Алина Савельева
Настя, измена не несчастье!

Пролог

2000 год.

– Алик, Алик, беги. Там опять к тёте Нине из опеки приехали. – Прибежал на крышу их пятиэтажки друг нашего сорванца по всем дракам и поиску приключений.

– Хера ли я бегать буду, – сплюнул между широко расставленных ног, подражая взрослым, Алик. – Пусть при мне всё решают.

Вот только сердце билось, как у пойманной птички. Алик, он же Александр Зимин, был круглым сиротой. Отец, выпускник артиллерийского училища, уехал по приказу на Вторую чеченскую. Мать, отличница медучилища со специализацией хирургической медсестры, отправилась следом за ним. Шестилетнего тогда Сашу родители оставили тёте Нине, единственной родственнице по линии отца.

Нина Алексеевна была то ли двоюродной сестрой, то ли ещё более дальней роднёй матери Сашкиного отца. Всю жизнь работала на хлебозаводе и своей семьи не имела.

Городок у них находился далеко от столицы, двухэтажные дома-бараки нескольких заводов тонули в листве лип и тополей. А под окнами здесь любили высаживать вишни. В одном из таких бараков тётя Нина и жила. Уезжая, родители уговорили её переселиться в их двушку в одной из немногочисленных в городе пятиэтажек.

А пару месяцев назад пришёл майор из военкомата. Явно и сам не слишком радостный от предстоящего разговора, он мялся на пороге, несколько раз то надевал, то опять снимал фуражку.

– Да что ты как жила в мясорубке! – не выдержала тётя Нина, сжав в кулаке ворот домашнего байкового халата. – Ранен?

– Погибли они, Нина Алексеевна. Оба. Он сначала ранен был, а потом боевики накрыли полевой госпиталь. И она там, – майор отводил взгляд и словно боялся назвать родителей Алика по именам.

Мальчишка и сам не сразу понял, что всхлипы вокруг это его собственные. Только не по-женски сильная рука, притянувшая его за шею к боку тёти Нины, и была тем единственным, что удерживало его тогда. Да нарисованные на синей ткани халата крупные спелые вишни.

Почти сразу на пороге квартиры появились специалисты опеки. И так, и этак, и мол, мальчику так будет лучше.

– Мне его родители доверенность оставили, бессрочную. И в вашей же опеке подтверждённую. – Не пустила этих специалистов дальше порога Нина Алексеевна, старший мастер смены на хлебозаводе, что руками иногда вымешивала теста на норму выпечки хлеба, когда машина ломалась. – Вот же вороньë! В себя прийти не успели, а они тут уже. В приюте пацану лучше будет. Ага, нашли дуру! Мальчишку в детдом упечëте, где хлеб лежалый за радость, а пока он там с голоду немытый, нечëсаный подыхает, вы его квартиру присвоите? Поди, уже знакомый риэлтор копытом у подъезда бьёт?

Как тётя Нина чихвостила сотрудников опеки, провожая до самого выхода из подъезда, грозно уперев руки в бока, обтянутые байкой халата, пересказывал друг другу весь дом.

Но все эти разговоры не прекращались. В школе, в соцзащите… Вот и сейчас две выдры из опеки стояли на лестничной площадке.

– Почему вы не пускаете нас в квартиру? – вопила одна.

– Ордер есть? Участковый? Нету? А чегой-то вы такие неподготовленные явились? – усмехается тётя Нина, не зря она соседке из третьего подъезда торт на юбилей помогла заказать, да почти за бесплатно, и сама ещё проконтролировала, чтобы от души делали, и масло на крем взяли свежее, а не лежалое и кислящее.

– Мы обязаны делать обход и проверять условия проживания ребёнка, – собрала губы в куриную жопку вторая.

– А основания? Может, жалобы есть? – сложила руки на груди Нинаида Алексеевна.

– У мальчика плохая успеваемость, – летит в ответ.

– Какая успеваемость в первом классе? Читает он лучше всех, строчит как из пулемёта. Пишет в прописях коряво, ну так на то и школа, чтобы учить. И вообще, может, на врача пойдёт. А по математике его вообще хоть на два класса старше води, и таблицу умножения знает, и дроби уже понимает, пока его одноклассники два плюс три на пальцах складывают. А оценок у них ещё нет. Так как ты, уважаемая, успеваемость у пацана оценила? – поинтересовалась тётя Нина.

– По поведению. За месяц три драки! – радостно заявила мадам из опеки.

– Ля, беда какая! Так мальчишка же, кто ж из мальчишек без драк вырос? И то, три драки за месяц… Помнится, у меня столько и за день в детстве могло быть. – Пожала плечами тётя Нина.

– Вы не исполняете должным образом свои обязанности опекуна, – процедила вторая. – Вот где сейчас мальчик?

– У друга был, живёт по соседству, у тёти отпросился. – Спустился с этажа выше, где и слушал весь разговор, Алик.

– Сашенька, а почему ты такой расстроенный? – тут же засюсюкала с ним выдра в очках.

– Почему ты молчишь, Александр? – спросила толстая выдра.

– Потому что мне тётя не разрешает с незнакомыми людьми разговаривать и с чужими улыбчивыми тëтями куда-то уходить, – похлопал ресницами мальчишка.

– Так, время два, значит, обед уже везде закончился. Поедем. – Сказала ему тётя после того, как распрощалась с двумя сотрудницами опеки.

– Куда? – буркнул Алик, заваливаясь на диван.

– Куда-куда, раскудахтался тут мне! В училище артиллерийском кружок для детей офицеров по стрельбе. А в третьем микрорайоне клуб дзюдо набор открыл. Время между занятиями впритык, чтобы добраться и разок поссать. Времени на дурь и драки не останется. – Обрадовала мальчика тётя.

– А как же… – подскочил на диване он.

– А будешь выступать, я тебя ещё и на плавание отправлю. Наш завод на бартер договорился с дюсш. Хотя нет, на плавание я тебя так и так отдам. Хорошая вещь, полезная. Потому что только говно и не тонет, а нормальным людям приходится учиться плавать. – Решила тётя Нина.

Так и бегал Алик по кругу, дней без занятий у него почти не осталось. Драки, конечно, не прекратились. Только страх куда-то пропал. Даже когда на их двор чужие старшаки пришли. И когда потом менты пришли описание нападавших спрашивать, Алик отнекивался, что шёл со школы, торопился. Зацепили его случайно, а он со страху глаза зажмурил и руками махал в разные стороны. Испугался очень.

– Ещё раз так напугаешься, и я тебя на фортепьяну отдам, понял? – пригрозила ему тётя, когда участковый ушёл.

Знала тётя Нина, что Алик совсем не из пугливых. И в драку, скорее всего, сам влез. Что на самом деле так и было.

Не испугался он, и когда возле клуба к нему подошли трое из компании старшаков.

– Слышь, ты пацан оказался с понятиями. Разговор есть, серьёзный. Пойдём перетрëм? – предложили ему.

Глава 1

– Настя… Настенька, пора за стол, завтрак подан, за столом не хватает только нас, – услышала, как зовёт её мама, стройная блондинка, только что вышедшая из душа.

– Иду, мам, сейчас только голову в порядок приведу! – громко ответила Настя.

– Хочешь помогу? – заглядывает в комнату женщина на вид примерно лет сорока, Настя улыбнулась и молча протянула ей расчёску.

Мама ловко и быстро отделяет пряди, какие-то перекидывает, какие-то утягивает.

– Ну, как тебе? – спрашивает мама и как всегда смотрит вместе с дочерью в зеркало в ожидании ответа.

– Мамуль, как всегда здорово! – чмокнула родительницу в щëку девушка, и они вместе поспешили на кухню.

В зеркале действия девушки повторила высокая и стройная блондинка двадцати трёх лет от роду, с аккуратно заплетенной и уложенной зигзагом французской косой. Кажется, что Вера Дмитриевна может из волос дочери сплести сотни видов кос, хвостов, и вообще чуть ли не кружево!

– Анастасия, – начал папа строгим тоном. – Я вчера разговаривал с Инессой Владимировной, и она очень, очень недовольна.

– Володь, мы завтракаем, – накрывает его ладонь своей мама.

Время завтрака она всегда считала особенным. Мама говорила, что именно от завтрака зависит, как пройдёт весь день. А значит, нужно не только вкусно покушать, но и побыть немного вместе в приятной обстановке. Поэтому споры и упоминание любых неприятных моментов за завтраком было строго-настрого запрещены. Даже телевизор не работал. Только разговоры о планах, дружественный тон и тихая классическая музыка на фоне.

В этом была вся мама. Но ей удавалось. Даже строгая бабушка, мамина свекровь, не спорила с этим правилом. И весьма снисходительно отнеслась к тому, что мама переделала всю кухню в её квартире и почти маниакально следила за чистотой здесь. А мама позволяла бабушке курить на кухне, когда она приезжала в гости. Или мама принудительно забирала её домой с дачи. Вот только один момент, бабушка никогда не признавала сигарет. Трубка и только она.

– У нас завтра состоится творческий вечер. К удивлению, придёт много молодежи, – рассказывает мама. – А всего-то и надо было поднять старые, ещё советские издания фантастики. Оказывается, это очень интересная тема. Я такой ажиотаж помню, только когда ты пообещал своим студентам зачёт за пересказ доклада по Толкину с нашего вечера.

– Верочка, поверь. На экзамене по зарубежной литературе вопросы по Толкину самые нелюбимые. Он же не ограничился замечательной сказкой о хитром хоббите и том, как он связался с плохой компанией. Там ещё и потрясающий "Сильмариллион". Многие даже просто прочитать имена его героев не могут. А уж как их путают! Верочка, блинчики в твоём исполнении просто изумительны, – даже зажмурился от удовольствия папа, отправив в рот кусочек ажурного блинчика.

– Попробуй с вареньем. Это из лесной земляники, мама сама собирала и варила, – пододвигает мама папе розеточку с вареньем поближе.

Настя молчала и с улыбкой наблюдала за родителями. Мама работала заведующей библиотекой в их большом и старом микрорайоне. Наверное, одна из немногих действительно работающих библиотек в Москве. А папа был, как говорила мама, птицей высокого полёта. Завкафедрой зарубежной литературы. Для мамы это была очень высокая должность.

Жили скромно, раз в год ездили отдыхать в Лазаревское или Адлер. А потом родители ещё год копили на отпуск. Нет, не голодали и не бедствовали. Мама это называла “жить по средствам”. Старый деревенский дом, доставшийся маме в наследство от её родителей, использовали как дачу. Родителей мамы Настя помнила плохо. Они ушли очень рано. Но в памяти почему-то осталось, что те дедушка и бабушка всегда очень стеснялись, что они люди деревенские, а зять москвич.

– У нас тут всё по-простому, – всегда говорила бабушка Люда.

И радовалась, что едут к ним в гости из Москвы, что есть где детям отдохнуть. И чай из самовара маленькая Настя попробовала именно там. Из блюдечка, как на картинах.

– Настя, я тебя провожу до метро, – предупредил папа, видно, и правда взволнован по поводу учёбы дочери.

– Володя, ты бутерброды забыл, – спешит мама. – Настенька, может, всё-таки…

– Мам, у нас бизнес-ланч, – напомнила Настя. – Не переживай. Голодная я не останусь.

Поцеловав маму, девушка поспешила вниз по лестнице, догоняя папу.

