Ксандер Реднаск
Сердце тигра

Пролог.

– Слушай, Форд, я понимаю, тебе тяжело, но так надо, – прошептала Анабель, голос едва доносился до сына. Лицо её было бледным, а зеленые глаза, обычно такие яркие и полные жизни, потускнели, словно потеряли свой цвет, оставляя лишь бледное, стеклянное отражение. Форд чувствовал, как в горле застрял ком, душа разрывалась на части. Эти глаза, которые всегда были для него источником тепла и любви, не должны были так рано угасать.

– Почему ты раньше не сказала? Почему? – всхлипнул Форд, слова вырывались из него с трудом. Сердце колотилось бешено, словно птица, пытающаяся вырваться из клетки. – Почему я узнаю об этом в последнюю очередь? Почему ты не сказала, что смертельно больна? Почему я… я…

Горькие слёзы градом катились по его щекам, падая на её ладонь. Мягкие, тёплые ладони, которые всегда так нежно гладили его волосы, касались его лица. Ладони, полные любви и заботы, теперь казались хрупкими и холодными.

– Не плачь, мой лютик, я всегда буду с тобой, – Анабель слабо улыбнулась, приложив свою руку к его лицу. Её взгляд, полный надежды и бесконечной любви, казался последней искрой в затухающем пламени. Она надеялась, что сын смирится с неизбежностью происходящего.

– Объясни, как я без тебя буду? Где я буду? – Форд с трудом дышал, чувствуя, как давление в груди нарастает, заглушая голос разума. Эмоции хлынули через край, оглушая и заставляя его терять контроль.

– Ты будешь жить с отцом, – прошептала Анабель, закрыв глаза, чтобы не видеть отчаяние сына.

– С кем? – Форд сжал её ладонь, в голосе смешались гнев и недоверие. – Ты говорила, что он мёртв.

– Прости, что скрывала правду, – Анабель замолчала, собираясь с силами. На мониторе, следящем за её состоянием, пульс замедлился.

– Так, ты только не волнуйся, пожалуйста, все хорошо – с беспокойством произнёс Форд.

Пульс на экране внезапно исчез. Форд почувствовал, как внутри всё обрывается. В тот же миг окружающий мир затих, словно выключили звук. Он оказался в вакууме: гул больничной палаты, писк аппаратов, шаги медсестер – все исчезло, оставив его в гнетущей тишине.

Словно в замедленной съемке, он посмотрел на экран. Прямо там, где ещё так недавно мерцал ритмичный график, теперь не было ничего – лишь холодная, мёртвая линия, которая забрала с собой его надежды. Шум в его голове нарастал до невыносимой степени, словно его собственные мысли и эмоции становились звуковым потоком, который готов был расправиться с ним. Сердце его колотилось безумно, не желая подчиняться единственному разумному чувству – страху.

В груди замирало какое-то нечеловеческое отчаяние, которое давило на Форда, будто целый мир обрушился на его хрупкие плечи. Он пытался глубоко вдохнуть, но воздух, казалось, исчез из легких. Каждый вдох обжигал, будто в груди росло что-то, что вот-вот должно было разорваться, выплеснув наружу всю его боль и ярость на этот бессмысленный мир.

Пронзительный холод обдал его, даже несмотря на горячие слёзы, которые стремительно катились по щекам. Форд не мог понять, как это могло произойти. Его рука, стиснутая в ладони матери, казалась единственным связующим звеном с реальностью. Но теперь эта связь, этот самый мир, который казался ему незыблемым, обрушился в одно мгновение.

Холодный пот покрыл кожу Форда. Он не мог понять, что происходит, его разум запутался в клубах ужаса и неверия. Как завороженный, он продолжал смотреть на пустой монитор, на место, где ещё секунду назад пульсировала линия жизни его матери. Форд отчаянно, безнадёжно ждал, надеясь увидеть знакомый ритмичный график, увидеть хотя бы малейшее движение, свидетельство того, что всё это – кошмарный сон.

Но надежда таяла, как дым, растворяясь в бездонной пустоте его мыслей. Мир вокруг поплыл, голова закружилась, и Форд почувствовал, как земля уходит из-под ног. Ощущение потери равновесия, нараставшее с каждой секундой, привело его к падению. Он осел на пол, спиной прислонившись к холодной, твёрдой стене. В полумраке палаты, сквозь пелену слез и ужаса, он заметил, как рука его матери, бледная и неестественно холодная, слегка опустилась, повиснув безвольно в его собственной. Тонкие пальцы, всегда такие теплые и ласковые, теперь лежали неподвижно, окончательно лишенные жизни, и это осознание обрушилось на Форда новой, невыносимой волной боли.

Анабель, его любящая мать, умерла.

Глава 1.

Двухчасовое молчание в машине давило на Форда. Смерть матери – Анабель – произошла всего два дня назад. Образ её бледного лица, застывшего в последнем спокойствии в дубовом гробу, преследовал его, не давая ни на секунду забыть о пустоте, образовавшейся в его жизни.

– У тебя хорошие друзья. Подарили подарки на прощание, долгие разговоры и объятья. Никогда не видел, что бы так кого-то провожали, – прервал тишину Джейк, голос его звучал осторожно, словно он боялся потревожить хрупкое равновесие, царившее в машине.

Форд промолчал. Разговор с отцом, которого он не видел семнадцать лет, казался невозможной задачей. Сейчас, окруженный горем, любое общение казалось лишним.

– Да, они крутые, – наконец, ответил Форд, голос его был низким, сдавленным. Он понимал, что отец не виноват в его подавленном настроении, но эмоциональные силы были на исходе.

– В нашем городе ты много найдёшь друзей. У нас небольшой городок, но весьма интересный, я думаю… – Джейк сделал попытку поддержать разговор, но Форд его перебил.

– Слушай, папаша, давай продолжим ехать в тишине? – парень чувствовал, как его терпение иссякает. Он был измотан, искусан горем, и любое общение, любой вопрос отца казались навязчивыми. Ему хотелось только одного: лечь в кровать, заснуть и никогда больше не просыпаться. Но реальность оказалась куда более жестокой.

Через полчаса они въехали в Сант-Бернардино. Город и правда был небольшой, спокойный, с домами самых разных архитектурных стилей, расположенными среди пышной зелени. Машина остановилась перед небольшим, но уютным двухэтажным домиком, окутанным мягким светом закатного солнца.

– Вот твой будущий дом, – Джейк заглушил двигатель. – Сейчас я помогу разгрузить вещи и заодно покажу твою комнату.

– Нет необходимости, я сам могу отнести вещи, – огрызнулся Форд, чувствуя раздражение. Он хотел побыстрее оказаться в одиночестве, но Джейк преградил путь, закрыв двери машины.

– Слушай, Форд, я понимаю тебя, случилось большое горе. Ты узнал об отце, которого не видел семнадцать лет. У меня нет опыта быть хорошим родителем. Но дай мне шанс. Дай мне шанс исправить упущенное время, – голос Джейка был искренним, полным нежности и осторожной надежды.

Форд вздохнул, закатил глаза, но ничего не ответил. Он не хотел ничего от этого незнакомого человека, но выбора у него не было. Придется жить с ним, придется терпеть.

– Хорошо, – пробормотал он, – только аккуратно, в сумках ценные вещи.

Они выгрузили багаж и понесли вещи в дом. Джейк открыл дверь, и они вошли. В этот момент раздался девчачий голос, полный ожидания.

– Джейк, ты почему так долго? Я заждалась!

– Силли, я тут не один, – ответил Джейк.

В этот момент из глубины дома выпорхнула девушка. Высокая и стройная, Силли излучала уверенность и жизненную энергию. Её фигура плавно изгибалась, создавая идеальные линии: узкая талия, которая переходила в более широкие бедра, словно подчеркивала все достоинства девушки. Длинные черные волосы, густые и переливающиеся на свету, струились по её спине, как шелковистая река, удивительно контрастируя с округлыми формами её тела. Серые глаза сияли, как утренний туман, полный таинственных секретов. Её губы были полными и теплыми, нежного розового оттенка, будто только что укушенными.

– Ух ты, это что, ваш двойник? Вот только молодой, – Силли захихикала, её взгляд зацепился за Форда.

– Нет, это мой сын, – Джейк ответил спокойно, но в его голосе прозвучала гордость.

Удивлённые глаза Силли говорили сами за себя. Она, видимо, представляла Джейка одиноким мужчиной, а теперь перед ней вдруг предстал его сын. Форд чувствовал на себе её пристальный взгляд, и эта внезапная близость появившейся девушки заставила его почувствовать неловкость и одновременно любопытство.

– Я и не знала, что у вас есть сын! Почему ты мне не говорил? – спросила она, нахмурив брови.

– Да я и сам не знал, – ответил Джейк, немного смущённо почесав затылок. Его слова звучали искренне, без фальши.

Силли, словно кошка, бесшумно приблизилась к Форду, который, всё ещё немного ошеломлённый.

– Я Силли Тайним, ваша соседка. Приятно познакомиться, – она протянула руку, её прикосновение было лёгким, едва ощутимым, как прикосновение бабочки.

– Форд Брайт. Твой сосед, – ответил Форд, его голос звучал всё ещё немного робко, но уже без прежней холодности. Он пожал её руку, чувствуя её тепло, которое резко контрастировало с холодным чувством пустоты внутри него. После чего, слегка кивнув, он обошёл её и направился следом за Джейком.

Подъём на второй этаж был недолгим. Силли, словно тень, шла за ними, готовая оказать помощь. В её жестах не было навязчивости, только мягкое, едва заметное желание помочь.

Комната Форда была скромной, но уютной. Солнечный свет, проникавший сквозь единственное окно, мягко освещал зелёные стены, белый потолок и ламинат на полу. Кровать, небольшая, но удобная, стояла у стены напротив окна, рядом с ней был письменный стол, а справа, у двери, был встроенный шкаф.

– Форд, я пока схожу за остальными вещами, а ты начинай раскладывать, – сказал Джейк, бросая взгляд на сумку Форда.

– Окей, – ответил Форд, наконец позволяя себе расслабиться хотя бы на немного.

Как только Джейк вышел, Силли сразу же оказалась в комнате. Её присутствие казалось вездесущим, словно она была невидимой нитью, пронизывающей пространство. Форд чувствовал себя неуютно – словно эта странная девчонка уже начала хозяйничать в его пространстве.

– М-да, скудненько тут, – она оглядела комнату, её взгляд задержался на каждой детали, словно она искала что-то особенное. – Но могу помочь её украсить, сделать более привлекательной.

– Уж нет, спасибо, без тебя справлюсь, – Форд ответил резко, его терпение начинало иссякать. Он ещё не был готов к такому натиску.

– А я думала, ты рад знакомству, – Силли надула губы, скрестив руки на груди. Её взгляд стал немного обиженным, но в нём не было злобы, только лёгкое недовольство.

– А ты сообразительная, – ответил Форд, доставая из чемодана фотографию, где он и его мама улыбались, их глаза сияли счастьем. Взгляд на фото вызвал у него очередную волну грусти.

– Ой, а дай мне посмотреть, – Силли подошла ближе, её глаза блестели от любопытства.

– Нет, обойдёшься, – Форд отстранил фотографию, стараясь скрыть свою боль.

Силли, игнорируя его отказ, продолжала настойчиво тянуться к фотографии. Её пальцы, длинные и изящные, словно паучьи лапки, всё ближе подбирались к снимку, на котором Форд и его мама улыбались, запечатлённые в одном из счастливых мгновений. Напряжение между ними нарастало, словно электрический заряд в воздухе. Её настойчивость граничила с дерзостью, но в её глазах не было ничего, кроме искреннего любопытства, смешанного с игривой шаловливостью.

Внезапно, потеряв равновесие, они оба рухнули на кровать. Силли оказалась сверху, её волосы рассыпались вокруг них, словно тёмное облако. Она всё ещё тянулась к фотографии, её лицо находилось совсем близко к лицу Форда, и он ощутил её дыхание на своей коже – тёплое, слегка учащённое.

– Черт, убери свою грудь с моего лица! – рявкнул Форд, но его слова прозвучали скорее, как неловкий протест, чем настоящая ярость. Он чувствовал себя застигнутым врасплох, зажатым в ловушке собственного смущения.

– Наслаждайся лучше, а не жалуйся! – Силли ответила с вызовом, её губы изогнулись в лукавой улыбке. Она продолжала тянуться к фотографии, но теперь её прикосновения стали более осторожными.

В этот момент в дверях появился Джейк. Его лицо выражало смятение, граничащее с недопониманием. Он остановился на пороге, как застывший каменный идол, наблюдая за этой странной, интимной сценой.

– Вы что тут делаете? – голос Джейка звучал тихо.

– Он мне не даёт посмотреть фотографию! – Силли, умело используя своё обаяние, изобразила обиду, её глаза блестели, словно у ребёнка, которому не дали желаемую игрушку.

Форд, немного раздражённый её театральностью, но всё же смущённый сложившейся ситуацией, ответил с лёгкой усмешкой:

– Игра одного актёра.

Джейк вздохнул, словно отгоняя назойливую муху.

– Ладно, не ругайтесь. Этого мне ещё не хватало. Это были последние вещи. Я сейчас приготовлю ужин, и мы все вместе поедим! – Брэгг произнёс это как приговор, после чего, быстро направился к выходу, словно желая побыстрее избавиться от этой неловкой ситуации.

Силли, воспользовавшись моментом, быстро поднялась с кровати, её улыбка была загадочной и немного насмешливой.

– Ой, я бы с радостью, но вот только уроки нужно сделать, так что я не смогу. Я побежала! Жду тебя в школе в понедельник, Форд. Пока! – Она сделала воздушный поцелуй, подмигнув ему и, проскользнув мимо Джейка, исчезла за дверью. Джейк, улыбнувшись, прокомментировал:

– Ох уж эта Силли, в своём репертуаре!

Форд, всё ещё находясь под впечатлением от произошедшего, посмотрел на отца. Неловкость и смущение медленно сменялись чем-то другим. Чувство, которое он не может описать.

– Странные между вами отношения. И часто она у тебя в доме? Ты с ней что ли спишь? – Форд спросил это с лёгкой насмешкой, но в его голосе слышались нотки нескрываемого интереса.

– Что? – Джейк удивлённо поднял брови, его лицо выражало неподдельное недоумение.

– Какой из вопросов был не понятный? – Форд повторил, ухмыляясь.

Джейк, покраснев, выпалил:

– Черт, Форд, нет! Между нами нет никакой близости. Мы с ней просто устраиваем чаепитие. Это наша маленькая традиция. Так что даже не думай! Я кроме твоей матери никого так и не полюбил! – Он сказал это слишком резко, и сразу же пожалел о своей откровенности.

Форд кивнул, его лицо оставалось непроницаемым. В его глазах мелькнуло что-то сложное, непонятное даже ему самому.

– Понятно. Ладно, иди готовь ужин, а я сам тут дальше разберусь.

Он остался один в комнате, всё ещё ощущая тепло её тела на своей коже, её запах волос в воздухе, и её лукавый взгляд в своих глазах. Все мысли о предстоящей школе отступили на второй план, затмено интригующим знакомством с настойчивой и непредсказуемой Силли Тайним.

Глава 2.

Утро выдалось хмурым, таким же, как и настроение Форда. Серый свет просачивался сквозь шторы, едва рассеивая полумрак в комнате. Часы показывали без четверти восемь – опоздание на первый день в новой школе грозило стать катастрофой. Комната всё ещё напоминала поле боя после переезда: коробки громоздились в углах, вещи валялись на полу, создавая хаотичный ландшафт из футболок, книг и разбросанных носков. Запах картона смешивался с едва уловимым ароматом нового матраса, который, несмотря на свою свежесть, не мог заглушить чувство неуютности, охватившего Форда. Новый дом, новая школа, новый город – всё это казалось чужим, не родным, словно декорации к пьесе, в которой он был вынужден играть незнакомую роль.

