Александр Грохт, Влад Лей
Выжившие

Выжившие Глава 1 День 0

Джей

Этот день, наверное, я запомню на всю оставшуюся жизнь, насколько бы длинной или короткой она не была. Вполне, казалось бы, обычный день, который не предвещал беды, а уж тем более явно был непохож на тот, когда начнется падение всей человеческой цивилизации, когда рухнет весь привычный мир и погибнет множество людей.

Несмотря на то, что весна уже была в самом разгаре, вновь вернулись холода.

Я отчаянно кутался в пальто и сожалел о том, что поленился нацепить на себя шапку. Теперь мои волосы, которые я так долго и старательно отращивал, отчаянно трепал ветер. С неба срывался то ли дождь, то ли снег, и голова моя уже начала замерзать.

Черт! Ну почему не надел шапку, а?

Я развернулся и оглядел набережную. Никого похожего на того, кого я жду, не наблюдалось. Зато неподалеку на одной из лавок сидел мужик. Явно успел «нагрузиться» с утра какой-то бормотухой, сидел, развалившись, широко раскинув ноги, при этом запрокинувшись вперед, отчего казалось, что он вот-вот сверзится с лавочки и завалится на землю. Но пока каким-то чудом еще не упал…

Ветер и холодные капли били прямо в лицо, так что я поспешил отвернуться и уставился на темные, холодные волны.

Очень скоро они сменят свой цвет на куда более приятный, радующий глаз. Скоро на пустынном пляже появятся отдыхающие, здесь будет шумно, многолюдно, а в теплых морских волнах будет полно купающихся. Но пока еще везде было пусто.

Эх, как же я люблю этот городишко! В Приморск я переехал два года назад из столицы. Вот просто взял, плюнул на все и переехал. И после суеты большого мегаполиса здесь я смог расслабиться, вдохнуть, так сказать, жизнь полной грудью. Приморск ‒ город маленький, ему не сравниться с моей столицей – здесь нет вечных пробок, столпотворений на тротуарах, вечно забитого метро. Да чего там, тут даже метро нет, и жители от этого особо не страдают. По большому счету из одного его конца в другой можно дойти за час, ну, пускай, неспешно прогуливаясь, за два, но автобусных маршрутов было целых три. А все потому, что Приморск – город курортный, и даже сейчас тут есть немного туристов.

А переехал я сюда по предложению своего друга ‒ Вовки. Познакомились мы с ним давно, лет десять назад, работая над одним проектом, и с тех пор дружим. Именно он помог мне поначалу тут обустроиться, снять квартиру, в которой и живу по сей день.

Жил до этого дня…

Многие удивляются, ведь мы прямо-таки противоположности друг другу. Вовка ‒ здоровенный бугай, коротко стриженный, вечно небритый, ленивый, а я наоборот – худой, как швабра, такой же длинный, патлатый, и при этом обожаю активные виды отдыха. Нас вроде ничего не может связывать помимо работы и общих проектов, но нет.

Вовка ‒ любитель тягать железо, он таки заставляет меня ходить в зал, хоть я от этого особого кайфа не ловлю. Ну а я в свою очередь таскаю его на свои «развлечения», и главным из них является страйкбол. Причем Вовку я уже втянул в эту нашу, как между собой ее называем, секту настолько, что он наконец-то решился и купил себе нормальную снарягу.

Ну а я здесь, чтобы сделать ему сюрприз на день рождения, до которого буквально пара дней: нарыл в сети объявление о продаже практически новой снайперской винтовки. Хозяин уезжает из страны, и вот распродается. Договорились с ним о встрече тут, но что-то он не спешит… Я вон уже замерзнуть решил.

Самое обидное, что ведь есть у меня тачка – приехал бы на встречу на ней, сидел бы сейчас в тепле и в уюте, так нет. Стоит сейчас на сервисе, на самой окраине города и ждет своей очереди. А мне всего-то там нужно только поменять датчик кислорода, но поди ж ты! Неродной просто отказался работать, машина чадила и выдавала дикий абсолютно расход. А когда я таки добыл оригинал, передо мной в очереди оказалось еще пять машин, и ожидание грозило растянуться надолго. Как сказал Дилявер ‒ хозяин сервиса, ‒ день-два.

Ну ничего, пару дней помыкаюсь на общественном транспорте или на такси. В конце концов, не бедствую, могу себе позволить.

Нет, я, конечно, не миллиардер, но все же специалист востребованный. Вон, на мне десяток фирмочек, которые обслуживаю, ‒ Вовка подогнал. Сам он сидит в магазинчике со всякой женской бижутерией, сумками и прочими аксессуарами. Сайт клепает, контент пишет, заливает туда. Короче, вот такое у нас разделение труда – он клиента находит, создает сайт, сетку настраивает, компьютеризирует в общем. Ну а я потом, так сказать, техподдержку обеспечиваю, иногда и помогаю на начальных порах, если там все тяжко и печально.

Я в очередной раз повернулся, надеясь увидеть спешащего ко мне с кейсом, в котором лежит винтовка, продавца. Но нет, никого похожего.

Зато бомж, который ранее сидел на лавке, поднялся. Стоит, расставив ноги, сгорбившись. Руки безвольно свисают вниз, от чего делают его похожим на эдакого орангутанга в зоопарке. В целом похоже. Если его не стричь пару годиков, посадить в вольер – вполне сойдет.

О! Оживился! Недалеко от него пробежала дамочка, цокая каблуками, и, видимо, этот звук пробудил жизнь и мысль в алкаше – он тут же двинулся за ней.

Но дамочка, повернув к нему недовольное лицо, что-то резко сказала, тут же ускорилась, оставив алкаша далеко позади. Наверняка отшила, мол, денег нет или не дам.

Алкаш вновь замер в растерянности, ну а я отвернулся от него. Ветер, блин, аж глаза слезятся. Да и представление вроде как уже закончилось.

– Простите, это вы ‒ Евгений?

Я повернулся! О, мой клиент!

Мужик немногим старше меня, что-то около тридцати с хвостом, невысокого роста, в очках, а в руках у него кейс, в котором как раз может быть винтовка.

– Он самый, – кивнул я, – а вы ‒ Леонид?

– Ага.

– Ну давайте поглядим, чего там у вас…

Мы подошли к скамейке, Леонид положил на нее кейс и открыл.

Да…винтовка то, что надо, и явно еще не юзанная.

– Купил, думал, успею с ребятами побегать, но… – вздохнул продавец, – предложили хорошее место, решил перебираться.

– Чего с собой не возьмете? – кивнул я на «игрушку».

– Да пока там еще обвыкнусь, пока в колею войду, пока местных любителей подобных развлечений найду, – усмехнулся Леонид, – чего ей без дела лежать? Да и на границе, сами знаете, пристанут.

– Это да, – кивнул я.

Сколько раз со своей командой летали на соревнования, да и просто в «гости», и каждый раз к нашим «грузам» возникала куча вопросов. Пару раз даже с рейсов снимали.

Я взял винтовку в руки, начал проверять. Для меня она была велика, казалась неудобной, хотя вообще-то я и из нормального, огнестрельного оружия куда больше люблю дробовики, а в страйкболе – марксманки и пулеметы, а не эти дальнобойные весла, которыми хорошо в лодке грести. Ну а Вован у нас снайпер. Смешно сказать – такая детина, без очков ни хрена не видит, а тут на тебе – снайпер…

Впрочем, было у меня одно объяснение, почему Вова любит снайперки – из-за врожденной лени. А что, дочапал до удобных кустиков, развалился в них и лежи себе. Это штурмовикам, пулеметчикам бегать надо, а снайперу…

Шучу конечно! И Вовке-снайперу побегать пригодится. Да и просто лежать в кустах мало – надо еще уметь выследить и выцелить противника, а это уже, можно сказать, природный дар надо иметь. И он у Вовки есть, как ни крути.

Пока проверял, осматривал винтовку, чуть в стороне началась какая-то возня, крики, маты.

Мы вместе с Леонидом повернулись в ту сторону и увидели того самого бомжа-алкаша, за которым я недавно наблюдал. В этот раз тип прицепился к проходящей мимо парочке. В паренька вцепился прямо-таки мертвой хваткой, а тому явно не хватало сил отбиться.

Я уже было хотел вмешаться, но парень все же одержал верх – как-то выкрутился, выпутался, а затем пнул ногой алкаша, заставив отступить.

Парочка тут же бросилась прочь.

Когда они пробегали мимо нас, я услышал, как девчонка причитала:

– Коленька! Что там? Покажи! О боже! Да он же тебя укусил! Нужно срочно продезинфицировать, обработать и…

– Да пустяки, Танечка, мелочь! – отвечал парень.

Они пробежали мимо нас. Алкаш же неуклюже пытался подняться на ноги.

– Надо же, – хмыкнул Леонид, – еще один полудурок.

– В смысле? – не понял я.

– Да сегодня утром у меня во дворе такой же красавец на девушку напал. На работе коллега рассказывала, что пока в автобусе добиралась, там какой-то бомж сильно искусал кондукторшу, которая его из салона выгнать пыталась… Прямо эпидемия бешенства какая-то…

– Угу, или белой горячки, – хмыкнул я, но сам задумался.

– Так, ладно, – не дав мне толком поразмыслить, перевел тему Леонид, – что по винтовке? Берете или не берете?

– Беру, – кивнул я, полез в карман за кошельком, затем достал, пересчитал деньги и отдал их Леониду. – Прошу.

– Ага, спасибо, – тот быстро пересчитал купюры и спрятал в карман, – там, в кейсе, еще коллиматор «Эотек» и «Аког 4-х». Китайские, ясное дело, но пригодятся, думаю. Мне-то без надобности уже. Или «пока», правильнее сказать… Короче, бонус вам!

– О! А вот это отлично, спасибо. Действительно пригодятся.

– Ну удачи тогда, приятного пользования, – он протянул мне руку.

– Спасибо. А вам удачи на новом месте, – пожал я ее.

На том и разбежались.

Я уложил винтовку в кейс, закрыл его и достал телефон, намереваясь вызвать такси.

Пока открывал приложение и делал заказ, недавний алкаш таки поднялся на ноги, стоял, шатаясь, озираясь вокруг. Наконец он заметил меня и тут же двинулся навстречу.

– Даже не думай! – предупредил я его.

Однако ему было плевать на мои слова.

В целом я его совершенно не боялся – уж постоять за себя я могу. Но…

Одного взгляда на него хватило, чтобы у меня по спине побежали мурашки.

Какой-то он…странный, и это мягко сказано. Обвисшее, обрюзгшее лицо настолько неестественного цвета, что даже глазам неприятно. Походка у него такая, будто бы его за нитки дергают, будто и не человек это, а кукла на веревках.

А его взгляд… Он уставился на меня, не мигая, глаза застыли, словно были стеклянными. Но сами глаза…в них сложно было разглядеть зрачок или радужную оболочку, все словно затянуто эдакой белой пленкой.

Он шел, что-то бормоча себе под нос, но когда приблизился, я услышал, как он то ли стонет, то ли хрипит, кажется, даже услышал, как он зубами стучит.

Желание отбиваться от такого голыми руками ушло столь же быстро, как и появилось.

Ну его на фиг, такие приключения! Дашь такому в зубы, и потом неизвестно от чего лечись.

Благо заказ мой был принят и, если верить карте, отображавшейся на экране, машина уже была практически на месте – пока я дойду до проезжей части, а это метров пятьдесят от набережной, такси уже подъедет.

Собственно, я просто развернулся, взял кейс и быстрым шагом направился к дороге, где сновали туда-сюда машины.

Алкаш попытался следовать за мной. До меня доносилось его сипение, нечто вроде бормотания и тяжелые, прямо-таки несчастные вздохи.

– Да отвали ты! – бросил я через плечо.

Он на мое предложение никак не отреагировал.

По дороге катил автомобиль в черно-желтой раскраске. Кажется, это и есть мое такси.

Ну, точно, водитель припарковал автомобиль, но из него никто не вышел.

Я направился в его сторону.

Алкаш, плетущийся за мной, чуть отстал. Все же шаг у меня быстрый, не всякий нормальный человек может поспеть, а этот и тем более.

Я добрался до машины, открыл переднюю пассажирскую дверь.

– К Садовой? – скорее даже констатировал, чем спросил я.

Водила просто кивнул.

Я захлопнул дверь, открыл заднюю. Сначала завел в салон кейс с винтовкой, затем уже залез сам, закрыл дверь.

– Этот что, с вами? – спросил таксист, кивнув на окно.

Алкаш, плетущийся за мной, добрался до такси и замер, будто не понимая, как действовать дальше.

– Нет конечно, какой-то местный полудурок. Сначала к людям приставал, а теперь вот ко мне привязался. Поехали!

В этот момент алкаш словно бы попытался меня схватить – протянул руку, но она уперлась в стекло.

– Ты чего делаешь, придурок? – возмутился таксист.

Алкаш никак на это не отреагировал, наоборот, уперся моськой в стекло и принялся его облизывать или пытаться прогрызть – хрен пойми, чего у него там в голове.

– Не, ну идиот… – начал было таксист, и я понял, что он собирается выйти из машины и проучить алкаша.

Ощущение чего-то непоправимого, прямо-таки опасного захлестнуло меня.

– Поехали, я очень спешу! – сказал я.

Почему-то я понял, что именно такой подход будет правильным. Не стоит говорить водиле, что алкаш этот какой-то неправильный, что он кусается, и вообще… Мое решение оказалось куда более эффективным. А как показали последующие события, вполне возможно, что этим своим поступком я спас жизнь таксисту…

Водитель вылезать из машины не стал, просто врубил передачу, включил поворот и плавно двинул автомобиль вперед.

Мы выехали на крайнюю правую полосу и автомобиль начал набирать скорость, оставив странного алкаша далеко позади.

