# Замуж раз, замуж два!

Диана Фад

Срочно жениться! Такое условие поставил мне начальник. За три дня я должен найти себе жену. Кандидаток было много, но есть лишь одна, кого я действительно хотел видеть своей женой еще со школы. И она мне нужна не для фиктивного брака на год, а на всю жизнь. Только вот Марта и не догадывается о моих чувствах, сделает все возможное, чтобы наш договорной брак превратился в цирк. Да, с ней не соскучишься! Но именно за это я ее и выбрал.

От автора: книга из серии "Мымрики", читаются отдельно, история Егора и Веры в книге "Мымра"

## Глава 1. Марта

Как говорят женщине, которая хочет встретить свою пару? Выходишь выносить мусор, обязательно в чулках, туфлях на шпильке и в полной боевой готовности. Так вот, это не про меня. Я вышла с тяжелым пакетом, в котором позорно гремели бутылки из-под шампанского. Торчали лотки из-под салатов. На голове моток из не расчесанных с вечера волос, заткнутых карандашом со стеркой на кончике. На ногах, грозя потеряться, растоптанные сланцы папы, темно-синие пижамные штаны и серая футболка на голое тело без лифчика.

И почему именно в этот момент я должна была встретить своего самого противного, самого занудного бывшего одноклассника. Причем прошло шесть лет после окончания школы, а он меня узнал на удивление сразу. Хотя судя по его словам, я сильно не изменилась за эти шесть лет.

– Матвеева? Ты? – меня остановил не мужской возглас, а удивленная интонация. Я оглянулась и решила стать невидимкой, твердя про себя «Он это не мне, меня тут нет». Отвернулась и подошла к мусорным контейнерам, размахнулась, закинула один пакет, что смачно громыхнул разбитой стеклотарой из-под спиртного, а потом второй, звук в принципе был тот же.

– Матвеева, глухая что ли? – голос уже был рядом, и пришлось все-таки услышать, а то подумает, что я и правда оглохла на старости лет.

– Ой, а я думаю, кто это меня что ли зовет? – обернулась, встречаясь с сердитыми стального цвета глазами Игоря Русацкого. Моя первая, подростковая любовь, и такая же первая несчастная любовь в одном лице.

– А я думаю, ты или нет, сразу не узнал, но ты мало изменилась, – сухо улыбнулся мне Игорек, а вот он изменился и даже очень. Он всегда был, конечно, самый лучший во всем в классе: отличник, медалист, футболист, «олипиадист», кто там еще. Короче пример для подражания с золотой короной на голове. И что я в него влюбилась? Хотя есть причина, он был красив и успешен во всем. Мечта многих девчонок и стопроцентная зануда.

Сейчас он стоял передо мной в идеальном костюме из светлого льна, без единой складочки. Вы вообще видели где-нибудь, чтобы лен не мялся? Я, например, нет. Так вот, светлый костюм, белоснежная футболка под ним, прическа из темно-каштановых волос, волосок к волоску и дорогие часы с туфлями. Прическа вообще меня убила просто, по сравнению с моим карандашом в волосах, про Игоря можно было сказать, что он только что из салона красоты. Длинная челка, кокетливо падающая на один бок и стриженый висок с другой стороны. Супер-пупер гад. Почему гад? Потому что рядом со мной, мы оба смотрелись, как господин и бомж, их внезапная встреча.

– Не я, – наконец, решила ему ответить и уже повернулась, чтобы идти к своему подъезду, как из прически вдруг исчез карандаш. Мои волосы тяжелой золотой волной упали на плечи и на спину, почти до талии.

– Вот! – заорал Игорек, чем здорово меня напугал, я даже подпрыгнула на месте, – Ты мне и нужна, Рапунцель.

– А вот обзываться команды не было, – огрызнулась я, вспоминая свое школьное прозвище, впрочем, и институтское тоже.

– Матвеева, выручай! – чуть не упал на колени Игорек.

– Чего? – удивилась я.

– Спасай меня, – продолжил тот, умоляюще сложив руки.

– Я думала, что резкое помешательство невозможно, – проворчала я, снова заматывая волосы в тугой узел и отбирая из рук Игорька карандаш. Воткнула себе в голову и сделала шаг в сторону.

– Матвеева, я серьезно.

– Да что ты хочешь от меня?

– Будь моей женой! – в отчаянье крикнул Игорек.

– Чего?! – я просто ошалела от такого предложения.

– Выходи за меня замуж.

– Ты перегрелся что ли?

– Нет, Матвеева. У меня только один вопрос к тебе, как давно ты пьешь? – строго спросил Русацкий.

– А тебе то, какое дело? – взвилась я.

– У меня только одно условие, не пить много, пока не закончится наш контракт.

– Ты в своем уме? – покрутила я пальцем у виска, – Какой еще контракт?

– Я же сказал, мне нужна жена и ты ею станешь, – убежденно произнес Игорь и взял меня за руку.

– Ну, уж нет! За тебя? Да никогда! В страшном сне такое не приснится!

– А чем я так плох? – удивился он, когда я вырвала у него свою руку.

– За кого угодно, Русацкий, но только не ты!

– А вот отсюда поподробнее, – нахмурился Игорек.

– Там, – показала я рукой за его спину, и он снова попался, поворачиваясь в указанную сторону. Все, как в школе, а я рванула с места, пытаясь добежать до своего подъезда, чтобы скрыться в нем и не видеть больше этого придурка. У железной двери немного сбавила темп и обернулась назад. Игорь стоял все на том же месте и смотрел на меня. Вот и отлично, пусть там и стоит. Открыла тяжелую дверь и скрылась в подъезде, облегченно выдыхая.

Дома первым делом залезла в душ, надо привести себя в порядок, а то мало ли еще кому взбредет в голову попасть на мои глаза сегодня. Настойчивый звонок в дверь заставил меня вылезти из-под душа и кутаясь в небольшое махровое полотенце, распахнуть дверь.

– Вот, это тебе, – протянул мне красивый большой букет алых роз Игорек, входя в мою квартиру без приглашения и мягко отодвинув меня плечом.

– Так, понятно, бомжатник, – оглянулся он по сторонам и снова вернулся взглядом ко мне. Посмотрел на мои голые плечи, на которых еще были капли воды, мокрые волосы, голые ноги, – Жить до и после свадьбы будем у меня, здесь не совсем комфортно. У меня новый двухэтажный дом, все необходимое есть, тебе понравится. По сравнению с твоим клоповником у меня царские хоромы. Собирайся, едем.


## Глава 2. Игорь, за неделю до встречи с Мартой

– Игорь Михайлович, срочно зайдите к Троицкому, – сказала в трубку секретарь главного Жанна Владимировна и тут же отключилась. Вот всегда она так, скажет, что нужно и тут же трубку бросает, нет бы сказать, зачем, что с собой взять из документов. На всякий случай сгреб со стола бумаги, которые готовил и положил в прозрачную папку. Если Троицкий спросит, у меня все с собой.

В кабинет к главному попал сразу, Жанна Владимировна ждала меня у двери. Зачем-то оглядела мой темно-синий костюм, сняла с плеча несуществующую пылинку и открыла дверь.

– Проходи, Игорь, тебя ждут, – сообщила она и вернулась к своему столу. Секретарь Троицкого та еще железная леди. Мы все за глаза называли ее Маргарет Тэтчер, уж больно была похожа, причем возрастом тоже. Те же тонко поджатые губы и завитые крупными локонами темно-каштановые волосы. Лет ей было примерно за пятьдесят, и она всегда, сколько я помнил себя, работающим здесь, ходила в одном и том же костюме: темно-серый в полоску и голубой блузке с бантом у горла. Костюм может быть и обновлялся, но всегда выглядел одинаково и брошь из сверкающих виноградных лоз на лацкане тоже не менялась.

– А, Игорь, проходи, – сказал Троицкий, указывая мне на кресло перед его столом. Я сел в кожаное кресло, положив папку на стол, но Троицкий отодвинул ее от себя и снял очки, задумчиво разглядывая меня. Главный был высокий, худощавый, его стального цвета глаза с лучиками морщин в уголках, выдавали смешную натуру и это была правда, Троицкий часто смеялся. А еще чаще любил рассказывать анекдоты, иногда не в тему, но всегда смешно.

– Там отчеты по открытым каналам связи, – на всякий случай указал я ему на папку.

– Потом посмотрю, – отмахнулся главный, – Слушай, Игорь, ты у нас тут сколько уже работаешь?

– Да немного, второй год пошел, – удивился я такому вопросу.

– Короче, не буду ходить вокруг, да около. Наши партнеры в Берлине, ищут толкового парня, который щелкает программы, как орехи. Я рекомендовал тебя, рассказал про твои заслуги перед отечеством, точнее перед нашей фирмой, и они зацепились за твою кандидатуру. Это очень хороший шанс получить немалый опыт и подняться по карьерной лестнице. Через год я буду двигать начальника вашего отдела выше, а тебя хотел бы видеть на его месте. Что скажешь?

– А что тут говорить? – улыбнулся я, – Перспективы заманчивые.

– Вот именно, но есть одно большое, НО! – сказал Троицкий, подняв указательный палец вверх, – Кандидатуру твою одобрили, только есть условие. Немцы хотят видеть у себя в офисе толкового, семейного парня. Повторяю, семейного. Тебе необходимо жениться.

– Мне? Жениться? – удивился я, даже привстал в кресле и снова плюхнулся туда, – Да ни за что!

– Ты такой противник брака? – возмутился главный.

– Нет, но как-то не мечтал связать себя брачными узами в таком молодом возрасте.

– Тебе сейчас двадцать пять, какой же молодой? Можно жениться и семью строить, – не отставал Троицкий.

– Жениться я не против, но только лет через десять, – проворчал в ответ, надеясь, что все это шутка.