– Настя, я понимаю, времена сейчас такие. И тебе кажется, что учеба это лишнее обременение, – папа никогда не ходит вокруг, а говорит всё прямо. – Ты работаешь, я помню. Ты большая молодец. Но и образование не забрасывай, пожалуйста. Тем более что язык… В сложные времена твоя бабушка смогла выжить сама и помочь нам с мамой благодаря отличному знанию языка!

– Пап, ты же знаешь, почему я пошла на английский? – остановилась Настя. – Потому что я лентяйка, а язык я знаю как родной, спасибо бабушке. И я работаю помощником руководителя целой фирмы!

– Ты ошибаешься, – поправляет на дочке, словно на маленькой, капюшон папа. – И мы с мамой очень тобой гордимся. До вечера, родная!

Вот в этом и был весь папа. Как он говорил, его мир держится на трёх китах. У него замечательная мама, самая лучшая жена и просто необыкновенная дочь. И папа не собирается скрывать, что переживает и волнуется за уже взрослую дочь, но никогда не забывает напомнить, что они с мамой верят в свою Настеньку.

Метро “Октябрьская” встретила суетливой толпой. Все торопились, бежали. Кто-то в метро, чтобы влиться в ежедневную карусель, кто-то наоборот вырывался из-под земли. Анастасия спешила к расположенным рядом с метро офисным зданиям, где снимала целый этаж туристическая компания, принадлежащая Гордееву Станиславу Олеговичу. И девушка собиралась вскоре кое-что рассказать родителям и представить им своего жениха. Стаса.

Пришла она к нему в поисках работы год назад. Зарплата была небольшая, но для неё, недавно ушедшей на заочное отделение студентки, сумма казалась очень хорошей. К тому же опыта работы у Анастасии не было никакого. А Стасу срочно нужен был секретарь, помощник и ассистент в одном лице. Времени искать у него уже не оставалось, поэтому он решил рискнуть и дать девушке шанс. Многого она не знала, но очень старалась. И уже сейчас Стас без неё практически не мог обойтись. Особенно на фоне предстоящего расширения компании.

– Стюш, – раздалось в трубке телефона сразу, как только девушка подняла трубку. – Ты ещё не в офисе? Нет? Отлично. У нас опять что-то с кофемашиной, возьми два кофе в кафешке по пути. Тебе не сложно?

– Нет, – улыбнулась Настя его вопросу. – Скоро принесу, не засыпай!

Глава 2

Взяв два пустых стаканчика, Настя как можно скорее побежала в офис. Стасик просто мгновенно терял любую работоспособность, если не получал свою обязательную порцию кофеина. У него был целый ритуал, он садился в кресло у окна, смотрел на город и неспешно пил кофе.

После он требовал список намеченного на ближайшее время и начинал обдумывать каждый пункт. Туристическое агентство, которое он организовал с нуля и вывел на уровень стабильно приносящего доход бизнеса, требовало постоянного внимания и огромного количества сил. Даже сейчас Стасу приходилось самому ездить в командировки. Он не мог себе позволить пропустить конференции ведущих компаний туристической отрасли. Возникала необходимость и самому проверять новые направления и предложения, которые появлялись в нашей компании.

– Настя, это люксовый тур! А если там будет не то, что заявлено? А это не простые люди поедут, совсем не простые! Мало того, что они с нас стрясут все свои затраты да ещё и свой моральный ущерб. Репутационные потери будут колоссальные! – подробно объяснял девушке Стас. – В нашем деле репутация и респектабельность главное! Офис в жопе мира с деревянными полами и дешёвой мебелью из ДСП никогда не позволит стать чем-то большим, чем точка по перепродаже бабулькам санаторных путёвок времён совковского застоя!

Стас очень много времени тратил, по мнению Насти, на эти объяснения для неё.

– Настюша, ты же должна понимать все эти тонкости. Ты почти моя жена. Поэтому я тебе всё это объясняю, рассказываю обо всех подводных камнях этого бизнеса. Всех вот таких неявных сложностях, с которыми может столкнуться наша компания, поучительным тоном говорил Стас. – И говоря “наша”, я имею в виду, принадлежащая нам двоим компания. Тебе и мне.

– Это же твоё дело, – смущалась Анастасия.

– Я буду только рад, если оно станет по-настоящему нашим, – улыбался Стас.

Таких нюансов, о которых девушка просто не могла знать, было множество. Например, Стас рассказал ей, что при заключении партнёрских договоров пробивают, нет ли вливания кредитных средств. Мол, значит, собственного оборота не хватает, а личных финансов нет. А значит, и возможности вливания в момент роста, и запаса прочности тоже нет.

– А как же все разговоры о привлечении инвестиций? – удивлялась слушавшая выступления именитых бизнесменов на всяких форумах Настя.

– Инвестиции это совсем другое. А вот, например, если вскроется, что большой рекламный проект оплачивался кредитными деньгами, то выхлоп от него моментально испарится. Ну, не засоряй свою головку всей этой бухгалтерской экономикой. Для этого у тебя есть я. – Сжимал он хрупкие плечи блондинки.

Сегодня Стасик был особенно нервным. А именно сегодня, как назло, всё валилось из рук! Вот абсолютно всё, включая мелочи, вроде сломавшейся кофемашины.

– Настя, могла бы в эти дни и пораньше приходить на работу! – недовольно встретил он девушку.

Если бы он за прошедшее время не успел бы точно узнать, что Настя в салоны красоты не ходит, то решил бы, что она вбухивает десятки тысяч в свою внешность. Но нет, к сожалению, там вообще таких денег не было. А очень и очень жаль, иначе бы с девушкой ему повезло бы ещё больше. Вот и сейчас, он отметил нюдовый лак на аккуратно подпиленных небольших ноготках. Сложного плетения косу на ухоженных и блестящих волосах, чуть тронутые блеском пухлые губки от природы яркого цвета. И только тушь на длиннющих ресницах, настолько густых, что казались ярким обрамлением глаз. Обычно серых, но при различном освещении менявших оттенок.

Обычная девочка из совершенно обычной семьи, как с сожалением иногда думал Стасик, но казалась одной из тех, у кого папы ворочали миллионами. Но, с другой стороны, она была не избалована и не капризна. Любая другая его бы уже с ума свела жалобами и нытьём, что ей приходится так много работать. А получает она совсем немного.

Настя же не только работала за нескольких человек и никогда не жаловалась, но и была несколько наивна. Например, Стас без труда уговорил её взять на себя большой кредит под очень рисковый проект. Для чего лично выписал ей справку о том, что она его заместитель. И состряпал липовую справку о зарплате. Но, к счастью, конечно, риск окупился во много раз, кредит был погашен, а Анастасия была уверена в том, что он ей рассказывал.

– Хорошо, мне не сложно. Действительно, очень важный момент для фирмы, – не конфликтовала Настя.

– Спасибо, что понимаешь, моя родная! – заметно улучшилось настроение Стаса. – Кстати, загляни к рекламщикам. У них в съëмочном павильоне какие-то проблемы. Что-то там с этой актрисой.

Вообще-то нанятая для съёмок рекламного ролика актриса требовала хозяина фирмы, то есть самого Стаса, но он собирался на встречу с друзьями-конкурентами. Встреча должна была проходить в бильярдном клубе, и главным действующим лицом там был владелец одного из крупнейших туроператоров в стране. Сейчас он собирался на конкурсной основе выбрать себе нового партнёра для развития африканского направления. И это был огромный лакомый кусок, который многие, как и сам Стас, хотели прибрать к рукам. Сейчас все желающие разжиреть на этом предложении зарабатывали себе очки и старались произвести впечатление.

Анастасия, конечно, была в курсе этой гонки за африканским вагоном и мужественно отправилась решать вопрос с капризной звездой. Она знала, что Стасик очень гордится тем, что их фирма не заказывает рекламу, а обладает своими возможностями для съёмки роликов. И объективно сама Настя считала это серьёзным плюсом.

– Всем доброго утра! – зашла она в рекламный отдел.

– Вы кто? Мне сказали, что придёт владелец "Леталета", а это вроде бы должен быть мужчина? – пару раз хлопнула наращенными ресницами с эффектом “пять-д” полноватая женщина, сидящая в кресле.

– Это второе лицо в фирме, зам, помощник и невеста, – фыркнула Мила, она же профессиональный гримёр, которого чудом сманили с одной из московских киностудий.

– Думаю, что смогу решить возникший вопрос, даже несмотря на то, что я не мужчина, – улыбнулась Настя.

Глава 3

– Что ж, жаль, конечно, что владелец не уделил мне должного внимания, – недовольно поджала губы актриса. – Представлюсь. Я Елена Бездноватая, работала в пяти театрах, окончила… Ну, это не важно. Главное, что я знаю, как и умею, создавать эмоциональный фон разворачивающегося сюжета, я умею выстраивать сцену так, чтобы она цепляла зрителя.

Женщина настолько увлеклась, что не замечала того, как скривилась Мила и как закатил глаза Андрей, выставлявший на площадке свет.

– Я всегда давала советы режиссёру, и меня всегда слушали, мои советы всегда срабатывали, – продолжала нахваливать себя актриса становящимся всё более высокомерным голосом. – Моё появление на сцене всегда означает, что сюжет проработан полностью и качественно.

– Мы тем более рады, что вы так серьёзно относитесь к своей работе, – по-прежнему мило улыбалась Анастасия.

– Поэтому у меня возникли вопросы, которые требуют немедленного решения, – растянула губы в неестественной улыбке Елена. – Ваши сотрудники совершенно не хотят готовиться к работе! Они вообще представляют себе, как надо работать, тем более, когда на площадке приглашённая звезда?

– А что именно вас не устраивает, Елена? – очень вежливо спросила Настя, стараясь не обращать внимание на зашкаливающую высокомерность Бездноватой.

Елена решила, что вот он, её звёздный час. Она была абсолютно уверена в своей исключительности и таланте. Раздавала советы направо и налево, даже если её не просили, и считала себя сведущим профессионалом во всех сферах. От актёрского мастерства до налогообложения. А то, что из одного театра она ушла в декрет, а из предыдущих четырёх её попросили на выход, она списывала на происки врагов и завистников.

– Всё. Понимаете, ко всему, даже к небольшому ролику, должна быть подготовка. И серьёзная. Я вчера поздно вечером прибыла в Москву, а меня сегодня уже хотят поставить в кадр. И что, простите, увидят зрители? – снисходительно поинтересовалась Елена, глядя на Настю, как на насекомое.

К её несчастью, реальная жизнь не имела фильтров, с которыми перебарщивала Елена во всех соцсетях. И действительность не зависела от того, во что она верила. А Анастасия, хоть и была несколько наивна и не любила конфликтов, характером обладала достаточно жёстким. Правда, без веской причины его не демонстрировала. Она могла растеряться, могла чего-то не знать и потому промолчать. Но откровенного хамства и неумения себя вести, граничащего с признаками психического расстройства, не терпела.