– Форд! Ты чего там копаешься? – рявкнул Джейк из-за двери, голос его прорезал утреннюю тишину, словно рассерженный ворон. – Мы опаздываем! Это твой первый день, и ты уже начинаешь с опоздания?!

Форд вздрогнул, сбросив с себя одеяло. Сон липким комом застрял в горле. Он чувствовал себя разбитым, словно после бессонной ночи. Между ним и Джейком до сих пор существовала какая-то натянутая, неловкая связь – отец и сын, которые только начали знакомиться друг с другом.

– Иду, иду, – буркнул Форд, стараясь не показывать своего раздражения, которое, как кипящая вода, подступало к горлу. Он быстро умылся, стараясь не разбрызгать воду по зеркалу, почистил зубы, наспех натянул одежду, чувствуя себя неуклюжим и неловким. Отражение в зеркале показалось ему чужим: бледное, измученное лицо, взъерошенные волосы, словно воронье гнездо, и глаза, полные тревоги и какой-то неясной тоски. Он схватил рюкзак, едва взглянув на царивший в комнате хаос, и бросился вниз.

На кухне его ждал Джейк. Отец стоял, растерянно перебирая содержимое контейнера с завтраком – яичница немного остыла, а тосты уже подсохли. В его неловких движениях, в лёгком беспокойстве в глазах, Форд увидел отражение собственной неуверенности. Джейк, как и он сам, еще не вполне освоился в новой роли – роли родителя, который должен заботиться и направлять. Видно было, что он старается, но пока ещё делал это неуклюже, так же, как и Форд пытался приспособиться к новой жизни.

– Всё готово? – спросил Джейк, немного неуверенно.

Форд молча кивнул, ощущая, как тяжесть в груди немного сжимается от этой неуютной тишины, которая витала между ними. Они вышли на улицу, и Форд увидел Силли.

Она стояла возле машины, словно статуэтка, вырезанная из мрамора. На ней была красивая, светло-голубая блузка, обтягивающая тонкую талию, джинсовая юбка, подчеркивающая изгибы её ног, и чёрные колготки, которые делали её ещё более хрупкой и загадочной. Даже в этом простом наряде она была невероятно красива. Но красота её была омрачена чем-то другим: грустью, тревожностью. Это была не та жизнерадостная Силли, которую Форд видел позавчера. Её глаза, обычно такие яркие и искрящиеся, были потускневшими, словно затянутыми туманом.

– Доброе утро, – тихо сказал Форд.

Силли кивнула, но улыбки на её лице не было. Голос девушки прозвучал почти шёпотом, как последнее прощание:

– Это последнее доброе утро.

Они сели в машину. Джейк за рулём, Форд рядом, а Силли на заднем сиденье, уткнувшись в телефон. Тишину в салоне нарушало лишь тихое бормотание диктора из радиоприёмника, сообщавшего о предстоящем пасмурном дне и вероятности небольшого дождя. Джейк что-то рассказывал о пробках, о новом магазине автозапчастей, который открылся на окраине города, о чём-то ещё… его слова расплывались в голове Форда, словно туман, не достигая сознания. Форд и Силли сидели молча, погруженные в свои мысли. Силли не отрывала взгляд от экрана телефона, её пальцы быстро скользили по сенсорному дисплею.

Когда машина подъехала к школе, Форд почувствовал, как сжалось сердце. Школа казалась огромной, грозной крепостью из серого камня. Высокие, узкие окна, словно глазницы, смотрели на него с холодным безразличием. Массивные колонны поддерживали протяжённый каменный карниз, украшенный вычурными узорами, которые казались старше, чем сам Форд.

Перед входом высились два могучих клёна, их ветви, словно руки, протягивались к небу, затеняя вход в мрачные, обещающие немало трудностей, ворота. Всё вокруг внушало чувство тревоги. Школа стояла, как памятник, воздвигнутый в честь бесконечных уроков, контрольных и экзаменов.

– Ну, вот и всё, – сказал Джейк, выключая зажигание. – Постарайся не опоздать на уроки, и веди себя прилично.

Форд кивнул, но взгляд его был прикован к Силли. Она молча открыла дверцу и выскочила из машины, словно убегая от чего-то ужасного. Форд не услышал последних слов Джейка, его разум был полностью поглощён стремительно удаляющейся фигурой Силли. Форд выскочил из машины, оставляя позади не только недосказанные слова отца, но и какой-то внутренний укор, заставляющий его испытывать неловкость перед Джейком. Бросив взгляд на Брэгга, который остался сидеть в машине, Форд бросился за Силли, словно движимый каким-то необъяснимым импульсом, не понимая до конца, зачем он это делает.

Мимо проносились лица, тела, руки, ноги – всё смешивалось в одном бурлящем потоке, который несётся по школьному двору. Форд пробирался сквозь толпу, стараясь не потерять из виду Силли, его сердце колотилось в груди, заглушая все остальные звуки. И вот, наконец, он увидел её. Она стояла у входа в школу, почти у самого порога. В этот момент Силли совершила жест, который заставил Форда остановиться в оцепенении.

Она резко, почти грубо, толкнула девушку с длинными, светлыми волосами, словно забыв о правилах приличия. Девушка, не ожидавшая столкновения, потеряла равновесие и ударилась о колонну. С глухим стуком она упала на плитку, её светлые волосы рассыпались вокруг головы, напоминая ореол вокруг раненого ангела. Воздух тут же наполнился криками.

– Мерзавка! – раздались выкрики со всех сторон. – Что ты себе позволяешь?!

Силли, не оглядываясь, проскользнула в школу, растворившись в толпе, словно призрак, оставляя после себя лишь след из негодования и возмущения.

Вокруг упавшей девушки собралась толпа зевак. Все стояли, словно коршуны, опустив головы, шепча что-то друг другу. Девушка лежала на полу, её лицо было бледным, а из глаз, с необыкновенным зеленым отливом, катились слёзы. Форд не мог догнать Силли – толпа оказалась слишком плотной, слишком недружелюбной. Но слова одного из зевак, прозвучавшие с явной злобой, заставили его остановиться.

– Этой мерзости ещё воздастся! Она пожалеет о содеянном!

В этот момент что-то внутри Форда сломалось. Он не смог сдержать себя.

– Не смейте так говорить о Силли! – Его голос, неожиданно для самого себя, прорезал гул голосов. Парень не понимал зачем он это сказал, но как будто его нутро подсказывало, что так нужно.

Молчание повисло в воздухе, тяжелое и густое, словно туман, окутывающий всё вокруг. Все затихли, повернув головы к Форду. Его фигура, выделяющаяся среди привычной школьной суеты, казалась одиноким маяком в бушующем море. Незнакомое лицо, одежда, не совсем соответствующая общепринятому стилю, выдавали в нём новичка, чужака в этом давно устоявшемся мире школьных интриг и взаимоотношений. Сотни глаз, устремлённых на него, были полны недоумения, любопытства, и Форд это почувствовал, скрытой враждебности. Некоторые шептались, переглядываясь, оценивая его действия.

Не обращая внимания на толпу подростков, Форд сосредоточился на девушке, быстро оценивая ситуацию. Силли он найдёт позже. Сейчас, в этой ситуации, гораздо важнее помочь пострадавшей.

Он подошёл к девушке, медленно, чтобы не причинить ей ещё большей боли. Опустившись на колени, он внимательно осмотрел её. Светлые волосы, словно золотистый водопад, рассыпались вокруг её головы, контрастируя с бледностью лица. Форд увидел ссадины на коленях, разодранные в кровь, и локоть, тоже поврежденный. Девушка закусила губу, стискивая зубы от боли. Её зелёные глаза были полны слёз и растерянности.

Аккуратно, стараясь не причинить ей лишних страданий, Форд поднял девушку на руки. Её тело было лёгким, хрупким, почти невесомым. Он ощутил её хрупкость, её беззащитность.

– Где здесь медпункт? – спросил Брайт.

Девушка, немного растерянная, показала пальцем в сторону длинного коридора, ведущего вглубь здания. Её глаза, полные благодарности, смотрели на него, испытывая немое удивление.

Брайт, держа девушку на руках, направился к медпункту. Все вокруг смотрели на них. Абсолютно все. Взгляды, полные осуждения, любопытства, восхищения, смешивались в одном густом коктейле. Но Форд шёл, не обращая внимания на все взгляды. Он просто шёл, неся на руках пострадавшую девушку.

– Я могу дойти сама, – пролепетала девушка, её голос был слабым, почти неслышным. – Я слишком тяжелая…

– Нет тяжелых девушек, – перебил Форд, его голос был спокоен, но в нём звучала твердость, уверенность в своих силах. – Есть только слабые парни.

Девушка, удивляясь его решимости, замолчала. Она смогла лишь сказать, немного стесняясь, – Я раньше тебя не видела. Новичок?

Форд кивнул. Он шёл, неся на руках девушку, словно неся на своих плечах ответственность за чужое горе. Он шёл, не обращая внимания на наполняющий коридор гул шепотков и взглядов, и дошёл до медпункта, уверенный в том, что сделал правильный выбор. Даже несмотря на то, что ещё нужно было найти Силли.

Они вошли в медпункт. Небольшое помещение, пахнущее спиртом и йодом, было залито мягким светом настольной лампы с зелёным абажуром, создающим уютную, немного лечебную атмосферу. На стенах висели красочные плакаты, пропагандирующие не здоровый образ жизни и демонстрирующие приёмы оказания первой помощи. Стол медсестры был завален медицинскими журналами, папками с документами и различными принадлежностями – стетоскопом, тонометром, баночками с мазями. За столом сидела медсестра средних лет, её лицо было спокойным, но глаза – добрые и немного усталые, словно за долгие годы работы они повидали многое. Увидев Форда, несущего на руках девушку, она резко поднялась, её движения были быстрыми, но аккуратными, свидетельствующими о многолетнем опыте. Её глаза округлились от неожиданности и лёгкого шока.

– О, Боже! – воскликнула она, её голос был тихим, но в нём чувствовалось искреннее беспокойство. – Положите её на кушетку, пожалуйста! Быстро!

Форд осторожно опустил девушку на мягкую, белую кушетку. Он не ушёл, а остался стоять рядом, наблюдая за действиями медсестры. Его взгляд был сосредоточен, но в глазах читалось облегчение – он выполнил свой долг, помог пострадавшей девушке.

Медсестра начала аккуратно осматривать девушку, задавая ей вопросы мягким, успокаивающим голосом:

– Стелла, что случилось? Сильно болит?

– Не особо, – ответила девушка, слегка бледная, но уже более спокойная, прижимая к себе руку, чтобы уменьшить боль. – Меня толкнули, очень сильно.

– Ушибы, ссадины, – констатировала медсестра, внимательно рассматривая повреждения. Её взгляд задержался на разодранных коленях и локте Стеллы. – Будешь выступать с такими травмами?

– Да, – ответила Стелла, её взгляд случайно встретился со взглядом Форда, и она слегка покраснела. В её глазах мелькнуло что-то, похожее на удивление и нескрываемое любопытство. – Кстати, я тут вспомнила, что нас вчера в чате предупредили о том, что в наш класс придёт новичок. Так что, я думаю это ты без всяких сомнений.

Форд облокотился о дверной косяк, наблюдая за действиями медсестры и Стеллы. Он чувствовал себя немного неловко, но облегчение от того, что Стелла в безопасности, перевесило все остальные чувства.

– Хоть одного человека нашёл, кто проводит в нужный класс, а то честно, не хотел я к директору идти, больше надеялся на Тайним, – пробормотал он себе под нос. Его слова прозвучали тихо, почти шепотом, но девушка всё равно услышала.

Стелла слегка скривилась, её лицо выражало некую скрытую тревогу. Форд, вопросительно посмотрев на неё, собирался задать вопрос, но его опередили. Дверь медпункта резко распахнулась, и в кабинет вбежал ещё один блондин. Он был немного выше Стеллы, с более светлыми, почти платиновыми волосами, и выглядел гораздо более спортивным и подтянутым. Его лицо было перекошено тревожным беспокойством.

– Стелла! – крикнул он, его голос был наполнен явным волнением и паникой. – Что случилось? Всё ли с тобой хорошо?!

– Ничего особенного, – ответила Стелла, стараясь придать своему голосу лёгкость и беззаботность, хотя её колени всё ещё слегка подрагивали от пережитого. Она поправила растрёпанные волосы, покраснела, заметив пристальный взгляд медсестры и беспокойство блондина. Небольшая, едва заметная улыбка тронула её губы. Она чувствовала себя немного неловко под таким внимательным наблюдением.

Блондин, тяжело вздохнув, наконец-то отвёл взгляд от Стеллы и заметил Форда, который по-прежнему стоял у дверного косяка. Его взгляд скользнул по высокой, атлетичной фигуре новичка, задержавшись на широких плечах и мускулистых руках. Удивление, смешанное с легким восхищением, отразилось на его лице. Он был явно не ожидал увидеть такого крепкого парня в роли спасителя.

– Вау, – протянул он, его голос прозвучал с искренним удивлением. – Ты здоровый. Сто процентов баскетболист.

Форд улыбнулся, немного смутившись от неожиданного комплимента. Он не был навязчиво мускулистым, но регулярные тренировки в прошлой школе оставили свой след.

– В прошлой школе занимался, – ответил он, слегка покраснев. – Так что, да, можно и так сказать.

Блондин, которого, как позже выяснилось, звали Кай, и он брат близнец Стеллы, немного постоял, задумчиво рассматривая Форда. Кай, словно приняв какое-то внутреннее решение, он произнёс:

– Таких как ты нам в команду не хватало бы. Серьёзно. У нас сейчас не очень с ростом.

Форд улыбнулся ещё шире. Приятно было осознавать, что его физические данные и навыки оценили по достоинству. Комплимент от человека, похожего на знатока баскетбола, был особенно приятен.

В этот момент Стелла, поправив свою одежду и аккуратно прижав к себе пострадавший локоть, спросила, её голос звучал уже более уверенно, чем несколько минут назад:

– Кстати, как тебя зовут? Я совсем забыла спросить.

– Форд Брайт, – ответил он, наконец-то представляясь. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, напряжение спало.

После того, как медсестра закончила обработку ран Стеллы, наложила повязки и убедилась, что всё в порядке, они направились к выходу. Настроение у всех заметно улучшилось. Стелла, уже намного бодрее, шла рядом с Фордом. Кай, немного смущённый произошедшим, шёл за ними, периодически бросая на Брайта заинтересованные взгляды.

В классе стояла тишина, прерываемая лишь тихим шуршанием тетрадей и шепотом учеников. Все с любопытством наблюдали за вошедшими. Кай, немного смутившись из-за задержки, извинился перед учителем и классом, после чего сделал официальное представление:

– Всем внимание, это Форд Брайт – наш новый одноклассник. Прошу любить и жаловать.

После этого, приблизившись к Форду, он прошептал ему на ухо, стараясь не привлечь внимания окружающих:

– Хочу тебя пригласить на площадку после уроков, поиграть в баскетбол. У нас там неплохая команда собирается.

Прежде чем Форд успел ответить Каю, в класс, словно ураган, ворвалась классный руководитель – женщина небольшого роста, с рыжими, слегка растрёпанными волосами, собранными в небрежный пучок. Её лицо было раскрасневшимся от спешки, а дыхание сбитым. В руках она сжимала стопку бумаг, которые слегка колыхались от её учащенного дыхания.