– Совсем уже сдурели, – сказал таксист, – это уже третий такой за сегодня. Наверное, водяра какая-то паленая в город приехала, вот бичи и травятся, с ума сходят…

– Может, – согласился я. Хотя в такую теорию не верил, от слова совсем. Этот контингент и незамерзайку пил, и из тормозной жидкости что-то гнать пытался, и все нипочем. А тут водка, видите ли, паленая, и они как с ума посходили… Нет, не водка это.

Тут я вспомнил морду алкаша, его голодные, страшные глаза, уставившиеся на меня, и по спине пробежали мурашки. Неправильно что-то с ним, вот совсем…Будто и не человек вовсе, а…

Внезапная догадка промелькнула в голове, как молния. Куча фильмов, а главное ‒ компьютерных игр, в которые мы с Вованом обожали залипать по вечерам, дали мне подсказку к тому, что происходит.

И мы даже иногда обсуждали, что делать в таком случае, как действовать. Однако всерьез в вероятность такого события никто из нас не верил.

Однако вот оно – вокруг. Симптомы налицо, в лучших традициях, так сказать. Но я отказывался в это верить. Ну не может быть, что преследовавший меня алкаш – это оживший мертвец, жаждущий человеческой плоти. И как бы я ни любил научную фантастику, поверить в такое, привязать к своей реальности я не мог.

Словно бы пытаясь опровергнуть возникшую теорию, я достал телефон и полез смотреть новости, попросил таксиста включить радио и найти новости там, однако новостные каналы на эту тему молчали. По радио тоже было все что угодно, но про алкашей, кусающих на улицах, не было ни слова. Хотя нет, кое-что было – количество обратившихся в травмпункт увеличилось, однако с чем это связано – не объяснялось.

Я полез в мессенджеры и принялся просматривать новостные группы, как местные, так и общие.

Забавно: на более-менее больших, вроде как заслуживающих доверия и обладающих репутацией «правдивых» и самых «свежих», ничего. Зато в местных мелких пабликах сообщения о нападениях, о странных людях имелись, и в больших количествах.

Я проскролил всю ленту и пришел к выводу, что первые нападения начались еще ночью или даже вечером.

Я переключился на телефонную книгу, нашел номер Вована и набрал его.

Десять утра, и он наверняка еще спит. Ну так не хрен спать, когда тут такое происходит!

– Да? – послышался заспанный, недовольный голос моего приятеля.

Глава 2 Факты налицо

День 0. Боб

Володя сел на кровати и еще раз поглядел на телефон в своей руке. Ему сейчас это приснилось или нет?

Он посмотрел на время, проверил список входящих. Нет, таки не приснилось. Жека звонил и, похоже, все, что он рассказал, действительно было наяву.

Однако спросонья Вовка воспринимать это не желал. Сколько время? Блин, десять утра. Еще бы часик покемарить, а то вчера он засиделся, пытаясь добить код, а затем, решив расслабиться, зашел в любимую игруху, в которой просидел почти до четырех, пытаясь вразумить компьютерного болвана, что нападать на его, Вовину, цивилизацию было глупой идеей.

Собственно, все как обычно.

Вовка зевнул так, что тут же свело челюсть, однако он знал отличный способ, как от этого избавиться. На самом деле, когда так зеваешь, заедает не челюсть, а язык. Достаточно просто его высунуть и подержать несколько секунд, после чего все неприятные ощущения пройдут.

Как всегда сработало.

Вовка с тяжелым вздохом поднялся с кровати, напялил домашние треники и пошлепал на кухню.

Завтракать он не любил, поэтому просто включил электрический чайник, сполоснул чашку, бухнув ее на стол, сыпанул туда сахара добрых пять ложек и кинул пакетик чая.

Затем проверил тумбочку, где держал сладости, до которых был падок. В отличие от многих своих друзей, он не испытывал особо пиетета перед пивом или более крепкими алкогольными напитками, его страстью были сладости, и без них он не мог прожить ни дня. Да чего там, едва продрав глаза, он сразу за ними лез, вот как сейчас.

В заначке обнаружились вафли ‒ старые и невкусные, которыми он побрезговал вчера. И больше ничего, к сожалению, не было. Ну и ладно, сойдет… По пути на работу чего-нибудь купит.

Пока чайник грелся, Володька прошлепал в ванную ‒ умываться и приводить себя в порядок.

Когда вернулся на кухню, чайник уже выключился. Он налил себе полчашки кипятка и затем разбавил холодной водой. Вот такой у него еще один бзик был – не любил слишком уж горячий чай.

Усевшись за стол, он откусил вафлю, запил ее неимоверно сладким чаем и, включив фоном телевизор, принялся ковыряться в телефоне, просматривая новости, накопившиеся с вечера.

Теперь, когда сознание его прояснилось, он окончательно проснулся, можно было «переварить» все то, что рассказал ему Жека.

Так… Весь рассказ сводился к тому, что в городе бомжи помешались: начали нападать на других людей, пытаясь укусить.

Само по себе звучит как какой-то стеб, однако нет. Пусть по ящику, где как раз начались новости, об этом ни слова, на основных новостных ресурсах в интернете тоже тишина, зато во всевозможных местных пабликах много крайне странных и подтверждающих слова Жени сообщений…

Вообще, Женя хоть и не говорил открытым текстом, однако вся его речь сводилось к одному – очень похоже, что начался…нет, даже сам Вова в это отказывался верить. Ну какой, на хрен, зомби апокалипсис? Какая-то эпидемия, типа бешенство. А почему нет? Всякие свиные, гусиные, йорк-терьерские гриппы ведь были? Всякие коронованные штаммы, чумы и так далее уже свирепствовали? Почему бы теперь не начаться какому-нибудь верблюжьему бешенству?

Смех смехом, однако Вова насторожился. Сообщений в пабликах хватало, и все как один повторяли друг друга – нападавшие никак не реагировали на слова, не боялись тумаков и отчаянно лезли кусаться. По большей части успешно лезли: пострадавших хватало…

Так…

Вова выключил свой телефон, вырубил телевизор, и уже в тишине допивал чай, доедал вафли, стараясь сосредоточиться на собственных мыслях. Однако результата это не дало – слишком мало информации, чтобы делать хоть какие-то выводы…

Он решил переключиться на повседневные дела.

В принципе на работу он заявлялся ближе к полудню, чем был крайне недоволен его нынешний босс, но Вове было плевать – не его проблема. Сайт он делает, контент тоже, пусть и частично, но работает. В самом магазине проблем тоже нет – компы у сотрудников «на ходу», сеть функционирует. Какие к нему претензии могут быть?

Босс пытался что-то бубнить, но понимал – Вове все до лампочки. Более того, начнешь на него давить – он просто плюнет, развернется и свалит, так что в конце концов он отстал и дал спокойно работать. Тем не менее, на офисе следовало появиться – еще вчера днем бухгалтерша ныла, что интернет тормозит, а менеджер по продажам – Аська, просила помочь ей разобраться с базой.

Бухгалтершу Вова бы послал в свойственной ему манере, заявив нечто вроде: «Интернет не тормозит, а вошел в синхронизацию с возможностями пользователя», ну или что-то в таком духе. А вот менеджеру он решил помочь – та его по мелочам не дергала никогда, да и относился он к ней с симпатией.

Она даже глазки ему строила, но…разница лет в десять Вову смущала, и он морозился, за что Жека его регулярно подкалывал.

А еще сегодня вроде начальник «планерку» собирал. Надо присутствовать… И, кстати, зарплату сбить. Офисный планктон еще на той неделе получил, а Вова замотался, забыл…

Закончив с чаем, он собрал вещички, вышел из квартиры.

Жил Вова на самой окраине, в «сталинке», которых тут было аж целых пять. Вообще, ходили слухи, будто целый район планировался с такими домами, или даже два, но что-то не срослось, и ограничились всего пятью домами на весь город. Впрочем, были в Приморске и девятиэтажки, но большинство зданий ‒ одно, двухэтажные.

Спустившись со своего четвертого этажа во двор, он направился к серому седану.

Машина была далеко не новой, даже можно сказать, повидавшей виды, однако все же когда-то считалась даже не бизнес, а премиум классом.

Вова, когда ее покупал, денег особо не имел – как раз период в жизни был неудачный. Так бы, конечно, что-то поновее приобрел, но…

Его старенькая отечественная малолитражка, еще девяностых годов выпуска, приказала долго жить, чему несказанно обрадовались все приятели Вовы, упрашивавшие его от этой тачки избавиться.

Дело в том, что с его комплекцией смотрелся он в миниатюрном автомобиле очень и очень забавно.

– Скоро придется окна открывать, чтобы щеки не давили! – шутил Жека, но Вова упрямился.

Тем не менее, жизнь все расставила по своим местам – машину он таки поменял, и не пожалел.

«Новый старый кореец» кардинально изменил мнение Володи об автомобилях.

Климат-контроль, стеклоподъемники, подогрев стекла и сидения, мощная печка и удобный салон сделали свое дело. Вова своим приобретением был доволен.

А уж когда он приловчился к габаритам, начал спокойно катать по улицам, счастью его не было предела.

Вот и сейчас, несмотря на страшный холод, машина завелась с полтычка. Приятно и тихо заурчал двигатель.

Вова, пока прогревал автомобиль, включил радио на любимую станцию. Здесь гоняли рок. Песни от восьмидесятых до начала двухтысячных ‒ то, что Вова и любил.

Едва включил радио, заиграл Цой, и Вова сначала принялся барабанить в такт по рулю пальцами, а затем и вовсе подпевать.

Хотел было подкурить, но обнаружил, что забыл сигареты дома. Обычно в машине, в дверце, у него всегда был НЗ, но лежащая там пачка оказалась пуста.

Что ж…подниматься назад на четвертый этаж было лень, да и в магазин он все равно собирался заехать, так что…

Цой закончил требовать перемен, машина прогрелась уже более чем достаточно, лобовое стекло распотело, Вова включил первую передачу и аккуратно выехал со двора.

Улицы родного Приморска ничем особым сегодня не выделялись – было слякотно, всюду лужи от летевшего с неба то ли дождя, то ли снега.

Тоже мне, блин, весна…

По улицам сновали редкие машины, по тротуарам брели прохожие. Людей мало ‒ ну так, рабочий день, еще и погода такая…

Вова ехал медленно, старательно вертел головой по сторонам, но ничего подозрительного, уж тем более признаков надвигающегося зомби апокалипсиса так и не увидел.

Он вывернул с маленькой улочки на главный «проспект» города, но проехав меньше полкилометра, вновь свернул и заехал на парковку перед «Продо» – небольшим сетевым супермаркетом, в котором часто делал покупки. Вообще, товары тут нацелены на пенсионеров и тех, кто желает сэкономить – ассортимент приличный, но все простенько, цены демократичные. Летом тут не протолкнуться от «дикарей» и «бедных» туристов.

Вова сюда заезжал за всякой мелочевкой – сигареты, хлеб. Сладости были никакими. Хотя кое-чего и было интересное. Нормальные продукты Вова предпочитал покупать в «Royal» – большом супермаркете на въезде в город, где были и продукты питания, и электроника, и строительный отдел, садовый… Да тут было все, а главное – свежая выпечка, которую Володя любил и уважал. Но ехать туда сейчас ему не хотелось ‒ далеко, да и время поджимает.

Он остановил свою «кореянку» поближе к входу и уже автоматически вытащил ключи из замка зажигания. Забросив их в карман, двинулся в магазин. Машину он не закрывал – угонять ее тут некому, да и слишком приметная. Такие в городе если есть, то максимум две-три. Снова-таки, старая она… Сколько за нее можно получить? А сколько при этом будет геморроя… Короче, не тронет никто.

Вова быстрым шагом, чтобы не промокнуть, добрался до входа, двери гостеприимно разъехались в сторону и в лицо подул легкий, теплый ветерок.

Ух, как хорошо! А то на улице прямо до дрожи пробирает.

В самом маркете было тихо и спокойно. На первый взгляд даже необычно пусто. Ну, Вова сюда попадал в районе обеда или вечером, когда народ активно за покупками прет.

Сейчас в зале бродило несколько покупателей – он увидел бабку в пуховом платке, орлиным взглядом рассматривающую банку с консервами, женщину лет пятидесяти со строгим лицом в деловом костюме. Он таких «мадама» называл – уж очень пафосные и гордые. Мадама шла вдоль витрин, толкая перед собой тележку, в которой уже было полно продуктов. Еще Вова заметил мужика, судя по виду, страдающего похмельем и залипшего возле полки с минеральными водами. В зале был кто-то еще, но уже их Вова не разглядел – люди были за витринами.

Касс здесь было четыре, но как заведено в секте торгованов, работала только одна. Там сидела скучающая кассирша, которой ни до чего не было дела – она была поглощена клацаньем своего телефона.

Вова зашел в торговый зал и сразу направился к кондитерской витрине.

Так…чего же взять? Точно не вафли. Они тут препаскуднейшие. Именно ими он давился полчаса назад. Что тогда?

У витрины он проторчал пару минут и таки сделал выбор – схватил упаковку вафельных трубочек с кокосовым наполнителем. Производитель нормальный, тут точно херни не будет, а остальное – резина резиной…

Идти на кассу с одними трубочками он поленился, решив еще чем-то нагрузиться. Взял упаковку печенья и по пути к кассе схватил литр «Тархуна», который обожал.

Обойдя витрину, он остановился и тяжело вздохнул.

Вот ведь западло! Думал, что быстро справится и успеет на кассу первым, но его опередили.

Сейчас кассирша пропикивала ту самую «строгую учительницу», чья тележка была набита продуктами до краев.

Следом за ней пританцовывала от нетерпения бабка, держа в руках пластиковую корзинку. Там набор был попроще – консервы, дешевая буханка хлеба, дешевый же майонез, пакет с картошкой и что-то еще.

За бабкой со страдальческим лицом, облокотившись на витрину, висел похмельный мужик, а последним в очередь пристроился дородный господин с объемным пузом, объемистыми щеками и, что таким свойственно, вечно недовольным, сердитым выражением лица.

Вова тяжело вздохнул.

