Снеталия Морозова
Виктория – Вета – Ви!

1.Тридцать пять

– Сегодня Виктории Викторовне тридцать пять! Я бы ей сорок дала!

– Да, не, на свои и выглядит! Только строгая! Одевается уж очень по-деловому.

– Пойдёмте, она там тортики принесла, пиццу, сейчас всё разберут мужики. Слышали, а она со своим – то порвала.

– Ну и правильно! Он же женатый!

Вика постояла еще несколько секунд за дверью кабинета и вошла:

– Девушки, Оксана Афанасьевна, приглашаю вас на чаепитие. Спасибо за подарок.

– Виктория Викторовна, а вы не останетесь с нами что ли? – спросила Оксана Афанасьевна, самая взрослая из подчинённых. – Как мы будем праздновать день рождения нашего начальника без него?

– Думаю, вы справитесь. Вы у меня самые лучшие!

Тут все начали, кто искренне, кто с подхалимажем, желать здоровья, счастья и так далее по списку весь стандартный набор.

Викторию полгода года назад утвердили на должность начальника планового отдела в крупной телекоммуникационной компании. До этого за плечами МГУ им. В.М. Ломоносова и десять лет кропотливой, дисциплинированной работы с задержками допоздна, с «подмени меня, пожалуйста, ты же понимаешь, у меня дети». Вика понимала, шла навстречу.

Когда Вике было двадцать лет, на последнем курсе ВУЗа, умерла ее мама, Светлана Николаевна, инсульт. Благодаря бабушке она не бросила, как хотела, учебу, а бабушка, благодаря своей внучке, смогла жить дальше.

Виктория с мамой жили вдвоем, жили дружно, весело. Светлана Николаевна после медицинского колледжа и года работы в районной больнице уехала из провинции в Москву, устроилась в частную клинику на должность медсестры, там и трудилась добросовестно и с удовольствием.

Мужчин у мамы не было, во всяком случае, домой их не водила. Всю жизнь посвятила дочери. Они ездили к морю раз в год, ходили на выставки, в театры, кино, словом, мама культурно дочь развивала. Вике от бабушки достались красивые рыжие волосы. В детстве, глядя на нее, многие улыбались, называли ее солнышком. Вика любила животных, птиц, насекомых, особенно бабочек, в детстве могла их часами рассматривать.

Мама дочь воспитывала книгами, искусством.

Когда Вике было восемнадцать лет, Светлана Николаевна опровергла свою версию, что папа ее погиб, исполняя долг Родине. Оказалось, что мама решила потерять девственность в двадцать лет, так как «все уже давно это сделали и надо избавиться от этой обузы». Светлана на праздновании Нового года в районной больнице, где работала после колледжа, отдалась на кушетке местному кобелю, анестезиологу Виктору. Виктор этот, как сказала мама, кобелировал всех, кто был не против.

Виктор даже не понял, что Светлана была невинна. А Светлана, спустя время, обнаружила, что беременная. Бабушка плакала, причитая, что доля у них такая, мужиков при них нет хороших, хотя девки в роду все стоящие. В одной из клиник столицы работала одноклассница бабушки. По рекомендации и по знакомству Свету взяли в Москве в частную клинику. Так жизнь и потекла. Вика обожала, когда они с мамой после моря жили у бабушки. Бабуля с Викой любили секретничать, бывало, обнимутся и шепчутся, доверяя друг другу тайные тайны. «Мои рыжие макушки, веселые хохотушки», – называла их мама, любя.

2. Бабуля

В этом году Виктория решила отметить свой день рождения с бабушкой. Подруги по институту были замужем: у Натальи двое сыновей, счастливый брак, Ирина переехала с мужем за границу.

Бабушке Вики, Татьяне Юрьевне, было 78 лет. Она жила в Подмосковье, в Вороново. Светлана Юрьевна в молодости упрашивала маму переехать к ним в Москву, на что Татьяна Юрьевна наотрез отказалась, сказав: «Два медведя в одной берлоге не уживаются». На накопленные сбережения и деньги от продажи дома в Смоленской области Татьяне Юрьевне купили небольшой, но добротный дом в Вороново: и девочки близко, и на земле.

Бабушка Вики была современная, активная, вела блог «Полезно. Вкусно. Сладко». Татьяна Юрьевна собирала и придумывала сама рецепты джемов. Про это можно написать отдельную кулинарную и автобиографическую повесть. У нее была тетрадь со времен ее молодости. Много страниц в этой тетради было записано Викой под диктовку бабули. Рецепты рождались из-под руки, соединяя разные компоненты по ходу. Джемы были прозрачные, самобытные, неординарные. Женщина, казалось, соединяла не совместимые компоненты: крыжовник и гранат, апельсин и малину, добавляла специи, травы, орехи и даже молодые сосновые шишки. Баночки подписывались, и это были не привычные названия, а со смыслом: «После трудного дня», «Поговорю с подругой», «Очей очарованье». Была баночка джема с любимым вкусом Светланы, под названием «Светлый», в состав входили и тыква, и манго, и апельсин – он был ярко-желтого цвета, и на солнце блестел и переливался, как янтарь. Джемы пользовались спросом, много было на заказ. Татьяна Юрьевна обожала творить. У нее на земельном участке росли кусты смородины, жимолости, крыжовника, малины, клубники; хорошо плодоносили яблони, сливы, груши; были посажены пряные травы: лимонник (мелиса обыкновенная), тархун, разных сортов мята и прочее – прочее.

Вот и сегодня они с внучкой приняли по стопочке вишневой настойки и вели беседы.

– Бабуль, я обратилась в Репроцентр, это банк спермы. Уже сдала все анализы, через неделю процедура по искусственному оплодотворению, донора подобрала. Хочешь малыша?

Вика прослезилась.

– Умница! Конечно, хочу! Господи, вот куда мужики смотрят? Вон твой Игорек-то отлепиться от тебя не может все, даже ко мне приезжал, умасливал тут меня.

– Бабуль, он женатый, двое детей, и жена у него нормальная женщина. Я узнала только через полгода отношений, что женат, и то не сам сказал. На экране телефона от входящего звонка фотография девочки высветилась, его дочки. Он разговаривать ушел от меня подальше, а я сидела, как каменная, ой, вспоминать не хочу, больно. Семь лет с ним была, все на что-то надеялась. Бабуль, я себя корю за эти отношения, виню, ненавижу.

– Вета, не говори так, ты доверилась, влюбилась, ошиблась, бывает со всеми, самое главное – поняла все и закончила эту связь, хоть и очень долго варилась в ней.

– Как я люблю, когда ты меня так называешь и спасибо, что не осуждаешь, мне еще предстоит себя простить.

– Вета, когда мне только исполнилось девятнадцать лет, к нам в деревню приехали студенты на практику, – начала бабушка.

Вика удобнее устроилась на диване, закуталась в плед, рядом на подносе стояла кружка с чаем и пиала с клубнично-яблочным джемом.

– Сопровождал этих студентов очень симпатичный агроном. Я влюбилась в него, Вета, ой, влюбилась. Все лето мы с ним были: и сеновал, и ночью купались в озере, поцелуи под луной – все было. А перед отъездом он мне сказал, что будет помнить меня всегда, и что я очень красивая. Подарил цепочку с кулоном и уехал. Ой, рыдала я тогда, хотела ехать за ним, искать его, мама остановила. Было окончание лета, и вот тогда я как начала всю ягоду перерабатывать, как прорвало меня. Я с ягодой и травами разговаривала, варила и варила, перетирала, парила, к октябрю в погребе было триста сорок банок варенья и джемов.

Бабушка улыбалась. Вика бабушкину цепочку с четырнадцати лет носила, кулон был в форме серебряной ажурной бабочки.

– А через девять месяцев родилась Света.

Женщины договорились, что не будут плакать, вспоминая маму, но разревелись, обнялись, еще немного посидели и пошли спать.

Утром Вика проснулась от запаха сырников и какао. Она нежилась в постели, чувствуя себя маленькой девочкой в гостях у своей бабушки. Она с чувством потянулась, растягиваясь звездочкой по кровати. Запахи ее детства: ягода, сырники, какао, блинчики, варенье. Время безмятежности, счастья. Они днем покопались на участке, потом лепили пельмени, фаршировали блины. День пролетел незаметно, в хлопотах и общении.

Ночью Татьяне Юрьевне не спалось, она вышла на крыльцо. Была теплая ночь уходящего лета. Пожилая женщина подняла голову в небо и заговорила:

– Создатель! Господь Батюшка, Пресвятая Богородица! Благодарю тебя. всех вас за жизнь мою долгую! И прошу: внучке моей мужа хорошего, любящего, заботливого, и ребеночка, чтобы родила. Хорошая мама она будет. Сердце у меня слабое стало, останется она тут одна.

Татьяна Юрьевна сидела на крылечке, разговаривала с Богом.

3.Сон

Создатель, Богиня Жизни и Богиня Смерти пили нектар, рассматривая смертных.

– Нравятся мне эти женщины, возьми внучку в магический мир, в тело отравленной оборотницы, Татьяне считанные дни остались, – обратился Создатель к Богине Жизни.

– Мне тоже понравилась Виктория, я поговорю во сне с ее бабушкой, – сказала Богиня Жизни.

– А я возьму к себе Татьяну, душа у нее светлая, ей у меня понравится, – сказала Богиня Смерти.

Наутро Татьяна Юрьевна усадила Вику за стол и сказала:

– Вета, мне Света снилась, да так отчетливо наказывала, я так ни один сон свой не помню, как этот. Я умру, не строй свои губки так, это все равно случится, рано или поздно. Ты попадешь в другой мир, в тело отравленной девушки, ее травили несколько лет. Друг твой – Кассия, враг – Тирина. Опекун этой девушки, Викториан, тебя распакует.

Вика расхохоталась.

– Ба, распакует опекун Викториан, е-мое, звучит очень неоднозначно. Ну, ты даешь!

– Ну, а что, пусть распакует, давно пора.

Татьяна Юрьевна тоже рассмеялась.

– А! Еще ты будешь оборотнем.

Вика залилась колокольчиком, плечи тряслись от смеха, слезы выступили из глаз.

– Ба, ну ты чего начиталась или насмотрелась, ой не могу?

– Знаешь, Вета, я даже после Надькиной настойки такое не придумаю, запоминай, давай.

Вика отсмеялась, вытирая слезы.

– У меня скулы заболели. Бабуль, ты прелесть.

– А ну, повтори, кто враг, а кто друг?

– Ба, ты серьезно?

– Повторяй, сказала.