– Простите, простите, – запыхавшись, проговорила она, её голос, несмотря на волнение, звучал достаточно авторитетно. – Не могу найти нашего нового ученика, Форда Брайта. Говорят, видели его в школе, но вот куда он пропал не говорят.

Она немного смутилась, заметив, что Форд присутствует в классе, и то, что Кай уже успел его представить. Её взгляд встретился со взглядом Брайта, и она едва заметно покраснела. Женщина явно не ожидала такой ситуации.

Форд кивнул Каю, подтверждая своё согласие на игру в баскетбол. Кай улыбнулся в ответ в знак благодарности.

Форд оглядел класс. Взгляд его скользнул по рядам парт, останавливаясь на каждом лице. Он пытался запомнить, как можно больше лиц учеников в классе. Наконец, он заметил свободное место в середине последнего ряда. Направляясь туда, его взгляд невольно задержался на девушке, сидевшей в углу за партой. Это была Силли. Её лицо было бледным, глаза и плечи опущены, в них читалась глубокая грусть, какая-то обречённость. Она казалась маленькой, затерявшейся среди остальных учеников, как одинокий цветочек среди густой травы. Её поза свидетельствовала о том, что ей некомфортно в этом классе, что она чувствует себя изгоем, одинокой. Форд хотел спросить у Силли на счёт утрешнего поступка, но учитель, заметив, что Брайт ещё не сел, попросил его занять свое место. Это прервало порыв Форда к девушке.

Он сел за парту, но чувство беспокойства за Силли не покидало его. Её грустный взгляд, опущенные плечи, подавленная поза – всё это подтверждает его первоначальное впечатление. Силли выглядела совершенно потерянной, отчужденной от всего класса, словно существо из другого мира. Форд не мог понять, почему именно ему кажется, что она так сильно отличается от остальных, что-то в ней вызывало у него чувство тревоги, как будто она инопланетное существо, оказавшееся в чужом мире. Форд понял, что ему нужно будет поговорить с Силли позже. Обязательно.

Глава 3.

Звонок, резкий и пронзительный, оборвал поток мыслей Форда. Последний урок закончился. День в новой школе пролетел как одно мгновение, оставляя после себя шлейф новых впечатлений и загадок. Форд с удовлетворением осознавал, что ему удалось не просто выжить, но и неплохо вписаться в коллектив. Он подружился с Каем, энергичным и общительным парнем, который, как выяснилось позже, был капитаном школьной баскетбольной команды. Его сестра, Стелла, оказалась настоящим солнышком: очаровательная, веселая, с заразительным смехом. И, как бонус, она была капитаном команды чирлидерш. В целом, одноклассники показались Форду дружелюбными и открытыми, с большинством он легко нашел общий язык. Все, кроме одной.

Силли. Ее присутствие в классе было подобно тени, постоянно маячащей в углу, но в то же время неуловимой. Эта та самая Силли, которая появилась у него дома в первый же день, буря оптимизма, жизнерадостности, практически не знающая границ. А здесь, в школе, она превратилась в призрак, в тихого наблюдателя, застывшего в своем собственном мире. Эта метаморфоза поражала Форда. Почему? Что заставило эту яркую, искрящуюся девушку превратиться в бледную тень, избегающую любых контактов?

Перемены, эти короткие перерывы между уроками, которые Форд с удовольствием использовал для общения с новыми друзьями, превращались в мучительные попытки приблизиться к Силли. Каждый раз, когда он пытался заговорить с ней, она ускользала, уходила, словно растворяясь в воздухе. Она не грубила, не отталкивала напрямую, но ее поведение было настолько неуловимым, что Форд чувствовал себя неловко и безнадежно. А еще были взгляды одноклассников. Стоило ему только приблизиться к Силли, как на него обрушивался град косых, отчужденных взглядов.

Они не говорили ничего вслух, не высказывали своих чувств напрямую, но их молчаливое осуждение, их нежелание видеть Форда рядом с Тайним было очевидно. Это немое давление ощущалось физически, словно невидимая стена, отделяющая Форда от Силли и от остальной части класса. Брайт чувствовал себя неуютно, словно нарушил некое неписаное правило, о существовании которого даже не подозревал.

Внезапно, к Форду подошел Кай, прерывая поток его тревожных мыслей.

– Ну что, новичок, – спросил он, с дружелюбной улыбкой, – готов немного попотеть? Не передумал на счет игры?

Форд покачал головой. Мысль о Силли всё ещё крутилась в голове, но желание познакомиться с новой школой и её обитателями было сильнее.

– Нет, – ответил он. – Почему бы не поиграть и заодно получше со всеми познакомиться.

Кай улыбнулся и, взяв Форда под руку, повел его по лабиринту школьных коридоров прямо к игровой площадке, расположенной на территории школы. Однако, их путь был прерван. У поворота на площадку их перехватил Итан с группой ребят. Итан, высокий и широкоплечий, с выражением, не предвещающим ничего хорошего, сказал:

– Эй, Кай, тренер решил провести внеплановую тренировку. Сегодня. Хотя, в расписании она завтра.

– Сегодня? Но, у нас же игра – пробормотал Кай, бросая взгляд на Форда. – Извини, я сегодня не смогу. Но если хочешь, ты можешь посмотреть на тренировку.

Форд кивнул. Ему было интересно увидеть, как тренируется команда. Пока они разговаривали, по коридору стремительно пронеслась Силли. Это была всего лишь темная тень, промелькнувшая мимо, но Форд успел заметить её бледность и какую-то тревогу в ее стремительном движении.

Ребята посмотрели на Силли как на мусор, их взгляды были полны презрения и отвращения. Форд, заметив это, нахмурился.

– Что с ней не так? – спросил он, его голос прозвучал тише, чем он ожидал.

Ребята поморщились, словно от неприятного запаха. Итан, скривившись, буркнул:

– Да она просто странная. Лучше с ней не связывайся. – Он пожал плечами, как будто объясняя что-то само собой разумеющееся. Другие ребята согласно закивали, их лица выражали смесь равнодушия и скрытой неприязни.

Несмотря на этот неприятный эпизод, они все вместе направились к площадке. Площадка представляла собой впечатляющее зрелище. Не просто заасфальтированный квадрат, а тщательно ухоженное пространство. Идеально ровный асфальт, словно полированный, блестел под неярким весенним солнцем. Две баскетбольные корзины, установленные на равном расстоянии, выглядели новыми, с натянутыми, идеально белыми сетками. Щиты были яркого, насыщенного синего цвета, без единой царапины. Вокруг площадки были установлены новые, чистые скамейки для зрителей, а за ограждением – высоко подстриженный газон с аккуратно посаженными кустами, создававшими живую изгородь, скрывающую площадку от внешнего мира. Воздух был пропитан запахом свежескошенной травы и легким, едва уловимым ароматом новой спортивной резины. Всё говорило о том, что за этой площадкой тщательно следят, что здесь ценят спорт и порядок.

Посреди площадки стоял мужчина – тренер. Он был внушительного вида: высокий, крепко сложенный, с широкими плечами и мускулистыми руками, которые даже в спокойном состоянии выглядели готовыми к действию. Его лицо, загорелое и покрытое сетью мелких морщин, говорило о долгих годах, проведенных под палящим солнцем. Седые волосы, коротко остриженные, подчеркивали его суровый, но справедливый взгляд. Глаза тренера были проницательными, словно рентген, пронизывающие насквозь. На нём был спортивный костюм – не новый, но безупречно чистый, темно-синего цвета. Костюм сидел на нём идеально, подчеркивая его атлетическую фигуру. В руках тренер держал сверкающий, новый свисток. Он стоял неподвижно, словно статуя, но в его осанке ощущалась скрытая энергия, готовность к действию.

Тренер, негромко свистнув, прервал царящую тишину. Его взгляд, острый и проницательный, скользнул по лицам собравшихся ребят. Он остановился на Кае, его брови слегка сошлись на переносице.

– Кай, – голос тренера был спокойным, но в нём слышалась сталь. – Почему ты не в форме? Разве Итан не передал информацию о внеплановой тренировке?

Кай, не теряясь, усмехнулся, но его улыбка была немного натянутой.

– Мистер Чарльз, – начал он, – я буквально минуту назад узнал о тренировке. Итан, видимо, немного запоздал с сообщением. – Он подмигнул ребятам, пытаясь сгладить ситуацию шуткой. – Но обещаю, через пару минут мы будем на полную боевую готовность!

Форд, немного смутившись от внезапного появления тренера и резкой смены обстановки, почувствовал себя неловко. Кай, заметив замешательство Форда, остановился и, подойдя к нему, сказал:

– Эй, не переживай. Подожди меня здесь, на скамейке. Я быстро.

Форд кивнул и сел на ближайшую скамейку. Брайт чувствовал себя немного потерянным в этой новой, незнакомой обстановке. Несмотря на это, его любопытство и неуверенность не давали ему покоя. Он продолжал осматривать территорию вокруг площадки, его взгляд скользил по ухоженному газону, за ограждением которого виднелись стройные ряды деревьев. Внезапно, Форд почувствовал на себе взгляд – тяжелый, пристальный, словно невидимая нить, пронизывающая его насквозь. Он инстинктивно почувствовал, что за ним наблюдают.

Осторожно, Форд поднял глаза. Его взгляд встретился с пронзительным взглядом тренера. Мужчина стоял на некотором расстоянии, руки заложены за спину, но его глаза были направлены прямо на Брайта, в них не было ни добродушия, ни враждебности – только пристальное изучение, оценка. Это длилось несколько секунд – тягучие и напряженные секунды, в которые Форд чувствовал себя словно под микроскопом. Не отводя взгляда, тренер медленно начал приближаться к нему, его движения были размеренными, спокойными, но в них чувствовалась некоторая непреклонность. Каждый шаг тренера приближал его к Форду, усиливая чувство напряженного ожидания.

Воздух вокруг них словно сгустился, наполняясь невысказанными вопросами и скрытыми намерениями. Форд сидел, не шевелясь, его сердце билось всё быстрее.

Мистер Чарльз наконец-то подошёл к Форду. Он остановился в нескольких шагах, его взгляд по-прежнему оставался пристальным, оценивающим. Форд чувствовал себя неловко под этим напряжённым вниманием.

– Новичок? – спросил тренер, его голос был низким, немного грубоватым, но без явной агрессии.

Форд, немного растерявшись от неожиданности, ответил:

– Да, сэр.

Мистер Чарльз, человек угрюмый и чем-то постоянно недовольный, производил впечатление человека, который редко улыбался. Его взгляд, казалось, мог прожечь дыру насквозь. Это напряжение немного пугало Форда.

– Как тебе школа? Много друзей уже завёл? – вопросы следовали один за другим, словно выстрелы.

Форд, немного растерявшись от такого напора, начал отвечать, рассказывая о своих первых впечатлениях о школе, о том, что пока друзей у него немного. Он старался говорить кратко и ясно, не желая затягивать этот напряженный разговор.

Внезапно, когда мистер Чарльз собирался задать новый вопрос, кто-то быстро подбежал к Брайту и, обхватив его сзади руками, крепко прижался к спине. Форд вздрогнул. Это была Стелла. Её волосы, длинные и густые, потихоньку сползали с плеч, касаясь его спены. Её дыхание было тёплым и быстрым.

– Это он, мистер Чарльз, – прошептала Стелла, её голос был немного хриплым от волнения. – Он отнёс меня в медпункт.

Ситуация была неловкой, и Форд чувствовал себя не в своей тарелке. Его смущало не только объятие, но и то, как Стелла прижималась к нему. Но, что удивило Форда больше всего – это реакция мистера Чарльза. Он не выглядел ни удивлённым, ни раздражённым. Он просто кивнул, словно это было обычное дело.

Форд медленно повернулся, его взгляд упал на Стеллу. Она сияла в черно-оранжевом костюме чирлидерши с эмблемой тигра, костюм облегал её фигуру, подчеркивая изгибы. Форд заметил, что верх костюма слегка сполз, обнажая ключицу. Его взгляд ненароком задержался, и Стелла, поймав его, залилась румянцем.

– Эй, подглядываешь? – прошипела она, но в её голосе слышался скорее задор, чем гнев. Она отстранилась от тренера, сбрасывая с себя невидимые пылинки. Быстрым, грациозным движением Стелла оказалась перед Фордом, демонстрируя свой костюм. Несмотря на царапины на коленях и руках, костюм сидел идеально. – Ну как? – спросила она, глаза блестели озорством.

Форд, ещё немного смущённый, но очарованный её красотой и внезапным появлением, выдохнул:

– Ты потрясающе выглядишь!

Внезапно появился Кай. Он подскочил к Форду и потрепал его за волосы с веселым озорством.

– Ого, сестричка! – проревел он, раскатистым смехом сотрясая воздух. – Какие выкрутасы ради парня! Влюбилась что ли? – Он отпустил волосы Форда, наблюдая за реакцией.

Стелла, словно опалённая, вспыхнула алым. Она опустила голову, пытаясь скрыть румянец, который расцвёл на её щеках яркими пятнами. Форд, улыбаясь, поправил взъерошенные Каем волосы, чувствуя, как внутри всё радостно шевелится. Напряжение, оставшееся от встречи с тренером, словно дым, рассеялось, уступив место лёгкому, приятному волнению. Внезапно, глубокий, немного грубоватый голос тренера прервал зарождающуюся идиллию:

– Кай! Хватит болтать, начинаем!

Кай, усмехнувшись, отмахнулся от Форда и направился к тренировочной площадке, бормоча что-то себе под нос. Стелла, словно испуганная, быстро скрылась за углом здания, оставляя Форда одного на скамейке. Он остался сидеть, наслаждаясь неожиданным приливом позитивных эмоций, когда внезапно заметил группу парней, приближающихся к площадке. Их было девять, все подтянутые, в спортивной форме, их движения были отточенными, уверенными. Они шумели, переговариваясь о чём-то своём, смеясь громкими, радостными голосами.

Резкий, пронзительный свист тренера разрезал воздух. Парни замолчали, мгновенно превращаясь из шумной компании в сосредоточенную группу. Мистер Чарльз, с неизменным угрюмым выражением лица, быстро раздал инструкции, и девять фигур в спортивной форме быстро рассыпались по полю, начинающие бег с мощным рывком. Их движения были быстрыми, чётко координированными, а сама тренировка напоминала хорошо отлаженный механизм.

На другом краю поля, рядом с ярко-зелёным газоном, группа девушек в ярких костюмах чирлидерш энергично репетировала кричалку под строгим наблюдением женщины средних лет. Женщина с седыми, строго зачесанными волосами и непреклонным взглядом кричала инструкции, не щадя ни голоса, ни легких девушек.

Парни бегали по полю, их движения становились всё более отточенными и быстрыми. Мистер Чарльз, с свистком во рту, неистово кричал, меняя упражнения с калейдоскопической скоростью: «Быстрее! Ещё быстрее! Приседания! Выпады! Не мешкайтесь! Перед игрой нужно размяться, чтобы тело не подвело!». Его голос рассекал воздух, заставляя парней выкладываться на полную. Пот струился по их лицам, мускулы напрягались, каждый рывком стремился доказать свое превосходство, свою выносливость.

И вдруг, словно призрак появилась Силли. Она подошла прямо к Форду, остановившись в нескольких шагах от скамейки. Её взгляд был направлен на него, и в нём Форд уловил что-то необычное – смесь равнодушия и скрытого интереса. Её голос, спокойный и немного отрешённый, прорезал шум тренировки:

– Форд, Джейк приехал. Ты не собираешься домой?

Брайт, смущённый её внезапным появлением и сдержанностью, не сразу нашёл что ответить. В нём вспыхнул огонёк недоумения и обиды. Не выдержав, он спросил:

– Почему ты меня игнорировала? Разве ты не хотела подружиться?