– То, что и заявлено в наших требованиях. Объясню, – Анастасия сохраняла ровный и спокойный голос. – Мы снимаем несколько серийных промороликов для продвижения нового продукта. Экспресс-туры длительностью пять-семь дней, цель которых – эмоциональная встряска, перезагрузка, возможность побыть наедине с дикой и первозданной природой, вырваться из больших городов с их бешеным ритмом жизни. Поэтому центральный персонаж наших роликов это женщина, обычная, с обычным доходом, живущая по средствам, работа, дети, дом, дача, где грядок больше, чем газона. Она, наша героиня, устала в городе, её день давно обесцвечен монотонностью и рутиной. И однообразием. Зритель должен увидеть женщину среднего возраста, обычную, которых сотни вокруг, у которых нет времени и сил ходить в зал и шлифовать фигуру, делать пластику, чтобы убрать проявляющийся второй подбородок, например. И вот эта женщина начинает дышать полной грудью где-то над Чуйским трактом. Нам не нужна модель с обложки, иначе бы мы не выбрали вас из всех тех, кто откликнулся на нашу заявку.

– Это я женщина среднего возраста с поплывшей фигурой и отвисшим подбородком? Серая и обычная? – захлебнулась возмущением актриса. – Да ты знаешь, какие роли я играла? Да у меня личка просто трещит от предложений познакомиться и встретиться!

– Ваша личная жизнь нас не касается вообще. А навязчивые знакомства это проблема всех соцсетей, – не испугалась её возмущения Настя. – Что касается ваших ролей… Ну, театр казачьей песни я вообще считать не буду, вы там состояли в хоре, даже не солировали. А вот самый долгий ваш срок работы, это… Тут много букв в аббревиатуре, но по заказу вы приезжали в сады и школы и выступали на детских утренниках. Я видела ваши фотографии в роли оленёнка, пчёлки, обезьянки… Или это был медведь? Вы вообще готовы к работе или мы ищем другую актрису, способную изобразить восторг от созерцания природных красот?

За спиной актрисы Мила подняла два пальца вверх, выражая свой восторг. Так как вопрос с тем, кто главный в павильоне рекламного отдела, был закрыт, и вместо выслушивания непонятно откуда появившихся запросов приезжей звезды все приступили к работе, Настя вернулась к своим обязанностям, которых тоже было немало.

Письма, договоры, запросы, заказ канцтоваров на весь офис, вызов мастера для кофемашины. Это сегодня Стаса не было в офисе почти весь день и хватило того кофе, что она взяла из дома в термосе. А завтра? Тем более, что кофемашиной пользовался не только Стас, но и все работники офиса.

Стас вернулся в офис вечером, уже под конец рабочего дня. И явно не в духе.

– Мы проиграли, – устало упал он в кресло. – Ещё нет, конечно. Но мне не тягаться. Ты не представляешь, какая выставка тщеславия была сегодня на автостоянке возле клуба! Конечно, все хотят подтвердить свой статус и доход. Машина и часы это верный индикатор! Можем попрощаться с предложением о партнёрстве.

– Но у тебя хорошая машина! – удивилась Настя.

– Хорошая? Шестилетний “Ниссан”? – презрительно фыркнул Стасик. – Хорошо, что я сразу поехал на такси. Мол, я хитрый и рассчитываю на хороший коньяк или виски. Да, этим я набрал пару очков. Но следующая встреча в головном офисе, и что я там покажу? Откуда взять денег на крутую тачку, если мой бизнес только раскручивается? А зачем делиться с тем, кто только встаёт на ноги, когда рядом ждут отмашки уже матëрые игроки?

Стас раздражённо щёлкал мышью по экрану, раскрывая и сворачивая окна. Настя знала об этой его привычке. Верный знак того, что Стас расстроен и нервничает.

Вдруг он замер, глядя на раскрывшийся на экране файл.

– Настенька! Наше будущее зависит только от тебя! – заискивающе зачастил он, глядя на неё глазами грустного щенка.

– Ты намекаешь на новый кредит? – нахмурилась Настя, заглянув в монитор. – Но Стас…

– Настя, ты тот кредит брала, вспомни. Ты хоть один платёж внесла? Тем более будет машина, а тут вообще вкладывали в рекламу, которая могла и не окупиться, – перешёл в наступление Стас, в мыслях уже выбиравший себе очень дорогую и презентабельную тачку.

Глава 4

– Анастасия Владимировна, обеспечение по кредиту как и в прошлый раз, недвижимое имущество? – с радостной улыбкой спрашивал сотрудников банка, тот же, что оформлял и прошлый кредит. – Это ускорит вопрос с решением и увеличит вероятность одобрения.

– Да, я понимаю, – кивнула Настя.

В правильности этого поступка она была совсем не уверена. Тем более, что документы на квартиру, которую родители давно переоформили на дочь, она взяла тайком. Впрочем, и в прошлый раз она не советовалась с родителями. Но тогда она была увереннее и решительнее.

Может, всё из-за того, что в душе она не считала, что дорогая машина действительно может повлиять на принятие решения в бизнесе. Разве по наличию чего-то судят будущего партнёра? А как же показатели бизнеса?

За то время, что она работала у Стаса, она настолько привыкла вникать во все вопросы сразу, что уже не понимала, когда Стас просто скидывал на неё чужую работу. Но Насте было и самой интересно, и она была уверена, что помогает жениху, то есть это почти семейный бизнес. А разве может быть какая-то делëжка, когда работаешь на себя?

Да и Стас так уговаривал, убеждал… И, конечно, отказать, когда есть довод в виде прошлого кредита, который не принёс лично ей вообще никакого беспокойства, она не смогла.

– Стюш, это же для нас! Сейчас очень важен этот рывок, пойми, – чуть ли не на коленях стоял Стасик. – Потом у нас может не быть такой возможности. И точно не будет столько сил и времени на фирму. Она должна будет уже прочно стоять на рельсах успеха! Ты не забыла? Свадьба, дети, семья… Это же важнее?

– Оу, простите, просто я думала, что можно… Вашей секретарши нет в приёмной… – без стука влетела в кабинет Елена Бездноватая, изображая растерянность и замешательство, но покидать кабинет не спешила.

– Вы кто? – удивился Стас.

– Я актриса… – улыбнулась Елена, стрельнув глазками.

– А, понял. Тогда вам прямо по коридору до туалетов, а там налево. Спросите там у кого-нибудь, как пройти в съёмочный павильон, – раздражённо отмахнулся от неё Стас.

– Вы не поняли, съëмки уже закончились, – старательно хлопала ресницами, изображая наивность, актриса.

– Тогда вам прямо по коридору до туалетов и направо, там служебный выход для сотрудников. Или можете через центральный, – чувствовал, что теряет время Стас, и от этого ощущения ещё больше злился.

– Но я специально ждала вашего возвращения, мне хотелось бы обсудить с вами некоторые моменты, которые я обозначила вашей секретарше, но она явно не передала этого вам. Поэтому я пришла к вам, – каждый раз Елена меняла интонацию и играла голосом, произнося это "вам" и чуть распахивала глаза.

– Это не секретарша, это моя невеста, почти совладелец компании, – решил использовать этот момент Стас, чтобы упрочить свои позиции в уговорах Анастасии на новый кредит. – Так что если вы уже обсуждали свои моменты с Анастасией Владимировной, то иного решения не будет. И пожалуйста, покиньте кабинет. Простите, я что-то непонятно сказал?

Стас почти силком вывел актрису из своего кабинета.

– Я же хочу только как лучше, у меня такой опыт, – плаксиво залепетала Елена.

– Просто удивительная навязчивость! – скривился Стас, закрывая кабинет изнутри. – Настя, чего ты смеешься?

– Я пришла к вам, – передразнила актрису Анастасия, заливаясь смехом. – А ваша гадкая секретарша скрывает вас и от вас!

– На что ты намекаешь? – изобразил непонимание Стасик.

– Ну-у-у… Кто-то явно пытался произвести на тебя впечатление, – улыбалась Настя.

– На меня? Не надо. Зачем? – уселся на стол Стас. – Поздно, я уже окольцованный. Ну, почти.

В этот момент Анастасия и сдалась. Ну, как она могла сомневаться, если Стас постоянно думает о будущем? Их общем будущем?

Поэтому на следующий день они вместе отправились в салон, где Стас не сомневаясь выбрал “икс пятый”, а затем в банк. Ответа пришлось ждать несколько часов. Но уже после обеда Анастасия подписывала документы на получение автокредита.

На улице уже стемнело, когда Анастасия вышла на улицу подышать свежим воздухом. Она только что стала владельцем автомобиля стоимостью больше, чем десять миллионов! И это при том, что у неё даже прав не было.

Рядом почти пританцовывал от нетерпения Стас.

– Ты видела этого зверя? Ну каков! – Стасик был в полном восторге. – Я уже не могу дождаться, когда окажусь за рулём моей машины! Пойду потороплю этих продавашек, могли бы и побыстрее шевелиться! Можно подумать, им каждый день такие суммы выкладывают за машину.

– Да, иди, – безэмоционально ответила Настя, всё ещё пытающаяся осознать потраченную на автомобиль сумму.

– Стюш, ну ты-то что там тормозишь? Давай быстро в машину! – Стас уже сидел на месте водителя. – Пришлось немного отрегулировать всё под себя. Всё-таки я не заморыш какой.

– А мы сейчас куда? – удивилась Анастасия, не помнящая разговора о планах на вечер.

– Как куда? – засмеялся Стас. – Поехали, красивая, кататься! Настя, ну чего ты вся такая никакая? Расслабься и наслаждайся, когда ещё на такой тачке прокатишься?

– Стас, может, всё же немного помедленнее, – Настя вцепилась в сиденье под собой.

Скорость, с которой проносились мимо дома и другие машины, её пугала. Она почти ничего не успевала заметить.

– Вот это машина! Ну, что? Полетели в красивую жизнь? – словно пьяный смеялся Стас, увеличивая скорость. – Да не дрожи ты, трусиха! За рулём мастер, то есть я.

Настя, которая уже просто не могла справиться со страхом, зажмурилась. Девушка надеялась, что скоро Стас успокоится и это безумие закончится.

– Йе-е-еху-у-у! – радостно воскликнул Стас, резко выворачивая руль на повороте.

Резкий толчок и внезапная остановка заставили Настю вскрикнуть. Она не сразу решилась открыть глаза. Внезапно Стас резко дёрнул её на себя, а сам сначала переполз на её сиденье, а потом и вовсе открыл пассажирскую дверь.

– Настя, тут такое дело… Видишь ли… Мы забыли оформить доверенность, я не мог быть за рулём, – зачастил побледневший Стас.

– Стас… Это там человек, да? Мы его сбили? – широко распахнутыми глазами смотрела на тело на асфальте Настя.

– Меня здесь не было вообще! Я всё буду отрицать, иначе будет хуже! – почти выкрикнул Стас, выскакивая из машины.

Глава 5

– Чисто сработал, – похвалил сам себя Зима, запихивая труп несостоявшегося камикадзе в багажник своего внедорожника.

Полковник Волков с Сашкой Зиминым, разумеется, не согласился бы. Сработал-то секретный агент с позывным Зима, в криминальной среде по кличке Алик, действительно чисто. Пассажирам и сотрудникам этого поезда придется поверить в мистику. Один из самых странных, замкнутых и мрачных пассажиров исчез по пути из вагона-ресторана в свое купе как привидение. В долю секунды вылетев из услужливо распахнутой Аликом двери тамбура под откос. Но вот то что камикадзе не дожил до допроса в штабе, полковник сочтет за разгильдяйство, не поверив Зиме, что боевик оказался настолько неловким, что влетел головой в единственный на протяжении целого километра короткий столбик разметки.

