# Тайна замка Стоунфорт

Галина Леонтьевна Туркина

Старая средневековая Англия. Портовый город. Мистические приключения в борьбе со злом, три камня – бриллиант на жезле – "камень власти"; рубин на копье – "камень возмездия"; изумруд на трости – "райские кущи". Знакомство с пещерами и подземельем, с его сказочными жителями. Победа над чарами колдуньи, переход временных изменений.

Тайна замка Стоунфорт.

Часть I. Зарождение мистической истории.

Введение – Средневековая Англия ________________________ страница 2;

Глава I. – Тихая гавань и ее жители. _________________________ страница 3;

Глава II. – 1648 год. Малышка-подкидыш.______________________ страница 7;

Глава III. – 1654 год. Трудности воспитания, маленький возница. __ страница 12;

Глава IV. – 1656 год. Таинственный пациент. _________________ страница 18;

Глава V. – 1657 год. Капитан Блейк и семья Еллоу. ______________ страница 24;

Глава VI. – Встреча с ведьмой __________________________ страница 30;

Глава VII. – 1658 год. Дела житейские. _______________________ страница 37;

Глава VIII. – Артисты. __________________________________ страница 42;

Глава IX. – 1659 год. Неожиданный дар. _______________________ страница 47;

Глава X. – Пещеры под замком Стоунфорт. ___________________ страница 53;

Глава XI. – Мумие. Черный всадник. _________________________ страница 61;

Глава XII. – Противостояние. ______________________________ страница 67;

Глава XIII. – События в замке Стоунфорт. ____________________ страница 73;

Глава XIV. – Колдунья-змея, вампир. ________________________ страница 80;

Глава XV. – Сундучок. ____________________________________ страница 86;

Глава XVI. – Жезл и камень «власти». ________________________ страница 92;

Глава XVII. – Два камня в сундучке. _________________________ страница 98;

Глава XVIII. – Подземелье и его обитатели. __________________ страница 103;

Глава XIX. – Первая, но не окончательная победа. ______________ страница 109;

Глава XX. – Скрытая угроза. ______________________________ страница 117;

Глава XXI. – Подземное царство, старец. _____________________ страница 123;

Глава XXII. – Перевоплощение. ________________________ страница 129 – 136.

Средневековая Англия.

XVII век насыщен чередой бед для Англии. Черная смерть, чума, унеся тысячи жизней англичан, сменилась гражданской войной. Парламент свергнул с престола и казнил короля Карла I. На какое-то время власть перешла в руки диктатора Кромвеля, но в конце концов, престол занял Карл II. На этом борьба за власть не закончилась. Священнослужители разных конфессий также вели кровавую борьбу за первенство, – они рьяно охотились на ведьм. Публичные казни с целью запугивания населения являлись основным развлечением того времени. Высокопоставленным особам отсекали головы, подозреваемых в колдовстве сжигали на кострах, пиратов казнили через повешение. Одну десятую часть всего населения Англии составляла правящая верхушка, граждане с высоким доходом и положением в обществе. Их моральные устои нельзя назвать добропорядочными. На пирах и приемах с виду приветливые дамы в великолепных нарядах с улыбкой на лице запросто могли угостить ядом свою соперницу или знатную персону. Не редко создавались тайные сообщества, их цель – устранение всех препятствий на своем пути к власти и обогащению. Небольшую прослойку составлял зажиточный класс – банкиры, мануфактурщики и другие предприимчивые граждане. Крестьяне, объединившиеся в крупные хозяйства по договору, были намного удачливее своих сограждан, работающих в одиночку. Много землевладельцев разорилось, пополнив ряды неимущих граждан. Борьба за власть, противостояние и кровопролития не лучшим образом влияли на жизнь простых англичан. Болезни, грязь, голод, нищета стали нередкими спутниками городов. Подавляющая часть населения жила бедно. В те времена лишь возле домов зажиточных граждан убирали нечистоты, которые было принято выбрасывать из окон домов на головы зазевавшихся граждан. Мостовая возле таких домов была полностью покрыта зловонной жижей. Конечно, время от времени дождь смывал ее в овраги и реку, но неприятный запах оставался, он был верным спутником жилых кварталов городов. Только в порту воздух оживлял свежий морской бриз. Запах свежей рыбы, заморских пряностей, кожаных ремней, смолы, пота и джина от моряков, все это вместе составляло чудесный и обворожительный аромат путешествий. В холодную осеннюю и зимнюю пору улицы становились пустынны, город наполнялся плотной пеленой дыма от печей. Колючий промозглый морской ветер разгонял дымку и замерзших жителей по домам. В эту пору многие обыватели предпочитали согреться парочкой кружек джина в таверне, другие, добропорядочные граждане, согревались в кругу семьи у домашнего очага. Бездомные и нищие, не нашедшие заброшенный дом, замерзали на улице. На фоне происходящих исторических событий произошла история, описанная в книге, – борьба добра со злом в переплетении обычной жизни, мистики и волшебства. Началось все в небольшом портовом городке на юге старой доброй Англии, в доме аптекаря, а ранее – в Лондоне.

Глава I. «Тихая гавань» и ее жители

Городок на южном побережье Англии – не так велик, как Лондон, но не так уж и мал. Главной достопримечательностью его являлся оживленный порт. Вокруг него красовались дворцы знати, главы города, костел и другие, значимые для города сооружения. Рынок, начинаясь в порту, двумя рядами уходил вглубь города до площади, окруженной правительственными зданиями. Чем дальше от порта, тем ниже и скромнее становилась застройка. Богатые дворцы сменялись домами граждан со средним достатком, постепенно переходя в неприглядные сооружения мануфактур и фабрик. Окраина городка завершалась трущобами и притонами с хаотичными мрачными постройками и такими же неприветливыми жителями. Дальше окрестности города с трех сторон окружали крупные и мелкие усадьбы землевладельцев. На западной стороне возле порта возвышался скалистый холм с мрачным замком Стоунфорт на вершине. Проезжая мимо него, поворот с проездом к замку был едва заметен сквозь заросли деревьев. Дальше дорога продолжалась по арочному мосту, перекинутому через небольшую реку, впадающую в пролив Ла-Манш. В конце моста был перекресток. Мощеная дорога справа от него проходила в глубину города, петляя в плотном окружении городской застройки и заканчиваясь на эшафоте возле реки. Казненных, или их прах было принято скидывать в реку. Дорога, ведущая прямо – была застроена лишь с правой стороны, левую сторону на всем протяжении дороги занимал дремучий лес с вековыми деревьями, вдоль которого простирались непролазные болота и мелкие водоемы. Там среди камыша и скудной растительности свободно плавали водоплавающие животные и птицы. Ни один смельчак не решился бы охотиться на них. С болота иногда раздавались страшные звуки, как будто там обитали чудовища. Даже вид лужайки был обманчив – можно было провалиться в болото. Со стороны пролива Ла-Манш, лес завершался высоким скалистым обрывом. ___Сразу за мостом, на другом берегу реки, слева от перекрестка, напротив холма с замком Стоунфорт, располагался двор с тремя высокими красивыми домами, почти вплотную стоящими друг к другу. С двух сторон их защищали от сильных морских ветров невысокие, заросшие зеленью холмы, сразу за холмом со стороны пролива располагался пологий берег с песчаным пляжем. С устья реки дул морской ветер, уже не такой силы. Он защищал гавань от дыма и запаха нечистот, исходящих от городских кварталов. Напротив домов, на берегу реки был устроен небольшой причал, у которого всегда стояла шлюпка и незатейливое суденышко. Дом в глубине двора принадлежал аптекарю Джону Еллоу. Земля двух холмов, была отписана еще его деду в знак благодарности за успешное лечение влиятельного чиновника. В неглубокой пещере скалистого обрыва холма, уже у самой кромки леса, была устроена усыпальница предков обитателей двора, где их покой никто не тревожил. На вершине большого холма, расположенного на заднем дворе домов, находился скотный двор и небольшой пруд, который наполнялся чистой родниковой и дождевой водой. При помощи хитроумных приспособлений вода стекала в подвалы трех домов, не застывая даже зимой. Возле загона и построек для животных располагалось пастбище, место для отстоя навоза, компостные ямы и сеновал. Возле домов внизу не пахло отходами. Пастбище было достаточно большое, осенью траву косили и складывали в стога для зимнего корма животным. На склоне холма террасами был устроен огород, уходящий ярусами почти до самой вершины. Через встроенные ворота в каменной опорной стене на заднем дворе дома аптекаря можно было пройти по лестнице через огород на скотный двор, туда же вела узкая дорожка для повозки, начинающаяся с торца дома. Она серпантином поднималась вверх по поперечному, более пологому холму, на вершине которого ответвлялась влево едва заметной тропой, змейкой спускающейся вниз на широкий песчаный пляж. На этом невысоком холме были высажены плодовые деревья и ягодный кустарник. В подножии этого холма среди цветущих деревьев и кустов стояла беседка, рядом с ней – качели, скамьи и небольшой родничок с чашей, обложенной камнями. Уютный дворик летом наполнялся целым ореолом ароматов, исходящим от цветов. Невысокий обрывистый берег реки перед домами обрамляли камни, сложенные в невысокое ограждение. Рядом с ним вдоль берега стояли шесть столбов с масляными лампами сверху. Ночью этот двор освещался, как и дома зажиточных горожан. Большинство дворов ночью погружались во мглу, – они освещались лишь луной да скудным светом из окон. ___С противоположной стороны реки берег был более пологим. После узкой береговой полоски, усыпанной песком и галькой, сразу начинались густые заросли. Буйная зелень покрывала каждый скалистый уступ холма почти до самой вершины. Летом по ночам в темной листве растений мигали зеленоватые огоньки светлячков, это было сказочно красиво, как будто сверкающие звезды спускались с небес, прячась в листве. Верхняя, скалистая часть холма, обросшая скудной зеленью и мхом, незаметно переходила в стену ограждения замка. Внизу у подножия холма с небольшой высоты из расщелины бил родник, который и зимой и летом весело журча, стекал в глубокую каменную чашу. Многие считали источник целебным. Если порт был полон суеты и шума, городская застройка источала запахи нечистот и дыма от печных труб, то по состоянию этого двора его можно было назвать «тихой гаванью» или «оазисом». Здесь не выливали нечистоты из окон, двор содержался в чистоте, здесь всегда пахло свежей выпечкой, специями и пряными травами. ___В первом от перекрестка доме жил с семьей кожевенных дел мастер Коллинз, он шил седла, перчатки, обувь, кожаную и меховую одежду для знати, у него был сын – Дэн. В следующем доме – портной Мартин со своей семьей. Он славился на весь город шитьем великолепных нарядов и изготовлением шляп для аристократичных модников, его сына звали Джим. Наконец, в глубине двора – Джон Еллоу, он содержал аптеку и кондитерскую. Чистый и ухоженный двор привлекал клиентов к владельцам трех домов даже в смутные времена. Последние два года в ходе бесконечной кровопролитной борьбы за власть, на улицах городов было не так много народа, как в мирное время. Но аптека с кондитерской, кожевенная и швейная мастерские никогда не пустовали, их продукция славилась даже далеко за пределами города. К Джону захаживали не только врачи, но и граждане, которые хотели полечиться без помощи врача. Джон никому не отказывал в помощи. Те, у кого не было денег, добросовестно помогали ему по хозяйству, – его содержание требовало немалых усилий. Аптекарь, его жена и их воспитанники не были ленивы, но от помощи не отказывались и сами помогали нуждающимся. Это правило Джон усвоил с детства, работая вместе с отцом. Он осваивал науки на практике. __Двадцатиоднолетний Джон Еллоу с виду был нескладный – высокого роста, со светло рыжими волосами и нелепо торчащими усами. Голубые глаза и густые брови красноречиво завершали его портрет. Он выглядел старше своих лет и суровее, нежели был на самом деле. Три года назад после гибели отца он унаследовал от него все имущество и продолжил династию аптекарей. Когда еще был жив отец Джона, во время эпидемии чумы тридцать шестого года, они с ним спасли много людей, – здоровых людей изолировали от заболевших, сжигая их одежду. Подкармливали кошек и собак, которые в свою очередь боролись с черными крысами – разносчиками чумы. С тех пор на углу дома кожевенника, у перекрестка, так и остался висеть черный колокол – вестник для похоронной службы. Отец Джона всегда особое внимание уделял соблюдению чистоты в доме, считая грязь основным источником многих болезней. В доме семейства Еллоу белье не просто стирали, но и кипятили, а после полоскания и сушки – обязательно гладили. В жилой части дома все ходили в сменной обуви. ___В правом крыле дома на первом этаже располагалась аптека и кондитерская. Там Джон принимал клиентов, продавал лекарства, чай, какао, сахар, специи, свежую выпечку и фруктовые конфеты. На второй половине первого этажа располагались: ванная, отхожее место, кухня и просторная столовая-гостиная с большим столом на двенадцать персон. Напротив входа красовался большой камин, рядом с входом стоял клавесин. Мебель в гостиной была резная, темного цвета. На фоне выбеленных стен она смотрелась очень красиво, хоть и не была украшена золотом. Украшением на стенах были детские рисунки. Зеркало в ажурной оправе, серебряные подсвечники и огромная великолепная люстра были, пожалуй, единственными предметами роскоши, если не считать скатерть и тонкие шторы с вышивкой. Высокие потолки на первом этаже, чистота и порядок создавали ощущение уюта и свежести. Не смотря на каждодневное использование печи, в доме не пахло дымом и копотью, – все хорошо проветривалось. На втором этаже было восемь комнат. ___