Силли в ответ лишь слегка приподняла бровь, не дожидаясь ответа. Не сказав ни слова, она развернулась и, грациозно двигаясь, ушла так же внезапно, как и появилась, оставляя Брайта одного. Его мысли были поглощены Силли, когда внезапно что-то тяжёлое ударило его в голову. Форд вскрикнул от боли и удивления. В него прилетел мяч.

Форд потер лоб, чувствуя лёгкую головную боль от неожиданного удара. Баскетбольный мяч, отскочивший от чьей-то руки, лежал рядом, словно невинный виновник происшествия. К нему подбежал Итан. Его лицо выражало искреннее беспокойство.

– Эй, Форд, всё в порядке? – спросил Итан, слегка наклоняясь. Его глаза внимательно изучали лицо Форда, словно он искал какие-то признаки травмы.

– Да, всё нормально, – ответил Брайт, стараясь придать своему голосу спокойный тон, хотя внутри него всё ещё гудела лёгкая дрожь от неожиданности. Он поднял мяч, ощущая его вес в руке, и отбросил его в сторону.

В этот момент к ним подскочил Кай, его лицо было перекошено извиняющейся гримасой.

– Прости, чувак, – выпалил Кай, его голос был полон искреннего раскаяния. – Нечаянно. Я просто… ну, ты знаешь, немного заигрался.

Форд улыбнулся. Он понимал, что это была просто случайность, нелепая случайность в водовороте тренировочного процесса.

– Да ладно, бывает, – ответил Форд, отшучиваясь. Он похлопал Кая по плечу, и они оба тихонько рассмеялись, сбрасывая напряжение, накопившееся от неожиданного инцидента.

После этого, парни вернулись на площадку, где кипела тренировка. Тренер продолжал командовать, его голос, хоть и строгий, был уже не таким напряжённым, как вначале. Парни, немного переведя дыхание, снова включились в работу. Разделились на команды, готовясь к следующему этапу тренировки. В каждой команде должно было быть по пять человек. Но вот проблема. Их было девять. Одного игрока не хватало.

Кай, заметив нехватку игрока, быстро подошёл к мистеру Чарльзу и начал с ним о чем то говорить. На лице мистера Чарльза мелькнуло что-то похожее на колебание, а затем он кивнул. Кай, получив молчаливое согласие тренера, быстро умчался куда-то за пределы тренировочной зоны. Через несколько минут он вернулся, держа в руках скомканную футболку. Она была черно – оранжевой, как раз как баскетбольная команда ребят.

С этой футболкой в руках Кай направился прямо к Форду. Его лицо выражало нечто среднее между озорством и серьёзностью. Он остановился перед Фордом, его взгляд был немного заговорщический, и он протянул ему футболку. На лице Кая читалась неподдельная улыбка.

Форд, держа в руках футболку, с любопытством посмотрел на Кая.

– Что это? – спросил он, слегка нахмурившись. Футболка была мягкой, приятной на ощупь, с едва ощутимым запахом свежести.

– Нам не хватает одного игрока, – ответил Кай, его голос звучал торжественно. – И ты как раз подходишь. Раз уж с игрой не задалось, почему бы с нами сейчас не сыграть?

Форд недолго раздумывал. Вся ситуация казалась ему немного абсурдной, но в то же время заманчивой. Он быстро принял решение. Раз уж судьба подкинула ему такой шанс, почему бы не воспользоваться им? Он взял футболку, разгладив её ладонями. На ней красовался тот же логотип, что и на костюме Стеллы – стилизованный тигр, выглядящий одновременно мощно и грациозно. Под логотипом был номер – четвёрка. Форд быстро напялил футболку, чувствуя, как она приятно облегает его тело. Номер четыре, неожиданно и немного волнующе.

Вместе с Каем он направился к тренировочной площадке, где уже вовсю кипела работа. Перед тем, как присоединиться к команде, Форду пришлось пройти небольшую разминку. Пока он делал растяжку, парень слышал с другой стороны поля ритмичные движения и выкрики команды. Девушки-чирлидерши репетировали под строгим наблюдением своей тренерши. Форд отчетливо слышал их командные выкрики, вибрирующие в воздухе – репетиция была напряженной и очень энергичной. Брайт слышал чёткие, отточенные команды, ритмичное повторение движений, энергичные выкрики, направленные на достижение идеальной синхронности и точности. Было слышно, как тренерша критикует и исправляет, заставляя девушек повторять элементы снова и снова, пока они не станут совершенными. Закончив свою разминку, Форд подошёл к ребятам, чувствуя себя частью команды.

– Ну что, – сказал Кай, с силой хлопнув Форда по плечу, так что тот едва не пошатнулся. В глазах Кая блестел азарт, предвкушение игры. – Ты в команде с четвёркой. Быстро занимайте позиции!

Парни, словно стая рассеянных ворон, расползлись по площадке. Форд чувствовал себя совершенно дезориентированным. Обычная, казалось бы, расстановка, но для него всё это было новым, незнакомым. Итан и Кай, ухмыляясь, заняли свои места в другой команде – гордо выпячивая номера один и десять. Остальные трое их команды – номер пять, восемь и одиннадцать – двигались с такой легкостью и уверенностью, что Форд чувствовал себя неуклюжим слоном среди грациозных газелей. А его собственная команда - четыре незнакомых лица. Номер четыре – это он сам, а вот шесть, семь, три и девять полные загадки. Только один из команды подошёл ближе к Форду, быстро и с решительным видом. Брюнет с густыми, как вороново крыло, волосами, с пронзительным, оценивающим взглядом, напоминающим взгляд хищника.

– Энтони Ли, – представился парень, протянув руку, крепкую и уверенную. – Лучше ты и я будем атаковать. Защитников хватает, а атакующих маловато, нам нужен кто-то, кто будет разрывать оборону.

Форд пожал руку Энтони – сильный, уверенный хват. Он чувствовал, что этот парень – опытный игрок, и его мнение стоит уважать. Согласие прозвучало, само собой.

– Начинаем! – проревел мистер Чарльз, бросая мяч в центр поля с такой силой, что тот завис на секунду в воздухе, словно тяжёлый снаряд, прежде чем начать свой стремительный полёт.

Мяч, словно живой, взмыл в воздух, описывая красивую, но беспощадную дугу. Кай, с молниеносной реакцией, перехватил его, и уже через мгновение мяч с невероятной скоростью летел к номеру десять. Итан, с изящной легкостью сделав финт, увернулся от стремительно приближающегося номера девять, и резким, точным движением отбросил мяч номеру пять. Игрок, не теряя ни секунды, попытался обойти номер семь, но он словно стена, преградил ему путь, вынуждая к резкому изменению траектории. Мяч пролетел мимо номера шесть, и оказался у номера одиннадцать.

Раздался резкий, пронзительный окрик тренера: «Номер одиннадцать! Передача слишком медленная! Быстрее! Не думай, действуй! Мы не на пикнике!» Номер одиннадцать, на мгновение замешкавшись, сделал длинную, рискованную передачу Каю, но Форд, с нескрываемой уверенностью перехватил мяч. Адреналин забурлил в его венах, и он, не теряя ни секунды, сделал быструю, точную передачу Энтони.

Энтони стремительно рванулся к корзине, ловко обходя номер пять. Его движения были быстрыми, резкими, прекрасно отточенными, он чувствовал мяч, как продолжение своей руки. Один из защитников, номер восемь, отчаянно попытался блокировать бросок, но Энтони, элегантно изменив траекторию, забросил мяч в корзину! Первый гол!

Гул ликования раздался с трибун, где группа девушек-чирлидерш, в ярких костюмах, взрывалась восторженными криками и энергичными поддержками. Игра вступила в свою самую захватывающую фазу. Мяч летал по полю, как оживлённый жучок, меняя владельцев с головокружительной быстротой. Форд, чувствуя прилив силы и уверенности, делал точнейшие передачи, а его команда постепенно набирала очки. Это была не просто игра, а настоящее состязание, полное неожиданных поворотов и стремительных действий. Атмосфера накалялась с каждой минутой, превращая обычную тренировку в захватывающее зрелище.

Игра продолжалась, превращаясь в изнурительную борьбу. Несмотря на эффектный первый гол, удача отвернулась от команды Форда. Нелепые ошибки, неудачные передачи, неточности в бросках – всё валилось из рук. Кай и его команда, словно опытные хищники, грамотно использовали все слабости соперников. Счёт неумолимо полз вверх в их пользу: десять – восемь. Победа была уже близка. На лице Кая играло торжество, а его команда ликовала, предвкушая победу.

Мяч у Форда. На мгновение всё вокруг замерло, только сердце бешено колотилось в груди. Форд увидел кольцо, чувствуя, как в нём просыпается древний инстинкт охотника. Мяч прилип к ладони, становился частью его самого.

Он рванулся вперёд, двигаясь с неожиданной для самого себя быстротой. Ноги работали как пружины, каждый шаг – точный, выверенный. Форд чувствовал, как ветер свистит в ушах, как тело подчиняется его воле, как мышцы работают слаженно и эффективно. Он отбежал защитника номер восемь, который пытался преградить ему путь, но Форд, словно змейка, проскользнул мимо, почувствовав, как мяч становится всё легче и легче.

Взгляд Форда был прикован к кольцу – эта чёрная дыра, символ победы, маячила перед глазами, словно обещание. Он чувствовал, как сердце колотится в груди, словно барабанный бой, сопровождающий его стремительный рывок.

Среди этого вихря движений и эмоций, он услышал её голос. Голос Стеллы, тонкий, но пронзительный, прорезающий шум игры: «Давай, Форд! Ты сможешь!». Её слова, словно волна тепла, прошли сквозь него, поддерживая и вдохновляя.

И в этот момент, перед ним, словно видение, вспыхнули воспоминания. Его мать, Анабель. Её бледное лицо, исхудавшее от болезни. Их первая игра в другой школе, его самый первый матч. Её присутствие, несмотря на болезнь, стало для него бесценной поддержкой, источником сил. Любовь и вера в её глазах помогли ему преодолеть страх и сомнения. Он хотел оправдать её гордость и надежды.

Перед кольцом, сжимая мяч в руке, Форд словно ощутил её присутствие рядом, её поддержку, её любовь. Воспоминания о матери, нахлынувшие с такой силой, на мгновение парализовали Форда. Грусть, тоска, чувство вины – всё смешалось в один болезненный комок. Он хотел плакать, хотел остановиться, хотел убежать. Черт, он не хотел, чтобы всё так обернулось, не хотел подвести команду, не хотел этого эмоционального шторма, но одновременно не мог остановиться, не мог выбросить из головы образ больной матери, смотревшей на него с трибун.

И в этот момент, возле трибун, он увидел Силли. Её взгляд был полон немой поддержки, словно она читала его мысли, видела его внутреннюю борьбу. Её жесты были чёткими, спокойными, уверенными: она показывала ему, как нужно бросить мяч – плавный замах, точный прицел, чистое попадание в цель.

Силли словно передала ему частичку своей собственной силы, своего спокойствия. Форд, следуя её немым указаниям, сделал замах – плавный, точный, мощный. Мяч вылетел из его рук, словно послушная птица, направленная в цель. В момент полета мяча он всё ещё видел её, словно замедленное кино, это изящное движение её руки, которое вселило в него уверенность.

И вот – шлепок. Мяч точно вошёл в корзину. Гол.

На мгновение Форд замер, не веря в то, что произошло. Его взгляд невольно устремился на Силли. Она должна была уехать. Почему она всё ещё здесь?

Но тут же его окружили ребята. Вихрь поздравлений, радостных криков и дружеских похлопываний по спине смел остатки грусти и тоски. Ничья. Десять – десять. Они забили. Они не проиграли. Они боролись до конца.

Кай, с широкой улыбкой, крепко пожал руку Форду. Его взгляд выражал не только восхищение, но и уважение, признание его силы, его воли.

– Мощно, чувак! Мощно! – раздались голоса со всех сторон.

Но Форд, всё ещё немного потрясённый, снова посмотрел на трибуны – туда, где только что была Силли. Её уже не было. Она исчезла так же внезапно, как и появилась.

К Форду, всё ещё немного ошеломлённому внезапным всплеском эмоций и неожиданной победой, подошёл тренер. Мистер Чарльз, мужчина с суровым, но справедливым лицом, был известен своим редким проявлением эмоций и ещё более редким вниманием к отдельным игрокам.

– Неплохая игра, – сказал тренер, его голос, обычно резкий, сейчас звучал спокойно, почти доброжелательно. – Играл раньше?

Форд, немного замешкавшись, ответил:

– В своей школе был в баскетбольной команде. Немного опыта есть.

Тренер кивнул, пристально посмотрев на Форда. После короткой паузы, словно обдумывая что-то, он еле заметно улыбнулся.

– Почему бы тебе не попробовать себя в команде «Тени»? – спросил тренер. Неожиданность вопроса ошеломила Форда. – Нам нужен сильный игрок.

Форд, не веря своим ушам, пробормотал:

– Я не против.

В этот момент над командой пронёсся взрыв удивления. Ребята замерли, уставившись на тренера и Форда с открытыми ртами. Попасть в команду «Тени» было невероятно сложно. Мистер Чарльз крайне редко приглашал кого-либо, предпочитая отбирать лучших из лучших. Это было словно получить билет в элитный клуб, попасть в число избранных.

К Брайту подбежала Стелла. Её улыбка была яркой, ослепительной, полная восхищения. Она, словно грациозная кошка, подскочила к нему, нежно похлопала по плечу и сказала:

– Ты волшебно сыграл! Просто волшебно! – и она, немного смущаясь, показала ему одно из элементов чирлидинга – элегантное, грациозное движение, одновременно сильное и плавное.

Её слова, сказанные с искренним восхищением, вызвали новую волну поздравлений. Ребята снова начали поздравлять Форда, обмениваясь впечатлениями от игры. Атмосфера была радостная, полная энергии и позитива.

После ещё одной короткой игры, уже без того напряжения, что было в первой встрече, ребята начали собираться по домам. Уставшие, но счастливые, они покидали площадку, оставляя позади себя поле битвы, где Форд, неожиданно для себя самого, не только проявил себя как сильный игрок, но и обрёл новых друзей, новую команду.

– Ну что, до завтра, – сказал Кай, хлопнув Форда по плечу. – Я свяжусь с тобой, объясню насчёт тренировок, что да как.

– Хорошо.

И после Брайт направился домой. Дорогу он помнил смутно, лишь обрывки образов всплывали в памяти: улицы, похожие на те, по которым он ездил в школу с Джейком. Пасмурная погода, обычно вызывающая уныние, сегодня, наоборот, действовала успокаивающе. Тяжелые, серые тучи висели низко, словно мягкое одеяло, приглушая все яркие краски и звуки. Небо хмурилось, и в воздухе повисла предгрозовая тишина. Первые капельки дождя начали падать на землю, словно миллионы крошечных бриллиантов.

Форд прошёл лишь небольшой путь, когда услышал быстрые шаги позади. Оглянулся. К нему подбежала Силли. Теперь она казалась совершенно другой – радостной, излучающей искреннее восторженное настроение. В её глазах блестел задор, и улыбка не сходила с губ.

– Ты сегодня отлично сыграл! – воскликнула она, её голос звучал ярче и веселее, чем раньше. – Просто волшебно! Только заметил, что ты всё время о чём-то думал. А это не стоит делать.

Форд, покосившись на неё, усмехнулся:

– Ага, весь день игнорировала, а теперь вот заговорила.

Силли на мгновение замялась, её улыбка чуть смялась, и на её лице появилась странная гримаса.