– Кассия – друг, Тирина – враг, ВикторЭан – распаковщик, – на итальянский манер сказала Вика, сделав смешную рожицу.

Татьяна Юрьевна разложила блины, сырники, творог по ланч-боксам, затем все аккуратно упаковала в переносной холодильник (специально купила в интернет – магазине для внучки). Все загрузили в багажник, и Вика поехала в свою московскую пустую квартиру, навстречу новой трудовой неделе.

Татьяна Юрьевна днем находила всегда себе дела, жила заботой о Вике, а вот вечерами она кое-как справлялась с давящей грустью и тоской. Она вспоминала дочку каждый день.

Уже поздно вечером Вика приехала домой. Паркуя машину, она увидела черный внедорожник Игоря. Вика вышла, взяла все вещи в руки и направилась к подъезду. Игорь подошел, взял из рук портативный холодильник, сумку и пошел рядом. Все это проделывал в своей манере: молча, по – деловому. Вика от помощи не отказалась.

Игорь был 45-летний предприниматель, владелец одной из крупных строительных компаний. Они с Викторией познакомились на фуршете по заключению договора. Компания Вики выиграла торги по обслуживанию зданий и сооружений, которые принадлежали Игорю. Игорь очень щедро и красиво ухаживал. Вика была влюблена в него очень. Сейчас, кроме разочарования, боли, чувства вины, ничего не осталось.

Уже у двери своей квартиры она стала забирать вещи у мужчины.

Игорь наклонился, провел носом по ее виску.

– Ветка, скучаю без тебя, ты как виагра, можно останусь сегодня?

– Игорь, мы все решили, уходи. Видела я тебя, случайно, с молодой девушкой, в машине целовались.

– Попробовал, не могу, не получается, везде ты, как наваждение какое-то. Подожди немного, сын на последнем курсе уже, закончит, сразу разведусь. Люблю тебя.

– Я тебя не люблю, Игорь.

– Не ври!

Игорь взял в ладони лицо Вики и стал целовать щеки, глаза, губы.

– Рыжик мой, зачем волосы покрасила в темный, лисичка моя, любимая. Потрогай, Вет, стоит как камень, только стоит тебя обнять.

Вика понимала, еще немного, и она растает, пустит его к себе. Все произойдет опять по одному и тому же привычному, отработанному за годы, сценарию: секс, несколько минут разговоров, опять секс, потом Игорь начнет суетиться, Вика ему предложит ехать домой, он быстро умотает.

– Игорь, уходи!

Вика выбралась из-под его рук, вязла сумки и вошла в квартиру, захлопнув дверь перед его носом.

– Вика, хоть подарок возьми, пожалуйста.

– Нет.

По обеим сторонам двери стояли мужчина и женщина, они были чужими друг другу, их связывал секс долгие семь лет: страстный, порочный, волнительный. Отношения эти неправильные по своей природе, поэтому после встреч, хоть и волнительных, девушка чувствовала себя опустошенной, хотела спрятаться от самой себя.

Вика уже отболела, сейчас она думала о том, чтобы удачно прошла операция, и ее яйцеклетка оплодотворилась.

4. Чтобы помнить. Навсегда!

Три рабочих дня пролетели, словно миг. Вика любила четверги, она ходила на йогу, а потом в сауну – все это было в одном спортивном комплексе. Бабушка с соседкой по четвергам мылись в бане.

После приятного двухчасового времяпровождения Вика посмотрела в телефон, уже в машине. От Надежды Петровны, бабушкиной соседки, было восемнадцать пропущенных звонков.

Что-то неизбежно-тяжелое упало камнем в грудь, сдавило, в руках образовался тремор.

Вика набрала бабушке, она не взяла трубку.

Затем Вика набрала Надежде Петровне.

– Теть Надь!

– Веточка, деточка, горе-то какое, Таня в парилке упала, мы выпили-то, как всегда, всего по рюмашке, и я не топлю сильно, ты же знаешь, – причитала без остановки соседка.

– Где бабушка?

– Я скорую вызвала, ее в нашу Вороновскую увезли, меня не взяли, не разрешили.

Вика положила трубку и помчалась.

Мыслей не было вообще, голова пустая, отрешенная, и, только увидев яркий свет фар от огромной встречной фуры, Вика опустила взгляд на панель управления, на спидометре было 220 км/ч. Она убавила скорость.

– Острый обширный инфаркт, пациентка скончалась еще в машине скорой медицинской помощи. В ее возрасте такое случается очень часто. Документы будут готовы через полчаса. Тело отвезли в морг, он находится на цокольном этаже. Если вам нужна будет помощь, не стесняйтесь. Соболезную вам.

Было видно, что молодой доктор сочувствует. Работа у него такая: говорить по делу, без эмоций.

Медсестра вынесла пару успокоительных таблеток и воды.

Все хлопоты вязла на себя подруга Наталья с мужем: похороны, памятник, поминки.

На похоронах были соседки Татьяны Юрьевны, Вика, Наталья с мужем, две подруги Светланы Николаевны, мамы Вики.

Уже на поминки приехал Игорь.

– Как узнал, примчался сразу, соболезную, Вет. Что надо – скажи только!

– Спасибо!

После поминок Вика всех проводила, Игоря со слезами выпроводила, просил остаться. Она хотела побыть одна. Перемыла всю посуду, не спеша, составила в шкаф, умылась, пошла за одеждой для сна. В комоде над ее пижамой увидела листочек со странными именами: Тирина – враг, Кассия – друг, опекун Викториан поможет.

Вика взяла бабушкин халат, уткнулась в него носом и дала, впервые за дни с момента смерти бабушки, волю слезам. Она смотрела размытыми от слез глазами на почерк бабушки, на эти смешные слова из сна, видя в каждой букве любовь и заботу о ней. Она плакала и плакала, пока не закончились слезы, потом свернулась калачиком и провалилась в сон.

Вика на следующее утро позвонила в Репроцентр, перенесла процедуру на две недели. У нее был отпуск по семейным обстоятельствам, и она решила девять дней пожить в бабушкином доме. Убиралась, смотрела фотографии, варила варенье, иногда слезы тихо текли по щекам, падая в ягоду.

Вика на поминки, на девятый день, сама приготовила все блюда. Она вспоминала все бабушкины рецепты и проговаривала каждый свой шаг, вспоминая слова бабули: куриный суп без обжарки; в тесто для блинов полстакана кипятка, чтобы дырочки были; в начинку из ягод для пирогов крахмал кукурузный, чтобы не вытекла ягода. Проговаривала, чтобы помнить, чтобы отпечаталось в памяти навсегда. Навсегда!

На следующий день Вика оставила Надежде Петровне ключ от дома, чтобы поливала цветы, и поехала в столицу. Завтра предстоит снова окунуться в рутину работы.

Накрапывал дождь, навевая еще больше грусти. Глаза снова наполнились слезами, Вика ощутила себя одинокой.

«Хоть бы ради кого-то одного жить! Ехать к своему человеку, чтобы меня ждал, ждал и любил. Хоть бы один во всем белом свете был такой! Мой!» – Вика говорила это в голове.

Вдруг она увидела, как какое-то животное выскочило на трассу. Вика подумала, что лось, резко вывернула руль, не справилась на мокрой дороге с управлением и врезалась в дерево.

5. Новый мир.

Вика очнулась в просторной комнате. Рядом кто-то всхлипывал. Девушка повернула голову, у кровати сидела миловидная женщина, лет тридцати пяти. Она посмотрела на Вику, заплакала и начала причитать:

– Живая! Богинюшка! Спасибо!

Вика простонала, живот бурлил.

– А можно воды, пожалуйста, – проговорила Вика.

– Конечно, Виэлюшка, конечно!

«Виэлюшка?»

Женщина шустро подобрала подол и выпорхнула из комнаты.

Виктория подняла свои руки и посмотрела: «Не мои!»

Вика встала кое-как, подошла к зеркалу, что сразу отыскала в комнате. На нее из зеркала смотрела очень пухленькая девушка. Темно-рыжая копна волос, что каким-то стогом грудилась на голове, носик маленький, губки бантиком утопали в белых щеках. Вика сдернула сорочку-парашют.

Белое толстое тело. Грудь, наверное, ничего, но она покоилась на животе, лобка Вика не увидела, его закрывал живот. Виктория подняла отвисший живот и рассмотрела рыжие кудряшки между ног.

– Я в другом теле. Сон сбывается. Ба, ешкин кот. И какой я оборотень? Курица что ли?

Вика шептала под нос. Мысли прыгали в догадках.

– Я разбилась что ли? Лось, трасса.

В комнату вошла красивая женщина.

– Живая значит! Ну, ничего! Как чувствует себя Виэлюшка? – с издевкой в голосе спросила эта фифа.

«Вашими молитвами!» – мысленно ответила ей Вика.

Эта дама посмотрела заинтересовано и вышла.

Виктория нацепила сорочку на тело.

– Ну, мир! Здравствуй! Задачку ты мне подкинул! Сделаем из этого бочонка секси! Волосы – огонь у девочки, кожа тоже красивая, как молоко, и веснушек нет, чистая и гладкая.

Сиделка забежала в комнату с подносом. На нем была тарелка с разного вида стряпней, стакан воды.

– Я не буду больше булки! Мне бы овощей теперь и побольше, и как вас зовут, у меня кажется проблемы с памятью?

– Виэлюшка., пирожочек ты мой, как же так? Совсем меня не помнишь?

Женщина заплакала, утирая платком нос и глаза.

Виктория смотрела и ждала, когда женщина примет эту информацию.

– Я твоя служанка, с тобой десять лет, меня зовут Кассия.

– Кассия, милая, я ничего не помню, но, думаю, все это временно, ко мне сейчас заходила брюнетка красивая, это кто?

– Это экономка, она тут хозяйка, зовут ее госпожа Тирина, – вздыхая, сказала Кассия.

«Ага, значит эта стерва отравила пирожочка, за что интересно, чем этот пирожок ей помешал», – рассуждала Вика.

– А почему она меня не любит?

– Ты это помнишь?

– Это, да!

– Викториан, твой опекун, очень болен, она хочет быть тут хозяйкой, наверное.

Кассия заплакала.

– Кассия, не плачь.

Кассия кивала головой.

– Кассия, все позади, я живая.

Кассия уставилась на свою подопечную.

– Виэлюшка, ты другая стала. Ты молчала в последнее время, была послушной.

– Кассия, а кто за кухню отвечает и сколько в доме проживает человек?

– Человеков нет, кто такие?

– Ну, сколько тут существ, кто живет в доме?

– Ну так, Тирина, ее слуга Орих, повар Брин, Викториан, ты, я.