Две из них – хозяйская спальная и кабинет Джона, где всегда царил творческий беспорядок. Лишь старый Вильям, живущий в комнате напротив, был вхож в кабинет, там же была и библиотека. Старый Вильям – седовласый сморщенный старичок. Много лет назад после потери своих близких он поселился в доме своего друга, деда Джона Еллоу. Семья Еллоу стала ему родной. Вильям был ученым. Сложно сказать какие науки он не постиг. Вильям побывал во многих странах, знал семь современных языков и четыре древних. Как и прежде он был активен и любознателен, не смотря на то, что ему исполнился уже сорок один год. Вильям являл собой удивительный пример долголетия для того времени. Аптекарь получил от него много ценных знаний, но они не прекращали научные исследования. В подвале, рядом с кладовой располагалась просторная и хорошо оснащенная лаборатория. Четвертая комната на втором этаже была занята Питером и Чарли, воспитанниками Джона и Мэри. Никто не знал, сколько мальчикам лет, какие их имена, полученные при рождении, кто их родители. Отец Джона дал им имена и назначил их возраст пять лет назад, когда забрал мальчиков у торговца детьми. Они были ростом чуть ниже стола, изможденные и грязные. Только отмыв их, стало ясно, что это были близнецы. Сейчас им исполнилось предположительно по восемь лет. В пятой комнате, расположенной напротив жили сестры Кэт и Сюзи, – помощницы Мэри. Возраст девочек, как и их имена, были известны. Три года назад мать девочек, потеряв кормильца, вынуждена была продать своих дочерей. В то время это было – не редкость. Больше девочки не видели свою мать. Будучи пяти и семи лет, они были уже обучены грамоте, музыке, танцам и рукоделию, при этом сестры успевали во всем помогать Мэри. Скучать, да и грустить им было некогда. Пит и Чарли, Кэт и Сюзи жили в большой дружной семье не как прислуга – они были воспитанниками. Шестая, седьмая и восьмая комнаты на этаже использовались для приема гостей. Чердак дома скорее можно было назвать мансардой, – он был просторный и теплый, с большими окнами. Там были еще четыре большие светлые комнаты и открытое пространство для сушки белья, хранились сундуки и корзины с различными вещами, выполнялось все, что требуется для ведения хозяйства. Мэри с девочками на чердаке проращивала семена и высаживала саженцы, сушила фрукты и травы, обрабатывала перья кур для перин, шкуры коз для теплой одежды, пух кроликов и шерсть овец для пряжи. Здесь же сушили и гладили белье, занимались шитьем и рукоделием, рисованием и каллиграфией. На чердаке было много свободного места, девочкам нравилось там собираться по вечерам. Они весело наряжались в старые вещи из сундуков и жеманничали друг перед другом, изображая взрослых дам. ___С соседями у Джона были вполне приятельские отношения, Мартин и Коллинз были старше аптекаря, но они общались с ним с самого детства. Портной и кожевенник ценили Джона за его знания и готовность всегда прийти на помощь. Жена портного, Джейн, была двоюродной сестрой жены кожевенника, Ингрид. Сын Мартина – Джим и сын Коллинза – Дэн дружили с ранних лет, обучались тоже вместе. Преемственность поколений не очень привлекала мальчишек, – их тянуло в море, они увлекались рыбалкой. Опасное занятие для подростков. Невзирая на неодобрение родителей и наказания, мальчишкам удавалось тайком уходить в море поздно ночью. Справедливости ради, надо сказать, что в шторм они не выходили в море. Ночью мальчики ловили наживку и ставили сети, утром – рыбачили на удочку, затем вытаскивали сети и отправлялись в порт сдавать рыбу торговцам. Себе они оставляли лишь самую аппетитную и большую рыбу. Матери Дэна и Джима были категорически против рыбалок, они отказывались готовить принесенную им рыбу. Тогда приятели относили свою добычу соседям – в дом аптекаря. Мальчикам очень нравилось ходить в этот дом. ___Дэна привлекала маленькая и бойкая Кэт. Ничего особенного в ней не было. Кудри пшеничного цвета, голубые глаза, но когда она улыбалась, на щеках у нее появлялись ямочки, а в глазах – искорки. Ее сестра Сюзи тоже была симпатичной девочкой, но Дэн знал, что Джим давно уже не сводит с нее глаз, он никоим образом не хотел соперничать с другом. Джим был на два года старше Дэна, ему исполнилось десять лет. Глядя со стороны на мальчиков, их можно было принять за братьев. Джиму и Дэну нравилось бывать в приветливом доме аптекаря, они тепло относились как к воспитанницам, так и к самому Джону и его жене. ___Мэри – приветливая молодая женщина семьнадцати лет. Будучи невысокого роста, она обладала статной фигурой и приятной наружностью. У Мэри были удивительно красивые руки, не смотря на ежедневную работу, они не выглядели грубо. От тонких точеных пальцев с красивыми ровными ногтями невозможно было отвести взгляд. Она всегда была опрятно одета, с легким ароматом духов. Ее приветливая манера разговора располагала к себе всех собеседников. Мэри смело можно было назвать красавицей, – темноволосая, с темно зелеными глазами и чувственными губами. С такой внешностью можно было без труда пленить сердце любого вельможи, но она искренне любила своего мужа. У Джона не было ни титула, ни капитала, зато у него были знания, талант, а главное – очень доброе сердце. Мэри ценила это и во всем поддерживала мужа. Она успевала заниматься хозяйством и обучением своих воспитанников, не перекладывая на других свою работу и не повышая ни на кого голос. Отличительной чертой, как Мэри, так и Джона являлась душевная доброта, – большая редкость в те времена. Мальчишки Пит и Чарли во всем старались подражать аптекарю, а девчонки хотели быть похожими на Мэри, заменившей им мать. Кэт и Сюзи делились с ней своими сокровенными тайнами, получая от нее так необходимые им ценные советы.

Глава II. 1648 г. Малышка-подкидыш.