– Не получится, Игорь. Жениться нужно сейчас или вместо тебя в Берлин поедет Слава.

– Да он ничего не смыслит в этом проекте! – возмутился я, на время растеряв всю субординацию, – Это я занимался проектом для немцев и только я могу довести его до ума!

– Вот, поэтому женись, – сказал Троицкий, – У тебя есть девушка?

– Постоянной нет, да и подходящей тоже.

– Ну так найди! У тебя есть неделя до свадьбы, не больше.

– Да где я найду такую?!

– Не знаю, Игорь, да и не моя это проблема. Найди какую-нибудь всего на год, если не хочешь по-настоящему. Уговори там ее, пообещай что-нибудь, не мне тебя учить. Знаю, парень ты видный, симпатичный, мозги есть. Решай это как проблему, которая возникла на пути и ты ее исправляешь.

– Тут какую-нибудь не получится, – задумался я, перебирая в уме всех знакомых девушек, – Тут нужна особая, да и не каждая согласится поехать на год в Германию.

– Сделай так, чтобы согласилась, все Игорь, иди, у меня много дел, – отмахнулся Троицкий, – Жду тебя в следующий понедельник со свидетельством о браке на руках и печатью в паспорте или о Берлине можешь забыть.

Вышел из кабинета, чуть не громыхнув дверью напоследок. Где я найду невесту за неделю, а точнее за четыре дня? Сегодня вторник, а расписаться нужно максимум в субботу. Зашел в свой кабинет и сел за стол, стягивая с шеи галстук, который внезапно стал душить меня. Откуда взять жену? И ведь Троицкий не шутит, отправит Славку, который загубит мне весь проект. Черт!

Взял со стола чистый лист бумаги и стал рисовать кружочки, вписывая в них имена знакомых девушек и ставя под ними плюсы и минусы. Так, Оксана. Моя бывшая, расстались полгода назад, причина не уточнялась. Просто пришел домой, ее нет, вещей тоже нет и все, даже не стал выяснять, что не так. Что в ней хорошего? Красивая да, поставил большой жирный плюс под кружком с ее именем и написал грудь. Да, грудь у нее была шикарная, что не обхватить рукой. Дальше кто? Анжела, тут сразу жирный минус. Эта истеричка, когда расставались, перебила мне всю посуду на кухне, даже прыгнула к телевизору на стене, чтобы стащить его на пол, но вовремя ее поймал, вытолкав за дверь. Кто остался? Маша, Наташа, Мила – все не то.

На ум пришло одно редкое и красивое имя, Марта. А вот тут поподробнее, пожалуйста. Нахмурился, вспоминая свою первую любовь и кусая карандаш губами. Марта, что б ее! С чего она вообще появилась в моем сознании, хотя я ее не звал. Все школьные годы, а точнее с пятого класса был в нее влюблен, в эту красивую девчонку с длинными светлокаштановыми волосами, за что ее все называли Рапунцель в старших классах. Марта берегла свои волосы так, что готова была глотку прогрызть, если ее кто дергал за длинные косы, а как не дернуть? Вот они, висят эти две тугие красивые шелковые на спине, спускаясь ниже талии. На пушистых кончиках смешные резинки, всегда разные, то с какими-то цветочками, то просто ленточки или заколки какие. Волосы у нее были просто космос, и я всегда хотел увидеть их распущенными и увидел, на выпускном, где и отдал ей свое сердце. А Марта разжевала его, погрызла по краям и выплюнула к моим ногам.


## Глава 3. Марта

– Ты глухой Русацкий? – посмотрела на Игоря, как на таракана, скорчив брезгливое выражение лица, – Я тебе сказала, никакой свадьбы!

– Да я тебя и не спрашиваю, а помочь хочу! Пить бросишь, подлечим тебя, апгрейд сделаем, выручай! – я бы сказала, что Игорь взмолился, но куда там. Все это он сказал таким командным тоном, приказным, что вызвал у меня скрежет в зубах.

– Давай, иди мимо, Русацкий, – стала я его подталкивать к двери. Но тут, как назло из своей комнаты в инвалидной коляске выехал папа.

– Дочь, у нас гости? – сказал он, улыбаясь.

– Да, ты его, наверное, не помнишь. Игорь Русацкий и он уже уходит! – поиграла я бровями, заставляя Игоря внимательно смотреть на меня и надеясь, что он поймет намеки, но куда там. Его и раньше-то было невозможно прошибить ничем, – Он был как-то у нас, приходил с цветами, – тихо и зло произнесла я, отвернувшись от Игоря.

– Ага, которые ты все исхлестала по моему лицу, – тут же расплылся в улыбке Русацкий. Вот же, улыбается еще, кобель несчастный.

– А, помню, помню, – заулыбался папа, – Ты еще плакала всю ночь в подушку, я слышал.

– Спасибо, папа, – закатила я глаза к потолку, а Русацкий заржал, как конь.

– Так ты тогда что, выгнала меня и рыдать пошла? – гоготал Игорь, держась за бока, – Я то думал, что получил по морде и все, финита ля комедия, а ты оказывается, рыдала.

– Так, все, иди, давай, – снова начала пихать я его к двери, но лишь буксовала на месте. Сдвинуть эту гору мышц было невозможно. – Да, уйди ты уже! – завелась я.

– Дочь, как ты разговариваешь с гостем! – строго сказал папа, чуть повысив голос, – Напои его чаем, угости тортом, у нас еще вроде остался после вчерашнего. Нельзя так с гостями, молодой человек тебе цветы принес, а ты его за порог.

– А ну, пошли на кухню, – процедила я сквозь зубы, – Буду чаем тебя поить, милый, – затем произнесла сладким приторным голосом, от которого сам Игорь поморщился, но пошел за мной следом, буравя мою спину взглядом. Тут я вспомнила, что все еще в одном полотенце и резко остановилась, отчего Игорь врезался в меня, и невольно схватил за талию.

– Руки убрал! Я должна одеться, – передернулась я всем телом, будто мне неприятно его прикосновение, – Сейчас вернусь, – и ушла, оставляя Игоря с папой на кухне.

В своей комнате быстро сдернула полотенце, надела короткие шорты, любимую футболку с розовым зайцем. Немного подумала и завалилась с телефоном на кровать, открывая игрушку. Папа хотел гостей, вот пусть и развлекает, а я пока здесь отдохну, полежу немного. Через минут сорок мне стало интересно, о чем там общаются мой бывший одноклассник и папа. Я, чтобы не шуметь, прошла на цыпочках через зал и навострила уши, слушая разговор в кухне.

– Упал я очень плохо, со всего маха позвоночником на бордюр. Полгода в больнице, а теперь вот, кресло. Врачи говорят операция нужна, и Марта в какие-то фонды письма отправляла, но кому я старый нужен?

– Да какой вы старый? – удивляется Русацкий, – Вам лет сколько?

– В апреле будет пятьдесят два, – отвечает папа, а я сдерживаю слезы. После его травмы, что только не делала, чтобы поставить папу на ноги.

– Так это разве старый? – возмущается Игорь, – Это только полжизни, вам еще половину прожить нужно.

– Ну уж нет, вешать на дочь такую обузу? Таскать старика по больницам на своих руках? Нет, не о таком будущем я мечтал для нее.

– А можно мне ваши документы взять? Покажу кое-кому, может смогу помочь? – отвечает Игорь и я начинаю злиться. Зачем дает надежду папе? У нас нет таких денег, чтобы оплатить операцию. Пришлось выйти на кухню и прислониться к стене, сложив руки на груди.

– Чай попил? -спрашиваю Игоря, – Можешь идти.

– Ох, Марта, – качает головой папа, – Как я тебя воспитал!

– Хорошо воспитал, а вот Игорь здесь, не по совсем приятной причине.

– А что за причина? – интересуется папа.

– Хорошая причина, даже очень, – усмехается Игорь, а я показываю ему кулачок в моей руке, пусть только попробует сказать, все папе, но тот делает вид, что ничего не заметил, – Замуж ее зову, а она против, – довольно произносит Русацкий. Вот гад какой!

– Замуж? – удивляется папа, ну еще бы я и сама до сих пор в шоке, – А Марта мне ничего не говорила, – смотрит на меня укоризненно.

– Марта сама не знала, – ворчу я и хватаю Игоря за руку, тяну из-за стола. Тот делает вид, что не замечает моего пыхтения и спокойно разговаривает с отцом.

– Да, Максим Юрьевич, хотел позвать МММ, то есть Марту с собой в Берлин на год, а она не хочет, – продолжает гнуть свое Игорь, а я застываю. Не от того, что он случайно назвал мое школьное прозвище, кроме Рапунцель, а еще было МММ, Матвеева Марта Максимовна. Сократили так мои инициалы одноклассники.

– Куда ты меня зовешь? – спрашиваю Русацкого, прищурившись.

– В Берлин, а что? – удивляется тот.

– Я согласна! – быстро говорю я, – Только папа поедет со мной!

– О как, – удивляется Русацкий, – Значит жду тебя в субботу в ЗАГСе, потом напишу в каком.

– У нас и свадьба будет? – к чему-то спрашиваю я.

– Все как у всех, лимузин белый, фата, платье, если хочешь, – соглашается Игорь.

– А вот хочу, – ставлю руки в бока, – И платье, и цветы, и подруг позвать.

– Зови, – кивает Игорь и встает, – Только скажи мне сегодня сколько человек будет, чтобы ресторан заказать, и вот, еще, – кладет на стол карту банка, – Пин код пришлю, безлимитка.

– У меня есть условия, Русацкий, – киваю я и сгребаю карту со стола, верчу ее в руках, чуть не пробуя на зуб. Золотистая такая, красивая, – И я хочу, чтобы их оформили договором.

Игорь думает, лохматит волосы таким знакомым жестом, что я невольно вспоминаю его в школе. Конечно он изменился, стал строже что ли или серьезнее. В школе был другим, более открытым и веселым. Все время шутил и смеялся.

