Инкубатор счастья. Радость бытия
Владимир Синельщиков

Редактор М. В. Рощин

Дизайнер обложки О. В. Хамзина

© Владимир Синельщиков, 2025

© О. В. Хамзина, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0065-8508-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мы книгу вещую открыли в тишине.

И ясновидящий встревожил сердце мне

Словами: «Счастлив тот, кто ночью, равной году,

Ласкает на груди подобную луне».

Омар Хайям

Глава 1

2143 год. Россия, Сибирь

Красное табло над дверью сменило цвет на зеленый с одновременным звуковым сигналом, служащим для привлечения внимания первого в очереди.

– Пошёл, – грубо прохрипел бородатый мужчина, стоявший вторым.

Ничего не ответив, молодой человек, возглавлявший очередь, приблизился к стальной двери, отполированной до зеркального блеска, и она, щёлкнув замком, автоматически открылась. Очередь, состоящая из ста – ста двадцати человек, продвинулась на полметра. Теперь уже невоспитанный бородач стоял перед запертой дверью, ожидая зелёного табло со звуковым сигналом.

Я взглянул на измеритель текущего времени и, оценив скорость продвижения очереди, отметил про себя, что по пути на работу успею заскочить в закусочную «Сытно – и точка» и позавтракать моей любимой яичницей с беконом. Вновь открылась дверь, и я, вместе со всей очередью, снова продвинулся вперед, провожая взглядом бородача, скрывшегося за дверью. Ещё четыре человека передо мной – и всё будет кончено, и я наконец-то отправлюсь поглощать свой завтрак.

Сколько себя помню (лет с пяти как минимум), никак не могу смириться при прохождении вакцинации, что эта важная и необходимая процедура проводится натощак. Уж больно я люблю утренний приём пищи с обязательной большой чашкой кофейного напитка. А без него, как мне кажется, не может нормально начинаться день.

Очередь продвигается довольно быстро – не более тридцати секунд на каждого человека. Изредка бывает задержка, но она не критична: одна-две минуты. И вот я уже стою перед отполированной стальной дверью и с нескрываемым удовольствием рассматриваю своё отражение. В этом металлическом «зеркале» я вижу симпатичного молодого человека, чей рост выше среднего, с мощным торсом и явно выраженными грудными мышцами. Покрутив головой и осмотрев гладковыбритые щёки, я поправил чёлку чуть вьющихся каштановых волос и улыбнулся сам себе, довольный видом своего отражения.

Звуковой сигнал и зелёное табло над дверью прервали мое самолюбование, и я сделал шаг вперёд, услышав знакомый щелчок замка. Как и год назад, я очутился в комнатке не более чем два на два метра. Дверь за спиной закрылась так же автоматически, как и открылась. Я встал на выделенные жёлтым цветом изображения ступней на полу, чтобы принять определенное положение тела в комнате.

По центру загорелось табло «Не двигаться», одновременно на трёх языках – русском, китайском и английском – динамик продублировал надпись. Луч в виде красной сетки просканировал меня, проведя идентификацию личности, а справа на крупном цилиндре из нержавеющей стали высветилась надпись: «Приложить большой палец правой руки». В то же время динамик опять сделал объявление на трех языках. Я выполнил незамысловатое действие, приложив палец к обозначенному месту на цилиндре, и замер в ожидании получения очередной порции вакцины.

Почувствовав еле заметный укол, я убрал палец и обратил внимание, что цвет маленького табло, вживлённого в руку между большим и указательным пальцами, изменился с тёмно-оранжевого на светло-зелёный. Всё как много лет подряд, ничего нового. Прозвучал сигнал, и другая дверь, работающая на выход, открылась, позволяя освободить помещение для следующего в очереди на проведение вакцинации, необходимой для долгой и здоровой жизни.

Дабы не задерживать очередь, я сразу же вышел, успев лишь взглянуть на работу автоматического очистителя места приложения пальца для укола. Оказавшись с другой стороны строения, я огляделся по сторонам и пошёл на парковку к оставленному там мною автомобилю, точнее – к индивидуальному перевозчику, называемому в народе просто ИП. Территория, прилегающая к задней части здания, имела достаточно большую площадь и была огорожена высоким забором (не менее четырёх метров на вид), обшитым стальными листами. Выход из зоны вакцинации располагался строго по центру забора, напротив здания. Дверь из нержавеющей стали, точно такая же, как и на входе в процедурный кабинет, открылась автоматически, но лишь после прикладывания экрана для сканирования, вживлённого в руку, к определенному месту электронного замка.

Выйдя из зоны проведения процедуры, я обратил внимание, что трое гвардейцев в полной экипировке проверяют документы у того самого невоспитанного бородатого мужика из очереди, только что прошедшего вакцинацию. И он, размахивая руками, довольно громко, но при этом вежливо объясняет служителям закона, что опаздывает на работу и что если они его задержат ещё на пять – десять минут, то он получит штраф от руководителя в виде отработки дополнительных часов.

Подойдя к парковке, я нашёл свободное место выдачи автомобиля и, приложив указательный палец для считывания уникального отпечатка, стал ожидать свой транспорт, развлекаясь разглядыванием работников муниципалитета, устанавливающих приборы для сканирования сетчатки глаза. Я слышал, что в крупных городах Китая уже действуют такие устройства и что они себя хорошо зарекомендовали, обеспечивая лучшую безопасность, надежность и точность работы в сравнении со старыми приборами идентификации, сканирующими отпечатки пальцев.

Прошло менее минуты, и мой индивидуальный перевозчик – мой ИП – выехал с парковочного пространства, остановился у обочины и включил аварийную сигнализацию, сообщая мне о готовности к поездке. Ничем не привлекательный автомобильчик яркого василькового цвета с белой крышей от известной китайской компании вмещает в себя всего одного человека. ИП оснащён предпоследней версией искусственного интеллекта, который, как утверждает инструкция, не может быть отключён. А это значит, что как бы ни хотелось самому взять в руки управление автомобилем и, наплевав на правила и ограничения, пролететь по утренней пустой автостраде, он ни при каких обстоятельствах не позволит этого сделать. Умная машина разрешает владельцу самому воздействовать на органы управления только вне крупных автострад при скорости ниже 40 километров в час. Установив на экране точку пункта назначения, я с комфортом разместился на единственном сиденье моего ИП и доверился автопилоту. Электрический автомобиль плавно и практически бесшумно, без превышения разрешенной скорости унёс меня от центра вакцинации, приближая с каждым пройденным километром к долгожданному завтраку.

Припарковавшись у кафе на место с беспроводной зарядкой, подключаемой автоматически, я проследовал внутрь заведения и уселся за свободный столик напротив столба с рекламным экраном, на котором транслируются новинки и акционные предложения. Выбрав привычные позиции на завтрак – кофейный напиток и яичницу-глазунью из двух яиц с обжаренным беконом и острым перцем, я принялся с любопытством разглядывать посетителей кафе. Их было совсем немного: две симпатичные девушки, лысоватый мужчина с женщиной, сгорбленный старичок с трясущимися руками и бородатый мужчина средних лет с бегающими глазками. Прошло не более полминуты, и «Ё-робот» доставил мой заказ, пожелал приятного аппетита и протянул скан для оплаты завтрака. Приложив указательный палец к сканеру, я принялся с удовольствием поглощать куриные эмбрионы с тонко нарезанными кусочками свинины.

Моё внимание за окном привлекли два гвардейца, пристально изучающие автомобили, припаркованные около заведения. Бородатый посетитель кафе прекратил приём пищи и принялся крутить головой, явно пытаясь что-то обнаружить. Он нервничал, и его состояние, как мне показалось, было связано с присутствием полицейских на стоянке. Блюстители порядка переглянулись, что-то сообщили по рации и направились в кафе. Бородач вскочил с места, держа в руках стакан с напитком и пирожок. Сделав несколько шагов, мужчина споткнулся и упал прямо рядом с моим столом, выронив еду и разлив напиток. Я приподнялся, чтобы помочь бедолаге встать и отряхнуться, но тут же под столом почувствовал его руку у себя на щиколотке. Опустив же глаза вниз, я с удивлением увидел, что валяющийся на полу бородач ловким движением приподнял мою брючину и сунул мне в носок что-то маленькое, твердое и прохладное.

– Что вы делаете?! – возмущённо спросил я.

– Прошу вас, – ответил лежащий на полу мужчина и, глядя на меня глазами побитой собаки, прошептал: – А4, 28, Бизон.

– Что?

– Запомните: А4, 28, Бизон! – громче повторил мужчина, косясь на уже вошедших гвардейцев.

– Всем оставаться на своих местах, не двигаться! – закричал полицейский. – Приготовьте, пожалуйста, правую руку для сканирования.

Бородач как ни в чём не бывало поднялся и, ворча и отряхиваясь, попробовал пройти в санузел, всем своим видом показывая полиции, что он испачкался и ему срочно требуется почистить одежду. Но один из стражей порядка грубо остановил мужчину и потребовал предъявить руку для сканирования.

– Пожалуйста, – сказал бородатый и, сдвинув манжету рубашки, протянул правую руку полицейскому.