– Снайпер, блин, – задумчиво почесывая затылок, разглядывал агент особого назначения персону, которую должен был доставить в штаб. – Теперь это не персона, а персонаж… криминальных новостей, – тихо хмыкнул Зимин, захлопывая крышку багажника.

Смягчающим обстоятельством будет только то, что действовать Зимин был вынужден в условиях ограниченного времени. Алику пришлось снимать исполнителя прямо с поезда, везущего его в Белокаменную, так как шестерки Шаха ждали прибытия смертника уже на вокзале. Для выполнения теракта в сто шестой школе, запланированного на завтра. Сильно сжатые сроки и риск, что быки Шаха сразу надежно скроют прибывшего, не оставили Зиме выбора.

Прозвище Зима надежно прилипло к Алику и в группировке Шаха. За то, что Зимин был словно призрак. Из тех, кто следов и на снегу не оставляет. Даже виртуальных – наизусть зная расположение и ракурс всех камер видеонаблюдения в городе.

Плутая по спальным районам, Зимин сначала избавился от перчаток и обуви, щедро залив их отбеливателем и выкинув в один из самых обычных мусорных контейнеров во дворах многоэтажек. Теперь надлежало избавиться от главной улики – той, что сейчас с комфортом передвигается в просторном багажнике джипа.

Не то чтобы у Алика было прям персональное кладбище, как у маньяка, но несколько вариантов сокрытия особо неуклюжих врагов имелось. Зиме позарез нужно, чтобы камикадзе для членов банды просто исчез. Найди они его тело, незамедлительно заподозрят всех, кто был в курсе не только где перехватить боевика, но и как он выглядит. А эта информация была известна очень узкому кругу людей в группировке. И Зима был в их числе.

Звонок тёти Нины прервал философские размышления Алика на тему, что камикадзе всё же реализовался в своих планах, в каком-то смысле. Ну просто… Зима помог ему с этой миссией чуть раньше, чем тот планировал.

– Завтра в двенадцать чтоб как штык был! – в сотый раз за последнюю неделю напомнила тётка о своем юбилее.

– Буду, тёть Нин, зуб даю, – пообещал Зима, зря надеясь, что тетя позвонила только для этого.

– На кой мне твой зуб? Чтоб протезам в стакане не скучно было? Побереги свою челюсть для более важной цели, охламон! Завтра невест будет столько, что скалиться придется непрерывно, – снова завела свою пластинку тётя Нина. – Наташка Скворцова будет, помнишь, ты за ней в пятом классе ухлестывал? Такая красавица стала! А хозяйка-то какая! И пироги печет… хотя Нелька Уткина лучше кашеварит и характер покладистей…

Зная тётку, Алик не сомневался, что баб в активном поиске она на торжество притащит столько, что отбиться врукопашную он не сможет. Придется трусливо линять с мероприятия, чем он, разумеется, сильно огорчит тётку. А расстраивать Нину Алексеевну Зиме не хотелось. До скрежета зубов не хотелось. Единственный родной человек, отдавший ему всё, что имел. Отстоявший его, еще совсем зеленого, у всех, включая самого себя, оголтелого. Тетя Нина не просто воспитала его – она свою жизнь положила на вторую чашу весов…

Однако картинка, где Зима, поджав хвост, пересекает лиман, а за его спиной бежит толпа невест в свадебных платьях, совсем не нравилась бесстрашному агенту Зимину.

– Тёть Нин, – сбавляя скорость перед поворотом, прервал Алик предвыборную презентацию. – Пожалуйста, не надо звать никаких посторонних…

– Это не обсуждается даже! Без невесты ты отсюда не уедешь и точка! Хватит уже генофонд разбазаривать! Пора серьезные отношения заводить. Семью, детей! – и слушать его не хотела тётка.

Семья и дети вроде как в жизни любого человека весомая составляющая, но вот с родом деятельности Зимы эта опция никак не вяжется.

– Да есть у меня девушка! – в попытке остановить надвигающийся апокалипсис в виде смерча из невест, в воронку которого он непременно попадет, соврал Зима.

– …врёшь! – после непродолжительной паузы, естественно, усомнилась Нина Алексеевна. – Что ж ты мне о ней тогда раньше не говорил?

– Ну… мы только познакомились, тёть Нин. На пару свиданий сходили всего, – принялся выкручиваться Алик. – Но я чувствую, что это та девушка, которая мне нужна. Она красивая, умная, добрая, ласковая…

– И как же зовут твою мисс Совершенство? – подозревая, что Алик бессовестно вешает ей лапшу, с подозрением спросила Нина Алексеевна.

Взгляд Зимы заметался по уличным баннерам и вывескам в надежде, что судьба подаст знак. Но как назло за окном мелькнули только две вывески: “Интим-магазин” и “Алкомаркет”. Из колонок стереосистемы женский голос мурлыкал что-то про зимнюю вишню.

– Не могу больше говорить, тёть. Я за рулем, – решил сделать ход конем Алик, соскакивая с разговора.

– Что ж сразу не сказал? – всполошилась тётка, и быстро затараторила: – Значит, завтра жду тебя с твоей девушкой. И не дай бог, у нее вдруг температура поднимется или на работу вызовут! Тут же обзвоню всех девчат!

Зима сам не понимал, как так лопухнулся. Агент особого назначения, вымуштрованный, опытный, которого расколоть не могли самые матерые преступники, и так прокололся! Зная свою тётку как дважды два, мог бы и сам догадаться, что на такое недальновидное вранье сразу начнет налипать новое. Как летящий с Эльбруса снежный ком. Но и тут тётка действовала на два шага впереди, сразу отметая варианты отмазок, о которых Зима еще и подумать не успел.

– Тёть Нин, – хотел было остановить Алексеевну Алик, чтоб оставить хоть какие-то варианты на завтра, но в этот момент раздался громкий хлопок, скрежет металла, и нос Зимина мгновенно познакомился с оплеткой руля.

Хоть кожаная оплетка и была эксклюзивной, сделанной на заказ, всё же о такой близости с ней Алик совершенно не мечтал.

Удар в зад машины Зимина сложно было с чем-то перепутать. Смартфон с продолжающей тараторить в нем тётей Ниной отлетел на коврик пассажирского сиденья, а дверь багажника, предостерегающе пикая, поехала вверх. Алик резко выжал тормоз, автомобиль дернулся и встал как вкопанный. Зимин слышал, как по полу прокатился его безмолвный пассажир и с глухим шлепком шмякнулся на асфальт. Эпичная картина, открывшаяся взору виновника ДТП из машины сзади, промелькнула в голове Зимы.

– Твою ж… фортепьяну! – как можно тише прошипел Алик, чтоб не мешать тетке грозить ему всеми карами небесными, в случае если он ее обманет.

Глава 6

Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Алик нахмурился. В лобовом стекле машины сзади крутилась какая-то попка в узкой юбке. Удар был не такой уж и сильный, чтоб люди по салону кувыркались, оттого эта жопка озадачила Зимина.

Споры с тёткой быстро отошли на второй план, переключая мозг Зимы на особый режим. Стандартное ДТП, конечно же, не вызвало бы в Алике такой бурной реакции. Но вывалившийся на проезжую часть теперь уже дважды камикадзе не оставил шанса ни на урегулирование ситуации с ДПС, ни, тем более, при помощи братвы из шайки Шаха. О полковнике Волкове и думать не хочется. За такой промах Зимину грозит не только выговор с занесением, но, что хуже, пожизненные подколы коллег. Ему ни в жизнь не отмыться. Агент особого назначения быстро станет агентом особого “невезения”. Два ляпа за одну миссию – это ж перевыполнение годового плана всего батальона.

Наклонившись за телефоном, Зима на несколько секунд потерял из поля зрения тёмную бэху, въехавшую ему в зад. Хлопок двери возвестил, что водила собрался удрать.

– Приедем, тёть Нин. Обязательно. Все, до завтра, – быстро отчеканил Зима, прекращая разговор.

Твердое обещание тётке было единственным способом избавиться от дальнейших расспросов. Тетя Нина, конечно, тоже важна, но тут возникла задачка посложнее.

Щелкнув замком ремня безопасности, Зимин выбрался из машины. Лицо Алика мгновенно преобразилось, наряжаясь в повседневную маску жестокого и хладнокровного наемного киллера, коим он числился в группировке Шаха.

Одного взгляда через лобовое стекло хватило Зиме, чтобы расплыться в хищной ухмылке. Очаровательная блондиночка за рулем навороченной тачки была спасением для Зимина. Ведь окажись на ее месте серьезный дядя, или хуже того, группа лиц мохнатой национальности – договориться или запугать было бы сложнее. Не то чтобы невозможно, но руки пришлось замарать.

– Приехали, зайка, выходи! – с широким оскалом распахивая дверь её машины гаркнул Зимин, и тут же улыбка слетела с его губ.

Опытный взгляд мгновенно выцепил, что водительское сиденье отодвинуто слишком далеко для роста блондинки. Стройные ножки в утонченных туфельках на шпильке явно с трудом достают до педалей. Зеркало заднего вида тоже было настроено под человека минимум на полголовы выше. Блондинка на водительском сиденье этой тачки выглядела как горошина в кастрюле.

– Кто был за рулем? – зарычал Зимин, привычно сопоставляя события после удара в зад его внедорожника.

– Он умер? – одновременно с ним испуганно пропищала Настя, тыча дрожащим пальцев в лобовое стекло, за которым было видно тело давно почившего пассажира Зимина.

Хлопок двери, очаровательная задница, маячащая перед лобовым стеклом, отодвинутое до упора сиденье и теперь еще незнание девицы, откуда вывалился труп на дорогу. Во всем этом калейдоскопе фактов, спровоцировавших аварию, правильными были только блондинка за рулем и ее туфли на шпильках. Но именно они и не вписывались в общую картину, как ни странно. Отточенные годами навыки анализа всех, даже незначительных на первый взгляд деталей, не раз спасали жизнь Зимину. Однако сегодня система в голове у Алика сбоила, будто к его процессору поднесли мощный магнит.

– Где водитель, я спрашиваю? – щедро сдобрив свой утробный рык гневными нотками, повторил вопрос Зимин.

– Я водитель… он погиб? Что же теперь делать? Меня посадят? Я не хотела… – запричитала Настя, ещё больше убедив Сашку, что с водительского места на дорогу смотрела не она.

Зимин мог руку дать на отсечение, что блондинка даже не видела, откуда тело на асфальте появилось. На секунду стало жаль девчонку. Кто бы ни был с ней в машине – он не только подставил, а еще и бросил одну разбираться с громилой из явно бандитского внедорожника. Очевидно же, что Зимин не просто любитель больших и грязных тачек. Ну потому что у законопослушных граждан, как правило, трупы из багажника не вываливаются.

Успокаивать трясущихся от страха гражданок не входило ни в обязанности агента особого назначения Зимина, ни штатного киллера преступной группировки Алика. Посему наукой психотерапии Зима не владел.

Тяжко вздохнув от вырисовывающейся перспективы работы со свидетельницей, Алик протянул руку в салон:

– Ключи, – требовательно произнес он, твердо зная, что дамочку просто так отпускать нельзя.

Внезапно горячая широкая ладонь Зимина ощутила прикосновение хрупкой ладошки, вместо металлической связки ключей от автомобиля. Не то чтобы жесткая кожа Алика никогда не касалась нежных девиц, но действия блондинки были настолько неожиданными, что пацан поплыл малёк. Даже завис ненадолго, таращась на блондинку, осторожно выплывающую из салона авто.