Да что ж такое, что за западло то а? Иногда его посещала мысль, что люди в магазинах, в салонах, в общественном транспорте просто стоят и втыкают в стены, будто мобы в компьютерной игре, но стоит только появиться игроку, в данном случае ему, Вове, как мобы тут же оживают и изображают бурную деятельность. Вот как сейчас – когда зашел, ведь никого не было на кассе, все туканили у витрин. И вот минуты не прошло, как всем дружно понадобилось на кассу.

Вова развернулся и направился вглубь торгового зала. Пройти кассу быстро явно не получится. Там столпотворение минут на пять, не меньше.

– Галя! У меня отмена! – послышался крик кассирши.

О-о-о…ну если код «Галя» – то это серьезно. Минут на десять, минимум.

Вова сделал еще один круг по торговому залу. Схватил хлеб, поторчал у колбасной витрины, выбирая себе что-то на обед. Варианты были не ахти – все просто дерьмового качества, но вот сардельки вполне приличные.

Их Вова и схватил. Целую пачку из четырех штук, которую и намеревался схарчить в один присест. Хотя нормальному человеку и одной-двух хватило бы, но Вове было мало…

Как шутил Женя: «Ты у нас мужчина крупный, рогатый, тебе надо дозу побольше».

В довесок к сарделькам взял еще плавленый сырок «Дружба», к которым с детства испытывал любовь. И хоть сейчас их вкус кардинально поменялся (и нет, не как многое другое, в худшую сторону, а по скромному мнению вовы, в лучшую), своим предпочтениям Вова не изменял.

Так-с…ну, пожалуй, хватит. Еще сигареты надо не забыть купить. Что там на кассе? Пробка прошла?

Пока он увлеченно прыгал среди витрин, не обращал внимания на голоса в другой части зала. Однако теперь, приближаясь к кассе, он услышал недовольные возгласы.

Ну мало ли чего там – Галя не может никак выплыть из подсобки для «отмены», или же товар пробили по одной цене, а ценник был с другой.

Однако когда Вова подошел ближе, то понял, что дело не в ценах или Гале.

У раздвижных входных дверей стоял мужик. Выглядел он, мягко говоря, странно, будто только из канавы вылез – весь грязный, мокрый, в помятой одежде, сам весь какой-то перекошенный.

Он схватился за тележку «деловой мадамы», которая как раз отошла от кассы и направлялась на выход.

Дама активно двигала тележку, словно бы пытаясь сбросить с нее «зайца», но у нее ничего не получалось.

Собственно, гвалт создавали сама мадама, кассирша, оравшая про «вызову полицию», и бабка, проклинавшая неких абстрактных иродов, которые «понажруться и лазиют тут». Похмельный мужик за ней и дядя с большой мордой пока молчали. Легендарная Галя, уже выполнившая свою миссию, молча развернулась и, ни на кого не обращая внимания, уплыла в сторону склада.

Что касается дебошира – он Вове сразу не понравился. Уж очень в нем много «странного»: одежда, пусть и грязная, замызганная, но явно приличная. Этот тип точно не бомж и не алкаш. А такие до состояния невменяемого животного нажираться не умеют – вырубаются раньше.

Вторая странность – лицо. У него какой–то очень нездоровый оттенок. Нормальный человек так выглядеть просто не может. Сами движения резкие, неточные. Нет, пьяные так не двигаются…

Тем временем мадаме надоела вся эта возня. Она отпустила тележку, шагнула к странному типу и попыталась просто его оттолкнуть, но тот неожиданно схватил ее за руки, потащил к себе, вытянул шею, словно бы пытаясь поцеловать.

От внезапного женского крика по спине пробежали мурашки. В нем было столько страха и отчаянья, что проняло всех.

Похмельный и большемордый тут же кинулись на помощь мадаме. Старуха осталась на месте, но принялась потрясать свой клюкой, словно какой-нибудь генерал шашкой, призывающий бойцов идти в атаку.

Странного типа от женщины таки оттащили, оттолкнули, от чего он упал на пол.

Сама женщина была явно напугана, она отошла к кассе, держась за шею. Из-под ее лощеных, наманикюренных пальцев обильно текла кровь.

– Я полицию вызываю! – орала кассирша.

– Скорую вызывай! Скорую! – подсказывал ей толстомордый.

Тем временем тип начал подниматься на ноги.

– А ну лежать! Слышь! – приказал ему похмельный, но тип не обратил на него никакого внимания.

Вернее обратил, лишь когда поднялся – без лишних предисловий попер на похмельного.

Тот, то ли растерявшись, то ли еще по какой причине, бить оппонента не стал, попытался скрутить, заломать, однако тип изловчился и впился в руку похмельного.

Тот заорал благим матом, отпустил типа, оттолкнул от себя.

Вова видел, что между большим и указательным пальцем похмельного остался след укуса, выступила кровь.

Если до этого момента он к рассказу Жени относился с явным скепсисом, то теперь, увидев все воочию…

– Да держите уже окаянного! – верещала бабка. – Псих какой-то, видать! Ишь, чего удумал, кусаться!

Вова свалил все свои покупки на ленту, протиснулся мимо большемордого, а затем подвинул раненого в сторону.

Кусачий тем временем поднялся. Он уставился на Вову и тому крайне не понравились глаза противника. Словно бы затянуты пленкой, да еще и столь плотной, что толком зрачка не видно, не то что радужную оболочку.

И было в этом взгляде что-то…нечеловеческое, противоестественное даже.

Тип долго рассматривать себя не дал – тут же пошел на Вову, но тот не зря несколько лет ходил в качалку и так, чисто для себя, занимался боксом. Удар у него был поставлен отлично.

Чуть заведя корпус назад, он вмазал в челюсть оппонента. Удар получился знатный. На спаррингах Вова не раз и не два таким образом вырубал противников, ну, как минимум «ронял» их на ринг, и они были полностью дезориентированы. Но не этот мужик.

Он хоть и рухнул на пол, однако тут же начал подниматься.

Да как так то?

Вова был в растерянности, забыл даже о том, что вот только что размышлял о «зомби» как таковых, этого типа уже записал в их число, а тут решил его ударом в челюсть остановить.

До Вовы вдруг дошло, что таким ударом он мог себе рассечь кожу на кулаке и чего доброго заразиться какой-нибудь болячкой. Так что когда тип вновь пошел на него, Вова отправил его на пол ударом под дых.

И снова никакого эффекта. Но так не бывает! Вова знал силу своего удара, и чтобы после него никакого результата не было – просто невозможно.

Но вот же, вот она реальность – противник просто упал, но уже поднимается на ноги.

И сейчас опять попрет на Вову.

Что делать?

Он совершенно растерялся.

– Да скрутите вы этого дурака то! Чего вы ему морду бьете? Видите же – дурной он! – голосила позади Вовы бабка.

Бабка!

Вова резко развернулся и выхватил из рук оторопевшей от такой наглости старушенции ее клюку.

Далее, орудуя клюкой, он принялся отталкивать от себя типа, пока тот не напоролся на низкое заграждение при входе в торговый зал, от чего вновь оказался на полу.

Вова тут же схватил его за грязные штанины, потянул на себя, а затем попросту перевернул на живот, стал ногой на спину, не позволяя встать.

Тип елозил рукой по полу, дергался, но подняться не мог.

Вова облегченно перевел дух, однако тело под его ногой продолжало извиваться и дергаться, пытаясь подняться.

Это долго продолжаться не могло. Рано или поздно этот урод вырвется или Вова просто потеряет равновесие.

– Да лежи ты, падла! – приказал ему Вова, но тот ничего не ответил.

– О! Полиция! – послышался чей-то возглас.

Вова повернулся и увидел возле входа в магазин белый полицейский автомобиль, над которым мигали проблесковые мачки.

Тут же двери открылись, и зашли двое в форме.

– Что тут у вас? – спросил один из них.

– Этот вон на женщину напал, укусил ее, – принялась объяснять кассирша, – еще мужчину за руку цапнул…

– Понятно, – кивнул один из копов и двинулся к Вове, – все, отпускайте его.

– Нет, ребят. Он совсемнеадекватный – слов не понимает, – ответил Вова, – отпущу, и он на вас полезет.

– Справимся, – ответил коп.

Едва Вова отпустил типа, копы его тут же «скрутили». Вот что значит опыт и навык. Тот даже дернуться не успел. Но даже в наручниках, когда его под руку держал один из копов, он щелкал зубами, рычал, будто зверь, и пытался дотянуться до конвоира.

– Да успокойся ты уже! – в сердцах бросил коп, но тот и ухом не повел.

– Давай его в машину, – приказал второй.

Пока его запихивали в патрульный автомобиль, к супермаркету подъехала скорая.

В первую очередь взялись за покусанную женщину – ее практически сразу погрузили в машину, похмельного тоже с собой забрали, хоть он и сопротивлялся.

Вова торчал тут еще минут двадцать, пока коп опрашивал свидетелей, записывал их данные. Благо кассирша сигареты продала, а то курить хотелось неимоверно…

Когда полиция наконец-то уехала, забрав с собой и типа, Вова сгреб покупки и направился к своей машине…

Глава 3 Сервис

Вову я таки разбудил, однако не уверен, что он смог понять, о чем я вообще толкую. Пришлось говорить полунамеками – я ведь все еще в такси, и почему-то не хотелось, чтобы таксист принял меня за умалишенного.

Когда закончил разговор, такси как раз подъехало к моему дому. Я выскочил из машины, пошел к подъезду.

Уже зайдя в квартиру, разувшись, рухнул на диван и крепко задумался на тему всего происходящего вокруг.

Вспомнил все книги, все фильмы, прочитанные по теме «Большого П». Допустить, что это именно он, было можно, но…очень уж не хотелось допускать. И уж тем более осознавать себя в этом всем. Надеяться, что ты будешь одним из немногочисленных счастливчиков, которые все это переживут, ‒ сильно самонадеянно.

Но…если не ошибаюсь, то выживают те, кто был готов. Или же быстро принял новые правила игры, начал действовать сразу, подстроился под обстоятельства.

Остальные ‒ менее сообразительные, проворные, не желающие верить и понимать новую реальность превращаются в монстров…

Итак, мне в монстра превращаться категорически не хочется, а значит надо выживать, быть готовым ко всему.

Вот только чтобы быть готовым – нужны бабки.

Да-да, я нисколько не шучу. Если все только началось, то бабки могут решить множество проблем. Если их в изобилии – можно загрузить самолет провизией и свалить на необитаемый остров. Жить там, припеваючи, долгие годы и горя не знать.

Если денег в достатке, но на остров не хватает, можно сделать себе эдакий бункер. Снова-таки, набить его всем необходимым, отгородится от всего мира и сидеть, дожидаясь, либо пока все наладится, либо хотя бы пока самая большая угроза минует.

Если же и с этим проблемы, то нужно думать…

Вот у меня на остров или на бункер денег нет, но все же кое-чего имеется.

А значит сейчас, в самом начале надвигающегося «Большого П», я могу себе обеспечить лучшие начальные условия, чем были.

Как? Да купить то, что поможет мне выжить и защититься.

К примеру, со страйкбольным оружием портив зомби не навоюешься. Ну не убить из этих пукалок не то что мертвяка, а даже человека. Или же нужно очень сильно постараться. А стараться может оказаться некогда – если противников будет несколько, как вариант.

А раз так, то нужно искать пушки или варианты, где их достать.

Вот только как? Оружие и патроны мне никто просто так не продаст. Разрешения то нет. И даже надвигающийся глобальный армагедец не заставит никого подставлять свою задницу. А ну как «Большой П» не придет? Что тогда выйдет? Выйдет, что ты продал оружие какому-то типу, который с ним дел наворотил. И тип на нары пойдет, и ты в соседнюю камеру.

Значит, надо искать кого-то, кто и раньше не боялся оружием из-под полы торговать.

Да только как его искать? Я мало того, что в таких кругах или хотя бы приближенных к ним не крутился, так еще и пришлый тут, недавно ведь переехал.

Хотя, ведь есть один товарищ, с которым пару лет назад на соревнованиях познакомились, и с которым бывало и шашлычок кушали, и водку пили с пивом. Тип он, правда, верткий какой-то, мутноватый… Но несмотря на это, подстав от него никаких я так и не дождался… А еще он частенько хвастал, что может найти все что угодно. И ведь находил! Ребята говорили, что помочь действительно мог.

Короче, если кто и мог достать мне оружие, то это он, ну, или мог свести с теми, кто может продать. Есть только одно «но»: чтобы пушку купить – нужны деньги. Гораздо больше, чем у меня сейчас есть.

Мой взгляд упал на кейс с винтовкой, который я как поставил в коридоре возле входной двери, так он там и стоял.

Чер-р-рт! И на кой хрен я все-таки эту игрушку купил Вовке, а… Хотя, ну кто б мог подумать, что именно сегодня понадобятся деньги, да еще и в больших количествах.

Ха! В голову пришла отличная мысль!

В принципе можно позвонить в те конторы, которые я обслуживаю, и попросить аванс. Я такое редко практиковал, но обычно не отказывали…

Еще в одной нужна плановая замена части оборудования, можно у них устроить «аварию» и под это дело выбить денег на покупку нового, ремонт старого оборудования.

Это, конечно, нечестно, но…кому нужно будет это все железо, если реальность развернется по тому плохому сценарию, о котором я думаю.

Даже если я зря развел панику, если окажусь неправ и все вернется на круги своя – ничего особо страшного не случится. Ну останусь на некоторое время на голодном пайке. Месяц-два перебьюсь. А оборудование, если что, возьму у того же Волохая в долг. Был у нас с Вовой такой приятель, торговал всяким компьютерным железом.

Я, приняв решение, погрузился в процесс переговоров по телефону и ватсапу с клиентурой. Каждому наплел про экстренную необходимость получить деньги прямо сейчас, и это дало результат: в течение часа мне на карту начали капать деньги, и скопилась очень и очень приличная сумма.

