору куда-то дальше в зеленый мрак, там нас уже встретила хостес. Он протянул ей, как мне показалось, несколько крупных купюр. Девушка профессиональным движением фокусника приняла деньги, и они растворились где-то во мраке ее маленького столика, который я сразу даже не заметила.

Откуда лился этот липкий зеленый свет, было сложно понять, казалось, свечение исходило от самих стен. Вдалеке послышалась тихая музыка, и зеленая фея легким поклоном головы указала нам направление. От этого света, от всей этой молчаливой обстановки я словно под гипнозом пошла на музыку, мне начинал нравиться весь этот спектакль.

В зале нас поприветствовал молодой человек и предложил выбрать столик, я выбрала самый дальний. На сцене солировала девушка, акцента не слышалось, видно было, что английский для нее родной. «Да… с улицы сюда не забредешь, явно только если ты знаешь это место». Устроившись, я наконец осмелилась посмотреть ему в лицо: спокойное, эмоций не было.

– Кухни здесь нет. Что ты будешь пить?

– Чай? – странный выбор для такого места, да, но алкоголь я пью редко.

– Два чая, пожалуйста.

Мне понравилось, что он не стал меня переубеждать выбрать что-то другое, ведь на соседних столиках стояли бокалы от мартини и вина.

– Если бы знала, что мы пойдем в такое место, я бы надела платье.

– Не оправдывайся, ты прекрасно выглядишь. Ты в том, что должно было быть на тебе сегодня, другого быть не могло, – потом добавил: – Мы все думаем, что жизнь полна сюрпризов и неожиданностей, но на самом деле всё уже определено, мы просто выполняем наши роли в чьем-то спектакле.

– Как странно, что ты это сказал, – несколько дней меня преследовала мысль, что все идет уже по сценарию, который написан для меня лично. – Но тогда получается, что наша встреча была предопределена?

Он улыбнулся уголком рта.

– Ты сомневаешься?

Тут уже улыбнулась я.

Принесли чай. От волнения чувства голода я не испытывала, но при других обстоятельствах меня бы возмутило, что мужчина выбрал такое место, где нет кухни. Что же это за свидание без ужина, но была ли наша встреча свиданием? Впервые мне не хотелось задавать никаких вопросов и не хотелось что-то говорить. Обычно я без умолку рассказываю веселые истории, чтобы произвести впечатление легкой и беззаботной, ведь это нравится мужчинам. Но сейчас две чашки чая на столике, музыка, эта девушка на сцене, исполняющая «Occasional Man» Сары Воан, он рядом – всё складывалось в идеальную сцену из какого-то старого, забытого чёрно-белого фильма, и портить этот момент глупыми разговорами не хотелось.

– У тебя красивые глаза, – вдруг сказал он и через секунду добавил: – Ты пахнешь морем.

Здесь, в центре города, в этом полумраке, после скучного дня на работе, такие слова звучали действительно как глоток свежего морского воздуха. Сразу захотелось на море. А он попал в точку, сидеть у воды, наблюдать закат – это было то маленькое чудо, которое всегда возвращало меня к жизни, наполняло силами и энергией и давало надежду, что жизнь меня любит.

– Ведь я даже не знаю, как тебя зовут, – направила я разговор в нужное мне направление.

– У меня нет имени.

– Эм…

– И у тебя его тоже нет. Это всего лишь название файла, расположенного в картотеке там, наверху, – и указал пальцем вверх. – Твое имя в паспорте ничего не расскажет о тебе, что ты любишь, что ты чувствуешь, о чём мечтаешь… Попробуй пожить без него, тебе понравится, я уверен.

– Странное рассуждение, как это – жить без имени? – мое возражение требовало пояснений.

– В разных культурах отделяли имя тела от имени души, – продолжил мой собеседник. – Узнать свое имя могла только проснувшаяся душа, с большим опытом. Иногда человеку давали два имени: одно для внешнего общения, другое секретное, которое знали только близкие люди, семья. Говорили, что, зная имя человека, можно было управлять его душой. Да и вообще давать названия, имена – это свойственно только людям. Животные живут без имен, и заботятся, и любят, и защищают друг друга без имени. И порой кажется, что животные добрее и счастливее нас всех, вместе взятых, образованных, эрудированных и начитанных.

Я задумалась, а ведь он был в чём-то прав. Я умела признавать чужое мнение, и в тот раз оно частично совпало с моим. «Что в имени тебе моем…⁴ Пожить без имени, почему бы нет». Это предложение в первые секунды вызвало у меня отторжение, а потом интерес, точнее такое забытое ощущение новизны, того самого свежего глотка морского воздуха.

– Значит, я не узнаю твоего имени?

– Нет.

Мы просто разговаривали, сидя в необычном месте, пили чай, слушали музыку, и я решила не забегать вперёд.

Весь интернет для женщин кричит, надо сразу говорить о своих желаниях. Но не могла же я сразу тут, сейчас ему сказать на первой встрече: «Дорогой, если вы поиграть – то это не ко мне». Нет, сказать могла, но не сказала. Просто испугалась, что он пропадет после такого заявления.

А ведь всё говорило об игре. Видимо, слишком долго была одна и забыла правила, а когда-то я и сама придумывала эти игры. Они очень удобны для исчезновения в нужный момент.