– Ладно, наконец выдает он свое решение, – Собирайся, едем к юристу, будет тебе договор.

– Я одета, – говорю ему, и он оглядывает мои короткие шорты, задерживая взгляд на футболке, что натянута на голую грудь. Я понимаю, что он заметил, что под футболкой ничего нет и заливаюсь краской, тут же упрямо вскидывая подбородок. Смотри, Русацкий, да, я выросла в нужных местах.

– Мы к юристу едем, – строго говорит он и я вздыхаю, придется переодеваться, но тут же снова хитро улыбаюсь, а Игорь закатывает глаза, понимая, что просто так это ему не сойдет с рук.

– Я быстро, – говорю ему и бегу, подпрыгивая в свою комнату, переодеваться.

## Глава 4. Игорь

Выходит, она из комнаты… Точнее выплывает, скользя по полу на высоких каблуках и в лаковых сапогах до … по самое не хочу. Далее колготки в мелкую сеточку, кожаные короткие шорты и полупрозрачная майка на тонких бретелях. А под ней… ничего!

Моя челюсть плавно съезжает вниз, когда я вижу круглую упругую грудь и розовые соски, через тонкую ткань майки. А Марта стоит, как ни в чем не бывало, думает поразила меня своим нарядом. Ну если честно, то да, грудь почти голую я не ожидал увидеть никак. Тем более сейчас, тем более ее грудь. Волосы у МММ забраны в высокий хвост, на лице боевой раскрас, ну хоть сейчас на панель.

– Что пялишься, Русацкий? – спрашивает Марта, стараясь стоять прямо на двадцати сантиметровой шпильке. Чуть пошатываясь, но выпячивая вперед свои прелести от которых я чувствую шевеление в паху.

– Ты так поедешь? – указываю пальцем на грудь.

– А что? – осматривает она себя. Видя сверху лишь ткань майки, а не общий вид.

– К зеркалу подойди, – усмехаясь, подталкиваю ее к трюмо в прихожей.

– Ох, б**ть! – восклицает она и скользит быстро в сторону своей комнаты. Жду ее, тихо посмеиваясь, вспоминая мелкую школьницу МММ в которую был влюблен. Помню, как-то уже в старших классах, обсуждали девчонок, а точнее их размеры. Многие в это время уже могли похвастаться шикарным бюстом, но только не МММ. Ее грудь была похожа на доску, а точнее отсутствие груди. Я тогда сказал пацанам, что придется смотреть на нее при свете и с лупой, чтобы отыскать какое-то подобие груди. За что тут же получил рюкзаком по голове и удивленно смотрел, как Марта убегает по коридору, слышала все. На следующий день пошел к ней домой извиняться с цветами, где этими же цветами и получил по морде.

Марта снова скользит из своей комнаты, теперь уже в белой футболке без рукавов, но с голым животом, в пупке которого торчит золотой гвоздик с камешком.

– Так нормально? – спрашивает меня, лукаво улыбаясь.

– Уже лучше и должен заметить, лупа теперь не нужна, – ухмыляюсь я, направляясь к двери. Позади себя слышу, как с шумом втягивает в себя воздух Марта. Но идет за мной. Хотя нет, не идет, а двигает ногами по полу, как на лыжах. Оборачиваюсь в дверях, оглядываясь на нее.

– Может снимешь? – указываю пальцем на эту блестящую красоту на ее ногах.

– Ни за что! Лучше смерть! – трагически восклицает она, и я сминаю с губ улыбку, выхожу первым. Быстро спускаюсь на один пролет и замираю, я хочу видеть это. Далее происходит то, что я буду помнить, наверное, до самой своей смерти. Этот мелкий кузнечик на полусогнутых ногах, начинает спускаться, почти повиснув на перилах. Ноги Марты смешно подогнулись, она осторожно спускается, недолго балансируя на одной ноге, потом тоже самое повторяет с другой. Ну-ну, я уже смеюсь, закрыв кулаком рот.

– Ну, ты долго там?! – кричу ей, поторапливая.

– Пошел ты, – ворчит Марта, вставляя непечатное слово, и продолжает свой спуск. Я выхожу на улицу и сажусь в машину, чуть сдаю назад метров на пять, чтобы смотреть, как она пойдет до машины без опоры. Марта появляется на крыльце, вертит головой, выглядывая меня. Замечает мою машину и машет рукой, чтобы я подъехал. Поворачиваю голову в другую сторону, типа я ее не вижу, а сам смотрю краем глаза. Та топает ногой, покачнувшись в одну сторону и с трудом выравнивая себя. Оглядывается по сторонам, потом снова на мою машину, я так и чувствую, как она решает, что ей делать. Осторожно делает шаг, потом другой и отпускает столбик крыльца. Я уже повернул голову и смотрю, неужели дойдет?! А Марта вдруг выпрямляется, кладет руку себе на талию, вторая на боку, как у заправской манекенщицы. Выдыхает и идет ко мне походкой от бедра, плавно, стремительно, в одну линию. Я второй раз роняю челюсть, удивляясь такой способности у женщин. Она только что ползла по ступенькам. Как, мать твою?! Как она теперь может идти?!

Марта сама открывает дверь переднего пассажирского сидения, садится и поправляет мне челюсть, сдвигая вверх.

– Поехали? – улыбается она, одергивая футболку, что сползла с одного плеча, оголив загорелую кожу.

– Ведьма, – тихо, как мне кажется, ворчу я, заводя машину, и трогаюсь с места.

– Сначала едем в ресторан, я еще не завтракала из-за тебя, – начинает Марта.

– Сейчас обед, – не отвлекаясь от дороги, говорю ей.

– Я поздно встала, – тут же прилетает ответ. Ну, кто бы сомневался! – Тем более, мне нужно с тобой обсудить некоторые пункты договора, до того, как мы пойдем к юристу.

– Хорошо, – откликаюсь я, заворачивая к Вареничной, – Это подойдет?

– Это не ресторан, Русацкий, – кривит губы Марта, – Хотя тебе, откуда это знать.

Вылезает из машины и идет к дверям в Вареничную, виляя бедрами. Я тащусь за ней следом, не отрывая взгляда от круглой аппетитной попки, и врезаюсь в какого-то парня, который так же как я, шел мне на встречу, но обернулся посмотреть на задницу МММ.

– Смотри куда идешь, – сердито говорю ему, когда мы, столкнувшись, разлетаемся в стороны.

– Сори, девка улетная, – улыбается мне, показывая большой палец вверх, – Твоя?

– Моя, – цежу сквозь зубы.

– Кайф, завидую, – хлопает он меня по плечу и идет к своей тачке. Я тоже завидую, смотрю на его матовую Ламборджини последней модели, стоит, как мой новый дом. Мог бы, конечно, купить, но не сейчас. Чувствую у меня расходов прибавиться с появлением жены в лаковых сапогах и прозрачных майках.

## Глава 5. Марта

Я, конечно, хотела наказать Русацкого, нарядиться к юристу во всей своей красоте, но не ожидала, что эти чертовы сапоги такие высокие. Я их купила как-то по непонятно какой причине и даже не надела ни разу. А тут приспичило так, что решилась. Пожалела тут же, когда сделала первый шаг и поняла, что идти в них невозможно. Шпилька двадцать сантиметров, навернусь так, что собирать потом по кусочкам, но отступать было некуда. Из комнаты вышла, держась за стеночку, и поползла в сторону Игоря, стараясь выпрямиться, но тогда мой зад перевешивал меня, а ноги противно подгибались, и я заваливалась на бок.

Дошла, а Игорь стоит и смотрит куда-то вниз, таким взглядом, что сожрать готов. Когда сама увидела себя в зеркало, чуть глаза на лоб не вылезли. Вроде майка нормальная, а грудь видна словно и нет никакой ткани. Мелькнула мысль, идти так, но нет, не такой уж я экстремал. Пришлось ползти обратно, передвигая ноги не отрывая от пола. Все это чертов ламинат, на асфальте будет не так скользко, но… я совсем забыла про лестницу. Русацкий убежал почему-то вперед, оставил меня одну, и пришлось спускаться самой. Это было ужасно! Каждый шаг приходилось рассчитывать в геометрической прогрессии, учитывая твердость покрытия лестничного пролета и силу ветра. Хотя с ветром я перегнула, в подъезде его не было. Как хорошо, что у нас второй этаж! Спуск от этого легче не стал, но я его преодолела и вышла из подъезда на улицу.

Оглянулась в поисках машины Игоря и стала махать ему рукой, чтобы подъехал, ага, сейчас, так он прямо и сделал. Пришлось собрать всю волю в кулак и отцепиться от столбика крыльца. А дальше я представила себя на подиуме и поспешила забыть, какая у моих сапог высота. Мне нужно было показать Игорю, как я красиво умею ходить, и я пошла, чудом пошла. Каждую секунду ожидая, что вот сейчас я позорно рухну, под хохот бывшего одноклассника. Но мне удалось, а потом удалось, когда входила в Вареничную, чуть не проехав по скользкой плитке зала. Плюхнулась на мягкий диванчик, не рассчитав высоту со всего размаха, но сделала вид, что так и планировалось. Игорь сел напротив и уткнулся в меню.

– Что будешь? – хмуро спросил меня.

– Пельмени с курицей и грибами, молочный коктейль с клубникой, эклер в шоколадной глазури, – тут же ответила я, чувствуя, как рот наполняется слюной. Русацкий оглядел зачем-то мою фигуру, хмыкнул и сделал такой же заказ себе, только коктейль заменил на кофе без сливок и сахара.

– Начнем? – спросила я, отыскивая в маленькой своей сумочке ручку и блокнот. Брови Игоря поползли вверх, но он снова промолчал, – У меня несколько вопросов.