Как только лейтенант поднес портативный сканер к табло, светившемуся зелёным цветом, раздался неприятный писк прибора, сообщающий о чем-то важном и, видимо, ненормальном. Полицейский напрягся, как взведённая пружина, и потянулся за оружием, но мужчина в тот же миг оттолкнул двумя руками гвардейца и бросился к входной двери. Его напарник, стоявший чуть поодаль, выхватил табельный пистолет и выстрелил в спину убегающего. Бородач вскрикнул от боли, но продолжил движение и выбежал на улицу.

– Уйдёт! – закричал полицейский и бросил взгляд на стрелявшего напарника.

Гвардеец что-то переключил на своём пистолете и вновь нажал на курок. Раздался сильный хлопок, и в тот же миг оконное стекло с наружной стороны покрылось каплями крови.

Я слышал про такое оружие, но даже и представить себе не мог, что увижу его в действии. Покосившись на полицейского, я, несмотря на весь ужас происходящего, стал с любопытством разглядывать пистолет. Это был довольно крупный образец современного оружия, позволяющий эффективно останавливать нападающего путем поражения пулей с электрическим зарядом. Она способна нейтрализовать человека разрядом тока. А при необходимости можно дополнительно подать радиосигнал, и тогда пуля, уже находящаяся в теле человека или в бронежилете, взорвётся, как небольшая граната, и не оставит ни единого шанса на выживание.

Женщины, находившиеся в кафе, закричали от ужаса, закрыв лица руками.

– Прошу всех оставаться на своих местах! – громко объявил стрелявший полицейский.

У меня задрожали руки и затряслись колени. Мой мозг сопоставил два события: внезапный контакт с неизвестным мне человеком и его смерть на моих глазах.

– Пожалуйста, успокойтесь и предъявите руки для сканирования, – произнёс второй гвардеец, обративший внимание на тремор моих рук.

Расстегнув кобуру и держа руку на рукояти пистолета, полицейский подошел ко мне и жестом потребовал приподнять рукав толстовки. Я тут же повиновался и протянул к нему руку с открытым запястьем. Поднесённый сканер издал сигнал, непохожий на тот, что мы слышали при проверке застреленного бородача, а табло на устройстве засветилось точно таким же цветом, как и у меня на руке.

– С вами всё в порядке? – мягким голосом обратился ко мне полицейский, видя моё сильное напряжение.

– Да, всё нормально, просто не каждый день вижу людей, разрывающихся на части, – постарался отшутиться я.

Служитель закона усмехнулся и произнёс:

– Приятного аппетита, прошу вас, продолжайте завтракать.

– Спасибо, – ответил я и сел на свое место.

Полицейский же остался стоять рядом со мной, пристально изучая меня недоверчивым взглядом. Трясущимися руками я взял вилку и нож, а отправив в рот кусок бекона, набрался смелости и спросил:

– Что-то ещё?

– Нет, – сухо ответил гвардеец и, лихо развернувшись на пятке, присоединился к напарнику, который уже начал сканирование остальных посетителей кафе.

Я очень медленно поглощал свой завтрак, стараясь выглядеть как можно естественнее. По завершении процедуры проверки остальных посетителей все они разом покинули кафе, не желая оставаться здесь ни на минуту. Я же продолжил сидеть за столом, боясь пошевелиться и думая о том, что убитый только что человек сунул мне в носок нечто, за чем, возможно, и охотились служители порядка. От этих мыслей мне стало ещё страшнее.

– Позвольте ваш указательный палец, – обратился ко мне всё тот же полицейский, – нам может понадобиться свидетель происшествия, а вы как раз находились ближе всех к преступнику.

– А в чём его обвиняют? – спросил я, протягивая указательный палец левой руки.

Ничего не ответив, полицейский отсканировал отпечаток пальца, посмотрел на результат идентификации и произнёс:

– Владимир, если следствию понадобится ваша помощь, то с вами свяжутся. Хорошего вам дня.

– До свидания, – ответил я и, посмотрев на измеритель времени, отметил для себя, что нужно поторапливаться на работу.

Полицейские вышли из кафе, а я остался совсем один, если не считать робота, которому уже некого было обслуживать. Я боялся заглянуть в носок, но в то же время любопытство распирало меня. И только сейчас, оставшись в одиночестве, я вспомнил, что бородач мне что-то сообщил. Я стал лихорадочно вспоминать его слова: «А4… 28… Бизон».

– Да, точно: А4, 28, Бизон, – повторил я про себя. – Интересно, что это означает?

Достав смартфон, я начал записывать текст, но, спохватившись, что это может быть опасно, решил не рисковать и не оставлять электронного следа. «Впрочем, запомнить эти слова несложно, используя аналогии, – размышлял я. – Тем более, это совсем просто для меня: А4 – формат листа бумаги (сколько себя помню, он не менялся), 28 – мой возраст, что я уж точно не забуду, и последнее: Бизон – это почти как мое школьное прозвище – тоже на букву Б. Вот только меня называли „Баран“, так как шёл я всегда напролом, причём не всегда в правильную сторону!»

Довольный своими размышлениями насчет быстрого поиска ассоциаций, я встал и направился к выходу. На крыльце, однако, я остановился, оцепенев от ужасной картины, представшей перед глазами: на земле, всего в пяти метрах от меня лежало тело бородача с разорванной в клочья спиной. Я отчетливо видел позвоночник и переломанные ребра, кровью была залита и половина крыльца.

– Прошу вас, обойдите справа, – любезно обратился ко мне полицейский, проверявший меня в кафе, продолжая смотреть на меня с каким-то необъяснимым недоверием.

Я повиновался и, косясь в сторону убитого, сместился вправо. Проходя мимо изуродованного тела, я обратил внимание, что светящееся табло на его руке было чёрного цвета. Я точно не знал, почему оно почернело, но предположил, что это свидетельствует о смерти носителя экрана. Не успел я сесть в свой индивидуальный перевозчик, как к месту трагедии подъехала большая черная машина с надписью «Служба безопасности России», и из нее вышли два агента, одетые во всё чёрное с большими планшетами в руках. Один направился к полицейским, а второй стал осматриваться. Мы встретились взглядом, и он прокричал, указывая пальцем на меня:

– Оставайтесь на месте!

Полицейские обернулись, и один из них обратился к агенту:

– Всё в порядке, это случайный свидетель, мы его проверили и данные отсканировали, информацию вам передадим.

– Хорошо, – крикнул мне агент в чёрном, – и прошу вас не распространяться о том, что вы сегодня здесь увидели! Я понятно выразился?

– Да, – ответил я и спросил: – Я могу ехать на работу?

– Езжайте.

Я сел в свой мини-транспорт и дрожащим голосом сообщил навигатору очередной пункт назначения:

– Работа.

Во время поездки я достал из носка то, что перед своей смертью сунул туда бородатый незнакомец в кафе. Это был маленький дискообразный стальной предмет, на одной стороне которого была начертана цифра 2, а на другой стояло заводское клеймо с китайскими иероглифами, значение которых мне, конечно, было неизвестно. Скорее всего, этот диск являлся носителем информации. Я никогда такими не пользовался, но в рекламных проспектах встречал нечто подобное.

«Видимо, я стал владельцем сверхсекретной информации, раз человек пожертвовал своей жизнью ради спасения носителя», – подумал я. И сразу вспомнил про агентов службы безопасности, отчего мне стало не по себе, ведь они, возможно, охотились за данными, помещёнными в этот маленький, но очень вместительный диск. Спрятав его снова в носок, я как ни в чём не бывало стал смотреть по сторонам, любуясь нарядными пейзажами золотой осени.

Глава 2

Любимое дело жизни

Припарковавшись на выделенном специально для меня месте, я поспешил к проходной нашего предприятия. До начала смены оставалось всего восемь минут, и опаздывать было никак нельзя. За опоздание грозил штраф в виде десятикратной бесплатной отработки времени задержки. Так как людей на предприятии не хватало, руководители подразделений с нескрываемым удовольствием использовали эту меру наказания. Практически бегом я добрался до своего шкафчика в раздевалке и очень быстро, скинув с себя верхнюю одежду, облачился в рабочий комбинезон. Таинственный диск я оставил в носке в надежде на то, что во время работы изучу его более подробно и переведу надпись на клейме с китайского на русский.

Буквально за тридцать секунд до начала смены я занял своё рабочее место в отдельном стеклянном кабинете, расположившись за столом с пультом управления. Мне предстояло следующие три часа провести перед огромным монитором, контролируя, как мне казалось, один из самых важных и интересных процессов – сортировку и отправку на переработку мусорных отходов. Да, это была работа мечты! Я никогда и не от чего не получал такого удовольствия, как от этой увлекательной работы по сортировке вторичного сырья. И хоть я был достаточно молод, но окончание высшего технического заведения позволило мне занять столь интересную и уважаемую должность и стать руководителем низшего звена. В подчинении у меня было восемь человек неизвестной мне национальности, плохо говорящих на русском языке. Мой непосредственный начальник называл их всех горцами, даже не удосуживаясь различать их по именам. Все они уже находились на своих постах и ожидали запуска конвейера.