– И все?

– Да! Тирина всех уволила, она магесса, магией поддерживает дом.

– А ты кто, Кассия?

– Я – волчица, Виэлюшка. А ты разговаривать стала.

– Я что, молчала?

– Последние два года может слов десять сказала. Викториан попросил Тирину, она его сестра по батюшке, за домом смотреть, вот после ее появления ты стала особенно замкнутой, полюбила сдобу почему-то особенно сильно.

– Так! Тирина значит. А кто булки все эти стряпает?

– Так Брин, он вместе с Тириной и Орихом прибыл в дом.

– Кассия, мне к Викториану срочно надо, где мои парашюты?

– Виэлюшка? Что подать?

– Платье мне надо, Кассия.

Кассия достала платье. Виктория надела длинное в рюшах безобразие, глянула в зеркало.

– Так, Кассия, это лишнее.

Виктория стала отрывать воланы на рукавах платья, хотя бы чуть уменьшая образ пирожку.

– Кассия, проводи меня, пожалуйста.

Кассия улыбнулась и обняла девушку.

– Я ждала, что ты вернешься! Я верила!

– Я вернулась!

А про себя Вика решила, что шайку-лейку, которая сгубила пирожка, она выведет на чистую воду.

6. Распечатали

Они шли по коридорам большого просторного дома.

– Где мама моя?

Кассия заплакала.

– Кассия, говори.

– Десять лет назад твою семью убили, мама твоя не возродилась, не смогла, маги их убили.

Кассия услышала своим волчьим слухом отдаленные шаги, кто-то направлялся к ним навстречу. Она взяла Викторию, и они забежали за угол.

– Скажи Брину, чтобы увеличил дозу, я уже устала ждать, его не берет сильнейший яд, понял меня, Орх? И эта еще очухалась, уже думала, избавились хоть от этой! Пусть булок больше сделает и подсыплет побольше.

Кассия зажала свой рот рукой.

Тирина с Орихом прошли.

– Идем, Кассия, надо спасать Викториана.

В спальне было темно. На кровати лежал худой и бледный мужчина. Он открыл глаза и посмотрел на Виэлию. Он ее не узнал. Она не приходила к нему год, последний образ в его памяти – эта веселая любознательная и рыжеволосая красавица.

– Здравствуйте. Послушайте, меня, пожалуйста.

– Что с тобой сделали?

– Кассия, давай отроем шторы, пустим воздух, здесь смертью пахнет.

– Я умираю.

– Вас травят, как и меня.

Тут мужчина внимательно уставился на свою приемную дочь.

Виктория рассказала, что ее отравили, вернее, травили, как и его, медленно, жестоко, целенаправленно. Все это проделывала Тирина, помогал слуга и повар.

– Как тебя зовут?

Виктория замолчала.

«Чем я себя выдала?»

– Виэли, вернее, душа из другого мира, я рад, что ты появилась. Когда Виэли было сеть лет, на поселение, где жила Виэлия со своими родителями напали, убили твою семью. Они были фениксами. Фениксы – птицы гордые. Они не приняли правление магов, поплатились за это. Магия была сильная, фениксы не смогли возродиться. Но! Фениксы могут возродиться, когда их души пожелают, может это будет через год, может через тысячу лет. Фениксы – это птицы счастья, их слезы исцеляют любое существо от самых тяжелых недугов, они восстают из пепла, доказывая, что даже самые тяжёлые испытания не могут уничтожить истинную сущность. Эта птица считается символом долголетия и силы, так как может жить веками. Фениксов всегда было очень мало. В деревне, где жили твои родители, вернее Виэлия с родителями, насчитывалось всего одиннадцать фениксов. Они дарили надежду миру, красоту, они обладают огромной силой огня. Маги напали на них неожиданно, это трагедия нашего мира. Фениксы после смерти твоих родителей исчезли, их никто больше не видел.

Викториан вздохнул. Он вспоминал что-то свое и улыбался.

– Меня зовут Виктория, я из другого мира, немагического. Я там погибла, у меня тоже в той жизни умерла мама и бабушка, моя семья. Я хочу помочь вам, вашему миру. И сделать из этого пирожка красавицу! – Вика указала на себя.

Кассия все охала и охала.

– Я умираю, мне осталось несколько часов. Хорошо, что ты появилась. Это мой дом, Тория. Тирину прогоняй. Я даже не догадывался, что она на такое способна. Пожалуйста, сохрани дом, впусти в этот дом любовь. Я пообещал твоим родителям, что я тебя не оставлю. Я любил твою маму, правда, встретились мы уже перед трагедией. Я мог быть побратимом твоему отцу, в тот день я был в деревне фениксов, видел, как они горели, не мог помочь. Твои родители отдали тебя мне и сказали найти в деревне оборотней Кассию, они ей доверяли и хотели, чтобы она была твоей нянюшкой. Два месяца назад я понял, что моей жизни приходит конец, сил уже не было, я попросил Богов о помощи. Они меня услышали! Благодарю!

Викториан поднял глаза в небо и наклонил голову, поклоняясь высшим силам.

Все вздохнули.

– Так, Викториан, вас еще можно спасти? Может лекаря? Ведьму какую?

– Я устал, я хочу уйти из мира, встретиться с Лилией, мамой Виэлии, у меня будет еще один шанс. Мне без пары плохо, я угасал без нее на протяжении десяти лет. Вика, я тебя распечатаю сейчас магией, в день совершеннолетия, в девятнадцать лет, ты обратишься впервые в птицу, познаешь всю силу. Фениксы прекрасны, я знаю, я видел. А еще, Вика, никому не говори, что ты феникс. Продержитесь два года, девочки.

Викториан еле-еле поднялся, сел на кровать, рукой махнул, чтобы Вика подошла. Он поднял ее волосы сзади, оголив шею, стал круговыми движениями водить по шее, проговаривая слова на непонятном языке. По телу Вики прошлось тепло, закололо в пальцах, в груди.

– Виктория, в моем доме библиотека, изучай книги, в столе, – мужчина указал рукой, – в первом ящике завещание, что дом твой. Средств у меня нет, всем распоряжалась Тирина. Ты начнешь все с начала. Женщин в мире меньше, но за первых попавшихся замуж не иди, только по любви. Мама была твоя самая красивая женщина, что я видел в этом мире. Ты на нее похожа.

– Только пирожок!

Викториан засмеялся, глухо и болезненно. Вику растрогал этот мужчина, что так беззаветно любил женщину, доверял другой женщине, стерве Тирине, любил чужого ребенка. Вика обняла его.

– Все в жизни не случайно, если суждено вам встретить Лилию, вы обязательно встретитесь! Я верю в это! Желаю вам найтись!

Викториан притих. Вика опустила его голову на подушку. Он сделал выдох и умер.

Кассия заплакала.

– Кассия, ты все слышала, пожалуйста, не оставляй меня, я ничего не знаю про этот мир, ты одна тут, кому я не безразлична была, вернее Виэлия.

– Что ты, девочка! Буду с тобой всегда!

Вика и Кассия обнялись.

Вика взяла бумаги из стола, свернула, спрятала их в пышное декольте.

Они вышли из спальни.

7. Побег

Волчица рассказала, что тело Викториана надо отвезти в храм, где его сожгут. Вика и Кассия решили пока не раскрывать карты.

Тирина занялась похоронами. Викториана отвезли в храм, провели церемонию. На выходе из храма к Кассии и Вике подошла Тирина и сказала:

– Кассия, нам твои услуги больше не нужны, можешь собрать вещи и уходить.

Кассия махнула головой, соглашаясь.

Вика шла рядом с волчицей и злилась на эту экономку, а еще она чувствовала свое новое тело. Носить его было тяжело.

– Надо было тебя послушать и надеть те панталоны! Я ляхи натерла, жуть, как больно. Кассия, нам надо уехать куда-нибудь, переждать, подумать, пока нас тут не убили.

Кассия помахала, соглашаясь.

– Да. Нам надо сбежать и переждать где-то до твоего обращения, до твоего совершеннолетия. Потом ты выйдешь замуж, будет муж тебя беречь.

– Кассия, у тебя есть, где пожить?

– Вика, у меня есть маленький домик в лесу, там жила еще моя бабушка, она была шаманкой в стае. Домик маленький, находится в лесу, он с печкой, уютный, нас никто там не найдет. Это точно.

– Отлично, туда и уйдем ночью. Возьмем все самое необходимое.

Уже дома женщины стали готовиться, собирать вещи необходимые, говорили шепотом.

Тирина зашла в комнату Виэлии. Она еще раз напомнила Кассии, что пора ей уходить.

– Госпожа Тирина, можно я переночую с Виэлюшкой напоследок, пожалуйста, столько была с ней, горюет она, Викториан, как отец ей был.

– Да где горюет-то, она же не соображает уже ничего, ты может и горюешь, тебя оборотницу не возь.., ну ладно, мне тоже некогда, надо бумагами заняться, проследи, чтобы тут была и вон, на, пирогов ей дай, проследи, чтобы все съела, зря я что ли ее откармливала.

– Конечно-конечно!

У Вики бурлило в животе, тело юной толстушки просило еду.

– Кассия, у Виэлии было что-то? Ну, украшения, сбережения? Что с собой возьмем.

– Да! Я сейчас принесу чистой воды, продуктов возьму, я два дня назад покупала для Брина.

– Кассия, скажи, что мне собрать и куда сложить.

Кассия полезла под матрас, на котором спала Виэлия, достала оттуда мешочек. В мешке были монеты.

– Этого нам хватит на несколько месяцев на еду, это золото.

– Ладно, прорвемся, лишь бы убежать, чтобы нас не поймали.

– У меня есть снадобье от бабушки, мы запутаем следы. Маги не поймут.

Через несколько часов снова вошла Тирина. Вика была одна. Кассия еще не вернулась.

– Булки съела?

Вика помахала утвердительно головой.

– Когда же ты сдохнешь? Год назад уже слабоумной стала, а живот все набиваешь и набиваешь. Все же умно я придумала в еду магию и яд добавлять: и тело тебе испортила, и никто понять не может, что я женщину в этом мире извожу. Всех бы уродинами сделала! Ладно, ложись, спи.

Вика просто ужаснулась, что она сделала с девушкой. Ей стало жаль Виэлию.

«Надеюсь, что души мамы и дочки встретились! Я отомщу за тебя, Виэлия, я накажу эту преступницу!» – пообещала Виэлии и себе Вика.

В голове Вика строила план упражнений для нового тела. Вес тяготил, сковывал движение, дыхание. Вика сейчас поняла, как сложно девушкам с лишним весом. Пришла Кассия.