– Просто у меня раздвоение личности, – сказала она, словно оправдываясь. – Одна – тихая и застенчивая, другая – живая и весёлая. Тебе нужно смириться.

Форд, немного удивлённый этим необычным объяснением, кивнул. В этот момент зазвенел его телефон. На экране вспыхнули уведомления: запросы на добавление в друзья. Итан, Энтони, Кай, Стелла. Форд улыбнулся. Новые друзья, новые возможности. Приятное чувство радости разлилось по всему телу.

Силли, наблюдающая за ним, слегка нахмурилась. На её лице вновь появилось то же странное, немного отстранённое выражение. Как будто радостная и весёлая личность внезапно исчезла, уступив место более тихой и загадочной.

– Я тут вспомнил, – остановил Форд Силли, нахмурившись. – Ты же сегодня утром сказала, что это последнее «доброе утро», почему?

Силли, не прекращая лёгкой, почти неуловимой походки, ответила:

– Когда школа начинается, у меня нет «доброго утра». Только по выходным. Рабочие будни – это не для нежных чувств.

Форд посмотрел на неё странно. Он всё ещё не мог привыкнуть к её переменчивому настроению и странным высказываниям, но уже начал смиряться с этой её особенностью. Как с непредсказуемой погодой.

В этот момент небо разверзлось, и начался настоящий ливень. Дождь, сначала мелкий и едва заметный, усилился, превратившись в сильный, проливной. Брайт уже было собрался достать телефон, чтобы позвонить Джейку и попросить подвезти, как Силли неожиданно сказала:

– Весенний дождь очень полезен. Давай прогуляемся?

– Хорошо…

Дождь усиливался с каждой минутой, превращаясь в настоящий водопад. Форд, не задумываясь, снял свою кофту и накрыл ею голову Силли, защищая её от проливного дождя. Он видел, как на её лице мелькнуло что-то похожее на удивление, а затем – нежная улыбка.

И в этот момент Силли, словно о чём-то вспомнив, произнесла:

– Знаешь, по французским манерам, поднести зонт во время дождя другому человеку считается знаком доверия и любви.

Форд, немного ошеломлённый этим заявлением, улыбнулся:

– А что значит если поднести кофту?

Силли рассмеялась, её смех, звонкий и лёгкий, звенел подобно каплям дождя, которые с силой барабанили по асфальту.

– Знак дурности, – ответила она, всё ещё смеясь. – Потому что непрактично. Но мило.

Они немного посмеялись, обмениваясь шутками и короткими фразами, которые едва успевали произнести, пока проливной дождь превращал всё вокруг в сплошное водяное покрывало.

Силли резко остановилась, её весёлое настроение исчезло, словно его и не было. Лицо её помрачнело, улыбка сменилась напряжённым выражением. Дождь, казалось, затих на мгновение, подчеркивая внезапную перемену настроения.

– Слушай, – сказала она, её голос звучал тихо, почти шёпотом, но при этом был необыкновенно тверд. – Я не хотела бы, чтобы ты в школе со мной общался. Из-за моей «дурности» на меня косо смотрят. И на тех, кто со мной общается. Ты только что завёл новых друзей, и я не хочу всё испортить.

– Я… – начал Форд, но слова застряли в горле. Он чувствовал себя растерянным, немного обиженным, но в то же время понимающим. Её опасения были обоснованными. Школьная жизнь – это целая вселенная, со своими законами и правилами, и он не мог просто игнорировать её чувства.

– Если ты так хочешь, то пусть так и будет, – пробормотал Форд, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

Услышав его тихий, спокойный ответ, Силли словно преобразилась. На её лице снова появилась улыбка, такая же яркая и озорная, как и несколько минут назад.

– Вот и славно, – сказала она, её голос звучал легко и непринуждённо, словно тяжёлый груз наконец-то упал с плеч.

Воздух наполнился ароматом мокрого асфальта и зелени, а вместе с дождём к ним пришло ощущение чистоты и спокойствия. Они шли, наслаждаясь простым моментом, простым общением, простым дождём.

Глава 4.

Воздух в спортзале стоял густой, пропахший потом. Солнце, пробиваясь сквозь грязные окна, выхватывало из полумрака напряженные фигуры баскетболистов. Они отжимались на баскетбольных мячах, их мышцы, напряженные до предела, дрожали. Крики мистера Чарльза, разносились эхом, отражаясь от стен:

– Быстрее! Еще быстрее, черти! Не заставляйте меня ждать! Вы решили опоздать на тренировку, вот теперь отрабатывайте. Кто не будете работать на пределе, тот будет сидеть на скамейке запасных, а не на паркете.

Прошла неделя с тех пор, как Форд присоединился к команде. Неделя, которая показалась ему вечностью. То, что он видел на первой тренировке, оказалось лишь цветочками, легкой прогулкой по парку перед настоящим марш-броском через ад. Мистер Чарльз, настоящий тиран, но и гениальный стратег, чередовал тренировки: уличные площадки под палящим солнцем, где асфальт плавился, и затхлый спортзал, где воздух висел тяжелым, влажным одеялом.

Форд, привыкший к разумным нагрузкам, чувствовал себя выжатым лимоном. Мышцы ныли, тело протестовало, легкие горели огнем, но он упорно стискивал зубы, заставляя себя работать на пределе. Близились соревнования, и отбор в команду был уже не за горами. Только шесть человек из десяти претендентов – пять основных игроков и один запасной – получат право сражаться на поле. Каждый игрок, словно хищник, наблюдал за своими соперниками, выжидая ошибки. Форд знал, что два места уже были фактически заняты: капитан Кай, невозмутимый лидер команды, и Итан, лучший атакующий игрок, были вне конкуренции. Оставалось четыре места, и за них шла настоящая битва.

Форд видел, как его ребята, опытные и сильные, с легкостью выполняли самые сложные упражнения. Они были словно стальные машины, отточенные годами тренировок. Он чувствовал себя новичком, недостойным даже находиться рядом с ними, но сдаваться не собирался. Брайт осознавал, что это не просто игра – это битва за место под солнцем, за уважение, за право доказать свою силу. Он будет бороться до последней капли пота, до последнего вздоха.

Итан, отжимаясь рядом с Фордом, прошипел сквозь стиснутые зубы:

– Мистер Чарльз сегодня совсем спятил. Кажется, он решил превратить нас в настоящих роботов.

Остальные промолчали, предпочитая не привлекать лишнего внимания. Внезапно, тень упала на Итана. Тренер навис над ним, швырнув баскетбольный мяч прямо в голову парня. Мяч отскочил и, повиснув в воздухе на мгновение, удивительно точно упал обратно в руки мистера Чарльза.

– Игра с «Грёзами» будет решающей, – прорычал мистер Чарльз, его глаза сверкали холодным огнём. – В этом году победителям достанется кубок, а не жалкие медали. «Тени» в последнее время играли слишком расслабленно. Мне придётся хорошенько подумать, кого отправлять в бой. «Грёзы» – серьёзный соперник, поэтому отбор будет строгим!

Резкий, пронзительный свисток разрезал воздух. Отжимания были закончены. Игроки, выжатые как лимоны, рухнули на пол, их мышцы ныли, лёгкие горели, тела бились в судорогах. Но отдых был коротким. Дальше их ждали еще более изнурительные тренировки, отработка приемов, спарринги.

Парни валялись на полу спортзала, разбросанные, как груда выжатых тряпок. Пот заливал глаза, одежда прилипала к мокрым телам, а в лёгких жгло огнем. Воздух стоял неподвижный, густой, насыщенный запахом пота, усталости и пыли. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь хриплым дыханием и редким стоном боли. Минуты тянулись бесконечно долго. Даже пол казался горячим под телами, которые уже не чувствовали ничего, кроме тупой, всепоглощающей усталости.

Наконец, багровое лицо мистера Чарльза появилось в проеме двери, и его голос, грубый и резкий, как удар хлыста, разорвал тишину:

– Пять минут! И без разговоров, продолжим! Кто не успеет восстановиться – тот будет восстанавливаться на скамейке запасных!

Кай тяжело дыша, сел, откидываясь на руки. Его грудь вздымалась, а пот струйками стекал по лицу, оставляя блестящие дорожки на щеках.

– Хотел бы сегодня попробовать «Скайхук», – пробормотал он, стараясь отдышаться. Его голос звучал хрипло, но в нем слышалась твердая решимость. «Скайхук» – сложный, эффектный, но и рискованный прием, требующий идеальной координации и безупречной физической формы.

Из-за его спины раздался голос Итана.

– Помню, ты пытался его сделать несколько раз. Но что-то постоянно шло не так. Может, лучше оставить его на потом? – Его голос был спокоен, но в нем слышалась скрытая тревога. Итан прекрасно понимал, насколько сложен этот прием, и осознавал риски, связанные с его исполнением. Он видел, как Кай, одержимый идеей освоить «Скайхук», упорно тренируется, но пока безрезультатно.

Рядом с ними лежал Аллен, молодой игрок с копной золотистых кудрей, обычно искрящийся энергией и оптимизмом. Сейчас же он выглядел измученным, его лицо было бледным, а улыбка исчезла. Вытирая пот со лба тыльной стороной ладони.

– Да, Кай, не стоит выпендриваться. Основные приемы куда эффективнее. На соревнованиях не до красивых трюков будет. Главное – результат, а не эффектное исполнение. – слова Аллена были простыми, но в них слышался бесценный опыт, понимание суровой реальности баскетбольного поля.

Кай лишь закатил глаза, демонстрируя свое несогласие, но в его взгляде мелькнула тень сомнения. Затем его взгляд остановился на Форде, который молча сидел, тяжело дыша, стараясь восстановить дыхание. Его лицо было бледным, а волосы мокрые, как будто после дождя.

– А ты, новичок, умеешь ли какие-нибудь приемы выполнять? – спросил Кай, пристально глядя на Форда.

Форд, с трудом поднявшись, прислонился к стене, пытаясь привести в порядок мысли. Мышцы ныли, тело протестовало, каждый вдох отдавался тупой болью в груди. Он задумался, стараясь вспомнить все свои навыки.

– Раньше я неплохо делал «Двойной степбэк», – пробормотал он, – но сейчас вряд ли получится его повторить. – Брайт чувствовал, как подступает отчаяние, понимая, что его навыки, отточенные годами тренировок, сейчас практически бесполезны.

Внезапно, словно из ниоткуда, появились чирлидерши. Их неотразимые, сверкающие костюмы резко контрастировали с черными, потливыми телами баскетболистов. Их улыбки, полные энергии и оптимизма, казались неуместными в этом зале, пропитанном потом и напряжением. Они окружали парней, словно яркий остров радости в сером море усталости и испытаний.

Забавный факт, что спортивные костюмы баскетболистов были практически идентичны костюмам девушек из команды поддержки «Хищницы»: черно – оранжевые с белыми полосами, отличались лишь названием, вышитым на груди. Одинаковые костюмы объяснялись общей эмблемой – стилизованным изображением тигра.

Стелла, самая яркая из «Хищниц», вся сверкая от энергии и блеска макияжа, наблюдала за ними. Ее улыбка была ослепительна.

– Скорее всего, ваша тренировка закончится, – объявила она, ее голос звенел, как колокольчики. – Сейчас всех учителей зовут на внеплановое собрание.

Парни вздохнули с таким облегчением, что это было заметно даже сквозь пелену усталости. Их потное, измученное состояние ясно говорило о том, насколько они рады перспективе прекратить тренировку.

Но тут Алиса, другая чирлидерша, с улыбкой добавила:

– Ну, это не точно. Мистер Чарльз может и не отпустить вас так просто. – После этих слов, по залу прошел тихий стон разочарования. Какое-то мгновение повисла напряженная тишина, а затем все дружно рассмеялись.

Между командами «Тени» и «Хищницы» царила непринужденная, дружеская атмосфера. Чирлидерши, словно неиссякаемый источник энергии, поддерживали баскетболистов. Они были не просто группой поддержки, а настоящими друзьями, незаменимыми помощниками в этой сложной и напряженной борьбе.

Стелла, тем временем, наблюдала за Фордом. Ее пристальный взгляд смущал его. Форд, захваченный собственными мыслями, неожиданно представил Силли в костюме чирлидерши. Ему даже показалось, что ей бы очень подошло… Опомнившись, он резко хлопнул себя по голове, пытаясь отогнать наваждение.

Стелла заметила его движение и, немного нахмурившись, спросила:

– Все в порядке?

– Да, – ответил Форд, – просто голова загудела от тренировки.

– Может, воды принести? – предложила Стелла.

– Нет, спасибо, – возразил Форд. – Это снизит эффект от тренировки.

Ребята еще немного пообщались, постепенно забывая о жгучей усталости. Разговор лился легко, смех разносился по спортзалу, прерываясь лишь короткими вздохами. Девушки, увидев, что парни немного пришли в себя, начали демонстрировать элементы своих тренировок – сложные, грациозные движения, полные энергии и синхронности. Их гибкость и выносливость поражали, завораживая даже измученных баскетболистов. Форд, наблюдая за Стеллой, заметил, как легко она выполняет самые сложные элементы, и невольно улыбнулся.

Внезапно, в дверях появился мистер Чарльз, в сопровождении женщины – тренера чирлидерш. Женщина была стройной, с короткими стрижеными волосами и острым, проницательным взглядом. Мистер Чарльз, окинув зал взглядом, грубовато, но уже не с той жестокостью, что раньше, объявил:

– Тренировка окончена.

Радость охватила всех. Парни, еще несколько секунд назад погруженные в беседу, вздохнули с огромным облегчением.

– Только не расслабляйтесь! Уберите мячи и вымойте пол в спортзале. – рявкнул он, после чего бросил острый взгляд в сторону женщины. Они покинули зал, оставив команды наедине с незапланированной работой.

Кай, окинув взглядом разбросанные баскетбольные мячи, скомандовал:

– Парни, все мячи в кладовку и свободны! Форд, поможешь мне полы помыть.

Остальные, не возражая, принялись собирать мячи, их движения были медленнее, чем во время тренировки, но все же довольно энергичные. Девушки из команды поддержки, немного помедлив, начали прощаться и уходить. Все, кроме Стеллы. Она осталась, ожидая своего брата.

Кай, взяв ведро и тряпки, отправился за водой, оставляя Форда и Стеллу наедине. Она смотрела на Форда, и в её взгляде не было насмешки или пренебрежения, которые он ожидал. Напротив, в нём было что-то мягкое, заботливое, словно она старалась понять его, узнать поближе.

– Нравится тебе в новой школе? – спросила Стелла, её голос был тихим, спокойным.

– Неплохо. Быстро адаптировался. И друзей стало намного больше, чем я ожидал.

– А почему ты переехал? – спросила она, её голос стал ещё тише.

Форд замедлил, словно слова застряли у него в горле. Он колебался. Говорить о смерти матери, о боли, которую он пережил ему не хотелось. Но, он хотел ответить честно, только слова застревали, словно камни в горле. Стелла поняла его молчание. Она видела его колебание.

– Если ты не хочешь говорить об этом, не говори, – сказала она мягко, её взгляд был полным сочувствия.

Форд улыбнулся. Это была не напряженная, принужденная улыбка, а настоящая, искренняя улыбка легкости и благодарности. Он чувствовал, как на него наползает спокойствие, как тяжесть на его плечах незначительно ослабевает.

В этот момент Кай вернулся. Он нёс два ведра с тряпками. Его лицо выглядело уставшим, но он улыбался.

– Ну что, начнём? – сказал он, ставя ведра на пол. – Работа не волк, но время торопит.