– Давай, выкладывай, – кивнул он, откидываясь на спинку диванчика и расслабляясь, ну что же, начнем.

– Первый вопрос про наш фиктивный брак, – начала я, – Будет ли у нас секс?

– Чего? – поперхнулся Русацкий кофе, который ему только что принесли.

– Ты не понял слово секс или что? – подняла я брови.

– Слово понял, вопрос нет.

– Я хочу, чтобы секса у нас не было, – авторитетно сказала я, – Любые поползновения с твоей стороны, я буду считать нарушением договора.

– За ручку-то можно взять? – улыбнулся Игорь.

– Только если нужно, – кивнула я, записывая в блокнот первый пункт «Секс ни в каком виде. Категорически нет»

– Позволь спросить? – начал Игорь, пока я писала.

– Валяй, – не глядя на него, разрешила я.

– А если нам обоим захочется? Это я из теории вероятности, но все же?

– Не захочется, – отрицательно покачала я головой.

– Почему? – удивился он, – Все-таки целый год воздержания, это много для мужика.

– А кто сказал, что у меня секса не будет? – удивилась я, поднимая на него взгляд.

– Ага, значит ты, моя жена и будешь мне изменять? – грозно сдвинул брови Игорь.

– А ты? Не будешь?

– Ну если будешь ты, то и я тогда, – тут же согласился он, а я задумалась «Хочу ли я, чтобы мой муж мне изменял?» Поняла, что не хочу.

– Нельзя изменять, – тут же записала в свой блокнот второй пункт.

– А как тогда? – возмутился Игорь.

– Никак, потерпишь, – Русацкий хмыкнул, но промолчал.

– Далее, поцелуи, – написала я в блокноте.

– А с ними то, что не так? – снова удивился он.

– Только если нужно на публику. Наедине ни за что, и без языка, – направила я на него острие ручки, угрожая.

– Ладно, постараюсь сдержать свой язык, – хохотнул Игорь.

– Тоже относится и к рукам, никаких личных прикосновений, – записала я третий пункт.

– Ты пятьдесят оттенков, что ли пересмотрела? – спросил, смеясь Игорь, – Нужно добавить тогда пункт про наручники и хлыст.

– Точно! Спасибо, – похвалила я его и записала четвертый пункт, – Теперь дети.

– Кто? – снова удивился Игорь.

– У нас не должно быть детей в течение этого года!

– А откуда они появятся, если секса не будет?

– А, да, – согласилась я, – Но запищу на всякий случай. Так, далее, я не буду готовить, и убирать за тобой.

– А за собой? – тут же отозвался Игорь.

– За собой буду, – согласилась я, – На год ты берешь все расходы на себя, включая мое и папино питание, все, что связано с поездками.

– И добавь гардероб, – заглянул в мой блокнот Игорь.

– Зачем мне шкаф?

– Гардероб в смысле одежда, – пояснил Игорь.

– А-а, ладно, согласна, а то вдруг мне захочется что-нибудь купить заграницей, – записала я новый пункт.

– Что-то еще?

– Да, мой папа, я хотела бы, чтобы ты отправил его документы в Шарите в Берлине. Мне говорили, там можно обследоваться. Я хотела собрать деньги на обследование, но мне не удалось. Это для тебя дорого? – напряглась я, вдруг Игорь не так богат, как я думала. В школе он был сыном достаточно обеспеченных родителей, хотя я не вникала в подробности.

– Это не обсуждается, я и сам хотел предложить, – соглашается Игорь.

– И последний вопрос: кроме того, что я стану твоей женой, что ты хочешь за это и что поможешь мне и моему папе? – уставилась я Игорю в глаза.

– А вот такой разговор, мне уже нравится, – заулыбался тот.

– Ну, так что?

– Тебя Марта, я хочу тебя!

## Глава 6. Игорь

Марта замирает с ручкой в руке и открыв от удивления рот. Мне хочется смеяться, но я сдерживаюсь, боюсь быть раненым острым кончиком пишущего предмета. Она мне уже угрожала им.

– Что тебя так удивляет? – спрашиваю осторожно, чтобы не спугнуть. Марта качает головой, отмирает.

– Ты в своем уме, Русацкий? – спрашивает она, – Мы не виделись шесть лет, да и чувств у нас друг к другу нет, с чего бы тебе, меня хотеть?

– А вот тут для меня тоже загадка, – честно признаюсь я.

– В смысле? – сдвигает она гневно брови и я напрягаюсь.

– Я не знаю, с чего вдруг тебя хочу, – продолжаю ступать по минному полю.

– А что, я такая страшная, что меня нельзя желать? – возмущается Марта и я понимаю, что все висит на волоске, весь мой план.

– Давай забудем этот разговор, – предлагаю ей.

– Ну уж нет, Русацкий, сказал А, начинай говорить Б, – складывает Марта на груди руки и взирает на меня с яростью.

– Всегда мечтал затащить тебя в постель, – начинаю я.

– Неверное начало, – огрызается Марта.

– Тогда другое, ты мне нравишься, давно.

– Уже теплее.

– Очень нравишься, – добавляю я.

– И за шесть лет не прошло?

– Нет.

– Вот как, – о чем-то усиленно думает и выдает, – Ты мне не нравишься, договора не будет, – складывает свой блокнот и ручку в сумочку и встает из-за стола.

– Сядь, Марта, – тяну ее за руку обратно, – Я пошутил.

– Что-то у меня сомнения, – недоверчиво отвечает она, но садится обратно.

– Давай так, в договор этот пункт вносить не будем, но если через год, твое мнение обо мне не изменится, то просто разойдемся и все.

– Не изменится, – фыркает Марта, – Ты самый занудный тип из всех, кого я встречала.

– Вот как, – теперь уже удивляюсь я, – И в чем мое занудство проявляется?

– Во всем, Русацкий, во всем, даже сейчас ты все хочешь сделать, как нужно тебе.

– А тебе нужно обязательно мне сделать наперекор.

– Да!

– Понял, попробую не наседать.

– Что-то я сомневаюсь.

– Кстати, насчет твоих пьянок…

– Да не пью я!

– Я слышал и видел.

– У нас был вечер лечения сердечных ран.

– Чего?

– Ну, мою подругу бросил парень, мы все собрались на взаимопомощь у меня и лечились.

– Чем? Шампанским? – удивляюсь я.

– Ну как бы да, а что?

– Да ничего и сколько вас было?

– Вначале двое, ну и сама несчастная жертва, потом подошла Юлька, затем Надя, потом … Что ты пристал ко мне?! – взрывается Марта.

– А кем ты работаешь? – становится интересен мне вопрос трудоустройства моей будущей жены.

– Я – тамада, – гордо отвечает Марта, а я скриплю зубами.

– Нужно срочно уволиться, – говорю ей.

– Нет!

– Да! И это не обсуждается! Моя жена не должна скакать по чужим банкетам и праздникам, тем более мы уедем из страны.

– Я не скачу! – возмущенно кричит Марта и на нас начинают оглядываться.

– Нет, я сказал, – обрываю ее я, – Или твой отец никуда не поедет!

– Да ты деспот! – уже тише восклицает Марта и замолкает, я даже слышу, как стукаются друг об друга мысли в ее голове.

– Как можно было с золотой медалью стать тамадой? – спрашиваю ее.

– А вот так, Русацкий, – тихо огрызается Марта.

– Ты же вроде хотела поступать на психолога?

– Я поступила.

– А потом?

– Суп с котом, – ворчит она, – Ладно, я уволюсь, но нам надо на что-то жить.

– Я уже сказал, что вы с отцом на моем обеспечении.

– Мне каждый раз у тебя спрашивать денег на воппер ролл? – возмущается Марта.

– На что? – поднимаю удивленно брови.

– Проехали, – смиряется девушка, но ненадолго.

– Я тебе дал карточку, ей и пользуйся.

– Я могу покупать все, что захочу? – щуриться Марта.

– Почти, – с осторожностью отвечаю ей, – В разумных пределах.

– Мне нужно отчитываться в своих расходах?

– Нет, – говорю ей честно, так как буду видеть все ее покупки в специальной программе банка, вплоть до зубочисток.

– Класс, – улыбается она, – А там много денег?

– Марта! – возмущаюсь я.

– Жаль, я думала много, – печалится она, чем выводит меня из себя еще больше, – Хотела меховое манто купить и разрезать его на видеокамеру.

– Зачем? – вновь впадаю я в ступор.

– Чтобы остальные не покупали, не убивали ради шуб бедных животных.

– И где логика? – я честно не понимаю, как это купить шубу, разрезать на камеру, чтобы никто больше не купил.

– Я же говорила, что ты зануда, – встает со вздохом из-за стола Марта, делает шаг и вспоминает про свои сапоги. Тяжко вздыхает, но упорно отрывается от стола, – Я в туалет и поедем.

– Ну-ну, – смотрю ей вслед, как она дефилирует между столиков в конец зала. Что такое воппер ролл вообще? Задаюсь вопросом и достаю телефон, вбиваю название в поисковик и шумно вздыхаю, ну, конечно, фастфуд, как я сразу не догадался.

Расплачиваюсь за еду и выхожу на крыльцо Вареничной. На улице такая жара, что плавится все вокруг. Становится жарко в пиджаке, и я его снимаю, вещая на руку. Представляю, как хорошо Марте в кожаных шортах и лакированных сапогах на такой жаре, усмехаюсь и иду к машине. Сажусь, включая кондиционер и смотрю за выходом Марты из кафе. Она идет, щурясь от палящего солнца, а я думаю о том, что Марту даже искать не пришлось. Когда вспомнил про нее, не знал, может она уже замужем, детей полный дом. Подъехал к ее дому и стоял у машины, пытаясь припомнить какой у нее подъезд. Может она здесь уже не живет давно, но узнал сразу, как только она вышла из подъезда с этими своими пакетами с мусором. Ничуть не изменилась, такая же маленькая, худенькая, разве что округлилась в нужных местах, что я сегодня успел оценить во всей красе.