“Совсем охренела! Джентльмена решила из Зимы состряпать?” – мысленно фыркнул Алик, схватив с пассажирского сиденья сумочку девушки, и принялся нагло исследовать ее содержимое.

Тем временем Настя, опершись о предложенную руку, выбралась из машины и на негнущихся ногах направилась к распластавшемуся камикадзе. Казалось, страх и отчаяние полностью завладели сознанием. Мысли судорожно метались в голове, не давая ни единого шанса взять себя в руки. То, что мужчина был мертв, Настя верить не хотела, надеясь, что ему еще можно помочь. Однако призрачной надежде не суждено было оказаться правдой. Агент Зимин, конечно, тот ещё раздолбай, но такого промаха бы не допустил. К сожалению, Анастасия этого не знала, тщетно пытаясь нащупать пульс у давно почившего террориста.

– Может, его можно реанимировать? Надо вызвать скорую… – не замечая катящихся по щекам слез, взмолилась Настя.

Зимин невольно залюбовался белобрысой красоткой. В целом она выглядела как обычная столичная тусовщица, сахарная девочка “Патриков” и прочих мест обитания московских пираний. Дорогой элегантный прикид, модная стрижка и явно куча бабок, вложенных в уход за собой. Но этот трогательный взгляд, пухлые дрожащие губы и искренние слезы по усопшему незнакомцу вызывали у Зимы необъяснимый трепет в груди. Там, за могучей бицухой, даже каменное сердце дрогнуло в попытке выбраться из глухой брони. Но тщетно.

– Мне с ментами встречаться не резон, усекла, Настенька? – держа в руках раскрытый паспорт девушки, вернулся в образ гангстера Зимин. – Хорош моросить тут, в машину шагай, быстро!

Сузив глаза и нахмурив брови, Алик наблюдал за девчонкой. Промелькнувшая тень страха, осознание, что судьба ее свела с далеко не самым добропорядочным гражданином. Он буквально считывал ее мысли с меняющего выражение личика. Но застопорился, когда его взгляд наткнулся на упрямо поджатые губы. Красотка с характером, что ли?

– По какому праву вы роетесь в моих вещах? Немедленно отдайте! – хоть и дрожащим голосом, но требовательно произнесла Анастасия, вытянув руку с перламутровым маникюром.

– Ты еще пальцами пощелкай, королевишна! – хохотнул Зима, хватая вытянутую руку за локоть и потащив белобрысую к пассажирской двери своего внедорожника.

Как бы ни хотелось Зимину избавиться от девчонки, но отпускать ее сейчас было нельзя. Слишком многое поставлено на карту. Бабы язык за зубами держать не умеют, а значит, выход только один – блондинку придется взять с собой и ненадолго спрятать.

– Что ты делаешь? Пусти! – извиваясь как змея в змеиных щипцах ловца.

– Спасаю тебя от тюрьмы, дура! – рявкнул Алик первое, что пришло в голову, легонько встряхнув девушку, чтоб перестала брыкаться.

Простая манипуляция сработала, и сероглазая растерянно хлопала ресницами, борясь со страхом за свою жизнь и совестью, что требовала поступить по закону.

– Или ты хочешь лет на десять сесть за этого наркомана? Он и без тебя бы до понедельника не дожил. Конченный, не видишь, что ли? Он же сам на дорогу вывалился, как черт из табакерки, – почуяв слабину, продолжил давить Алик, естественно, умалчивая что за рулем “табакерки” был он сам, а жертва погибла уже второй раз за этот вечер.

Растерянно хлопая глазами, Настя никак не могла понять, что же делать дальше. Страх сковывал не только тело, но и мысли. Для нее, конечно, не имело значения, наркоман там был или нет. Ничто не могло послужить оправданием. Однако сломать себе жизнь… она ведь даже не была за рулем в момент трагедии…

– Это неважно! Мы должны вызвать полицию, – твердо произнесла Настя, хоть уже и не была так уверена в непоколебимости своей гражданской позиции.

Зимин крепко стиснул зубы, быстро озираясь по сторонам. Труп валяется уже несколько минут посреди хоть и небольшого, но все же переулка. Каждая минута грозит приобретением новых свидетелей.

Внезапно взгляд Алика зацепился за помятый передок бэхи. Номерного знака нет. Тачка явно новая, только с салона!

– Я все решу задним числом, детка! Давай страховку и водительское удостоверение! – наугад закинул удочку Алик.

И не промахнулся. Ни того, ни другого у Насти попросту не было. На права она так и не сдала, несмотря на то что автошколу закончила. А дорогую страховку Стас покупать не хотел и именно поэтому оформил кредит в банке, а не сразу в автосалоне.

Только сейчас Настя начала осознавать весь ужас и безвыходность ситуации. На ней огромный долг в банке под залог единственной в их семье квартиры. Новая машина разбита, как и машина этого громилы с наглой рожей. Страховки, чтобы покрыть ремонт обеих, попросту нет. Как нет и права садиться за руль. В сумочке только кредитный договор, рядом только мордоворот с устрашающей ухмылкой и… тело человека на асфальте.

– Ты трупы прятать умеешь? – внезапно спросила Настя у Зимина, чем заставила его черную бровь изогнуться, а губы скиривиться в усмешке.

Глава 7

Зиме показалось, что со свидетельницей они пришли к консенсусу. Пока он упаковывал обратно многоразового смертника-камикадзе и зачищал место ДТП от возможных улик по трупу, Анастасия забрала из разбитой “бэхи” оставшиеся вещи. Их оказалось немного – папка с логотипом автосалона и тонкое пальто, в которое она сразу же и укуталась. Самостоятельно закрыла на ключ “бэху” и села в машину Алика. Сашка мысленно усмехнулся: “Из свидетельницы в сообщницы за пару минут”.

Однако как только Зимин вернулся за баранку своего внедорожника, оказалось, что девчонка понимает происходящее по-своему.

– Как тебя зовут? – спросила Настя, просто чтобы заполнить неловкое молчание.

– Зима, – нехотя буркнул Алик, всем своим недружелюбным видом давая понять, что к тесному знакомству не расположен.

– Зима… подвези меня до Савеловского вокзала, пожалуйста. Дальше я сама, – попросила Настя, нервно сжимая в побелевших пальцах папку с документами.

– А твой труп с тобой выйдет? Или это мне вместо компенсации за разбитую тачку? – вкрай обнаглел Зима, вешая на ни в чем не повинную девушку своего пассажира багажника.

Настя уставилась на Алика как на невменяемого. Несмотря на то, что из них двоих он-то и сохранял спокойствие. Все его действия были словно отточены годами. Но именно это и не успокаивало Настю, а ещё больше пугало. Ей хотелось бежать, прятаться, забиться под самый большой камень и затаиться. Чтобы прийти в себя и подумать, как выкручиваться из всего произошедшего. Чтобы попытаться понять Стаса… Почему он ее бросил? Просто был в состоянии шока и не соображал, что делает, или… нет, о предательстве жениха Насте и думать не хотелось. Это слишком больно…

– Чего зависла? Либо ты свой труп в сумочку себе запихиваешь, либо едешь со мной. И, кстати, за ремонт моей тачки как рассчитываться собираешься? Нал, безнал, анал? – не давал Алик и минуты Насте, чтобы она перестала дрожать и пришла в себя.

– Ч-ч-что? – задыхаясь от возмутительного предложения, пропищала на выдохе Настя.

Зимин только молча усмехнулся, выруливая на скоростную трассу в сторону области. Вопреки тому, что обычно Алика воротило от таких вот девиц, что в свои двадцать с хвостиком уже на нулевых тачках за десяток миллионов рассекают, эта девчонка ему не была противна. Наоборот… забавляла, что ли…

– Вообще-то ты сам решил мне помочь, – напомнила Настя.

– Пф-ф, – настала очередь Зимы фыркать от возмущения.

До этой минуты никто еще не подозревал его в желании помочь окружающим!

– Так что теперь труп в твоем багажнике, значит, твой! А авария… я скажу, что машину у меня угнали и меня там вообще не было, – выдала Вишневская.

От такой наглости у Зимина едва совесть не проснулась. Ведь по факту к отбытию боевика на тот свет девчонка и правда никакого отношения не имела. Да и пострадавшие бампер и дверь багажника в замесах были не впервые. Жалеть эту жестяную оболочку Алик разучился уже давно.

– Кинуть меня решила? Значит так, стерва! Кажется, ты не понимаешь куда вляпалась. Во-первых, в поисках пульса у трупа ты оставила на нем столько следов, что любая экспертиза докажет твоё присутствие в момент его безвременной кончины. Во-вторых, мне до фиолетовой лампочки, кому и что ты будешь врать про аварию. Пока на мой счет не упадут две тыщи баксов, ты, Настенька, поживешь под моим присмотром, усекла? – зло прорычал Зима, чтобы выбить все дурные мысли из белокурой головы.

– Но… – испуганная грубым тоном Алика, Настя все же попыталась возразить.

– Никаких но, детка! И захлопни свой очаровательный ротик, пока я добрый! Не хочу яму на два трупа рыть! – рявкнул Зимин, въезжая на территорию давно заброшенной фермы.

От гневного рыка мордоворота Настя забилась поглубже в сиденье, в ужасе от того, что к обрушившимся на ее голову огромным проблемам добавился еще и этот бешеный амбал.

Выпрыгнув из машины, Зима направился к пассажирской двери, распахивая ее и хватая Настю за запястье.

– Подожди меня в машине, милая! Никуда не уходи! – с ехидной улыбкой произнес Зимин, пристегивая ее руку наручниками к корпусу двери.

Теперь дверь не закрывалась полностью, и пронизывающий холодный ветер проникал в салон, заставляя Настю ёжиться пуще прежнего.

Зима припарковал машину таким образом, чтобы Настя не видела, в какое из полуразрушенных строений он прячет главного персонажа двух криминальных дел за одну ночь.

Настя крутилась на сиденье, насколько ей позволяли наручники. И как только поняла, что Зима скрылся из вида, она полезла в сумочку за телефоном. Выпотрошив все содержимое сумочки и карманов, Настя судорожно пыталась вспомнить, не оставила ли смартфон в разбитой “бэхе”.

– Это ищешь? – прогремел как гром над ухом низкий баритон Зимы.

В перепачканной чем-то руке он держал смартфон Насти, самодовольно ухмыляясь. Разумеется, он давно вытащил его из сумочки Насти, в первую же минуту, когда копался в ее сумке.

– И телефон, и паспорт побудут пока у меня, Настюша… – освободив ее затекшую руку от оков, деловито сообщил Зимин.

– Мне не нравится, когда меня называют Настюшей, – из вредности прошипела Настя, растирая покрасневшее от наручников запястье.

– Я тебе больше скажу, детка, тебе и все дальнейшее не понравится, – продолжал насмехаться Зимин.

Впрочем, таких иллюзий Настя и не питала.

– Почему “Зима”? – решила поменять тему Настя, когда Алик вернулся за руль.

– Не задавай лишних вопросов, Вишенка, – отрезал Зимин, вспомнив фамилию Насти.

А затем и мелодию, что звучала буквально за пару секунд до их эпичной встречи.

– Вишня, вишня… зимняя вишня, – напевал Алик, расплываясь в улыбке.

Настя его настроения не разделяла и только молча хмурилась, одаривая Зимина колючими взглядами.