Форд кивнул, ловко подхватывая швабру, которую Кай бросил ему с нескрываемой игривой энергией. Стелла, наблюдая за ними, отошла к стене, улыбка играла на её губах. Кай, словно подзадоривая Форда, крикнул:

– Давай на перегонки! Кто последний – тот тухлый огурец!

– Давай!

И началась безумная гонка. Два парня, ещё недавно измождённые и потрёпанные после изнурительной тренировки, с неожиданным подъёмом сил носились по спортзалу, вооружённые швабрами, стараясь как можно быстрее и тщательнее вымыть пол. Они смеялись, подбадривали друг друга, соревнование заставило их забыть об усталости. Стелла наблюдала за этим необычным зрелищем, её смех раздавался по залу, лёгкий и звонкий, заражая своим оптимизмом.

В конце концов, они закончили уборку. Пол блестел, отражая свет заходящего солнца. Кай, вытирая пот со лба, сказал Форду:

– Отнеси швабры и тряпки в кладовку, я пока вылью воду.

Форд кивнул и взял в руки швабры. Кай, бормоча что-то себе под нос, пошел выливать воду из ведра. В этот момент к Форду подскочила Стелла.

– Я помогу тебе! – бодро заявила она, уже схватившись за одну из тряпок.

– Спасибо, но я и сам справлюсь. Не стоит тебе вымазывать руки.

Стелла, однако, не собиралась отступать. Она подмигнула ему, слегка прищурив глаза.

– Ничего страшного, – заявила она, подходя ближе и аккуратно складывая тряпку. – Мне совершенно нечего делать, а тебе явно нужна помощь.

– Ладно, ладно, – согласился он, улыбнувшись.

– Вот и славно! – воскликнула Стелла, хватая ещё одну тряпку. И они вместе направились в кладовку.

Форд, шагая спереди, первым вошёл в кладовку. Она была небольшой, тесной, но достаточно вместительной для хранения спортивного инвентаря. В небольшом шкафу, висевшем на стене, хранились запасные швабры, веники и чистые тряпки. Форд сложил швабру и тряпку на полку, Стелла, последовав за ним, положила только тряпку.

– А где еще одна швабра? – спросил Форд, заметив отсутствие второй швабры.

– Ой, забыла… – ответила Стелла, немного виновато улыбаясь.

В этот самый момент раздался щелчок – дверь кладовки захлопнулась, и защёлка лязгнула. Форд не долго думаю подошел к двери, попытался ее открыть дверь, потянув ручку, но она не поддалась.

– Чёрт! – выругался он, пытаясь сдвинуть дверь плечом. – Кто-то подложил швабру.

Он попытался ещё раз, но дверь оставалась запертой. Брайт понимал, что телефоны остались в раздевалке и он не сможет никому ни позвонить, ни написать, а окон в кладовке не было. Оставалось только ждать Кая, который скорее всего, скоро вернётся. Однако, обернувшись, Форд заметил, что Стелла выглядит сильно встревоженной. Её лицо побледнело, губы задрожали. Он не был уверен, что это связано с замкнутым пространством или с чем-то ещё.

Немедля, Форд подошёл к Стелле, осторожно обнял её за плечи. Его прикосновение было нежным, успокаивающим.

– Эй, всё в порядке, – тихо сказал он, глядя ей в глаза. – Всё будет хорошо. Просто заперлись. Кай скоро вернётся.

Он крепче прижал её к себе, стараясь передать ей своё спокойствие и уверенность.

– Ч-что делать? – прошептала Стелла, её голос дрожал. – Это все из-за меня….

Форд продолжал крепко держать её, гладя по волосам.

– Я здесь, – тихо сказал он, его голос был наполнен тёплом и заботой. – Это не твоя вина. Ничего страшного не случится. Просто немного подождём.

Стелла, прижавшись к Форду, задрожала ещё сильнее. Её дыхание стало прерывистым, короткими, судорожными вздохами. В тесной кладовке стало невыносимо душно. Запах пыли и старой резины от спортивного инвентаря стал ощущаться сильнее, усиливая чувство замкнутого пространства. Брайт, никогда прежде не сталкивавшийся с подобной ситуацией, растерялся. Он не знал, что делать. Его собственное сердце билось чаще, чем обычно. Паника Стеллы заражала его, вызывая неловкость и беспомощность.

Подумав немного, он решил, что, нужно хотя бы изменить положение. Он осторожно, чтобы не спугнуть девушку, разворачивает один из спортивных матов, лежащих в углу, и аккуратно расстилает его на полу. Его движения были медленными и спокойными, он старался действовать методично, чтобы не усиливать тревогу Стеллы.

– Садись, – тихо говорит он, указывая на мат. – Так будет удобнее.

Стелла, послушно, прижимает к себе колени и опускается на мягкий мат. Её глаза всё ещё закрыты, она продолжает тихонько всхлипывать. Форду становится понятно, что простого успокоения недостаточно. Ей не хватает свежего воздуха. В голове мелькает идея сделать веер из листка бумаги, который он приметил, когда опускал мат.

– Сейчас будет лучше, – говорит он, начиная медленно и ритмично обмахивать Стеллу веером. – Подыши глубоко.

Его движения плавные, успокаивающие. Он старается делать всё медленно, аккуратно. Стелла приоткрывает глаза, её взгляд рассеянный, пустой. Она продолжает дышать тяжело, но уже немного ровнее. Форд продолжает обмахивать её, чувствуя, как у него самого потеют ладони. Время тянется невыносимо долго. Кая всё нет. Напряжение в кладовке становится всё сильнее. Форд чувствует, как у него самого начинает подкатывать к горлу паника.

Постепенно, под ритмичными движениями веера и тихим шёпотом Форда, Стелла успокаивается. Её дыхание выравнивается, судорожные вздохи сменяются более ровными, глубокими вдохами и выдохами. Она перестаёт дрожать, её тело расслабляется, и она медленно, как будто нехотя, прижимается к Форду. Он чувствует её тепло рядом с собой, её хрупкость и беззащитность. Форд понимает, что девушка сильно напугана, и что, кроме того, она винит себя в этой ситуации. В кладовке повисает тягучая тишина, нарушаемая лишь тихим дыханием двоих. Форд понимает, что так продолжаться долго не может. Эта давящая атмосфера может привести к ещё большему ухудшению состояния Стеллы. Ему нужно что-то предпринять.

Он решает попробовать отвлечь её. Парень начинает говорить тихо, ровным голосом, выбирая слова тщательно, стараясь, чтобы они звучали как можно спокойнее и увереннее.

– Я переехал сюда после смерти мамы, – начинает Форд, голос его немного срывается, и он опускает взгляд на потрескавшийся пол кладовки, словно ища в нём утешение. Воспоминания нахлынули, словно волна, накрывая его с головой. Он видит перед собой свой старый дом – уютный, двухэтажный коттедж, утопающий в зелени старого сада. Большие окна заливали комнаты солнечным светом, и повсюду пахло мамиными пирогами и лавандой, которую она так любила сажать под окнами. Он помнит, как они вместе сидели на веранде, пили чай и читали книги. Теперь же всё это – лишь бледные, размытые фотографии в его памяти. Мамина улыбка, её голос, её запах – всё это осталось где-то очень далеко, за гранью этой душной кладовки. – Единственный оставшийся у меня родственник – отец которого я никогда не знал, – продолжает он, голос его становится ещё тише. – Все мои друзья остались там, – шепчет он, снова возвращаясь к воспоминаниям. – Может быть, на летних каникулах мы встретимся – произносит Форд, его голос едва слышен. – Но это не точно…

Стелла молча слушает, её взгляд устремлён куда-то в сторону, в пустоту. Она понимает, что Форд пережил, и это, несмотря на всю её собственную тревогу, заставляет её почувствовать сопереживание.

– А теперь я здесь в Сан – Бернардино. Новый «отец», первая подруга, странная и неожиданная, новые друзья, одноклассники… – Форд заканчивает свой рассказ, пытаясь придать своему голосу бодрости, но грусть всё еще слышится в нём.

Внезапно, Стелла прерывает его, её голос звучит твёрдо, хоть и немного напряжённо:

– Лучше бы ты держался от Силли подальше, – говорит она, немного сжав губы.

Форд ухмыляется, чуть заметно. Он чувствует, что Стелла пытается перевести тему, отвлечься от их ситуации, но он не собирается отступать. Он знал, что у Тайним есть проблемы, что её личность сложна, и эта ситуация только обострила её состояние.

– Я знаю, что у нее расстройство личности…

– Что? Это не так! – резко заявила Стелла, её голос, полный боли и отчаяния, эхом разнесся по тесной кладовке – Это всего лишь выдумка. Всё это сплошная выдумка. – Она замолчала, тяжело дыша, напряжение, сковавшее её несколько минут назад, сменилось резким перепадом – отчаянием и виной. Внезапно, она переключилась на другую тему, словно пытаясь убежать от собственных откровений. – Почему-то Кая все еще нет…

Форд, немного озадаченный резким поворотом событий, смягчил своё лицо. Его брови слегка нахмурились, выражая непонимание, но он старался не давить на Стеллу.

– Тогда что с Силли? – тихо спросил он, стараясь говорить спокойно, выбирая слова с осторожностью. Форд понимал, что Стелла не просто так сказала ему.

Стелла замялась, несколько секунд молчала, словно собираясь с силами. Затем, сделав глубокий вдох, начала свой рассказ, голос её был тихим, словно она боялась спугнуть что-то хрупкое и драгоценное.

Стелла глубоко вздохнула, её голос дрожал от эмоций:

– Силли всегда была такой красивой и харизматичной. Все парни в школе обращали на неё внимание. И не исключением был Кай. Они начали встречаться и все было хорошо, пока правда не всплыла в свет. Как потом выяснилось, что она предала свои отношения, чувства брата. Кай любил её. Думал, что это взаимно, а она… – Она замолчала, её глаза наполнились слезами. Форд внимательно слушал, пытаясь осознать всю тяжесть её слов. – Она изменяла ему. Не один раз. И когда это вскрылось, когда фотографии появились в сети… – Стелла покачала головой, словно, не веря в то, что говорит. – Вся школа узнала об этом. Она стала изгоем.

Форд не мог поверить своим ушам.

– Я была в шоке. Я не могла поверить, что Силли могла так поступить с моим братом. Я пыталась поддержать его, но он закрылся в себе.

Стелла сделала паузу, собираясь с мыслями.

– Вот какая на самом деле Силли Тайним.

Форд сидел молча, впитывая услышанное. Он никак не ожидал услышать такую историю, такую глубину боли и отчаяния. Брайт молча обдумывал сказанное Стеллой о Силли.

Форд сидел на краю мата, его руки нервно перебирали края шорт. Он не мог отвести взгляд от Стеллы, которая сидела напротив него. В кладовке царила тишина, лишь тихий биения сердца нарушал эту атмосферу. Стелла выглядела так, будто её мысли были далеко, но в то же время она была здесь и сейчас, полностью погружённая в разговор.

– Предательство – это самое худшее, что может случиться с человеком, – произнесла она, её голос был полон эмоций, которые переполняли её.

Форд посмотрел на неё, удивлённый её искренностью. В этот момент он заметил, как её волосы мягко падали на плечи, а в глазах читалась решимость.

– Знаешь, я думаю, что ты никогда бы не предал…

– Почему ты так думаешь? – тихо спросил он, его голос был полон искреннего любопытства.

Стелла покраснела, её щеки вспыхнули ярким румянцем.

– Я чувствую твою ауру – пробормотала она, опустив взгляд. – Доверчивую, заботливую, такую не способную на предательство. Было бы здорово если бы у меня был такой парень…

Она поняла, что сказала лишнее, и покраснела ещё сильнее, словно спелый помидор. Форд тоже смутился. Он не ожидал услышать подобное признание, особенно в такой ситуации. Воздух между ними сгустился от неловкости.

– Прости… – начала быстро извиняться Стелла, но Форд поднял руку, останавливая её.

– Всё в порядке, – тихо сказал он, стараясь скрыть своё волнение.

Тишина повисла между ними, тяжёлая и густая, как дым. Затем, неожиданно, Стелла заговорила снова, её голос был полон решимости, но всё ещё немного дрожал.

– Извини за наглость, но я хотела бы попробовать отношения с тобой…

Форд замер. Он не мог поверить своим ушам. Стелла продолжала, её голос стал более тихим и уязвимым:

– Я не понимаю, почему меня так тянет к тебе. Даже с первой встречи, когда ты нес меня на руках в медпункт, я ощутила твою мужественность. Ты – как стена, за которой я буду в безопасности.

Её последние слова звучали еле-еле, но Форд всё услышал. В его голове всё смешалось: радость, удивление и даже страх.

– Стелла… – начал он, но слова застряли в горле.

Она замолчала, отводя взгляд, её щеки пылали. Форд не мог поверить своим ушам. Всё это было настолько неожиданно, настолько невероятно, что он просто сидел, ошеломлённый. Её слова, её признание – всё это смешалось в его голове, закружилось в вихре неожиданных эмоций. Он не мог поверить, что всё это происходит на самом деле. Его разум отказывался принимать такую стремительную смену событий.

– Если ты против… – начала Стелла, её голос едва доносился до Форда, – то ничего страшного. Я все понимаю.

Резкий щелчок, скрип ржавой дверной петли – дверь кладовки распахнулась, и в проёме, весь взвинченный и запыхавшийся, появился Кай. Его лицо было бледным, глаза – широко распахнуты от тревоги.

Форд, ещё не успевший ответить Стелле, замер. Стелла вздрогнула, резко отстраняясь от него.

– Где ты был?! – спросила Стелла, ее голос звучал на грани крика. Она окинула быстрым взглядом Кая, стоявшего пряма перед ними.

– Я помогал учителям, носил какие-то коробки. А потом решил отнести ведро обратно в кладовку.

Форд и Стелла переглянулись, их смущение достигло апогея. Кай ничего не понял, но странное положение ребят не укрылось от его взгляда. Он чувствовал себя так, словно застал их за чем-то очень личным, очень сокровенным.

– Лучше выходите и идите переоденьтесь, – пробормотал Кай, поморщившись. – Я потом раздевалки закрою.

Затем он указал Форду и Стелле направление к раздевалкам. Форд направился в мужскую, Стелла – в женскую. Мысли о том, как неожиданно прервалось их объяснение, витали в воздухе, навевая ещё большее напряжение. После того, как оба переоделись, Кай подошёл к раздевалкам, запер их на ключ и только после этого они вышли на улицу вместе. Воздух казался свежим и чистым после душной кладовки, но неловкость оставалась, усиливаясь от осознания того, как неожиданно прервалось их объяснение, и от близости, которую они ощутили в тесной кладовке, а теперь скрывали, стараясь не встречаться взглядами.

На улице Кай и Стелла попрощались с Фордом. Он чувствовал себя растерянным, его мысли всё ещё кружились в вихре недавних событий, особенно тая неопределенность, что возникла между ним и Стеллой. Достав телефон, он набрал Джейка:

– Привет, Джейк, – сказал Форд, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. – Забери меня, пожалуйста. Я у школы.

Через несколько минут подъехала машина Джейка. Форд сел на переднее сиденье, и тут он заметил её – Силли, сидевшую на заднем сиденье, свернувшись калачиком. Напряжение, которое только что немного спало, вновь накатило волной. Правда, которая всплыла сегодня, словно ядовитый сорняк, стала невыносимо давить. Джейк, ведя машину, спрашивал о тренировке. Форд ответил, что устал и хотел бы прилечь. Сзади Силли тихонько смотрела в окно, её лицо было нечитаемым.

Когда они подъехали к дому Форда, Джейк начал загонять машину в гараж. Силли и Форд стояли рядом, ожидая, пока он освободит проезд. Силли улыбнулась, её улыбка была немного натянутой.

