Aleksey Nik
Механический Ангел Санкт-Петербурга

ЧАСТЬ 1: ЗАВОДНЫЕ ЧАСЫ СУДЬБЫ

ГЛАВА 1: МАГИЧЕСКИЕ СЛЕДЫ

Туман стелился над Невой, окутывая гранитные набережные серой пеленой. Утро выдалось промозглым, даже для апреля 1905 года. Инспектор Григорий Орлов стоял на Николаевском мосту, всматриваясь в мутные очертания Адмиралтейства. Он поднял воротник пальто, защищаясь от пронизывающего ветра. Его внимательные серые глаза изучали первых прохожих – клерков, спешащих на службу, торговцев, толкающих свои тележки к рынкам, и дам под вуалями, направляющихся к утренней службе.

Но Григорий видел больше, чем обычные люди. Для него Санкт-Петербург был не только имперской столицей из камня и металла. Город светился паутиной магических потоков, незримых для обычного глаза. Эфирные нити пульсировали между зданиями, создавая сложную геометрию силы, питающую и защищающую город.

Сегодня что-то было не так. Орлов чувствовал дисгармонию в привычном рисунке магии. Словно фальшивая нота в симфонии, она резала его восприятие, указывая на нарушение естественного порядка.

Его размышления прервал резкий свист. Молодой констебль Федотов махал ему с набережной.

– Инспектор Орлов! Вас срочно вызывают в управление!

Спустившись с моста, Григорий ускорил шаг. Федотов, запыхавшийся и взволнованный, едва поспевал за ним.

– Происшествие, господин инспектор. Убийство в Коломне. Полковник Строганов лично просил вас.

– Детали? – коротко спросил Орлов, ловя проезжающий экипаж.

– Изобретатель Мирский. Нашли в его мастерской час назад. Говорят… – Федотов понизил голос, – говорят, там что-то неладное. Из тех случаев, какие только вы разбираете.

Орлов кивнул. "Неладное" на языке полицейского управления означало магический след, необъяснимые обстоятельства – всё то, что требовало особого подхода.

Полицейское управление гудело, как растревоженный улей. Полковник Строганов, грузный мужчина с тяжёлыми седыми усами, встретил Орлова у своего кабинета.

– Григорий Александрович, наконец-то! – он энергично пожал руку инспектору. – Дело чрезвычайной важности. Александр Мирский, изобретатель, знаете такого?

– Наслышан, – кивнул Орлов. – Разработки в области эфиромеханики, если не ошибаюсь.

– Именно. Обнаружен мёртвым в своей мастерской на Садовой. Обстоятельства… специфические, – Строганов многозначительно посмотрел на Орлова. – Вашего профиля.

Орлов понимающе кивнул. Его "профиль" был особенным. Официально – инспектор по особо сложным делам. Неофициально – единственный в управлении, кто мог видеть и чувствовать магические следы. Способность, о которой знали немногие и которую использовали с осторожностью.

– Хочу, чтобы вы немедленно выехали на место. Мирский был не просто изобретателем. Он работал над военными заказами для Империи. Если его убийство связано с его работой…

– Я понимаю, – Орлов взял папку с предварительным отчётом. – Кто ещё в курсе?

– Только ближайшие сотрудники. И… – Строганов замялся, – Департамент уже отправил своего человека. Некий Аристарх Белов. Представитель министерства, как он выразился.

Орлов поджал губы. Вмешательство Департамента никогда не предвещало ничего хорошего. Особенно если речь шла о магических происшествиях.

– Понятно. Выезжаю немедленно.

Мастерская Мирского располагалась в старом доходном доме на Садовой улице. Когда-то роскошный особняк, теперь он выглядел обветшалым, с облупившейся лепниной и тусклыми окнами. Двое городовых охраняли вход, отгоняя любопытных зевак.

– Инспектор Орлов, полицейское управление, – представился Григорий, показывая значок.

– Проходите, ваше благородие. Третий этаж, квартира семнадцать.

Подъезд был тёмным и пахнул сыростью. Пока Орлов поднимался по скрипучей лестнице, он начал чувствовать то самое "неладное", о котором говорил Федотов. Воздух словно сгустился, наполнился едва уловимым запахом озона и… страха. Такой запах Орлов ощущал только в местах, где использовалась мощная магия.

У двери квартиры дежурил ещё один городовой, бледный и нервный. При виде инспектора он заметно облегчённо вздохнул.

– Слава богу, ваше благородие. Там уже докторша и господин из министерства.

– Докторша? – переспросил Орлов.

– Доктор Воронцова. Её вызвали для официального заключения.

Орлов слегка удивился. Елена Воронцова была известна в определённых кругах не только как талантливый патологоанатом, но и как одарённая целительница, владеющая искусством магического врачевания. То, что её привлекли к этому делу, лишь подтверждало его необычность.

Переступив порог мастерской, Орлов на мгновение замер. Помещение представляло собой хаотичное сочетание научной лаборатории и алхимической мастерской. Столы были завалены механизмами, колбами, чертежами. Вдоль стен стояли странные аппараты – часть из них явно была механическими, но некоторые светились слабым голубоватым свечением, характерным для эфиромеханических устройств, сочетавших технологию и магию.

В центре комнаты на полу лежало тело Александра Мирского. Изобретатель застыл в неестественной позе, словно в момент смерти пытался от чего-то защититься. Его глаза были широко открыты, а лицо искажено гримасой ужаса. Вокруг тела на полу виднелись странные символы, выведенные то ли мелом, то ли каким-то светящимся составом.

Рядом с телом на коленях стояла женщина в строгом тёмном платье – Елена Воронцова. Её изящные руки в тонких перчатках осторожно исследовали шею погибшего. У противоположной стены, изучая какой-то механизм, стоял высокий мужчина в безупречном костюме – очевидно, представитель министерства Аристарх Белов.

– Инспектор Орлов, – представился Григорий, входя в комнату. – Что у нас здесь?

Елена подняла голову, и Орлов встретился с её пронзительными зелёными глазами. Они знали друг друга по нескольким предыдущим расследованиям, хотя никогда особенно не сближались.

– Инспектор, – кивнула она. – Смерть наступила примерно десять-двенадцать часов назад. Причина на первый взгляд – удушение, но…

– Но на шее нет следов удушения, – закончил за неё Орлов, приближаясь к телу.

– Именно, – подтвердила Елена. – Я бы сказала, что его душа была… вытянута из тела. Но это, конечно, не для официального заключения.

От противоположной стены отделился Аристарх Белов. Он был моложе, чем ожидал Орлов – около тридцати, с безукоризненно уложенными тёмными волосами и холодными голубыми глазами.

– Инспектор Орлов, наслышан о ваших способностях, – произнёс он, протягивая руку. – Аристарх Белов, представитель общества "Аурелия".

Орлов осторожно пожал протянутую руку. "Аурелия" была полулегендарной организацией, основанной ещё при Петре Великом для изучения и контроля магических явлений в Империи. Официально она подчинялась Министерству внутренних дел, но на деле обладала значительной автономией и влиянием.

– Что может интересовать "Аурелию" в смерти изобретателя? – спросил Орлов, внимательно изучая Белова.

– Мирский был не просто изобретателем, – ответил Белов. – Он был одним из немногих, кто успешно сочетал технологию и магию. Его эфиромеханические устройства могли изменить баланс сил в Европе. И, похоже, кто-то очень не хотел, чтобы он завершил свою работу.

Орлов медленно обошёл тело, изучая символы на полу. Для обычного наблюдателя они казались просто странными знаками, но инспектор видел слабое свечение, которое они ещё излучали – остаточные следы мощного ритуала.

– Это не простое убийство, – произнёс он, присаживаясь на корточки. – Это ритуал призыва.

– Призыва? – переспросила Елена, подходя ближе. – Вы имеете в виду…

– Демона, – завершил Орлов. – Кто-то призвал демоническую сущность и направил её на Мирского. Вот почему нет физических следов удушения – его душу буквально вырвали из тела.

Белов внимательно наблюдал за Орловым, словно оценивая его компетенцию.

– Ваша репутация не преувеличена, инспектор. "Аурелия" пришла к тем же выводам. Вопрос в том, кто осуществил ритуал и зачем?

Орлов поднялся на ноги, продолжая изучать мастерскую. Его взгляд остановился на странном устройстве в дальнем углу комнаты – массивном механизме, напоминающем часы, но с множеством дополнительных циферблатов и шестерёнок. Вокруг механизма была начертана сложная магическая схема, частично стёртая.

– Что это? – спросил Орлов, указывая на устройство.

Белов подошёл ближе.

– Насколько мы можем судить, это главное изобретение Мирского. Он называл его "Хронометром эфира". Устройство, способное не только измерять, но и манипулировать потоками магической энергии.

– Для чего? – Орлов внимательно изучал механизм, не решаясь прикоснуться к нему.

– Официально – для защиты стратегических объектов Империи от враждебной магии. Неофициально… – Белов понизил голос, – Мирский утверждал, что нашёл способ открывать порталы между мирами.

Елена, стоявшая рядом, резко выдохнула:

– Но это невозможно. Границы между мирами непреодолимы, это фундаментальный закон магии.

– Возможно, до сих пор, – заметил Белов. – Но Мирский был гением. Он комбинировал древние магические знания с передовыми технологиями. И, кажется, преуспел… что и стоило ему жизни.

Орлов отступил от механизма, осматривая остальную мастерскую. На стенах висели странные чертежи, напоминавшие анатомические рисунки, но не людей – чего-то иного. Среди бумаг на столе лежал небольшой блокнот в потёртом кожаном переплёте. Инспектор осторожно открыл его.

– Его дневник? – поинтересовалась Елена, заглядывая через плечо Орлова.

– Похоже на то, – кивнул инспектор, пролистывая страницы, заполненные убористым почерком, формулами и эскизами. – Последние записи датированы вчерашним днём.

Он прочитал вслух:

"Хронометр завершён. Первые испытания подтвердили мою теорию – граница между мирами тоньше, чем мы думали. Я смог создать микроскопическую брешь, через которую виден другой мир. Темный, странный, наполненный существами из наших кошмаров. Но также и невероятной энергией, которая может изменить наш мир. Завтра начну второй этап испытаний. Господи, помоги мне. Что, если Они найдут путь сюда?"

Орлов закрыл дневник.

– Кажется, Мирский нашёл нечто большее, чем рассчитывал. И это "нечто" нашло его в ответ.

– Вы полагаете, что существо из другого мира проникло сюда и убило его? – спросила Елена.