Однажды, в ненастную октябрьскую ночь раздался стук в дверь с заднего двора. Была полночь, но Джон не удивился этому, иногда люди приходили среди ночи, если им требовалась срочная помощь. Привычно накинув халат и прихватив лампу со свечой, он спустился к двери. За дверью никого не было. На пороге стояла большая корзина. Джон поднял ее, она была не слишком тяжелая, но и не легкая, сверху корзина была прикрыта кружевным покрывалом. «Очень интересно», – подумал Джон и немного приподнял краешек покрывала. В корзине был младенец, сладко спящий на теплой перине под пуховым одеяльцем. «Ну и дела, в такой холод, оставить ребенка на улице! Хорошо, хоть дождя нет», – подумал Джон, огляделся вокруг и зашел в дом, прикрыв за собой дверь. Он как во сне осторожно понес свою находку в спальную. Зайдя в комнату, Джон осторожно поставил корзину на постель. С загадочным видом, приложив палец ко рту и приблизив лампу со свечей поближе к корзине, Джон тихонько откинул кружевное покрывало. В корзине безмятежно спал младенец, сладко почмокивая во сне. Он был в белоснежно чистых кружевных одеждах, что говорило о заботе, которой его окружали. На груди младенца был крестик, а сбоку в корзине лежал медальон с двумя портретами, мешочек с золотыми монетами, скрученная грамота о рождении и о праве наследования. Также там было письмо, в котором были описаны обстоятельства, вынудившие родителей расстаться со своим ребенком и с просьбой, нет, скорее с мольбой сохранить жизнь малышки, уберечь ее от врагов, воспитать, обучить грамоте и наукам. Внутри медальона было два портрета – матери и отца. В гербовой грамоте была указана дата рождения, имя девочки и ее родителей, место рождения. В такой же грамоте по наследованию было указано имущество и капитал, место его получения при достижении наследницей шестнадцатилетнего возраста. Девочку звали Элизабет, она была дочерью сестры Мэри – Марго. Отец девочки в письме сообщал также о гибели Марго, о преследованиях со стороны властей по отношению к нему. Автор письма не мог обеспечить безопасность своей дочери, – сам вынужден был скрываться, поэтому просил позаботиться о ребенке ее родных тетю и дядю, сам же он отправлялся в дальнее путешествие, даже не зная, сможет ли еще хотя бы раз увидеть свою дочь. ___Пока Джон читал письмо, буря эмоций отражалась на его лице. Мэри тем временем замерла, приложив ладони к лицу, она не могла оторвать взгляд от младенца, на глазах ее выступили слезы счастья и умиления. Не обращая внимания на слова мужа, который читал письмо вслух, Мэри тихо и прерывисто шептала: – Джон, да это же просто ангел спустился к нам, господь услышал мои молитвы. – Мери, этой девочке грозит опасность. Она – твоя племянница, нас просят защитить ее, – полушепотом произнес аптекарь, ухватив жену за плечи и глядя ей в глаза. Еще через минуту он настойчиво с расстановкой произнес: – Пусть для всех она будет подкидышем, мы ее удочерим. Никто не должен знать о том, что она – твоя племянница, ее могут искать не с благими намерениями. Скажем, что нам ребенка подкинули, ведь так оно и есть. Почитай письмо и тебе станет все ясно. Решено, завтра же объявим ее своей приемной дочерью. О происхождении малышки – никому ни слова, ни соседям, ни домочадцам, пусть это будет тайной для всех. Джон передал жене письмо. Мэри стала читать его, слезы сами собой появились у нее на лице. Иногда она прерывалась, переводя взгляд на мужа. Тем временем за окном разыгралась непогода, ветер с дождем стучал в закрытые окна, завывая в дымоходах как зверь. – Похолодало. Растоплю ка я камин на всякий случай, – сказал Джон, тактично оставив жену на время, он покинул спальную для того, чтобы принести дрова. Когда он вернулся с охапкой дров, Мэри сидела с остановившимся взглядом. Ее глаза были наполнены слезами, она вспомнила своих родителей и сестру. Родители Мэри были богатыми землевладельцами, они удачно выдали замуж двух своих дочерей. Казалось бы, ничего не предвещало беды. Но исторические события в стране год назад сложились так, что родители Мэри были разорены. Это произошло очень быстро, так что дочери не успели помочь им. Их имущество отошло в пользу королевской семьи, а родители остались без крыши над головой и средств существования. Это сильно подкосило здоровье пожилых людей, они даже не успели переехать к какой либо из дочерей, – заболели. Их старый слуга приютил своих бывших хозяев у себя в маленьком доме. Он ухаживал за ними как мог, но тщетно. Родители умерли в один день, перед приездом своих дочерей. Сестрам ничего не оставалось, как только похоронить своих родителей. Мужья им помогли. Марго и Мэри виделись тогда в последний раз. Предавшись грустным воспоминаниям, Мэри положила голову на плечо Джона, подсевшего к ней на постель. Он обнял ее. Так они просидели почти час, не проронив больше ни слова и глядя на дитя. Малышка тихо посапывала и улыбалась во сне, в камине весело потрескивали дрова, ветер в дымоходе перестал завывать. Джон отнес все документы, медальон и деньги в свой кабинет, спрятав их в потайное отделение стола. Как бы там ни было, но жизнь Джона и Мэри наполнилась счастливыми заботами о беззащитном ребенке. ___Утром, перед завтраком Сюзи отправили доить коз, а затем – за мануфактурой. Когда все собрались в гостиной, домочадцам было объявлено, что ночью кто-то неизвестный подбросил на порог дома маленькую девочку. Мэри принесла девочку в гостиную и представила ее по имени. Джон поставил всех в известность о том, что они решили удочерить малышку Элис. Элизабет сразу стала всеобщей любимицей, как может не понравиться улыбчивый младенец с редкими кудряшками и синими глазками, с ямочками на пухлых ручках и ножках. Джон держал ее на руках, а та весело захихикав, описала его. Аптекарь тоже засмеялся и сказал: – Ну, знакомство с семьей состоялось, просим любить и жаловать – Элис! Вечером был устроен праздничный ужин, все были нарядные, во главе стола сидели Мэри и Элис. Каждому хотелось подержать ее на руках. Девочка оживила тихий дом аптекаря. Она добавила хлопот, но это были приятные хлопоты. Джон стал чаще бывать в хорошем расположении духа. Мери всецело погрузилась в воспитание Элис. В тот день, когда малышка попала в дом аптекаря, ей было почти пять месяцев. Росла она в сытости и заботе, наполняя дом приятной суетой. Немного погодя Элис стала ползать на четвереньках, затем встала на ножки и стала бегать без устали по всему дому, преодолевая лестницу ползком. Казалось, что маленькая девочка заняла собою все пространство в доме, для нее не существовало непреодолимых препятствий. К концу дня, когда засыпая, она слушала сказку, все облегченно вздыхали и переходили на шепот, передвигаясь мимо детской на цыпочках. Домашних хлопот было много, стало очевидным, – чтобы уследить за непоседой, необходима помощь. Мало того, малышка тащила в рот все что ни попадя, Мэри переживала за ее здоровье, поэтому решила найти няню для ребенка. Только вот с ними была проблема – сложно было найти подходящую работницу, – у всех обнаруживались какие-либо недостатки. ___Тем временем в стране происходили судьбоносные события – казнь короля Карла I, окончание гражданской войны, развитие флота, колонизация южных стран. Лишь в доме Еллоу жизнь текла как обычно – тихо и спокойно. Изменилось только одно,– у Элис теперь была няня. Из всех представительниц женского пола на эту работу пришлось выбрать относительно чистоплотную на вид девушку лет двадцати с тонкими, всегда подкрашенными губами, острым носом, огненно-рыжими волосами и скользким взглядом зеленых глаз. Впервые в доме она появилась в откровенной одежде, едва скрывающей ее пышные формы, что сразу вызвало неприязнь у Мэри. Тем не менее, она все-таки взяла Аннет на работу с условием, что та будет одеваться скромнее. Спала няня в одной комнате с Элис. Девочкам Кэт и Сюзи не нравилась Аннет, она вела себя заносчиво, была нечиста на руку, к тому же няня явно положила глаз на хозяина дома. Все разговоры сразу прекращались, когда она появлялась рядом. За все время ее пребывания в доме, поведение Аннет ни у кого не вызывало одобрения, но найти ей замену было достаточно сложно. Мэри с Джоном вынуждены были оставить няню хотя бы до пятилетнего возраста дочери. Маленькая Элис была непоседой, уследить за ней, не забросив работу – невозможно. Аннет же относилась к своим обязанностям из рук вон плохо. Бывало так, что ребенок с улицы самостоятельно приходил домой в то время, когда няня все еще любезничала с ухажером на улице. По утрам Элис всегда просыпалась раньше своей все еще спящей няни и босиком бегала по всему дому, распевая песенки не совсем приличного содержания, которые она слышала на улице во время прогулок с Аннет. Последней каплей, переполнившей терпение четы Еллоу, послужило событие, которое случилось в разгар лета на прогулке. ___Элис тогда было уже чуть больше пяти лет. Она гуляла на улице с Аннет. Погода была солнечная, двор дома был полон цветов, вокруг них порхали бабочки, птицы весело щебетали, радуясь теплу и солнцу. Аннет как всегда разговорилась с каким-то незнакомцем, абсолютно не обращая внимания на свою воспитанницу. Элис любовалась цветами и гонялась за бабочками. Дотягиваясь до бабочки, сидящей на цветке, который рос между камнями за ограждением реки, она залезла на камни, встав на четвереньки. Камни были скользкими, облепленные влажным мхом, нога девочки соскользнула, она пошатнулась. Пытаясь удержаться на ограждении, Элис хваталась за жидкие стебли растений, но они вырывались из ее маленьких детских ручек. От испуга и удивления Элис даже не догадалась позвать кого-нибудь на помощь. Казалось бы, трагический конец был неизбежен, девочка все дальше и дальше сползала вниз. Между тем Аннет продолжала оживленно беседовать с ухажером, заливаясь раскатистым смехом. ___В это время Дэн и Джим возвращались с рыбалки. Они уже сдали улов продавцам и подплывали к своей пристани, сидя на веслах спиной к дому. Громкий смех Элис привлек внимание мальчиков. Невольно они оглянулись на берег и тут же увидели Элис, которая отчаянно пыталась удержаться на каменном ограждении, хватаясь за камни и растения. Не раздумывая, Дэн сдал весло Джиму, быстро скинул одежду и нырнул в реку. Элис плюхнулась в воду как раз в тот момент, когда Дэн подплыл к этому месту, он успел поймать ее уже в воде. Девочка не успела хлебнуть воды, только испугалась. В этом месте глубина реки была небольшая, но ее вполне хватило бы, чтобы малышка утонула. Стоя по грудь в воде, парень попросил Элис не пугаться и ухватить его за шею. Джим уже пришвартовался к пристани, он помог Дэну и девочке выбраться на берег. Элис повезло, что соседские мальчики оказались рядом, иначе она неминуемо бы погибла. Вода в реке была прохладная. Выбравшись на берег, Дэн подхватил мокрую девочку на руки и бегом отправился в дом. Даже не обратив внимания на мокрую Элис, которую мальчик пронес мимо нее, Аннет продолжала кокетничать с мужчиной. Дэн принес девочку в гостиную и позвал Мэри. Она была на кухне. Выглянув оттуда, она увидела промокшую до нитки Элис на руках у такого же мокрого соседского парня. Мэри охватило волнение, она обо всем догадалась. – Что случилось? Почему Элис мокрая? – взволнованно спросила она. – Не переживайте, пожалуйста, уже все хорошо. Ваша дочь упала в воду, но мы с Джимом ее вовремя выловили, она даже не успела попробовать речной воды, – поспешил успокоить ее Дэн. – Джон, иди скорей сюда! – громко крикнула Мэри и кинулась к девочке, заключив ее в свои объятия. Затем, спохватившись, она сходила за полотенцами, одно из них отдала Дэну, а другим окутала дочь и отнесла ее в ванную комнату. Мэри сняла с Элис мокрую одежду, хорошенько обтерла ее и переодела во все сухое. – Милая, извини меня за то, что я позволила этой негодной няне приглядывать за тобой, – испуганно шептала она и уже обращаясь к вошедшему Джону сказала: – Не думаю, что это была хорошая идея взять Аннет нянчиться с нашей девочкой, она же абсолютно не следит за ней. Наша дочь могла погибнуть из-за нее!!! Элис упала в реку! Если бы не соседские мальчики, мы потеряли бы нашу малышку! Гони ее прочь из нашего дома! Джон в не себя от ярости вышел во двор. Аннет, как ни в чем не бывало, так и стояла рядом с незнакомцем, беседуя с ним и оглашая двор громким смехом. Едва сдерживаясь, Джон, обратился к ней, но Аннет не удостоила его вниманием. Аптекарь попросил незнакомца отойти в сторону и решительно потребовал, чтобы Аннет немедленно зашла в дом, собрала свои вещи и покинула их навсегда. В ответ няня, как бы позируя перед уходящим незнакомцем, устроила громкий скандал. Неприлично ругаясь, она заявила, что ничего особенного не произошло. Ее недавний собеседник предпочел не слушать перебранку и быстро удалился. – Да что такого я сделала не так, ни днем, ни ночью – никакого покоя! Кто вообще может уследить за этой девчонкой?! Да вы на руках меня должны носить за мою непосильную работу, а что я слышу в ответ – одни упреки! Платят – гроши, а требуют ухода как за принцессой! – визгливо и нарочито громко выкрикивала она. Сказать, что Джон был возмущен – ничего не сказать, слова вначале застряли у него в горле. Он побагровел, нахмурил брови, выслушивая наглые выступления няни. В конце концов, громко, как раскат грома на весь двор прозвучал его голос: – Молчать!.. Вон из нашего дома!!! Аннет подавилась своими последними словами, испуганно затихла и спотыкаясь зашагала в сторону входной двери. Она суетливо собрала свои вещи, воровато оглядываясь и шипя себе что-то под нос, а затем удалилась, сопровождаемая молчанием и осуждающими взглядами всех домочадцев. В этот момент все в доме поняли – в лице Аннет они приобрели злейшего врага. Таким людям как она присуще во всех своих бедах и ошибках обвинять других, кого угодно, только не себя. Аннет наверняка еще попытается причинить им зло, но хотя бы – ее сейчас нет в доме рядом с малышкой. Теперь все по очереди занимались с Элис. По утрам Мэри помогала ей умыться, почистить зубы и одеться. Затем заплетала дочери косички. Девочка ела, сидя за одним столом со всеми на своем стульчике. Кэти гуляла с ней по утрам, а Сюзи – по вечерам. Днем Вильям учил Элис грамоте. После обеда девочку укладывали ненадолго поспать, в этом всем помогала пушистая кошка Кири, – только ей, мурлыке, удавалось днем уложить девочку поспать. От мамы Элис усваивала уроки естествознания и рисунка. Укладывая на ночь дочку спать, Джон читал ей на ночь сказку, а кошка мурлыкала у нее в ногах, охраняя сон девочки. Так они и жили. Аннет больше не появлялась в их доме, она наблюдала за домом аптекаря со стороны, – ей явно хотелось отомстить за свое увольнение, а ведь она даже не была наказана за свою халатность, – ее маленькая пятилетняя воспитанница могла утонуть. Так и случилось бы, если бы не помогли соседские парнишки, подростки, увлекающиеся рыбалкой.

Глава III. 1654 г. Трудности воспитания, маленький возница.