Прозвучал гудок, возвестивший о начале рабочей смены, и конвейерная лента с неприятным лязгом пришла в движение. Я визуально проверил управление оборудованием подачи мусора и запустил диагностику роботов-сортировщиков. Убедившись в полной исправности механизмов, я отправил команду на открытие шлюза подачи мусора и стал наблюдать за поистине интереснейшим процессом сортировки дурно пахнущих отходов.

Конвейер был разделён на четыре зоны обработки вторсырья. В первой гигантский робот посредством мощного магнита отделял всё, что способно было намагничиваться, во второй отделялись пластик, бумага, стекло и металлы, не имеющие магнитных свойств, в третьей смещалась в сторону вся органика, а в четвертой происходило дополнительное изучение и сортировка мусора, оставшегося от предыдущих манипуляций. Как раз на последней стадии и работали пять из восьми горцев, буквально руками перебирая отходы жизнедеятельности человека. Остальным трём работникам следовало находиться у роботов в первых трёх зонах и периодически, не вмешиваясь в работу аппаратов, подбирать и сортировать упавший или неотсортированный по какой-либо причине мусор.

Почти каждый месяц в этих трёх зонах происходили несчастные случаи с людьми, попадавшими под работающий механизм сортировки. Оторванные конечности и даже намотанные на приводные валы тела горцев не были редкостью на конвейерной линии. Причём сортировочные работы не прекращались ни на мгновение и механизмы не останавливались. Просто в третьей зоне происходил дополнительный отсев органики, а я подавал заявку на освободившееся место у конвейера. Её же удовлетворяли в течение 15—20 минут, так как горцев было достаточно много, и все они стремились заняться каким-нибудь делом, дабы заработать хоть что-то на пропитание. Убедившись в безупречном функционировании вверенной мне в управление зоны, я принялся проверять программное обеспечение управления роботами и исправлять возникающие мелкие системные ошибки, параллельно корректируя работу системы всего цеха сортировки.

Проведя контрольные замеры и закончив с диагностикой системы, я достал из носка диск хранения данных и с помощью электронного переводчика прочитал надписи, которые, как я и предполагал, всего лишь сообщали о месте, времени и названии производителя данного накопителя. Цифра 2 указывала на поколение прибора. Стало очевидно, что, не открыв устройство и не прочитав находящуюся там информацию, я не пролью свет на таинственные события сегодняшнего утра. Убрав диск обратно в носок, я стал с наслаждением следить за показаниями датчиков, отвечающих за работоспособность системы управления роботами.

Часа через два я увидел, что вдоль движущегося конвейера к моему кабинету идут два агента службы безопасности, которых я видел с утра у кафе, в сопровождении моего непосредственного начальника Петра. Я сразу смекнул, в чём дело, и, недолго думая, вытащил из носка злополучный диск и сунул его в одно из щелевых отверстий, сделанных для подачи воздуха, в корпусе серверного оборудования. Диск звякнул, упав на самое дно корпуса, а я ощутил невероятный прилив страха и ужаса.

Дверь в кабинет распахнулась, и Пётр, пропустив вперёд агентов, с порога заявил, обращаясь ко мне:

– Ну что, доигрался?

Один из мужчин, тот, что был постарше, грозно взглянул на моего начальника, который, вытянув ладони вперёд, прощебетал:

– Я всё понял, молчу.

Встав со стула, я поздоровался.

– Уже виделись с утра, – кинул мне тот агент, что был моложе, и, приблизившись вплотную ко мне, скомандовал: – Палец!

Агент достал сканер отпечатков пальцев. Я повиновался и подал левую руку для идентификации личности. Второй мужчина в чёрном костюме спокойным и мягким голосом произнёс:

– Здравствуйте, Владимир. Ваш руководитель сообщил нам, что до перерыва на обед еще 45 минут, и Пётр любезно согласился подменить вас на рабочем посту.

Я вопросительно посмотрел на говорившего агента через плечо его молодого напарника, стоявшего со сканером передо мной.

– Не волнуйтесь, мы не задержим вас надолго, – продолжил вежливый сотрудник, – мы всего лишь зададим несколько вопросов и, с вашего позволения, осмотрим кабинет и вашу гражданскую одежду.

– Вы что-то ищите? – поинтересовался я дрожащим голосом.

– Здесь вопросы задаем мы! – твёрдо заявил молодой специалист и достал из кармана маленький неизвестный мне прибор.

Я заволновался еще сильнее. Агент службы безопасности приблизил прибор ко мне и стал водить им вверх-вниз. Странное устройство стало издавать звуки с различной частотой и тональностью.

– Уменьши мощность, – произнёс старший напарник и пристально посмотрел мне в глаза.

Молодой агент что-то понажимал на приборе, и тот прекратил своё неприятное звучание, лишь изредка извергая из своего маленького динамика еле слышное попискивание. Проведя устройством вдоль всего моего тела как спереди, так и сзади, офицер произнёс:

– Чисто.

– Владимир, вы знаете, что мы ищем? – спросил старший.

Я задумался, закатив глаза к потолку, и ответил:

– Нет.

– Мы и сами не знаем, – сказал агент и рассмеялся, чуть разрядив обстановку.

Тем временем молодой сотрудник принялся водить прибором вокруг моего стула, стола и даже мусорного контейнера. Прибор молчал. Но как только агент приблизился к серверу, в корпусе которого я спрятал накопитель, прибор издал громкий и устойчивый звук, сообщающий об обнаружении того, что они искали. Я напрягся и испуганно посмотрел на, как мне казалось, доброго старшего агента.

– Чего вы испугались, Владимир? – спросил он и приказал выключить пищащее устройство.

Я ничего не ответил, а просто перевёл взгляд на молодого агента секретной службы.

– Это же сервер, неудивительно, что детектор так реагирует, – спокойно произнес старший и обратился к Петру, стоявшему в углу кабинета:

– Позвольте нам пообщаться с Владимиром наедине.

– Да, конечно, – ответил мой начальник и с обиженным видом вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

– Владимир, – начал пожилой агент, – вы сегодня утром стали, как указано в рапорте полиции, случайным свидетелем некоего, скажем так, инцидента. Знаете ли вы человека, трагически погибшего на крыльце кафе?

Я совершенно спокойным голосом, глядя в глаза офицеру, твердо ответил:

– Нет, я никогда его раньше не видел.

– Хорошо, – продолжил агент. – Другие посетители заведения утверждают, что после падения бедняга что-то вам сказал. Постарайтесь вспомнить, что он произнёс?

Я вновь закатил глаза кверху, делая вид, что я изрядно напрягаю свои мозговые извилины, и сказал:

– Дословно я не могу вспомнить, но мужчина выругался при падении, а потом на полу выругался ещё раз, помянув чёрта.

– Повтори, что он произнёс! – закричал на меня несдержанный молодой агент.

– Спокойно, – остановил его старший напарник и взглянул на меня.

– Ну, что-то вроде «чёрт бы тебя побрал», – медленно произнёс я и с изумлением посмотрел на собеседников.

– Хорошо, – сказал старший агент. – Надеюсь, вам не нужно повторять, что всё, что вы видели сегодня утром, всё, о чём мы говорили сейчас, должно остаться строго между нами?

– Я всё понимаю, – чуть успокоившись, ответил я.

– Ну что ж, тогда пройдёмте в раздевалку, и, если позволите, мы осмотрим ваш личный шкафчик и одежду.

Я облегчённо выдохнул и направился к выходу. Вплотную к двери с наружной стороны стоял любопытный Пётр, явно пытавшийся подслушать наш разговор в кабинете. Но из-за шума работающего конвейера это было совершенно невозможно. Мы молча прошли мимо Петра и направились в раздевалку.

Молодой агент обследовал мой шкафчик всё тем же детектором, который на этот раз молчал как убитый, а пожилой напарник внимательно обыскал всю мою одежду. Ничего не найдя, офицеры отошли в сторону и что-то обсудили шёпотом. Затем старший подошёл ко мне и протянул электронную визитку, сказав:

– Владимир, смеем надеяться, что сегодня вы были честны и предельно откровенны с нами. Но если вы вспомните что-то, о чём сегодня промолчали намеренно или по забывчивости, то прошу вас связаться со мной. Поверьте, это в ваших же интересах.

Я взял визитку, сунул её в нагрудный карман и, как мне показалось, твердым голосом произнес:

– Хорошо, если я что-то вспомню, то обязательно с вами свяжусь.

– До встречи, – сказал старший и вышел из раздевалки.

– Всего хорошего, – ответил я.

Молодой офицер, взглянув на меня со злобой, молча проследовал за напарником. Я остался в раздевалке совершенно один. В голове мелькали мысли о нелогичности и неправильности моего поведения, ведь я реально ни в чём не был виноват, и мне следовало отдать им этот злополучный накопитель ещё там, у кафе. Я проклинал и корил себя за свой необдуманный поступок.

Достав электронную визитку чёрного цвета, я рассмотрел её. С одной стороны на ней были нанесены две большие буквы СБ и герб России, а с другой – код, содержащий всю необходимую информацию. Прелесть таких визиток заключалась в том, что для разных людей, в зависимости от имеющегося допуска, была доступна различная информация о владельце электронной карты.

Я стал прокручивать в голове разные варианты возможного развития событий. Сам собой возник и тревожный вопрос: а что было бы со мной, если бы агенты службы безопасности докопались до истины? Постояв еще минут пять, я немного успокоился. А затем, делая вид, что ничуть не взволнован, что всё в полном порядке и под контролем, я направился в свой стеклянный кабинет.