Психолог так мне и сказал: «Вы уходите первая, чтобы от вас не ушли. Для вас это соревнование, вся ваша природа ждет-выжидает этого момента, когда вы можете сказать: всё, ты мне не подходишь. Именно ты мне не походишь, а не я тебе». Мы долго анализировали с психологом отдаление отца в детстве, авторитарную мать, мое вечное ощущение брошенности на ровном месте. Причина была выявлена, но следствие так отпечаталось во мне, что я уже подумывала о гипнотерапии. Поэтому мой мозг не мог ничего выдать, кроме как: «Если будет горячо, я всегда могу уйти. Дел-то, не учите ученого. Узнаю его получше, и там будет видно. Он странный тип, это однозначно, но кто из нас страннее, мы еще увидим».

Мы уже пару часов как разговаривали о музыке, путешествиях и книгах.

– Ох, уже поздно, мне рано вставать завтра, думаю, мне пора домой.

– А я думал, ты не спишь по ночам.

– И такое бывает, нападет бессонница, лежу думаю разное. Но сегодня буду спать как птенчик у мамы под крылышком. А ты всегда девушкам звонишь по ночам?

– Нет, только если того требуют обстоятельства, – ответил он загадкой, которую я не поняла.

– А вдруг я бы спала и не взяла трубку?

– Но ты же не спала и взяла ее.

– Тебе просто повезло.

– Всё может быть… Время покажет, кому и в чём повезло.

Самоуверенность его зашкаливала, что не могло не цеплять. Он попросил официанта вызвать такси. Решив играть в загадку до конца, я дала себе слово не спрашивать о новой встрече. «Хорошо, дам тебе ощущение власти над игрой».

Когда мы оказались на улице, всё вокруг мне показалось зеленого цвета, дома были тёмно-изумрудного цвета, а фонари отливали малахитом. Он открыл дверь такси, взял мою руку и поцеловал ее в ладонь. Это было уж слишком романтично для меня и даже немного наигранно, как в каком-то дешевом любовном романчике с верхней полки библиотеки. Но мысль проскользнула иная. «Ты не справишься с ним. Он тебя, как орешек, раскусит и выплюнет, и опять разбитое сердце».

Я смахнула эту мысль влево, как в приложении для знакомств, улыбнулась своей самой очаровательной и загадочной улыбкой. Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и такси увезло меня домой, захмелевшую от зеленого тумана, всех этих игр и запаха его парфюма. Уж точно не о сердце мне тогда надо было беспокоиться, но кто же мог знать.

Машина ехала неспешно, и это более чем меня устраивало, домой не хотелось, и про ранний подъём сказала специально, хотя знала, что долго еще не смогу уснуть в эту ночь. Все мужчины – сладкоежки (читай «падкие на сладенькое»), поэтому первая встреча должна быть короткой, чтобы создать у мужчины «эффект пирожного»: вот оно, вкусное, лежит перед ним на тарелке, он знает, что оно вкусное, но неожиданный звонок по работе, надо бежать. Успевает откусить лишь кусочек, а большой кусок так и остался нетронутым. И вот он сидит на совещании, а все его мысли там, на тарелке (о тебе).

Он любил путешествовать, почти весь земной шарик был завоеван, это вызвало даже легкую зависть. Нет, я и сама поездила по миру, ведь зачем убиваться на работе, зарабатывать деньги, чтобы что? Я жила от отпуска до отпуска, и в моменты, когда руки окончательно опускались, мысль о предстоящем отпуске всегда придавала сил: новая страна, новая кухня, новые люди, приключения. От него приятно пахло, и опять нотки табака, но при мне он ни разу не курил. Чем он занимался, выяснить не удалось, при моем вопросе разговор плавно перешел на мою персону.

Я старалась же быть немногословной для начала, сухие факты: работаю там-то, люблю читать, музыку и путешествия, английский свободный.

Время пролетело быстро, мне было мало, и я бы с радостью просидела с ним там вдвоем хоть до утра. Но нельзя, «эффект пирожного» надо соблюдать. Вы скажете, отчего я так зацепилась за него, одна встреча – и «поплыла». Объективных причин на тот момент не было, он действительно внешне был обычный, но манера держать руки, голос, заинтересованный взгляд, эта улыбка уголком рта. «Зацепила ли я его так, как он меня?» – сказала моя неуверенность, которая глубоко пряталась от всех.

4.

Прошло три дня, от Безымянного не было ни звонка, ни сообщения. У меня, конечно же, сохранился номер, с которого был звонок, но первой я никогда не звоню. Принцип. Наш вечер стал медленно стираться в памяти, пришло спокойствие и принятие, что это был, видимо, первый и последний вечер. Чувство брошенности преследовало меня все эти дни, но я уже знала о своей проблеме, поэтому мысленно убеждала себя эти дни, что Он так себе и не больно-то и надо было.