– Нет, – покачал головой Орлов. – Символы на полу – это не следы прорыва границы. Это намеренный ритуал призыва. Кто-то использовал работу Мирского, чтобы призвать демона и направить его против создателя.

Белов пристально смотрел на инспектора.

– Вы специалист по демонологии, Орлов?

– Я специалист по расследованию убийств, – ответил инспектор. – А это именно убийство, какими бы средствами оно ни было совершено.

Елена собирала свои инструменты, готовясь к уходу.

– Мне нужно провести более детальное исследование тела в морге. Возможно, я смогу найти дополнительные следы магического воздействия.

– Я хотел бы присутствовать, – сказал Орлов.

– Конечно, – кивнула она. – Я пришлю вам сообщение, когда буду готова.

Белов также направился к выходу.

– "Аурелия" будет внимательно следить за вашим расследованием, инспектор. Это дело касается национальной безопасности.

Когда они остались одни в мастерской, Орлов ещё раз обошёл помещение, внимательно изучая каждую деталь. Теперь, без посторонних глаз, он мог в полной мере использовать свой дар. Закрыв глаза, инспектор сосредоточился, позволяя своему восприятию выйти за рамки обычных чувств.

Мастерская предстала перед ним в совершенно ином свете. Потоки эфирной энергии пронизывали пространство, концентрируясь вокруг "Хронометра" и символов на полу. Но было что-то ещё – тонкая тёмная нить, ведущая от символов к… двери? Кто-то стоял здесь, управляя ритуалом. Кто-то, кто знал, как использовать изобретение Мирского.

Орлов открыл глаза, записывая наблюдения в свой блокнот. Дело становилось всё более запутанным и опасным. Если кто-то действительно нашёл способ призывать демонов из другого мира, то убийство Мирского могло быть только началом.

Выходя из мастерской, инспектор ещё раз оглянулся на зловещий "Хронометр эфира". Что, если механизм всё ещё функционирует? Что, если брешь между мирами не закрылась полностью?

Он должен был найти ответы. И быстро. Слишком многое стояло на кону – не только справедливость для убитого изобретателя, но и безопасность всего Санкт-Петербурга.

Вечер опустился на Санкт-Петербург, окутывая город голубоватыми сумерками. Григорий Орлов сидел в своей небольшой квартире на Васильевском острове, разложив перед собой записи и наброски, сделанные в мастерской Мирского. На столе стояла чашка остывшего чая и тарелка с нетронутым ужином – инспектор, погрузившись в работу, забыл о еде.

Стук в дверь вывел его из задумчивости. Не ожидая посетителей, Орлов настороженно подошёл к двери.

– Кто там?

– Это Елена Воронцова, инспектор. Могу я войти?

Орлов открыл дверь. Елена выглядела уставшей, но её глаза горели тем особым блеском, который появляется у исследователя, обнаружившего нечто важное.

– Проходите, – пригласил он, пропуская её в квартиру. – Что-то нашли?

– Да, и это… необычно, – ответила она, проходя к столу и замечая хаос из бумаг. – Я закончила исследование тела Мирского. В его крови обнаружены странные частицы, которые я никогда раньше не видела. Они словно… не из нашего мира.

– Присаживайтесь, – предложил Орлов, освобождая стул. – Не из нашего мира? Вы можете это доказать?

Елена достала из сумки небольшую стеклянную пробирку, в которой переливалась темно-красная жидкость с мерцающими вкраплениями.

– Видите эти светящиеся частицы? Они реагируют на магию особым образом. Когда я применила к ним стандартные целительские заклинания, они начали… размножаться. Как будто питаются магической энергией.

Орлов внимательно разглядывал пробирку.

– И что это значит?

– Я полагаю, что существо, убившее Мирского, оставило в нём часть себя. Своего рода… метку. – Елена помолчала. – Есть ещё кое-что. В легких Мирского я обнаружила микроскопические кристаллы, похожие на те, что формируются при сильном магическом выбросе. Он не просто был убит демоном – он был свидетелем мощнейшего магического ритуала.

– И, возможно, не только свидетелем, – задумчиво произнёс Орлов. – Судя по его дневнику, он сам экспериментировал с прорывом границы между мирами. Что вы знаете об "Аурелии"?

Елена напряглась.

– Немногое. Официально это научное общество, изучающее магические явления. Неофициально – тайная организация, контролирующая использование магии в Империи. Почему вы спрашиваете?

– Этот Белов… Он слишком интересуется делом. "Аурелия" явно знала о работе Мирского задолго до его смерти.

– Вы думаете, они причастны к убийству? – Елена широко раскрыла глаза.

– Я не исключаю никаких версий, – ответил Орлов. – Завтра я планирую посетить библиотеку Академии наук. Хочу найти информацию о символах, которые мы видели в мастерской.

– Я могу помочь, – предложила Елена. – У меня есть доступ к медицинской библиотеке, где хранятся некоторые тексты по магическому целительству. Возможно, там найдётся что-то полезное.

Орлов благодарно кивнул:

– Это было бы очень кстати. Чем больше мы узнаем об этих символах, тем ближе будем к разгадке.

Елена внезапно вздрогнула и посмотрела на окно:

– Вам не кажется, что за нами наблюдают?

Орлов быстро подошёл к окну, отдёрнув занавеску. На тёмной улице никого не было видно, но его обострённое восприятие уловило слабый след магии – кто-то действительно следил за квартирой и поспешно скрылся.

– Вы правы, – сказал он, задёргивая занавеску. – Кто-то проявляет к нам нездоровый интерес.

– Что нам делать? – В голосе Елены появилась тревога.

– Продолжать расследование, но с удвоенной осторожностью. – Орлов вернулся к столу. – Расскажите мне больше о тех частицах в крови Мирского. Что ещё вы о них знаете?

Пока Елена рассказывала о своих исследованиях, Орлов делал заметки, соединяя новые факты с уже известными. Головоломка начинала складываться, но общая картина всё ещё оставалась туманной. Одно было ясно – они столкнулись с чем-то выходящим за рамки обычного преступления. Чем-то, что угрожало не только им, но и всему городу.

– Нам нужно узнать больше о "Хронометре эфира", – сказал Орлов. – Если Мирский действительно нашёл способ открывать порталы между мирами, то его изобретение может стать ключом к пониманию всего происходящего.

– Или оружием невероятной мощи в неправильных руках, – добавила Елена.

Орлов мрачно кивнул:

– Именно этого я и боюсь.

За окном совсем стемнело. Ночной Санкт-Петербург светился огнями, ничего не подозревая о тьме, которая начинала сгущаться над ним. Тьме, идущей из другого мира.

ГЛАВА 2: ТЕНИ ПРОШЛОГО

Утро выдалось на удивление ясным. Солнечные лучи проникали через окна Императорской публичной библиотеки, падая на древние фолианты и бесконечные ряды книжных стеллажей. Григорий Орлов сидел за тяжёлым дубовым столом, окружённый стопками книг и рукописей. Он прибыл сюда с рассветом, используя своё положение инспектора полиции, чтобы получить доступ к редким изданиям, обычно недоступным для рядовых посетителей.

Перед ним лежал открытый дневник Мирского – маленькая, но бесценная улика, которую Орлову удалось незаметно вынести из мастерской изобретателя. Он методично перечитывал записи последних месяцев, пытаясь проникнуть в мысли убитого.

Записи становились всё более лихорадочными по мере приближения к роковому дню:

"3 марта 1905 г. Получил новые кристаллы эфира от поставщика. Чистота выше всех ожиданий. Хронометр реагирует с невероятной точностью. Сегодня зафиксировал первую устойчивую флуктуацию на границе миров. Всего на долю секунды, но я ВИДЕЛ ЭТО. Другую сторону. Невыразимо. Грандиозно. Ужасающе.

15 марта 1905 г. Посещение Бертольда. Не доверяю его мотивам, но его знания бесценны. Предоставил дополнительные формулы стабилизации портала. Беспокоит его интерес к военному применению. Напомнил, что работаю на благо Империи, не для создания оружия.

27 марта 1905 г. Странный визит представителя "Аурелии". Вежлив, но настойчив. Интересовался прогрессом, задавал слишком точные вопросы. Откуда им известны детали моих исследований? Усилил защитные заклинания мастерской."

Орлов остановился на этой записи. Представитель "Аурелии"… Был ли это Белов? Или кто-то другой? Он продолжил чтение:

"2 апреля 1905 г. Прорыв! Сегодня портал оставался стабильным почти минуту. Я смог различить архитектуру иного мира. Колоссальные строения из черного материала, похожего на обсидиан, но ЖИВОГО. Постоянно меняющегося. И фигуры… движущиеся среди этих структур. Не человеческие. Определённо не человеческие."

На полях этой страницы Мирский набросал эскиз увиденного – странные геометрические формы, нарушающие законы евклидовой геометрии, и силуэты существ с непропорционально длинными конечностями.

"4 апреля 1905 г. Что-то изменилось. Чувствую постоянное присутствие. Словно кто-то наблюдает за мной. Из-за границы? Или в этом мире? Ловлю себя на мысли, что оглядываюсь на пустые углы мастерской. Сегодня опять видел Его во сне. Он знает моё имя. Говорит, что ждал столетиями.

7 апреля 1905 г. Бертольд настаивает на демонстрации работающего портала военному министерству. Отказался. Это слишком опасно. Мы не понимаем, с чем имеем дело. Бертольд был в ярости. Угрожал. Впервые подумал о том, чтобы уничтожить все чертежи и сам Хронометр."

Последняя запись, датированная днём перед убийством, была написана дрожащей рукой, буквы местами расплывались, словно на страницу попали капли воды. Или слёз.

"8 апреля 1905 г. Они здесь. Знают, как пройти. Не через мой портал – иначе. Кто-то помогает Им. Господи, это моя вина. Я приоткрыл дверь, и теперь Они могут заглянуть внутрь. Я слышу Их шёпот даже сейчас, когда пишу эти строки. Если кто-то найдёт эти записи: УНИЧТОЖЬТЕ ХРОНОМЕТР. Сотрите все символы. Они используют их как якорь. Это единственный…"

На этом запись обрывалась.

Орлов закрыл дневник, задумчиво постукивая пальцами по столу. Мирский явно столкнулся с чем-то, что выходило за рамки его понимания. Но кто такой Бертольд? И что за существа наблюдали за изобретателем из-за границы миров?