– Почему у тебя все время открывается рот, Русацкий, когда ты наблюдаешь за мной? – произносит Марта, плюхаясь на сидение в машину. Я машинально подбираю челюсть, которую снова уронил, пока смотрел, как она идет к машине виляя бедрами.

– Задумался, – огрызаюсь я и срываюсь с места, буксуя.

– Вау! Русацкий, да ты экстремал! – кричит Марта, вцепившись в свое кресло, а я отворачиваюсь, чтобы она не видела мою улыбку. Еще не знает всех моих тайн, наивная.


## Глава 7. Марта

Вот это домина! Я хожу по комнатам, которые совершенно пустые. Есть отделка, полы, потолки, но нет мебели и всего остального, даже штор. Сам дом в два этажа, участок перед ним не очень большой, но и этого достаточно. Все засеяно газоном, который аккуратно пострижен. У забора несколько не сильно больших туй, короче полный минимализм. Может за домом хотя бы сад, какой есть, а то очень скучно тут. В смысле дом красивый, но пустой. Большие окна, комнаты, наверх ведет лестница. На первом этаж окна в пол, стиль чисто мужской, хай-тек. Ну понятно, что Игорь для себя старался, а не для будущей жены. Сама я такой стиль не люблю, уж лучше лофт тогда с милыми кирпичиками, деревянными балками и мягкими диванами с тканевым покрытием. Обожаю этот стиль, а еще прованс с серым и лавандовым цветом, но точно не хай-тек с его безликим металлом.

– Я хотел, чтобы вы с отцом переехали сюда, – говорит Игорь, открывая мне двери в каждую из комнат.

– Но здесь ничего нет, – возмущаюсь я, рассматривая полностью пустые без мебели комнаты. Присутствует только отделка.

– Одна комната обставлена полностью, внизу готова кухня, оборудована всем нужным, – не соглашается Игорь.

Мы заехали сюда после юриста, где оформили договор сроком на год и теперь вот, Игорь показывает мне дом.

– Но мы можем пока жить в своей квартире с папой, тем более все равно уезжать, как ты говоришь, – не соглашаюсь я.

– Мы с тобой не можем жить отдельно, – скрипит зубами Игорь, – После свадьбы, ты должна жить со мной, здесь, пока идет оформление виз и всего прочего. У тебя хотя бы заграничный паспорт есть?

– Нет, зачем он мне, – произношу я, оглядывая комнату в которую мы вошли. Это спальня и здесь уже есть мебель. Все сделано в стиле белый и венге, мне нравится, но я ни за что в этом Игорю не признаюсь. Спускаемся по широкой деревянной лестнице и заходим в большую комнату.

– А здесь что? – рассматриваю помещение, не менее тридцати квадратных метров.

– Гостиная.

– А что такая большая? – выглядываю в низкое до пола окно с выходом на террасу.

– Не знаю, – честно признается он, но я уже бегу дальше по коридору, минуя какую-то раздевалку, и застываю на пороге огромного помещения. Бассейн с покатым стеклянным потолком, только не заполненный водой.

– Вау, – восхищенно произношу я, проходя в помещение, мне здесь нравится, – А можно его наполнить водой? – рассматриваю голубую плитку на дне большой чаши и рисунок с рыбками.

– Можно, а зачем? – интересуется Игорь, – Будешь плавать?

– Ага, – со смехом оглядываюсь я, замечая еще две двери, – А там что?

– Сауна и душевая.

– Ух ты, все. Я решила!

– Что ты решила? – осторожно спрашивает Игорь.

– Девичник будет здесь.

– Какой девичник?

– Мой, у каждой невесты должен быть девичник, – непримиримым тоном говорю я, заглядывая в сауну. Представляю, как будут визжать от восторга мои девчонки.

– Ну ладно, – с сомнением соглашается Игорь, – Скажу, чтобы наполнили.

– Отлично, Русацкий, – вскрикиваю от восторга, и висну у него на шее, целуя в щеку.

– Ты уже передумала, насчет близости? – обнимает меня за талию Игорь, поглаживая по голой спине, нырнув под топик.

– Вот еще, – отбиваю легко его руки, вырываясь из объятий, – Наш договор вступил в силу, никаких рук, Русацкий!

– Тогда не называй меня так, я все-таки твой будущий муж и, кстати, фамилию мою возьмешь.

– С чего бы это? – удивляюсь я, – Через год опять менять?

– Так надо, – снова ворчит Игорь.

– Ты вообще, зачем женишься так срочно? Что тебе в Берлине делать? – наконец, спрашиваю я.

– Работать, моя дорогая женушка, – усмехается Игорь, – А для этого мне нужна жена, с моей фамилией и желательно любящая.

– Ну ладно, с первым я согласна, а вот со вторым проблема, – киваю я, – Так, поехали у нас много дел. Нужно заказать все для вечеринки, шары воздушные, кресла – мешки, шампанское. Девчонок нужно обзвонить, кошмар, сколько дел. А нельзя свадьбу через неделю сделать?

– Нет, Матвеева, срок – суббота.

– Зануда, – взвываю я, – Ладно, успею.

– И еще, купи себе платье, приличное платье, – хмурится Игорь, оглядывая мой наряд, – Я сейчас тебя отвезу в хороший салон, на свадьбе ты должна выглядеть очень элегантно, и максимально прикрыто.

– Как скучно, – дую я губы, в тайне надеясь, что этот пункт мне получится обойти.

– Марта! Не выводи меня! – начинает вскипать Игорь и тянет меня за руку на выход из дома, – Вот ключи, делай что хочешь. Поехали в салон, оставлю тебя там, а мне нужно на работу.

– Хорошо, – иду послушно за ним, создавая видимость подчинения. Надеюсь, в салоне найдется что-нибудь для меня, а не наряды для принцесс.

По дороге в салон звоню девчонкам, игнорируя рычание Русацкого.

– Маринка, привет, а я замуж выхожу, а-а-а! Да, представляешь! – кричу возбужденно в трубку, – В субботу, ага, да не беременна я, с чего ты взяла! Короче, все подробности в пятницу на девичнике, адрес потом скину, чмоки чмоки и я тебя.

– Юлька, привет,а я замуж выхожу, а-а-а! Да, представляешь? Да не беременна я!

– Надюшка, приветик дорогая, а я замуж выхожу, а-а-а, сразу говорю, не беременна!

– Марта, – перебивает меня Игорь.

– Что, любимый, – машинально отвечаю ему, набирая телефон Танюшки. Игорь зыркает на меня злобным взглядом, – Танюшка, а я замуж выхожу, представляешь! Нет, не беременна!

– Много еще их? – цедит сквозь зубы Русацкий.

– Еще пять, а нет, шесть, Катька еще или ее не звать? – задумываюсь на минуту, – Позову, жалко, что ли. Наташка, привет! А я замуж выхожу! А-а-а!

## Глава 8. Марта

Свадебный салон «Сказочная фея», как много в этом звуке, а точнее в названии. Так и хочется сморщить нос. Не сказочная я фея, однозначно и никогда ею не была. Но будущий муж сказал надо, значит надо. Захожу в царство красоты и тут же теряюсь от обилия белых облачков со стразами.

– Добрый день, чем могу вам помочь? – заученно улыбается девушка в светло-голубом платье с белым воротничком.

– Хм, – пытаюсь вспомнить я, зачем вообще сюда пришла, – Мне на свадьбу нужно.

– Свадебное платье, вечерний наряд, костюм, длинное, короткое, пышное, узкое, фата, веночек, шляпка, – начинает частить девушка, и я зависаю на перезагрузке. Чувствую, как челюсть идет вниз, и машинально трогаю рукой подбородок. Так вот почему у Игоря она все время падала! Это он так зависает, в смысле думает.

– Короче, – начинаю я, присаживаясь на розовый диванчик в холле, вытягиваю ноги в своих лаковых сапогах. Я их уже давно не чувствую, по- моему они мне отказали еще у юриста, – Можно я сапоги сниму? – спрашиваю девушку.

– Конечно, конечно, я вам сейчас дам одноразовые тапочки, – соглашается консультант, и вскоре я получаю оргазм, конкретный такой, когда снимаю сапоги и всовываю ноги в тапки из какой-то тонкой ткани.

– Оу-у, – постанываю я, прикрыв в восторге глаза.

– Н-да, – соглашается консультант Лилия, как я успела прочитать на бейджике.

– Лиля, я сама тамада и на все эти платья насмотрелась за три года до тошноты, – начинаю, вставая с дивана, Господи, как же хорошо без каблуков! Выкину эти сапоги прямо сейчас, когда выйду отсюда. Да еще жара такая, что мои ноги, как после сауны, фу.

– Поняла вас, – улыбается Лилия, – Нужно что-нибудь оригинальное, в вашем, хм, стиле,– оглядывает она меня с головы до ног.

– Ага, – соглашаюсь я, и мы идем с ней в другой зал, где тоже платья, костюмы, снова платья, кружева, кошмар короче, мне такое часто снится.

– У нас здесь еще одна комната, вечерние наряды, может, начнем отсюда? – спрашивает Лиля, и я киваю. Несмотря на обилие ненавистных мне свадебных платьев я здесь бы осталась. Кондиционер приятно охлаждает помещение, тихо играет музыка, кайф короче.

– Вот, возможно это? – достает Лиля с высокой вешалки, что тянется вдоль всей стены, один из нарядов. Я смотрю, сложив руки на груди, думаю.

– Нет, слишком обычно, скажем так, – не соглашаюсь с ней, и она убирает наряд на место. Перебирает вешалки, а я отхожу в сторону, в самый угол. Мне нужно сама не знаю что, пока не увижу, не пойму, а как пойму, если не вижу?