Глава 8

Настя смотрела на мелькающие пейзажи за окном и ничего не видела. Она с трудом сдерживала подступающие слезы, чтобы не показывать своего состояния этому бандиту, свалившемуся на ее голову.

В том, что он принадлежит к криминальной прослойке общества, Настя уже не сомневалась. Не только из-за того, что вместо имени он назвал кличку, и даже не от того, как уверенно и легко он избавился от трупа. Наибольшую роль тут играла его реакция на все произошедшее. Сама Настя за это время несколько раз была близка к обмороку или истерике. Сама не знала, как сдерживалась. Чудом, наверное.

Страшная авария, погибший человек, распластанный на асфальте, и трусливо сбежавший Стас. Психопат, заставивший ее играть по его правилам. Нервная дорога в какую-то глушь, сокрытие трупа – всё это не вписывалось в привычную картину мира Насти. А для Зимы как будто все это было рутиной.

– Приехали, – оповестил Зима Настю, паркуя свой труповоз возле какого-то глухого бетонного забора.

– Куда? – переспросила Настя, но Алик ее вопрос проигнорировал.

Достав из кармана свой телефон, он набрал кому-то и, пока ждал ответа, разглядывал Настю. Взгляд Зимина был тяжелым и мрачным, словно он сожалел о том, что поленился выкопать две ямы.

– Барсик, здоров. Камеры выруби и у заднего встреть меня, – коротко распорядился Зимин.

– Я… меня родители будут искать, – решилась Настя на еще одну попытку распрощаться с этим явно непорядочным человеком. – Я всегда ночую дома. Они уже, наверное, начали волноваться. Может, и в полицию уже пошли…

– Ты совершеннолетняя. Так что заявление примут не раньше чем через три дня, – равнодушно ответил Зима, будто из всего сказанного его только срок начала поисков пропавшей интересует.

Уровень его цинизма просто не укладывался у Насти в голове. Ему что труп сокрыть, что человека похитить… так, обычная пятница.

Покинув теплый салон автомобиля, Зимин заставил Настю идти на шпильках по каким-то закоулкам. Так что сбежать не удалось бы, будь у нее хоть один шанс. Но Алик крепко сжимал ее руку в своей, пока они не вышли к огромному комплексу зданий загородного отеля. Наверное, это было единственной приятной неожиданностью за сегодняшний вечер для Насти. До этой минуты она была уверена, что он в лучшем случае отвезет ее в какой-нибудь загаженный вонючий придорожный мотель, а в худшем запрет в гаражах.

Дверь служебного входа позади основного корпуса отворилась аккурат как они поднялись к ней по ступеням.

– Алик, здоров! – поприветствовал Зимина вышедший на крыльцо парень в форме охранника. – А кто это с тобой?

Удивленный и любопытный взгляд симпатичного парня уставился на Настю.

– Никто. Ключи давай, – буркнул Зима, не собираясь ничего объяснять охраннику.

Так же, крепко держа Настю за руку, Зимин уверенным шагом потащил её к лифту.

– Почему Барсик? Он даже на кота не похож, – спросила Настя Зимина, пока экран в лифте отсчитывал этажи.

– Ты всегда такая болтливая или это от стресса? – язвительно отозвался Алик, бросив на Настю укоризненный взгляд.

– Всегда, – с радостью огрызнулась Настя, чувствуя маленькую победу от того, что нащупала его нелюбовь к разговорам. – Алик – это твое настоящее имя или как Барсик у этого Кирилла Негодина?

– Откуда… а, этот баран бейджик не снял, – недоумение на лице Зимы быстро сменилось одобрительной улыбкой.

Девчонка только выглядит бестолковой, но ни в стойкости, ни в сообразительности ей не откажешь. Другая на ее месте уже давно бы билась в истерике. А эта ничего. Держится.

– Я в душ. Ты со мной, Вишенка, или к батарее пристегнуть? – не сомневаясь в том, что предпочтет Настя, Алик снял куртку и сразу достал наручники.

Не считая нужным отвечать на дурацкий вопрос, Настя молча протянула руку. Упрямо поджатые губы и колючий взгляд еще больше убедили Зимина, что блондинка ему попалась с характером.

Пока Зимин насвистывал в душе, Насте ничего не оставалось, как разглядывать интерьер номера и думать, как из него сбежать. Номер был небольшой. Только двуспальная кровать, две тумбы и небольшое кресло, в котором она и сидела сейчас, пристегнутая к трубе.

И пусть она до конца не понимала, что этому странному типу от неё надо, кроме двух тыщ баксов, но наручники на запястье и отнятые телефон и паспорт были достаточным поводом для беспокойства. Скорее даже для паники.

Однако в тот момент, когда Алик вышел из ванной, все тревожные мысли из головы Насти моментально вылетели. Он был абсолютно голый! Только полотенце вокруг его бедер сейчас препятствовало тому, чтобы Настя не заорала в голос на всю округу.

Совершенно не обращая внимания на Настю, Зима ленивой походкой прошелся по номеру к окну, что-то выглядывая во внутреннем дворике отеля.

Вопреки тому, что почти голый и совершенно незнакомый мужчина расхаживает рядом с пристегнутой к батарее Настей, она не могла не пялиться на него.

То, что он довольно высокий и широкий в плечах, понятно было и под его верхней одеждой. Ну и в том, что силищи в этом мордовороте немеряно, тоже было несложно догадаться, когда он мужика таскал, словно мешок с пухом. Зима не был похож на качков из фитнес-центра возле ее офиса. Никаких раздутых мышц и искусственно наращенной массы тела. Его тело было скорее больше похоже на тела атлетов, что крутятся на брусьях по телику. Жесткое, отлично тренированное, с идеально слепленной мускулатурой. Сама того не осознавая, Настя шарила взглядом по широкой спине, мощным плечам и шее, по крупным икрам, однозначно хорошо знакомых с физической нагрузкой, по подтянутой заднице…

– Я так полагаю, что спать ты тоже будешь в кресле? – резко развернувшись, прервал визуальный разврат Насти Зима.

– Ты же мне место на кровати не уступишь, – буркнула Настя, злясь, что Зима застал ее за непристойным занятием.

– Предпочитаю не создавать себе неудобств там, где их можно избежать. Спокойной ночи, Вишенка, – усмехнулся Зимин.

– Как я тебе деньги верну, если ты у меня телефон отобрал и прицепил к трубе? – устала Настя гадать, что этот гад задумал и почему не отпускает.

– Так скажи мне, кто в действительности был за рулем “бэхи”, и я тебя отпущу, – впился пронизывающим взглядом в Настю Зимин.

Возможно, Настя, немного поразмыслив, и сдала бы Стаса. Если бы не была уверена в одном – не отпустит.

– Сколько раз повторять? Я была за рулем. Сейчас у меня нет денег, но я достану… займу у друзей. Отдай хотя бы телефон?

Зима только хмыкнул мысленно. Новая тачка за несколько лямов в рублях, а пары сотен нет? Хотя, может, действительно она просто игрушка какого-то сахарного папика.

– Спокойной ночи, Вишенка, – снова проигнорировал все просьбы и вопросы Зима, выключая свет.

Впрочем, погасший источник света не мешал им обоим размышлять в тишине, где каждый притворялся спящим.

Не только для Насти, но и для Зимина ситуация была неординарной. Он долго анализировал проделанную сегодня работу, внештатную ситуацию, которая принесла сопутствующие риски. Потом вспомнил и о звонке тети Нины.

Что он ей там нагородил? “Красивая, умная, добрая, ласковая”? Где он такую найдет до завтра?

Приоткрыв один глаз, Алик присмотрелся к силуэту Насти в кресле. А что? Все равно эту козу за собой таскать минимум до понедельника. Она красивая, может, и умная… в чем-то. Судя по ее реакции на ДТП с “трупом”, сострадание и милосердие ей не чуждо. Вот насчет “ласковая” тут, конечно, промах. Хотя, может, и приласкает… так что мало не покажется.

– Вишня?

– М-м-м?

– Если завтра сгоняешь со мной на одно мероприятие, я тебе не только долг прощу, но и твою тачку отдам своим пацанам. Подшаманят, будет как новая, – решил Зима, что если Вишневская и правда просто какая-то эскортница, то чего бы не воспользоваться её профессиональными услугами.

– Она и так новая, – вздохнула Настя.

– Ага. Только подешевела процентов на тридцать, едва выехав с салона. Ладно, думай, Вишня. Либо едешь со мной к одному очень важному человеку, либо завтра мы едем снимать с твоего счета деньги.

“С моего счета только порчу можно снять, если повезет”, – грустно усмехнулась Настя мысленно.

Она не лгала Зимину, когда говорила, что родители будут беспокоиться. И о том, что никогда не ночевала вне дома. Поэтому ее собственное беспокойство нарастало с каждой минутой все больше. Разумеется, никуда ехать с этим бандюгой она не собирается. Тем более к какому-то важному человеку из его преступного окружения.

Чудовищная ситуация, в которой она оказалась, не позволила Насте сомкнуть глаз до самого утра. Успокаивало только то, что кредит обещал выплатить Стас, и это дарило надежду, что квартира родителей, ставшая залогом, не пострадает.

К утру Настя немного успокоилась, разложив по полочкам, что по факту сейчас самое страшное это ремонт машины, а все остальное разрешимо вместе с ее женихом Стасом. Нужно только выбраться из этого чертового номера.

Усталость срубила Алика как убитого. Всё-таки вторые сутки на ногах. Даже когда Настя попросила отстегнуть ее, чтобы сходить в туалет, охранял он ее в полудреме.

– Я с тобой лягу, спина затекла и ноги, – заявила Настя, возвращаясь в комнату. – Но если ты хоть на сантиметр ко мне подвинешься, я буду кричать так, что Барсик на первом этаже оглохнет, усек?

– Не заводи меня, Вишня. Спать хочу, – буркнул Зимин, защелкнув вторую часть наручника на своей руке, и снова вырубился.

Утром, едва первые лучи осеннего солнца начали пробиваться сквозь неплотные шторы, Алик привычно потянулся и тут же скривился от давящих на запястье наручников.

– Просыпайся, Више… – хриплым со сна голосом произнес Зима и замер на полуслове. – Вот же дрянь!

Вторая часть наручников, в которой должна была быть рука Вишневской, была пуста. Вскочив с кровати, Зимин бегло осмотрел номер. Эта коза строптивая усекла, что шмотки Зимин побросал в ванной. Она поэтому так на него таращилась после душа, а вовсе не сознание от его красоты теряла! Алик злился на себя, что так глупо прокололся с девчонкой. Разумеется, она нашла в его карманах и свой паспорт, и свой телефон. Да и запасной ключ от наручников, конечно, в его джинсах взяла. Сходила пописать, а тут такой урожай!

– Найду – завалю! На сеновал! – пообещал себе Алик, захлопывая дверь в номер.

Глава 9

Бабушка Насти всегда любила повторять, что самый тёмный час перед рассветом. Задумчивый взгляд в окно, клубы терпкого табачного дыма из бабушкиной трубки и едва слышный скрип старого кресла-качалки. В мыслях Насти так живо нарисовалась эта картина, что девушка неожиданно даже для себя успокоилась. А едва успокоившись, начала размышлять и вспоминать.