Инспектор перевёл взгляд на другие материалы, которые ему удалось найти в библиотеке. Трактат по теоретической эфиромеханике профессора Гельмгольца, "Компендиум демонологических сущностей" анонимного автора XVIII века, и, что особенно интересно, тонкая книга в потёртом кожаном переплёте: "История тайных обществ Российской Империи" Ф. В. Булгарина, издание 1856 года.

Орлов открыл последнюю книгу на заложенной странице. Глава, посвящённая "Аурелии", была краткой и осторожной в формулировках:

"…Общество "Аурелия", основанное, по некоторым сведениям, в 1721 году под непосредственным покровительством императора Петра Великого, официально занималось изучением новейших европейских научных достижений и внедрением их в российскую практику. Однако, по ряду косвенных свидетельств, истинной целью организации было исследование и контроль над оккультными явлениями, в особенности – над эфирной энергией, именуемой в простонародье магией.

До реформы 1832 года общество подчинялось непосредственно Императорской канцелярии, после чего было формально переподчинено Министерству внутренних дел, сохранив, однако, значительную автономию. Среди известных членов "Аурелии" в разные годы числились видные государственные деятели, учёные и…"

Орлов перевернул страницу, но следующий лист был аккуратно вырезан. Как и следующий за ним. Всего отсутствовало около десяти страниц. Кто-то намеренно удалил самую важную информацию об "Аурелии".

– Проклятье, – тихо произнёс Орлов, захлопывая книгу.

– Что-то ищете, инспектор? – раздался за его спиной мягкий голос.

Орлов обернулся. Перед ним стоял пожилой библиотекарь в старомодном сюртуке, с внимательными глазами за стёклами пенсне.

– Информацию об обществе "Аурелия", – честно ответил Орлов. – Но, кажется, кто-то позаботился о том, чтобы её было сложно найти.

Библиотекарь улыбнулся уголками губ:

– В таком случае, вам стоит поговорить с мистером Грейсом.

– Мистером Грейсом?

– Англичанин. Алхимик, как он себя называет. Держит лавку редкостей на Гороховой. Человек… весьма осведомлённый в подобных вопросах.

Орлов внимательно посмотрел на библиотекаря:

– Почему вы решили помочь мне?

Старик поправил пенсне:

– Потому что вчера здесь был другой человек, который искал те же книги. И оставил после себя вырезанные страницы. – Он помолчал. – Будьте осторожны, инспектор. Некоторые знания опасны не только для их обладателей.

Лавка мистера Грейса располагалась в полуподвальном помещении старого дома на Гороховой улице. Вывеска с потускневшей позолотой гласила: "Редкости и древности. Дж. Грейс и Ко". Орлов спустился по стёртым каменным ступеням и толкнул тяжёлую дубовую дверь. Колокольчик мелодично звякнул.

Внутри лавка оказалась настоящим лабиринтом из стеллажей, витрин и шкафов, заполненных самыми разнообразными предметами: от старинных книг и манускриптов до механических диковинок, минералов и засушенных существ в стеклянных колбах. Воздух был насыщен ароматами трав, пыли и чего-то неопределённо экзотического.

– Одну минуту! – раздался из глубины помещения звучный голос с отчётливым английским акцентом.

Орлов неспешно двинулся между стеллажей, разглядывая странные экспонаты. Его внимание привлекла витрина с механическими устройствами, похожими на часы, но с множеством дополнительных циферблатов и стрелок. Очень напоминающими "Хронометр эфира" Мирского, хотя и более примитивными.

– Интересуетесь эфирометрами, сударь? – спросил тот же голос, теперь совсем рядом.

Орлов обернулся. Перед ним стоял высокий худощавый мужчина лет шестидесяти, с аккуратной седой бородкой и живыми тёмными глазами. Одет он был в старомодный, но безупречный костюм-тройку коричневого цвета.

– Мистер Грейс? – спросил Орлов.

– Джеймс Грейс, к вашим услугам, – англичанин слегка поклонился. – А вы, должно быть, тот самый инспектор Орлов, о котором я наслышан.

– Вы обо мне слышали? – Орлов слегка напрягся.

– Петербург только кажется большим городом, инспектор. На самом деле, это очень маленький мир, особенно для тех, кто интересуется… необычными явлениями. – Грейс улыбнулся. – Чем могу помочь человеку, расследующему смерть Александра Мирского?

Орлов оценивающе посмотрел на англичанина:

– Вы хорошо осведомлены.

– Я давно живу в России, инспектор. Научился держать уши открытыми и рот закрытым. Особенно когда речь идёт о делах, связанных с "Аурелией".

– Вот как? – Орлов прищурился. – Именно об "Аурелии" я и хотел с вами поговорить.

Грейс жестом пригласил инспектора следовать за ним:

– В таком случае, нам лучше побеседовать в более уединённой обстановке. Прошу вас.

Он провёл Орлова через лабиринт полок в дальнюю комнату, служившую, очевидно, кабинетом и лабораторией одновременно. Здесь стоял большой дубовый стол, заваленный книгами и бумагами, несколько кресел и странная аппаратура, напоминающая алхимические приборы, но с явными признаками современных технических усовершенствований.

– Присаживайтесь, – предложил Грейс, указывая на кресло. – Чай? Или, может быть, что-нибудь покрепче?

– Благодарю, но я при исполнении, – отказался Орлов, усаживаясь.

Грейс улыбнулся:

– Похвальная преданность долгу. – Он сел напротив. – Итак, "Аурелия". Чем именно она вас заинтересовала?

– Их связью с Мирским. И с его убийством.

Грейс задумчиво погладил бородку:

– Прямо к делу. Что ж, это освежает. – Он помолчал. – "Аурелия" была создана Петром Великим не просто как научное общество. Её истинной целью было изучение и контроль за использованием магии в Империи. Видите ли, Пётр, при всей своей любви к западной науке, понимал, что Россия обладает уникальным ресурсом – древней магической традицией, которой нет в Европе. И он хотел использовать этот ресурс для блага государства.

– Как именно? – спросил Орлов.

– Вначале преимущественно в военных целях. Магические щиты для кораблей, заклинания, усиливающие артиллерию, целительство на поле боя. Но со временем амбиции общества выросли. Они начали изучать фундаментальные свойства магии, её источники… и границы между мирами.

Орлов подался вперёд:

– Границы между мирами? Как Мирский?

– О, Мирский был далеко не первым. – Грейс встал и подошёл к одной из полок, достав оттуда старинную книгу в кожаном переплёте. – Вот, взгляните. Трактат Парацельса "De Nymphis, sylphis, pygmaeis et salamandris et de caeteris spiritibus", 1566 год. В нём уже описываются существа из других миров и способы контакта с ними.

Он раскрыл книгу на странице с гравюрой, изображавшей странное существо с длинными конечностями и множеством глаз – очень похожее на наброски в дневнике Мирского.

– "Аурелия" изучала эти тексты столетиями, – продолжил Грейс. – И, по некоторым сведениям, добилась определённых успехов. Но всегда оставалась проблема: открытие портала требовало огромных затрат магической энергии. Больше, чем могли обеспечить даже самые одарённые маги.

– А Мирский нашёл способ обойти это ограничение, – догадался Орлов. – Используя технологию в сочетании с магией.

– Именно! – Грейс оживился. – Его "Хронометр эфира" был гениальным изобретением. Он не создавал магию из ничего – это невозможно. Но он мог накапливать, концентрировать и направлять естественные потоки эфирной энергии с беспрецедентной эффективностью.

– И это сделало его ценным для "Аурелии".

– И опасным, – добавил Грейс. – Потому что Мирский не просто выполнял заказ. Он был исследователем, учёным. Он хотел понять, что находится по ту сторону. А "Аурелия" всегда была больше заинтересована в практическом применении.

Орлов задумчиво постукивал пальцами по подлокотнику:

– Вы хорошо знаете Аристарха Белова?

Грейс вздрогнул, услышав это имя:

– Белов… Да, я знаю о нём. Молодая восходящая звезда "Аурелии". Амбициозен, блестяще образован и… безжалостен, когда дело касается достижения целей общества.

– Он был в мастерской Мирского после убийства. Очень интересовался "Хронометром".

– Не сомневаюсь, – кивнул Грейс. – "Аурелия" никогда не упускает возможности заполучить ценные артефакты. Особенно такие, которые могут открыть путь в другие миры.

– Но зачем? – спросил Орлов. – Какая им польза от контакта с… демонами, если называть вещи своими именами?

Грейс внимательно посмотрел на инспектора:

– А вы знаете, откуда берётся магия, инспектор?

– Есть разные теории. Одни говорят, что это природная сила, вроде электричества. Другие – что это дар божий. Третьи считают, что магия – это наследие древних цивилизаций.

– Все они отчасти правы и полностью неправы, – ответил Грейс. – Согласно самым древним текстам, магия – это энергия, проникающая в наш мир из других реальностей. Через трещины, разломы между мирами. И чем шире разлом, тем больше магии может проникнуть.

Орлов нахмурился:

– Вы хотите сказать, что "Аурелия" стремится открыть постоянный портал в другой мир, чтобы… увеличить количество магии в нашем?

– Возможно. Или получить доступ к источнику неограниченной магической силы. Или… – Грейс замолчал.

– Или что?

– Или установить контакт с существами, обитающими там. Существами, обладающими силой, которую мы даже не можем себе представить.

Орлов задумался. Эта теория объясняла многое, но поднимала ещё больше вопросов.

– Вы упомянули некоего Бертольда, – вспомнил Грейс. – Это имя фигурировало в дневнике Мирского. Кто он?

– Бертольд… – Грейс нахмурился. – Полагаю, речь идёт о профессоре Бертольде Штерне. Физик, специалист по эфирной механике. Работает в Политехническом институте, но также известен своими связями с военным министерством. Амбициозный человек с… неоднозначной репутацией в научных кругах.

– В каком смысле неоднозначной?

– Его теоретические работы блестящи. Но ходят слухи, что его практические эксперименты выходят за рамки этичных. Особенно в области использования живых существ для усиления магических эффектов.

Орлов записал имя профессора в свой блокнот:

– Мне нужно с ним поговорить.

– Будьте осторожны, инспектор, – предупредил Грейс. – Штерн – влиятельная фигура с могущественными покровителями.

– А как насчёт вас, мистер Грейс? – внезапно спросил Орлов. – Каково ваше место во всей этой истории?

Англичанин мягко улыбнулся:

– Я всего лишь антиквар и коллекционер, увлечённый оккультными науками.

– И при этом удивительно хорошо осведомлённый о тайном обществе и его деятельности.