Джон и Мэри выжили в смутные времена, потому что не жадничали. В аптеке и кондитерской они продавали лекарства, чай, какао, сладкие пирожные и печенье, а на заднем дворе – раздавали хлеб насущный бесплатно всем страждущим. Тростниковый сахар в то время был очень дорогой, но Джон делал сахар из свеклы, к тому же местный мед тоже был неплох. Аппетитный сладкий запах со двора разносился на всю улицу, привлекая обывателей. К Джону приходили и за лекарствами, и за лакомствами. Посуду для аптеки и кондитерской Джон также делал сам. Глиняную посуду он обжигал на заднем дворе в большой печи под навесом. Там же выдувал стекло и делал металлические тонкостенные коробочки. Мэри расписывала их красками, которые изготавливал Вильям. Красивые упаковки с ароматной и вкусной продукцией пользовались стабильным спросом и приносили неплохой доход, но это ни у кого не вызывало чувство зависти, – конкуренции не было, такого никто в городе не производил. Даже в криминальной среде было особое мнение насчет аптекаря. Его, можно сказать, охраняли от заезжих разбойников и от завистливых, менее толковых врачей. Джон был, пожалуй, единственным источником лекарственных средств на весь город, да и сам неплохо лечил больных, зачастую – бесплатно. Трудолюбивая семья Еллоу и их соседи не знали нужды. Они обменивались своей продукцией. У тех и у других весь день был заполнен работой, отдых и праздники случались редко. Лишь иногда, в теплые погожие дни по вечерам Мэри устраивала на вершине большого холма пикники в компании с соседями. Оттуда открывался прекрасный вид на пролив Ла-Манш, порт с кораблями, лес и город. ___Элис подросла, старый Вильям начал обучать ее другим языкам, математике, физике и химии. Мэри обучала дочь правилам ухода за растениями и животными. Девочке не нравилось копаться в огороде с растениями, другое дело – собирать ягоду, яблоки, кормить животных. Саму же девочку сложно было заставить вовремя поесть. Во-первых, – она любила сладости и частенько забегала в кондитерскую. Во-вторых, – любопытной Элис не хватало времени, ведь столько интересного было вокруг, она без устали познавала окружающий ее огромный мир. Как – то раз после обеда, когда Элис должна была спать, ей не спалось, да и погода стояла хорошая. ___Девочка решила немного погулять одна. Потихоньку выбравшись из дома, она пошла по берегу реки к мосту. Помня событие с падением в реку, Элис старалась держаться подальше от края воды. На мосту ей встречались возницы с повозками. Проходя мимо замка, она удивилась тому какой он большой и мрачный. Ближе к порту ей стали встречаться большие кареты, запряженные лошадями, одна из них чуть не сбила ее с ног, окутав клубами пыли. Элис стала держаться ближе к обочине дороги. В порту перед ней открылся огромный движущийся мир: большие корабли на пристани, матросы, перекатывающие бочки и повозки, шлюпки, отчаливающие и швартующиеся к причалу, продавцы рыбы и специй, их покупатели с повозками. Это было похоже на большой муравейник, все вокруг двигались так быстро и были такими большими, что даже стоя в сторонке, девочка опасалась, что ее затопчут. Двое небрежно одетых бородатых мужчин, грубо окликнули ее: – Эй, малявка, ты тут одна что ли? Ну- ка, иди сюда! Элис шмыгнула под прилавки и удалилась подальше от опасных субъектов. Остановившись на безопасном расстоянии, она прижалась к прилавку торговки рыбой. Спрятавшись за ее палаткой, Элис стала рассматривать все происходящее вокруг. Сверху, громко шумя, летали чайки, стараясь стащить с прилавка рыбу. Мухи тоже были не прочь хотя бы посидеть на ней. На бочке, стоящей неподалеку, сидел рыжий облезлый кот и с вожделением грыз мелкую рыбешку, с опаской оглядываясь по сторонам и урча. «Какой-то он недобрый», – подумала Элис. Прилавок с рыбой, где устроилась девочка, не отличался чистотой. Продавщица неистово размахивала тряпкой, разгоняя мух и чаек, затем этой же тряпкой она вытирала пот с лица. Женщина была на удивление толстая, ее одежда была неопределенного цвета и свисала с нее как балахон. Продавщица постоянно выкрикивала: «Рыба!», «Свежая рыба!» и сама была похожа на рыбу. Ее глаза были такие же светлые и выпученные, а губы – большие, бугристые и почти бесцветные. Хозяйка прилавка не рада была присутствию Элис. Окинув девочку недоброжелательным взглядом, она замахнулась на нее тряпкой. Элис нырнула под прилавок, опасаясь ее дальнейших действий. Там она столкнулась с пристальным взглядом огромной крысы. Элис впервые видела крысу, она испугалась. Еще бы, крыса не выглядела ласковой и доброй. Ее крошечные глазки были переполнены злостью, как будто предупреждали о нападении. Хозяйка прилавка не отличалась чистоплотностью, – под прилавком были разбросаны отходы рыбы, источающие зловоние. Целый рой жужжащих мух кружился над ними. Элис заметила, что ее одежда и руки были безнадежно испачканы в черной склизкой жиже. Крысе нужны были эти зловонные отходы, она готова была их защищать, еще секунда и крыса набросилась бы на девочку. Элис, не раздумывая, на четвереньках попятилась назад и благополучно покинула свое укрытие. Что есть сил, она бросилась бежать в сторону дома. Затем, перейдя на шаг и отдышавшись, девочка уже спокойно шла по пыльной дороге, стараясь держаться поближе к краю, – чтобы ее не растоптали, как букашку. Все вокруг было огромное, словно из страны великанов. Время прошло незаметно, уже вечерело, Элис сначала прибавила шагу, а затем вновь побежала, несколько раз она падала и разбила коленки. Одежда грязная, пропахшая рыбой, колени – разбитые. Девочка уверенно решила: «меня точно накажут!». И все-таки дома лучше, она бесстрашно поспешила домой, уже сожалея о своем необдуманном поступке. ___Элис переступила порог своего дома на цыпочках, чтобы никто ее не услышал. Но Джон с Мэри, Кэт и Сюзи уже ждали Элис в гостиной, а мальчики так и ходили на улице, выкрикивая ее имя. Итак, девочка явилась перед всеми грязная как бродяжка, с разбитыми коленями. Ее наперебой стали ругать, стыдить, только Джон смотрел на дочь молча, сдвинув брови. От этого молчаливого наказания было тяжелее всего. Элис опустила голову и всхлипывая произнесла: – Простите меня, я больше никогда не буду так делать, черт меня подери! Было странно слышать такие слова из уст маленькой девочки. – Да ты выражаешься как заправский пират, – сказал Джон, еле сдерживая смех. – Мэри, устрой нашему пирату головомойку. Девочки, зовите мальчиков в дом, – нашлась пропажа. Мэри молча отмыла Элис в чуть теплой воде с мылом, намазала ее колени щипучей коричневой мазью, переодела дочку ко сну и поставила возле ее кровати кружку молока с булочкой. Они с Джоном переволновались, когда обнаружили, что дочери нет дома. Мэри опасалась, что в сердцах может наговорить лишнего своей маленькой девочке, поэтому сдержанно сказала: – Сегодня ты засыпаешь без сказки на ночь, а завтра нам еще предстоит серьезный разговор, спокойной ночи….. – Мамочка, прости меня, пожалуйста. Я поняла, что очень плохо поступила. Мне очень стыдно, я – такая глупая, – повинилась Элис, тяжело вздохнув. Мэри обняла Элис, поцеловала ее в носик и первый раз за день – улыбнулась. Как только Мэри ушла, девочка с аппетитом начала есть булочку, запивая ее молоком. Внутри нее все еще не проходила дрожь, эмоции переполняли ее, она увлеченно рассказывала кошке Кири о том, что ей довелось увидеть. Про огромные кареты, про матросов, про назойливых мух и наглых чаек, про продавщицу рыбы с бесцветными глазами, про рыжего облезлого кота, про самую страшную на свете огромную серую крысу, про свое бегство из порта. Кири, как всегда мурлыкая, слушала девочку и лизала свою шерстку. Элис не знала, что будет завтра. «Наверняка, как-нибудь накажут», – с сожалением подумала она, а затем с удовольствием потянулась в мягкой постели и вскоре крепко заснула. Уже во сне девочка еще раз пережила свое первое удивительное путешествие. ___Утром с ней серьезно поговорили об опасностях, которые подстерегают на каждом шагу маленьких девочек, о продавцах детей и злобных кровожадных бандитах. Элис пообещала, что никогда не выйдет из дома на прогулку одна. Со своей стороны Джон пообещал брать Элис с собой в порт, – он закупал там специи, чай и заморские фрукты. Приключения манили девочку, но она сдержала свое слово. С тех пор она ходила в порт только с отцом, при этом крепко держась за его штанину. Такие увлекательные походы нравились Элис, с отцом ей было совсем не страшно, – никто не пытался обидеть ее. В порту все было по-прежнему, все так же, как стая чаек, шумели рыночные торговцы, лошади в упряжке проезжающих мимо карет, задорно цокали копытами. Вереницы матросов загружали бочки с водой и продуктами на корабли у пристани. То и дело с разных сторон раздавались крики: «поберегись!», затем мимо пробегали матросы с телегами, гружеными мешками или бочками. Аптекарь с дочкой закупали разную продукцию, складывали все возничему в повозку, а наполнив ее, направлялись к своему дому, деловито обсуждая сделанные покупки. За ними, едва передвигаясь, шла худенькая лошадка, запряженная в повозку. Сам возница тоже не отличался лишним весом, ему от силы было лет десять, или чуть больше. По возвращении домой и после разгрузки Джон расплачивался с возницей, но не отпускал его без обеда. Лошадку тоже кормили, даже угощали кусочком сахара и сухариком на десерт. Элис очень нравились такие походы в порт. В теплое время года Джон с дочерью каждый третий день совершали закупки на пристани в порту, но когда шли дожди, приходилось сидеть дома. Им было чем заняться – Джон работал в аптеке, а Элис послушно постигала науки и помогала матери на кухне. ___Однажды, после долгих проливных дождей, Джон с Элис как обычно отправились в порт за покупками. По пути у края дороги, они не нашли как обычно стоящую повозку с лошадкой и маленьким возницей. Стали их искать, расспрашивая всех прохожих и осматривая все в округе. Вскоре они нашли место их пребывания. Мальчик и его лошадка ютились на пологом берегу реки под аркой моста, на подстилке из веток в шалаше из плаща. У них был жалкий вид. Мальчик лежал под ворохом сырой одежды, Джон подошел к нему и осмотрел. У мальчика был жар. Три дня почти не прекращаясь, шел проливной дождь. Работы не было, костер не развести, – холодно и голодно. Уровень в реке повысился, еще немного – их смыло бы течением реки в море. К счастью дождь закончился и этого не произошло. После беглого осмотра Джон определил, – ребенок очень болен, ему срочно требуется помощь. Повернувшись к Элис, аптекарь нарочито серьезно спросил ее: – Элизабет, как ты думаешь, они нам сгодятся в помощники? – Безусловно, у нас же так много работы по дому, они будут хорошими помощниками! Мы же не оставим их здесь, у нас в доме много места! – радостно ответила Элис, подпрыгнув на месте. – Да, пожалуй надо помочь им, сегодня мы в порт не идем, – надо позаботиться о новых жильцах, – промолвил аптекарь, собирая нехитрый промокший скарб мальчика в повозку. Тот был так слаб, что его пришлось посадить в повозку. Они вернулись домой. Джон с порога обратился к жене: – Дорогая, мальчика надо лечить, он простужен, к тому же, бедняга, давно не ел, устрой его в гостевой комнате. Прежде накорми, но только немного, чтобы не навредить, лучше всего подойдет куриный бульон, козье молоко с хлебом и медом, – распорядился Джон. Повозку мальчика разгрузили, его вещи вывесили на чердаке сушиться, Чарли отвел лошадку с повозкой на скотный двор к козам и овцам. Он подкинул ей сена и овса. Мэри немного покормила больного, затем Джон отнес мальчика в гостевую комнату. Первым делом аптекарь несколько раз обтер мальчика полотенцем, смоченным в растворе винного уксуса. На ноги ему надели теплые носки из овечьей шерсти, грудь намазали какой-то мазью, а в комнате растопили камин, не потому что там было холодно, – надо было избавиться от сырости и москитов. Элис наблюдала за всем этим сквозь щель в дверном проеме. Всю ночь на голове у мальчика меняли мокрые повязки, – они быстро высыхали. Лишь под утро дело пошло на поправку. Мальчика звали Майк, ему было одиннадцать лет, его лошадке, Мэгги – два года. Майк был слаб, его мучил удушливый кашель, который еще долго пришлось лечить. Только когда мальчику стало лучше, он смог подробно рассказать о своей прежней жизни. ___Судьба мальчика мало чем отличалась от многих судеб детей того времени. Мама Майка была наследницей землевладельца, овдовев, она вышла замуж за молодого мужчину. Новый муж был большой затейник, он не любил Майка и тайно решил продать его торговцу детьми. Майк случайно услышал его разговор с каким-то незнакомцем возле конюшни. Он часто навещал свою лошадку, которую подарил ему отец. В этот раз, мальчик, ухаживая за ней, невольно стал свидетелем этого разговора. Судя по нему, через день мальчика должны были похитить, а отчим за него намеревался получить оплату. Недолго думая, Майк обратился к маме, но она сказала, что сын ее обманывает, наговаривает на отчима, потому что тот ему не нравится. Медлить было нельзя. Майк знал, где в кабинете отца лежат его документы о рождении и наследстве. Еще при жизни тот показал ему комод с потайной столешницей. Документы лежали в кожаном мешке, свернутые в рулон. Там же мальчик взял мешочек с мелкими монетами, собрал свои вещи, только самое необходимое, на кухне прихватил немного продуктов на первое время. Все это в конюшне он сложил в повозку, не забыв про мешок овса и добрую охапку сена. Вечером, незаметно для всех, Майк взял из дома еще и теплое одеяло, отцовский плащ с капюшоном и свою теплую одежду. В этот день вечером никто не заходил в конюшню, – мальчику удалось беспрепятственно собраться и под покровом ночи покинуть отчий дом, даже не простившись с матерью. ___Это было ранней весной, все еще было прохладно, особенно ночью. Укутавшись в одеяло и преодолевая сон, Майк всю ночь погонял Мэгги, они все дальше и дальше удалялись от дома. Лишь днем Майк приглядел уютное местечко возле реки, где они с Мегги устроились на привал. Мальчик не останавливался на постоялых дворах, заезжая туда лишь для того, чтобы купить продукты. Спал, где придется, согреваясь возле костра. И так – три месяца. Летом мальчик все же решил осесть в городе, – деньги закончились, надо было как-то зарабатывать на жизнь. Майк решил заняться извозом. Он устроил под аркой моста шалаш из веток и отцовского плаща. В теплую погоду было хорошо. По утрам мальчик рыбачил, днем перевозил грузы в порт и из порта, вечером сидя у костра готовил еду, – этому его научила няня. Все изменилось с сезоном дождей. Если бы Джон с Элис не нашли Майка, его ожидала бы печальная участь. Без сомнения, – у него не было шансов выжить на улице ни осенью, ни зимой. Джон и Мэри не могли оставить мальчика на улице, обрекая его на верную гибель. Они предложили Майку стать членом их большой семьи на общих основаниях. Это значило, что у каждого члена семьи есть свои обязанности и свои права. При желании покинуть дом никто насильно не будет его удерживать. Джон познакомил его со всеми домочадцами. Конечно же, Майк с радостью согласился с этим предложением, ему понравился аптекарь, его жена и маленькая дочь. Да и вся его семья показалась мальчику очень доброжелательной. В течение месяца все по очереди ухаживали за ним, пока он окончательно не выздоровел. Элис тоже заботилась о Майке, – она приносила ему завтраки. Дети подолгу болтали друг с другом о всяких пустяках. Майк очень нравился девочке. Как только Майку после выздоровления разрешили выходить на улицу, он с Элис отправился к своей Мэгги. ___Осень уже раскрасила листья на деревьях в желтый и красный цвет, но травка еще была зеленой. Лошадь паслась на вершине холма вместе с козами и другими животными. Завидев мальчика, она прискакала к нему, как бы здороваясь. Мэгги терлась о мальчика головой, то отбегая, то возвращаясь, она стучала копытом о землю, оглашая окрестности веселым ржанием. Элис с Майком еще долго гуляли на холме, беззаботно бегая друг за другом, играя с козлятами, поросятами, разгоняя кур. Впервые на душе у мальчика воцарилось спокойствие. Если бы Майк остался у себя дома – попал бы в рабство, если бы остался на улице – замерз бы со своей лошадкой в зимнюю стужу. Аптекарь с его дочкой стали его ангелами хранителями, – они спасли его. Майк был благодарен судьбе за такое провидение. Он не был ленив и капризен, наоборот – трудолюбив, образован, отличался спокойствием и рассудительностью. Эти черты характера позволили ему очень быстро стать полноправным членом семьи. Приближалась зима, холодный северный ветер уже завывал за окнами, по ночам лужи затягивало тонким льдом, а с пролива слышался нескончаемый шум волн.