– Вика, Брин ложится рано. У Тирины и Ориха спальни далеко. Мы пойдем, как только стемнеет. Тут в коробе немного овощей, вяленого мяса, сухари, вода, белье, по платью нам и по сменной обуви. НА первое время хватит, а там видно будет.

Кассия замолчала. Слух у нее был острый.

– Сюда идет, ложись быстро.

Вика залезла под одеяло, притворилась спящей.

Зашла Тирина, поставила на стол у кровати разной стряпни.

– Кассия, вот держи, чтобы утром я тебя здесь уже не видела. Всем говори, что тебе платили хорошо, что дочка мага больная была, поняла.

– Спасибо огромное, конечно, так и есть. Что стало с Виэлюшкой, совсем ничего не помнит, все молчит?

– Вот и славно, спи тоже.

– Да.

В мешочке были медяки.

Через час стемнело. Кассия взяла короб с вещами, Вика надела две пары панталон на себя, сверху платье самое простое, заплела косу, и они вышли через задний двор, чтобы бежать по траве, не оставляя следов.

Кассия и Вика выпили настойку, что убирает на несколько часов запах тела.

Они шли без остановки всю ночь. Вика была вся мокрая, сердце, мышцы такую нагрузку не знали. Она терпела, знала, что завтра будет все болеть, но с ней рядом шла Касиия, тащила короб и молчала.

– Кассия, тебе сколько лет?

– Сто сорок.

– Гм, ты хорошо выглядишь, лет на тридцать пять!

Кассия засмеялась.

– Кассия, зови меня Вета.

– Хорошо, Вета.

8. Охотник-следопыт

Утром Тирина обнаружила, что Кассия увела Виэлию. Магесса решила, что волчица пожалела ее, забрала к себе. Тирина обрадовалась, цель ее достигнута – она живет в большом особняке, яд, если и выйдет из Виэлии, здравый смысл не вернет. Она тут же объявила, что подопечная Викториана сошла с ума, ушла из дома и, возможно, ее постигла страшная участь, она утонула или попала в лапы диких зверей. Но Тирина не могла успокоиться, ей хотелось быть уверенной на сто процентов, что Виэлия не вернется, и было бы совсем замечательно, если она уже мертва. .

Тирина была посредственной магессой, владела лишь бытовой магией. Она мечтала быть в высших кругах, где общаются знатные маги и магессы. Тирине принадлежала небольшая квартира в городе магов, и, узнав, что ее успешный сводный брат приобрел особняк, ее поглотила зависть. В один из вечеров к ней подошел оборотень – вепрь, предлагая сделку, она согласилась. Тирина приехала к сводному брату, была мила, и он разрешил ей жить у него. Десять лет назад, когда Викториан привел в дом приемную дочь с няней, Тирина и повар придумали страшный жестокий план по убийству ребенка и мага Викториана. Добавляя маленькими дозами яд в еду, Виэлия теряла здравый смысл, стала зависеть от мучных изделий, набивая желудок, и из красивой девочки она превратилась в тучную слабоумную девушку. Викториан слабел от того, что его пара умерла, и под действием яда, спустя год, стал тоже чувствовать себя немощным, слабым. Подкупленный Тириной лекарь, конечно же, причины не находил.

Тирина люто ненавидела красивых женщин, считала их хитрыми, им завидовала, особенно тем, кого любили мужчины, заботились о них. Ее боялись, ей служили, но не любили.

Магесса решила обратиться за помощью к Совету Шести, а именно к Римили. Записалась на прием.

Городом магов управлял Совет Шести, в состав которого входили высшие маги и магессы. Римили была в Совете Шести. Римили – сильная магесса из древнего рода магов, она славилась властностью, строгостью, и предвзятым отношением к мужчинам. Она ненавидела мужчин, показывая свое пренебрежение к ним, это выражалось в обесценивании, жестокости, брезгливости. Именно Рамили выступала за принятие закона о введении эмоционального и физического наказания для мужчин за неповиновение и ослушание без рассмотрения на суде.

Тирина при встрече попросила помощи у Рамили в поиске своей подопечной, сказав, что девушка малоумная, ей угрожает опасность, даже поплакала для убедительности.

Высшая магесса согласилась помочь.

Год назад Рамили посоветовали нанять известного охотника и следопыта оборотня-волка Эйдана для поиска волчонка, который стащил у нее сладости, когда она прогуливалась по рынку. Охотник был лучшим в своем деле, как альфа чувствовал ложь, умел в любой точке мира отыскать заблудившегося, потерявшегося, похищенного представителя любой расы. Эйдан отказал высшей магессе, он понимал, что волчонок, всего – лишь был голоден, и за эту провинность его убьют. За отказ Рамили на совете подняла такой крик, что своей истерикой выбила указ: «За отказ исполнения приказов Совета Шести, который осуществляет контроль над городом, очищая его от преступников, воров, лишать свободы на десять лет, помещая в темницу».

Рамили решила предложить Тирине этого следопыта, и приказала слугам доставить оборотня к ней в кабинет. Магессы пили напитки, рассуждая о несправедливости мира, в котором могут всякие блохастые звери в виде оборотней и их детей, спокойно ходить, даже жить рядом с высшими магами.

Через час в кабинет Рамили ввели оборотня. Тирина ахнула, увидев под два метра ростом здорового мужчину. На нем были ободранные вещи, руки и ноги в кандалах, грязные волосы были собраны в хвост, русая борода свисала по грудь, суровый взгляд серых глаз исподлобья, шрам от лба проходил через всю щеку, утопая в бороде.

– Волк, к тебе обращается уважаемая госпожа за помощью.

Римили дала слово Тирине, важно махнув ей головой.

– У меня пропала малоумная подопечная, ей всего семнадцать лет, зовут Виэлия, она может попасть в беду, помогите, пожалуйста, – претворяясь, что вот-вот заплачет, изображала страдание Тирина.

Эйдан не уловил лжи.

– За оказанную помощь я отменю наказание, ты будешь свободен, тем более преступник наказан, содержать тебя накладно, – сказала Римили.

Волк свел зубы, представляя маленького мальчика.

– Гарантия, что меня освободят? – прогремел голос на весь кабинет

– Тебе моего слова недостаточно? – визгливо спросила магесса.

– Предпочитаю письменный договор, где прописаны все условия, и я найду вашу пропажу.

Рамили, поджимая губы от злости, достала бланк. Эйдан не согласился на срок две недели, он знал, что найдет девушку, еще и малоумную, быстро, но его волк запротестовал этому сроку – что-то предчувствовал, мужчина своему волку доверял безоговорочно, и указал два года. Он привел аргумент, что однажды нашел девушку в стране джинов, ведь джины – те еще охотники до дев. Если следопыт поедет в страну джинов, он должен быть со слугами Рамили, Эйдан согласился. Ни к каким джинам он не собирался, все это придумал на ходу. Каждые три дня по договору он должен прибывать к Тирине и докладывать, как проходят поиски.

Тирина, конечно, мечтала, что оборотень найдет труп Виэлии.

Эйдан дома у Тирины взял платье Виэлии, втянул запах, запомнил. Он был удивлен размерами девушки.

Первый день Эйдан провел в образе волка, бегал по лесу, наслаждаясь свободой, воздухом, движением. В темнице на нем были магические кандалы, не позволяющие оборачиваться.

9. Жизнь в лесу

Вета и Кассия пришли к домику лишь к обеду. По пути они останавливались на несколько минут, пили воду и продолжали путь. Вика была мокрая насквозь, из тела выходила хворь, она пила воду и мочилась, снова пила, лишь два раза поела ягоды.

Дом бабушки-шаманки был небольшой, внутри помещения находились печь, кровать одна, стол, утварь кухонная первой необходимости, сундук с постельным бельем, женскими и мужскими вещами, лохань у стены , да, собственно, и все.

Женщины начали обживаться. Вета каждое утро бегала по сто кругов вокруг дома, делала утром и вечером часовую тренировку. Кассия оборачивалась волчицей, охотилась, приносила то зайца, то куропатку. Волчица тоже далеко от дома не отходила. Они готовили еду, воду набирали из родника, что был неподалеку, собирали ягоду, грибы, заваривали травяной чай. Через неделю платья Виэлии стали висеть на Вете, они их ушивали. У бабушки в сундуке были нитки, иголки, там же нашли две подвески красивые. А когда Кассия и Вета их надели, то почувствовали шум леса, вой волка, и тут же все стихло.

– Это обереги, бабушка оставила. Нас благословили духи. Мы под охраной.

Кассия расплакалась, Вета поняла, что это было что-то очень важное, она поправила на груди подвеску, зажала в кулак и поблагодарила бабушку оборотницы.

– Кассия, а нас почему не смогут найти?

– Это дом шаманки, бабушка говорила, что здесь безопасно, вроде как путники сами стороной его обходят, не видят дома, будто оберегает его кто-то.

– Кассия, расскажи о семье Виэлии, что ты знаешь?

– Моя бабушка любила фениксов, а они ее, она говорила, что фениксы – это птицы счастья, радость в мир приносят. Я видела однажды твою маму, она очень красивая была, ты похожа на нее. Бабушка очень часто была в поселении, где жили фениксы, а потом за мной пришел Викториан и попросил помощи.

– Мне жаль Виэлию, очень!

– Ты теперь феникс, Вета.

Девушки жили дружно, делились своим прошлым, мечтами о будущем. Вета рассказала о маме, бабушке, об Игоре, сне, что видела бабуля незадолго до смерти, Кассия поведала, что была влюблена в волка, а он обрел истинную пару и ушел, она решила, что если и выйдет замуж, то только за истинного своего.

Волчица поделилась, что в мире живут оборотни и маги, обычно ипостась оборотня – это животное, но может быть птица, дракон или змея. Животные чувствуют свою пару по запаху, встретив ее, стараются завоевать, поставить метку. Женщин намного меньше, поэтому в мире уже давно узаконено многомужество. Женщины в большинстве своем управляют мужьями. Кассия сказала, что это ей не по вкусу, в поселении, где жили фениксы было равноправие, и это ей очень нравилось. Также волчица рассказала, что многие представительницы "прекрасного" пола гаремы из мужей собирают, такие, в основном, у магесс и нагинь.

Вета наслаждалась жизнью в лесу: огромными деревьями, каких не было на земле, птицами, бабочками и обществом Кассии. Однажды девушка сидела у дома в траве, ожидая волчицу с охоты, смотрела на лес, слушала птиц, любовалась небом, она веточкой проткнула сочную темно-синюю лесную ягоду и стала рисовать на своем бедре бабочку, вспоминая бабушкин кулон, повторяя узоры на крыльях, насекомое получилось как настоящее, крылышки которого красиво переливались под лучами солнца. Вета с рисунком проходила весь день, а вечером, как обычно, девушки грели воду, мылись в лохани у дома, а рисунок остался, не смылся водой.