Пётр, увидев меня, вскочил с моего стула и с нетерпением спросил:

– Ну, говори, что им было нужно? Что они искали? Во что ты вляпался?

Я посмотрел ему в глаза и спокойным голосом произнёс:

– Пётр, всё в порядке, они меня с кем-то спутали. В любом случае, – добавил я, подчёркивая каждое слово, – наш разговор с агентами Службы безопасности России строжайше засекречен, и я не имею права его разглашать.

Начальник недовольно хмыкнул и вышел из кабинета, хлопнув дверью. Вскоре прозвучал сигнал, возвещающий о начале обеда, и одновременно с этим остановился конвейер. А я, отключив роботов-сортировщиков, направился в здание приёма пищи для руководящего состава предприятия. Горцы же, как и обычно, расположились на перекус прямо в цехе сортировки отходов, достав принесённые с собой еду и напитки.

После обеда мне предстояло отработать еще четыре часа, проведя время в кабинете, похожем на аквариум. Я решил, что не буду пока доставать спрятанный носитель информации, так как лучшего места для хранения диска, как оказалось, даже и придумать сложно. Тем более, я предположил, что агенты, которые мне показались совсем не глупыми людьми, могут встретить меня сегодня на выходе из предприятия и проверить на наличие интересующего их предмета, используя свой чудо-детектор.

Казалось, что время тянулось гораздо медленнее обычного. И хотя я искренне любил свою работу, сегодня мне хотелось поскорее освободиться, так как, используя глобальную сеть знаний, я пришёл к выводу, что А4 из предсмертного послания бородатого мужчины, – это, возможно, координаты места на электронной карте города. А найдя на ней квадрат, соответствующий данному наименованию, я выяснил, что там находится квартал достаточно респектабельных горожан. Это относительно новый район, в котором люди живут в отдельных домах, а не как я – в крохотной комнате для ночлега с санузлом на восемь соседей, проживающих со мной в одном блоке. Мне было искренне непонятно, для чего человеку жить в отдельном строении, если можно прекрасно спать в комнате три на три метра. А зачем ещё нужно жильё, как не для того, чтобы в нём спать?

Правда, я пока не понял, что означало число 28 – второй элемент из послания убитого у кафе бородача: «А4, 28, Бизон». Я предположил, и мне казалось это логичным, что 28 – это номер дома в квартале, находящемся в квадрате А4. Но, к моему большому сожалению, дома с таким номером не оказалось. Во всём комплексе насчитывалось всего двадцать пять домов. Ну а уж о том, что означает слово «Бизон», я пока вообще не думал, решив разгадывать головоломку постепенно и последовательно.

Наконец прозвучал долгожданный гудок, возвестивший о завершении очередного рабочего дня. И я, совершив обычные манипуляции по остановке конвейера и отключению роботов, отправился в раздевалку. По дороге я встретил Петра, который почему-то не спешил домой после гудка, как обычно, а стоял в коридоре раздевалки, общаясь с кем-то по индивидуальному переговорному устройству. Я кивнул головой, прощаясь с начальником, и проследовал мимо него.

Выйдя на улицу, поймал себя на мысли: за все годы работы на предприятии я еще ни разу после смены не направлялся никуда, кроме дома. Ни разу! И так каждый день на протяжении почти шести лет. А ложась спать в своей хоть и маленькой, но уютной комнате с окном-монитором, я только и думал о том, как было бы здорово побыстрее вновь оказаться на любимой работе в моём стеклянном кабинете.

На стоянке меня ожидал уже полностью заряженный мой ИП – индивидуальный перевозчик. Подойдя к машине, я несколько раз оглядел стоянку и прилегающие улочки, но ничего подозрительного не обнаружил. Усевшись в ИП, я задал новый маршрут, произнеся:

– Квадрат А4.

Навигационная система задумалась, а затем переспросила:

– Владимир, вы уверены, что планируете отправиться в квадрат А4?

– Да, – сухо ответил я и пристегнулся ремнём безопасности, хотя многие знакомые уже давно считали его пережитком прошлого, так как благодаря развитию искусственного интеллекта, управляющего автомобилями, авария на дороге стала практически невозможной.

– Время в пути составит двадцать три минуты, – произнёс бортовой компьютер. – Что желаете прослушать во время движения?

– Включи мою любимую музыку, – ответил я и расслабился в кресле.

Глава 3

Квадрат А4

Проезжая по улицам города, где я родился и вырос, и глядя по сторонам, поймал себя на мысли, что отчего-то раньше мне было совсем неинтересно гулять по окрестным улочкам или посещать что-либо, кроме работы и места проживания. Впрочем, и сейчас я без какого-либо восторга смотрел на придорожные деревья с пожелтевшей листвой (пришла золотая осень, как сказали бы поэты). С неким интересом я рассматривал новые здания постоянно перестраиваемого города. Однако надо отметить, что эти объекты из стекла, полимеров и бетона интересовали меня более с конструктивной точки зрения, нежели с художественной. Видимо, мозг мой так устроен, что в жизни меня больше увлекают инженерно-технические решения, новейшие разработки в разных сферах деятельности, чем какие-то эфемерные, выдуманные человеком вещи вроде красоты природы или высокохудожественных решений дизайнерской мысли.

Красноярск 2143 года довольно большой город по сравнению, скажем, с Новосибирском или даже Владивостоком, но значительно меньше Пекина. Во-первых, Красноярск – это столица России, а во-вторых, в нашем городе располагается множество промышленных предприятий, которые обеспечивают работой не только всех жителей мегаполиса, но и областных городов. Вообще, насколько я знаю, города в Китае гораздо богаче и крупнее, чем города в России. И этому есть простое объяснение – война, случившаяся в прошлом веке, которая уничтожила всю европейскую часть Евразии, Северную Америку, Японию, Северную часть Африки, Австралию и часть Ближнего Востока. И лишь Китай остался практически не затронут в ядерном конфликте благодаря взвешенным и мудрым действиям государственных мужей, управлявших страной в тот момент. Также сказалось быстрое подавление всех баз НАТО с ядерным оружием, нацеленным на города Китая. Вообще после Третьей мировой войны Китай стал правителем мира, заняв лидирующие позиции с функциями мирового жандарма, а возможно, и главного диктатора на планете Земля.

– До завершения маршрута осталось три минуты, – сообщил женским голосом навигатор и спросил: – Будете уточнять адрес? Сейчас конечная точка маршрута находится в центре квадрата А4.

– Нет, уточнять не буду. Едем в центр, – ответил я бездушному навигатору.

Через несколько мгновений я уже въехал в новый квартал, который, судя по надписи на карте навигатора, называется Бриллиант-Сити. Этот комплекс из двадцати пяти домов на окраине Красноярска более походил не на бриллиант, а на стройплощадку, так как строительство, а точнее, печать домов различной формы и этажности, реально похожих на огранённые алмазы, была в самом разгаре. Два принтера трудились в конце улицы, печатая ограждение из пластика и фундамент из полимерно-бетонной смеси для очередного дома. Я обратил внимание на то, что у каждого строения имеются по два парковочных места с беспроводной зарядкой, но самое интересное – каждое место пронумеровано.

– Уточнение маршрута! – воскликнул я. – Парковочное место номер 28!

Навигатор повторил это указание, и мой индивидуальный перевозчик направился к месту назначения. Через несколько минут я уже вышел из умной машины, самостоятельно припарковавшейся на 28-е место перед домом в виде голубого бриллианта. Рядом на парковке с номером 27 стоял большой и красивый чёрный автомобиль. Он был настолько велик, что мой индивидуальный перевозчик, как мне казалось, легко поместится в его багажнике и даже не займёт там всё место. Посмотрев вокруг и набравшись смелости, я двинулся к входной двери, подсвеченной светло-голубыми диодами. Подойдя к крыльцу, я остановился и, озираясь по сторонам, замер, прислушиваясь к звукам, доносившимся из-за стеклянной двери.

Вдруг рамка двери окрасилась в красный цвет, а громкоговоритель охранной сигнализации произнес: «Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста, вы к кому?» Я не ожидал такого поворота, растерялся и попятился назад, не зная, что ответить автоматической системе. «Что я тут делаю? Припёрся не знаю куда и непонятно зачем! А если владельцы дома меня сейчас в полицию сдадут? Что я тогда буду делать?» – подумал я и направился обратно на стоянку к своему автомобилю.

– Молодой человек, – окликнул меня чей-то голос сзади, – вы кого-то ищите?

Я обернулся и увидел мужчину лет сорока пяти, стоящего в дверях на крыльце дома.

– Добрый вечер, – произнёс я, повернувшись к говорившему и сделав несколько шагов в его сторону.

Подойдя ближе, я смог лучше рассмотреть незнакомца. Он был совсем не высок, полноват, но очень опрятен. Его волосы были аккуратно уложены, щёки гладко выбриты, а приятная улыбка располагала к общению.

– Прошу меня простить, – начал я, – и, пожалуйста, не подумайте, что я ненормальный. Но я вам скажу всего одно слово, и если оно для вас ничего не значит, то я просто уйду. Ещё раз прошу прощения.