– Я прожил долгую жизнь, инспектор. И значительную её часть – в России. Человек с открытыми глазами и ушами может узнать многое, даже оставаясь в тени.

Орлов внимательно посмотрел на Грейса, пытаясь понять, можно ли ему доверять. Что-то подсказывало ему, что англичанин знает гораздо больше, чем говорит.

– Есть ещё кое-что, – сказал Орлов, доставая из кармана сложенный лист бумаги. – Копия символов, найденных в мастерской Мирского. Вы можете что-то о них сказать?

Грейс развернул бумагу и долго изучал рисунок. Его лицо заметно побледнело.

– Где именно были расположены эти символы? – спросил он напряжённым голосом.

– На полу вокруг тела Мирского. Как будто часть ритуального круга.

– Это не просто символы, инспектор, – тихо произнёс Грейс. – Это язык. Древний язык существ из-за границы миров. Его называют «энохианским» или «языком ангелов», хотя те, кто его использует, работают далеко не с ангелами.

– Вы можете его прочесть?

– Лишь частично. Здесь, – он указал на группу символов, – упоминается «врата» и «призыв». А здесь, – он перевёл палец на другую группу, – что-то о «крови» и «обмене». – Грейс поднял взгляд на Орлова. – Это не просто ритуал убийства, инспектор. Это жертвоприношение. И, судя по всему, кто-то принёс Мирского в жертву, чтобы открыть портал или… заключить сделку с существом по ту сторону.

Орлов почувствовал, как холодок пробежал по спине:

– Сделку?

– Существа за гранью миров обладают огромной силой, но им сложно проникнуть в наш мир без приглашения. Для этого нужен проводник, якорь. И часто – жертва. Душа, которая станет… пищей или валютой.

– Вы говорите так, будто подобные ритуалы действительно работают.

Грейс серьёзно посмотрел на инспектора:

– А вы думаете, почему подобные знания веками держались в тайне? Почему "Аурелия" и подобные ей общества так тщательно контролируют доступ к определённым текстам и артефактам? Они работают, инспектор. Они работают слишком хорошо.

Орлов собрал свои заметки, готовясь уходить. У него было много новой информации для размышлений.

– Спасибо за помощь, мистер Грейс. Возможно, мне придётся обратиться к вам снова.

– Моя лавка всегда открыта для вас, инспектор, – кивнул англичанин. – И ещё кое-что…

Он подошёл к одному из шкафов и достал оттуда небольшой предмет, завёрнутый в ткань.

– Возьмите это. Для вашей защиты.

Орлов развернул ткань. Внутри оказался необычный амулет – маленькие серебряные часы с выгравированными на крышке защитными символами.

– Что это?

– Малый эфирометр. Он реагирует на присутствие магических сущностей, особенно тех, что родом не из нашего мира. Если стрелка начнёт двигаться против часовой стрелки – значит, рядом что-то опасное.

Орлов скептически посмотрел на амулет, но всё же принял его, спрятав во внутренний карман:

– Сколько я вам должен?

– Считайте это профессиональной любезностью, – улыбнулся Грейс. – Или инвестицией в выживание единственного полицейского в Санкт-Петербурге, который действительно понимает, с чем имеет дело.

Когда Орлов уже был у двери, Грейс окликнул его:

– Инспектор! Будьте осторожны с "Аурелией". Они не привыкли, чтобы кто-то вмешивался в их дела. И у них есть способы… устранять помехи.

– Я привык к угрозам, мистер Грейс.

– Нет, – покачал головой англичанин. – К таким угрозам никто не может привыкнуть.

Выйдя на Гороховую улицу, Орлов долго стоял, размышляя о разговоре с Грейсом. Антиквар знал слишком много для простого коллекционера. Кем он был на самом деле? Бывшим членом "Аурелии"? Конкурентом? Или у него была своя, неизвестная пока игра?

Инспектор решил проверить ещё одну зацепку, прежде чем вернуться в управление. Профессор Бертольд Штерн из Политехнического института. Человек, упомянутый в дневнике Мирского, возможно, последний, кто видел изобретателя живым.

Орлов поймал извозчика и направился в сторону Политехнического института. День был в разгаре, но тяжёлые облака, собирающиеся над городом, придавали ему сумрачный вид. Инспектор достал амулет, подаренный Грейсом, и задумчиво посмотрел на него. Маленькая стрелка эфирометра слегка подрагивала, но оставалась в пределах нормы.

"Возможно, это простая безделушка, – подумал Орлов. – А может быть, нечто большее".

Он спрятал амулет и сосредоточился на предстоящей встрече с профессором Штерном. Если Мирский действительно был принесён в жертву для открытия портала, то убийца должен был обладать глубокими знаниями как в области магии, так и в эфиромеханике. Круг подозреваемых сужался, и профессор определённо входил в него.

Политехнический институт возвышался впереди – величественное здание в стиле неоклассицизма, символ научного прогресса Империи. Но теперь, зная о тайных исследованиях, проводимых в его стенах, Орлов смотрел на него другими глазами. За фасадом прогресса и просвещения могли скрываться знания и эксперименты, о которых лучше было бы не знать.

Извозчик остановился у главного входа. Орлов расплатился и вышел, глядя на тяжёлые двери института. Откуда-то из глубины души поднималось неприятное предчувствие. Словно каждый шаг вёл его всё ближе к чему-то тёмному и опасному.

Но отступать было не в его характере. Расправив плечи, инспектор Григорий Орлов поднялся по ступеням и вошёл внутрь, готовый столкнуться с новыми тайнами и угрозами.

ГЛАВА 3: ЯЗЫК ДРЕВНИХ ТЕНЕЙ

Встреча с профессором Штерном оказалась неожиданно краткой. Секретарь кафедры физики Политехнического института сообщил, что уважаемый профессор отбыл в Москву два дня назад для консультаций в военном министерстве и вернётся не ранее следующей недели. В кабинет Штерна Орлова не пустили, сославшись на "ценное оборудование и конфиденциальные материалы".

Возвращаясь в центр города, Орлов размышлял о странном совпадении. Штерн покинул Петербург почти сразу после смерти Мирского. Случайность? Или профессор намеренно устранился, предчувствуя неприятности?

Город погружался в сумерки, когда инспектор добрался до Литейного проспекта. Здесь, в одном из старых особняков, располагалось "Русское общество эзотерических исследований" – полулегальная организация, объединявшая людей, интересующихся оккультными науками. Официально они изучали фольклор и народные традиции. Неофициально – занимались практической магией и исследованием эфирных потоков.

Орлов направился к особняку не случайно. Среди членов общества была Елена Соколова – лучший специалист по древним языкам и символам, которого он знал. К тому же, в отличие от представителей "Аурелии", Елена не имела связей с правительственными структурами и могла говорить более откровенно.

У входа в особняк дежурил молодой человек с аккуратно подстриженной бородкой, одетый в сюртук несколько старомодного покроя.

– Инспектор Орлов, – кивнул он, узнав посетителя. – Госпожа Соколова предупреждала о вашем возможном визите.

– Она здесь?

– В библиотеке, третий этаж. Проводить вас?

– Благодарю, я найду дорогу, – ответил Орлов, направляясь к широкой мраморной лестнице.

Особняк внутри выглядел как смесь аристократического клуба и научной лаборатории. В просторных залах стояли астрономические приборы и странные механизмы, стены были увешаны картами звёздного неба и диаграммами эфирных потоков. Члены общества – в основном представители образованной молодёжи и интеллигенции среднего возраста – оживлённо беседовали группами, некоторые склонялись над книгами и рукописями.

Поднявшись на третий этаж, Орлов прошёл в библиотеку – огромную комнату с высокими потолками и множеством книжных шкафов, уходящих вверх почти на всю высоту стен. Передвигаться между ярусами книг помогали специальные лестницы на колёсах и небольшой грузовой лифт в углу.

Елена Соколова сидела за одним из дальних столов, заваленным книгами и свитками. Ей было около тридцати лет, но выглядела она моложе. Тёмные волосы собраны в простую, но элегантную причёску, очки в тонкой золотой оправе, строгое тёмно-синее платье с высоким воротником – образ типичной учительницы или библиотекаря. Но этот образ обманчив: Орлов знал, что под внешней сдержанностью скрывается острый ум и решительный характер.

Заметив Орлова, Елена подняла голову от рукописи и улыбнулась:

– Григорий Александрович, я уже думала, вы не придёте.

– Расследование заняло больше времени, чем я рассчитывал, – ответил Орлов, присаживаясь напротив неё. – Но дело слишком важное, чтобы откладывать консультацию.

– Дело Мирского? – тихо спросила она, хотя рядом никого не было.

Орлов кивнул:

– Новости распространяются быстро.

– В определённых кругах – да. Мирский был известной фигурой среди тех, кто изучает практическое применение эфирной энергии. Его эксперименты с "Хронометром" вызывали… беспокойство.

– Беспокойство? – Орлов поднял бровь.

– Многие считали, что он заходит слишком далеко, – пояснила Елена. – Что границы между мирами существуют не просто так, и попытки их пересечь могут привести к непредсказуемым последствиям.

Орлов внимательно смотрел на неё:

– Вы знали о его работе над порталом?

– Догадывалась. В наших кругах ходили слухи. – Она отложила перо. – Что именно привело вас ко мне, Григорий Александрович?

Орлов достал из внутреннего кармана сложенный лист бумаги – копию символов, найденных вокруг тела Мирского.

– Мне нужна помощь с расшифровкой этих знаков. И я предпочёл бы обратиться к кому-то, не связанному с официальными структурами.

Елена развернула лист и стала внимательно изучать символы. Её лицо постепенно менялось, становясь всё более встревоженным.

– Где вы нашли это? – спросила она, не отрывая взгляда от бумаги.

– Вокруг тела жертвы. Нарисовано кровью, – коротко ответил Орлов. – Вы можете прочесть?

– Частично. Это очень древний язык. Некоторые называют его энохианским, хотя это не совсем точно. – Елена провела пальцем по некоторым символам. – Здесь присутствуют элементы нескольких древних систем: шумерские клинописные знаки, элементы гримуаров Соломона, символы, которые встречаются в ранних гностических текстах…

– Что там написано? – нетерпеливо спросил Орлов.

Елена встала:

– Мне нужно сверить некоторые знаки с источниками. Пойдёмте.

Она повела его вглубь библиотеки, затем через неприметную дверь, скрытую за одним из книжных шкафов. За дверью оказалась небольшая комната без окон, освещённая только несколькими масляными лампами и странным светящимся кристаллом на центральном столе.