Кассия сказала, что мир оставил это ей навсегда.

«О, чудный мир! Спасибо! Мне нравится!» – поблагодарила мысленно Вета.

Прошло полтора года.

Девушки, как обычно, набирали воду в роднике, подогревали ее на печи и в лохани мылись у дома. В один из таких дней Вета скинула одежду, распустила волосы и потянулась солнышку.

– Вета, ты очень красивая, вылитая мама!

– Я?

Вета вытянула руки в стороны, они были изящные, девушка чувствовала, что стала легкая, но она себя не видела полтора года, а пирожка из зеркала помнила очень хорошо.

– Ты тоже изменилась, Кассия, стала очень красивая.

– Это все лес, бабушкина магия, настроение, окружение.

– Точно! Кассия, хотела с тобой давно поделиться, я из прошлого мира помню тетрадь с бабушкиными рецептами, всю, дословно. Это удивительно! В голове у меня воспроизводятся листы с ее и моим почерком, где прописано все: количество, состав, рецепт приготовления.

– Это же здорово! Значит это твое, и тебе надо это воплотить в этот мир.

Вета встала и обняла свою подругу.

– Спасибо за все! Я это сделаю! Хочу! В память мамы и бабушки ! Кассия, спасибо, что не бросила меня, я очень тебя люблю, ты моя единственная подруга, знай, можешь на меня всегда рассчитывать.

– Ты тоже, Вета, тоже тебя люблю! Как же я счастлива!

Девушки обнялись.

Вдруг Вета стала гореть внутри.

– Касси, мне жарко, Кассия, миленькая, я горю!

– Так! Это оборот! Началось чуть раньше! Смотри на меня и пошли.

Волчица за руку вывела подругу во двор.

– Вета, постарайся расслабиться, доверься телу, проснулась твоя вторая сущность, твоя половинка. Закрой глаза, дай ей управление, будет приятно, хорошо.

Вета расставила руки в стороны, закрыла глаза и почувствовала, что она стала выше, руки стали легкие, ноги, наоборот, крепкие, тело сильное и горячее, большое.

– Вета! Вета! Открой глаза! Ты прекрасна! Какая же ты красивая! Невероятно!

Вета потопталась с ноги на ногу и открыла глаза. Домик стал меньше. Она посмотрела на руки, это были крылья, она стала слышать лес ярче и четче, Вета увидела Кассию.

– Вета, ты сейчас феникс, невероятно красивая птица.

Девушка могла разглядеть только свои крылья, они были золотисто-оранжевые, большие, невероятно красивые.

«Полетаем?» – Вета услышала у себя в голове.

Девушка махнула головой, соглашаясь, и птица начала разбег, ноги оторвались от земли, взмах крыльев, и Вета взлетела. Она смотрела вниз, наблюдая, как земля отдаляется, как на душе становится легко и свободно, ветерок обдувал, и Вета вспомнила фразу: человек создан для счастья, как птица для полета.

Сделав несколько кругов вокруг дома, феникс приземлилась и встала.

– Вета! Попроси своего феникса вернуть тебе облик женщины.

Вета мысленно попросила и снова стала девушкой. Она стояла голой у домика.

Кассия накинула на подругу мужскую рубаху и расплакалась.

– Ты чего, Кассии?

– Ты, наверное, единственный феникс, Вета, как мне тебя уберечь?

После заката девушки приняли водные процедуры, Вета показала Кассии, как делают депиляцию смолой, и подруги удалили везде волоски на теле.

Они улеглись на кровать, перед сном, как всегда, поболтали про день. Вета поделилась своими ощущениями от обращения, и тем. что слышит в голове теперь голос феникса, и она придумала имя своей внутренней девочке – Ви. Кассия почему-то в этот вечер рассказывала о драконах, о том, что встретить пару дракона для женщины – это подарок. Драконов в их мире мало, рождаются дракончики редко, встретив свою пару, дракон пылинки с нее сдувает, бережет, как сокровище. Драконы – однолюбы, живут тысячелетие. Кассия вспомнила, что император драконов холост, и они хохотали, представляя, что кто-то из них окажется парой императора.

– Вета, ты обернулась, пора нам выходить из леса, давай завтра в город сходим?

– Зачем? Мне здесь хорошо! Вдруг нас найдут?

– Всю жизнь же не будем прятаться, вот только волосы твои могут выдать. В нашем мире женщин с такими волосами нет, темно-рыжие, густые, ты очень красивая, мы оденемся в мужские вещи, у бабули там припрятаны, деньги потратим, фрукты купим, сладости.

Кассия рассказала, что в городе живут в основном маги, но бывают семьи, где побратимы и оборотни, и драконы. Оборотни предпочитают селиться ближе к природе, в лесу, а драконы, где простор, у гор. Город магов, так его называют, славится хорошими товарами, многие продавцы сотрудничают с джинами из востока, оттуда привозят сладости, красивые ткани, украшения.

10. Выход в город магов

Эйдан был опытным следопытом, у него не было никогда промахов, и каково было его удивление, когда через неделю поисков, он понял, что он даже и на шаг не приблизился к Виэлии.

Тирина в очередной отчетный день рассказала оборотню, что с подопечной была ее няня, волчица Кассия.

Охотник выяснил, что у волчицы была бабушка – шаманка, он нашел примерное местоположение ее жилища. Волк бродил по лесу, чувствовал волчицу, но только приближался к оборотнице, как она словно сквозь землю проваливалась.

«Вот, чертовка!» – и злясь, и восхищаясь, выражался Эйдан. Следопыт работал всегда без запаха, пользуясь эликсиром для блокировки аромата тела, Кассия его не чувствовала.

Оборотень полтора года ходил вокруг домика девушек, он уже накрутил сам себе по поводу своих способностей и компетенции, у него уже открылся охотничий животный азарт, поймать этих беглянок, что так красиво прячутся у всех под носом, да, и через полгода срок его договора подойдет к концу.

Оборотень был взрослым, жил в стае, много лет назад его попросила вступить в семью одна волчица, он отказал, быть пятым мужем не очень-то ему хотелось, да и оборотница ему была не по душе. С тех пор жил бобылем, много работал, женщин обходил стороной, считал их в большинстве своем жадными и недоброжелательными.

Несколько лет назад он в лесу построил для себя секретный шалаш, дом на дереве, и с воздуха труднодоступно добраться, и с земли – такой был расчет у оборотня. Эйдан выбрал группу деревьев с крупными стволами и крепкими корнями, ветви и сучья которых выдержат вес шалаша. Раму-основу шалаша выложил из поднятого наверх, уложенного на суки дерева и связанного между собой и с деревом достаточно массивного валежника, каркас и пол обшил досками, оставив проем для окна. Брусья крепил к ветвям и к стволу под определенным наклоном, чтобы строение не повредилось, когда растение начнет раскачивать ветер. Поднимался мужчина по дереву сначала по ступеням, а потом по подвесной лестнице, что была спрятана в ветвях дерева. В доме Эйдана была лежанка для сна, сундук, в котором хранились стрелы со снотворным, купленные у эльфов, карты местности, различные оружия, прямо у входа был шкаф, в котором была провизия и вода, рассчитанная на 7-10 дней в случае такой необходимости.

Утром подруги свои волосы спрятали под мужские головные уборы, немаленькую грудь Веты перевязали длинной тряпкой, то же самое проделали с прелестями волчицы. Девушки надели широкие штаны, такие же просторные рубахи, подвязались веревкой, выпили эликсир, скрывающий запах и стали похожи на крестьян.

– Кассия, ты такой интересный мужчина! – играя бровями, сказала Вета.

– Себя бы видела, ты похожа на красивого мальчика, будешь моим сыном, пойдем на рынок! Глазки никому не строй!

– Ты тоже!

Женщины рассмеялись и пошли навстречу приключениям.

– Давай в трусы тряпку положим для убедительности, – Вета смеялась.

– Штаны широкие, еще выпадет, вот опозоримся!

Женщины хохотали, предвкушая что-то волнительное, и были правы, знали бы они, что эта прогулка поставит точку в их спокойном существовании.

Эйдан почувствовал еле ощутимый запах волчицы и еще один, приятный, но тоже еле уловимый. Он обернулся человеком и пошел на запах. Следопыт увидел двух подростков, что направлялись в сторону города, затем услышал их девичий смех, радость захлестнула его, он пошел за ними, неприметно, скрытно, как умел только опытный охотник.

Из леса девушки пошли по проселочной дороге к городу, мимо проскакал мужчина, притормозил коня, обернулся, внимательно посмотрел на путников, махнул головой, будто в чем – то себя разубеждая, и поскакал дальше.

– Дракон! – сказала Кассия

– Как ты поняла?

– Красивый, черноволосый, породистый, ты их тоже начнешь узнавать, что-то моя волчица странно на него отреагировала, впервые такое.

– Ну, да, смазливый такой.

– Какой?

– Ну, слишком красивый, еще и волосы длинные, прикольно!

Женщины вошли в город. Вета с любопытством разглядывала все. Они шли по каменной улице, по тротуарам передвигались прохожие, в основном мужчины. Вета поняла, что соскучилась по мужчинам, ей все они казались высокими, красивыми, спортивными. Встречались ей семьи: женщина и несколько мужчин, были семьи с двумя мужьями, с тремя. Вета засмотрелась на дом с высокими башнями, останавливаясь.

– Прочь отойди, мальчишка!

Девушка услышала бас, обращенный к ней, она повернулась: это была семья, впереди шла мадам, высоко задрав нос, а за ней двое мужчин., это один из них крикнул.

Вета уступила дорогу.

Девушки прошли на рынок. Продавцы увлеченно продавали товар: еду, одежду, обувь, различную утварь. Кассия и Вета купили штаны для себя поменьше, гребни для волос, мыло, шампунь, печенье, зеркало примерно с большую сковороду, диаметром тридцать сантиметров и еще по мелочи. Пока Кассия оплачивала товар, Вету привлекла лавка с женскими платьями, она решила посмотреть. Одно, невероятно красивое, бирюзовое, расшитое золотыми нитками, так и манило девушку, Вета залипла, открыв рот, рассматривая его.