Через два часа выхожу из салона довольная собой и проделанной работой. Правда, тут же вспоминаю слова Игоря, которые забыла напрочь об элегантном и закрытом платье. Оборачиваюсь на дверь салона в мыслях вернуться, но тут же торможу себя. Ну уж нет, моя свадьба, как хочу, так и наряжаюсь. Вызываю такси и еду в наш офис, на работу. День у меня не нормированный, я, как правило, свои рабочие дни отрабатываю по полной с пятницы по воскресенье. На эту субботу у меня была заявлена свадьба, придется передать ее Юльке, да и вообще все придется отдать, мне сказали уволиться. Может пока не нужно? Набираю Игоря, и тот сразу берет трубку:

– Купила платье? – спрашивает он.

– Платье? – удивляюсь я, – А, ну да, купила, – отвечаю ему, вспоминая, что платьем этот наряд вряд ли назовешь.

– Хорошо, – удовлетворенно отвечает он, – Я сейчас пришлю тебе адрес. Будь там, через два часа.

– Слушай, Русацкий. У меня и свои дела есть, – начинаю заводиться.

– Какие?

– Я вообще-то работаю!

– Сейчас? – почему-то спрашивает Игорь.

– Ну и сейчас тоже. Я еду на работу и хотела спросить тебя, мне вот сию минуту увольняться или есть у меня, например месяц, пару недель?

– Ты должна уйти с работы до регистрации, – отвечает Игорь, – Моя жена не может быть тамадой.

– Что у тебя там за работа такая, стратегически важная? – ворчу я, вздыхая, – Ладно, уволюсь.

– Спасибо. К восьми часам жду тебя у своих родителей, – обрывает разговор Игорь.

– Как у родителей? Але! – кричу в трубку, но слышу только короткие гудки. Вот гад! Эту ситуацию я как-то не предусмотрела, – задумалась и тут же заулыбалась своим мыслям. Родители значит, ну что же, пошалим. Я, кстати, помню маму Игоря, такая строгая женщина в очках, красивая, но мне всегда казалось, что она может замораживать взглядом все вокруг. Ах, как же я ей понравлюсь! Это именно ее разговор тогда слышала на выпускном вечере. Они стояли с нашей классной руководительницей в коридоре и разговаривали обо мне:

– Эта девочка совсем стыд потеряла, – жалуется мама Игоря нашему классному руководителю, – Совсем ему прохода не дает. От учебы отвлекает, то ему нужно с ней гулять, в кафе водить, в кино, а у Игоря, между прочим, экзамены!

– Так и у Марты экзамены, – удивляется классный руководитель, – Тем более она идет на медаль.

– Вот, если ваш сын начнет встречаться с такой, я посмотрю на вас, девочка совсем не нашего уровня, – поджимает тонкой ниткой губы в красной помаде мама Игоря.

– Марта, ты кого-то ищешь? – наконец, замечают меня.

– Нет, – отвечаю и ухожу из коридора в класс, где меня ждет Игорь. Намеренно прохожу мимо него и сажусь, улыбаясь, за парту к Володе Хлыстову, которому давно нравлюсь.

– Хм, – произносит Игорь, глядя на меня. Он мне полчаса назад предложил встречаться после выпускного, а я ответ еще не дала.

– Забыли, Русацкий, – отвечаю ему, даже не обернувшись.

После школы Игорь догоняет меня, когда мы с Володей идем в сторону моего дома. Игорь обгоняет нас и тормозит меня, останавливаясь напротив.

– Рапунцель, что? Почему ты передумала? – спрашивает он, волнуясь.

– Что значит передумала? – отвечаю ему, делая удивленный вид, – Я и не соглашалась. Мы с тобой слишком разные Игорь, поэтому ничего не получится.

– Получится! Я точно знаю! – горячо отвечает он.

– Нет, оставь меня Игорь, – огибаю его и подхватываю под локоть Володю, – Я с Хлыстовым теперь, – и ухожу, оставляя Русацкого стоять на тротуаре.Марта

## Глава 9. Игорь

Заехал на работу, прихватил несколько нужных бумаг, успел просмотреть почту и ответить на письма. Скинул Марте адрес родителей и с тяжелым вздохом поехал к ним. Представляю, какая сейчас начнется буря, как только скажу, на ком женюсь. Мама категорически не переносила Марту еще в школьные годы. Вряд ли сейчас ее мнение изменилось в лучшую сторону. Я постоянно караулил Марту у дома, провожал в школу и из школы, а мама почему-то решила, что меня заставляют это делать.

– Эта девочка совсем не имеет стыда, – говорила мама, когда я возвращался домой, проводив Марту, а точнее ее с подружками по домам.

– Заставлять тебя, с ней гулять, когда у вас экзамены на носу, какая бестактность!

– Мама, меня никто не заставляет, я сам, – пытался объяснить матери, что Марта со мной не встречается.

– Конечно, думаешь, я поверю, что тебе интересна такая, как она? – возмущается мама, одергивая пиджак светло-голубого костюма и искусственный цветок в петлице воротничка. Как всегда, идеально одета, даже в поход по магазинам с подругой.

– Вообще-то да, это я ухаживаю за Мартой.

– Не поверю, чтобы ты заинтересовался этой, девочкой, она даже одеваться не умеет! А ее отец? Странный человек, одни формулы в голове.

– Мама, папа Марты физик-ядерщик, – морщусь я, пытаясь разобраться в программе, которую монтирую на компьютере.

– Нет, Игорек, тебе такая девочка не нужна, – твердо говорит мама и выходит из комнаты. Я вздыхаю и на следующий день снова иду за Мартой, куда бы та ни шла.

Сейчас, подъезжая к дому родителей, соображаю, как и что сказать. Хотя понимаю, что все бесполезно. Тут нужна поддержка отца, если он встанет на сторону матери, мне спокойно жить не дадут. Первым делом захожу в кабинет к отцу, тот сидит за своим богатым столом из красного дерева и разговаривает по телефону. Указывает мне на кресло у стола и быстро завершает разговор.

– Привет, Игорь, – кивает мне, – Как на работе? Как Троицкий?

– Нормально, – начинаю рассказывать про Троицкого. Строительный бизнес моего отца совсем не привлекает меня, о чем я сообщил ему еще в школьные годы. Мы долго с ним препирались на эту тему, и он на удивление меня отпустил в свободное плавание. Я с самого детства считай жил в компьютере, а точнее в программах. Мне нравилось работать с ними и именно этим, я хотел заниматься, а не стройками.

– Ладно, пока могу, занимайся своей карьерой, – согласился отец, – Но наш бизнес от тебя не уйдет, все равно будешь мне помогать, учиться. Когда-нибудь все это будет твоим.

– Да, папа, – соглашался я. В тот момент я бы согласился со всем, лишь бы не отвлекаться от своего любимого дела. Моя карьера стремительно пошла вверх, когда я придумал несколько офисных программ, и мы запустили их в продажу и обслуживание. Сейчас я работал над программами именно для отцовского бизнеса, под их заказ, который получила фирма Троицкого. Это мне и придется делать в Берлине. Установить программы в офисы немецких партнеров и проследить за работой. Это было важно для меня, еще одна профессиональная ступень.

– Когда уезжаешь в Берлин? – спрашивает отец.

– Месяц или чуть больше, тут одна проблема была, но я ее почти решил, – начинаю подготавливать отца к новости.

– Что за проблема? – волнуется отец.

– Немецкие партнеры решили, что им в штате нужен только семейный человек, пришлось срочно искать жену. В субботу у меня свадьба, – говорю осторожно, ожидая реакцию. Отец как-то крякает, но молчит, думает.

– И кто она? Твоя, как я понимаю, фиктивная жена?

– Марта, – выдыхаю я.

– Кто?! – возмущается отец и тут вспоминает, – А это та, что на выпускном… Твоя первая любовь?

– Да!

– О, как, – задумчиво произносит отец и выдает, – Маме сам скажешь, я в этом не участвую.

– Я надеялся на твою поддержку! – взвываю я, – Марта придет сегодня на ужин.

– Где-то у меня тут валерьянка была, – выдвигает ящики своего стола отец.

– Пап, поддержи меня, – прошу его.

– Ни за что, – отвечает отец, – Ты уйдешь, а мне здесь как-то еще жить.

– Если ты не поможешь, мы просто распишемся и уедем, – давлю я на жалость.

– Ты хоть понимаешь, что это будет? – наконец возмущается отец, – Мать нас обоих живьем съест!

– Понимаю, поэтому и прошу, – смиренно склоняю голову.

– Другого никого не нашлось?

– Один день всего был, кого я найду, да и я, честно говоря, хотел только Марту, – развожу руками.

– Я думал, у тебя прошло к ней, после того, как эта девочка отказала тебе.

– Не прошло и сейчас, она уже не девочка.

– Кем работает или все еще учится?

– Марта-тамада, – произношу я себе смертный приговор.

– О, Боги, -хватается за голову отец, – Нам обоим конец.

Сидим молча, пока отец не встает из-за стола и не открывает бар, достает два пузатых бокала и бутылку коньяка. Молча разливает и протягивает мне один из бокалов.

– Почему из всех женщин на планете Земля тебе нужно было выбрать именно эту? – укоризненно качая головой, делая большой глоток, наконец, произносит отец.

– Все просто, мне она нравится, и я кажется ее люблю, – отвечаю ему, тоже отпивая из бокала.

– Кого ты любишь, Игорек? – раздается голос мамы у двери кабинета, и мы с отцом переглядываемся испуганно.

– Э, Игорь пригласил сегодня к нам на ужин свою невесту, – начинает отец и я киваю.

– Вот как, – улыбается мама, – Кто это? Анжела, дочь Воронцовых? А, хотя нет, это скорее всего Светочка, умница, дочка Нечаева, твоего партнера, да, Витя? – мама подходит к отцу и вынимает из его рук бокал с коньяком, – Пить до ужина, моветон, – говорит она, а у меня сердце уже бьется где-то под пятками.