– Как дела? – спросила она, её голос был тихим, почти шёпотом.

Форд молчал какое-то время, собираясь с мыслями. Затем, посмотрев ей прямо в глаза, сказал:

– Расстройство личности, говоришь? – его голос был ровным, но в нём слышалась сталь. – Я узнал правду. И знаешь, мне она противна. Так же противна, как, наверное, и ты сама. Я только не понимаю как ты могла так поступить?

Силли смотрела на него щенячьими глазами, полными боли и какой-то безысходности. Она ничего не ответила, только тихонько покусывала губу. Молчание затянулось, наполняясь тяжестью невысказанного.

Наконец, Силли спросила, её голос был едва слышен.

– Ты ненавидишь меня?

– Не знаю, – признался он честно. Он действительно не знал. Гнев, разочарование, смешанные с жалостью, всё это бушевало внутри него.

– Ничего страшного, если будешь ненавидеть, – тихо сказала Силли, её голос был удивительно спокойным. – Я привыкла. Хотя, я бы не хотела, чтобы ты меня ненавидел.

– Почему? – удивился Форд.

Силли вздохнула, её взгляд устремился куда-то вдаль:

– Любовь, страшная штука, – прошептала она.

Форд был ошеломлён. Любовь? В этом контексте это звучало странно. Неожиданно.

– Я начал встречаться со Стеллой, – выпалил Форд, словно выплескивая на неё неожиданное признании, в котором доля лжи.

Силли уставилась на него, её глаза расширились от удивления. Затем, неожиданно, на её лице появилась лёгкая, почти озорная улыбка.

– Ну ничего, – сказала она, её голос был полон какой-то странной лёгкости. – Моя любовь от этого меньше не станет.

Тайним подмигнула Форду, короткая, быстрая вспышка чего-то непонятного – иронии? Сочувствия? – развернулась и ушла, оставляя Форда стоять одного в полумраке гаража, переполненного странными, противоречивыми чувствами. Её слова о «любви» эхом отдались в тишине.

– Чёрт…

Внезапно раздался голос Джейка:

– Форд! Эй, Форд! Помоги тут ящики перетащить.

– Иду! – крикнул парень в ответ, отгоняя от себя навязчивые мысли о Силли и Стелле.

Он быстро достал свой телефон и написал Стелле короткое сообщение: «Я не против. Так что, с этой минуты считай меня своим парнем».

Сообщение отправилось, оставляя Форда наедине с необходимостью помочь Джейку и с ещё большим количеством вопросов, на которые он пока не знал ответов.

Рассказав Силли о своих отношениях со Стеллой, Форд не только выразил свои чувства к девушке, но и попытался предотвратить возможное предательство. Ведь если бы Тайним призналась ему раньше, он не уверен, как бы поступил. Скорее всего, даже согласился бы на отношения с ней. Но теперь, сделав выбор, он не мог предать Стеллу.

Глава 5.

Стелла Блэк. Само имя звучало в голове Силли, как красная тряпка для быка. Не то чтобы она была настроена плохо, скорее, её внутреннее состояние напоминало застывшую лужу – спокойную на поверхности, но скрывающую на дне мутную тину недовольства.

Форд… Ах, Форд. Эта новость о нём и Стелле ударила Силли как неожиданный град в солнечный день. Не то чтобы она была влюблена в Форда. Нет, влюблённость – это слишком громкое слово. Скорее, это было что-то вроде озадаченности, смешанной с раздражением и щепоткой неприязни? Да, неприязни к той мысли, что кто-то посмел обратить на себя внимание Форда, отвлечь его от её, и постарается сделать так, чтобы она и он больше не общались. Неожиданность её чувства выбивала из колеи. Ведь Силли всегда заботилась только о себе. Чужие ей были попросту безразличны, и Форд до сегодняшнего дня был одним из них. По крайней мере, так она сама себе внушала.

Силли шлёпнулась на кровать, пружины жалобно застонали под её весом. Комната была заполнена полуденным светом, проникавшим сквозь не зашторенные окна. Свет заливал потолок, где Силли бесцельно смотрела на расплывающиеся солнечные блики, погруженная в свои мысли. Форд начал встречаться со Стеллой Блэк. С этой чертовой блондинкой, с её идеальной улыбкой, с выразительными глазами, с всегда безупречной причёской…

Внезапно тишину комнаты прорезал резкий звонок телефона. Силли вздрогнула, отвлекаясь от своих мыслей. Телефон лежал на прикроватной тумбочке, его яркий экран сверкающий среди белоснежных предметов. Она медленно потянулась за ним, чувствуя странное сочетание раздражения и интереса. Кто звонит?

Силли медленно подняла телефон, её пальцы, казалось, нехотя скользили по гладкой поверхности. Экран, яркий даже в полуденном свете, отобразил имя звонящего: Фелисити. Улыбка коснулась губ Силли – едва заметная, скорее, просто расслабление напряжённых мышц лица. Фелисити… Они познакомились года два назад, в онлайн-игре, где проводили целые дни, сражаясь бок о бок с виртуальными монстрами. Игры, как ни странно, сближали. В реальной жизни они не виделись, но их виртуальное общение было таким же тёплым и близким, как и с самыми лучшими друзьями. Фелисити была той редкой подругой, с которой Силли могла быть самой собой, не скрывая своего истинного, временами довольно циничного, характера.

Видеозвонок. Силли провела пальцем по экрану, принимая вызов. Лицо Фелисити заполнило экран – яркое, жизнерадостное, с весёлыми искорками в глазах. Силли невольно улыбнулась шире. Но эта улыбка тут же сменилась привычным выражением лёгкого раздражения, которое Силли, несмотря на себя, не могла скрыть. Девушка мгновенно заметила перемену в настроении подруги. Её улыбка стала несколько осторожнее.

– Силли? Что-то случилось? Ты какая-то… напряжённая, – спросила Фелисити, её голос, обычно звонкий и весёлый, стал мягче, внимательнее. На экране отображалось лицо Фелисити, крупным планом, видны были даже мельчайшие детали: небольшие веснушки, разбросанные на носу, едва заметные морщинки вокруг глаз, которые появлялись только тогда, когда девушка искренне смеялась. Фелисити – это тот человек, которому она могла рассказать всё.

– Хочешь новость? – начала Силли, всё ещё держа телефон немного выше уровня глаз, будто пытаясь таким образом дистанцироваться от собственных слов. Её пальцы нервно перебирали прядь волос, прежде чем она решилась произнести то, что мучило её последнее ввремя. – Стелла и Форд… начали встречаться.

Силли нахмурилась, брови её сдвинулись в недовольном выражении. Её лицо, обычно скрывающее эмоции под маской безразличия, сейчас отображало целый спектр чувств – от лёгкого раздражения до скрытого беспокойства. Фелисити, наблюдая за подругой, широко распахнула глаза. Её веснушки, обычно такие милые и озорные, как будто потускнели от неожиданности.

– Что?! – воскликнула Фелисити, её голос полон изумления. – Что Стелле нужно от Форда? Он же, ну, совсем не её тип.

Силли пожала плечами, её взгляд устремился куда-то вдаль, будто она искала ответы в пустоте. Свет из окна падал на её лицо, подсвечивая тонкие линии беспокойства вокруг глаз.

– Не знаю, – прошептала Силли, её голос едва слышен. – Может, это из-за того, что я начала с кем-то общаться. Стелла же до сих пор считает меня бедной, одинокой девушкой-изгоем, у которой никого нет.

Силли тихо рассмеялась. Фелисити тут же подхватила её смех, её лицо снова озарила яркая улыбка.

– Как тяжело, запутанно… Я смотрю, ты никогда не скучаешь, – сказала подруга, её глаза блестели от смеха и участия.

Силли задумалась, словно она снова окунулась в воспоминания. Когда же её жизнь была спокойной? Спокойной… до появления Блэков в школе. Фелисити заметила, как настроение Силли снова потемнело. Она попыталась сменить тему.

– …а Джейк как? Как он поживает? Старается быть хорошем отцом?

Силли как будто очнулась от своих мыслей. Её лицо стало немного мягче.

– Знаешь… он старается, – ответила Силли, тихо вздохнув. – Но думаю, у него есть опыт. Я же часто прихожу к нему. Вдобавок я того же возраста, что и Форд. Так что, не всё так плохо. – Она захихикала, словно пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей. – А ещё, Форд очень похож внешне на Джейка. Характер такой же – вначале кажутся серьёзными, а потом как послушные щеночки. Только глаза другие, видимо, мамины.

Её настроение немного улучшилось, появилась лёгкость в голосе. Фелисити улыбнулась.

– Ого, да он прям двойник мистера Брэгга! – воскликнула она.

– О да, – мечтательно протянула Силли, – если бы Джейк был помоложе… я бы его с руками и ногами забрала!

Девушки рассмеялись, их смех звучал легко и свободно. Но внезапно Фелисити, смеясь, произнесла слова, которые сразу же заставили Силли нахмуриться.

– Так забери Форда, в чем проблема…

Фелисити тут же поняла, что сказала лишнего. Силли с серьёзным лицом посмотрела на подругу, её глаза были полны неожиданной решимости.

– У меня в ближайшие десять лет нет в планах быть с кем-то, – спокойно заявила Силли, и в её голосе не было и тени шутки. Она вернула телефон в исходное положение, чувствуя себя как никогда уверенной в своем решении, несмотря на все внезапные перемены в жизни Форда. – Знаешь, Фел, я бы сделала только одному человеку исключение – Джейку. Если бы Джейк был и вправду помоложе, то он был бы идеальным парнем. Но увы и ах. Меня радует то, что он мне заменяет отца.

– Прости, – прошептала подруга, её голос звучал искренне раскаявшимся. Силли пожала плечами, стараясь, чтобы её голос звучал спокойно.

– Ничего страшного, – ответила она, но напряжение в её плечах и сжатые губы говорили об обратном. Между девушками повисла тишина, наполненная лишь тихим шелестом листьев за окном и едва слышным гулом города. Тайним, казалось, боролась с чем-то внутри себя. Солнечный свет, падавший на её лицо, подчёркивал резкие черты, обычно скрытые за маской безразличия.

– Фел, как думаешь… – начала Силли, её голос был тихим, почти шёпотом, – если я начну «шлифовать» Стелле жизнь… моя станет легче?

Фелисити нахмурилась, задумавшись. Она знала Силли достаточно хорошо, чтобы понимать, что это не просто риторический вопрос. Перед глазами Фелисити пронеслась вереница событий – Тайним никогда не была девушкой, которая бы терпела обиды молча. Она мстила, но делала это тихо, незаметно, словно кошка, подкрадывающаяся к своей жертве.

Но прежде чем Фелисити успела высказать своё мнение, Силли её перебила, её голос теперь звучал с неожиданным блеском в глазах.

– У меня есть идея! – воскликнула она, её глаза блеснули озорным огнём. – Смотри, в ближайшее время Стелла сто процентов сделает так, чтобы Форд со мной не общался. Я это знаю. Я хочу специально общаться с Фордом, флиртовать с ним, признаваться в нереальной, безумной любви к нему! И представь, если он ей изменит?! Главной красотки школы! Как иронично получится. Как тебе план?

Фелисити нахмурилась. Её веселое настроение мгновенно исчезло, сменившись явной тревогой. Идея Силли, казавшаяся ей сначала забавной и немного безумной, теперь вызывала серьезное беспокойство. Она знала Силли – ее способность к тонкой игре, ее умение мстить незаметно и эффективно, были одновременно впечатляющими и пугающими. Но этот план… этот план был слишком рискованным.

– Сил, – начала Фелисити, стараясь подобрать слова, которые не обидели бы подругу, но в то же время ясно выразили ее обеспокоенность. – Я не знаю. Мне не нравится эта идея. Ты слишком рискуешь. Стелла… она не из тех, кто прощает.

Подруга говорила медленно, стараясь подобрать слова, чтобы убедить Силли отказаться от этого опасного плана. Она видела в глазах подруги огонёк азарта, но под ним чувствовалась настоящая боль.

Силли закатила глаза, её жест был одновременно раздраженным и немного усталым. Она уже слышала подобные предостережения. Игнорировать их стало её привычкой. В её взгляде читалось упрямство, смешанное с какой-то обреченной решимостью.

– Не волнуйся, – сказала она, её голос звучал холодно и отстраненно, словно она говорила о чем-то совершенно обыденном. – Я всё продумала. Это не просто импульсивное решение. Это стратегия. И я знаю, что делаю.

– Поступай, как знаешь, – вздохнула девушка, её голос был тихим и полным беспокойства. Она понимала, что спорить с Тайним бесполезно. Оставалось только надеяться на лучшее и молиться, чтобы этот план не обернулся против Силли самой.

Девушки ещё немного поговорили, обсуждая другие, более безобидные темы. Фелисити рассказывала о школьных новостях, о каком-то забавном случае на уроке истории. Силли слушала рассеянно, её мысли всё ещё были заняты Фордом и Стеллой, её хитроумным планом мести. Внезапно, голос матери подруги послышался из другой комнаты, прерывая их разговор. Фелисити извинилась, сказав, что ей пора.

Силли отключила видеозвонок. Бросив телефон рядом, она легла, скрестив руки на груди и уставившись в потолок. В комнате царила тишина, прерываемая лишь тихим гулом города за окном. Её мысли снова вернулись к Стелле и Форду. Почему эта чертова блондинка решила встречаться с Фордом? Любовь? Точно нет. Должен быть какой-то подвох, какая-то скрытая причина. Но какая?

Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, и перед её внутренним взором возник образ Форда. Он был высок, с волосами цвета спелой ржи, отливающими медью на солнце. Силли помнила его тихий, размеренный голос, тот самый, который мог успокоить бурю в её душе одним лишь своим звучанием. Она видела его руки – длинные, сильные, но при этом с удивительно мягкими, почти женственными движениями. Она представила, как он обнимает её, чувствуя тепло его тела сквозь ткань одежды. Её пальцы почувствовали бы нежность его прикосновения, лёгкое, почти невесомое касание его пальцев к её волосам, как они скользят по чёрным прядям, распутывая каждую прядь. Это было не просто прикосновение – это было обещание защищённости, спокойствия и нежности. Картина была настолько реальной, что Силли почувствовала тепло на своей коже, лёгкий аромат одеколона и странное, щемящее чувство умиротворения. Это было приятно, успокаивающе и, неожиданно для неё самой, очень уютно. Она ощутила тот же самый комфорт, который испытывала в детстве, когда её обнимал отец.

Силли резко открыла глаза, вскочила с кровати и выдохнула с силой.

– Чёрт!

Она бросилась к зеркалу, её лицо горело, щёки залились краской. От неожиданности Силли даже почесала затылок. Эта неожиданная волна тепла, вызванная видением Форда, её смутила. Она вспомнила о своём решении – никаких отношений, по крайней мере, в ближайшие десять лет.

Силли, стараясь успокоить бурю эмоций внутри, каждый раз легко шлепала себя по щекам. «Соберись, Силли Тайним!» – повторяла она про себя, но в голове всё равно царил хаос. После нескольких глубоких вдохов, она, недолго думая, подошла к окну, чтобы проветрить голову и немного отвлечься от своих мыслей.

Как только она распахнула окно, ее взгляд наткнулся на знакомую фигуру напротив – это был Форд. Он стоял в комнате без футболки, его мышцы четко рельефные, а свет солнца создавал вокруг него ореол, подчеркивая его силу и уверенность. Силли вдруг громко закашлялась и покраснела, её щёки мгновенно залила волна горячего смущения.