Глава IV. 1656 г. Таинственный пациент.

Дом аптекаря стоял недалеко от порта, самого оживленного места в городе. Оттуда корабли ходили в плавание в далекие страны за золотом и пряностями. Зачастую на них нападали пираты, королевский флот не в силах был защитить мореплавателей, а иногда некоторые представители флота сами переходили в статус пиратов. В порт приходили корабли, разгружали товар, пополняли припасы и воду. К дому аптекаря с моря можно было приплыть только по устью мелководной реки на шлюпке. Течение реки было спокойное, зимой она покрывалась тонким льдом лишь по краям, – со стороны родника у расщелины скалы вода не застывала. За последние два года никаких особых событий в «тихой гавани» не происходило. Элис уже исполнилось восемь лет. Ничто не омрачало мирную жизнь аптекаря и его соседей. Однажды, в ненастную октябрьскую ночь в задние двери дома раздался стук. Все кроме Вильяма и Джона уже спали. ___ Аптекарь, привыкший к таким поздним посещениям, ничего не опасаясь, спустился вниз, чтобы открыть дверь с заднего двора. За дверью стояли трое мужчин, Джон быстро окинул их взглядом и немедленно впустил посетителей. Это были три моряка, они держали на куске холста человека, который истекал кровью. Прежде чем затворить дверь Джон вышел и огляделся по сторонам, во дворе никого не было, соседи спали. Без лишних слов было ясно, что его ночные гости – пираты. Любой человек, оказав помощь пиратам, подвергал своих близких преследованиям от властей, вплоть до повешения на лобном месте рядом с пиратами. Любопытные соседи за вознаграждение непременно сообщили бы свои наблюдения представителю власти, а уж тогда – жди беды. С другой стороны, если отказать пиратам в помощи – расправа наступит намного быстрее. Джон молча указал морякам на лестницу, ведущую в подвал. Прихватив масляную лампу, он повел их в лабораторию, – там никого не было, Вильям работал в библиотеке. В лаборатории у Джона было все необходимое – лежанка, скамья, вода, очаг, инструменты и склянки с лекарствами. В первую очередь он промыл, прижег и зашил рану, затем смазал ее лекарственной мазью и перебинтовал ветошью. Пациент был без сознания, бредил. «Видимо много крови потерял», – подумал Джон. – У вашего человека мало шансов на выживание. Ранение опасное и крови потерял много, – сдержанно сказал он. – Попробуйте поставить его на ноги, док, – попросил один из моряков и достал увесистый мешок с золотом. – Это лишнее, я и так приложу все усилия, чтобы спасти его, – отмахнулся Джон. – Зря отказываетесь, док…. Кто мы, вам знать ни к чему, имя этого человека – капитан Блейк, никто ничего не должен знать о нем, – продолжил другой моряк. – Мы вернемся за ним через полгода…. В любом случае мы обязательно навестим Вас. Постарайтесь сохранить жизнь капитана. А это Вам не помешает, – закончил разговор огромный рыжий моряк и вложил в руку Джона мешок с золотыми монетами, положив при этом свою увесистую ладонь на плечо аптекаря. Третий пират ни разу не проронил ни слова. Джон понимал, возможно, от результата лечения этого пациента зависит жизнь его и близких ему людей, но выбора не было. Он дал обещание, что сделает все возможное и невозможное, чтобы спасти капитана. Неуклюже поблагодарив его, моряки бесшумно удалились. ___Джон, запер за ними дверь, вернулся в подвал и еще раз внимательно осмотрел пациента. Кроме сабельного ранения у него было еще немало ушибов и шрамов. Большая татуировка красовалась на его груди: корабль, конь с крыльями, портрет женщины с младенцем. Он провозился с раненым до рассвета, – у того был жар. Когда забрезжило утро, Джон поднялся к своему учителю и попросил его о помощи. Уже вместе с Вильямом они предприняли все возможное, чтобы спасти раненого. Три дня по очереди Джон и Вильям дежурили возле него, тот лежал в бреду. Они решились на самые радикальные методы лечения ради спасения пациента. Благодаря мазям и микстурам аптекаря, морской воде и хорошему уходу на четвертый день капитан Блейк стал чувствовать себя лучше, раны его постепенно стали заживляться, а через две недели Блейк уже мог сам себя обслужить. К концу месяца капитан практически встал на ноги. Все это время к нему в подвал спускались только Джон и Вильям, остальные домочадцы ничего не знали о пациенте. ___Итак, капитан выздоровел. Ему было невыносимо скучно сидеть в подвале. Капитану очень хотелось пройтись к морю, подышать морским воздухом, – не привык он к замкнутой жизни. Когда в очередной раз Джон принес ему обед, капитан осторожно завел разговор: – Сэр, я Вам очень благодарен за все, что Вы сделали, но поймите меня правильно, я не могу жить в четырех стенах безвыходно. Давайте…. Может я стану жить с вами открыто? Например, как дальний родственник….. – Заточение здесь – ради Вашей безопасности, сэр, поймите… – начал было Джон. – Но я же могу к вам приехать…… Как дальний родственник, – перебил его капитан. Аптекарь задумался, окинул взглядом капитана Блейка и сказал: – Вы давненько не смотрелись в зеркало, сэр, прежде всего Вам надо привести себя в божеский вид, приодеться, тогда уж… Пожалуй… Возможно…Хорошо, ночью отправитесь пешком на постоялый двор, а утром приедете с оказией, как будто издалека. Теплую одежду я Вам подберу. Холодно все-таки…снег во дворе, – подытожил Джон. – Отлично, сто чертей! – обрадовался Блейк. – Пожалуйста, не поминайте чертей. Попозже я принесу одежду и настоятельно рекомендую Вам постричься, побриться и помыться, вид у Вас, извините, так себе… Все необходимое вы найдете здесь, – предупредил Джон, указав на бочку для купания и заставленный всякими мелочами шкаф возле окна. В лаборатории был редкостный беспорядок,– женщины сюда не входили. – Благодарю Вас, сэр! – крикнул капитан вдогонку уходящему аптекарю. Выходя из подвала, Джон опрометчиво оставил дверь незапертой. ___В это время Элис уговаривала Пита и Чарли дать ей печенья и поиграть с ней в прятки. Те были заняты работой и в шутку сказали ей: – Печенье на ходу есть нельзя. Так и быть, иди, прячься. Малышка помчалась искать укромное место и обнаружила открытую дверь в подвал. Конечно же, Элис прошла в подвал и попала в огромную комнату, посреди которой на лежанке сидел мужчина и осматривал себя в зеркало. В первый момент она испугалась заросшего дядю высокого роста. Хотела бежать, но ее ноги как будто приросли к полу. – Ты кто? – дрожащим голосом спросила она. – Здравствуй, деточка. А ты кто? – в свою очередь поинтересовался мужчина. – Простите, я не поздоровалась, – очень удивилась. Я дочь Джона Еллоу, живу тут давно, а тебя вижу в первый раз, – осмелев, ответила Элис. – Подумаешь, проблема. Я тут, потому что твой папа меня лечит, – приятным басом парировал ей незнакомец. – А от чего тебя лечат? – уже совсем освоившись, спросила девочка. – Так, ерунда. Большая царапина, но было больно. Слово за слово, они разговорились. Капитан нашел «благодарные уши», а Элис – увлекательные рассказы о дальних странах, об удивительных животных, о приключениях и сражениях. В свою очередь она рассказывала капитану про серую пушистую кошку, которая спит с ней в постели, про серую страшную крысу, которую она видела в порту. Жаловалась на то, что все собаки, которых она встречала, не хотят с ней дружить и пугливо убегают. Ей очень хотелось дружить с собакой. Так они проболтали очень долго, пока капитан не попросил ее вернуться и помочь маме по дому. А сам обещал вернуться наутро как дальний родственник ее папы. Также, он попросил Элис никому не рассказывать об этой встрече, а взамен на это он обещал рассказать ей еще очень много интересных историй. Так и решили – «секрет». ___Вечером аптекарь принес капитану ужин и одежду. Капитан к тому времени уже преобразился: он укоротил бороду и подровнял усы, связал волосы сзади черной лентой. Оказалось, что у него довольно приятная наружность. Серые глаза, тонкий нос и четко очерченные губы придавали его лицу аристократичность. Волнистые темные волосы выглядели не хуже любого парика. Джон окинул его оценивающим взглядом и коротко сказал: – Пожалуй, Вы будете родственником моей жены,– больше портретного сходства. – Как скажете, – согласился капитан. Подкрепившись плотным ужином и прихватив полупустой саквояж с самыми необходимыми вещами, он отправился в ночь на постоялый двор за город. Джон вывел его незаметно через задний двор на дорогу. Бродить ночью через город – занятие небезопасное, поэтому капитан на всякий случай прихватил с собой кинжал. Зимней ночью на улице редко кого встретишь, – становится холодно. Кому охота мерзнуть? В длинном теплом пальто и широкополой шляпе капитан не привлекал к себе особого внимания. Блейк старался обходить зловонные кучи и конский навоз. Уже на окраине, в трущобах ему стали встречаться подвыпившие компании. Драки и ограбления в этих местах были не редки. Завидев издалека группу людей, капитан прислонялся к стене или прятался за угол дома, – встреча с ними не сулила ему ничего хорошего. Лишь к полуночи Блейк дошел до первого постоялого двора, он изрядно продрог и решил там остановиться. Капитан постучал большим кольцом, висевшим на воротах не менее трех раз, прежде чем окошко в воротах отворилось. – Что надо? – грубо спросила неопрятная женщина с гнилыми зубами и с таким же запахом изо рта, появившаяся в окошке. – Ночевку и утром – упряжку до города, – ответил