И первое, что она вспомнила, это разгуливающего голышом по номеру Зиму. А значит, одежда осталась в ванной, ведь выйдя из душа он ни на стул, ни в кресло, ни на тумбочку ничего не клал. И, скорее всего, её телефон и паспорт вместе с отобранными ключами от машины лежат где-то среди его вещей. Осталось только добраться до его вещей и обыскать их.

– Мне нужно в туалет, – чувствуя себя дико неловко, сообщила Настя.

Но про себя она решила, что стыдно ей будет потом. А сейчас она, боясь издать лишний звук, со скоростью кошки, ловящей мышь, рылась по карманам свалившегося ей на голову отморозка. Она ни секунды не сомневалась, что Зима без зазрения совести может заглянуть в туалет, если посчитает, что она слишком задерживается. К счастью, она нашла и свои вещи, и даже ключ от наручников. Спрятав находки на боку, она решила изобразить, что ей неудобно в кресле, и легла на кровать.

Настя боялась, что Зима заметит странную выпуклость под платьем, когда будет вновь пристёгивать её в кресле, а на кровати правый бок был вне его видимости. Самым сложным было дождаться, когда он снова уснёт. Настя прекрасно понимала, что второго шанса не будет от слова совсем.

Когда она решилась попробовать, то пробиралась от кровати до двери, казалось, вечность.

– Чтоб тебя! Спящее чудовище! – шёпотом выругалась Настя уже за дверью.

Когда она уже выходила, Зима то ли вздохнул во сне, то ли всхрапнул, но у девушки сердце не просто в пятки ушло, казалось, оно решило проверить прочность пола. Анастасия быстро, но стараясь, чтобы это не выглядело торопливым побегом, направилась на выход. Чтобы не вызывать лишних вопросов, заставила себя остановиться у зеркала и собрать волосы.

События сегодняшнего дня дали о себе знать, она еле успела прикрыть рот рукой, когда сама зевнула.

– Что, укатал тебя Алик? – хмыкнул, привалившийся к углу Барсик.

– Ну, спит-то он, – пожала плечами Настя.

– А, значит, ты его? – хохотнул охранник.

– Подскажи, как тут такси вызвать или, может, автобус где рядом? Зима ничего не объяснил, только махнул рукой, мол, туда, а куда, что… – развела руками Настя, внутри замирая от страха.

– Грубиян какой, – подошёл к ней охранник и провёл пальцем по плечу. – А я вот внимательный и заботливый.

– Угу, поэтому Барсик, да? – скривилась Настя. – Кирилл, а тебя не смущает, что ты сейчас кадришься к девушке своего вроде как приятеля?

– Девушке, – передразнил её Кирилл, но отошёл в сторону. – У Зимы таких девушек по три штуки за ночь, и зачастую разом, а не по очереди.

– Та-а-ак, – сложила руки на груди Настя. – А кроме слов доказательства есть?

– Чего? А ты кто такая, чтоб я тут перед тобой распинался? Тебя Алик отправил, вот и иди, – но чувствовал себя парень явно куда менее уверенно, чем пару минут назад. – По дороге прямо, от ворот налево. Там стоянка такси.

К счастью, Настя захватила с собой сумочку, а небольшую сумму наличностью Зима не забрал. Оказавшись в машине, Настя долго наблюдала, как удалялся от неё бетонный забор странной гостиницы или турбазы. А вместе с ней и Зима. Расплатившись и выскочив из машины, Настя первым делом оживила телефон. Количество пропущенных от родителей и смс зашкаливало.

– Мамочка, папа, простите, я забыла предупредить, что не ночую дома, – перезвонила она домой.

– Настя! – возмущённо простонала мама. – У меня давление, папа сошёл с ума, бабушка ждёт тебя в гости на разговор!

– Мамуль, я увлеклась… И сейчас телефон опять отключится, почти разряжен, – объясняла Настя. – Простите, пожалуйста.

– Дочь, – в трубке раздался голос отца.

– Володь, аккуратнее. Ну, Настенька выросла, может мальчик какой появился, – на заднем фоне щебетала мама.

– Мужчина должен нести ответственность! А мальчику возле моей дочери делать нечего! – ответил маме отец. – Анастасия, я и мама очень взволнованы. Это был очень безответственный поступок! Ты точно в порядке?

– Да, пап, – улыбнулась Настя. – Вот, опаздываю на работу.

– Ну, беги тогда. И больше не пугай нас с мамой. Очень тебя прошу! – попросил папа. – Вот видишь, всё хорошо. Просто девочка немного забылась, увлеклась.

Настя незаметно глубоко вздохнула, пока папа пытался одновременно разговаривать с ней и с мамой. Знал бы он, как на самом деле всё не хорошо!

Попрощавшись с родителями и клятвенно их заверив, что подобного больше не повторится, Анастасия поспешила в офис, уверяя себя, что тот факт, что звонков от Стаса не было, ничего не означает. Он вообще мог забыть телефон.

– Доброе утро, – улыбнулась Анастасия знакомому охраннику на входе.

И в недоумении замерла, когда её пропуск не сработал.

– Что-то странное, – не поняла она.

– Простите, но у нас по спискам вы не числитесь среди работников. – Ответил ей охранник, что-то рассматривая в экране. – Позвоните, может, ошибка какая-то.

Но Стас не взял трубку. Ни на личный номер, ни на рабочий. Спорить Настя не стала. Зачем, если только привлечёт к себе ненужное внимание и обострит ситуацию? А как попасть в офис, минуя охрану, она прекрасно знала. Конечно, подниматься на лифте гораздо комфортнее, чем пешком по старой служебной лестнице, а потом ещё и идти по крыше, превращённой в смотровую площадку. Ветер здесь сейчас был просто жуткий, но зато сюда выходил пожарный вход с верхних этажей соседнего здания, где и размещался офис турфирмы. А у Насти был ключ. Поэтому ей пришлось потратить всего немного усилий, и она поднялась по служебной лестнице, откуда и начинался пожарный выход.

Приёмная, где стоял её стол, была открыта, как и дверь в кабинет Стаса. И там явно кто-то был, поэтому Настя не сомневаясь направилась прямо к жениху. В этот момент ей показалось, что всё, все неприятности закончились. Какие-то сложности они решат вместе со Стасом, а остальное ерунда. На её лице расцвела радостная улыбка.

Но ровно до того момента, пока она не переступила порога. Картина, открывшаяся ей, словно выбила весь воздух из легких. Настя смотрела и просто отказывалась верить в увиденное.

Глава 10

– Стас, почему ты не отвечаешь на звонки? – не смогла ничего лучшего сообразить Настя.

– Анастасия? Кто тебя пропустил? Я же заблокировал твой пропуск! – удивился и похоже растерялся Стас.

– Заблокировал? – не поняла Настя. – Почему? И что вообще происходит?

– Ну-у-у, кажется, всё очевидно. Стас, как талантливый бизнесмен, услышав лишь искажённую версию моих слов, понял, что в них огромный потенциал для развития его дела. Поняв, что поспешил, когда прогнал меня, и в принципе это был некрасивый поступок, он приехал с цветами и извинениями. Мы проговорили всю ночь. А наутро поняли, почему так хорошо понимаем друг друга! Наши чувства вспыхнули мгновенно, – прижала ладонь к груди Елена.

Актриса в замшевом длинном платье цвета “пыльная роза” сидела на столе, от которого только что отскочил Стас. Но это не отменяло того, что буквально пару минут назад, он целовался с актрисой, а его рука при этом была в вырезе её платья. И Настя не была уж настолько наивна, чтобы не понять происходящего.

– Чувства? Отлично, – Настя решила, что все её переживания, не должны стать очевидными для Стаса и этой женщины. Тем более для неё. – Стас, ты понимаешь, что это измена?

– Измена? – переспросил её, криво усмехнувшись, Стас. – У тебя хватает совести упрекать меня в измене после… После произошедшего вчерашней ночью? Леночка, я прошу тебя дать мне возможность обсудить некоторые неприятные моменты. С бывшей сотрудницей.

Настя проводила взглядом выходящую с видом победительницы актрису.

– А почему это у меня не должно хватать совести на упрёки? – обернулась она к Стасу, когда дверь в кабинет закрылась. – Ты усадил меня за руль сразу после аварии и сбежал, оставив разбираться с проблемами одну! Ты сбил человека, ты врезался в машину какого-то бандюгана, который был очень недоволен предстоящим ремонтом и требовал две тысячи долларов! Которых у меня просто нет!

– А ты свободно гуляешь по городу? Ты думаешь, я идиот, – Стас больно сжал предплечье девушки. – Или, по-твоему, я не в курсе, какую замену обычно берут люди, такого рода? Похоже, ты прекрасно справилась с решением проблемы. Это только со мной ломалась и держала на расстоянии!

– Стас, ты о чём? – не поняла Настя, но в голове зазвучало насмешливое "нал, безнал, анал".

– Ой, хватит! – резко ответил Стас. – Переспала с бандитом за помятую тачку и пытаешься читать мне морали? Вот только у меня с девицами, способными таким образом расплачиваться с первым встречным, ничего быть в принципе не может!

– Я с ним не спала! – возмутилась Настя.

– Да? И как же тогда получилось, что ты так свободно разгуливаешь без всяких последствий? Ты, наверное, глазками похлопала и извинилась, да? А он такой, ну раз извиняешься, то всё, свободна. Или ещё и обещание, что больше так не будешь, потребовалось? – скривился Стас.

– Слушай! – вдруг рванулась Настя, освобождая руку, и зло взглянув на бывшего жениха. – Ты гнал по дороге, нарушая правила! Ты сбил человека, ты врезался в чужую машину!

– Ты что-то путаешь, Настя, – отошёл от девушки Стас. – Меня там не было.

Иногда, из-за света или эмоций, обычно серые глаза Анастасии меняли цвет. Сейчас они отливали злой зеленью! И это пугало Стаса.

– То есть? – почти прошипела Настя. – Как это не было? Ты купил машину…

– Ты купила машину, Настя. Посмотри в документах. Не я. Это твоя блажь. – Пожал плечами Стас. – А я в это время был с Еленой, которую ты обидела и непонятно на каких основаниях унизила, когда она справедливо раскритиковала концепцию ролика. У меня алиби, которое Леночка подтвердит.

– Да? Знаешь, тому бандиту понадобилось пять секунд, чтобы понять, что за рулём была не я. И только то, что я не сказала ему о тебе, мешает ему нанести тебе визит! И, думаю, ему будет всё равно на твоё алиби. – Сжала пухлые губки Настя.

– Вот как, ты решила меня шантажировать? – вдруг нехорошо так улыбнулся Стас. – Нет, Анастасия, никому и ничего ты не скажешь. Потому что иначе я подам заявление, что одна из сотрудниц, принятая секретаршей, воспользовалась должностным допуском к печатям и сделала липовую справку о своей должности и зарплате. Это подделка документов, Настя. Это мошенничество. Да ещё и с использованием современного положения. Как только я узнал об этом, я сразу тебя уволил. Сразу. А вот пока не сообщаю, потому что всё-таки жалко. Вдруг ты действительно только раз оступилась и больше этого не повторится?

– Ты же сам… Иначе бы мне не дали кредит на машину, – растерялась Настя.

– Насть, а меня почему должны волновать твои проблемы с кредитами и машинами? Твоя машина, твой кредит… Я какое отношение ко всему этому имею? – развел руками Стас.

– Но… Как я буду его выплачивать? – уже испугалась Настя.