11. Переполох

Два часа назад в землях драконов император Пендрагон впервые за много лет услышал движение дракона в груди. Император мог оборачиваться, летать, но его дракон с ним не говорил, будто дремал всегда. Последние десятилетия император даже с женщинами в сексе не чувствовал страсти, огня. Пендрагон хотел единения с женщиной, любви, но когда спит твоя душа, и на партнершу не реагирует, какая тут любовь?

Несколько лет назад посол из севера, старый колдун, что сопровождал вождя северных земель, сказал дракону, что его парой будет птица-бабочка с волосами цвета огня, с глазами цвета неба, и душой из другого мира. Такую девушку ни дракон, ни все присутствующие даже и представить не могли. Оборотни птицы – это были только фениксы, но их в мире не осталось, бабочек – оборотней не бывает, а другой мир, это вообще сказки, но в Пендрагона вселилась надежда, значит, есть такая женщина где-то, где-то есть его истинная пара.

Вот сегодня его дракон повел в город магов императора. Пендрагон накинул плащ путника с капюшоном, чтобы его не узнали.

Он шел по рядам, смотрел на окружающих и на товары. Его привлекло красивое женское платье цвета чистого ясного неба, расшитое золотыми нитками. Это платье было привезено из страны джинов, оно было необычное для этих мест, нежное и очень дорогое. Дракон захотел его рассмотреть поближе, он подошел и увидел прямо перед прилавком мальчишку, что, не отрываясь, смотрел на это платье. Ресницы у этого пацана были густые и длинные, на это обратил внимание дракон. Мальчик не дышал, он был впечатлен, как и дракон, шедевром.

– Красивое, да? – сказал дракон.

Вета от неожиданности вздрогнула и повернула голову на голос.

На нее смотрел мужчина, очень высокий, она ему доставала макушкой до подбородка, лицо спрятано под капюшоном, глаза с всполохами огня, не мигая, разглядывали ее.

Девушка открыла рот, ее утягивал этот взгляд.

Пендрагона прострелило в груди, внутри дракон раскрыл крылья и затарахтел. Дракон утонул в глазах цвета неба, эти пухлые губы, что открылись от неожиданности и удивления. Он не мог пошевелиться, все тело зажило, забурлила огненная лава по нему. «Моя!» – произнес внутри дракон.

«Моя пара – мальчик? Нет, это девушка, однозначно. Скрывается.»

Вдруг этого парнишку хватает за руку такой же смазливый парень и со словами:

– Вет, ты куда делся, нам надо идти, – утаскивает его от прилавка.

Дракон стоял и обдумывал, медлить нельзя, надо бежать за этой ясноглазкой.

– Платье, вон то и поживее!

– Оно дорогое, такого больше ни у кого нет, оплата золотом или камнями.

– Сколько?

Продавец назвал сумму, дракон заплатил, доставая из мешка с драконьей императорской символикой золото. Продавец увидел герб драконов, тут же засуетился, предлагая самые дорогие товары.

Дракон взял коробку с платьем и пошел.

Он нюхал воздух, но его пара была без запаха.

«Скрывается! Девочка, я тебе не враг, от кого бежишь? Кто обидел?»

Император еле сдерживал дракона, дракон сейчас мог спалить тут весь город одним рыком. Пендрагон взял себя в руки и пошел по рядам, выискивая двух переодетых в мужские одежды девушек.

– Бежим, тут сегодня драконы, обычно они редко бывают в этом городе, за мной этот путник с дороги увязался, – говорила Кассия и тащила куда-то Вету.

Они уже почти бежали, с корзинами и мешками с покупками.

– Здесь есть лавка женского белья, туда мужчин без женщин не пускают, бежим туда.

Как только они зашли в лавку, продавщица тут же сказала:

– От кого прячемся, красотки?

– Что так заметно?

– Нет! Просто мужчинам ко мне нельзя заходить, только, если с женой.

– Точно! – выпалила Кассия.

– Да, расслабьтесь, я никому не скажу. Что вам показать?

– Все! И можно мы тут чуть-чуть переждем, мы заплатим! – отвечали Кассия и Вета одновременно.

Продавщица закрыла на ключ лавку, стала доставать красивые комплекты. Они были великолепны. Из тонкого кружева трусики, боди, корсеты.

Вета взяла два комплекта: черный и красный, пошла за ширму примерить.

Увидев себя, она ахнула: она стала миниатюрной. Вета разделась, размотала тряпку с груди, сняла шапку, распустила косу и предстала перед отражением. На нее смотрела удивительной красоты девушка. Красивые темно-рыжие волнистые волосы были до талии, миндалевидные синие глаза в обрамлении темных ресницах, нос аккуратный, губы пухлые, чувственные, грудь высокая, полная троечка, узкая талия, широкие плотные упругие бедра, прокаченная за полтора года попа, плоский живот, кожа светлая, гладкая, словно бархат. Вета сглотнула, взяла свою грудь, обхватила ее, соски в нежно – розовых ореолах встали от касания и воздуха.

– Так я, екалемене, красивая какая!

Вета начала смеяться. Ее затопило восторгом. Она крутилась вокруг себя, трогала попу, удивляясь, что на теле нет ни малейшей шероховатости, ни малейшего волоса, изящные руки, тонкие запястья, тонкие щиколотки, при этом женственные и нехудые бедра. На бедре красиво смотрелась бабочка, словно сейчас взмахнет крыльями и полетит.

– А ты, Виэлия, очень красивая девушка, тебя умышленно портила та тварь, она завидовала тебе, – говорила отражению Вета.

– Мы будем счастливыми, Виэлюшка, я постараюсь, за меня прежнюю, и за тебя.

Вета примерила комплекты, что идеально сели, подчеркивая достоинства и вызывая желание, на белоснежной коже оба смотрелись невероятно сексуально.

– Кассия, ты все? Можно тебя?

Кассия зашла за ширму.

– Кассия, замотай меня, я себя увидела впервые с того момента, как оказалась в этом мире, я невероятно хороша, как и ты, мы с тобой красивые!

– Да! И нам надо бежать, в лавку стучались, за дверью драконы.

– Да?

– Так себя ведут только самцы, которые почуяли запах своей пары или их наняли маги, хотя драконы им не подчиняются, но всякое может быть.

Девушки быстро оделись, заплатили за белье. Продавщица их проводила через другой выход, сказав, что в городе переполох, драконы кого-то ищут, подождала несколько минут и пошла, не спеша, открывать.

12. Истинность

На пороге «Дамского счастья» стояли два дракона. Это был император драконов и его генерал армии, они нос к носу встретились у этой лавки.

– Ваше величество?

– Брайтон? Какими судьбами?

– Меня дракон сегодня тянул сюда, по дороге в город я встретил двух странных путников, одетых, как простые оборотни, но они виляли задом, как женщины, хоть и одеты в просторной мужской одежде были, короче, один из них точно девушка, и она моя пара.

Пендрагон нахмурил брови, рыкнул.

– Которая из них? Они обе девушки.

– Волчица.

Император выдохнул.

– А вторая – моя, правда я не знаю, кто она, на мегессу и оборотницу не похожа, хотя они скрыли запах. Вот, хитрули. Стучимся.

– Здравствуйте, многоуважаемые! Чем могу помочь?

– К вам заходили женщины, переодетые в мужскую одежду?

– Да кто только в чем не заходит, разве всех упомнишь?

– Мы не причиним им вреда, они прячутся не от нас, мы им помочь хотим.

– Заходили, но куда, где живут, от кого бегут, я не знаю. Зашли, купили, ушли.

– Спасибо! – сказал Пендрагон, положив монету золотом на прилавок.

Драконы вышли на улицу.

– От кого же вы прячетесь, пташки? Они где-то недалеко обитают, надо подумать и довериться драконам.

Брайтон махнул головой, соглашаясь. Мужчины шли, предвкушая что-то волнительное и приятное, каждый вспоминал глаза своей пары, а их драконы ждали охоту: найти срочно свою самку, ипостаси внутри мужчин требовали действий.

– Драго, если так мой дракон будет ее требовать, я смогу его не удержать!

– Аналогично!

Мужчины были ровесниками, они выросли вместе, учились в Академии, служили, были настоящими друзьямим, их отцы тоже были дружны. Императору и его верному генералу было по 350 лет, за плечами много чего прожито. Драконы в среднем живут около тысячи лет, оба были холостяками, невест не было, снимали сексуальный голод либо в заведениях для высокопоставленных господ, в которых продавали себя элитные и знающие толк в чувственном наслаждении суккубы, либо летали до устали, либо старым дедовским способом.

Оба дракона принадлежали к огненным: высокие и красивые мужчины. У Пендрагона и у Брайтона были длинные черные волосы, по драконьим традициям волосы мужчины – драконы не стригли, собирали в хвосты и заплетали в тугие косы. Император носил аккуратную бородку, что придавала лицу властность и строгость, а генерал гладко брился всегда, оба были истинными страстными горячими драконами.

Феникс и волчица бежали без оглядки, таща все свои покупки. В какой-то момент Вета резко остановилась, наклонилась вперед, выдыхая:

– Все, не могу! Касси, объясни мне, почему мы как припадочные драпаем от этих драконов? Они нам сделают что-то плохое?

– Нет, что ты? Если мы их пары, то они пылинки будут с нас сдувать!

– Так, а драконы нормальные мужики вообще?

– Да, я же тебе рассказывала, что за счастье быть его парой! Ну, и вообще, они воспитанные.

– Так, а почему ты решила, что мы их пары?

– Я видела, как вел себя мой..ну..

– Бывший?

– Да, он всегда внюхивался, искал, не мог покоя найти без пары, зрачки становились другими.

– Зрачки! Точно, в них клубился огонь.

– Во, и у моего тоже, а еще похоже, они очень знатные.

– Кассси, встретить пару дракона – редкость и подарок, и мы обе сегодня их встретили, такое возможно?

– Да, в мире все может случаться, Вета, все!

– Так, Кассия, и чего мы тогда удираем от них, как от огня?

– Не знаю.

Девушки посмоттели друг на друга и начали хохотать.

– Вот мы трусихи!

– Пошли уже, будем ждать, если это наша судьба, найдут нас суженые-ряженые. Касси, а драконы могут служить магам, вдруг их наняла Тирина?

– Драконы не любят магов, они после исчезновения фениксов чуть на них с войной не пошли, сейчас у них холодные деловые отношения, но надо быть осторожными.

Вета понимала, что ее подруга тоже в своей жизни ничего приятного-то и не особо видела: любимый ушел к истинной, работала няней, еще и следила за Виэлией, которая была в последние месяцы нездоровой.

13. Похищение

Девушки уже почти пришли к дому, как вдруг Вета упала, словно ее подкосили, Кассии кто-то зажал рот рукой.