В субботу мы с Аидой встретились на ранний завтрак. Маленькая традиция появилась сама собой в той, прошлой жизни, но большая компания приятелей сократилась до нас двоих. Нам нравилось просыпаться утром рано, когда город еще пуст и отдыхает от пятничного угара, ехать в кафе, пить кофе и поедать яичницу с сыром. Можно было не красить ресницы, надевать удобную одежду, потому как для меня то был ритуал естественности и свободы… Завтракали мы всегда в одном и том же кафе, расположенном в парке, спрятанном от глаз, но зал тут всегда был заполнен. Такие же ранние пташки, любители спокойного утра в городе суеты.

Вы замечали, что кофе особенно вкусен ранним утром, не в обед или вечером, а именно утром. Ты еще чист от дневной усталости, мозг не загружен, и можно сконцентрироваться на вкусе и аромате этого таинственного напитка, который уносит тебя то в горячую Бразилию, то в магическую Эфиопию. Низкий поклон Петру Алексеевичу⁵ за то, что заставлял пить Россию это «горькое пойло».

Мы сделали заказ. Давно еще с Аидой договорились, что никого не обсуждаем из общих знакомых, эта вредная привычка сплетничать всегда меня отворачивала от людей. Сколько прекрасных тем для разговоров существует, выбирай любую… Мне было жаль своего времени на обсуждение чужой жизни. Да, моя жизнь была далека от идеала, но сколько проходит выставок, выпускается новых книг, фильмов, и обо всём этом можно поговорить, да и просто посидеть, помолчать или понаблюдать за людьми, природой, просто созерцать.

– Ты что-то грустная или мне кажется? – спросила Аида.

– Нет, всё идет своим ходом. Вчера купила новую книгу Мураками.

– Его же уже никто не читает!

– Я читаю, – улыбка на моем лице мне самой показалась натянутой. – Как твое повышение?

– Не знаю, хочу ли. Да, зарплата повысится на 25 процентов, а ответственность – на все сто. Я почти, как и ты, живу на работе, когда же мне ходить потом на свидания, а с этим повышением, скорее всего, мне надо будет переехать жить в офис окончательно.

– Обсуди условия, график.

– А что обсуждать, график как график, но сверхзадачи никто не отменял. Вот если бы я любила свою работу – это другое дело. А так работаю и работаю. Когда-нибудь вот как выйду замуж, как напишу заявление на увольнение и стану домашней мамочкой. Пусть муж зарабатывает, ему все карты.

Аида так была счастлива своему плану, что не хотелось ее расстраивать. Это ее выбор и ее жизнь, и я уважала ее мечты, хоть они и казались мне глуповатыми. Я тоже не любила свою работу, но чем бы я хотела заниматься, кроме нее, понимания не было. До предназначения мы с психологом не дошли, сеансы были прерваны, как только я поняла, что просто закапываюсь всё больше и больше в своем прошлом. А мне там было неуютно.

5.

Подъехав к дому, я увидела его машину. «Чёрт!» Я выглядела как чёрт! «Хотя… может, это и к лучшему, естественная красота – самая запоминающаяся, пусть он лучше меня сразу увидит такой, какая я есть. Соберись, ты прекрасна в этом старом свитере, и перестань дрожать, тебе не 15 лет».

– Привет.

– Привет.

– Ты тут давно?

– Только приехал.

– Есть такая вещь, телефон называется, она помогает людям планировать встречи.

– Не люблю телефоны, – отрезал он. – Я подумал, что нам надо поужинать. Ты голодна?

– Я только из кафе. И вообще, у меня были планы на вечер, – соврала не глядя.

– Какие?

– Эм… – к этому вопросу я не была готова, обычно просто начинали обсуждать новое время для встречи. Необходимо было что-то срочно придумать.

– Отмени свои планы и проведи время со мной, – произнес он так просто и открыто, что я окончательно опешила. «Ты должна быть недоступна, что это он приехал без предупреждения, мол, вот он я, любите меня все, бросайте свои дела и идите со мной на ужин».

– Мне действительно надо сделать кое-какие дела. Но вечер я могу освободить, – «Ни вам, ни нам», – решила я.

– Отлично. Я заберу тебя в семь. До встречи.

Медленно закрыв за собой дверь подъезда, ринулась в квартиру, было четыре часа на всё про всё: вымыть голову, макияж, уже точно сегодня платье. Предательская дрожь охватила меня, как студента-первокурсника, знаете, когда ты все знаешь, умом понимаешь, что сдашь этот экзамен, но волнение от первого экзамена в твоей жизни никуда не деть. Несколько приседаний и отжиманий помогли немного снять напряжение, на йогу времени не было. Стало немного легче. Я в первый раз увидела его днем. «Хм… Сегодня он был симпатичнее, чем в прошлый раз». Мне нравилась эта загадочность, эта недоступность, при этом моя неуверенность в себе превращалась в горделивую штучку. Да, я хотела почему-то понравиться ему, очень хотела.

После душа волнение ушло окончательно, и я стала спокойно собираться. Выбрала платье, которое выгодно подчеркивало мои плюсы в фигуре. Собрала волосы в хвост. Помаду не использовала, мне всегда казалось, что с помадой я выгляжу старше. «А сколько ему лет? Выглядит он на сорок, но мужчина, который выглядит на сорок, в реальности может быть как и тридцатилетним, и, что крайне редко, сорокапятилетним. Необходимо как-то попытаться выяснить хотя бы возраст, раз имени не получить».