Мужчина напрягся, скрестил руки на груди и сказал, усмехнувшись:

– Ну и? Мне уже становится интересно.

– Скажите, слово «Бизон» вам о чём-то говорит? – спросил я и посмотрел в глаза собеседнику.

– Кто вы такой? – стараясь не показать волнения, спросил незнакомец.

«Ага, значит я по адресу!» – подумал я и произнёс в ответ:

– Меня зовут Владимир, сегодня утром я стал случайным свидетелем гибели…

– Ни слова больше, – прервал меня мужчина. – Жду тебя завтра в это же время. Всё понял? А сейчас быстро домой. И никому ни слова!

Не дожидаясь моего ответа, незнакомец скрылся за дверью, оставив меня в полной растерянности на пороге дома. Я сел в машину и, задав автопилоту привычный адрес своего проживания, отправился домой. Буквально через полминуты меня обогнал по полосе встречного движения огромный черный внедорожник, в котором я сразу же узнал автомобиль, припаркованный на 27-м месте. Я с завистью посмотрел на удаляющуюся чёрную громаду и отметил, что у дорогих и статусных моделей автомобилей есть возможность отключения автопилота, поэтому их владельцы имеют могут ездить не так, как положено, а так, как хочется. Довелось увидеть в пути и машины стражей порядка: два полицейских авто пронеслись мне навстречу с включенными сигналами приоритетного проезда.

До своего общежития я добрался без приключений и достаточно быстро. Автопилот идеально припарковал мой индивидуальный перевозчик, а я, не встретив никого из нашего блока, зашёл в свою комнату. Закрыв за собой дверь, я подумал, что мое жилище чуть больше, чем автомобиль полноватого добряка из дома в виде бриллианта. Я стоял и смотрел на комнату, пытаясь понять, что мне в ней так нравится. Низкий потолок, узкая кровать, маленький холодильник и раковина, стены, отделанные каким-то пластиком, который в зависимости от освещения меняет цвет от жёлтого до зелёного. Единственная радость – огромный экран, расположенный напротив двери, на привычном месте окна. Считаю, что такие экраны – это реальное чудо техники, ведь в зависимости от желания хозяина комнаты экран может работать как телевизионная или проекционная панель, а может выполнять функцию обычного окна, но при этом через стекло можно смотреть только изнутри помещения.

Перекусив и открыв бутылку пива, я улегся на кровать и включил интернет-телевидение. Выбрав новостной канал и установив интересующий период, я стал изучать все события, произошедшие сегодняшним утром в столице. И каково же было моё удивление, когда о трагедии в кафе, невольным свидетелем которой я стал лично, не услышал ни слова. Я проверил четыре основных новостных канала, потратив на изучение информации около двух часов, но о гибели бородатого мужчины на пороге кафе «Сытно – и точка» не сказали ровным счётом ничего. Журналисты поведали про несколько пожаров, показали репортаж о семейной драке с поножовщиной на юге Красноярска, о скандале в кредитном учреждении и даже о спасении котёнка в богатом районе «Долина нищих», как его окрестили жители прилегающих кварталов… Но информацию об интересующих меня событиях я так и не получил. Это было довольно странно, ведь помимо меня на месте происшествия были и другие свидетели, а случай с применением оружия был явно неординарным. Видимо, на очень высоком уровне установлен запрет на какое-либо упоминание о случившемся инциденте.

В эту ночь я никак не мог уснуть. Меня тревожили размышления о прошедшем дне. Мне не давала покоя мысль, что я поступил неправильно, что я должен был сразу рассказать всю правду агентам службы безопасности. Я думал о погибшем на моих глазах человеке, о диске хранения информации, который он мне передал в момент безысходности, и о владельце дома-бриллианта в квадрате А4. Если бы не выпитое пиво, то, возможно, я вообще не смог заснуть в эту ночь. Но алкоголь и усталость сделали свое дело, и я провалился в объятья сладких сновидений.

В 8:00, как обычно, меня разбудил запрограммированный на утреннее включение экран. Затем новостной канал рассказал, что за прошедшую ночь в городе произошло одно убийство и несколько краж, а также имело место чудесное спасение из холодных вод Енисея женщины, вывалившейся за борт электрокатамарана. Уже через каких-то двадцать минут я сидел в своём ИП – индивидуальном перевозчике, успевшем зарядиться за ночь до 100%.

Мне не терпелось поскорее добраться до работы и заняться своим любимым делом. Но прежде, как и каждый день на протяжении шести лет труда на предприятии, я заеду в кафе и съем свою любимую яичницу с беконом. А потом выпью кофейный напиток, каждый глоток которого дарит волшебное чувство наслаждения, особенно по утрам.

Подъехав к заведению, где вчера разыгралась трагедия, я долго не мог поверить своим глазам: ничто не напоминало о происшествии, случившемся накануне. Стекла кафе были вымыты, ни на крыльце, ни на асфальте стоянки не было ни следа крови. Я зашел вовнутрь и увидел людей, с которыми встречался здесь на протяжении нескольких лет каждое утро, практически в одно и то же время. Вчера же, из-за вакцинации, я приехал в кафе на двадцать минут позже обычного, и поэтому контингент посетителей был другим. Позавтракав, я прокрутил в голове все события вчерашнего дня, как бы стараясь ничего не забыть: от утреннего укола в палец до вечернего изучения новостей.

Убедившись, что у меня ещё достаточно времени до начала рабочей смены, я не спеша вышел из кафе на улицу и вдохнул полной грудью аромат пережаренного фритюрного масла, вечно витающий вблизи подобных заведений. Погода, несмотря на осень, была тёплой, ветра не было совсем, отчего температура воздуха казалась значительно выше, чем была на самом деле. Пребывая в прекрасном расположении духа, я уселся в свой индивидуальный перевозчик, и отправился на трудовую смену.

Рабочий день не принёс никаких потрясений. Всё было как обычно. Только мой начальник Пётр крутился вокруг меня, словно втираясь в доверие, чего раньше никогда не случалось. В мои планы более плотное общение с ним не входило. На вопросы Петра я отвечал сухо и односложно, прекрасно понимая, что он, скорее всего, старается что-нибудь выведать у меня по заданию агентов в чёрном.

Привычный гудок возвестил о завершении рабочего дня, конвейер замер, роботы остановились. Казалось, настала такая тишина, что можно было услышать, как пролетит муха (точнее – мухи, которых всегда было немало у конвейерной ленты). Приняв душ и переодевшись, я направился к выходу, раздумывая о том, что же меня сегодня ожидает в квадрате А4.

– Бриллиант-Сити, парковочное место №28, – указал я умному автопилоту пункт назначения.

Подумав секунд пять, что было гораздо дольше, чем обычно, искусственный интеллект сообщил, как долго будет длиться поездка, и поинтересовался, что я желаю прослушать во время движения?

– Найди информацию, кто живет по тому адресу, куда мы направляемся, – ответил я и пристегнулся.

Сегодня машин на дорогах города было намного больше, чем вчера, поэтому время в пути увеличилось. Позади остался парк, где вчера я разглядывал деревья в осеннем убранстве, затем – интересная круглая новостройка на шести опорах, а вот и набережная Енисея. И лишь когда мой индивидуальный перевозчик выехал на неё, бортовой компьютер ожил и выдал найденную в сети информацию:

– Точный адрес: Россия, город Красноярск, жилой комплекс Бриллиант-Сити, проектируемый проезд №3, дом №14, собственник строения Кроев Иван, год рождения 2078, высшее образование, в данный момент на пенсии, имеет инвалидность, в базе доступны данные еще по 198 пунктам, но это засекреченная информация, которая без личного пароля недоступна.

– Какого он года рождения, 2078-го? – заговорил я с искусственным интеллектом. – То есть сейчас ему 65 лет? Нет, этого не может быль, выглядел он не более чем на 40 лет с хвостиком. Что-то тут не сходится. Ну да ладно, сейчас доеду, и всё, надеюсь, станет ясно.

Глава 4

Как дальше жить?

Умный автопилот привёз меня по адресу, но около нужного мне дома обе парковки на этот раз были заняты. Навигатор сообщил, что поездка завершена, и автомобиль замер прямо на проезжей части, перегородив подъезд к дому. Я принял управление на себя, благо это позволялось сделать на низких скоростях, проехал к следующему одноэтажному дому в виде бриллианта розового цвета и оставил свой индивидуальный перевозчик на месте под номером 29. Судя по тому, что ни окна дома, ни стеклянная дверь не излучали света, я решил, что в доме никого нет и я никому не помешаю. Не успел я подойти к дому №14, как увидел, что из его двери навстречу мне вышел мужчина, с которым я вчера общался.

– Привет, Владимир! – начал он.

– Добрый вечер! – ответил я и подошёл ближе. – Прошу прощения, но не знаю, как вас зовут.

– Алексей. Но друзья зовут меня Бизоном, – сказал полный мужчина и улыбнулся.

А я подумал: «Ну какой же вы Бизон? Скорее, Бегемот!» – и тоже улыбнулся в ответ.

Алексей протянул мне руку. Я пожал её, сказав стандартное:

– Приятно познакомиться.