– Это наш архив редких текстов, – пояснила Елена, запирая дверь. – То, что не стоит выставлять в общем зале.

Комната была заставлена шкафами и сундуками. На полках теснились древние фолианты в кожаных переплётах, свитки, таблички и странные предметы, назначение которых Орлов не мог определить.

Елена подошла к одному из шкафов, достала большую книгу в тёмно-красном переплёте и раскрыла её на середине. Страницы были покрыты символами, похожими на те, что нашли возле тела Мирского.

– "Liber Umbrarum", – произнесла она, – "Книга Теней". Один из наиболее полных словарей древних магических языков. – Она перевела взгляд с книги на лист с символами. – Да, теперь я вижу. Это действительно ритуальная формула. Призыв и скрепление договора.

– Договора? С кем?

Елена посмотрела на Орлова серьёзным взглядом:

– С существом из иного мира. Из того, что в некоторых текстах называется Бездной.

Она начала методично переводить отдельные фрагменты:

– "Кровью мудреца открываю путь… Силой разума его связываю тебя… Прими эту жертву как залог верности… Даруй мне власть над эфиром и тайнами пространства…" – Елена остановилась. – И дальше что-то о "механическом сердце" и "ключе к вратам".

– Механическое сердце, – задумчиво повторил Орлов. – "Хронометр эфира" Мирского!

– Возможно, – кивнула Елена. – Убийца, похоже, использовал Мирского и его изобретение как часть ритуала. Но тут есть кое-что странное…

– Что именно?

– Символы образуют не полный круг, а скорее спираль, – она указала на рисунок. – Как будто ритуал был… прерван или не завершён. И вот эти знаки в конце… – Елена наморщила лоб. – Они выбиваются из общего строя. Более древние, более… примитивные.

Орлов внимательно смотрел на указанные символы:

– Что они означают?

– Не уверена. Они напоминают демонические печати из очень старых текстов. Дохристианских. Возможно, даже дошумерских. – Она покачала головой. – Для точного перевода мне потребуется время. И, возможно, консультация с одним специалистом…

– С кем? – заинтересовался Орлов.

– Профессор Радлов из университета. Он изучает древние культы и их символику. Если кто-то и может расшифровать эти знаки полностью, то только он.

Орлов кивнул:

– Буду признателен за помощь. Но мне нужны результаты как можно скорее.

– Я понимаю. – Елена внимательно посмотрела на инспектора. – Григорий Александрович, вы представляете, во что ввязываетесь? Если эти символы действительно то, о чём я думаю, то мы имеем дело с очень древней и очень опасной магией. С ритуалами, которые даже "Аурелия" считает запретными.

– Именно поэтому я должен остановить того, кто стоит за этим, – твёрдо ответил Орлов. – Прежде чем начнётся что-то худшее.

Елена собиралась что-то сказать, но вдруг замерла, прислушиваясь.

– Что-то не так, – прошептала она.

В тот же момент Орлов почувствовал лёгкое движение воздуха и еле заметное похолодание в комнате. Он инстинктивно потянулся к кобуре под пиджаком.

Кристалл на столе начал пульсировать, меняя цвет с бледно-голубого на тревожный красноватый.

– Детектор эфирных возмущений, – пояснила Елена, указывая на кристалл. – Кто-то использует мощное заклинание где-то поблизости.

Орлов достал из кармана амулет, подаренный Грейсом. Маленькая стрелка на эфирометре бешено вращалась против часовой стрелки.

– Нам нужно уходить, – решительно сказал он, хватая Елену за руку. – Немедленно.

Они выскочили из архива обратно в основной зал библиотеки. Здесь уже царило смятение – члены общества в панике перемещались между книжными стеллажами, кто-то кричал, что-то падало и разбивалось.

– Что происходит? – Орлов остановил пробегавшего мимо молодого человека.

– Внизу! – выдохнул тот. – Что-то… кто-то… Они ищут кого-то!

Орлов и Елена переглянулись.

– Есть другой выход? – быстро спросил инспектор.

– Служебная лестница в конце коридора, – ответила она. – Ведёт во двор.

Они поспешили в указанном направлении, но когда уже почти достигли лестницы, впереди раздался оглушительный треск, словно что-то тяжёлое проломило пол.

Орлов рывком отбросил Елену назад, прикрывая собой, и выхватил пистолет.

В конце коридора появилась высокая фигура в тёмном плаще. Лицо скрывала тень капюшона, но даже в полумраке Орлов заметил нечеловеческое свечение глаз.

– Назад! – скомандовал он, поднимая оружие.

Фигура издала низкий, вибрирующий звук, похожий на смех. Затем существо сделало шаг вперёд, и Орлов увидел его руки – длинные, с удлинёнными пальцами, заканчивающимися не ногтями, а чем-то похожим на когти.

– Григорий Александрович, не стреляйте! – прошептала Елена. – Это не поможет…

Существо подняло руку, и в воздухе возникло нечто, напоминающее сгусток тени. Орлов почувствовал пробирающий до костей холод.

– Бегите! – крикнул он, толкая Елену в боковой коридор.

Они едва успели скрыться за углом, когда там, где они только что стояли, стена взорвалась фонтаном каменной крошки и щепок. Воздух наполнился звуком, напоминающим шипение змеи, усиленное в сотни раз.

– Что это за тварь? – выдохнул Орлов, пока они бежали по извилистым коридорам старого особняка.

– Демон! – ответила Елена на бегу. – Низшего порядка, судя по форме. Но очень сильный для своего вида.

– Как его остановить?

– Серебро, железо, освящённые предметы… Сюда! – Она резко свернула, толкая неприметную дверь.

Они оказались в небольшой комнате, заставленной всевозможными магическими аксессуарами – амулетами, кристаллами, травами, ритуальными кинжалами.

– Ваш эфирометр! – Елена указала на карманные часы, которые Орлов всё ещё сжимал в руке. – Он может послужить фокусом для защитного заклинания.

Она быстро достала с полки несколько кристаллов и флакон с серебристой жидкостью.

– Это благословенная ртуть, – пояснила она, капая жидкость на крышку эфирометра. – Держите крепче и повторяйте за мной.

Елена начала произносить слова на странном языке, который Орлов никогда раньше не слышал. Воздух вокруг начал мерцать, а амулет в его руках стал тёплым.

Внезапно дверь содрогнулась от мощного удара. Древесина треснула, в образовавшуюся щель просунулись длинные когтистые пальцы.

– Быстрее! – Орлов поднял пистолет, целясь в дверь.

– …Sanctus spiritus protego! – закончила Елена, сжимая в ладонях кристаллы, которые теперь ярко светились.

Эфирометр в руке Орлова полыхнул синим светом, и в тот же момент дверь разлетелась в щепки.

Демоническая фигура заполнила дверной проём, но, встретившись с синим свечением, отшатнулась, издав пронзительный вой. Тьма вокруг существа заколебалась, словно в агонии.

Орлов не стал дожидаться, чем закончится противостояние. Он схватил с ближайшей полки тяжёлый серебряный кинжал и метнул его в демона. Клинок вонзился в грудь создания. Демон взвыл ещё громче, его фигура задрожала, теряя чёткость очертаний.

– Круг! – крикнула Елена, хватая кусок мела и быстро чертя на полу символы. – Нам нужно закрыть его здесь!

Но существо было уже на грани развоплощения. С последним шипящим воем оно рассыпалось клубами черноватого дыма, которые быстро истаяли в воздухе.

Орлов и Елена застыли, тяжело дыша и глядя на пустой дверной проём.

– Что… это… было? – выдавил инспектор.

– Демон-ищейка, – ответила Елена, опускаясь на стул. – Их вызывают для поиска и уничтожения конкретной цели.

– Нас?

– Вероятно, вас, Григорий Александрович. Или то, что у вас с собой.

Орлов вспомнил о копии символов, которую всё ещё держал во внутреннем кармане.

– Этого не может быть, – покачал он головой. – Как демон может знать о документе?

– Не сам документ, – задумчиво произнесла Елена. – Но символы на нём… Они могут служить маяком для определённых существ. Особенно если подобный ритуал был недавно активирован.

Она встала и подошла к окну, осторожно выглядывая наружу:

– Нам нужно уходить. Общество будет в опасности, пока вы здесь.

– Мне жаль, что я втянул вас в это, – искренне сказал Орлов.

– Не извиняйтесь, – Елена повернулась к нему. – Я сама выбрала этот путь. Изучение древней магии никогда не было безопасным занятием.

Она подошла к другой двери, ведущей в дальнюю часть здания:

– Через чёрный ход. Моя квартира недалеко отсюда, там будет безопаснее продолжить исследование.

Квартира Елены Соколовой располагалась в тихом переулке недалеко от Таврического сада. Небольшая, но уютная, она была обставлена со вкусом образованной женщины – книжные шкафы, картины, изящная мебель. Единственным намёком на необычные интересы хозяйки служил массивный дубовый стол у окна, заваленный рукописями и странными инструментами.

– Присаживайтесь, – Елена указала на кресло. – Я приготовлю чай. После встречи с демоном это не помешает.

Пока она возилась на маленькой кухне, Орлов осматривал комнату. Его внимание привлекла фотография в серебряной рамке – молодая Елена в компании нескольких мужчин в военной форме. Один из них, высокий офицер с аристократическими чертами лица, стоял рядом с ней, положив руку ей на плечо.

– Мой брат, – сказала Елена, вернувшись с подносом. – Николай. Он служил в Особом отделе Генерального штаба. Погиб три года назад в Маньчжурии.

– Соболезную, – искренне ответил Орлов.

– Он был хорошим человеком. И верил в то, что делает. – Она поставила поднос на столик. – Это он познакомил меня с оккультными науками. Военное ведомство давно интересуется практическим применением эфирной энергии.

Елена разлила чай:

– Но вернёмся к нашей проблеме. Демон, которого мы встретили, был материализованной сущностью, призванной из другого плана бытия. Это требует значительной магической силы и знаний.

– Вы думаете, тот же человек, который убил Мирского?

– Скорее всего. И он явно охотится за информацией о ритуале. Что довольно странно…

– Почему? – Орлов отпил горячий ароматный чай.

– Если он сам провёл ритуал, зачем ему уничтожать его следы? Если только… – Елена внезапно задумалась.

– Если только что?

– Если только ритуал не прошёл так, как планировалось. – Она отставила чашку и подошла к своему рабочему столу. – Давайте ещё раз взглянем на символы.