Теперь еще надо не забыть и по возможности снять как можно больше налички. Мобильная сеть, терминалы могут просто перестать работать, а вот наличка будет ходить. Конечно, если совсем не накроет. Но я не думаю, что апокалипсис нахлынет как волна. Уверен – несколько дней в запасе есть, пока люди будут пытаться сберечь остатки цивилизации, так сказать, будут держаться за привычный старый мир руками и ногами.

Так, ну с деньгами вроде как вопрос решился. Теперь пункт второй.

Я, полистав телефонную книгу, таки нашел номер Пешего.

Что я вообще о нем знаю? Да практически ничего.

Знаю, что живет он не в самом городе, а в частном секторе – подвозил пару раз с наших общих посиделок после матчей.

Так… За городом ‒ это плохо. Можно, конечно, мотнуться на такси, но…

Пешком или на такси мотаться совершенно не хотелось. А моя машина, напомню, в сервисе.

И я, к слову, очень хотел ее оттуда забрать. Наверное сейчас машина даже важнее оружия.

Решено: сначала звоню в автосервис. Правда, есть у моего автоэлектрика поганая манера бросать мобильник где попало и звонки не слышать, не отвечать на них. Бывало, что и через пару часов мог перезвонить. И то не факт.

На удивление, номер автосервиса ответил буквально после третьего гудка.

– Да, Жень! Салам малейкум!

– Молейкум асаллам, Дилявер! Слушай, я по делу.

– Да понятно, что по делу, но если ты по поводу своего джипа, то я ведь тебе говорил, что не раньше…

– Погоди, давай так: я тебе плачу пять штук, но машина нужна через час. Попроси Шустрого или Руслана тебя подменить на текучке, или пусть снимут-поставят датчик, а потом ты чисто с компом пошаманишь, ошибку скинешь.

– Ну так же не делают, братан. Ну нельзя так, клиент…

– Дилик, прям трындец как надо, – заявил я. – Прямо горит, как колеса нужны! Я и так старался тебя не трогать – и на своих ходулях бегал, и на такси, но сейчас все, кранты, прижало. Надо тачка, кровь из носа!

Дилявер молчал: явно обдумывал мое предложение. С одной стороны пять тысяч вместо одной – это прекрасно. Ну и постоянный клиент все же, не придирчивый, не тошнотный. К тому же в свое время именно я подогнал ему просто по доброте душевной списанный на одном из моих объектов ноут, намного лучше его древнего дерьма. Так что уже вроде как и не просто клиент а…ну, почти что друг. Он мне – я ему.

Но другой стороны Дилявер репутацией дорожил, у него очередь всегда четко шла. Даже блатных не пропускал.

– Знаешь что, Жек, – наконец-то заявил сервисник, – раз так, то приезжай и помогай. Мне тут нужны еще одни руки, на полчаса буквально. Поможешь – тогда следующей твою тачку поставим и сделаем.

Зараза! Плохо быть постоянным клиентом и приятелем… Он, говнюк, точно знает, что я умею в слаботочку в машинах не хуже профессионального автоэлектрика. И не пошлешь ведь, скажет сейчас: «Жди тогда очереди». Ладно, надеюсь там не очень долго.

Я тут же набрал номер такси.

Девушка-оператор, услышав адрес, сходу заявила:

– Машина у вас под подъездом. Можете выходить.

О! Отлично как. Похоже, тот таксист, что меня домой довез, решил передохнуть и стоял на месте. Ну, или вызовов не было…

Я выскочил из квартиры, захлопнул дверь и побежал по лестнице вниз.

Проскочив пару пролетов, сообразил, что можно было бы поинтересоваться у Олега, соседа моего, как обстоят дела в городе. Он ведь из ментов, должен знать…

Хотя сейчас такое время, что его дома нет. Наверняка на работе…

Я выскочил из подъезда, подошел к такси и, постучав в окно, дождавшись, пока водила опустит стекло, заявил:

– Уважаемый… – я хотел было попросить отвезти меня к сервису, да только адрес у меня совершенно вылетел из головы.

– Ну? – нахмурился таксист.

– Да адрес забыл, – усмехнулся я, – в сервис нужно, к Диляверу. Знаете, где это?

– А, понял, – широко улыбнулся таксист, – знаю конечно! Садитесь.

– Отлично, – я прыгнул на этот раз на переднее сидение – кейса с винтовкой не было.

Пока ехали, завязался разговор, и выяснилось, что Дилика таксист отлично знает, и машину там чинит часто. Так что обсудили с ним проблемы электрики старых «американцев», посетовали на стоимость запчастей, бензина.

И вот уже мы сворачиваем с круга к воротам, на которых висит огромная вывеска: «Автосервис. Шиномонтаж. Ремонт двигателей».

Двор привычно забит машинами по обе стороны от широких металлических ворот. Двери, правда, закрыты, что означает для понимающих людей ‒ очередь большая и машины пока не принимают в ремонт. Хочешь – записывайся и жди, а нет – ну, извини…

Расплатившись с таксистом, я вылез из машины и пошагал к небольшой дверке в воротах, на которой смонтирован кодовый замок. Код знают только совсем «свои», просто потому, что «вдруг им надо что-то срочное».

Я как раз таки «свой», и код мне известен.

Дилявер нашелся сразу же за воротами – ковырялся в старом УАЗике.

– О, а ты быстро! – вынырнув из-под капота, бросил он, и сразу поманил меня запачканной маслом и грязью рукой. – Иди сюда!

Я подошел, поздоровался. Моя ладонь прямо-таки утопает в руке этого здоровяка.

Дилик – огромный медведеподобный мужик, ростом за метр восемьдесят точно, и похож больше на борца, чем на автоэлектрика. Тем более выражение лица у него вечно угрюмое, нахмуренное.

– Смотри, Жень, – ткнул Дилявер ключом куда-то к движку, – эта вот хрень не хочет заводиться. Понять не могу, почему. Одна голова, сам знаешь, хорошо, а две…

– А две – огр.

– Чего?

– Забей, это шутка такая из игры.

– Вечно у тебя шутки какие-то…странные, – проворчал механик.

– Ну уж какие есть, – пожал я плечами и огляделся. – А ты чего сам с этим динозавром копаешься? Где все?

– А… – с досадой махнул рукой Дилик, – у Руса проблемы, жена заболела. Шустрый выходной сегодня, а у Ромки…у него проблема, он по телефону звонил, сказал попозже будет, у них в доме какая-то хрень случилась, там менты и все вот это вот…

При словах про «хрень» я напрягся, но переспрашивать не стал: если бы Дилик знал – сам бы подробности рассказал.

– Ладно, я понял, что ты сегодня тут один и решил меня припрячь, – усмехнулся я, – но Дилик, у меня реально нет времени.

– Да понял я, понял, – в сердцах бросил он, – но и ты меня пойми. Мне парню надо тачку отдать уже сегодня, он через пару часов приедет, она на продажу у него. А тут…

Я осмотрел все, покрутил пару раз ключ в зажигании, вылез и задумчиво уставился на свечки… И тут мой взгляд зацепился за еле заметный болт, считай что на крыле.

Ага…а вот это вот провод на массу, да? И закреплен он на ржавом болте, который лишь чудом не отлетел от кузова. Не в нем ли беда?

С матюками открутив железяку, я почистил хвост «массы», идущей от аккума, потом нашел приличное, а не настолько ржавое место на кузове и, воровато оглянувшись на лежащего под моим джипом Дилявера, быстренько пробил кузов «УАЗа» саморезом, закрепив на нем провод. Дилявер бы меня за такие проделки прибил бы.

Если бы увидел, а он не увидел.

Ну что ж, поглядим, дало ли эффект мое хулиганство…

О чудо! Поворот ключа, и УАЗик взревел движком.

С довольной мордой я подошел к Диляверу.

– А ты лошара! Сколько, говоришь, с УАЗом копался?

– Полдня…

– А проблема была на 2 минуты, и ты уже такое видал. Ничему то ты не учишься, мой друг!

– В смысле?

– Год назад. Помнишь, как я первый раз к вам приехал? С такой же фигней, не работал хвостик массы, и у меня то искра пропадала, то фары мигали вместо поворотников. Ты тогда несколько часов убил, прежде чем понял.

– А-а-а…слушай, – скривился Дилявер, – если бы ты постоянно тут копался со всем этим хламом, я бы на тебя посмотрел. Всего не упомнишь, и все не учтешь. Ладно, сделал и сделал. Я твой датчик уже поменял, кстати, можешь проверять.

– А ключи?

– Там, на стенке, где и всегда.

Я пошагал вглубь автосервиса, туда, где над двумя ямами на подъемниках висели полуразобранный микроавтобус и чья-то навороченная «Шкода». На деревянном щите и впрямь висели ключи от моего «Чероки». Забрав их, я уже двинулся обратно, когда Диля вдруг завопил: «А ну стоять, куда прешь, блин? Закрыто у нас!».

– Жень! Ты чего двери не закрыл? – а это он уже мне…

– Да вроде закрыл, – проорал я в ответ.

– Угу. Поэтому вон, к нам какой-то бухой хмырь пришел, да? – махнул Дилявер в сторону ворот и заорал: – Пшел вон, говорю!

У меня что-то прямо ёкнуло внутри.

Бросившись бегом назад, выскочив к УАЗику, я сразу увидел странного мужичка, зашедшего через калиточку, топтавшегося возле нее. Но стоило только Диляверу начать на него орать, как мужичок словно бы «навелся» на него: вытянул руки и попер навстречу, словно обниматься собрался.

Но тут мой крупный и неповоротливый друг резвее, чем можно было о нем сказать, отшатнулся и со всей дури влепил своим кулачищем размером с голову забулдыги в корпус.

Бродяга сложился пополам, сделал пару неверных шагов назад, выпрямился и, не обращая ни малейшего внимания на вопли Дилявера, вновь целеустремленно пошел на него.

Этот мужичок прямо до ужаса напоминал того алкаша, который погнался за мной на набережной, даже походка похожа и повадки…

Такая же «нечувствительность» к боли – после удара Дилявера не каждый сможет очухаться: мы разок по нетрезвой лавочке нарвались тут на местных «шакалов» – гопота классическая, разве что слишком уж борзая и наглая. Слово за слово, и понеслось. Недолго, правда. После того, как Диля самому говорливому треснул и тот рухнул, как подкошенный (впоследствии в больницу увезли и пробыл он там долго), остальные резко заднюю сдали.

Я это все к чему – не мог нормальный человек после такого удара просто распрямиться и опять попереть буром, даже сильно бухой.

Но он попер. И что делать?

Орать, что, мол, это зомбяк нельзя. Дилявер и не поймет меня толком, и отвлечется, тогда его точно тяпнут. А что бывает после укуса зомби – ну, «Ходячих Метвецов» не смотрел только очень далекий от темы человек…

Да черт возьми! Даже если это не зомби – все равно проблем полон дом будет после укуса.

Так как же Диле помочь?

А, стоп! Тут же мой «Чероки» любимый. Окей, две секунды. Благо багажник не закрыт, а в нем мой любимый ключ-балонник. Длинный такой, тяжелый…

Ключ в руки, и вперед! Там Дилявер уже что-то вопит, скорее испуганное, чем угрожающее, и на своем языке. А значит, дело плохо, с русского на татарский он очень редко переходит.

Я оббежал УАЗик, который закрывал мне обзор.

Алкаш уцепился в Дилявера, словно клещ, не оторвать. При этом тянется перекошенным ртом к жертве, явно пытаясь укусить.

Диля ему пока не позволяет, удерживает одной рукой, второй пытаясь разжать пальцы мужичку, которыми тот ухватился за комбез сервисника просто мертвой хваткой.

Времени на размышления нет, счет пошел уже на секунды – даже несмотря на свою силу, Диля явно ничего не может противопоставить упорству нападавшего.

Я сходу беру в карьер и прямо на ходу опускаю ключ на голову мужичка.

– А-а-а-а!!!

Черт, а в кино так прокатывало всегда. Однако в жизни…

Короче, балонник скользнул по черепушке и врезал по пальцам моему другу. От боли тот отпустил голову зомбака.

Благо мертвяк не стал его кусать – уже переключился на меня и даже отпустил Дилю.

Кстати, по башке я ему попал, хоть и вскользь.

И вот здесь странность: если это классический зомби, то почему у него течет кровь? Не как у человека, медленнее, но все-таки течет. Так ведь быть не должно.

Я не медик, более того, далек от этой темы, но…кровь может течь у живых, а не у мертвых. Просто если это труп, то сердце у него не работает, кровь качать нечему, и течь она, соответственно, из раны не должна. А тут течет, и не думает останавливаться.

То есть это не труп ходячий?

Тем временем ходячий «не труп» продолжал бодро наступать на меня, демонстрируя все киношные признаки зомбаря – пустой взор, отсутствие речи, вместо которой какое-то невнятное бормотание или рычание, а еще вытянутые в мою сторону культяпки и землистого цвета кожа.

Плюнув пока на попытки понять, что это такое, я со всего маха зарядил ему в лоб балонником.

В этот раз попал как надо. Точно в черепушку. Правда, звук был такой, будто я по деревянному сухому пеньку врезал. На черепе образовалась впадина, медленно сочащаяся кровью.

Вот только на него это не произвело ни малейшего впечатления. Тварь тупо продолжила двигаться на меня.

Да что же это за хрень такая?

Уже никаких сомнений – это не человек. Человек бы уже стонал и вопил после удара Дили, а тут…

Готов поклясться, что я «этому» череп проломил, а ему хоть бы хны! Как так?

Пока я соображал, что делать дальше, на мужичка сзади напрыгнул Дилявер, всеми своими 120 килограммами придавливая доходягу к земле. Он сноровисто выкрутил ему руки, нажал коленом на позвоночник и, удостоверившись, что жертва обездвижена, поднял на меня глаза.

– Чего стоишь? Веревку тащи!

– А где?

– Ну, трос в машине возьми, блин! Жень, он выкручивается. Давай быстрее!