Алексей продолжал держать мою руку, крепко сжимая кисть. Я обратил внимание, что его взгляд направлен на мой дисплей, прикрытый рукавом. Алексей большим пальцем приподнял рукав моей куртки, посмотрел мне в глаза, а затем на дисплей, показавшийся из-под одежды. Я невольно взглянул на свое светившееся зелёным цветом табло, затем в глаза мужчине и, наконец, перевёл взгляд на его дисплей, который был абсолютно чёрным. От неожиданности я отдернул руку и прошептал:

– У того мужчины тоже был чёрный экран, и я думал, что это потому, что его…

– Его убили, – продолжил Алексей. – Того мужчину звали Дмитрий, он был с нами, но его раскрыли и выследили.

Алексей опустил взгляд вниз и замолчал. Было видно, что упоминание о смерти Дмитрия доставляет ему боль. На пороге дома показался ещё один мужчина. Видимо, это был владелец второго автомобиля, припаркованного рядом с большим чёрным внедорожником. Мужчина крикнул нам:

– Ну что, так и будете стоять на улице? Может, в дом зайдёте?

– А это Василий, – сказал Алексей, указав на мужчину в дверях, который был полной его противоположностью: высокий, худой и лысый. – Пойдём в дом.

Я посмотрел на свой автомобильчик, а Алексей, заметив мое волнение о припаркованном индивидуальном перевозчике у чужого дома, произнёс:

– Не переживай, они уже с неделю назад уехали в Китай, твой малыш никому не помешает.

Я повиновался и проследовал к входной двери. Я шёл и думал: «Баран, ну зачем тебе всё это надо, куда ты идешь и кто все эти люди?»

– Владимир, – произнес Василий, встречавший нас в холле, – могу поспорить, что у вас много вопросов, очень много. Не правда ли?

– Правда, – ответил я и, оглянувшись через плечо, посмотрел на Алексея.

– Иди, иди, – довольно жёстко бросил в мою сторону Алексей и слегка подтолкнул меня в плечо.

Мне стало несколько жутковато. Что ожидает меня в этом доме в виде голубоватого бриллианта? Но я решился и, переступив через порог, шагнул, ещё не осознавая того, в новую жизнь.

– Проходите в гостиную, – вежливо произнес Василий и указал на овальную арку. – Прошу вас, смартфон положите вон в тот стальной ящичек.

Я с недоверием посмотрел на Василия, но тот, видя мои сомнения, продолжил:

– Владимир, это всего лишь мера предосторожности.

Я достал переговорное устройство, отключил его и положил в чрево ящика, на который указал Василий.

– Можно было не отключать, – с усмешкой произнес Алексей и закрыл ящичек.

Пройдя через арку, я очутился в просторной комнате в виде правильного восьмиугольника, три грани которого являлись огромными экранами, транслирующими невероятно красивые виды какого-то побережья с пальмами на песке. По центру комнаты стоял круглый стол со стульями, а на одном из стульев сидела миленькая девушка лет двадцати.

– Здравствуйте, – произнес я, оторопев от ее красоты.

– Здравствуйте, – ответила девушка и улыбнулась.

– Владимир, вернись, пожалуйста! – громко сказал Алексей и махнул мне рукой. Оба мужчины оставались в прихожей и смотрели куда-то влево от арки.

Я развернулся, пожал недоумённо плечами и вышел из комнаты, озираясь по сторонам. Проходя под аркой, я обратил внимание, что слева от меня мигнул зеленый огонёк маленького диода, расположенного рядом с обрамлением арки. Так вот куда был устремлен взгляд оставшихся в холле мужчин.

– Он чист! – радостно и практически в один голос произнесли Василий и Алексей.

Я догадался, что арка являлась неким устройством для обнаружения чего-то такого, что мужчины не желали видеть в своем доме. И они боялись, что я это могу доставить к ним в дом. И вот теперь я стоял и смотрел на их довольные лица, излучающие какую-то детскую и плохо скрываемую радость. Наконец Василий произнёс:

– Владимир, пожалуйста, проходите, это всего лишь предосторожность.

Я в очередной раз прошёл под аркой и очутился в восьмиграннике. На этот раз девушка встала со стула и сказала, обращаясь ко мне:

– Присаживайтесь, что-нибудь выпьете?

– Спасибо, – ответил я, невежливо оглядывая её с ног до головы, – если можно, то я бы выпил кофейного напитка.

– Может, лучше кофе? – усмехнулась красавица.

– Это моя дочь Елена, – сказал Василий и добавил, обращаясь к девушке: – Милая, сделай всем кофе, нам предстоит долгий и сложный разговор.

Я обратил внимание, что у Василия и Елены дисплей на кисти правой руки светится таким же зелёным цветом, как и у меня. Непроизвольно я взглянул на руку Алексея, а он, заметив это, демонстративно поднял рукав, показав мне дисплей с абсолютно чёрным экраном. Я не знал, что и думать, ведь у Дмитрия, убитого в кафе, сначала экран излучал зелёный свет, а затем он стал чёрным. Я связал это с остановкой сердца, а теперь понимаю, что был неправ. Но в чём же тогда дело?

– Присаживайтесь, – подвинув стул, сказал Василий.

Я молча сел к столу и стал вновь осматривать восьмиугольную комнату. Алексей с Василием уселись напротив меня, и мы с нескрываемым любопытством стали разглядывать друг друга. Елена принесла поднос и поставила на стол три чашки кофе и мармелад.

– Владимир, может, вы голодны и хотите перекусить? – невероятно ласковым голосом спросила девушка.

– Спасибо, я сыт, – смутившись, ответил я, хотя есть мне уже хотелось.

Елена подала мне чашку кофе и села рядом со мной. Я делал вид, что стараюсь на неё не смотреть, но сам, периодически косясь в её сторону, с любопытством разглядывал её правильные черты лица: чёрные, как уголь, волосы, идеально ровный, чуть заостренный носик и красивые полные губки, которые девушка периодически облизывала и прикусывала, видимо волнуясь.

– Вам нужен подсластитель? – обратилась ко мне красавица и посмотрела мне в глаза. Я никогда не видел таких тёмных глаз. Я готов был смотреть в них вечно, погружаясь всё глубже и глубже в чёрную бездну.

– Нет, спасибо, – зачем-то произнес я, хотя всегда пил даже кофейный напиток с подсластителем.

– Владимир, а вы пробовали кофе с мёдом? – поинтересовался Василий и подвинул ко мне симпатичную ёмкость в виде деревянного бочонка.

– Нет, – первый раз я сказал правду за этим столом, – спасибо…

Девушка, видя мою растерянность, зачерпнула ложечкой желтоватую вязкую массу и небрежно опустила мне в чашку. Мы в очередной раз переглянулись, и я заметил, что Елена тоже волнуется, но умело это скрывает.

– Доченька, – произнес Василий, – дай нам пообщаться.

Елена недовольно посмотрела на отца и, не став перечить, неохотно поднялась со стула и вышла из комнаты.

– Итак, – сказал Алексей, который всё это время молча рассматривал меня, поедая мармелад, – Владимир, расскажи нам всё, что произошло в кафе «Сытно – и точка» вчера утром, уделяя внимание любым мелочам. А затем мы с радостью ответим на все твои вопросы, которых, думаю, уже накопилось немало.

Я отпил кофе и, взглянув на собеседников, произнёс:

– Очень необычный вкус с мёдом, никогда не пробовал так пить кофе.

Мужчины с интересом и, как мне казалось, с явным недоверием смотрели на меня. Я подробно рассказал обо всём, что произошло в кафе, исключив из повествования эпизод с помещением носителя информации мне в носок. Рассказал, как был убит их друг, что делом заинтересовались агенты Службы безопасности России, что они даже приходили ко мне на работу и что-то искали. Василий и Алексей внимательно выслушали мой рассказ, и последний спросил:

– Я не понимаю, с какой целью Дмитрий направил тебя к нам. Возможно, он что-то передал или сообщил, что-то ещё, кроме того, как нас найти? Владимир, или ты решил с нами поиграть в нехорошую игру и что-то утаил, или забыл что-то нам рассказать? – мужчина нахмурился и пристально посмотрел мне в глаза.

– Папа, полиция! – закричала Елена, вбегая в комнату.

В тот же миг раздался сигнал системы охраны, предупреждающий о приближении незваных гостей. В дверь позвонили.

– Владимир, – с волнением в голосе произнес Василий, – вы приехали ко мне, чтобы обговорить условия отключения автопилота. Да, это нарушение закона, но доверьтесь нам, всё будет в порядке! Вы всё поняли? Что бы вам ни говорили, стойте на своем и повторяйте только одно: я приехал узнать о возможности разблокировки системы автопилота автомобиля. Договорились?

Я не успел ничего ответить, так как раздались сильные стуки в дверь и Василий, вскочив со стула, бросился в прихожую. Алексей же с Еленой отправились, как я понял, в комнату девушки. Я один остался за столом. Буквально через тридцать секунд в дом вошли два полицейских и, проверив Василия, потребовали, чтобы все находившиеся в доме собрались в гостиной.

– Что происходит, по какому праву?! – возмущённо кричал Василий, но один из гвардейцев оттолкнул его, приказав закрыть рот и сесть за стол.