Орлов достал бумагу и развернул её на столе. Елена зажгла дополнительные лампы и склонилась над рисунком.

– Смотрите, – она указала на символы в конце спирали. – Они резко отличаются от остальных. Более угловатые, более… первобытные. И расположены хаотично, без соблюдения правильной геометрии ритуала.

– Что это значит?

– Это могло быть добавлено позже. Возможно, самим Мирским в последние моменты жизни. Или… – она замолчала.

– Или?

– Или чем-то, что проникло через создаваемый портал, – тихо закончила Елена. – Чем-то, что хотело оставить свой знак.

Орлов почувствовал, как по спине пробежал холодок:

– Вы хотите сказать, что ритуал мог сработать? Что что-то действительно… перешло в наш мир?

– Это лишь гипотеза, – быстро ответила Елена. – Но она объясняет многое. Включая демона-ищейку. Такие существа часто используются для заметания следов.

Она подошла к книжному шкафу и достала толстый том в тёмном переплёте:

– "Компендиум демонологии" Агриппы. Здесь могут быть схожие символы.

Следующие два часа они провели, сравнивая символы с различными источниками. Елена методично листала древние трактаты, делая заметки и постепенно создавая более полный перевод.

– Вот что удалось расшифровать, – наконец сказала она, откладывая перо. – "Кровью мудреца открываю путь. Силой разума его связываю тебя. Прими эту жертву как залог верности. Даруй мне власть над эфиром и тайнами пространства. Механическое сердце – ключ к вратам. Я отдаю душу изобретателя в обмен на знание, неподвластное смертным." – Елена перевела дыхание. – А вот эти, последние символы… Они переводятся примерно как: "Договор заключён. Кровь взята. Но условия изменены. Смертный заплатит больше, чем обещал. Первый из семи ключей обретён. Шесть осталось."

– Первый из семи ключей? – переспросил Орлов. – Что это значит?

– Не уверена, – Елена покачала головой. – Но в некоторых древних текстах упоминаются "Семь Ключей Бездны" – артефакты или знания, способные полностью открыть врата между мирами.

– И Мирский стал первой жертвой, – мрачно заключил Орлов. – А значит, будут и другие.

– Если мы правильно интерпретируем символы, то да, – кивнула Елена. – Убийца, вероятно, заключил договор с демоническим существом, но не до конца понимал, во что ввязывается. Теперь он – или существо, с которым он связан, – будет искать остальные "ключи".

– Но что это за ключи? Люди? Предметы?

– Возможно, и то, и другое. – Елена задумчиво постукивала пальцами по столу. – В оккультной традиции часто встречается идея, что определённые знания могут быть "заключены" в конкретных личностях. Людях с особыми талантами или способностями.

– Мирский был гением в области эфиромеханики, – сказал Орлов. – Значит, следующая жертва может быть кем-то с похожими талантами.

– Или с дополняющими, – добавила Елена. – Если целью является открытие портала между мирами, то потребуются разные области знаний: механика, алхимия, теоретическая магия…

Орлов встал и начал расхаживать по комнате:

– Нам нужен список. Люди в Петербурге, обладающие глубокими знаниями в этих областях. Они в опасности.

– Такой список будет довольно длинным, – предупредила Елена. – Петербург – центр научной и оккультной мысли Империи.

– Начнём с самых выдающихся, – решил Орлов. – И с тех, кто мог иметь связи с Мирским.

Елена кивнула и направилась к секретеру:

– У меня есть членские списки нескольких научных обществ. Это будет хорошим началом.

Внезапно в дверь постучали – три резких удара. Орлов и Елена замерли, переглянувшись.

– Вы кого-то ждёте? – тихо спросил инспектор, инстинктивно кладя руку на рукоять пистолета.

– Нет, – так же тихо ответила она.

Стук повторился, более настойчиво.

– Госпожа Соколова! – раздался мужской голос. – Откройте, пожалуйста. Это касается инцидента в Обществе эзотерических исследований.

Орлов подал знак Елене оставаться на месте, а сам осторожно подошёл к двери:

– Кто там?

– Аристарх Николаевич Белов, представитель "Аурелии". У меня официальное поручение.

Орлов узнал голос. Тот самый человек, который был в мастерской Мирского. Аристарх Белов.

– Откройте, инспектор Орлов, – продолжил голос. – Я знаю, что вы там. И мы оба заинтересованы в разрешении этой ситуации.

Елена вопросительно посмотрела на Орлова. Тот после секундного колебания кивнул – у них не было особого выбора. Если Белов знал, что инспектор здесь, значит, у "Аурелии" были свои способы наблюдения.

Орлов отодвинул засов и открыл дверь, не убирая руку с пистолета.

В коридоре стоял Аристарх Белов – высокий, безупречно одетый мужчина лет тридцати пяти, с аристократическими чертами лица и внимательными серыми глазами. Его светлые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а тонкие усы подстрижены по последней моде. За ним виднелись двое крепких мужчин в строгих костюмах – очевидно, охрана.

– Инспектор Орлов, – Белов слегка кивнул. – Госпожа Соколова. Прошу прощения за позднее вторжение, но обстоятельства требуют срочного разговора.

– Входите, – Орлов отступил в сторону, пропуская Белова, но преградил путь сопровождающим. – Только вы.

Белов кивнул своим людям оставаться в коридоре и вошёл в квартиру. Его взгляд быстро оценил обстановку, задержавшись на столе с рукописями и копией ритуальных символов.

– Я вижу, вы продвинулись в расследовании, – заметил он, указывая на бумаги. – Это хорошо. Время работает против нас.

– Против кого именно, господин Белов? – холодно спросил Орлов. – И как вы узнали, где меня найти?

– "Аурелия" располагает определёнными ресурсами для отслеживания эфирных возмущений, – спокойно ответил Белов. – А появление демона-ищейки в центре города трудно не заметить. К счастью, вам удалось избавиться от него до того, как случилось непоправимое.

– Откуда вам известно о демоне? – вмешалась Елена.

Белов повернулся к ней:

– Госпожа Соколова, "Аурелия" существует уже почти два столетия именно для того, чтобы контролировать подобные явления. Мы знаем о каждом значительном магическом всплеске в городе.

Он снова обратился к Орлову:

– Я пришёл предложить сотрудничество, инспектор. То, с чем вы столкнулись, выходит далеко за рамки обычного уголовного дела. Это угроза для всего города, возможно, для всей Империи.

– Интересное предложение от человека, который пытался помешать моему расследованию с самого начала, – парировал Орлов. – Который изъял улики с места преступления раньше, чем туда прибыла полиция.

Белов вздохнул:

– Я действовал в соответствии с полномочиями "Аурелии". Некоторые артефакты слишком опасны, чтобы оставлять их без присмотра.

– Например, "Хронометр эфира"? – Орлов внимательно наблюдал за реакцией Белова.

– Именно, – кивнул тот. – Изобретение Мирского сейчас находится в безопасном хранилище "Аурелии", где наши специалисты изучают его свойства.

– И как продвигается изучение? – спросил Орлов с нотой иронии. – Уже выяснили, как использовать его для открытия портала?

На лице Белова промелькнуло раздражение:

– Вы слишком доверяете слухам, инспектор. "Аурелия" не стремится открывать порталы в другие миры. Наша цель – защита этого мира от угроз, подобных той, что убила Мирского.

Он сделал паузу, затем продолжил более мягким тоном:

– Послушайте, Григорий Александрович. Я понимаю ваше недоверие. Но сейчас не время для межведомственных конфликтов. Демон, напавший на вас сегодня, – лишь начало. Если мы правильно интерпретируем ритуальные символы, найденные у тела Мирского, то дело касается "Семи Ключей Бездны".

– Вам тоже известна эта легенда? – вмешалась Елена.

– Более чем, – ответил Белов. – "Аурелия" исследует её уже несколько десятилетий. И если кто-то действительно пытается собрать эти ключи… – он покачал головой, – последствия будут катастрофическими.

Орлов скрестил руки на груди:

– Допустим, я поверю в вашу искренность. Чего вы хотите от меня?

– Информации, – просто ответил Белов. – Всего, что вам удалось узнать о ритуале и убийце. В обмен "Аурелия" предоставит вам доступ к нашим ресурсам и знаниям.

– И, разумеется, я должен передать дело в ваше ведение? – скептически спросил Орлов.

– Нет, – неожиданно ответил Белов. – Вы продолжите официальное расследование. Ваше положение в полиции даёт определённые преимущества, которыми "Аурелия", при всём своём влиянии, не располагает. Но вы будете действовать в координации с нами.

Орлов задумался. Предложение было неожиданным и, надо признать, разумным. Но что-то в поведении Белова настораживало его.

– Скажите, господин Белов, – медленно произнёс он, – как получилось, что "Аурелия", при всём своём влиянии и возможностях, не смогла предотвратить убийство Мирского? Ведь он работал на вас, не так ли?

Лицо Белова на мгновение застыло:

– Отношения Мирского с "Аурелией" были… сложными. Он был независимым исследователем, хотя мы и финансировали некоторые его проекты. В последние месяцы он стал более скрытным, менее склонным к сотрудничеству. – Белов сделал паузу. – Если говорить откровенно, мы опасались, что он может быть вовлечён в нечто опасное. Но не предполагали, что опасность настолько серьёзна.

– Или вы просто присматривали за ним, пока его изобретение не было завершено, – предположил Орлов. – А затем решили, что изобретатель больше не нужен.

Белов резко выпрямился:

– Это серьёзное обвинение, инспектор. И совершенно безосновательное. "Аурелия" не убивает своих сотрудников.

– Но вы заинтересованы в "Хронометре", – вмешалась Елена. – И в знаниях Мирского о порталах.

– Конечно, заинтересованы, – согласился Белов. – Как и в том, чтобы эти знания не попали в руки тех, кто использует их во вред. Что, собственно, и произошло.

Он достал из внутреннего кармана пиджака конверт и положил его на стол:

– Здесь информация, которая может быть вам полезна. Список людей в Петербурге, обладающих знаниями, которые могут заинтересовать нашего убийцу. Потенциальные жертвы или… соучастники.

Орлов взял конверт, но не стал открывать:

– Почему вы делитесь этим со мной?

– Потому что люди из этого списка начали исчезать, – серьёзно ответил Белов. – За последние три дня двое специалистов в области теоретической эфиромеханики не явились на работу и не обнаружены дома. Ещё один, алхимик, был найден мёртвым в своей лаборатории этим утром. Официальная причина – несчастный случай, но наши эксперты обнаружили следы ритуальных манипуляций.