Ну да, трос!

Собственно, мой багажник так и стоял открытый с последнего раза, как я туда заглядывал. И там среди кучи страйкбольно-походного хлама валялся в том числе и крученый трос.

Я быстро притащил его, и вдвоем, хоть и с изрядным трудом, но скрутили этого странного типа. В пасть ему от греха подальше я вставил карабин троса и плотно замотал найденным в багажнике же скотчем.

Теперь, когда мы его «обезопасили», я уже гораздо внимательнее осмотрел гостя, однако понятнее, кто он или, скорее, что он не стало.

Мужик лет 50-55 на вид. В трениках и футболке, в одном тапочке. В карманах только упаковка таблеток.

Я осмотрел ее. Ничего не говорящая мне надпись «Фенитарел» на упаковке. Я было бросил упаковку на землю, но ее тут же схватил Дилявер и, рассмотрев название, прищелкнул языком, покачал головой с досадой.

– Еще один бедолага. И ведь не старик еще. Жить бы да жить…

– Ты о чем? – не понял я.

– Таблетки,– пояснил Делик. – Это препарат, его раковым дают. Новый, экспериментальный. У меня племяш такой пил, да… Стоп! Слу-у-ушай, Жень…а это все от таблеток, получается! Точно тебе говорю, какую-то хрень они им подсунули, в больнице в этой!

– Дилик, ты можешь как-то понятнее говорить? – поморщился я. – Ни хрена не ясно из этого твоего словесного потока…

– А-а-а, блин, – огорченно протянул Дилик. – Короче, у меня есть племянник ‒ сын двоюродной сестры. У него рак желудка. Нашли пару лет назад, и ничего не помогло, операция-хренация, химия-шмимия. В общем, загибался пацан. А в декабре возникли эти, как их…из Бухтовска, короче, исследовательская лаборатория, правительственная. У них филиалы по всей стране открывались во время карантина.

– Что-то не припоминаю, – покачал я головой.

– Да как так то? – удивился Дилявер. – Для них еще корпуса строили. Мы еще ржали, мол, если к тридцатому году построят – будет хорошо. А они хоп-хоп, и за месяц построили.

– Ага, помню, – кивнул я минуту спустя. – У нас в районе поселка Квадратного такой же строили ‒ здоровая хреновина!

– Вот и в Ахтияре, и в Бадатии тоже строили. Под лаборатории вроде. И вот в декабре народ начали собирать с онкологией. По всему побережью людей собирали и автобусами возили. Экспериментальное лечение вроде прошло удачно, высокий процент ремиссии. Теперь большую программу запустили. И что интересно – совершенно бесплатно…

– Хм…как-то я это упустил, – признался я. – И что, много согласилось?

– Очень. Сам удивился, когда узнал, сколько людей с таким диагнозом есть…

– М-да… – удивился я, ведь на эту тему как-то не размышлял. Не было повода, к счастью.

– Ну, в общем… – продолжил Дилявер, – рак ‒ это ж приговор почти, а умирать никому неохота. И тут такое предложение… Так что народу они набрали для этого курса лечения кучу. Еще и многих, у кого «не та форма» была, отправили ждать очереди. Но племяша моего взяли в программу, отсюда прям на автобусах вывозили, целой колонной – штук пятнадцать точно, если не двадцать.

– Так, и результат какой?

– Да нормальный результат! Они что-то там еще тестировали, но народ пришел к выводу, что впрямь удалось найти лекарство. Ремиссия у всех, кто прошел лечение, в том числе и мой племяш… Он, кстати, говорил, что там, в центрах этих, до хрена алкашей и полубомжей было. Прикинь? Даже таких лечили…

– Скорее уж опыты ставили, – буркнул я, совершенно не верящий в благотворительность и добрых самаритян.

– Ну, неважно, – поморщился Дилик и пнул дергающееся тело, обмотанное тросом, – этот точно там был.

– Да с чего ты это взял?

– Таблетки! Точно такие же им всем выдали, чтобы эффект не пропал. Их надо пить ежедневно, и раз в неделю являться на осмотр…

Тут Дилик о чем-то задумался.

– Хм… Утром сестра звонила как раз, жаловалась, что Салгир, ну, ты его помнить должен, подрабатывал у меня тут, крышей поехал…

– Это как? – нахмурился я.

– Да хрен знает. Совсем плохой стал. Сестра говорит – глаза пустые, рычит, кусается. Но Салгир на наркоте никогда не сидел и водку не любил. Верно тебе говорю – лекарства эти так подействовали…

– Так и чего с ним дальше было?

– Да заперли его в комнате, скорую вызвали. А он в дверь побился-побился, а потом прыг в окно, и убежал. С третьего этажа то! Прикинь?

– Хрена себе… – изумился я, – а потом?

– Потом поймали с ментами. В дурку забрали… – вздохнул Дилик и перевел взгляд на «пленного». – Ладно, а с этим-то что делать будем? Таблетки не таблетки, а он охренеть какой странный и страшный…

– Да ментов ща вызову, пусть они разбираются, – ответил я.

– Давай его под навес оттащим, – предложил Дилявер.

– На хрена?

– Да негоже человека под открытым небом бросать. Замерзнет еще…

Я прикусил язык, едва не ляпнув, что ему как раз на холод плевать. Аргументов, почему пленника тащить не надо, я для Дилявера не нашел, имею в виду, правдоподобных аргументов, а не теорий про зомби. Так что пришлось помогать…

Я ухватил связанного за ноги, Дилявер за плечи, и мы быстренько перетащили его в угол, положив под навес рядом с умывальником. Надо заметить, что для столь тщедушного мужика он весил весьма изрядно, килограмм семьдесят точно. А на вид не скажешь…

А так мужик как мужик. Вот только глаза… Мать его, в бога душу мать! Его глаза вызывали по-прежнему много вопросов. Взгляд может и не осмысленный, но точно живому человеку принадлежать не может. Но и глазами мертвого человека это не назвать. Просто…не человеческие глаза это, и все тут.

Кстати, то ли мне почудилось, то ли сам себя накрутил, но когда он глядел на нас с Диликом, в них читалось только одно: голод. Он хотел сожрать нас обоих. Глядел и пускал слюни…

Оттащив пленника я облегченно выдохнул.

Фу-у-ух…с этим вроде разобрались. С тачкой тоже порядок…

Так, надо позвонить Аньке ‒ она, может, чего знает – медсестра в местной больнице.

Мы с ней совсем недавно, даже не сказал бы, что у нас «роман». Так…присматриваемся друг к другу. Можно сказать, встречаемся. Бывает, она у меня остается, бывает я у нее. Но чаще все же у меня. Однако переезжать я к ней или она ко мне не собираемся. Даже разговора об этом нет. Такое, короче…предварительный букетно-конфетный период.

Позвоню ей – узнаю, как сама и что в больнице происходит. Сдается мне, там работы у них сейчас полно.

А потом надо Вовке еще набрать – наверняка новости у него есть.

Хотя очень хочется надеяться, что новостей нет.

Черт! Ну не хочу я никаких зомби-апокалипсисов, ну вот прям совсем не хочу! Только жизнь наладилась ведь…

Глава 4 Тучи сгущаются

Вова

Вова доехал до своего текущего места работы на «автопилоте». Спроси его – и он ничего не вспомнит о своей поездке. Будто время промоталось, пока ехал. Ничего не запомнил, настолько был погружен в мысли.

А все потому, что он размышлял над тем, что случилось. Точнее даже постоянно прокручивал в голове произошедшее.

Когда стресс от случившегося немного спал, а случилось это уже в дороге, Вова осознал, насколько глупо он действовал.

Даже если происходящее не было тем самым зомби-апокалипсисом, в который он до сих пор не верил, все могло обернуться очень плохо. Во-первых, тот тип мог его укусить, как случилось с похмельным. Во-вторых, лезть на него с голыми кулаками было еще более тупой идеей – а если бы в зубы попал и руку поранил бы? Тот же укус, получается. И что тогда бы было?

Вова притерся машиной к обочине напротив жилого дома, в подвале которого находился офис, но не спешил выходить.

Пронесшиеся в голове мысли и «отходняк» заставили его нервничать. Он сунул сигарету в зубы и подкурил ее, стараясь успокоиться.

Ой дурак, ой дурак… Нельзя так! Вот от слова совсем! Думать надо, что делаешь, а не вот так вот, лезть на амбразуру.

И с чего вообще полез, рыцарь всратый? Ведь даже в страйкболе не любил рисковать, а тут на тебе!

Сигарета, дотлевшая до фильтра, больно обожгла пальцы, и Вова, матюгнувшись, затушил ее в пепельнице, после чего заглушил двигатель и вылез из автомобиля.

Он огляделся по сторонам, убедился, что на улице никого подозрительного не было, после чего отправился к входу в офис.

***

В офис он попал без проблем, и в первую очередь отправился в свой кабинет, который делил как раз с той самой Аськой – менеджером по продажам.

– О! Вова! – едва он вошел, тут же оживилась она. – Ты не представляешь, какой у нас тут инцест случился!

– Эм…чего случилось? – Вова не удержался и растянул губы в улыбке.

– Инцест, – повторила Аська.

– Ась, может инцидент? – осторожно поинтересовался Вова.

– В общем, утром, когда все сползались в офис, недалеко от входа какой-то алкаш бродил. Все зашли нормально, а когда приехала Снежана Афанасьевна, этот тип к ней прицепился. Она от него отбилась, заскочила внутрь, но он ее укусить успел!

– Оп-па… – оживился Вова, – и что дальше?

Снежана – это как раз их главбух.

– Да ничего, – пожала аська плечами, – мужики тогда наши еще не успели прийти, а охранник, сам знаешь, не может выходить…

Вова кивнул. Охранник сидел в своей коморке за внутренней дверью и работой его было пропускать через «шлюз» работников и не пускать никого лишнего. Выходить из коморки ему было строжайше запрещено.

– Вызвали полицию, – меж тем продолжила Аська, – но пока те приехали, мужик от двери офиса отошел. На камерах его видно не было. Куда ушел – черт его знает. Мы за ним не следили. Полиция уехала. Обещали по округе покатать, поискать его.

– А Снежана чего?

– Отпросилась и уехала в больницу.

– Что, сильно так покусал?

– Да в том и дело, что нет. Нормально все было. Но через пару часов ей стало плохо и она попросила Костика ее отвезти в травмпункт.

Вова кивнул. Костик – это один из работников, который рисовал эскизы новых аксессуаров. Дизайнер, короче.

– И чего, Костик вернулся?

– Вернулся. Мы вообще решили, что Снежана придуривается, но Костя говорит, пока довез, ее совсем размазало. В больнице уже померили ей температуру – 38 с хвостом. И давление заоблачное.

– Хм…

– О! Шеф всех собирает, – встрепенулась Аська.

– Ну иди, – кивнул Вова.

– Вообще-то тебя он тоже зовет, – заявила Аська.

– Вот блин… – Вова вздохнул, но с места поднялся, с сожалением оставив купленные продукты на столе.

***

Совещание затянулось. Обычно оно продолжалось полчаса, минут сорок максимум, но сегодня что-то пошло не так, и распинался Сергеич аж целый час.

Впрочем, большая часть им сказанного Вову совершенно не касалась, и он сидел с отсутствующим видом, размышляя о своем.

Лишь под конец Сергеич принялся грузить его по поводу сайта. Вова стойко отбивался, и они таки сошлись на том, что Вова займется в ближайшую неделю правкой мелких глюков, которые, естественно, лезли из всех дыр. Ну а что – сайт не доделан, каталог товаров только создается, группы в нем постоянно меняются, и из-за этого постоянно вылезают какие-то проблемы…

Вова согласился заняться в первую очередь мелкими багами, ну а для офиса выбил новый сервер. Когда он только ставил тут сеть, сервер был взят с рук и, мягко говоря, старенький, на ладан дышащий. С тех пор офис разросся, возможности внутренней сети все работники оценили и активно пользовали, так что места уже хватало со скрипом, не говоря уже о вычислительных мощностях – базы то и дело подвисали.

Сергеич сегодня был в настроении, так что дал добро на покупку, отправив Вову в бухгалтерию.

Когда совещание закончилось, Вова отправился в курилку, и уже оттуда принялся звонить Жене.

Дозвониться получилось далеко не с первого раза, но все же он взял трубку.

– Привет! – послышался голос Женьки. – Ты там как, порядок?

– Да нормально, – ответил Вова, – по пути, правда, было приключение…

Он вкратце пересказал все, что случилось в супермаркете.

Женя выслушал его молча, и лишь когда Вова закончил, заявил:

– Я тоже к Делику за «Чероки» ездил и к нам один такой заперся.

– Не укусил? – напрягся Вова.

– Нет, порядок, – ответил Женя, – тут еще Делик интересные мысли подкинул…

– Что за мысли?

– Да… не по телефону. Потом, – отмазался Женя, – сам-то что думаешь по поводу всего этого?

– Чего тут думать? – вздохнул Вова. – Хрен пойми, что происходит. Но, конечно, нравится мне это все мало…

– Где ты сейчас?

– На работе пока.

– Долго там будешь?

– Да не знаю…шеф денег на новый сервер выделил, сейчас в бухгалтерию заскочу и покачу к Волохаю…

Волохай – владелец небольшого компьютерного магазинчика, у которого и Женя, и Вова обычно покупали все, что нужно. Несмотря на миниатюрные размеры самого магазина, у Волохая всегда и все было. Наверное именно по этой причине «магазин» был буквально завален всяким хламом. Стоило только зайти, как упираешься в столик, за которым сидел вечно небритый и нестриженный (за что и получил свою кличку) Волохай, а позади него стройными рядами стояли стеллажи, витрины, ящики, коробки. А цена у него иногда была даже ниже, чем в интернет-магазинах. Впрочем, даже если и дороже, то не намного. Учитывая, сколько бы пришлось ждать, платить за доставку – Волохай был намного удобнее, потому и клиентов у него всегда хватало.