Вся эта игра будоражила мою фантазию, это было необычно, нестандартно, незапланированно, и в этом была прелесть. Было сложно играть по своим правилам, он определенно вел игру, но я была уверена, что смогу переиграть его, надо просто выждать нужный момент. Очарую, и вот он в кармане, расскажет уже сам все свои секреты.

19:15. Я вышла из подъезда. Ни слова не было сказано, что я задержалась.

– Надеюсь, сейчас ты голодна?

– Угадал. Сегодня я бы отведала что-то больше, чем чай, – так я дала ему понять, что он просчитался в прошлый раз.

Тишина.

– В прошлый раз мне место понравилось, музыка и вся обстановка была завораживающая. Но странно, к чему вся эта загадочность, эта темнота.

– Демоны любят темноту, – опять его ухмылка. – Ты любишь темноту?

– В детстве я ее боялась, но, как ни странно, с возрастом полюбила. А ты?

– Всегда любил, – пауза, – а на самом деле там просто идеальное место, чтобы послушать музыку. Солистки приезжают со всего мира, и можно услышать не только то, что на слуху, но редкие, неожиданные аранжировки, так сказать, «песни народов мира» для избранного слушателя.

– Любишь эксклюзив? – вопрос-тест. «Пожалуйста, посмотри на меня при ответе».

– Люблю, – ответил он, глядя на дорогу.

Посетителей было немного, опять полумрак, официанты порхали мотыльками, появляясь, только когда это было нам необходимо. Мне это было на руку, ему не на что было отвлекаться, и поэтому дирижировала весь вечер я. Обаяние было включено на двести процентов, волосы поправлялись в нужный момент, губа закусывалась по расписанию, взгляд прямо в глаза, потом отводился в сторону, в никуда… Разговор тек естественно, по четкому моему графику, я рассказывала милые романтические истории о себе, наивные и чистые, а он задавал вопросы, уточнял, ему действительно было интересно. К концу вечера мой таинственный спутник даже заулыбался, значит, расслабился. Мы оба понимали, что это игра, но она приносила нам двоим удовольствие. Внутренний прагматик время от времени брал меня за горло и просил остановиться: «То, что не имеет конца, не стоит и начинать. Что он хочет, что ему надо от тебя? Проясни». «Время покажет, – отвечала я себе. – Я всегда могу уйти, когда захочу, успокойся».

Новости фондового рынка

На открытии сегодняшних торгов котировки акций компании «НОМЕД» взлетели на 84%, очевидно, после интервью главы «НОМЕД» Самуэля Биддинга для американского «Медицина сегодня и завтра». Что это, блеф или тонкая игра? Акции таких фармацевтических монстров, как Pharmalita, National Pillmaster, упали на 2 пункта. Просочилась информация, что «НОМЕД» собирается заключить сделку с китайской China HealthBank. Последствия такой сделки даже страшно представить для мирового здравоохранения, могут наступить определенно трудные времена, если такой продукт выйдет на рынок и оправдает свои ожидания. Всё мировое сообщество замерло в ожидании следующего шага этой тёмной лошадки.

6.

Следующие две недели пролетели как два дня. Время в моей голове играло злую шутку, убыстряясь около него и замедляясь, когда я была наедине с собой. Аиде я ничего не рассказала, знала, что она мне начнет говорить, и я не хотела это слушать. По сути, о моем романе никто не знал. Это была моя тайна, да и романом это было сложно назвать. Посягательств на мою честь не было, мы даже не целовались.

За три недели с хвостиком с нашего знакомства мысли о том, что я его не привлекаю физически, начинали мелькать в моей голове, но регулярность встреч, его настроение, может быть, говорили о другом? «Действительно, если мы продолжим просто ходить по ресторанам и не будем двигаться дальше, то и смысл в этой игре, но хотя вряд ли мужчина будет тратить свое время на женщину, если нет интереса и влечения», – убеждала я себя.

Мне хотелось доказательств этого интереса, больших доказательств для самой себя в своей силе, власти над мужчиной. То, что мы еще не целовались, для меня было в новинку. Мужчины обычно уже на второй встрече, кто-то робко, кто-то даже грубо, пытались меня целовать, и тогда я понимала, что я владею ситуацией, я решаю, что будет дальше. Теперь же, что происходит, понимания не было.

Мы прекрасно общались, мне было интересно с ним. Порой его рассуждения звучали заученными фразами, но, когда мы начинали спорить, обсуждать, это ощущение исчезало. При этом я абсолютно ничего о нём так и не узнала, всё, что я смогла собрать по обрывкам фраз и фактов: он был точно старше меня, много путешествовал, друзей не было или было очень мало, платил всегда наличными, есть сестра и брат, но виделись редко. Никогда не видела при нём мобильного телефона, на его номере не было никаких мессенджеров.

Я пыталась по номеру проверить все социальные сети, но результат был нулевой. Он только звонил, когда назначал встречу, мы ехали в какое-то тихое место, ужинали, и потом он привозил меня домой и мы прощались. Много читал, увлекался философией и психологией, отчего наши разговоры мне были очень приятны.