– Почему я не слышал об этих случаях? – нахмурился Орлов.

– Потому что "Аурелия" имеет возможности ограничивать распространение определённой информации, – ответил Белов. – Особенно когда речь идёт о магических преступлениях. Паника – последнее, что нам нужно сейчас.

Он подошёл к окну, глядя на тёмную улицу:

– Что-то пробуждается, инспектор. Что-то древнее и опасное. И если мы не остановим это сейчас, Петербург может стать вратами для сил, которые человечество не видело со времён Тёмных веков.

Елена и Орлов переглянулись. Несмотря на всё недоверие к Белову, его слова звучали искренне. И, что важнее, совпадали с их собственными выводами.

– Хорошо, – наконец сказал Орлов. – Я ознакомлюсь с вашей информацией. Но у меня есть условие.

– Слушаю, – Белов повернулся к нему.

– Я хочу увидеть "Хронометр". И поговорить с вашими специалистами, изучающими его.

Белов слегка нахмурился:

– Это… сложно организовать. Доступ в лаборатории "Аурелии" строго ограничен.

– Тогда наше сотрудничество не состоится, – твёрдо сказал Орлов. – Я не могу расследовать дело, не имея доступа к ключевой улике.

Наступила напряжённая пауза. Белов явно обдумывал ситуацию, взвешивая риски.

– Очень хорошо, – наконец сказал он. – Я организую вам доступ. Завтра в полдень. Адрес пришлю с курьером.

Он направился к двери, но остановился на пороге:

– И ещё, инспектор. Будьте осторожны. Демон, напавший на вас сегодня, может вернуться. И следующий может быть гораздо опаснее.

С этими словами Белов вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Орлов и Елена долго молчали, слушая удаляющиеся шаги в коридоре.

– Вы ему верите? – наконец спросила Елена.

– Не полностью, – ответил Орлов, осторожно открывая конверт. – Но в одном он прав – нам нужна информация. И ресурсы "Аурелии" могут быть полезны.

Он развернул листы, находившиеся в конверте. Там был список из двенадцати имён с краткими биографическими данными и адресами. Орлов узнал несколько фамилий – известные учёные, инженеры, оккультисты. Три имени были вычеркнуты – очевидно, те самые люди, о которых говорил Белов.

– Два исчезновения и одно убийство, замаскированное под несчастный случай, – пробормотал Орлов. – И это только те, о которых знает "Аурелия".

– Взгляните, – Елена указала на одно из имён в списке. – Профессор Штерн. Он тоже здесь.

– Да, и его отсутствие в городе весьма подозрительно, – кивнул Орлов. – Возможно, он не жертва, а соучастник.

Елена внимательно изучала список:

– Все эти люди обладают редкими знаниями в области эфиромеханики, алхимии или древней магии. Вместе они действительно могли бы создать полноценный портал между мирами.

– Или уже создали, – мрачно добавил Орлов. – И теперь расплачиваются за это.

Он собрал бумаги и спрятал их обратно в конверт:

– Мне нужно возвращаться. Утром я проверю эти имена по полицейским сводкам, возможно, есть ещё жертвы, о которых "Аурелия" не знает.

– Вы не можете идти один, – возразила Елена. – После нападения демона…

– Именно поэтому я должен идти один, – перебил её Орлов. – Если эти создания могут как-то отслеживать символы, которые я ношу с собой, я не хочу подвергать вас опасности.

– Тогда оставьте копию здесь, – предложила Елена. – Я продолжу работу над переводом.

Орлов покачал головой:

– Слишком рискованно. Если Белов прав, и демоны вернутся…

– Я могу защитить себя, – твёрдо сказала Елена. – И у меня есть средства для сокрытия магических следов.

Орлов колебался, но в конце концов согласился:

– Хорошо. Но будьте предельно осторожны. И при малейшей опасности уничтожьте документы.

Он оставил копию символов Елене, они обменялись контактной информацией, и Орлов направился к двери.

– Григорий Александрович, – окликнула его Елена. – Не доверяйте Белову полностью. В истории "Аурелии" есть тёмные страницы, о которых предпочитают не вспоминать.

– Я знаю, – кивнул Орлов. – Но иногда приходится сотрудничать даже с теми, кому не доверяешь полностью.

Он вышел в тёмный коридор, держа руку на рукояти пистолета. Город за окнами был погружён в ночную мглу, а где-то в этой мгле скрывались силы, с которыми инспектору ещё предстояло столкнуться.

ГЛАВА 4: В ЛОГОВЕ "АУРЕЛИИ"

Жемчужно-серый рассвет медленно разливался над Санкт-Петербургом, когда Григорий Орлов прибыл к условленному месту встречи. Елена Соколова уже ждала его там – тёмная фигура на фоне просыпающегося города, закутанная в строгое пальто с высоким воротником.

– Доброе утро, Григорий Александрович, – кивнула она, когда инспектор приблизился. – Вы выглядите утомлённым.

– Не мог заснуть, – признался Орлов. – Слишком много мыслей.

Действительно, после визита к Елене он провёл бессонную ночь, перебирая документы дела и размышляя о странном поведении Белова. Что-то в словах представителя "Аурелии" не складывалось в единую картину.

Утром Орлов получил обещанное сообщение от Белова – адрес и время встречи. Но вместо того, чтобы отправиться в официальную резиденцию "Аурелии" на Фонтанке, они с Еленой стояли сейчас перед неприметным трёхэтажным зданием в тихом переулке Васильевского острова.

– Вы уверены, что нам стоит делать это? – спросила Елена, глядя на здание с настороженностью. – Встреча с Беловым назначена только через три часа.

– Именно поэтому мы здесь сейчас, – ответил Орлов. – Я хочу увидеть, что происходит в этом месте до того, как нас проведут по заранее подготовленному маршруту.

Он достал из кармана сложенный лист бумаги – копию документа из архивов полицейского управления, которую удалось добыть ранним утром.

– Согласно официальным записям, это здание принадлежит "Васильевскому научному обществу", – сказал Орлов. – Но в налоговых документах указано, что все счета оплачиваются через финансовую структуру, связанную с министерством внутренних дел. То же подставное юридическое лицо, которое оплачивает аренду известных мне объектов "Аурелии".

– Значит, это одна из их тайных лабораторий, – кивнула Елена. – Но как мы попадём внутрь?

Орлов достал из другого кармана небольшой металлический предмет – маленький, тускло поблёскивающий амулет с выгравированным символом "Аурелии".

– Это принадлежало моему старому знакомому, – пояснил он. – Он работал на них до своей смерти в прошлом году. Говорил, что это универсальный ключ к их объектам второго уровня доступа.

– И вы уверены, что он всё ещё работает? – с сомнением спросила Елена.

– Нет, – честно ответил Орлов. – Но это лучшее, что у нас есть. Если не сработает… придётся импровизировать.

Елена кивнула, поправляя шляпку и вуаль, скрывавшую её лицо:

– Я готова. И если понадобится магическая поддержка…

– Только в крайнем случае, – прервал её Орлов. – Использование магии может активировать их защитные системы.

Они неторопливо двинулись к зданию, стараясь выглядеть как обычные прохожие. Утренняя улица была почти безлюдна – лишь дворник подметал тротуар неподалёку, да извозчик дремал на козлах своего экипажа.

Дойдя до здания, Орлов незаметно осмотрелся. Никакой видимой охраны, двери заперты. Но опытный глаз инспектора различил тонкие магические нити, опутывающие входную дверь – охранные заклинания, настроенные на обнаружение незваных гостей.

– Охранный контур, – тихо сказал он Елене. – Довольно сложный.

– Я вижу, – кивнула она. – Но не сплошной. Есть… пробелы. Для тех, кто имеет право входа.

Орлов поднял амулет, незаметно держа его в ладони. Подойдя к двери, он прижал металлический символ к едва заметному углублению рядом с дверной ручкой.

Мгновение ничего не происходило. Затем раздался тихий щелчок, и магические нити вокруг двери слегка колыхнулись, образуя проход.

– Сработало, – с облегчением выдохнул Орлов, осторожно поворачивая дверную ручку.

Они быстро проскользнули внутрь, оказавшись в неожиданно просторном вестибюле. Здесь пахло восковой полиролью, старыми книгами и чем-то металлическим – тем особым запахом, который бывает в механических мастерских.

Вестибюль был пуст, но из глубины здания доносились приглушённые звуки – голоса, шаги, металлический лязг.

– Кажется, здесь довольно оживлённо для раннего утра, – шепнула Елена.

Орлов кивнул, внимательно осматриваясь. Слева находилась лестница, ведущая на верхние этажи, прямо – широкий коридор с несколькими дверями, справа – массивная двустворчатая дверь с табличкой "Библиотека".

– Куда пойдём? – спросила Елена.

Орлов прислушался к звукам, доносящимся из глубины здания.

– В библиотеку, – решил он. – Оттуда не слышно голосов, значит, вероятность столкнуться с кем-то меньше. К тому же, мы ищем информацию, а где её найти, как не в библиотеке?

Они осторожно пересекли вестибюль и подошли к двери библиотеки. Орлов снова использовал амулет, и дверь поддалась без сопротивления.

Библиотека оказалась огромным залом с высокими потолками и множеством книжных шкафов, образующих настоящий лабиринт. Вдоль стен тянулись галереи с дополнительными полками, соединённые узкими металлическими лестницами. Утренний свет проникал через большие окна, покрытые тонкой металлической сеткой с выгравированными защитными символами.

– Невероятно, – прошептала Елена, оглядываясь вокруг. – Здесь собраны книги, которые считались утерянными столетия назад. Смотрите! – она указала на один из шкафов. – "Книга Врат" Ибн Гебироля, "Эфирная механика" Парацельса…

– Мы пришли не за книгами, – напомнил Орлов, хотя сам не мог скрыть впечатления от увиденного. – Нам нужны документы "Аурелии", касающиеся Мирского и его изобретения.

Елена с трудом оторвала взгляд от редких томов и кивнула:

– Вы правы. Где, по-вашему, могут храниться административные документы?

Орлов осмотрелся. В дальнем конце зала виднелся большой письменный стол и несколько шкафов, отличавшихся от остальных – более современные, с металлическими фасадами и замками.

– Там, – указал он. – Похоже на рабочее место библиотекаря или архивариуса.

Они двинулись к столу, стараясь двигаться бесшумно по натёртому до блеска паркету. Добравшись до места, Орлов с удовлетворением отметил, что стол не пустовал – на нём лежали бумаги, журналы учёта и даже чашка с остывшим чаем. Работа здесь шла буквально до последнего момента.