– Волчица, я тебя не трону, не кричи, поняла?

Кассия замотала головой, соглашаясь.

Следопыт отпустил ее.

Кассия посмотрела на Эйдана, упала рядом с девушкой на колени и заплакала.

– За что, волк? За что ты ее убил?

– Она живая, я не убивал ее, она спит.

Тут волчица посмотрела на Эйдана и сказала:

– Сколько стоит жизнь девушки, а, волк, сколько Тирина тебе пообещала? Тирина убила брата своего, травила Виэлию.

Кассия плакала и трогала лицо Веты.

Оборотень растерялся, волчица не врала.

– Мне надо разобраться. Я обещаю тебе, что через два дня, на это же место и в это же время приведу твою подопечную.

Эйдан взвалил Вету на плечо, внюхиваясь в ее запах, он на мгновение замер, зрачки его пожелтели, Кассия это увидела.

– Я пойду с тобой, альфа, возьми и меня, я ее не оставлю, она моя подруга, она все для меня.

Мужчина был в смятении, он думал, что волчица убежит, а тут про дружбу говорит.

– Слово следопыта, я ее верну.

– Ты тот охотник-следопыт?

– Да, я ей не наврежу. Обещаю.

Эйдан побежал в лес, неся Вету на плече. Он сам себе не мог объяснить, если уже решил, что не отдаст Тирине подопечную волчицы, зачем он несет ее к себе в дом.

«Надо подумать, принять решение, что делать дальше!» – твердил себе Эйдан.

Оборотень занес девушку в дом, положил на пол, на свою лежанку и сел рядом, ждать, когда она очнется. Однажды в жизни оборотня была уже ситуация, когда он искал девушку – магессу, его наняли родители избалованной дочери, что убежала из дома. Девушка была капризная и привередливая, когда Эйдан ее нашел, наслушался от нее ругани, брани, истерики, крика.

Сейчас проснется та, за которой он охотился дольше всего. Следопыт был уверен, что будут слезы, претензии, крики после пробуждения. Он сидел на полу и разглядывал Вету, замечая красивое молодое личико, перемотанную грудь, Эйдан увидел кусок тряпки, что выглядывала в вороте рубахи: «Консператорши». Мужчина подбирал мысленно слова для слабоумной девушки, чтобы не испугалась, не кричала.

Вета открыла глаза, посмотрела по сторонам, села. Их взгляды встретились. Они молчали оба. Эйдан отметил, что взгляд у девушки осмысленный. Вета осмотрелась.

– Со мной была девушка, где она, вы ее убили?

Эйдан смотрел в синие, как ясное небо, глаза и понимал, что на малоумную она совсем не похожа.

– Волчица осталась в лесу, я ей ничего не сделал.

И тут мужчина вообще опешил, когда на его ответ девушка выдохнула с облегчением и произнесла:

– Спасибо!

Оборотень молчал.

– Я у вас в доме?

– Да.

– Вас наняла Тирина?

– Да.

– Она убийца. Почему я не у нее? Если хотите меня отдать ей, лучше убейте сразу.

Вдруг волк внутри Эйдана зарычал на эти слова.

Оборотень оторопел и вслух произнес:

– Ты чего?

Вета вопросительно посмотрела на мужчину.

– Это не вам. Я обещал вашей подруге, что верну вас через два дня, мне надо подумать, как быть, разобраться.

– Сколько или что Тириина пообещала за меня?

– Свободу.

– Вы раб?

– Можно и так сказать, я сидел в темнице, за вас мне пообещали свободу.

– За что вас наказали?

– Я не стал искать мальчика, который украл на рынке у Рамили сладости, его бы убили за такой поступок, а он всего лишь был голоден.

– Кто такая Рамили?

Эйдан удивленно посмотрел на собеседницу.

– Это одна из Совета Шести, глава города магов.

– Если вы меня не вернете Тирине, что вам сделают?

«Она не малоумная, более того, она задает правильные вопросы, старается держаться спокойно, взвешивает ситуацию, говорит правду» – рассуждал Эйдан.

– Мне увеличат срок вдвое, буду сидеть восемнадцать лет еще.

– Нормально. Можно воды, пожалуйста?

Эйдан указал на шкаф.

– Здесь все есть, бери, что надо, из дома не выходи, я скоро.

Эйдан поднялся и направился к выходу.

– А если я сбегу?

– Мы высоко на дереве, ты не слезешь.

– Наивный, – шепотом сказала Вета.

Эйдан уже открыл дверь, стоял к ней спиной, но все услышал своим отменным слухом оборотня, он ухмыльнулся, восхищаясь.

Охотник вышел, понимая, что девушку Тирине он не отдаст, и она не слабоумная, что-то не сходилось.

Вета осмотрелась, комната была маленькой, лежанка – наваленные одеяла и подушка на полу, сундук и шкаф.

«Штаб-квартира какая-то» – подумала она.

Через несколько минут вошел мужчина.

– Бери! – сказал он и протянул огромный лист, на котором горкой лежали ягоды.

– Спасибо! Как вас зовут?

– Эйдан, Виэлия.

– Зовите меня Вета.

– Ты не Виэлия?

Девушка промолчала.

Вета с удовольствием взяла ягоду и попробовала. Она закрыла глаза от удовольствия.

– Какая вкусная! У нас такая не растет, ммм.

Вета брала ягоды одну за одной, губами сминала их, отправляя в рот, облизывала губы и пальцы. Эйдан замер, наблюдая за губами своей пленницы, он заворожено смотрел за каждым ее движением, Вета подняла взгляд на мужчину. Оборотень, будто очнулся, моргнул, резко отвернулся, взял кружку с водой, стал пить крупными глотками.

– Эйдан, где можно сходить по нужде, умыться?

– За дверью необходимые удобства.

Вета прошла в соседнюю комнату, она была еще меньше, совсем крохотная. На стене висело круглое небольшое зеркало, на полке под ним лежали пластины с деревянной ручкой – бритва мужская, мыло, полотенце, кувшин, на полу стояло ведро с водой, у другой стены стояла табуретка, у которой откидывалась сидушка, это и был унитаз. К основанию сиденья был прикреплен непромокаемый мешок, который при наполнении утилизировался хозяином.

Вета вышла к Эйдану.

– А можно мне в кустики?

– Нет. В серой коробке угольный порошок, зачерпни чашкой и высыпь в мешок, он вбирает в себя все пары и запахи. Делай, что нужно, я выйду.

Эйдан вышел. Он встал на узкий приступок у дома и ждал, вглядываясь в крону дерева. Оборотень считал до ста, потом снова до ста, и так много-много раз, в его секретном жилище впервые был посторонний, еще и девушка. Мужчина ощущал какое-то смятение, волнение, сердцебиение от ее присутствия, он вообще себя не узнавал, ему хотелось понравиться ей. Волк еще притих и молчал, такое вообще было впервые, обычно на все реагировал: либо одобрял, либо осуждал, даже ругал, а тут притих.

Вета сделала все дела: умылась, прополоскала рот от ягоды, сняла шапку, распустила волосы, развязала тряпку наконец-то с груди, так как уже тяжело становилось дышать. Угольный порошок, действительно, оказался качественным природным сорбентом.

Девушка вернулась в комнату побольше. Хозяина не было. Она легла на пол, единственное место, куда можно было примоститься, повернулась лицом к стене, спиной к двери. Вета вспоминала день, их с Кассией гуляние по городу, взгляд мужчины в капюшоне на рынке, потом стала разглядывать дощатую стену, выискивая в ней узоры, морды, буквы и уснула.

Эйдан все стоял и стоял у двери своего дома. Он робел. Впервые в жизни ему захотелось, чтобы его полюбила девушка, и не просто девушка, а Вета. Стемнело. Волк Эйдана все молчал.

Охотник тихо вошел в дом. Оборотни хорошо видят в темноте. В его походной постели на боку, к нему спиной, спала Вета, рыжие длинные волосы лежали раскинутыми прядями, широкие бедра красиво подчеркивали узкую талию. Он смотрел на волосы, ему хотелось потрогать их, понюхать, необычные, красивые. Эйдан смотрел и смотрел, ему уже казалось, что это видение, которое он себе придумал. Волк так и не отвечал ему, что-то выжидал, притаился.

14. Любовь

Вета проснулась ранним утром от яркого солнца, потянулась, вспомнила, где она. Девушка повернулась на другой бок, села, на полу у противоположной стены, сидя, спал ее похититель. Вытянутые ноги, казалось, заняли весь пол, голова была склонена на бок и облокочена на шкаф, руки свисали вдоль туловища. Вета стала разглядывать его. Высокий крупный мужчина, рукава у рубахи были закатаны по локоть, руки жилистые, крепкие, лицо волевое, массивная челюсть с четко очерченными углами, широкие прямые брови, крупный нос, в меру пухлые губы, легкая растительность на лице, белый, видно очень давний, шрам на всю щеку, короткая стрижка, мелкие морщинки в уголках глаз с внешней стороны и крупные на лбу. Вета ему дала лет сорок, по земным меркам. Он ей нравился, она понимала, что он заложник абсурдных законов и самодурства местной власти. Мужчина был добрым, она это видела, чувствовала, будь наоборот, она бы уже была у Тирины. Ее Ви наконец-то дала о себе знать, она начала внутри необычно себя вести, будто прихорашиваться.

Эйдан был в легких штанах, подчеркивающих упругие спортивные бедра и икры. Мужчина был босым. Вете его ступни показались очень большими, и она тихо и деликатно приставила свою стопу к его, сравнивая, ее была на три четверти по сравнению с его. Вдруг пальцы мужчины сжались, девушка резко отдернула ногу, посмотрела на Эйдана. Он невозмутимо сидел, смотрел на нее, а в глазах у него плясали бесята. Вета расхохоталась от неожиданности и что была застукана.

– Как вы это с Кассией делаете? Бесшумно, незаметно.

Эйдан улыбнулся, их взгляды встретились.

Когда оборотень проснулся, он ощутил себя в раю, эликсир развеялся, запах девушки распространился по дому. Она пахла полевыми цветами, терпкой дикой ягодой, волк уже во всю просился обернуться, вопя внутри: «Моя! Нашел!».

Охотник увидел необыкновенной красоты девушку, что мерила их ступни, темно-рыжие волосы струились по плечам, мужская рубаха не скрывала грудь, которая красиво стояла нежными холмиками.

Ви стала тарахтеть громко и призывно на всю комнату, оборотень улыбался.

Вета вытянулась в струну, округлила глаза.

– Ты чего кудахчешь, Ви? Что происходит? – шепотом спросила она.