Их глаза встретились. Форд, казалось, был удивлён и слегка озадачен, глядя на неё, будто не веря, что она стоит там, смотрит на него. На его лице было выражение легкой смущенности. Силли, хоть и не хотела этого делать, но не смогла удержаться. В порыве импульса она сделала движение, будто показала, что её заводит его внешний вид. Быстро перекрестив руки на груди, она пыталась сдержать смешок, Форд в свою очередь покраснел – это было заметно даже с такого расстояния, его щеки заиграли красным оттенком, и она вдруг почувствовала прилив восторга.

Силли не удержалась и тихо хихикнула, это показалось ей одновременно забавным и неуместным. Не желая, чтобы его взгляд продолжал её мучить, она быстро закрыла шторы, укрывшись от солнечного света и от этого смущающего момента. Её сердце колотилось в груди, и она прочувствовала, как её нервы взбесились.

«Черт, черт, черт!!!»

– Что б этих чертовых Блэков – пробуднела она и зарылась лицом в подушку, как будто таким образом могла зарыться в свои проблемы. Вокруг нее снова воцарилась тишина, но внутри всё ещё бушевали эмоции, требуя выхода.

Глава 6.

Глухой голос учителя, монотонно рассуждающий о квантовой физике и непредсказуемости поведения элементарных частиц, терялся где-то за прозрачной завесой весеннего света. Форд, рассеянно слушая, больше смотрел в окно. Брайт любил весну. Любил её яркость, запах влажной земли и, особенно, весенние пикники, которые он проводил с матерью… Внезапная вибрация телефона вырвала его из задумчивости. Форд проверил уведомление – сообщение от Стеллы. Прошли две недели с тех пор, как они начали встречаться. Две недели, которые преподнесли Форду полных странностей Силли.

Она всегда была странной, это отрицать было бессмысленно. Но эта странность… эта странность была другой. Не объяснимой. Быть может, дело в его отношениях со Стеллой? Возможно, из-за влюбленности Силли? Эта мысль заставила его улыбнуться. Несмотря ни на что, Силли проявляла к нему явный интерес. Дома она флиртовала с ним, довольно открыто и заметно. Даже когда они находились в разных комнатах, по разные стороны окан. Брайт в тот момент снимал футболку и случайно заметил в окне Силли. Она наблюдала за ним, и даже на таком расстоянии, её взгляд и движения были явно флиртующими. «Ох уж эта Силли», – подумал Форд, когда вибрация телефона снова вырвала его из задумчивости.

Форд прочитал сообщение Стеллы: «Как тебе идея посмотреть фильм после тренировок?»

«Я только за! Ты уже выбрала фильм? Если да, то какой? Мне нужно знать, чтобы я купил билеты в кино», – написал Брайт.

Спустя три минуты пришёл ответ: «Я думала, что дома у тебя посмотрим…».

Форд опешил. Сообщение Стеллы застало его врасплох. Нормально ли это – приглашать девушку домой? Конечно, нормально! Но тут же всплыла проблема: знакомство Джейка со Стеллой. Парень задумался, как лучше всего организовать это событие, чтобы не возникло неловкости.

После непродолжительных размышлений, он написал: «Да, хорошо. Выбрала какой уже? Я заранее хочу скачать, чтобы мы не ждали загрузки фильма».

Отправив сообщение, Форд засомневался в правильности своего решения. Быть может, стоило подождать?

Ответ Стеллы не заставил себя ждать. Девушка написала, что хочет посмотреть «Если не мы, то кто?», нашумевший романтический фильм.

«Хорошо» – коротко ответил Форд.

Остаток урока физики он провёл в напряжении, ожидая звонка, чтобы быстрее пойти на тренировку, а после нее домой. Дома нужно было кое-что привести в порядок, а это собственную комнату. Если бы Форд знал, что у него будут гости, он бы, как минимум, застелил кровать.

Урок закончился, и класс тут же превратился в бушующий океан сумок, тетрадей и спешащих учеников. Внезапно, в кабинет влетела классная руководительница. На её голове красовался взъерошенный пучок рыжих волос, а лицо было усеяно веснушками. Было видно, что она очень спешила. Её стремительное движение, чуть ли не бег, по контрасту с размеренным, хотя и нервным сбором учеников, резко выделяло ее на фоне общего беспорядка.

Мисс Харпер, сжимая в руках стопку бумаг, стояла перед классом. Её выражение лица было серьёзным, но в глазах читалось лёгкое беспокойство – точно такое же, какое Форд заметил при их первой встрече. Она начала говорить, голос её звучал немного напряжённо, словно она пыталась сдержать волнение.

– Ребята, мне нужно кое-что срочно вам сообщить. Понимаю, у кого-то планы после уроков, тренировки и желание поскорее уйти домой… Но это займёт совсем немного времени. – Её слова повисли в воздухе, вызывая шёпот и обмен взглядами среди учеников. На лицах ребят отразилось лёгкое раздражение – их планы, очевидно, были нарушены. Мисс Харпер кивнула, как бы подтверждая их невысказанные мысли. – Ребята, как вы все знаете, наш город каждый год празднует Пасху, – продолжила она, её голос приобрел более уверенный тон. – И каждый год школа выбирает несколько классов, которые будут помогать в организации этого праздника. И, как вы уже догадались, в этом году выбран наш класс. – Пауза, которую она выдержала после этих слов, была наполнена напряжением. Воздух в классе сгустился от предвкушения, от осознания надвигающейся работы, от неявного сопротивления новому поручению. – Я составила список, – мисс Харпер слегка улыбнулась, стараясь сгладить напряжение, – в котором указано, кто и чем будет заниматься в организации праздника.

Слова «составила список» прозвучали как приговор. Тишина, опустившаяся в классе, была гуще и тяжелее, чем прежде. Каждый ученик ждал своего имени, каждый в глубине души надеялся, что его не окажется в этом списке. Дополнительная работа, хлопоты, потеря времени – перспектива не из приятных, особенно накануне выходных или важных личных дел. На лицах ребят отражалась смесь тревоги и разочарования.

Мисс Харпер, наконец, нашла свой список среди вороха бумаг. Она аккуратно разгладила лист, пробежалась по нему взглядом, и, слегка кашлянув, чтобы привлечь внимание класса, начала зачитывать:

– Итак, начнём… Первая группа: Аливия, Мэйсон и Ава. Ваша задача – организация игр и развлечений с пасхальным зайцем. Подробности вы узнаете в кабинете номер двести двадцать третий. – Три названных ученика переглянулись. На их лицах отразилось легкое разочарование, смешанное с неуверенностью. Планы на вечер, очевидно, пришлось перестраивать. Мэйсон незаметно вздохнул, Ава сжала губы, а Аливия, напротив, казалась относительно спокойной, словно уже мысленно продумала, как лучше всего справиться с поручением. Следующая группа вызвала чуть более бурную реакцию. – Вторая группа, состоящая из пяти человек: Грейс, Агата, Зои, Оливер и Алекс. Ваша задача – декорирование. За всем необходимым пройдите в кабинет сто тридцать первый. – На этот раз недовольство проявилось более открыто. Оливер поморщился, Зои закатила глаза, а Грейс начала что-то быстро шептать Оливеру. Но больше всего выделялась Агата. Её лицо выражало явное негодование.

– Но, мисс Харпер, у меня тренировки по плаванию! – воскликнула она, голос её звучал несколько истерично.

Мисс Харпер отреагировала мгновенно, словно ожидая этого возражения. Её улыбка была спокойной, почти снисходительной, но в глазах читалась твёрдая решимость.

– Моя дорогая Агата, я предусмотрела эту ситуацию. Я уже связалась с твоим тренером. Как выяснилось, ты не посещала тренировки уже как три месяца. Есть ещё вопросы? – Агата покраснела, слова застряли у неё в горле. Её попытка избежать дополнительной работы провалилась. Она опустила голову, явно расстроенная.

Наконец, мисс Хэтти перешла к последней группе, и тут напряжение в классе достигло пика. Её голос немного понизился, словно она делилась какой-то тайной:

– И, наконец, последняя группа, ответственная за изготовление пасхальных яиц: Силли и Форд. Вы пройдете у нас в кабинет двести тринадцатый.

Шёпот прокатился по классу. Удивление и лёгкое недоумение смешались с любопытством. На лице Силли появилось едва незаметное выражение довольства, а Кай, не сдержавшись, вмешался. Его голос был напряжен, а в глазах – беспокойство.

– Но у Форда тренировки!

Мисс Харпер прервала его спокойным, но уверенным голосом. Она посмотрела на Кая пристальным взглядом, словно видя сквозь него.

– Я знаю, что у Форда тренировки, – спокойно, но твёрдо сказала мисс Харпер, её голос не дрогнул ни на мгновение. – Я связалась с вашим тренером, и тот подтвердил, что кратковременный перерыв не навредит подготовке Форда. К тому же, у всех остальных тоже есть свои кружки и тренировки. Я старалась выбирать тех, кто в данный момент свободен от других обязательств. А для Форда это будет отличной возможностью получше узнать, как мы отмечаем Пасху в Сан – Бернардино. И удачно, что они живут по соседству. Они смогут работать вместе, помогая друг другу.

Мисс Харпер с лёгким вздохом убрала список, её лицо выглядело немного уставшим, словно она потратила много сил на организацию всего этого.

– Желаю вам удачи, ребята! – произнесла она, уже собираясь уйти. Но в этот момент раздался резкий, неожиданный голос Стеллы.

– Он не будет с этой… идиоткой! – крикнула она, её слова прозвучали как вызов, словно брошенный вызов самой мисс Харпер.

На лице классной руководительницы появилось выражение недовольства, которое мгновенно сменилось раздражением. Она уже почти вышла из класса, но, резко развернувшись, с громким стуком швырнула стопку бумаг на стол. Её голос, обычно тихий и мягкий, стал неожиданно громким и резким.

– Дорогая Стелла, никто, слышишь, никто в этом классе не идиот! Силли – хорошая девочка! И не смей так о ней говорить! Я же предупреждала тебя, не так ли?!

В классе воцарилась тишина. Даже Форд, привыкший к спокойному и уравновешенному поведению мисс Харпер, был немного ошеломлён её вспышкой гнева. Он едва заметно улыбнулся, поражённый такой сменой настроения.

– Чтобы я ещё хоть раз услышала подобное от кого-либо из вас, – продолжила мисс Харпер, её голос, хотя и был тише, звучал стальным, – меняйте на себя, этот вопрос будем решать в кабинете директора! Поняли меня все?! – Она пристально посмотрела на Стеллу. – Поняла меня, Стелла?

– Поняла, – буркнула Стелла, её голос был всё ещё полон раздражения, но подчинения.

– Вот и славно! – мисс Хэтти заметно успокоилась, словно выпустив пар. – Теперь, ребята, идите в назначенные кабинеты. Остальные свободны. Если возникнут вопросы, пишите мне. Хорошего вам дня!

С этими словами она, наконец, взяла свои бумаги и, немного помятая, но несломленная, покинула класс, оставив после себя вихрь эмоций и некоторую неуверенность в предстоящей работе.

Весь класс, словно выпущенный из клетки, потянулся к выходу. Шум шагов, шепот, смешки – все признаки возвращения к обычной школьной жизни после неожиданного объявления мисс Харпер. Но Стелла оставалась на месте, её лицо выражало явное недовольство. Её плечи были напряжены, руки сжаты в кулаки. Она была не просто недовольна – она была взбешена.

– Уж нет, она не будет с Фордом! – заявила Стелла, её голос, хотя и тихий, был полон решимости, как твердое, неколебимое «нет». В её словах звучала угроза, неявно направленная не только на Силли, но и на самого Форда, словно она считала его неспособным принять правильное решение.

Брайт, чуть замешкавшись у парты, обернулся. Он хотел успокоить свою девушку.

– Всё хорошо, ничего страшного не случится, Стелла… – начал он, но его слова утонули в резком вмешательстве Силли. Она не дала Форду закончить фразу, прервав его быстрым и немного резким выпадом.

– Что, боишься, что уведу твоего парня? Правильно, бойся! – Силли, выждав паузу для эффекта, произнесла эти слова с вызывающей лёгкостью, наблюдая за реакцией Стеллы.

Стелла вскипела. Её лицо покраснело, в глазах вспыхнул гнев. Она представляла, как срывает с Силли чёрные волосы, нанося ей сокрушительный удар.

– Что ты только что сказала?! – прошипела Стелла, её голос дрожал от ярости.

– Хорошо, повторю. Что ты боишься, что я уве… – Силли начала повторять, но её перебили.

– А ну, молчать! – Кай, с силой ударив кулаком по парте, прервал накаляющуюся ситуацию. Его лицо выражало решимость прекратить этот скандал. – Прекратили этот балаган!

Форд, пытаясь урегулировать ситуацию, подошёл к Стелле и обнял её.

– Стелла, это всего лишь мероприятие, ничего больше, – успокаивал он девушку, стараясь говорить ровным и спокойным голосом. Его слова были направлены к Стелле, но взгляд Форда, холодный и полный неожиданной ярости, был прикован к Силли. В нём не было ни капли прежней доброты, только твёрдое, почти угрожающее осуждение. Это неожиданное изменение выражения лица мгновенно изменило атмосферу.

Силли, немного опешив от такой резкой смены настроения и от направленного на неё яростного взгляда Форда, сделала шаг назад. Её брови приподнялись в изумлении, губы чуть приоткрылись. Она явно не ожидала такой реакции от Форда и, вероятно, почувствовала себя виноватой, недопонятой, или даже испуганной. Неожиданный гнев Форда, брошенный на Силли, заставил её замереть, словно оледенев.

– Ничего. Я сама зайду в двести двадцать третий кабинет. А ты иди на тренировку. Вечером напишу. Пока, – спокойно, почти равнодушно сказала она, махнула рукой и, изящным движением повернувшись и ушла.

Стелла, прижавшись к Форду, была на грани слёз. Её тело дрожало.

– Так, моя милая парочка, нас ждут на тренировке, – сказал Кай, намеренно с лёгкой улыбкой, подмигивая Брайту.

– Сейчас пойдём, я догоню, – сказал Форд, и Кай кивнул, подтверждая, что понял намек.

Форд погладил Стеллу по волосам, и, постепенно, она успокоилась.

– Солнышко, всё будет хорошо… – мягко сказал Форд.

– Как ты меня назвал? – спросила Стелла, её изумрудные глаза заблестели, отражая искры уходящего гнева.

– Не нравится солнышко?

– Да нет, наоборот, очень мило, – улыбнулась Стелла. – Давай я вместо Силли буду с тобой в паре. Пожалуйста! Я не хочу её видеть рядом с тобой. Видно же ее намерения. Наверное, того, что она сделала с моим братом, ей было недостаточно. Теперь она хочет и мне сделать плохо. Пожалуйста, Форд!

Форд смотрел на неё с тёплым, полным любви и понимания выражением лица.

– У тебя тринеровки, которые лучше не пропускать! Это, во-первых. А во-вторых, ты должна мне доверять. Всё будет хорошо. Тем более, это ненадолго.

Стелла была немного недовольна таким ответом.

– А вы и в правду соседи? – спросила она, вспомнив, как мисс Харпер обмолвилась об этом.

– Да, а что?

– Не общайся с ней и старайся держаться от нее подальше. Делайте работу, но никак не контактируйте. Хорошо? – Стелла посмотрела на Форда с молящими глазами.

Брайт задумался. Это будет непросто. В особенности учитывая, что Джейк и Силли каждую неделю, по четвергам, устраивают у них дома чаепитие. Но лучше, пожалуй, не посвящать Стеллу в эти подробности. Излишняя информация только вызовет у неё ненужные переживания и беспокойство.

– Хорошо, – Форд чмокнул Стеллу в лоб. – А теперь пойдём на тренировку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.