капитан, мысленно сожалея, что не пошел дальше. – Сколько платишь? – последовал вопрос, на что Блейк молча помахал золотой монетой перед носом хозяйки. Окошко закрылось, ворота распахнулись, ему было предложено войти. Беглым взглядом капитан окинул весь двор. Во дворе повсюду валялась рухлядь, не было скотного двора, конюшни. Не было даже собаки. Дом был темный, только на первом этаже дома едва брезжил свет и если бы не лампа в руках у хозяйки, можно было бы легко переломать ноги. Она шла, переваливаясь с ноги на ногу, как утка. Одним словом, ее образ нельзя было назвать привлекательным. «Ладно, это всего лишь до утра. Хоть не замерзну совсем», – подумал капитан. Однако, сделав шаг за порог дома и оглядевшись, Блейк подумал: «Странное местечко, впрочем, как и парочка. Похоже, отношения у них не очень сердечные. Жутковато, надо быть начеку». Пока он осматривался по сторонам, парочка о чем – то активно спорила в полутонах, не обращая внимания на своего позднего посетителя. – Не покажете ли вы мне комнату, я устал с дороги, – перебил их перебранку Блек. – Не изволите ли… что-нибудь поесть? – поинтересовались хозяева. Блейк отклонил предложение, – в помещении стоял такой смрад, сложно представить трапезу в этом доме, здесь соединялись все вонючие запахи, какие только можно представить. Пытаясь изобразить радушие, хозяева попробовали начать беседу, но капитан вновь прервал их и настойчиво попросил показать ему комнату. В конце концов, Блейку показали его комнатку, где он наконец-то с удовольствием присел на жесткую постель, ноги гудели от долгой ходьбы, очень хотелось спать, но превозмогая усталость, капитан подготовился к ночлегу по-своему. Он разложил на постели все, что у него было. Накрыл все это одеялом, сам же устроился на полу возле двери, поставил под руку тяжелую скамью и стал ждать, наблюдая за круглой яркой луной. Штор на окне не было, она беззастенчиво освещала всю комнату, если бы окно было чистым, было бы еще светлее. Капитан поднялся, подошел к окну и раскрыл его. Комнату сразу наполнил свежий холодный воздух. Вновь закрыв окно, Блейк вернулся в свое укрытие и сел на жесткий пол так, чтобы не заснуть. ___Все же усталость взяла верх и его веки стали смыкаться, но услышав скрип половиц и скрежет дверных навесов сонливость у Блейка как рукой сняло. Он насторожился и беззвучно подготовился к нападению. Мимо него на цыпочках осторожно шел хозяин. Луна осветила его обрюзгшую фигуру, Блек заметил в руке у него тесак. Тут внезапно фигура хозяина замерла,– скрипнула половица, одновременно за дверью раздалось злобное шипение хозяйки. Капитан уже бесшумно встал на ноги. «Все в сборе», – подумал он и как только тесак убийцы воткнулся в одеяло, Блейк подскочил к нему и со всех сил огрел негодяя тяжелой скамьей по затылку. Скамья вдребезги рассыпалась, а хозяин рухнул на пол как мешок с зерном. В этот момент в комнату вбежала разъяренная хозяйка с топором в руках. Она со страшным криком размахивала им перед собой. Капитан легко увернулся от ее удара и без труда управился с неповоротливой толстой женщиной, это не стоило ему особых усилий. Блейк связал супругов веревкой, которую прихватил с собой на всякий случай. Тяжелее всего было оттащить их по очереди вниз в гостиную, уж слишком они были грузные. Он заткнул хозяевам тряпкой рот, чтобы они не помешали ему отдохнуть до утра. Хозяйку он тоже оглушил, так что оба «голубка» были без сознания. Блейк проверил, надежно ли парочка связана и отправился спать. – Вот теперь можно и отдохнуть, утро еще нескоро, спокойной ночи, – на ходу обратился капитан к парочке и, не ожидаясь ответа, продолжил путь в свои «апартаменты», освещая лестницу тусклой масляной лампой. Он действительно очень устал. «Теперь уж мне точно никто не помешает», – подумал он. Так и получилось, ему удалось наконец-то отдохнуть спокойно. Проснувшись с первыми лучами солнца, капитан привел себя в порядок и собрался в дорогу. Проходя мимо разбойной четы, отчаянно мычавшей через кляпы, он уже подошел к выходу, но как будто что-то вспомнив, обернулся и вернулся обратно. – Совсем забыл поблагодарить вас за гостеприимство. Отвязать вас не могу…. но ворота приоткрою, может какой-нибудь добропорядочный путник сжалится над вами, – нарочито не спеша произнес капитан, – Не скучайте. Да… пожалуй, кляп я вам вытащу, чтобы вы могли скоротать время в непринужденной светской беседе. С этими словами капитан выложил на стол монету и вытащил кляпы из ртов горе – разбойников. В сопровождении их отчаянных криков и воплей он покинул постоялый двор. Блейк вышел за ворота, оставив их открытыми, глубоко вдохнул свежий зимний воздух и бодрым шагом отправился в путь. Ему повезло – примерно через час действительно проезжала почтовая карета, капитану удалось доехать до перекрестка у дома с удобством и без приключений уже до полудня. Он постучал в дом аптекаря, вид у него был довольно презентабельный и ни у кого не вызывал подозрений. Джон открыл дверь и нарочито радостно поприветствовал Блейка. Он обнял его и шепнул на ухо: – А ведь я действительно очень рад нашей встрече. Все хорошо. Зайдя в дом, аптекарь созвал всех в гостиную и представил капитана: – Прошу любить и жаловать – это двоюродный брат Мэри, зовите его дядя Блейк. Он не озвучил всей правды, чтобы никто случайно не обмолвился об истинной истории «дяди». Мэри он заранее предупредил, и она согласилась с мужем. ___Приближалось Рождество. Блейк, по протекции аптекаря устроился в порту на верфи. Там он ремонтировал корабли, а в свободное время в семье занимался домашними делами. Рождество прошло весело в кругу семьи, которая на тот момент состояла из десяти человек. Девушкам сшили нарядные платья, юношам – костюмы. Вокруг камина для молодежи развесили теплые носки со сладкими подарками внутри, взрослые тоже обменялись рукотворными подарками. Стол был уставлен яствами, у всех было праздничное настроение. Погода под стать празднику выдалась сказочная. Крупные снежинки сыпались с неба, одевая деревья в белые шубы. Фонари на улице были окружены сияющим ореолом из снежинок. Все вволю накатались с горки, которую соорудил капитан Блейк. Кто на санках, кто на доске. Даже старый Вильям пару раз прокатился на куске шкуры. Всем было весело. Семейство Еллоу и их соседи веселилось на улице до тех пор, пока все не превратились в снежный ком. Обсохнув возле камина и наплясавшись вволю, дети и взрослые еще какое-то время пели песенки, пока не заметили спящую на диване Элис. Праздник завершился. Было уже далеко за полночь, веселье удалось на славу. Наутро, выходя из дома, Джон чуть не наступил в кучу нечистот под дверями. Он сразу понял от кого привет, – краем глаза Джон заметил поспешно удаляющуюся фигуру в конце улицы. «Долго же она не давала о себе знать. Сколько еще неприятностей придется терпеть от Аннет?», – с сожалением подумал Джон. Взяв лопату, он неторопливо расчистил крыльцо. ___Спокойная семейная жизнь была непривычна для Блейка. Еще недавно она была насыщена опасностями и приключениями. Ричард Стенфорд, вынужденно ставший капитаном Блейком, после долгих скитаний в какой-то момент почувствовал непреодолимое желание повидать свою дочь Элизабет, оставленную им в доме аптекаря еще малышкой. Он виделся с Джоном и Мэри лишь один раз – на похоронах родителей своей жены. За долгие годы скитаний Ричард изменился внешне, теперь он выглядел более мужественно. Татуировки и шрамы украшали его, а не изысканная одежда и украшения. Тогда, в холодный октябрьский вечер, когда капитан был ранен, его судно, уже в версте от порта подверглось нападению. Нападавшие полагали, что это торговое судно станет их легкой добычей. Расчет был на внезапности атаки, но матрос на мачте обратил внимание на странное судно, идущее к ним навстречу. Команда капитана Блейка была наготове, все собрались на палубе в полной боевой готовности. Корабль противника пошел на абордаж. На берегу никто не заметил сражения, – не прозвучало ни одного выстрела, захватчики использовали лишь холодное оружие. Противостояние длилось не больше часа. Закаленным в боях матросам капитана не составило труда расправиться с разбойниками, те были повержены. Немногие из них, которым удалось уцелеть, вернулись на свой корабль и спешно отплыли, сопровождаемые победными возгласами с корабля капитана Блейка. Возбужденное состояние от внезапного нападения прошло, матросы обратили внимание на раненого капитана, – он еле стоял на ногах. Блейк, из последних сил назначил себе замену и сказал, куда его надо доставить. Матросы уложили капитана на кусок холста и погрузили его в шлюпку, не забыли прихватить и сундук с личными вещами капитана. Судно поменяло курс, в порт решили не заходить, кинули якорь напротив замка Стоунфорд. Оттуда на шлюпке добрались к дому аптекаря. Джон, добрая душа, не узнал родственника, но не отказал ему в помощи и залечил раны. Чтобы не подвергать опасности все семейство аптекаря, Блейк предпочел сохранить в тайне свое настоящее имя. Капитан, любуясь своей дочерью, думал: «мне все – таки удалось повидаться с ней!». Наблюдая за семейством Джона Еллоу, он заметил, что Элис растет в любви и заботе, это утешило его. Блейк не признался дочери в том, что он – ее отец, хотя слово «доченька» много раз готово было сорваться с его уст.

Глава V

1657 г. Капитан Блейк и семья Еллоу.