Правда, из «своих» – случайный человек берлогу Волохая бы в жизни не нашел.

– Слушай, я чего тут подумал… – заявил вдруг Женя, – ты бы серв пока не брал…

– В смысле? – не понял Вова.

– Да я тут с наших контор авансы посшибал, – пояснил Женя, – думаю всем необходимым закупиться, на всякий случай. Ты бы тоже так сделал. А что останется – придержал.

– А Сергеичу я что скажу?

– Что заказал, что через неделю серв будет, хороший. За это время как раз ясно все станет. Если устаканится, образуется все – припрешь ему сервер. У Волохая ведь всегда что-то да найдется. А если нет…сервер в таком случае – последнее, на что деньги тратить надо…

Вова крепко задумался. Резон в словах Жени был.

– В целом я сейчас еще и зарплату получу… Но понял тебя, окей…

– Вот и молодец, – заявил Женя, – а еще момент: я тут с Анькой созвонился, говорит, у них там пипец просто, как в дурдоме. Везут народ со всех сторон. Большинство покусанные…

Анька – это вроде как подружка Женьки. Она медсестрой работает в местной больнице и частенько на страйкбольных побегушках бывает. Снова-таки, как медсестра на случай чего, а не как участница. Кто-то из ребят ее нашел, предложил подработку, и она согласилась.

С Женей они вроде как не вместе, хотя Вова точно знал, что Женька у нее в «гостях» бывал. Однако, так сказать, «парой» они себя не объявляли, даже сказать, что встречаются, было нельзя. Короче, черт его знает, что там за отношения. Вовка в чужие личные дела старался не лезть, а Женька особо не распространялся.

– Еще говорит, – меж тем продолжил Женька, – что этих самых бешенных менты привозят, и с этими вообще швах. Всех пеленают, к койкам привязывают. Говорит, успокоительные их вообще не берут. Вкатываешь такому лошадиную дозу – а ему хоть бы хны. А знаешь, что самое веселое?

– Ну? – Вовка приготовился. Сейчас он точно должен был услышать нечто важное, даже сердце чаще заколотилось.

– Кусаться лезут. Пару докторов уже цапнули. Врачи в шоке, ни хрена не понимают, что происходит и как с этим бороться…

– Оп-па… – выдохнул Вова.

– Ага…

Они вновь не стали озвучивать то, о чем оба уже не раз и не два думали. Очередной признак зомби апокалипсиса, о котором они старались не упоминать, и в наступление которого оба отказывались верить.

– Слушай… – вспомнил вдруг Вовка, – а можешь еще Аньке позвонить и узнать кое-чего?

– Чего?

– Что с теми двумя, про которых я рассказывал? Ну, которых в супермаркете покусали…

– А фамилии знаешь?

– Угу, – Вова нахмурился, стараясь вспомнить имена и фамилии – видел же, когда подписывал бумажки. – Ага, вспомнил! Грищенко Сергей и Мансурова Оксана.

Именно так звали похмельного мужика и ту мадаму, которых странный тип в магазине цапнул.

– Ладно, сейчас позвоню Аньке, попрошу, чтобы пробила.

– А, кстати! – вспомнил Вовка. – Пусть еще Снежану…Давиденко пробьет. Ее утром еще привезли.

– Знакомая фамилия, – проворчал Женька.

– Главбух наша, – подсказал Вовка.

– О! Точняк, я ж им компы ставил! Это белобрысая такая, в кудряхах?

– Она…

– А где ее угораздило?

– Утром перед работой. Какой-то хрен под дверью терся и таки куснул ее.

– Понял, пробьем. Слушай… – голос Женьки стал очень серьезным, – что-то мне это прямо вот совсем не нравится.

– Да кому понравится? – согласился Вова.

– Надо что-то для защиты…

– Что?

– Да что угодно. Я тут вспомнил одного типа, но может, у тебя есть какие варианты?

– М-м-м… – Вова задумался, – на ум ничего не приходит. Хотя…помнишь, с нами тем летом мужик бегал? У него еще «Калаш» был, обвешанный по самое не балуй?

– «Калаш»… – Женька лихорадочно пытался вспомнить.

– Ну, он из оружейки сервисной. Ты еще с ним что–то перетирал, когда разрешение хотел себе на оружие оформить.

– Точно! Вспомнил! – обрадовался Женька. – Согласен, это вариант. У меня и телефон его вроде остался. Попробую набрать, но если еще чего вспомнишь – звони сразу.

– Подумаю. Может, чего и вспомню, – согласился Вова, – ты-то сейчас где? И чего делать собираешься?

– Да на сервисе Дилика стою. Куда поеду – не знаю. Попробую-таки что-то с «защитой придумать». Позвоню сервиснику, еще один контакт есть, но мутный.

– Понял. Так может, с тобой? Подстраховать?

– Нет. Если что пойдет не так – вряд ли ты поможешь. Да и вообще, кажется мне, что ничего не получится – только время потеряю. А ты бы пока по магазинам проскочил – накупи запасов и себе, и мне. Я деньги отдам.

– Да прекращай…

– Ладно. Если что ‒ на связи. По тем фамилиям что ты дал, сейчас у Аньки попытаюсь уточнить. Жди.

Женя отключился.

Вовка некоторое время поторчал еще в курилке, задумчиво тянул сигарету и пытался построить план действий: где, что и в каком количестве нужно купить. Затем затушил окурок в банке от «Нескафе» и направился в бухгалтерию.

Там он забрал свою зарплату, а затем, пусть и не без боя (а как же – главбух отсутствует, а все остальные «не в курсе и им никто ничего не говорил», выбил деньги на сервер, пригрозив привести в бухгалтерию лично Сергеича.

Вернувшись в кабинет, Вова сгреб свои недавние покупки и собрался было уже на выход, но его остановила Аська.

– А ты куда?

– Да сервер надо купить. Шеф денег выдал.

– А мне с базой кто обещал помочь? Я ни хрена не могу понять, как создавать новые группы и закидывать туда товар.

Вова тяжело вздохнул. Сейчас ковыряться и объяснять, как работать с базой, ему хотелось меньше всего. Но Аська явно была настроена никуда его не пускать, пока он ей все не объяснит и не покажет.

К счастью, Вовку спас зазвонивший телефон.

– Да! – схватил он трубку.

– Снова я, – послышался голос Женьки, – короче, смотри, какие дела. Мужика того отпустили домой. Мансурова в реанимации, в тяжелом состоянии.

– А чего так?

– Я откуда знаю? – хмыкнул Женя. – Что Аня мне смогла пробить, то тебе и говорю. Далее, бухгалтерша ваша, Снежана…

– Ну?

– Померла минут сорок назад.

– Да ты что…

– Угу. И Анька говорит, что не понятно от чего. Рана не особенно то и страшная – обработали и зашили. Даже домой хотели отпустить, но у нее температура почему-то скакнула.

– Ага. Это еще тут было.

– Ну вот, значит, температура, затем припадок случился, ее в реанимацию отвезли, а там она пару часов полежала, и все… Уже в морге.

– Охренеть!

– Может, болела чем?

– Да я откуда знаю? Но нет, вроде не жаловалась никогда… А это…

– Ну?

– Умерла и…все?

Женя прекрасно понял, о чем спрашивал Вова.

– Вроде все. Сам понимаешь, я ж у Аньки не спрошу: «Она совсем умерла или нет?», или же: «Она пока еще мертвая, не вставала»?

– Ну да… – вздохнул Вова.

Действительно, их теории и догадки стороннему человеку не озвучишь – решат, что ты с катушек слетел.

– Короче, такие дела, – вздохнул Женька. – Все, менты прикатили к Делику! Пойду, пообщаюсь. Давай, удачи!

– Давай, осторожнее там.

Вова закончил вызов и спрятал телефон в карман, сам же задумчиво уставился на стену.

– Вов…

– А? – он перевел отсутствующий взгляд на Аську.

– Чего там у тебя случилось?

– У меня? Ничего, – ответил он.

Глаза его вновь стали осмысленными и он уставился на Аську.

– Знаешь, Ась, сегодня базы тоже не будет…

– Да как так, Вов?! Ты же обещал!

– Снежана умерла…

Аська схватилась за рот, словно бы пыталась задержать крик, который рвался наружу.

– Да ты что… – наконец прошептала она.

– Короче, Ась, ты бы домой сегодня отпросилась. А лучше больничный возьми. Едой затарься и сиди, не вылезай никуда. А на улице, если все же придется выбраться, держись подальше от пьяных и…странных.

– Вов! А что происходит вообще?

– Не знаю. Но все очень нехорошо. И это явно только начало. Не дай себя укусить! И за домашними своими следи.

– Да одна я живу, – ответила Аська, – у меня из родственников только бабушка осталась, и та в Казахстане.

– Да, точно. Прости.

Вова совершенно забыл, что Аська рассказывала, как два года назад самолет, на котором возвращались ее мать и отец, разбился, и она осталась совершенно одна. Забросила спорт, в котором ей пророчили блестящую карьеру, утроилась на работу, благо она была образованной и знала несколько языков, причем на очень приличном уровне.

‒ Да ничего, я… – махнула рукой Аська.

– Ась! Я спешу! А ты сделай, как я прошу. Хорошо? Иди домой. Запасись всем необходимым. Недели на две, а лучше на месяц. И сиди дома. Никуда не вылезай. Если что ‒ звони.

– Хорошо, хорошо! Поняла.

Вова надел свою куртку, направился на выход из офиса, прихватив свой «обед»…

***

Не мудрствуя лукаво, он решил отправиться к «Роялу». Будний день, считай полдень – людей там не должно быть много. Это плюс. Второй плюс – там товара и ассортимента более чем достаточно, чтобы сделать те самые «стратегические запасы».

Еще Вова пытался сообразить, что такого можно купить дополнительно, ведь в «Рояле» была масса отделов: строительный, с электроникой, с инструментами. Там можно было найти все что угодно. Однако чтобы решить, чего такого можно купить, нужно было спокойно и обстоятельно подумать, а Вова сейчас был в слишком уж взвинченном состоянии. Мысли прыгали с одного на другое и никак не хотели угоманиваться.

Он очень сумбурно представлял, что собирается покупать в виде «стратегического запаса». Ну, макароны там, консервы, воду питьевую обязательно. А что еще? Курево себе! Во! И все, на этом его список исчерпался.

Ладно, может, уже в самом магазине сообразит…

Еще на заправку надо бы заскочить, точно!

Отступление 1

Олег Бобров, старший инспектор ДПС.

Утро у Олега не задалось. Всю ночь сосед сверху праздновал свое возвращение из онкодиспансера с ремиссией.

Мужика можно было понять – полгода назад он получил страшный диагноз – рак печени четвертой степени с метастазами примерно везде. Он в принципе уже готовился к скорому отъезду на кладбище. Врачи прогнозировали ему это путешествие уже через пару-тройку крайне болезненных месяцев.

Вариантов вылечиться у него не было. Просто Миша (а именно так звали соседа) был из здорово бухающих.

Однако, когда прописка в деревянном макинтоше уже маячила на горизонте, Миша вдруг исчез. Олег, как и остальные соседи, были уверены, что Миша все, двинул мужик кони. Но кто-то из его корешей во дворе рассказал, что Миша подписал договор с компанией «Меднанотех», и сейчас участвует в какой-то новой программе лечения рака.

А вчера вечером Олег встретил Мишу на лестнице. Вид у того был не очень: лицо землистого цвета, глаза какие-то укуренные, но Миша весь аж светился от счастья.

– Олежа! – заорал он радостно и бросился обниматься. – Представляешь, все! Рак в ремиссии! Полностью! Все анализы подтвердились!

– Что, серьезно? – удивился Олег. – Слушай, ну круто же! Поздравляю!

– Да я будто заново родился, ты что! – растянул лицо в улыбке Миша.

– Мишань, ты это…для заново рожденного выглядишь больно говенно, – осторожно заметил Олег.

– Ну…это побочные эффекты. Доктор сказал, через неделю, когда на повторные тесты приеду, уже пройти все должно.

– А… Ну, я за тебя рад! – кивнул Олег.

– Ты заходи! Я вечером это спрыснуть хочу!

– А тебе можно, что ли?

– Ну…врач сказал, что я здоров. Значит, можно. Разок. А потом все, полная завязка. Я новую жизнь начинаю.

Эту песню про новую жизнь Миши Олег слышал раз уже десятый, так что он, конечно, покивал, мол, да-да, молодец, но верить в такую глупость мог только очень наивный человек. Олег совершенно не верил, что Миша, даже будучи на смертном одре, изменит свои привычки. Такие люди не меняются, и практически ничто не способно их изменить.

И вот до трех ночи у Миши шло гульбище. В три часа гулянка вроде утихла, а в пять алкаши о чем-то здорово повздорили, стояли вопли, крики, падения тела на пол. Но потом вроде бы затихли, и до семи утра никакого шума больше не было. Выспаться Олегу это не сильно помогло, так что встал он с огромным желанием прибить к чертовой бабушке Мишу и его собутыльников. Ну, или как минимум предупредить, что дальнейший свой концерт они будут проводить в обезьяннике.

Двери в квартиру Миши были неплотно прикрыты, так что Олег без малейших колебаний распахнул их и вошел в грязный коридор. Облезлые обои, батарея бутылок от «Балтики-3» на колченогом комоде и единственная лампа накаливания ватт на 40 идеально соответствовали образу хозяина квартиры.

М-да… Сколько хороших, нужных и полезных людей сгорают от болезней, гибнут в ДТП, просто чья жизнь прерывается по нелепой случайности, а тут…жил, как свинья, сдох бы, и никто бы о нем не вспомнил. Но нет, получил почему-то еще один шанс, и сразу же спустил его в унитаз или, скорее, утопил в водке, как и всю свою жизнь чуть ранее.

Брезгливо приподнимая мыски ботинок, чтобы не вляпаться в следы вчерашних посиделок, Олег толкнул дверь комнаты-спальни – в квартире Миши Олег ориентировался прекрасно, ведь расположение комнат тут было идентичное тому, что было и в его собственной квартире.