– Ты, когда его брала, о чём думала? Слушай, я устал тратить на тебя время, – взглянул он на часы.

– Но ты обещал, говорил, что это для бизнеса! Как и прошлый кредит, который был потрачен на рекламу, – напомнила Анастасия. – Я же отдала деньги тебе.

– Да? Тогда я, конечно, их верну. До копейки, и даже спорить не буду. Давай расписку в получении мной денег, и пройдём в бухгалтерию. – Направился в сторону двери Стас.

– Какая расписка, Стас? – не сразу поняла Настя.

– Нет расписки? Ну ладно. Давай позовём свидетелей, при которых ты отдавала деньги. Их тоже нет? То есть только твои слова. – Чуть наклонился к ней Стас. – Слова мошенницы, подделавшей документы, поставив на них обманом печать, получившей уже при помощи этой махинации огромную сумму однажды и решившей повторить этот трюк. Настя, сдай мне ключи и пропуск и иди отсюда по-хорошему. Не вынуждай меня обращаться в полицию.

– Хорошо, сдам. При свидетелях, чтобы потом не оказалось, что и этого не было, – еле сдерживая подступившие слëзы, ответила Настя.

– Как хочешь, – согласился Стас.

Уже меньше чем через полчаса, Настя была на улице. Уже уволенная. Стас даже дал распоряжение выплатить ей часть зарплаты и компенсацию отпуска. Чтобы всё по закону, как он сказал. Сумма получилась чуть больше пятидесяти тысяч. И для Насти это были очень большие деньги. Но не по сравнению с теми проблемами, которые свалились на её голову.

Она прошла чуть вверх от комплекса, где работала. Там было здание суда и небольшой скверик рядом с ним. Да и место такое, что никого не удивишь девицей в слезах.

Насте казалось, что жизнь просто рухнула. Жених бросил, изменив буквально сразу, как только начались проблемы. Неподъëмный кредит, квартира родителей в залоге, где-то сейчас бегает наверняка взбешённый её побегом бандит и разбитая машина, стоит, никому не нужная…

На последнем пункте своих несчастий Настя вскинула голову и решительно вытерла слëзы. Машина! Но её можно же продать. Пусть и со следами ДТП! Но это минимум половина кредита, а может, и больше! Настя вскочила со скамейки и поспешила к метро, добираться до своей, как оказалось, машины.

К счастью, машина оказалась на месте. Так и стояла чуть в стороне от светофора. То ли на неё не обратили внимания из-за того, что она не мешала проезду, то ли ещё просто руки ни у кого не дошли вызвать штрафной эвакуатор. Настя обходила машину, пытаясь сообразить, что делать дальше. Решив, что надо хотя бы сфотографировать, она попятилась назад, отходя на необходимое расстояние. И вдруг врезалась спиной во что-то.

– Какая встреча! Ну, привет, Вишенка. Врезаться в меня у тебя уже какая-то традиция, – произнесло знакомым насмешливым голосом препятствие за её спиной. – Теперь ты решила своей задницей мне передний бампер помять?

Глава 11

Одевался Зима, как по команде “подъëм” во время учебно-показательной тревоги в армии.

– Где она? – ворвался он в комнатку охраны, где Барсик меланхолично помешивал чай.

– Где же ты, где, звёздочка алая, – подпел он со вздохом звучащему по ретро-радио хиту ещё из детства Алика.

– Я тебе сейчас так врежу, что звëздочки из глаз горстями посыпятся, – пригрозил ему злой Алик.

– У тебя? – с интересом посмотрел на него Кирилл. – И давно это у тебя? Всё время или только при физических нагрузках?

– Ты мне ещё давление померь! – фыркнул Зима. – Краса моя ненаглядная где, спрашиваю?

– Так… Дома, наверное, уже. Часа два как уехала, – пожал плечами Барсик, намазывая на горбушку толстый слой сливочного масла.

– В смысле уехала? Ты здесь для мебели, что ли, чтоб стояло? – чуть не сплюнул Алик.

– А у тебя, смотрю, ещё не упало? Сам же велел девушке уезжать, а я крайний. Извини, Зима, Снегурочку твою подменять не буду. Ты не в моём вкусе, – откусил от бутерброда и шумно запил горячим чаем Кирилл.

– Снегурочка, значит, – засунул руки в карманы джинс Зима, чтобы не свернуть чью-то бычью шею.

– Ага, красивая! А взгляд колю-у-учий! Как глянула, так у меня заледенело всё, – делая ещё один глоток, ответил Барсик.

– Слушай сюда, – отчего-то обозлился ещё больше Зима. – Ты свою заледеневшую морковку отверни от этой Снегурки в другую сторону, а то снежков не досчитаешься, Снеговик ведроголовый!

Вернувшись в номер, Алик со злости пнул по кровати. Нет, Снегурочка, твою мать! Вишня подмороженная! Сидела тут с глазами по полтиннику, пялилась на него, словно он картина Шишкина. А сама в этот момент вычисляла, где его шмотки! И глазюками своими по комнате бегала, явно подмечая, не выложил ли он где чего ей нужного. А как наивной дурой прикидывалась, он аж залюбовался!

Но времени было в обрез, а ещё надо было наведаться к Шаху, разведать обстановочку. А потом на ковёр к Волкову. А ещё… Алик несколько раз вздохнул, прежде чем самому себе напомнить, что на выходные его ждёт с его девушкой тётя Нина. Думать, где искать это чудесное создание, чтобы тётя ещё и поверила, что девушка настоящая, Зиме не хотелось. Да и почему-то сразу перед глазами появлялась сбежавшая Вишневская. И губы эти пухлые, яркие, обиженно надутые…

Напомнив себе, что если он не выкинет из головы это бешеную блонди, то надуют его самого, Зима отправился обратно в столицу.

– Снегурочке привет, – крикнул ему в спину Барсик, укладывая тонко нарезанную колбаску на чёрный хлеб.

– Сколько можно жрать? Ты на гельминтов давно проверялся? – огрызнулся в ответ Зима.

– У меня молодой и растущий организм, хотя тебе уже и не вспомнить, как это, – улыбнулся ему в ответ Барсик. – Отчего Зима орëт, ему Снегурка не даëт!

– Убью, вот в следующий раз приеду и прибью ко всем чертям! – пообещал ему Зима.

Как назло, едва он включил музыку, из динамиков послышался знакомый припев, а воображение легко рисовало испуганную малышку в кресле рядом. Со злости он сорвал вишнёвый ароматизатор, который ему так нравился до этого момента, и вышвырнул в окно. Но на ближайшей же заправке купил новый.

– Нет, я её найду. – Решил сам для себя Зима. – Заноза вишнёвая!

В спортивный клуб, под который так успешно маскировалась располага бойцов Шаха, Зима явился за три часа до намеченного теракта.

– Чë за паника? – схватил он за шкирку одного из мелких шестёрок.

– Шах бесится, гость не приехал. – Коротко ответил тот.

– То есть? – искренне удивился Зима и направился в подсобные помещения клуба, где обычно собирались приближённые Шаха.

– Знаешь новость?– ничто не выдавало в голосе и взгляде Шаха ни единой эмоции.

Застывшая маска вместо лица. Выбор именно этого места для одного из мест обитания шайки было не случайным. Когда-то очень давно в этом клубе была секция шахмат, куда и ходил будущий Шах, тогда Костик Шахов. Он быстро стал звездой клуба и не только. Безэмоциональный во время всей встречи, маленький шахматист позволял себе лишь одну скупую улыбку и лишь когда объявлял сопернику шах. Прозвище “Гроссмейстер Шах” быстро прикрепилось к мальчику. Сейчас же осталось только “Шах”. И очень многие ошибочно полагали, что носит его кто-то южно-восточных кровей. Сухощавый, среднего роста, с какими-то острыми чертами лица, Константин Шахов мог бы быть эталоном арийца. Бело-серебристые коротко стриженые волосы, кажется, такая причёска называлась гарвардской, и ледяные светло-голубые, словно выцветшие глаза.

– Знаю, только что узнал, – не отпирался Зима.

– Ситуация неприятная, – словно о неожиданном дожде в тот день, когда забыл дома зонт, произнёс Шах. – К сожалению, эта операция была очень важным узлом в нашей схеме. И сейчас у нас всего несколько ходов, чтобы избежать цугцванга. Слишком многое было завязано на этом… Событии. Надо проверить, что и где мы не учли. Ребята уже отправились проверять путь, но и ты будь начеку.

– Я отъеду на пару дней по личным вопросам. Но я на связи, – равнодушно ответил Зима, словно и не грозила ему малейшая ошибка негаданным визитом к непредусмотренному страховкой врачу.

Словно отражением его мыслей кто-то в коридоре, где стояли диваны, начал что-то бренчать и напевать про патологоанатома с маленькой зарплатой и пропитавшегося трупным ядом.

– Какой странный репертуар, – чуть вздрогнули белёсые ресницы Шаха. – Левша, пригласи. Побеседуем. Зима, не пропадай. Ты можешь понадобиться.

Алик кивнул и вышел. Судьба незадачливого певца, скорее всего, сложится очень и очень незавидно. Но жалости Зима к нему не испытывал, как и к остальным. Большинство из этих отбросов знали, пусть и в общих чертах, о предстоящем. И о том, что жертвами этого чудовищного замысла должны стать дети, школьники. И ни одна сволочь не поспешила предупредить! Так что Алик считал справедливым, что подчинённые Шаха получат именно то, что готовили для совершенно невиновных детей.

Помня и даже будучи уверенным в том, что за ним следят, Зима начал колесить по городу. Каждого из своих людей Шах проверял и перепроверял много раз.

– Я никого не обвиняю, но подозреваю каждого, – любил он говорить.

Поэтому Зима совершенно открыто заехал и купил пару ящиков крепкого бухла, которое загрузил в свой “гелик”. А потом тормознулся у массажного салона.

– Пару девок пригони, блондинок. – Кинул он улыбчивой администраторше.

Глава 12

В якобы массажный кабинет уже скоро впорхнули две белокурые жрицы массажного искусства в прозрачных халатиках, поверх кружевных клочков, по ошибке считающимися нижним бельём. Зима успел только свитер стянуть и взяться за ремень на джинсах.

– Чего мы хотим? – многообещающе улыбалась одна из девиц.

А Зима с удивлением понял, что вот кстати, не хочет он вообще ничего. И всегда лёгкий на подъëм в таких вопросах приятель, похоже решил прикинуться дохлым. Потому что ни на призывные поглаживания, ни на оральные уговоры не реагировал.

– Приятель, это что за забастовки? – нахмурился Алик.

– Впервые? – с сочувствием спросила одна из шалав.

– Это от нервов. Ты ромашку на ночь попей, – посоветовала вторая.

– Обязательно. И подорожник приложу! – кивнул Зима, натягивая свитер обратно. – Об этом никому.

На непонадобившуюся койку он кинул несколько крупных купюр.

– Да понимаем уж, – ответила ему первая из блондинок. – Ты если надо приходи, подтвердим, что всё в порядке.

Услугами работниц таких салонов Алик пользовался давно. Постоянной девушки у него не было. Это дополнительный риск. В случае чего, для самой девушки. Да и мало какая поймёт его отлучки и постоянные срывы в ночь или на несколько дней. Таких, чтобы сидели в это время дома он не знал. Девицы начинали выводить на эмоции, требовали доказывать своё отношение к ним.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.