– Я в душ, – срывается с места отец и позорно сбегает из кабинета.

– Так что там за невеста? – мама нюхает коньяк в бокале и делает маленький глоток, – Игорь?

Я смотрю на нее, на темно-синий костюм, нитку жемчуга на шее, перчатки из мягкой синей кожи на руках и чувствую, как дрожат колени. Мне конец!

## Глава 10. Марта

На работе полный завал, это так кажется, что ведущие, фотографы, стилисты, аниматоры работают только по выходным. На самом деле все не так. Наш офис находится в деловом центре и здесь большой коридор с комнатами, в которых можно встретить что угодно и кого угодно. Я уехала из свадебного салона в одноразовых тапочках на такси, выкинула свои сапоги в урну, как только вышла. Теперь, в этих тапочках, я здесь смотрелась не хуже других, возможно даже лучше. Некоторые вообще ходили босиком в одних трусах и лифчике. Да, у нас и такое могло быть, когда невесты приезжали на фотосессию и бегали по комнатам выбирая наряд для фотографий. Вообще этих волшебных комнат было две, с вечерними платьями, туфлями, сумочками, шляпками и прочей ерундой. Вторая с костюмами разных персонажей, начиная от хот-дога и заканчивая трансформером, так как мы были агентство широкого профиля. Кроме свадеб проводили детские утренники, новогодние представления у елки, банкеты для взрослых, юбилее, да и многое другое.

– О, Марта, привет, – выскочила мне навстречу Юля, моя напарница, – Ты правда замуж выходишь? – спросила меня на бегу, перебирая какие-то бумаги. Заглянула краем глаза, сценарий.

– Да, Юль, я увольняюсь, – захныкала я и подруга сразу притормозила.

– Муж настаивает? – быстро просекла она ситуацию.

– Как бы да, – не удивилась я, в нашем деле такое не редкость. Почему-то мужья считают, что это баловство, а не профессия, так, игры в праздник.

– Ясно, значит свадьбу Стрелецких вести мне, – вздохнула Юлька и снова побежала дальше, а я за ней.

– Да, Юль, все я уже приготовила, сейчас принесу тебе сценарий и еще, у меня в пятницу девичник.

– Хочешь по высшему? – усмехнулась подруга.

– Ага, – заулыбалась я, – Только наших всех позови, кто сможет.

– Ок, будет сделано, но на свадьбе быть не смогу, сама понимаешь, – отмахнулась Юля.

– Понимаю, – вздохнула я.

– Пиши заявление и кикиморе на стол, я убежала, увидимся в пятницу, – крикнула подруга и я пошла в кабинет к нашему директору и владелице агентства в одном лице. Ее все называли кикиморой не из-за вредного характера, а за ее самую лучшую роль. На детством празднике ей цены не было, такая кикимора, что другой и не надо. Грим, костюм, голос, фразы – это просто шедевр.

– Можно, Татьяна Михайловна? – постучалась в дверь и заглянула в кабинет директора.

– Проходи, Марта, поможешь мне. Вот, вставай сюда на подиум и снимай свой наряд до нижнего белья, – сказала кикимора и я беспрекословно повиновалась. Все привыкли уже к такому, особенно если прибывал новый костюм. Директору нужно было увидеть, так сказать на теле и сделать фотографии для выставочного журнала.

– Таак, – протянула мне Татьяна костюм, и я быстро надела ярко-розовое платье в белых рюшах. Спереди крепился под платьем шикарный бюст, на ноги натянули белые чулки с розочками по бокам и кружевной резинкой. К платью прилагался шикарный парик с белыми локонами и длинной челкой на бок, так же белые лаковые туфли на тонком каблуке и ремешками внахлест.

– Хм, – отошла Татьяна, рассматривая меня, а я видела только шикарную грудь под моим подбородком, сделано очень натурально и такие большие… ух, прям!

– Это куда? Спросила я, – поворачиваясь из стороны в сторону.

– Это для мальчишника, – сказала Татьяна, – Ну что, мне кажется в самый раз. Смерть жениху называется, отлично! Можешь снимать.

Я быстро соскочила с подиума и стянула с головы белокурый парик, а вот все остальное меня навело на одну мысль.

– Можно я возьму костюм постирать и погладить? – попыталась уговорить начальницу, хотя мы пользовались услугами специальной химчистки.

– Бери, костюм не дорогой, только в пятницу должен быть готов. У нас большой заказ на мальчишник, который будет на базе отдыха.

– Поняла, – я стянула передник, оставаясь во всем остальном, – Татьяна Михайловна, я увольняюсь, – сказала жалобным голосом, – Но я через год вернусь, можно?

– Что так? – расстроилась кикимора, – Ты другую работу нашла? Очень жаль, у тебя талант Марта и зарплата приличная.

– Нет, в этом смысле все хорошо, я замуж выхожу, а муж против моей работы. Точнее всякой моей работы, тем более мы уезжаем. Все очень быстро решилось.

– А почему через год вернешься? – удивилась Татьяна.

– Так через год я разведусь, – усмехнулась я, чем вызвала удивление своего директора.

– Ну ка, расскажи мне все, – указала она на серебристый кожаный диванчик и я все ей рассказала и про Игоря, и про своего папу.

– Поняла, – задумалась Татьяна, – Отцу твоему конечно помочь нужно, но замуж за первого встречного…

– Да я знаю Игоря с пятого класса, он хороший, только очень занудный.

– А костюм куда?

– С родителями жениха еду знакомиться, – улыбнулась я, – У нас с мамой Игоря взаимная нелюбовь.

– Ох, Марта, не провоцируй, зачем тебе это? – покачала головой кикимора.

– Не могу, это у меня в крови, – вскочила я с дивана, – Так что, заявление писать и обратно меня примете?

– Пиши, приму конечно, куда деваться, тем более ты моя самая лучшая тамада, – вздохнула расстроенно Татьяна, – Только вряд ли ты вернешься через год. Влюбитесь, уживетесь, дети пойдут, не до работы будет.

– Вернусь, – пообещала я, – А еще я всех позвала в пятницу на девичник, по форме номер один, – заулыбалась я.

– Хорошо, не боишься распугать всю округу? – улыбнулась Татьяна.

– Не боюсь, там частный дом, высокий забор, все хорошо будет, я оплачу.

– Даже не думай, это наш тебе подарок на свадьбу от агентства и кстати, свадьба у тебя будет?

– Да, в каком-то ресторане, это все Игорь заказывает.

– Тогда выделю тебе ведущего, Юра подойдет и все, что нужно?

– Ой, спасибо! – подпрыгнула я, – Юра, самое-то!

– Может все-таки переоденешься? – оглядела меня и мой костюм Татьяна строгим взглядом.

– Ни за что! – сказала я, откладывая ручку от заполненного заявления и выбегая из кабинета, – В пятницу жду на девичник! – крикнула директору и понеслась дальше, ловить Наталью, чтобы она сделала мне макияж и прическу. Ох, опаздываю!

## Глава 11. Игорь

– Так что там за невеста? – мама нюхает коньяк в бокале и делает маленький глоток, – Игорь?

Я смотрю на нее, на темно-синий костюм, нитку жемчуга на шее, перчатки из мягкой синей кожи на руках и чувствую, как дрожат колени. Мне конец!

– Ты ее, возможно, помнишь, – начинаю, осторожно обходя маму и продвигаясь к выходу из кабинета.

– Да? Это Милочка, дочка Остроговых? Встречались недавно на чаепитии у Мишиных. Такая девочка приятная, консерваторию закончила, уже на гастроли в Англию съездила. Жена из нее конечно не очень удачная будет, все время, если по гастролям мотаться. Но дети пойдут, дома сядет, куда ей ездить. Верочка, ее мама, сказала по секрету, что дочь в Англию хочет перебраться, такая умница.

– Нет, мама, – отвечаю я и слышу в своем голосе какой-то нервный писк или мне только кажется.

– Тогда, даже не знаю, кто еще, – думает она, и я с ужасом слышу звонок в ворота. Срываюсь с места и бегу к выходу из дома, встречать Марту. Открываю ей дверь у подъездных ворот и теряю дар речи. В таком наряде с такими хм, формами… Откуда кстати они появились?!

– Марта! – перехожу на ультразвук.

– Ась? – удивленно хлопает девушка длинными черными ресницами в стразах. Ее пухлые ярко-розовые губы раздвигаются в улыбке, блеснув зубками, – Что Игоречек? Я вошла в роль, где моя маман? У-у я сиротка без матери, сейчас за люблю!

– Вот этого не надо! – отмираю я, – Марта у нас с тобой договор!

– И что? – ну сама невинность.

– Ты должна одеваться прилично!

– А что не так? – она поворачивается из стороны в сторону, отчего короткая юбка приподнимается по бокам, и я успеваю рассмотреть кружевную резинку белых чулок с розочкой. Черт! Вот не к месту совсем это дикое возбуждение, что прошло по всему телу. Наряд конечно очень аппетитный, да еще этот бюст.

– Откуда это? – тыкаю в грудь, встречаюсь пальцем с интересной упругостью.

– Игорь! – бьет меня по рукам Марта, – Что подумают твои родители! – восклицает она.

– Ты не должна так одеваться, – обреченно выдыхаю я.

– В договоре это не указано, – тут же отвечает Марта, – Мне так и стоять в дверях или все-таки пустишь внутрь?

– Проходи, – говорю ей и пропускаю вперед, закрывая калитку.

– Ой, подожди, забыла, родители смотрят, – вдруг оборачивается Марта и хватает меня за футболку, притягивает к себе и впивается горячими губами в мои губы.