К сожалению, я слушала и не слышала его одновременно. Мои страхи и комплексы закрывали мне уши, а желание увидеть его пушистым котенком в моих руках делало слепой. Он задавал много вопросов, поэтому нарцисс во мне просто ликовал, и постепенно я рассказала о себе практически всё. Сложно играть в загадку, когда видишь напротив себя лицо, которое с неподдельным интересом слушает рассказы о тебе, о твоем детстве. Остановиться было сложно.

Но при этом я была в образе, образе легкой девушки, которая идет по жизни беззаботно. Своих «тараканов» я загнала куда подальше, на все вопросы у меня были рабочие ответы, идеально поддерживающие выбранный образ. «Хамелеоны, они такие». Мне казалось, что именно такая девушка ему должна понравиться.

– Ты рассказала своей подруге о нашем общении? Или родителям?

– Нет.

– Почему?

– Они не поймут. Да и рассказывать нечего. Мы просто ужинаем и общаемся, что рассказывать.

– И всё же?

– Если я только заикнусь, что уже три недели общаюсь со странным мужчиной, имени которого даже не знаю, полетит шквал вопросов, на которые я не знаю ответов. Да и похоже, я сама боюсь себе их задать. А ведь жизнь полна прекрасных мужчин, которые более открыты, и с ними всё понятнее. А мне нравится, когда всё понятно, – попыталась я исправить ситуацию и отвлечь внимание от того, что только что практически призналась, что очень заинтересована в нашем общении.

Манипуляция была глупая, я это понимала, но надо было что-то делать.

Внутри меня горел фитиль, который вот-вот бы потух от отсутствия его сексуального интереса ко мне или взорвал всё вокруг, оттого что я не понимала, что происходит.

Мне казалось, что приближается тот самый момент, когда мне уже можно сказать, что ты мне не подходишь, и исчезнуть. Игра затянулась. Меня к нему тянуло, его ко мне, похоже, нет. А поболтать о том о сём я могу и с Аидой.

– Согласен, мир полон понятных мужчин и понятных женщин. Ты можешь увидеть свое будущее с ними после одной чашки кофе. И это будущее предсказуемо.

Что хотят услышать все женщины от мужчины? Что он видит ее в своём будущем, что там есть место для нее, и порой неважно, какое это будущее, главное, что вместе, что со всем справимся, и только смерть разлучит вас.

Я же никогда не представляла себя в свадебном платье в тот самый день, о котором мечтают все девочки. Неужели во мне отсутствовал чип принцессы? Я хотела восхищения, я хотела услышать от мужчины, что я есть в его будущих планах на жизнь, и дальше пустота. Что дальше – представления четкого не было, после этого я обычно и исчезала, а если я долго не получала желаемого признания, то теряла интерес и шла дальше. По сути, у меня не было никогда нормальных, стабильных отношений, я не знала, что происходит после фразы «И жили они долго и счастливо…». Одна деталь во мне была сломана, деталь для построения отношений и доверия к жизни.

Будет враньем, если я скажу, что никогда не хотела встретить человека, с которым просто захочу остаться, а не убежать, и обычно это случалось раз в месяц в определенные дни, но в остальное время мне действительно было комфортно одной. О старости я не задумывалась, кто подаст мне стакан воды – тоже.

Но встреча с моим Безымянным, общение с ним, мой образ жизни и комплексы, его закрытость и отстраненность казались мне бусинами из одного ожерелья. Что-то заставляло меня промолчать, где я должна была кричать, и замирать в бездействии, где надо было хлопнуть дверью.

Его слова о предсказуемости прозвучали в моей голове не с обидой или грустью, а словно маленький ребенок, которому не купили конфету, говорит, что «не очень-то и хотелось». То был и мой девиз по жизни.

Я смотрела в зеркало. Открылся еще один факт о нём: наши сердечные раны дополняют друг друга, словно соединяются бесконечным заснеженным горным хребтом, который тянется из далекого забытого детства. Расстояние между нами вдруг сократилось. Но я струсила продолжить эту тему, ведь тогда бы мы заговорили о серьезных вещах, которые сама была не готова обсуждать, ведь это игра. Поэтому быстро увела беседу во что-то неважное, пустяковое.

7.

Мы приехали к дому, я уже собралась попрощаться и выйти из машины, как обычно, чтобы на следующий день ждать его звонка. Повернулась к нему и только открыла рот для «спокойной ночи», как он вдруг протянул руку к моему лицу. Мое сердце, уже принявшее тот факт, что он из разряда тех мужчин, которые любят только поговорить, остановилось на долю секунды и начало биться очень медленно, глухими ударами где-то у меня в животе. Бум – его лицо приближается к моему. Бум – его губы касаются моих губ. Бум – у меня закружилась голова.

Сколько продлился поцелуй, я не поняла, очнулась лишь от его слов:

– Я хочу подняться к тебе, – после этих слов мне еще больше понравился его голос. – Не говори нет.

Я кивнула головой, ведь голос мой куда-то исчез.

Мы молча вышли из машины. Я абсолютно не думала о своем художественном беспорядке, о своем белье, мне казалось, я вообще не думала. В голове стоял странный тихий шум… Он опять рассматривал меня, пока мы поднимались в лифте, так пристально, не раз замечала, что он это делает. Я же видела всё как в тумане, ноги и руки были ватными.