В помещении темно, поэтому капитан ДПС, сделав пару шагов внутрь, принялся шарить рукой по стенке в поисках выключателя.

В тот момент, когда он повернулся спиной к внутреннему пространству комнаты, пытаясь нашарить кнопку в том же месте, что и у себя дома, чьи-то руки в темных, прямо-таки выпирающих прожилках вен вдруг высунулись из-за полуоткрытой двери и вцепились Олегу в плечи неожиданно сильно и больно. В нос ударил перегарный смрад. После этого его шею прострелило острой болью.

Олег не обладал богатырским телосложением, да и нападения сейчас не ожидал, поэтому пока он пришел в себя, смог, все же, избавиться от нападавшего, применив стандартный, но никогда не подводивший его раньше прием, оппонент успел сильно его покусать – плечо и шея были в крови, из них кусками была вырвана кожа вместе с мясом. Лишь по счастливой случайности ни один из укусов не зацепил ни крупных вен, ни артерий.

Прием как всегда удался – противник улетел в коридор и там ворочался в обломках трюмо, пытаясь подняться.

Теряющий кровь из кучи рваных ран ДПСник попятился назад, дрожащими руками принялся дергать застежку кобуры, пока не вспомнил, что пистолет оставил дома. Зато с собой у него был служебный тазер, который, едва Олег о не вспомнил, сам собой прыгнул в руку.

Впрочем, ДПСник сильно жалел, что вместо пусть и мощного, но шокера, не прихватил служебный ствол. Знал ведь, чем это может закончиться – пришлось бы потом отписываться, зарыться в ворохе бумаг. А то и хуже – просто бы выперли со службы. Чтобы этого не случилось и не идти с пустыми руками, Олег прихватил шокер…

Меж тем нападавший поднялся, двинулся на Олега. Теперь, пусть и при дерьмовом освещении слабомощной лампочки, он смог узнать нападавшего – Миша, хозяин квартиры, с которым они вчера и беседовали.

Выглядел он страшно, прямо до усрачки. Уделанная кровью от брюха до горла майка, «маска» из застывшей крови на лице и волосах и замершие, уставившиеся на Олега страшные глаза ‒ пустые и стеклянные, будто у куклы.

Окровавленные пальцы Олега крепко сжали рукоять шокера, но сам он неотрывно уставился прямо в мертвые глаза соседа. Он был уверен, что мертвые. У живых таких глаз не бывает.

Но при этом сам Олег не верил в то, что видит, поэтому неотрывно, как кролик глядит на ползущего к нему удава, смотрел в лицо покойнику, словно бы пытаясь убедить самого себя, что это ему не чудится, что это все на самом деле…

Миша же, покачнувшись, пошел вперед, на Олега.

Это словно стало сигналом, эдакой тревожной сиреной, приведшей Олега в чувство.

Он вскинул похожий на игрушечный пистолет тазер, сдвинул тугой предохранитель в положение F.

Стараясь унять дрожь в руке, навел шокер прямо в грудь Миши и нажал спуск. «Вилка» вылетела из ствола и воткнулась точно туда, куда Олег и метил.

Он, внутренне содрогнувшись, представив, что сейчас станет с Мишей, нажал на спуск, и 50000 вольт пробежали по гибким проводам, разряжаясь в теле Михаила.

Тело соседа затряслось и рухнуло на пол. Олег отщелкнул провода отработавшего заряда и перезарядил тазер. Это удалось ему попытки с десятой – руки все еще ходили ходуном.

Осторожными шагами он обошел лежащее на полу тело и нажал на кнопку выключателя света. Вспыхнувшие под потолком тусклые лампы осветили комнату. Возле кровати лежало два тела, причем тела были здорово изуродованы, как это говорится привычным ему канцелярским языком: «Имеют повреждения, не совместимые с дальнейшей жизнедеятельностью». У обоих выедена брюшина и, кажется, что-то не так с головами.

Попытавшись приглядеться, Олег вдруг понял, что не так с их головами, а от осознания того, что он увидел, перед глазами поплыли черные круги, желудок подкатил к горлу.

Ему, конечно, по роду службы многое довелось повидать, но такое впервые.

Олег согнулся в позыве жесточайшей рвоты, и лишь выблевав все на пол, утерев лицо рукавом, он зачем-то вновь поднял глаза на трупы. То ли надеясь, что увиденное исчезнет, то ли еще зачем.

Но нет. Все было так, как было.

Оба черепа лежащих трупов были выедены дочиста.

Олег не без труда разогнулся и вдруг заметил, что тело Михаила, которое по всем правилам должно лежать еще пару часов, начало дергаться, зашевелило руками и…начало подниматься. Нервы гаишника не выдержали, и с громким воплем он выскочил из комнаты, закрывая за собой двери.

Возле входной двери его повело, он чуть было не упал, однако смог выйти, и ему хватило сил захлопнуть обитую дермантином коричневую дверь страшной квартиры.

Пачкая за собой кровью стену, цепляясь за нее, за перила, Олег спустился на два пролета, открыл дверь своей квартиры и ввалился в нее.

Дверь за ним медленно вернулась на место, но все же не захлопнулась, упершись в его ногу.

Сил подняться, повернуть ручку замка у него уже не осталось, тем более вызвать скорую, и он, успокоив себя мыслью, что сейчас немного отдохнет и сможет подняться, просто закрыл глаза.

И тут же провалился в черное небытие.

Глава 5 Пушка

Женя

Не без труда, но дозвонился до Ани. Долго говорить она не могла, поэтому побеседовали быстро. В больнице бардак. Свою смену Аня уже отработала, но уйти домой ей не позволили. Менты постоянно привозят новых «буйных» или укушенных.

По моей спине пробежал холодок. Начинается…как пить дать, начинается…

Я попытался было уговорить ее просто свалить, но Аня не согласилась, и когда я начал настаивать, заявила, что ее зовут и нужно бежать, после чего бросила трубку.

В целом, ожидаемо. Она ведь упрямая, как…как я.

Я тяжело вздохнул. Аньку сейчас из больницы за уши не вытянешь. Ну и что с ней прикажете делать?

Насильно вытаскивать? Похоже на то. Но это надо делать вдвоем.

Кстати! Чего там Вовка?

Тут же набрал его.

У Вовки, как оказалось, уже имелась своя история, которую я выслушал, а затем поделился тем, что было на сервисе.

В конце нашего разговора Вовка попросил узнать, что с пострадавшими из супермаркета, где и произошло нападение, свидетелем которого он являлся. А еще попросил узнать про бухгалтершу из своего офиса – ее утром цапнули.

Я сразу сообразил, что у него появились какие-то догадки. Интересно потом будет выслушать его и поделиться своими, но сначала…

Снова набрал Аню, попросил пробить людей по тем фамилиям, что Вова дал.

Тут Аня не отказала. Она перезвонила буквально через несколько минут.

Интере-е-есно получается…

Бухгалтершу куснули утром, и она уже отдала богу душу.

В маркете укусили двоих. Мужик спокойно домой пошел, а тетке поплохело. Кусал их один и тот же «бешенный». Укусы, как я понял, не особо серьезные. Во всяком случае, Анька так сказала. Так почему же кому-то хоть бы хны, а кто-то в реанимацию укатывает?

Черт! Опять одни вопросы и ни одного ответа…

Пока Анька не бросила трубку, снова попытался убедить ее уйти с работы. Пытался даже как-то аргументировать это. Не получилось – теперь она просто бросила трубку, даже не пытаясь оправдаться.

Вот ведь дура, а…

Далее вновь набрал Вову и пересказал ему все, что узнал от Аньки.

Судя по тому, как он замолчал, выслушав все, я прямо почувствовал, как у него тоже в голове шестеренки активно шевелились, и он судорожно соображать начал. Ну, точно какая-то теория у него наклевывается!

Пока мы с Вовой разговаривали, к сервису подъехали менты – видел проблесковые огни за воротами. Так что разговор я быстро закончил.

Но, вопреки сказанному Вове, к ментам идти не спешил – передумал.

На территорию сервиса зашли двое, молча стояли, выслушивая Дилика, активно жестикулирующего. Затем забрали нашего «друга» и уехали.

Лишь после этого я вылез из машины и подошел к нему.

– Ну, чего там? – поинтересовался я.

Самому к ментам идти не хотелось. Еще напрягут, как Вову, протокол подписывать, показания давать. Ну на фиг!

– А ничего, – отмахнулся Дилик, – менты уже с самого утра устали. Говорят, таких, как этот, – он кивнул под навес, где пленник был, – уже несколько было. Все кусаются, все дикие…

– Отлично просто, – вздохнул я.

Похоже, вечером надо все же заглянуть к Олегу. Наверняка много чего интересного расскажет о сегодняшнем дне.

Но это вечером, а сейчас у меня есть дело. Вова дал наводку, и я был в растерянности, с кого начать – Пешего или же сервисника, о котором Вова напомнил. Кому из них позвонить сначала?

Начать решил все же с более надежного или, скорее уж, знакомого варианта – Пешего.

Вот только трубку он не брал. Я уже решил, что нет смысла продолжать звонить, когда на том конце нашарили трубку и хриплым, злым голосом ответили:

– Кто б ты ни был – гори в аду, сволочь! Чтоб тебя там черти жа…

– Пеший, в следующий раз поедешь домой на такси!

– А, Джей… Чего тебе, блин, надо? В такую рань то…

– Да какая рань? Темнеть уже скоро будет, – хмыкнул я.

– Ну тем более! Ночь на дворе, а он вызванивает… – проворчал Пеший.

– Так, Пеший, дело есть. Серьезное дело!

– А может, не сегодня? – страдальчески простонал Пеший. – Давай завтра, а? А лучше послезавтра!

– Сейчас надо, Пеший. И ты, я там слышу, приболел?

– Ну да.

– Скоро буду. Лекарства привезу тебе… – пообещал я.

– Минералочки! Минералочки привези! – тут же оживился он.

Я молча нажал отбой. Насчет минералки и так было понятно. А еще в силу того, что Пешего я знал неплохо, надо брать сигареты и пиво.

Судя по голосу, Пеший вчера насиделся от души. А раз так, то будет грустным, ленивым, и будет всеми силами сейчас стараться от меня отделаться, получив «лекарство».

Но «лекарство» отдавать я не буду, во всяком случае, пока он не подключит мозг и я не получу от него то, что хочу.

Прощаясь с Диликом, я прикидывал, а не завербовать ли его в свою группу «выживальщиков»? Нет…не настолько мы с ним хорошие знакомые, чтобы он мне поверил и уж тем более сорвался черт знает куда, не пойми с кем только потому, что этот кто-то верит в конец света… Да и вообще – Дилик ведь не один. Жена, дети, родственники… Он в любом случае останется со своими.

Но все же я не удержался и попытался объяснить ему, что будет в обозримом будущем. Пусть знает. А так как он далеко не дурак, увидит несколько признаков того, о чем я ему тут талдычу – глядишь, призадумается и это может спасти ему жизнь. Или жизнь его родным.

Эх, а хотелось бы в команду опытного автомеханика. Автомеханик, врач, стоматолог…кого еще? Химика, снайпера, супермена… Многого хочу.

Я покинул сервис Дилика и покатил по своим делам. Совесть моя была чиста – чем мог Дилику помог и подсказал.

В первую очередь посетил заправку, залившись под пробку, а затем остановился возле магазинчика у дороги, где взял пару упаковок простого светлого и темного пива «Приморское», пару бутылок минералки, максимально газированной, ну и пачку сигарет. Пеший курил в первую очередь сигареты марки «Цузие», ну, которые «не свои». И по большому счету ему было плевать даже, с фильтром они или без. А тратить на него свои, чтобы потом долго и нудно искать их, я не хотел.

Пока катил по трассе, спохватился и проверил время. Нормально, еще обеденное. Конечно, до сумерек и темноты не так уж и далеко, но по идее я должен успеть вернуться в город засветло. До Пешего не так уж и далеко ехать вообще-то, но дорога там…

Съезд в «недопоселок», где жил Пеший, представлял собой размокшее глиняное болото весной, пыльную грунтовку летом, обычную дорогу осенью до дождей и мокрое глиняное месиво зимой, когда осадки превращали ее в непроходимое препятствие для всех, кроме высоких джипов и пикапов.

С одной стороны это была изрядная проблема – по раскисшей трассе зимой в поселок не могли проехать экстренные службы, доставки и тому подобные ребята.

Впрочем, постоянных жителей там было немного, они о себе могли и сами позаботиться. Да и соответствующие тачки для того, чтобы выехать из поселка, у них имелись.

Ну а в сезон, начиная с апреля и по ноябрь, там народонаселения прибавлялось. Это туристы в большинстве своем, причем самая «бюджетная» их категория. Ну, которым пофигу, где снимать «загон туристический», лишь бы ценник был дешевый. А тут для таких было идеально. В конце концов, минимальные удобства – туалет, душ, интернет имелись. Чего еще надо?

Я к чему о чертовой дороге думаю? Потому что мой «Гранд» тут едет с некоторым натягом, уж больно скользко. И есть у меня ощущение, что начнись глобальная жопа – этот поселок может стать неплохим вариантом для обустройства базы. Сюда неудобно ехать, еще хуже идти.

Никого нет – до сезона еще месяц. И вокруг тишина…

При этом сто пудов, если пошарить по поселку, найдется уйма полезностей для выживания, ремонта, строительства. А местные…с ними реально проще договориться. Все они изрядные социофобы, терпящие общество друг друга, и то не всегда.

Вспомнилось, как летом я повелся на обещание «вот такенных офигенных» шашлыков, и после одной из игр доставил Пешего домой, остался у него же.

Он моментально позвал своих соседей, с которыми типа приятельствовал. Пришло четверо, кажется, и все они были угрюмыми мужиками около 50, явно тяготившимися обществом кого-то «нового». Правда, алкоголь несколько сбавил градус напряженности, и я тогда даже интересно поболтал с одним из них ‒ бывшим местным егерем, сейчас владельцем большой конюшни. Он рассказал несколько баек, а главное – приглашал покататься на лошадях.