Ох, я так давно об этом мечтал! Подхватываю ее за талию, спускаясь ладонями на попку, прижимаю к себе, языком проникаю внутрь, ласкаю изнутри. Марта чувствует мое возбуждение и невольно прижимается еще сильнее, чуть постанывая. Я отрываю одну ладонь от ее попки и трогаю эти упругие шары сквозь розовое безумие, даже забываю, что где-то в доме нас ждут родители. Возбуждение такое, что меня прилично кроет. Пока не слышу ледяной голос мамы.

– Мы долго будем тут ждать с отцом?!

– Ох, – выдыхает Марта и мы разрываем свой поцелуй. Смотрим мутными глазами на мое семейство, которое стоит на крыльце, сложив руки на груди. Подхватываю Марту за руку и, пытаясь прикрыть пиджаком, свое возбуждение веду девушку к дому. Отец с мамой стоят на крыльце и сверлят Марту глазами.

– Мам, пап, – это моя будущая… – начинаю я.

– Спокойно, Игорек, – прерывает мама, не дав мне закончить, – Марта, если не ошибаюсь?

– Так точно, – отвечает весело Марта, приложив руку ко лбу, отдавая честь. Отец хмыкает, разглядывая бюст моей невесты, а мама хватается за сердце.

– Что-то мне не хорошо, Витенька, – стонет она, а я пугаюсь, – Отведи меня в дом, – просит она отца и тот послушно подхватывает ее под локоть и ведет внутрь, как больную.

– Сцена номер один, – к чему-то говорит Марта и идет следом. Я вообще, если честно ничего не понимаю, но на всякий случай иду за ними всеми, любуясь попкой Марты. Этот костюм на ней уж больно провокационный, что ли, никак в себя не приду.

– Стой, – тихо тяну Марту за короткую юбочку. Она останавливается и оглядывается на меня с ожиданием.

– Грудь как выросла? – задаю ей, волнующий меня сейчас вопрос больше всего.

– А, наука далеко зашла, пара укольчиков и все вздулось, – отмахивается Марта, отчего я зависаю в холле с отвисшей челюстью.

Минут через пять прихожу в себя и иду в столовую, где застаю премилую картину. Папа машет полотенцем над лицом мамы, та сидит на диване, откинув голову и прикрыв глаза. Марта расположилась в кресле, закинув ногу на ногу и надувая жвачку.

– Игорек, скажи Светлане, пусть накрывает ужин, – умирающим голосом, указывает мама, – Мы не готовились к вашему визиту, Марта, чем богаты, как говориться.

– Да ни че, – отвечает девушка, – Я жрать не хочу, а вот пивка бы холодного долбанула бы.

– Ой, Витенька, – снова стонет мама, а я подхожу к Марте и больно щипаю ее за плечо.

– Не трогай меня, – шипит Марта.

– Прекращай, – отвечаю ей, – Или я сейчас расторгну договор! Кто твоему отцу поможет!

– Ах, ты! – начинает Марта, но тут же затихает. Встает с кресла. Вынимает жвачку изо рта, подходит к моей маме и садится рядом с ней на стул.

– Как жаль, что наше знакомство началось с недоразумения. Видите ли, мы с Игорем только недавно начали знакомиться с теорией Фрейда и нам так трудно это дается, даже не знаю, может уже и не стоит. Что вы на это скажете?

– Какой теорией? – приподнимает голову от спинки дивана мама, отталкивая руку отца с полотенцем. Тот облегченно вздыхает и им же вытирает свое лицо.

– Фрейда, – продолжает серьезно Марта. – Он утверждал, что личность состоит из трех основных компонентов: «Оно» (Ид), «Я» (Эго) и «Сверх-Я» (Суперэго). Будучи иррациональным и бессознательным, «Оно» подчиняется принципу удовольствия.

– А? – только и выдавливает из себя мама, смотря ошалело по сторонам, – Иго-о-орь!!! – раздается мамин крик, и я подскакиваю на месте. Ну, все, прорвало.

## Глава 12. Марта

– Мама, – окликаю я будущую свекровь, отчего та поперхнулась шампанским, которое как раз изящно пила из фужера, вытянув губы. Но ничего не могу с собой поделать, у меня по плану сцена два под названием «Ужин с родителями», – Хочу спросить, вы часто будете к нам приходить в гости?

Мама Игорька краснеет, откашливается, машет на свое лицо ладонью с большим перстнем с бриллиантом, как мой глаз.

– Надеюсь, не часто, – отвечает она, мученическим тоном.

– Жаль, – восторженно, не скрывая радости в голосе, отзываюсь я, – У нас с Игорьком пока нет столько приборов, – окидываю взглядом стол, где все накрыто по высшему уровню. Белый фарфор, хрусталь, три вида вилок и два вида ножей. Нет, я конечно знаю, что к чему, умею пользоваться, но искренне не понимаю, зачем все именно так.

– Мы вам подарим, да, дорогая, – пытается сгладить ситуацию отец Игоря. Дядя Витя мне вообще нравится, он часто подмигивает, хотя может у него это нервный тик от совместной жизни с такой женой, я пока не разобралась.

– Милая, – предупреждающе жмет мне руку под столом Игорь и я честно пытаюсь притормозить, но не получается, никак.

– Мы на днях выбирали имена будущим детям, – тут уже Игорь фыркает, совсем не аристократично, – Игорек хочет сына назвать Ярослав, а я против.

– Вы ждете детей?! – мама Игоря бледнеет, ее руки с грохотом ставят фужер на стол. Дядя Витя тоже смотрит на нас с милым ожиданием, по-моему, он даже рад.

– Нет, мама, – сквозь зубы произносит Игорь, кидая на меня злой взгляд.

– Мы работаем над этим, – отвечаю я, – Каждую ночь и иногда днем, если получается.

– Надеюсь, вы не будете нам рассказывать подробности, – шипит будущая свекровь.

– О нет, это так интимно, и Игорек он такой… – начинаю я с придыханием, приложив руку к груди, за что тут же получаю пинок по ноге. Стреляю глазами в лицо возмущенного Игоря, убивая его наповал в своих мыслях, – Великолепный, – выдыхаю, глядя ему в глаза чуть прищурившись, приоткрыв ротик и облизывая нижнюю губку. Игорь, как обычно, зависает, открыв рот, глядя на мои губы.

– Игорь! – кидает салфетку на стол его мама, – Мне срочно нужно с тобой поговорить! – встает из-за стола.

– Сейчас? – глупо отмирает Игорек, а я еле слышно хихикаю, утыкаясь взглядом в свою тарелку с каким-то непонятным рыбным супом.

– Немедленно! – категорично говорит будущая свекровь и выходит из столовой. Игорь тяжело вздохнув и бросив на меня яростный взгляд, следует за ней. Мы остаемся вдвоем с его отцом, и я с облегченным вздохом откидываюсь на спинку стула. Дядя Витя тоже расслабляется и снимает с шеи свой галстук, кидая его на стол.

– Ну, милая моя, это выше всяких похвал, – смеется дядя Витя.

– Что? – делаю я озабоченный вид, разглядывая двузубую вилку.

– Я в курсе вашей договоренности с моим сыном, – снова подмигивает мне отец Игоря. Значит все-таки не нервный тик, а я уже размечталась.

– О какой договоренности идет речь? – невинно шлепаю ресницами и кажется теряю пару стразов, которые падают с глаз.

– Игорь мне сказал, что ему срочно нужна жена, но я не думал, что его выбор упадет на вас, – посмеивается дядя Витя.

– Это так плохо? – сбрасываю с себя маску, заметно расслабляясь.

– Не думаю, – улыбается он, – Мне кажется, это пойдет вам обоим на пользу, только у меня к вам одна просьба.

– Какая?

– Ваша роль заставляет выходить из себя мою жену, а ей необходимо встряхнуться, правда больше всего от этого пострадает Игорь. Мы с ним к сожалению, слишком потакаем Ангелине Владимировне, и она немного, скажем так заигралась. Вы как никто другой действуете на нее очень раздражающе, причем с самой школы. Это пойдет ей на пользу, но есть одно, но, – поднимает он вверх указательный палец.

– Какое? – мне даже стало интересно, что еще скажет отец будущего мужа.

– Я вам ничего не говорил, и вы ничего не слышали.

– Заметано! – обещаю ему, и мы друг другу улыбаемся.

В столовую стремительно входит Игорь.

– Марта, поехали, – говорит мне строго, видно, что он еле сдерживается.

– А десерт? – томно вздыхаю я, вставая из-за стола.

– Марта! – как-то странно взвизгивает Игорь и я недоуменно приподнимаю одну бровь, эк, его пробрало.

– Что сразу кричать, сказал спокойно поехали и я уже в прихожей, – иду к двери, забираю свою сумочку. В холл выходит Ангелина Владимировна.

– Рада вас больше не увидеть, Марта, – ехидно улыбается она.

– А я то как буду не рада, видеть вас в субботу на свадьбе, – отвечаю ей щедро обнажая свои зубки.

– Боюсь, что не смогу доставить вам такое удовольствие, мы обязательно будем на свадьбе сына, – сквозь зубы рычит свекровь.

– Как жаль! – сокрушаюсь я.

– Ох, – вздыхают хором Игорь и его отец, а меня будущий муж тянет за дверь, почти выталкивая на крыльцо.

Молча идем к его машине, садимся и тут его взрывает:

– Зачем ты это делаешь?! Мне и так не сладко от всей этой женитьбы поспешной, ты еще и маму против меня настраиваешь, а особенно против себя! – заходится в крике Игорь, повернувшись ко мне и размахивая руками. Слушаю его минут пять, потом приподнимаюсь на сидении и обвиваю его шею руками, впиваясь в раздраженные губы поцелуем. Чувствую, как его всего передергивает, и он отвечает на поцелуй, успокаивается и появляется требовательность, толкается языком, горячо и часто дышит. Отпускаю его губы и смотрю в глаза.