Вошли в квартиру, он помог мне снять плащ. Я направилась в спальню, у кровати остановилась, не знала, что мне делать дальше. В комнате было безоблачно, луна светила в окно как безумная. Он подошел сзади, повернул меня к себе и опять поцеловал.

– Сядь, – я села. – Сними блузку.

У него было красивое тело, я залюбовалась тем, как сокращаются его мышцы на животе, когда он снимал рубашку, да так, что сама окончательно забыла, как расстегивать пуговицы. Он присел и помог мне снять мою блузку и то, что было под ней. Потом легким движением руки толкнул меня назад, я откинулась на кровать. Бум – расстегнул мои джинсы. Бум – очень аккуратно помог мне освободиться от моего белья. Бум – я почувствовала на себе тяжесть его тела…

Потом были поцелуи и опять поцелуи, и всё ниже, и всё мучительнее… Он знал, как и что делать, словно шел по нотам моих желаний сверху вниз… Ах, как же давно на мне так не играли… а ведь от музыканта многое зависит. Только он знает, для чего forte⁶, а когда piano⁷, и как правильно vibrato⁸, и когда перейти на coda⁹.

Мне стало всё равно, как его зовут и чем он занимается, есть ли у него кто-то другой и увидимся ли мы еще. Весь мой мир превратился в точку, точку пересечения миров, точку рождения и смерти одновременно.

Мы боролись, обнимались и рычали от желания, в какой-то момент, когда время уже просто исчезло, я как дикарка бросилась на него, так моя жажда почувствовать его в себе после этих сладких мучений затуманила мне голову, работали только инстинкты. И это было, скажу вам, идеально, нет, не так, не знаю, как передать эту идеальность, какое подобрать слово. Казалось, Луна возбудилась от увиденного и стала светить еще ярче. Он смотрел в мои глаза и продолжал помогать своим телом моему. Я почувствовала, что сдерживаться больше не в силах, тело мое напряглось, и оргазм накрыл меня от пальцев ног до кончиков волос. Со стоном, или точнее воем, из меня вылетела частичка души и влетела в него. (Став Луной, я смотрела на нас сверху и наблюдала, как из моего рта c выдохом появилась светящаяся пушинка, которая плавно исчезла у него в груди.)

В это мгновение я четко осознала, что сама попала в ловушку, которую ставила, думая, что в любой момент могу встать и уйти, закрыв за собой дверь. Но вместо этого подошла и заперла дверь изнутри, а ключ только что отдала ему.

Я лежала и ждала, что вот-вот он скажет мне что-то обнадеживающее, приятное. Было даже немного стыдно за то, как я себя вела. Но на то у меня была причина, о которой он не знал. Мы еще тяжело дышали, словно два бегуна олимпийской сборной, взявших золото.

– Мне понравилось, – сказал он и положил мне руку на бедро, погладил и добавил: – Надеюсь, тебе тоже.

– Очень.

– У тебя давно не было мужчины?

– Четыре года, – это была та самая причина, и я не собиралась ему говорить об этом, но слова сами выпрыгнули из моего рта.

– Больше было похоже на пять, – поддержал он меня.

Я подумала, что за этим последуют вопросы, как так, такая девушка и четыре года без секса. Что случилось, отчего и почему. Трагедия? Драма?

– Давай закрепим результат, – было последнее, что я помню.

8.

Да, я не была в постели с мужчиной более четырех лет. Всё было банально. Мои рога уже упирались в Марс, когда я узнала, что после меня мой последний парень ехал к другой. У нас была однозначно какая-то зависимость. Стоило ему было взять меня за руку, и в следующее мгновенье мы уже оказывались в постели. Мне были сказаны слова, что я единственная, представлена семье, и со временем я начала думать, что у этой истории может быть будущее, может быть, вот оно, деталь во мне была исправлена. После того как всё открылось, моя уверенность в себе устремилась к нулю. Я замерла, словно хотела стать невидимой, в первую очередь невидимой для мужчин. Боль, ненависть, гнев, апатия, принятие – то были мои друзья несколько лет. Я пришла в себя, но неуверенность осталась. Вероятно, поэтому мне так хотелось сейчас получить обратно себя, получить эту уверенность. Были свидания, были встречи, но мне никто не нравился, я не зажигалась, а оставалась тусклой копией себя четыре года назад.

Почему же сейчас он? Меня к нему тянуло, мне было интересно, и этот интерес в голове наполнял мое тело теплом. Да, я ничего не знала о нём, это было слишком загадочно, нестабильно, чтобы превратиться в какую-то серьезную историю, но я на тот момент и сама не знала, чего хочу. Мне просто хотелось отогреться.

– Мне надо уехать из города.

«Вот и случилось, сразу, так быстро. Мог бы просто исчезнуть, так было бы легче, а сейчас придется делать вид, что мне всё равно». Я постаралась улыбнуться, потом положила голову ему на грудь, чтобы не было видно моего лица.

Светало, вещи стали принимать четкие очертания, а Реальность прилегла рядом со мной и закурила.

– Ты можешь взять отпуск на недели две?

…

– Хочешь со мной поехать отдохнуть?

…

– Чего молчишь? – улыбка в голосе.