Время шло, пришла весна, все вокруг зазеленело. Приближался день рождения Элис. Ей исполнялось девять лет. Как – то раз вечером Мэри попросила дочь отнести мягкую еду цыплятам. Элис вприпрыжку побежала к калитке огорода с кашей для цыплят в горшочке, обернутом платком. Но тут ее окликнули: – Бетти, здравствуй, дорогая. У тебя скоро день рождения, а у меня есть для тебя подарок. – Здравствуйте, Аннет, мне не надо от Вас подарка. Мама с папой мне дарят подарки, а Вы мне – чужая, – ответила Элис и повернулась к калитке огорода, чтобы продолжить свой путь. В этот момент к ним подбежал рослый незнакомец, зажав рот девочки, он перекинул ее через плечо. Аннет суетливо перевязала рот Элис платком, после чего они быстрым шагом покинули задний двор, пройдя мимо дома портного и кожевенника. Тем временем Блейк возвращался с работы. Шагая по мосту, он заметил подозрительную пару, которая торопливо проходила мимо моста, направляясь в город. Через плечо у мужчины был перекинут ребенок, – девочка. Ей явно не нравилось это, она пыталась освободиться, дрыгала ногами, кулаками била по спине незнакомца, но молчала. Приглядевшись, капитан с ужасом узнал в ребенке свою дочь. Блейк ускорил шаг. На его глаза попалась увесистая сучковатая палка у края дороги, видимо она упала с повозки с дровами. Он подхватил ее и стал преследовать злодеев, стараясь не привлекать к себе внимания. ___У доходного дома те остановились и зашли в него. Через минуту Блек тоже зашел туда следом за ними и услышал стук закрывающейся двери на верхнем этаже. Он осторожно стал подниматься по лестнице, по пути ему встречались пьяные мужчины и женщины, едва стоящие на ногах. Запах на лестнице стоял тошнотворный – кислые тряпки, гнилой лук, джин, затхлое старое дерево и нечистоты. Целый букет ароматов непристойного пребывания жителей в этом доме. Добравшись до верхнего этажа, он стал прислушиваться к звукам за дверями, их было три. За одной из них раздавался приглушенный писк ребенка и грубый разговор двух мужчин с женщиной. «Как бы не ошибиться», – подумал Блейк, но в этот момент именно эта дверь отворилась. Из нее вышла та женщина, которая шла вместе с похитителем, он ее узнал и молниеносно зажал ей рот рукой. Та пыталась его укусить и закричать, но Блейк умело слегка придушил ее. Аннет потеряла сознание и осела на пол. Тихонько отворив дверь, из которой только что вышла женщина, капитан вошел внутрь и осмотрелся. В одной из комнат находилось двое мужчин. Один из них – тот, который нес на плече Элис. «Второй видимо – сообщник», – мелькнула догадка в голове у Блейка. Мужчины что-то пили и обсуждали сделку: – Ну и куда мы денем эту малявку? – Аннет уже договорилась с кем-то…. ик…. Продадим ее, деньги поделим, – ответил второй, его речь была несвязная, он периодически икал, будучи уже изрядно пьян. – А может в публичный дом? Ха-ха-ха, там больше заплатят, – с возбужденным нервным хохотом предложил первый. – А ты….ик…. не думаешь, что нас….ик…. вычислят ее родственники? Капитан больше не стал слушать их фантазии, пожалуй, это были их последние размышления в жизни, потому что увесистая палка в руках капитана стала их последним впечатлением. Расправившись с похитителями, Блейк принялся искать Элис. Пройдя в коридор, он прислушался. В его голове промелькнула мысль: «интересно, сколько здесь еще таких мерзавцев?». Тут за дверями соседней комнаты послышался приглушенный детский писк. ___Капитан нашел девочку, сидящей на полу в углу пустой комнаты. Элис была заплаканная, со связанными руками и ногами. Ее рот был перевязан платком. В комнате царил полумрак, девочка не сразу узнала капитана, она вновь отчаянно попыталась освободиться от веревок. Блейк быстро подошел к ней и тихим голосом успокоил. Развязывая Элис, он попросил ее помолчать и договорился с ней о том, что они выйдут из дома тихо, не привлекая к себе внимания. Неизвестно, сколько еще жителей было за этой дверью. Капитан и Элис, держась за руки, на цыпочках прошли к выходу. Проходя мимо Аннет, так и лежавшей без сознания, Блейк вложил ей в руку окровавленную палку. Несложно предположить, что очнувшись, та надолго забудет о своих коварных планах и постарается удалиться куда-нибудь подальше. Девочка хлюпала носом, она была напугана, Блейк подхватил ее на руки и бегом спустился по лестнице. Выйдя из дома, капитан быстро перешел на другую сторону улицы и только там поставил Элис на землю, тихо спросив ее: – Ну как ты, уже лучше? Сейчас мы спокойно и неторопливо пойдем по этой улице. Все уже позади, ты – в безопасности. Блейк погладил девочку по голове, подал ей руку и они неторопливо направились домой. Смеркалось, по пути им никто не встретился, – настало время ужина. Дойдя до моста, капитан с Элис, не сговариваясь, остаток пути в своем переулке пробежали бегом. Дома наверняка уже царили суета и волнение. Блейк предполагал, что дверь открыта, тем не менее, он постучал в незапертую дверь. Отворил ее Джон. Увидев Элис, он так и сел на скамью у входа, держась за грудь. – Я пришла, это дядя Блейк меня спас от разбойников! А я совсем даже не плакала и ни капельки не испугалась, – громко отчиталась девочка. Хотя по ее виду можно было сказать точно – она храбрится, на самом деле малышка была очень напугана. Мэри услышала голос дочери и поспешила к входной двери. Сию минуту у входа собралась вся семья, все лезли целовать и обнимать Элис, девочки плакали и благодарили капитана. – Да что же мы все столпились у порога, пойдемте в дом, – предложил Джон, запирая двери на замок. ___Все перешли в гостиную и уже спокойно выслушали рассказ капитана. Стало ясно, что злобная няня больше не побеспокоит их. Джон был рад тому, что в нужную минуту капитан Блейк пришел на помощь Элис, он был бесконечно благодарен ему за это и жалел о том, что приближается срок расставания с капитаном. За полгода он привык к этому умелому и немногословному мужчине, да и вся семья с теплотой относилась к нему. Жили они душа в душу, во всем помогая друг другу. Капитан Блейк тоже переживал о том, что вскоре ему придется покинуть этот гостеприимный дом. Особая, отеческая привязанность к Элис и желание быть рядом, защищать ее, отступала с осознанием того, что его присутствие рядом с дочерью представляет угрозу для нее. Капитан принял решение – ему лучше уехать, как бы это ни было тяжело. День рождения Элис как всегда прошел весело с множеством подарков и угощений. Блейк подарил дочери маленький золотой оберег в виде смешной человеческой фигурки с большими глазами и круглым животиком. Оберег достался ему на далеком южном острове от жителей, в знак благодарности за спасение их от испанских работорговцев. Он попросил Элис, чтобы она хранила его, никому не отдавала и не показывала, в нужную минуту оберег должен ее защитить. Незадолго до дня рождения девочки капитан получил известие от своей команды. В нем Блейка оповестили о дате и времени их возвращения за ним, о мерах предосторожности, которые надо будет выполнить, о последних событиях на судне. Капитан Блейк поставил Джона в известность об этом. До отъезда оставалось около двух недель. Ричард Стенфорд в эти последние дни старался как можно больше времени проводить со своей дочерью. Иногда он подолгу смотрел на Элис, находя в ней сходство с Марго и с собой. Расставание с ней сейчас было невыносимо, но это было неизбежно. ___Больше всего переживала Элис. Девочка плакала и просила Блейка не уезжать, но вскоре успокоилась. «Наверняка что-то задумала», – подумал капитан. День отъезда капитан Блейк полностью посвятил своей дочери. Укладывая ее спать, он долго рассказывал Элис разные истории о диковинных животных, людях, растениях. Девочка, укрывшись до самого подбородка одеялом, внимательно и восторженно слушала его, но по загадочному выражению ее глаз капитан убедился в том, что она что-то задумала. Так и есть. Элис задумала уехать вместе с ним тайком, она собрала свои вещи и лежала в постели уже полностью одетая, даже в обуви. Тихой майской ночью в двери с заднего двора негромко постучали. Все в доме, кроме Джона и Мэри, уже спали. За капитаном пришли члены его команды, все те же три матроса. Их корабль стоял неподалеку, в соседней гавани, окруженной высокими скалами. Капитан Блейк был уже собран в дорогу. Еще вечером, после ужина он заранее попрощался со всеми домочадцами. Джон проводил его до двери и еще раз крепко обнял на прощание. Матросы пришвартовали шлюпку на пристани возле дома. В эту ночь Джон специально не зажег фонари у реки. В полной темноте вещи были перенесены в шлюпку. Времени было мало, – до рассвета надо было отплыть как можно дальше. Капитан с моряками почти бесшумно отплыли от берега. Мужчины сидели молча, капитан покидал дом, ставший ему родным, и свою маленькую дочь. Уже на выходе в пролив, он заметил какое-то шевеление под плащом, лежавшем на дне шлюпки. Нагнувшись, Блейк откинул край плаща и увидел маленького мокрого щеночка. – Что это за малец, Гари? – спросил он у рыжего матроса. – Сэр, щенок прибился к нам в Мексике, там, в деревне никого не осталось, я пожалел его, теперь он со мной неразлучен, – засмущавшись, ответил тот, подняв промокшего щенка и засунув его себе за пазуху. Однако плащ зашевелился вновь. – Гари, кто там еще? Его мама? – усмехнувшись, поинтересовался Блейк. Полностью откинув плащ, капитан обнаружил там Элис и ее котомку с вещами. Все перестали махать веслами и сели в дрейф. – А я то думал, что ты уже спишь, – с улыбкой сказал капитан. – Лежа в постели, я была уже собрана в дорогу, когда за тобой пришли с заднего двора, я прошла через гостиную…., – с виноватым видом пробубнила девочка. – Команда, курс назад, – тихо скомандовал Блейк и стал шептаться с Элис: – Элис, тебе не жалко отца и мать, они могут не пережить твое отсутствие? Ты не подумала об этом? – спросил капитан, немного выждал и продолжил: – Ты очень маленькая, тебе всего лишь девять лет, как только ты вырастешь, я вернусь, тем более что я оставил здесь клад под высоким дубом возле скотного двора. Это мои сбережения, рассказывать об этом можно только твоим родным, но лучше пока никому не говорить. Постарайся сохранить наш секрет. Если же вам понадобятся деньги, воспользуйтесь моим золотом, я буду рад, если оно вам поможет. Кстати, мне кажется, Гари будет не против того, чтобы оставить собачку тебе. На корабле ее любая волна может смыть за борт. – Правильно, Гари?! – нарочито строго обратился к матросу Блейк. – Да, капитан, Вы правы, – смоет волной, так и знай, – тихо ответил тот. Слова капитана вернули Элис к действительности, она подумала о том, как будут жить ее родные без нее, к тому же на нее возложили ответственность за сохранность клада и обещали отдать щенка, надо было ухаживать за ним, корабль – не место для маленьких собачек. Кроме того, она промокла и сильно замерзла. Все доводы остаться дома пересилили желание путешествовать. Шлюпка вернулась на пристань у дома аптекаря. Они тихо пришвартовались, Блейк сошел на берег проводить Элис. Рыжий моряк Гари бережно передал собачку девочке и торопливо отвернулся, но Элис заметила в его глазах скупую мужскую слезу. – Не беспокойтесь, сэр, я очень хорошо буду ухаживать за щенком. Разрази меня гром, если это не так, – пообещала девочка. – Ее зовут Флори, – прерывисто ответил Гари, похоже – он рыдал. Капитан подхватил на руки Элис с щенком и котомкой и отнес ее до двери, обнял на прощание и вернулся к шлюпке, стараясь не оглядываться. Плеск воды послышался со стороны пристани, затем все стихло. Стоя у двери, Элис тяжело вздохнула, какое-то время она еще смотрела на силуэт шлюпки, пока его не поглотил туман и ночная мгла. Собачка заерзала у нее на руках, напоминая о себе. Девочка тихонько постучала в дверь. Джон открыл ее и удивленно осмотрел дочь. – Где ты была, дочь моя?! Почему ты мокрая?! И откуда это чудо у тебя на руках? – громким шепотом поинтересовался встревоженный аптекарь. – Папа, успокойся, все хорошо, я только проводила капитана, а матрос Гари отдал мне собачку Флори, потому что маленьким собачкам не место на корабле, – деловито пояснила девочка и направилась с собачкой в ванную комнату на этаже. – Непременно сложи одежду в стирку и сама хорошенько оботрись полотенцем, ты же вся дрожишь, – негромко крикнул ей вслед Джон. Все в доме уже разошлись по комнатам и наверняка уже спали, кроме Мэри, она не спала. Когда Джон зашел в комнату, он сразу же поспешил ее успокоить: – Все в порядке, Элис дома. Правда, грязная, как «чучка». Ничего страшного, – умоется. Да, на руках у нее был симпатичный щенок, где она его взяла – неизвестно. Завтра расскажет. Похоже, что она успокоилась. Блейк предупреждал меня о том, что наша дочь что-то задумала, я тоже догадался – она попробует отправиться с ним в путешествие. Так и случилось. Слава богу, все обошлось. ___Тем временем Элис сняла мокрую одежду, умылась в тазике сама, помыла свои ножки и лапки собачки. Обтерев полотенцем себя и Флори, одела сухую одежду и направилась на кухню. Девочка проголодалась, собачка видимо – тоже. Она весело семенила следом за девочкой, – признала в ней свою хозяйку. «Как бы сделать так, чтобы Кири подружилась с Флори», – на ходу размышляла Элис. На кухонном столе стояло накрытое салфеткой блюдо с остатками ужина. Элис и Флори основательно подкрепились и запили все козьим молоком. Флори молоко очень понравилось, – она быстро опустошила блюдце. Хорошенько наевшись и согревшись, уже полусонные, они отправились в спальную. Отсутствие качки было непривычно для щенка, ее лапки заплетались, она пошатывалась, как пьяный боцман. Ступени лестницы были для нее великоваты, пришлось взять собачку на руки. Тихо войдя в свою комнату, Элис позвала Кири и представила ей Флори: «Кири – это Флори, Флори – это Кири». Первые минуты те настороженно смотрели друг на друга, собачка хотела залаять, но передумала и стала тихонько повизгивать, кошка подошла к собачке и с материнской заботой стала ее лизать. Элис самостоятельно улеглась в постель, там же она уложила кошку и собачку. Кири как обычно замурлыкала, а Флори еще немного покопалась в одеяле, свернулась в комочек и заснула, тихонько поскуливая и почмокивая во сне. ___В ту ночь Элис приснилось, что она уже в гостях у Блейка, на южном острове, где много диковинных животных, люди все приветливые, вокруг – удивительно красивые растения и разноцветные говорящие птицы. Все такое разнообразное…. Элис спала очень долго, – Мэри решилась ее разбудить уже в полдень. Зайдя в комнату к дочке, она обнаружила у нее на кровати лохматый комочек, который хотел спрыгнуть с постели, но боялся, – высота слишком велика для такого малыша. Как только Мэри спустила собачку на пол, та подбежала к двери и на минуту замерла. На том месте, где она приседала, осталась большая лужа. Осторожно разбудив дочку, Мэри расспросила ее о неизвестном малыше, на что Элис деловито ответила: – Это ответственный подарок от матроса Гари. Кстати, она мне очень нравится, это девочка, зовут ее Флори. Ты же понимаешь, мама, корабль – не место для маленькой собачки. Любая волна может смыть ее в море. – Если нравится собачка, научись подчищать за ней, ее надо приучать к месту и водить на улицу в туалет три раза в день пока она маленькая. Когда вырастет, тогда достаточно будет и двух раз, – строго проговорила Мэри и без лишних нравоучений и указала дочке на ведро с тряпкой. Элис послушно подтерла за собачкой. Уже уходя Мэри подумала: «Хорошо, что у нее теперь есть Флори». ___У Элис прибавилось хлопот, но зато у нее появилась настоящая подружка, – маленькая собачка. Такие маленькие собачки были только у вельмож, те носили их в кармане, чтобы у них не украли кошелек. Флори была немного крупнее. Ее пушистая и чуть волнистая коричневая шерстка на кончиках серебрилась, верх треугольных ушек тоже был светлым, карие глазки казались очень умными, едва распушившийся хвостик колечком лежал на спине. Выражая восторг, она махала им так, что двигалась попа и подкашивались задние лапки. Элис с ней никогда не расставалась, три раза в день она выгуливала и кормила ее. Девочке было приятно заботиться о ней, а Мэри была только рада их общению, – ее дочь почувствовала ответственность за крошечное создание. В первый же день Элис представила свою собачку всей семье. Больше всего Флори понравилась Майку. Вместе с ним и собачкой Элис каждое утро отправлялись на скотный двор ухаживать за молодняком, – весной домашние животные приносили потомство.