Вскоре в гостиную пришла Елена и молча села рядом с отцом. Мы переглянулись с девушкой, и я, взглядом указывая на дверь, попытался показать, что меня интересует, где Алексей? Но то ли я так плохо показывал, то ли Елена не пожелала реагировать на мой «сигнал», но никакой реакции с её стороны не последовало.

– В доме есть ещё кто-нибудь? – спросил полицейский постарше у Василия.

– Да, мой друг, – ответил мужчина и крикнул: – Алексей, подойди к нам, пожалуйста!

В дверях появился Алексей, уже переодетый в домашний махровый халат и мягкие тапочки. Рукава халата были завернуты по локоть так, что было отчётливо видно зеленое сияние дисплея на кисти правой руки. Алексей заметил мое удивлённое лицо и взгляд, «приклеенный» к его руке. Сев рядом со мной, Алексей положил руки на стол и, подмигнув мне, улыбнулся.

– Теперь все здесь? – спросил полицейский.

– Да, – ответил Василий.

– Хорошо. Макс, проверь.

Полицейский, которого, как мы поняли, звали Максим, вышел из комнаты для проверки других помещений. Его напарник приказал всем сидеть молча и, расстегнув кобуру, положил руку на рукоять пистолета. Минут через пять Макс вернулся и доложил старшему по званию, что в доме действительно никого больше нет.

– Проверь данные, – приказал старший.

Макс, достав сканер, подошёл к каждому сидящему за столом и отсканировал наши указательные пальцы, произведя идентификацию личности. О результатах проверки полицейский незамедлительно доложил руководителю. Тот вышел в холл и с кем-то долго общался по телефону. Разговаривать нам было запрещено, и мы сидели в полной тишине. Полицейский вернулся в гостиную сильно раздражённым и приказал Максу принести из машины сканер для индивидуальных меток – так в полиции называли табло на кистях граждан. Максим повиновался и тут же вышел из комнаты.

– Уважаемый, – обратился полицейский к Василию, – прошу прощения за доставленные неудобства, но у меня приказ, поймите. Сейчас мы проверим ваши метки и, если всё в порядке, удалимся.

– Могу я полюбопытствовать, – спросил Василий, – с чем связано ваше посещение моего скромного жилища?

– Нет, – сухо ответил представитель власти.

Вернувшийся Максим вежливо попросил всех присутствующих положить правую руку на стол и начал проверку дисплеев. Первой была Елена. Сканер пикнул, и экран прибора тут же окрасился в цвет, совпадающий с цветом табло на руке. Вторым был Василий, и с ним произошло то же самое. Я заметил, что Алексей немного нервничает. Он был следующим. При проверке его меток прибор издал противный писк и замигал красным цветом. Старший по званию полицейский схватился за пистолет, а Василий невозмутимым тоном произнёс:

– Что у вас со сканером? Он в порядке? Ну-ка, попробуй меня еще раз.

Василий, достав из-под стола уже спрятанные туда руки, протянул правую для сканирования. Максим посмотрел на старшего напарника в ожидании одобрения и, дождавшись кивка головой, поднёс сканер к руке Василия. Каково же было наше всеобщее удивление, когда сканер запищал и замигал красным. Я заметил изумление на лицах блюстителей порядка.

– А проверьте-ка еще разок мою дочь, – предложил Василий и улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку.

Полицейский с нескрываемым интересом подошел к Елене и поднёс сканер к ее руке. Результат был тот же – противный писк и красное мигание экрана прибора.

– А теперь снова меня! – громко сказал Василий.

Не знаю, как другие, но я обратил внимание на то, что, пока проверяли Елену, Василий вновь опустил обе руки под стол. Я понял план хозяина дома, и мне стало даже интересно наблюдать за этим цирком. Максим поднес сканер к руке Василия, и мы все увидели зеленый сигнал. Изумлённый полицейский постучал сканером о край стола, зачем-то потер им о рукав и посмотрел на напарника, но тот с невозмутимым видом наблюдал за процессом.

– Давайте меня проверим, – попросил я и подал правую руку для сканирования.

Полицейский поднес прибор, и я с нескрываемым удовольствием громко произнес:

– Всё в порядке! Зеленый сигнал. Может, опять Василия попробуем? – я взглянул на отца девушки и еле заметно подмигнул ему.

Василий улыбнулся мне в ответ и протянул руку полицейскому. Максим поднес сканер к руке Василия, и – о чудо! – мы услышали писк прибора и увидели красное мигание.

– Всё, довольно! – закричал старший по званию и вышел в коридор. Мужчина опять с кем-то связался по телефону, а вернувшись в гостиную, вежливо, но тоном, не допускающим возражений, попросил всех собраться и проследовать в отдел.

– Хорошо, одеваемся! – скомандовал Василий. – Доченька, оденься потеплее, на улице похолодало. А ты, Алексей, иди в мою комнату и возьми мои джинсы, твои еще не высохли.

Алексей недоумённо посмотрел на Василия, но послушался и вышел из комнаты.

– На сборы три минуты! – крикнул гвардеец и вышел в холл.

Я вопросительно посмотрел на Василия, а он подошел ко мне, положил руку на плечо и произнес:

– Всё в порядке, мы вашим автомобилем займемся чуть позже. Произошло какое-то недоразумение, скоро наша доблестная полиция во всём разберется и нас отпустят с извинениями.

Елена оделась и вернулась в комнату, встав рядом со мной.

– Он сбежал! – закричал Максим и бросился на улицу. Через открытую дверь был отчетливо слышен визг резины и шум мотора спешно отъезжающего автомобиля.

– Всем оставаться на местах! – полицейский выхватил табельное оружие и запросил подкрепление по спецсвязи.

– Успокойтесь, пожалуйста, – подняв руки вверх, произнес Василий, обращаясь к гвардейцу, – мы никуда не денемся. Так, все сели на свои места, – повернувшись к нам, приказал отец Елены, – руки на стол и слушаемся представителя власти.

Мы с девушкой сели за стол, подняв руки и замерев от тревоги, вызванной молниеносно меняющимися событиями. Буквально через десять минут прибыло подкрепление, вызванное старшим полицейским. На каждого из нас надели блокираторы и по одному сопроводили в бронированный минивэн для перевозки заключённых. Должен признать, что я такие спецавтомобили видел только в новостных репортажах о преступлениях.

Когда мы оказались внутри броневика, нам зачитали наши права и надели на голову полимерные чехлы, которые полностью свели на нет какое-либо общение. «Боже, во что я ввязался?» – подумал я и зажмурил глаза, хотя из-за чехла на голове я и так находился в полной темноте. По приезде в отдел полиции нас сразу же разделили и, не освобождая голову и руки, поместили в одиночные камеры. И только после этого нам позволили снять с головы чехлы. Я провёл в изоляции около часа, сидя в камере и обдумывая свои дальнейшие действия.

Наконец полный лысоватый полицейский в забрызганной чем-то тёмно-красным, похожим на кровь, форме, отворил решётку и пригласил меня на допрос. Я волновался не более, чем школьник, отчитываемый директором школы за разбитое в холле зеркало. Во-первых, я понимал, что ни в чём не виноват, во-вторых, легко смогу что-то утаить в случае необходимости.

Проходя по коридору, я увидел одного из агентов службы безопасности, с которым нам уже довелось познакомиться ранее. Он тоже меня приметил и проводил взглядом. Меня посадили за стальной стол, включив электромагнит, благодаря которому фиксаторы рук намертво прилипли к поверхности стола. Я обратил внимание, что стул был очень неудобным: на металлическом сиденье явно выделялись две небольшие выпуклости. Полный сотрудник полиции встал у меня за спиной и тихо сказал:

– Сейчас придет офицер и допросит вас.

Не прошло и пяти минут, как в комнату вошёл молодой человек и сообщил:

– Добрый вечер, Владимир, меня зовут Александр. Мне поручено провести ваш допрос, а далее старшие офицеры решат, что с вами делать. Так что от ваших ответов зависит ваша дальнейшая судьба.

Затем, уже тише, офицер по имени Александр обратился к полицейскому, стоявшему у меня за спиной:

– Михаил, опять твой любимый пирожок с клюквой? Иди почисти форму.

Неопрятный полицейский вышел, недовольно хмыкнув в ответ.

– Должен вас предупредить, что допрос будет проводиться с применением спецтехники. Я буду использовать так называемый детектор лжи. Вам всё ясно? – спросил Александр.

– Да, – ответил я и подумал: «Вот теперь-то я точно не смогу ничего утаить!»

Офицер прикрепил к моим указательным пальцам датчики, на левую руку в районе бицепса надел какой-то прибор и попросил не ёрзать на стуле. Сначала мне в течение минут десяти задавали вопросы общего характера, на которые мы оба знали правильные ответы. Например, сколько мне лет, как зовут, где живу, где работаю. Затем пошли простые вопросы о любимых блюдах, фильмах и увлечениях. Далее у меня спрашивали о людях, с которыми я был арестован, о том, что я делал в их доме, знаю ли я Алексея, сбежавшего из дома-бриллианта, передал ли мне что-либо погибший у кафе Дмитрий, знаком ли я был с ним ранее.