– Надо узнать, получится или нет, – ответила я без раздумий, – а куда ты едешь?

– Мы едем, – уточнил. – Ты мне нужна там.

– А море там будет?

– Будет.

– Тогда я согласна, – уже ответила, глядя ему в глаза. – Где море, там и я.

– Все расходы на мне, не переживай.

Разве это не идеальная фраза? Нет, согласитесь, что прозвучало это когда надо и как надо. И моя самооценка зашевелилась.

– Тогда я в душ, а потом приготовлю кофе.

Я выпрыгнула из кровати, по дороге в ванную включила утреннюю музыку. «God give me everything I want». Micky Jagger никогда еще не подводил. Душ приняла как можно быстрее, влетев в комнату, увидела, что кровать была уже пуста. «Пусть он будет на кухне, пожалуйста». На кухне уже пахло кофе. Он сидел у окна на стуле, абсолютно обнаженный, и я смогла рассмотреть его уже под микроскопом. Подошла и положила руку на его плечо. Он дернул меня и усадил себе на колени. На плече у него был заметный шрам, тонкий, но видно, что рана была глубокой.

– Если я спрошу о шраме, ты же мне ничего не расскажешь? Верно?

– Ты начинаешь понимать правила, – улыбнулся он.

– Но как же мы поедем вместе на отдых без наших имен?

– Твое я и так знаю, а мое знать не обязательно.

– Как это ты знаешь мое имя?

– На полке стоит твой диплом. Я умею читать.

– Но так не справедливо! Нет? Ты знаешь мое, а я твое нет.

– Ты знаешь ответ на свой вопрос, – сказал он таким тоном, что мне не хотелось больше с ним спорить.

«Похоже, ориентируется он в новом пространстве очень быстро, раз кофе уже готов». После кофе он пошел в душ. Я присоединилась к нему, ведь я тоже умею быстро ориентироваться.

Когда Безымянный ушел, я решила немного поработать, хоть был и выходной, чтобы отвлечься, не циклиться. Странно, что компьютер был включён, хотя я обычно выключаю его. Мысль, что он мог залезть в мой компьютер, была глупой, и я убедила себя, что, видимо от передозировки окситоцина в крови после такой ночи, мозг мой играет со мной шуточки. Много историй в интернете пестрят альфонсами, аферистами, но он же не мог им быть? Денег с меня не взять, квартиру не переписать, а был бы маньяком – давно бы уже меня собирали по частям в лесу. Но так как я жива и более чем довольна, впереди у меня отпуск, секс был волшебный, поэтому я переключилась на работу, чтобы не нагнетать. «Раз всё так складывается, словно в хорошем сценарии, спорить с режиссером не буду».

9.

Взять отпуск я была готова и даже за свой счет, если бы меня не отпустили в мой заслуженный. Моя неуверенность перешла даже на работу. Соглашалась на всё, не могла сказать нет, посидеть до ночи с отчетом – это ко мне. Начальница была явно не в духе, но впервые за долгое время меня это как-то совершенно не волновало.

– Какой отпуск, не говори глупостей, ты нужна мне тут.

«А я нужна ему там, и это звучит намного интереснее».

– У меня накопилось достаточно дней, и обстоятельства сложились так, что мне необходимо уехать через неделю.

– По закону подавать заявление на отпуск надо за две недели, так что не получится, – сказала она уж очень довольным голосом. В другой день я бы согласилась и перенесла поездку, но не сегодня.

– По закону мне должны оплачивать переработки, а в больничный я должна лежать и выздоравливать, а не делать презентации, – сказала я, не отводя взгляда. Откуда вдруг появилась эта смелость? Да и страх потерять работу ослабел. Есть люди, которые несчастливы всегда, и они желают, чтобы все окружающие чувствовали себя так же, и моя начальница была из этого теста. Выслушивать проблемы босса – было моей второй работой. Я вдруг увидела в ее взгляде, что потерять такой ценный кадр она не готова. Вероятно, мое лицо так светилось, что, безусловно, раздражало ее, но перспектива остаться без такой «батарейки», какой я была, победила раздражение. Это была дуэль, и я выстрелила первой.

– Пиши заявление, я подпишу. Две недели, ни днем больше.

– Благодарю, вы меня спасли, – немного меда не помешает.

Выйдя из кабинета, улыбалась как сумасшедшая, так говорить с руководством я себе еще никогда не позволяла. И мне это понравилось.

Вечером был звонок.

– Я договорилась на работе. Ты не представляешь, как это было! Словно выпила таблетку храбрости! – радовалась я как ребенок. – Через неделю я свободна! Даже не верится, что скоро увижу море!

– Ты только о море думаешь?

– Нет. Думала о тебе сегодня, о том, как всё странно и как всё волшебно одновременно. Столько всего надо сделать, упаковаться. Я беру красивые платья??

– Обязательно берешь, – он улыбался.

– Тебе понравятся мои платья.

– Я предпочитаю тебя без платья.

Отчего так стало жарко в комнате?!

– Небольшая техническая деталь. Я уже на месте, и тебе надо будет лететь одной.

– Как на месте?

– Да пришлось улететь по работе.

Я немного зависла, видимо, я интуитивно ждала какого-то подвоха, и любое отклонение от курса для меня казалось крахом планов.