Глава VI

Встреча с ведьмой.

Каждое утро Майк и Элис отправлялись на скотный двор в компании с Флори. Они наполняли поилки и кормушки, выпускали животных в загон и заменяли старую подстилку. Дети выполняли нетяжелую, но повседневную работу. Чистку скотного двора, копку компостных ям и грядок, уборку снега и другую тяжелую работу в основном выполняли взрослые мужчины взамен на продукты или лекарства. Последнее время чаще всего этим занимался мужчина средних лет, живущий в чаще леса, расположенного рядом. Дети называли его «Лесовик». Он был высокого роста. Величественная осанка мужчины никак не соответствовала его внешнему виду. Одежда на нем была заношена, но не грязная. Копна светлых волос, борода, усы и брови почти полностью закрывали его лицо. Лишь выразительные глаза выдавали в нем умного и доброго человека. Звали его Себастьян. Он всегда приходил работать в сопровождении огромного пса. Примерно с полгода назад Себастьян впервые появился в аптеке у Джона. Он предложил ему свои услуги на постоянной основе. Себастьян рассказал о себе немногое, а Джон не стал проявлять излишний интерес. Мужчина показался ему надежным и добросовестным. Жил Себастьян в лесу один, его одиночество скрашивали несколько кур, две козы и лохматый пес Дик. Лес был непролазный. Лишь со стороны холма, где у аптекаря было хозяйство, можно было пройти в чащу леса по едва заметной тропе. Дикие звери были его соседями, Себастьян ставил им кормушки с солью, зерном и овощами. Все это он получал за работу у Джона. Ни власти, ни разбойники, ни охотники не заходили в лес. Мужчина следил за порядком в лесу и на холме у аптекаря. Себастьян был немногословен, обсуждал в основном только работу, никогда не жаловался на свою жизнь. По тому, как к Себастьяну относились животные, Джон мог утверждать только одно – это не злой человек. Иногда он приносил аптекарю в обмен лесные ягоды, лекарственные травы, грибы, добытую им дичь. Себастьян три раза в неделю приходил к аптекарю, выполнял свою работу и заказывал продукты. Мэри угощала его на кухне, – в кондитерскую он не заходил, видимо стесняясь своего вида. Пес всегда сопровождал своего хозяина, но в дом не входил, скромно ожидая его у входа. Дик был очень большой, как медвежонок. Выглядел он достаточно грозно, но на самом деле это был очень стеснительный и воспитанный пес. Флори вела себя с ним заносчиво и капризно, а вот Дик относился к ней с восторгом и обожанием. Майку и Элис нравился добродушный пес, он немного был похож на хозяина, – такой же огромный и лохматый. Когда они угощали его, Дик, сначала смотрел на хозяина и лишь после его разрешения, приступал к еде. ___Как- то раз дедушка Вильям попросил Майка и Элис собрать росу на холме. Они вышли пораньше, прихватив с собой Флори. Весело болтая, дети очень быстро наполнили склянки росой и отправились на скотный двор. Привычно наполняя кормушки, собирая яйца и меняя подстилки, они услышали тревожный лай Флори. Выйдя наружу, дети заметили возле дуба чью-то фигуру, возле нее бегала Флори и отчаянно лаяла. Сквозь рассеивающийся туман было плохо видно, кто это. Дети сначала решили, что это Себастьян, но почему на него лаяла Флори?! Майк и Элис растерялись и тут же направились к старому дубу, чтобы рассмотреть нежданного гостя. Подойдя поближе, они увидели странную старушку, одетую во все черное. На вид ей было не менее ста лет. Она отмахивалась от собачки клюкой и что-то бормотала. Неожиданно и стремительно, как ветер примчался Дик и заслонил собою Флори, вид у него был очень грозный, он застиг старуху врасплох, та испугалась, затряслась, кинула что-то на землю и бросилась бежать прочь. Ее черная одежда, как крылья вороны, колыхалась на ветру. Флори и Дик отогнали подальше непрошенную гостью и вернулись назад. На поляну вышел Себастьян, он видел все со стороны. – Надо будет рассказать вашему папе об этой старушке, уж очень быстро она бегает для своего возраста. Не нравится мне все это, – размышлял вслух мужчина, подходя к тому месту, где стояла старуха. На том месте в невысокой траве лежало румяное яблоко. Элис заметила его и потянулась к нему, чтобы подобрать, но Себастьян остановил девочку, положив ей руку на плечо: – Не трогай! Не подумала, как здесь оказалось это яблоко? Ваш сад на другом холме, да и яблоки еще не созрели! Самое лучшее – сжечь его. Майк, быстро собери сухую солому, хворост и ветки в овчарне, – там не так влажно. Утренняя роса еще не сошла, Майк пару раз сбегал в овчарню, принес оттуда охапку соломы, хворост и ветки. Они быстро разложили все это на месте кострища. Себастьян тут же разжег огонь. Майк из овчарни прихватил лопату. Дик сидел возле яблока и охранял его от Флори, – она пыталась его съесть. Себастьян, вооружившись лопатой, поспешил за яблоком. – Ты не хочешь его брать руками? Почему? – поинтересовалась девочка, вприпрыжку следуя за ним. – Поверь мне, так будет лучше….. – отдышавшись, ответил мужчина и многозначительно замолчал, указывая пальцем на землю. На том месте, где лежало спелое румяное яблоко, они обнаружили черную гниль. Не теряя ни минуты, Себастьян подцепил эту гниль лопатой и бегом направился к костру. Как только яблоко попало в огонь, раздался свист и шипение, из него как пена полезли белые черви, тут же сгорая в костре. Вверх поднялся черный дым, напоминающий по форме ту самую убегающую старуху. Червей было так много, как будто это было не яблоко, а огромная тыква. Когда наконец-то черви закончились, столб черного дыма как будто замер в воздухе на несколько секунд, а затем стремительно втянулся обратно, затушив костер. На месте кострища не осталось ни уголька, ни пепла. Все от удивления какое-то время стояли молча, только Флори бегала вокруг кострища и возмущенно лаяла. Дик спокойно сидел и флегматично наблюдал за происходящим. – Сэр Себастьян, Вы молодец, что сразу догадались его сжечь! Что бы мы без Вас делали, страшно представить! – первой нарушила молчание Элис. – А бабка то – не простая. Бети, сегодня же надо будет рассказать о ней Джону и старику Вильяму, – рассудил Майк. Элис посмотрела на него и кивнула головой. ___Прошло уже около месяца с тех пор, как капитан Блейк уплыл в далекие страны. Неделю назад Элис заметила, что стали происходить странные явления. Однажды днем над замком Стоунфорд , напротив их дома, собралась огромная стая ворон, их было так много, что все вокруг потемнело. Недолго покружив над замком, стая с шумом улетела в сторону окраины города. Затем послышались раскаты грома, небо затянуло черными тучами, началась сильная гроза. Это повторялось еще два раза, в такой же последовательности. А сегодня еще эта старуха с ее странным яблоком. Элис твердо решилась рассказать об этом отцу. В конце дня после ужина, Элис подошла к Джону и шепотом пригласила его к себе в комнату. Аптекарь был заинтригован и последовал за дочкой. Элис рассказала отцу про шкатулку с золотом, зарытую капитаном под старым дубом, о стаях ворон, про странную старуху, повстречавшуюся им на вершине холма, о яблоке, почерневшем на глазах. Джон внимательно слушал ее, не перебивая. В конце рассказа лицо его стало озабоченным. Он встал и с серьезным видом обратился к дочери: – Мы должны обсудить все с мамой, – с этими словами они отправились за Мэри. Уединившись в комнате Элис втроем, аптекарь пересказал жене все, о чем поведала ему их дочь. – Мы должны все рассказать нашей девочке, в целях ее же безопасности, – с серьезным видом подытожил Джон, глядя на жену. У Мэри на глазах заблестели слезы. Джон, несколько раз прошелся по комнате молча, затем сел напротив притихшей Элис и рассказал ей историю ее рождения, упомянув об опасностях, которые могут ее подстерегать, о погибшей матери и отце, который вынужден скрываться от преследований из-за того, что был богаче короля. Сходив в свой кабинет, Джон достал из потайной столешницы медальон с портретами родителей Элис, документ, в котором было записано имя и дата ее рождения, имена родителей. Все это он отдал дочери. Элис с изумлением стала рассматривать все. Джон внимательно наблюдал за дочкой, затем тихо добавил: – В сопроводительном письме говорилось о том, что тебя, Элис, наверняка будут искать, чтобы лишить жизни. Ты являешься единственной наследницей огромного состояния, права на которое ты можешь заявить по исполнении шестнадцати лет в определенном месте. Немного помолчав, он продолжил: – Мы полюбили тебя с первого взгляда, ты навсегда останешься для нас дочерью. С этими словами он крепко обнял Элис, а Мэри расцеловала ее, уже не скрывая слез. – Та старушка вряд ли искала клад капитана, скорее всего она искала тебя,