Я отвечал на вопросы односложно: да или нет. Я рассказал офицеру, как меня учил Василий, что приехал для разблокировки автопилота автомобиля, но так и не успел нарушить закон, поскольку появились служители правопорядка. Также я говорил, что ровным счётом ни в чём не виноват и что меня арестовали по ошибке. Конечно, я полностью отрицал, что погибший Дмитрий мне что-либо передавал в кафе перед смертью. В то же время я осознавал, что при расшифровке показаний аппаратуры агентам станет известно, что я говорю неправду.

Закончив допрос, Александр поблагодарил меня за сотрудничество и вызвал Михаила, который, уже в очищенной от пятен форме, сопроводил меня в камеру. Был первый час ночи, но спать совсем не хотелось, сердце колотилось в два раза сильнее, чем обычно, а уровень адреналина зашкаливал. Я сидел в камере и думал: а правильно ли я поступил, зачем я встал на путь преступника, что меня теперь ожидает, не уволят ли меня с любимой работы, благодаря которой мне одобрили кредиты на комнату и индивидуальный перевозчик?

Мои размышления прервал лязг замка и противный скрежет петель открывающейся стальной двери. Я поднял голову и увидел всё того же Михаила с наполовину съеденным пончиком в руках. Надсмотрщик с набитым ртом кое-как произнёс:

– Фсё, выфоди! Фвободен!

Я не мог поверить своим ушам. «Как свободен? Почему? А как же показания детектора лжи?» – думал я, продолжая сидеть и недоумённо смотреть на жующего полицейского.

– Ну чего ждём? – раздраженно произнес Михаил. – Особое приглашение нужно?

Я молча встал и направился к выходу. Пройдя по коридору до дежурного, я встал в очередь, видимо, из таких же освобождённых, как я. Передо мной стояли мужчина с опухшим лицом и женщина с перевязанной головой, которые шёпотом спорили о чем-то. Дождавшись своей очереди, я предоставил указательный палец для сканирования, и сработавший автоматический замок отворил дверь, позволяя мне покинуть отдел полиции.

Выйдя на улицу, я сразу же увидел, что на противоположной стороне дороги стоит большой чёрный внедорожник, очень похожий на тот, что стоял перед домом №14 в квадрате А4. Задняя дверь авто открылась, и из машины вышла Елена:

– Владимир, а мы вас ждём! Идите же скорее!

– Мы? – спросил я и заглянул в автомобиль. С переднего пассажирского места, улыбаясь, на меня смотрел Василий, а за рулём сидел незнакомый мне молодой человек с крашеными голубыми волосами и серьгой в ухе.

– Знакомьтесь, это Роман, – сказала Елена и села на заднее сиденье, приглашая меня жестом последовать за ней.

– Очень приятно. Владимир, – представился я с серьёзным видом и запрыгнул в автомобиль.

Василий с Романом переглянулись, и машина бесшумно рванула с места с таким невероятным ускорением, что меня сильно вдавило в кресло. От неожиданности я вскрикнул, ведь никогда ещё не ездил на транспортном средстве с такой невероятной динамикой разгона.

– Осторожнее! – скомандовал Василий и нахмурил брови. – Нам сегодня ещё только в аварию не хватало попасть для полного счастья.

– Не волнуйтесь, дядя Вася, – ответил Роман и, заложив крутой вираж, выехал на автостраду.

– Рома, включи автопилот! – закричал дядя Вася. – А то отцу расскажу, как ты ездишь!

Судя по тому, что электромобиль сбавил скорость и выровнялся в полосе, Роман выполнил приказ, а Василий повернулся ко мне и спросил:

– Владимир, думаю, что вашу голову уже изрядно распирает немалое количество вопросов?

Я кивнул и приготовился внимательно слушать.

– То, что я скажу сейчас, покажется вам бредом, – продолжил Василий, – но вы, пожалуйста, ничего не говорите, просто послушайте. Мы довезём вас до вашего индивидуального перевозчика, который, как вы помните, остался в нашем жилом комплексе, а затем вы просто отправитесь домой и спокойно обдумаете всё, что я сейчас скажу, и примите решение, что делать дальше и как жить с этой информацией. Ясно?

Я вновь молча кивнул головой и с изумлением посмотрел на Елену, сидящую рядом.

– Итак, Владимир, – произнес Василий, глядя мне в глаза, – не удивляйтесь, но вы живёте не своей жизнью. Вернее, жизнь-то ваша, но для выгоды могущественных мировых корпораций и в интересах правительства, управляющего миром, оставшимся после Третьей мировой войны, уже более пятидесяти лет производится воздействие на определенные участки мозга людей, которые рассматриваются исключительно как ресурс в определенных областях, используемый на благо государства. Кем бы вы ни работали, но я уверен, что вы получаете невообразимое удовольствие от того дела, которым занимаетесь. Это так?

Я задумался, но не успел ответить, так как раздался телефонный звонок по громкой связи автомобиля. Искусственный интеллект спросил: «Принять ли вызов от Александра?» Но Василий, взглянув на меня, взял переговорное устройство и ответил на звонок. Весь ответ был таким: «Да, да, не может быть, понял, да, я сам скажу, до завтра». Мужчина отключил звонок и нахмурился. Было видно, что полученная информация его очень сильно озадачила и даже расстроила.

– Пап, что случилось? – спросила Елена.

– Позже, – сухо ответил Василий и отвернулся, что-то разглядывая в окно.

Мы подъехали к дому-бриллианту, и Роман спросил:

– Что сообщил Александр? С отцом всё в порядке?

– Паркуйся, – сухо ответил Василий, вышел из автомобиля и, повернувшись ко мне, произнёс:

– Владимир, до завтра. Приезжайте после работы, и мы продолжим разговор. А сейчас прошу меня извинить.

Василий пошел по направлению к дому, а Елена, попрощавшись со мной, побежала за отцом. Я вышел из автомобиля, пожелал доброй ночи Роману и направился к своему скромному ИП – индивидуальному перевозчику. Задав маршрут домой, я откинулся на спинку кресла, установив сиденье в положение нулевой гравитации. Размышляя над фантазиями, услышанными мною от Василия, я в очередной раз доверился автопилоту. Полночи прошло, на отдых осталось совсем немного, ведь с утра мне снова на работу. На любимую работу, от которой, как подметил Василий, я получаю невообразимое удовольствие.

Глава 5

Новая жизнь

Если бы не функция будильника у окна-экрана, то я бы точно проспал. От включения панели я вскочил как ужаленный. Десять секунд – и мой мозг восстановил в памяти всё произошедшее накануне. Я обхватил голову обеими руками и прошептал:

– Как же так? Почему я?

Усевшись в свой индивидуальный перевозчик, я твердо решил, что сегодня достану накопитель из тайника – из корпуса моего рабочего сервера. А вечером отвезу накопитель в квадрат А4, завершив тем самым эту порядком затянувшуюся игру в шпионов. Наверное, первый раз за все годы работы я проехал мимо кафе «Сытно – и точка», прибыв к предприятию по переработке отходов почти на полчаса раньше начала смены.

Я обратил внимание, что на проходной присутствует начальник охраны. Такое было всего три раза за время моей работы на предприятии. Первый раз я его видел в день, когда вместо предыдущего инженера я приступил к работе. Второй раз, когда моему прежнему начальнику робот-сортировщик оторвал руку и поломал шесть рёбер с левой стороны, что вызвало повреждение лёгкого и сердца. А всё потому, что сердобольный бедняга бросился спасать одного из горцев, придавленного механической рукой робота. (Для меня это послужило важным уроком!) А третий раз начальника охраны на проходной я вижу как раз сегодня.

«Вероятно, что-то случилось?» – подумал я и приложил палец к сканеру для разблокировки двери, отделяющей меня от любимой работы. Но дверь не открылась, а её рама подсветилась оранжевыми диодами. Я еще раз приложил палец, однако ничего не изменилось. Зато своими действиями я привлёк внимание начальника охраны. Он подошёл к переговорному устройству и объявил, что я тут больше не работаю и что Пётр, когда освободится, проводит меня в раздевалку, чтобы я смог забрать свои вещи, если они там есть.

– Что случилось? Почему вы лишаете меня работы? Это какая-то ошибка! – закричал я, но начальник охраны, пожав плечами, удалился, ничего не ответив.

Я сел в кресло на проходной в ожидании Петра и стал обдумывать события, происходящие со мной как будто во сне или в другой жизни, но уж точно не наяву. Минут через двадцать появился Пётр с противной ухмылкой на лице. Я смотрел на него через закрытую стеклянную дверь и представлял себе, как я ему медленно и с наслаждением отрываю голову при помощи мощного экзоскелета, который грузчики используют в своей работе. При этом я смотрю в глаза Петра, которые излучают ужас и страх. И только когда с хрустом ломаются шейные позвонки моего начальника, я успокаиваюсь и отбрасываю его обмякшее тело в сторону…

Звук отпирающегося замка входной двери отвлёк меня от жутких и одновременно приятных фантазий и вернул в реальность. На пороге появился Пётр и сухо произнёс:

– Явился, преступник? Следуй за мной.

Я поднялся и подумал, с каким бы удовольствием я ему сейчас врезал по наглой морде. Проводив меня в свой кабинет, Пётр, к моему удивлению, усадил меня в кресло и предложил кофе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.