– Завтра к тебе приедет курьер, привезет конверт, ты поймешь, что делать. Спектакль еще не окончен, не переживай.

Он играл спектакль, а я в нём была всего лишь актриса, меня словно окатили холодной водой. Ночью не могла уснуть. Внутренний голос шептал: «Это тот самый момент исчезнуть, когда его спектакль окончится, ты станешь ненужной. И прощай, самооценка, навсегда, после такого ты не восстановишься». «Но я же свечусь, согреваюсь, как от такого отказаться?»

Потом мысли превратились в клубок змей, который я держу руках. Они кусают меня, и кровь течет по моим запястьям. Я обернулась и увидела Безымянного. Его руки тоже были окровавлены… До утра снились одни кошмары.

10.

С рассветом стало легче. Ночные призраки отступили, ведь по сути ничего страшного не произошло. Полечу одна, правда, куда я полечу, не знала. События становились похожими на шпионский фильм: курьеры, конверты, таинственная поездка. При свете дня опять всё казалось забавным и интригующим.

Курьер позвонил в обед, сказал, что доставка будет после семи на мой домашний адрес. Хотелось побыстрее вскрыть этот конверт и наконец узнать, что он там придумал. За обедом сидела и думала, рассказать Аиде или нет. Родителям точно говорить не буду, но страховка мне нужна. Скажу, что еду одна, всю историю Аида могла не выдержать, а после уже скажу, что с кем-то познакомилась на месте. Моя скрытность была у меня с детства, и видимо, поэтому окружающие всегда хотели мне рассказать свои секреты и тайны. Мне даже не приходилось ничего делать, просто через какое-то время человек сам начинал со мной делиться сокровенным. Я надеялась, что мой талант сработает и на нём и постепенно смогу узнать намного больше. «Поэтому выдадим Аиде вариант, который она сможет осилить».

Около восьми вечера раздался звонок в дверь. Стоял парень с пакетом в руках, как-то уж очень лопоухий и с улыбкой до ушей.

– Вам посылка, – прокричал он на весь подъезд, сунул его мне в руки и покатился по лестнице вниз.

Я моментально побежала в комнату, прыгнула на кровать и порвала упаковку. Содержимое высыпалось и приятно удивило меня, то была увесистая пачка купюр, видимо на билеты, и листок с рейсами и датами. Даламан. Что за Даламан такой, Африка, что ли?

Даламан, город в Турции, есть аэропорт, 25 000 населения. Во-первых, я удивилась, что это Турция. Была там пару раз, но отдых «всё включено» меня никогда не возбуждал: поглощать тоннами еду, лежать на пляже и пить безлимитное вино было сомнительным удовольствием для моей природы. Да, я могу полежать пару дней, но потом мое тело хочет ходить, изведывать улочки, хочет потеряться и найтись в маленьком семейном кафе, до боли милом и бесконечно вкусном. «Дареному коню в зубы не смотрят, всегда можно попытаться вытянуть его погулять вокруг да около, а может, и экскурсии будут. Главное, с ним, две недели и море».

Была абсолютная уверенность, что в бытовом плане мы притремся легко, об этом я не волновалась. Говорят, первое путешествие – это тест, получится в отпуске – получится и в жизни. Я откинулась на кровать, закрыла глаза, и передо мной поплыли все моменты той ночи и тех ночей, которые еще будут. Опять я фантазировала, но только не о своей суперсиле, хотя, если подумать, всё то, что я собиралась с ним сделать, когда мы встретимся, определенно могло потребовать много сил.

Тогда ко мне, лежащей на кровати, пришло ощущение, что я вдруг встала в очередь в кассу за билетами на эту карусель жизни, и это грело. Было ли это связано с ним? Скорее всего. Он мог позволить себе жить без имени, строить загадочные замки вокруг себя, что же мешало мне делать то, что я хочу? Осталось только понять, чего же именно я хочу, пока не подошла моя очередь на оплату билета.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Теория относительности – физическая теория пространства-времени, то есть теория, описывающая универсальные пространственно-временные свойства физических процессов. Альберт Эйнштейн, физик-теоретик, один из авторов теории относительности.

Вернуться

2

Фраза из романа М. А. Булгакова (1891—1940 гг.) «Мастер и Маргарита» (1940 г.), слова Воланда (дьявола).

Вернуться

3

«В начале было Слово» – первая строка Евангелия от Иоанна (Новый Завет).

Вернуться

4

«Что в имени тебе моем…» – стихотворение А. С. Пушкина.

Вернуться

5

Пётр I Алексеевич, прозванный Великим (30 мая [9 июня] 1672 года – 28 января [8 февраля] 1725 года) – последний царь всея Руси.

Вернуться

6

Forte (итал.) – муз. термин, обозначение выразительности: громко, сильно.

Вернуться

7

Piano (итал.) – муз. термин, обозначение выразительности: тихо, слабо.

Вернуться

8

Vibrato (лат. vibratio – колебание) – периодические изменения высоты, силы (громкости).

Вернуться

9

Coda (итал.) – «хвост, конец, шлейф», в музыке – дополнительный раздел, возможный в конце музыкального произведения.

Вернуться