– Ты когда обернулась впервые?

– День назад! Я вообще только недавно…– тут Вета замолчала.

– Ты феникс? – шокировано спросил Эйдан.

– Да.

– Как такое возможно? Кто ты, Вета? Я не обижу тебя. Никогда.

– А ты кто, Эйдан?

– Справедливо. Я волк, живу один, следопыт, охотник, мне 240 лет, взрослый уже, Тирина наняла меня, сказав, что ты потерялась, ушла из дома, слабоумная, пропадешь одна. Все.

– Мой настоящее имя Виктория, Вета. Я умерла в своем немагическом мире, разбилась на машине, попала в тело умирающей Виэлии, которую отравила Тирина. Кассия была няней Виэлии, а стала моей подругой. Тирина кормила девочку отравленной сдобой, уродуя ее тело и сознание. Викториан, сводный брат Тирины и опекун Виэлии перед смертью меня распечатал, благословил на жизнь в этом мире и в этом теле. Викториан очень любил маму Виэлии, они были истинной парой. Мы с Кассией прятались в доме ее бабушки-шаманки, пока я не обернулась, вчера впервые пошли в город. Все.

Эйдан запустил руку в волосы, он ожидал чего угодно, но чтобы душа, иномирная, попала в чужое тело. Он влюблялся в Вету, и она была его парой. Иномирная душа стала парой охотнику-следопыту. Волк с Ви уже обменивались любезностями и хотели встретиться. Вета еще ничего не понимала в истинности, но чувствовала сильное влечение к Эйдану.

– Я вообще только позавчера себя увидела. Я попала в тело толстушки Виэлии, день назад познакомилась со своей Ви, с фениксом.

Эйдан хлопал глазами, он понимал, что у него всего один день остался для счастья, чтобы провести его со своей птичкой, или он ее украдет и поедет к джинам.

– Почему она так тарахтит?

– Она хочет полетать, – слукавил Эйдан.

Они позавтракали, сделали утренние процедуры.

– А почему ты вернёшь меня только завтра, Эйдан?

Мужчина замер.

– Каждые три дня я отчитываюсь перед Тириной, завтра тебя верну, побудь со мной день, пожалуйста.

Звери притихли.

– Пошли летать! – сказала Вета.

Они вышли на маленькое крыльцо у дома.

Вета стояла в густой зеленой кроне высокого дерева.

– Вау! Обалдеть! Ты сам его построил?

Мужчина утвердительно махнул головой.

Вета попросила Эйдана отвернуться, разделась, сложила вещи тут же на приступок, оттолкнулась от крыльца и взлетела.

Оборотень увидел неземную красоту: золотисто-оранжевая птица – феникс поднялась в небо, сделала круг и вернулась, медленно порхая огромными крыльями, на солнце отливаясь пурпурным оттенком, зависла в воздухе, напротив Эйдана.

– Ты прекрасна!

Волк скулил, мужчина держал его, Ви заигрывала во всю со своим волком, Эйдан это чувствовал, улыбался. Вета не понимала, что происходит, она просто была счастлива здесь, с этим охотником.

Феникс подлетела к дому, лапами ухватилась за крыльцо, удерживая себя на весу, махая крыльями, они задевали мужчину, он закрыл глаза в блаженстве. Ви попросила от Веты волка, чтобы Эйдан отвернулся.

Мужчина понял, зашел в дом, вынес одеяло, Вета обернулась, он быстро накинул покрывало на плечи, заворачивая, успев рассмотреть все, что надо.

Вета взяла вещи, зашла в лом, а Эйдан остался на крыльце ждать, когда она переоденется и унять свою эрекцию, что подняла штаны.

– А теперь твоя очередь, покажи своего волка, Эйдан! – вышла Вета и встала рядышком.

Эйдан и его волк были счастливы, он уверенно схватил Вету за талию и прижал к себе.

– Держись крепче!

Одной рукой он держал девушку, а второй помогал себе спускаться с лестницы. Вета обхватила его ногами за талию, удобнее устраиваясь. Эйдан замер. Их лица были в сантиметре, дыхание и сердцебиение друг друга смешивались. Эйдан вдыхал самый вкусный аромат, который исходил от его истинной, они встретились глазами. Дыхание оборотня стало тяжелым, Вета и Эйдан одновременно потянулись навстречу и встретились в поцелуе. У девушки в глазах замелькали яркие круги, у мужчины зашумело в ушах, их языки встретились. Вета протяжно простонала, Эйдана прострелило возбуждением во все конечности. Они целовались на подвесной лестнице, впервые ощущая самые острые и глубокие чувства. Оторвавшись от самых желанных губ, чтобы набрать воздуха, Эйдан посмотрел на распухшие от поцелуев губы Веты, она улыбнулась, посмотрела вниз, охотник возобновил спуск.

На земле Эйдан обернулся. На Вету умными и добрыми глазами смотрел огромный серый волк.

– Ох! Какой ты большой и красивый!

Девушка осторожно протянула руку к зверю, погладила его за ухом. Волк стал лизать ей руки, лицо, шею, она смеялась, убегая от него, Ви порхала внутри от восторга. Потом волк лег на живот, Вета села на него, и они бродили по лесу. Оборотень не отходил далеко от дома.

После прогулки они так же поднялись в дом. Эйдан хотел признаться, что теперь его волк, и он сам привязаны к ней навечно, что ничего чудеснее с ними в жизни не было. Эйдан был влюблен, но не говорил Вете о своих чувствах, не хотел, чтобы она его жалела, переживала о нем, он будет в темнице восемнадцать лет, если ему не удастся сбежать.

– Эйдан, а теперь скажи мне честно, как тебя можно освободить от тюрьмы, или кто может?

– Птичка моя! – вылетело у Эйдана.

Вета замерла, чувствуя тепло от таких слов.

– Ну, если только сам император драконов за меня заступится, маги его послушают, но, где император, где я?

– А где ты? Отлично, завтра к императору и пойдем! Все будет хорошо, я верю, ты тоже, главное, верь.

Эйдана разрывало от нежности.

– Я скоро! – сказал Эйдан и вышел из дома.

Ви заскучала тут же. Вета понимала его, понимала, почему он не открывается ей: бережет ее.

«Волка ей подавай! Любвеобильная ты моя!» – сказала Вета своей Ви.

Эйдан собирал ягоды и представлял, что они живут вместе, он катает Вету, он спит с ней каждую ночь, трогает ее, ласкает, Ви и его волк гуляют, он любуется своей птицей – фениксом, своим огнем – они семья, у них любовь. Он улыбался своей фантазии.

Эйдан принес ягоды. Они провели остаток дня за разговорами, Вета рассказывала о своем прежнем мире, о маме и бабушке, о сне, о технологиях, изобретениях, медицинских достижениях.

Укладываясь на пол спать, девушка сказала:

– Эйдан, сидя спать неудобно, ложись рядом.

Они легли лицом друг к другу, он трогал волосы Веты, пропуская между пальцев, нюхая их, вдыхая аромат своей женщины. Запах пары выворачивал его звериную сущность, желая пометить, поставить метку. Вета пригрелась и уснула.

Девушка проснулась ночью от того, что ее Ви и волк Эйдана не спали, они ворковали, куролесили. Вета спала в обнимку с Эйданом, уткнувшись носом в шею мужчины, она ногой чувствовала его твердый член. Девушка посмотрела на жилистую шею, кадык, на щетину на бороде и провела рукой по груди Эйдана. Он тяжело дышал, тут же накрыл ее ладонь своею, сказал хрипло:

– Вета, я еле держусь.

Девушка вдохнула его запах: мускусный, терпкий, волнующий и провела медленно языком по его шее. На несколько секунд Эйдан задержал дыхание, а потом с рыком обрушился на ее рот, засасывая ее язык, его руки подлезли ей под рубаху, прошлись по спине. Он оторвался от губ, тяжело и часто дыша, развел полы ее рубахи в разные стороны, открывая взору грудь.

– Невозможно красивая! Моя! Люблю тебя, пташка моя! Навсегда!

Вету, словно ливнем, окатило возбуждение. Он лизнул сосок, потом второй, они стояли как пики, свел полушария груди вместе и уткнулся носом в ложбинку, затем стал вылизывать по очереди соски и грудь, порыкивая от удовольствия. Вета обвила его шею руками, стала снимать с него рубаху, он быстро скинул одежду сам. Она прижалась грудью к его телу, получая телесный экстаз от такого прикосновения, провела по его спине, ощущая ее мощь, твердость.

– Эйдан, я тоже тебя люблю.

Он порывистыми движениями стянул с нее штаны. Она лежала перед ним обнаженная: белая кожа, гладкий лобок, бабочка на бедре. Эйдан сглотнул.

– Ты очень красивая! Нереальная словно!

Он стал руками трогать ее тело, водить по ногам, рукам, жадно разглядывая.

– Вета, у тебя были мужчины?

– Тело Виэлии девственное, а у меня в прошлой жизни был один мужчина, он был женат, у него была семья, я встречалась…

Вета не успела договорить, Эйдан стал целовать ее лицо, почувствовав ее неловкость и вину.

– Люблю тебя, буду осторожным.

Он целовал ее шею, покусывал, рычал от восторга и удовольствия. Вета водила руками по его спине, Эйдан стал гладить ее бедра, провел пальцами по бабочке.

– Красивая моя! Пташка моя!

Он уткнулся носом в лобок, Вета охнула от такого очень чувственного действия и схватила его за волосы, это было так интимно, порочно. Он развел ее ноги в стороны, от запаха, что исходил от возбужденной женщины, Эйдан словно опьянел. Он лизнул ее половые губы, Вета откликнулась, простонала. Ее реакция, отклик заводили оборотня еще сильнее. Он развел ноги еще шире и губами захватил все, что вошло ему в рот, ласкаял языком лобок, большие и малые половые губы, посасывал клитор, млея от смазки, что он слизывал. Оборотень носом заходил между губ, затем языком вошел в дырочку. Вета стала дрожать всем телом. Эйдан накрыл ладонью лобок, большим пальцем продолжая ласкать клитор, а сам смотрел на тело своей пары. Вета запрокинула голову, открыла рот, глубоко дыша, живот, бедра мелко дрожали, грудь была покрыта мурашками. Мужчина, не мигая, смотрел на самую прекрасную картину в своей жизни. Он ввел палец в ее лоно, и ее прострелило оргазмом, ноги неуправляемо затряслись крупной дрожью, живот и влагалище стали сокращаться. Эйдан, открыв рот, смотрел на оргазмирующую любимую женщину, как на чудо света.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.