– Похоже, библиотекарь недавно вышел, – шепнул он Елене. – Нужно действовать быстро.

Елена кивнула и принялась осматривать ближайший шкаф, в то время как Орлов занялся бумагами на столе.

Документы были рассортированы в аккуратные стопки – отчёты о проведённых исследованиях, запросы на доступ к определённым материалам, инвентарные описи. Большинство бумаг имели гриф "Для внутреннего пользования" и печать "Аурелии".

– Что-нибудь интересное? – спросила Елена, перебирая папки в шкафу.

– Обычная административная рутина, – ответил Орлов, продолжая просматривать документы. – Подождите… вот это может быть полезным.

Он извлёк из стопки тонкую папку с надписью "Проект 'Хронос' – отчёт о текущем статусе". Быстро пролистывая страницы, Орлов находил всё более интересные детали.

– Здесь говорится о работе Мирского, – произнёс он, не отрываясь от чтения. – "Хронометр эфира" был частью более крупного проекта "Аурелии". Они исследуют возможность… – он запнулся, вчитываясь в текст, – возможность использования портальных технологий для военных целей.

– Военных? – переспросила Елена, подходя ближе.

– Да. Здесь упоминается "мгновенная переброска войск", "проникновение за линии противника", "доступ к ресурсам иных пространств"… – Орлов покачал головой. – Белов говорил, что "Аурелия" не стремится открывать порталы в другие миры. Похоже, это была прямая ложь.

– Смотрите дальше, – настаивала Елена, заглядывая через его плечо. – Кто руководит проектом?

Орлов перевернул страницу:

– Научный руководитель – профессор Штерн. А общее кураторство осуществляет… – он прищурился, вглядываясь в подпись, – граф Михаил Северский, действительный тайный советник.

– Северский? – удивилась Елена. – Он входит в ближайшее окружение Императора. Специальный советник по вопросам государственной безопасности.

Орлов кивнул:

– Значит, проект имеет поддержку на самом высоком уровне. Но почему Мирский был убит? И кто стоит за ритуалом?

Он продолжил изучать документы, пока Елена вернулась к шкафам, методично просматривая их содержимое.

– Григорий Александрович, – позвала она через несколько минут. – Думаю, вам стоит взглянуть на это.

Она держала в руках тонкую кожаную папку тёмно-синего цвета с золотым тиснением. Орлов подошёл ближе и увидел название: "Протокол Бездны – исторические предпосылки и современное применение".

– Что это? – спросил он, принимая папку из рук Елены.

– Судя по всему, исследование о древних ритуалах призыва, – ответила она. – И о том, как "Аурелия" адаптирует их для своих целей.

Орлов открыл папку и быстро пробежал глазами первую страницу:

"Секретно. Только для глаз инициированных членов Круга Высшего Доступа.

Протокол Бездны является кульминацией двухвекового исследования межпространственных барьеров и методов их преодоления. С точки зрения современной эфиромеханики, древние ритуалы призыва демонических сущностей могут быть интерпретированы как примитивные, но эффективные методы создания каналов между нашим миром и иными планами существования.

Исследования, проведённые "Аурелией" с 1856 по 1903 гг., позволили синтезировать научный и оккультный подходы, создав теоретическую базу для контролируемого открытия порталов без необходимости жертвоприношений и других варварских элементов древних ритуалов.

Проект "Хронос" является практическим воплощением этих исследований. Изобретение инженера Мирского – "Хронометр эфира" – представляет собой механическое устройство, способное стабилизировать и удерживать портал достаточное время для практического использования…"

– Боже мой, – прошептал Орлов. – Они не просто исследуют порталы. Они планомерно работают над их созданием уже десятилетия.

Он перевернул ещё несколько страниц и остановился на разделе, озаглавленном "Семь Ключей Бездны – интерпретация мифа":

"Древние тексты упоминают семь ключей, необходимых для полного открытия Врат Бездны. В метафорическом смысле эти "ключи" могут быть интерпретированы как семь областей знания, необходимых для создания стабильного межпространственного портала:

Теоретическая эфиромеханика (понимание структуры пространства)

Практическая эфиромеханика (создание механизмов взаимодействия с эфиром)

Алхимическая трансмутация (создание материалов, устойчивых к межпространственным флуктуациям)

Ритуальная геометрия (построение стабильных пространственных структур)

Демонология (понимание природы существ иных планов)

Теургия (методы контроля над призванными сущностями)

Кровная магия (использование жизненной силы для активации портала)

Современный подход "Аурелии" заключается в замене последнего элемента (кровной магии) на технологически более совершенный метод концентрации эфирной энергии через кристаллические структуры…"

– Семь ключей… – задумчиво произнесла Елена, читая через плечо Орлова. – Именно о них говорилось в ритуальных символах возле тела Мирского.

– Да, но там было написано "Первый из семи ключей обретён", – напомнил Орлов. – Если убийца следует этой схеме, то Мирский представлял собой "ключ" практической эфиромеханики.

– И теперь он охотится за остальными шестью, – мрачно заключила Елена.

Орлов перевернул ещё несколько страниц и вдруг замер:

– Смотрите! Здесь список специалистов "Аурелии" по каждому из "ключей".

Они склонились над документом. В списке было семь имён, каждое соответствовало одной из областей. Напротив имени Мирского стоял красный крест.

– Алексей Штерн – теоретическая эфиромеханика, – прочитал Орлов. – Иван Мирский – практическая эфиромеханика. Фёдор Гольцев – алхимическая трансмутация…

– Гольцев! – воскликнула Елена. – Это тот алхимик, который был найден мёртвым вчера, по словам Белова.

Орлов кивнул:

– И напротив его имени тоже стоит крест. – Он продолжил чтение: – Василий Краевский – ритуальная геометрия…

– О нём я слышала, – сказала Елена. – Известный математик, разрабатывает теорию неевклидовых пространств.

– Маргарита Северная – демонология, – продолжал Орлов. – Предположительно родственница графа Северского.

– Его сестра, – кивнула Елена. – Известная в определённых кругах исследовательница оккультизма. Живёт затворницей в своём имении под Петербургом.

– Аристарх Белов – теургия, – прочитал дальше Орлов, и они с Еленой обменялись взглядами.

– Интересно, – протянула Елена. – Наш господин Белов, оказывается, специалист по контролю над демоническими сущностями.

– И последний: Михаил Северский – кровная магия, – закончил Орлов. – Сам граф возглавляет список.

– Что это значит? – нахмурилась Елена. – "Аурелия" пытается создать портал, используя знания этих семи человек? Или…

– Или убийца следует этому же списку, – мрачно произнёс Орлов. – Двое уже мертвы.

Он достал из кармана записную книжку и быстро переписал имена и адреса из документа.

– Нам нужно предупредить остальных, – сказал он. – Если убийца действительно следует этому списку, они в смертельной опасности.

Елена вдруг напряглась:

– Григорий Александрович, кто-то идёт.

Теперь и Орлов услышал шаги, приближающиеся к библиотеке. Он быстро вернул папку Елене, которая поспешно поставила её обратно на полку.

– Сюда, – шепнул Орлов, увлекая Елену в узкий проход между книжными шкафами.

Они едва успели скрыться, когда дверь библиотеки открылась, и внутрь вошли двое мужчин. Один из них был среднего возраста, в строгом костюме с эмблемой "Аурелии" на лацкане – вероятно, библиотекарь. Второй… Орлов напрягся, узнав посетителя. Это был сам Аристарх Белов.

– …и убедитесь, что все материалы по проекту "Хронос" перемещены в хранилище особого доступа, – говорил Белов библиотекарю. – После инцидента с Мирским нам необходимо усилить секретность.

– Да, господин Белов, – кивнул библиотекарь. – Я как раз работал с документами, когда вы вызвали меня.

Они направились к столу, за которым Орлов и Елена изучали бумаги всего несколько минут назад. Библиотекарь вдруг замер, уставившись на стол:

– Странно…

– Что такое? – резко спросил Белов.

– Я не оставлял документы в таком порядке, – нахмурился библиотекарь. – Они были сложены иначе.

Белов мгновенно насторожился:

– Вы уверены?

– Абсолютно, – кивнул библиотекарь. – Я всегда очень педантичен в таких вещах.

Белов окинул взглядом библиотеку:

– Проверьте, все ли документы на месте. Особенно протоколы Совета и материалы по "Хроносу".

Пока библиотекарь торопливо перебирал бумаги, Белов подошёл к шкафам и провёл рукой над одним из них. Его ладонь слегка светилась, очевидно, активируя какое-то магическое устройство.

– Детектор показывает недавнее вмешательство, – произнёс он, нахмурившись. – Кто-то был здесь не более десяти минут назад.

Он повернулся к библиотекарю:

– Поднимите тревогу. Тихую. Без общего оповещения. И вызовите охрану.

Библиотекарь кивнул и быстро вышел из зала. Белов же остался, методично осматривая помещение. Его рука всё ещё светилась мягким голубоватым светом, который, казалось, усиливался, когда он направлял ладонь в сторону укрытия Орлова и Елены.

– Я знаю, что вы здесь, – вдруг произнёс Белов в пустоту. – Выходите сами, или ситуация станет очень неприятной для всех нас.

Орлов переглянулся с Еленой. Она беззвучно прошептала что-то и коснулась маленького амулета на своей шее. Вокруг них возникло лёгкое мерцание – защитное заклинание.

Белов медленно приближался к их укрытию:

– Последний шанс уйти мирно. Я не знаю, кто вы и как проникли сюда, но "Аурелия" может быть снисходительна к тем, кто сотрудничает.

Орлов принял решение. Он сжал в одной руке пистолет, а другой крепко держал амулет, полученный от Грейса.

– Инспектор Орлов? – удивлённо произнёс Белов, когда они вышли из-за стеллажа. – И… госпожа Соколова? Вот это сюрприз.

– Не такой большой, как ваше участие в проекте "Хронос", господин Белов, – холодно ответил Орлов. – Особенно учитывая ваши заверения, что "Аурелия" не стремится открывать порталы в другие миры.

Лицо Белова на мгновение застыло, затем он улыбнулся – но улыбка не коснулась его глаз:

– Я вижу, вы воспользовались моим приглашением несколько… преждевременно. И без сопровождения.

– Мы решили провести собственную экскурсию, – парировал Орлов, не опуская пистолет. – И обнаружили много интересного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.