К слову, в условиях надвигающегося «БП» лошади могут очень пригодиться…

Тем временем шины моего джипа прошуршали по свеженасыпанному в деревне гравию, и я свернул направо, к дому Пешего.

Участок был окружен забором, а во дворе жил Кефирчик.

Кефирчик – это кавказ-переросток, милейшее существо за пределами своего забора.

На нем катались верхом малыши в деревне летом, он валялся кверху пузом и давал себя чесать. Никогда не гавкнет или тем более не зарычит. Не пес, а мягкая игрушка прямо…

Но таким он был, только если это происходило вне пределов участка Пешего. Дом для Кефирчика был святым храмом, осквернять который мог только тот, кому дал разрешение его «папа». На всех прочих же кавказец устраивал самую настоящую засаду.

Вот и сейчас, когда я, заглушив мотор, вылез из машины и подошел к приоткрытой калитке, внутри раздался негромкий хруст камешков, сменившийся полнейшей тишиной.

Человек незнающий толкнул бы сейчас калитку, сделал роковые три шага по тропинке в сторону дома, и на него тут же справа, от кучи песка напрыгнуло бы сто килограмм мышц и меха, сбило бы с ног и стояло бы над ним, крайне довольное собой, ожидая команды от хозяина.

Уйти, отползти, отпихнуть себя пес не позволил бы. Только после того, как «добычу» увидит Пеший и скажет, что с ней делать – отпустить или сожрать.

Откуда я так много знаю? А я уже как-то вот так был свален на землю и лежал, боясь пошевелиться, в то время как надо мной нависали здоровенные клыки этой твари, а гад Пеший минут пять не выходил из дома, словно специально. Так что я успел вдоволь насмотреться на довольную морду и клыкастую пасть Кефирчика.

Собственно, поэтому второй раз на эту удочку я не попадусь, на фиг такие приключения! На двери висит звонок, вот его и использую. И пусть кому-то будет там плохо, раз ждал гостя и не догадался Кефирчика в вольере закрыть…

Пеший вылез из дверей через пару минут. Я слышал, как он долго топчется на крыльце, обуваясь, слышал, как он рявкнул псу: «Место!», и до меня донесся разочарованный вздох, с которым кавказец потрусил в свою будку.

Пеший открыл калитку и дал себя разглядеть. Выглядел он ровно так, как звучал его голос, то есть крайне паршиво. На меня уставились два красных глаза, и хриплый голос пробурчал:

– Минералочку привез?

– Угу. На!

– Хорошо! – Пеший тут же выхватил у меня из рук бутылку, скрутил крышку и сделал один большой глоток, чуть ли не ополовинив бутылку, после чего довольно ухнул и заявил: – Дай сигарету, будь человеком!

Я, заранее зная весь этот сценарий, достал из кармана пачку и протянул ему. Пеший немедленно вскрыл ее и с наслаждением закурив, вопросительно уставился на меня.

– Колись, чего надо? Ясно, что что-то незаконное, иначе хрен бы ты приперся сюда с водичкой и куревом!

– Ты прямо это, мысли читаешь, – усмехнулся я. – Ну, во-первых, здравствуй.

– Да-да, здравствуй, – нетерпеливо закивал он, – давай уже ближе к делу!

– Во-вторых, – неторопливо, решив немного поиграть ему на нервах, сказал я, – да, я по делу. Но, может, все-таки зайдем? Не хочу на улице трепаться.

– Да господи, кому какое дело? – уже докурив сигарету в пару тяг, Пеший отправил ее щелчком в ближайшую лужу. – Ты ж знаешь, никого из соседей нет.

– И все же, – настаивал я.

– Ну сейчас, покурим еще по одной и заходи! – сдался Пеший.

Пока мой визави докуривал вторую сигарету, я достал из машины пиво. Вот тут Пеший прямо оживился.

Посмотрев на его несчастно-умоляющее, страдальческое лицо, я милостиво извлек одну жестянку и кинул ему. Минералка была немедленно забыта, и он присосался к банке.

Опустошив емкость меньше чем за минуту, Пеший облегченно выдохнул, и с его мордой произошла чудеснейшая метаморфоза – за пару минут на лицо вернулись краски, ушла одутловатость, и передо мной предстал тот человек, которого я знал, а не его блеклая, страдающая похмельем тень.

– Вот теперь хорошо-о-о! – протянул он и заржал своим нелепым смехом, от которого не по себе всем вокруг становилось, а малознакомые люди и вовсе от него шарахались. – Так! Тебе точно нужно что-то очень важное, и очень незаконное. Ну пойдем, погутарим. Ради человека, притащившего страждущему эликсир здоровья, я готов расстараться.

В доме остались явные следы недавней суровой мужской пьянки и стоял стойкий аромат сигаретных окурков и перегара. Мне пришлось немедленно озаботиться собственным спасением, и я открыл окна.

Фу-у-ух… хоть дышать теперь можно…

Пеший же, воспользовавшись моментом, незаметно упер у меня вторую банку и рухнул на диван возле столика, закурив очередную сигарету. Отхлебывая из банки и потягивая сигарету, он наблюдал, как я настойчиво дергаю створки, пытаясь их открыть, а затем спросил:

– Ну, тут то ты уже не боишься прослушки? Что тебе надо? Афродизиаки? Наркотики? Тачку за полцены?

– Эм-м-м… – я честно подохренел от такого ассортимента, и в тот момент даже не понял, шутит он или нет, но виду решил не подавать, и заявил сходу:

– Мне нужна пушка. Без истории на ней. Сейчас.

– Оба-на! – Пеший, расслабленно развалившийся на диване, удивленно уставился на меня.

– Ну ты ж орал, что ты все достать можешь, что у тебя в конторе связей немерено, – пожал я плечами.

– Да как бы…ну да, но пушку… Где я тебе ее возьму прямо сейчас? Недельки через 3-4 могу, так что потерпи…

– Не-е-е! – скривился я. – Через 3-4 будет поздно, и за это время я разрешение могу сделать и ружье купить.

– Что за спешка то? – удивился Пеший. – Завалить кого надумал, что ли? Боишься, что уйдет?

– Нет, – покачал я головой.

– Тогда почему прямо сейчас?

– Для самообороны, блин, – проворчал я. – Пеший! Оно тебе надо ‒ зачем и почему? Просто пушка надо. Сейчас. Деньги ‒ не проблема.

– Тьфу ты! Блин, Жек! Ну вот как тебе объяснить? – нахмурился он. – Такие вещи не делаются вот так вот, по щелчку. Даже «грязную» пушку с десятком трупов на ней достать не так просто. А уж чистую – это целая, понимаешь, операция.

– Да ладно. Кто-то ж торгует пушками? У него хоть что-то должно быть. Иначе смысл…

– Кто-то может и торгует, – кивнул Пеший, – но я таких не знаю. У меня другие края. Так что нет, быстро не достану.

– Бли-и-ин…прямо совсем ничего? – сказать, что я был расстроен – не сказать ничего.

Пеший задумался. Думал он до конца сигареты, а потом вдруг подскочил, напугав меня своей резкостью, и вышел из комнаты.

Я, честно сказать, несколько офигел от такого поведения. Он, конечно, экстравагантное хамло, но не настолько же.

Минут через пять Пеший вернулся, таща в руках какую-то грязную тряпку. Он без лишних слов протянул ее мне. На глазок там было нечто тяжелое.

– Э-э-э…а это что? – насторожился я.

– Ну…это единственное, что я тебе могу предложить сейчас, – пожал плечами Пеший.

В тряпку оказался завернут…револьвер ‒ здоровый такой, черный.

– Пеший, это что, шутка такая? Это ж травмат! Ты меня за идиота держишь? Или думаешь, я не знаю, как…

– Успокойся! Травмат это и есть, но…не совсем. Чуть модифицированный. В барабан посмотри.

Я заглянул в барабан. Патроны как патроны, на торцах вон написано что-то типа 9х18 мм. Стоп! 9х18 – это ж от Макарова патрон. Ого, «модифицированный»!

– И сколько же такой будет стоить?

На лице Пешего проскочила вся гамма чувств – от жадности до раскаяния, и от желания соврать до гнева. Кажется, он спорил сам с собой.

– За десятку отдам, – выдохнул он.

– Ого! Откуда такая щедрость? – прямо-таки поразился я. Уж чем-чем, а благотворительностью Пеший никогда не занимался, в меценатах не числился, и щедрость никогда не проявлял. Как раз наоборот.

Пеший, уже явно окосевший от пива, упавшего на старые дрожжи, помялся, но все же честно ответил:

– Потому что говно редкостное. Тебе срочно надо – поэтому предлагаю. Но так как ты все же человек не левый – честно предупреждаю. Да даже левому бы сказал – на хрена мне проблемы потом? Короче, пушка почти что одноразовая. Ну не совсем, конечно…но больше трех десятков выстрелов из нее делать категорически не советую, можешь остаться без глаз или пальцев. Отсюда и цена. Кроме тебя, скорее всего, никто не возьмет. А мне она без надобности…

– Э-э-э…Пеший, тебе никто не говорил, что продавец из тебя не очень? – хмыкнул я.

– Нет, не говорили, – усмехнулся он, – потому что обычно я вру. Но тут особый случай, так что решай: берешь, не берешь?

Я подвис. С одной стороны вот она, пушка. Три десятка выстрелов… А вот много это или мало? Сегодня утром или на сервисе это было бы даже много, куда больше, чем надо. А еще лучше что-то, чем вообще ничего. Но с другой стороны… А если серьезный замес?

Внутренний голос честно сказал – а если серьезный замес, то тебя и так, и так сожрут или убьют. Но с револьвером все же какие-никакие, а шансы имеются. А еще, вполне возможно, что благодаря этой штуке удастся разжиться чем-то посерьезнее, ну или хотя бы понадежнее.

Короче говоря, внутренний голос называл только плюсы. Минус, конечно, есть, и он очень весомый – шанс после очередного выстрела остаться без пальцев или глаз. Но это всяко лучше, чем быть сожранным заживо.

Придется, наверное, послушать его, голос этот. Прав он, как ни крути.

– Эх, ладно, беру! – решительно заявил я. – Патронов хоть насыплешь мне? Эти самые три десятка?

– Нет, – покачал головой Пеший. – Мне не жалко, просто столько нет. У меня есть пачка картонная и вон, шесть в барабане. Все.

– А пачка – это сколько? – спросил я.

Пеший посмотрел на меня, как на говорящий табурет, но все же ответил, подпустив в голос толику презрения:

– Как всегда, 16 в пачке, в цинке таких пачек 80.

– Пеший! Ну ты чего через зубы цедишь? Ну не знаю я! Откуда мне это знать?

– Из интернетов, – буркнул Пеший.

– Да вот просто делать мне нечего, кроме как лазать по инету и смотреть, сколько пуль в одном цинке.

От слова «пуль» он поморщился, как будто лимон сожрал.

– Не пуль, а патронов.

– Угу. Патронов, – легко согласился я. – Так откуда мне это знать? Я обычный человек. Знаю, что в рожке «Калаша» их 30, а в обойме ПМ – 8.

Пешего от каждого слова прямо корежило, будто он нежить какая, а я обряд экзорцизма провожу и молитву для его изгнания читаю.

– Жень, – взмолился он, – ты меня добить решил с утра пораньше?

– Чего? – искренне растерялся я.

– Рожки, обоймы… – вздохнул Пеший. – Рожок, блин, у мороженки есть. У оружия – магазин. Что у пистолета, что у автомата. Обойма у СКС. Все!

– Ой, ну тебя, заклепочник! – отмахнулся я. – Какая разница, как называть? Лишь бы стреляло, когда на курок жмешь.

У Пешего аж глаз дернулся.

– Все. Давай деньги и иди отсюда!

Я с ним рассчитался и мы вышли из дома, направились к калитке.

Все это время я мучительно думал, предупредить ли мне Пешего или нет. Все как и прежде: расскажешь правду ‒ сочтут поехавшим, начнешь врать – или подловят, или не поверят.

Так ничего и не решив, мы дошли до калитки, и когда Пеший собрался было открыть рот, чтобы попрощаться, я все же решился.

– Ты б это…сидел у себя тут. В городе какая-то хрень сегодня началась…

– Какая хрень? – насторожился Пеший, и явно заметив, как я мнусь, прямо потребовал: – Говори уже!

– Да не знаю я. Странные дела творятся. Люди сходят с ума. Я уже двух психов видел. Кусаться лезут, ведут себя неадекватно… Одного на набережной, второго у Дилика на сервисе. Короче, будь осторожнее и не давай себя кусать.

– Кусаются? Психи? – подозрительно уставился на меня Пеший. –Темнишь ты что-то.

– Ну…я сам пока ни хрена не понял и ни в чем не уверен, – тут я даже не соврал.

– Ладно, понял, – кивнул Пеший и протянул руку для прощания. – Давай там, осторожнее!

– Ты тоже, – я пожал протянутую руку.

Отъезжая, в зеркало заднего вида я увидел, что Пеший, задумчиво поглядев мне вслед, ушел обратно во двор, заперев за собой калитку.

Принял ли он мои слова всерьез или нет ‒ я не знал. Впрочем, уверен, что понял – должен факты сопоставить. Я говорю про странности, пушку вдруг ни с того ни с сего купил…

Наверняка включит радио или пороется в интернете, и сам все узнает. А далее…его спасение уже его проблема.

У меня теперь совсем иные дела. Благо одно вроде как решил. Ну как решил…так себе, конечно, приобретение, но все же…

Пока машина медленно ползла по грязи, я выудил из кармана револьвер и внимательно его осмотрел.

Все же для травмата увесистая игрушка. Таким если по башке навернуть – мало не покажется.

И в руке сидит удобно.

Ну, в любом случае, если встретится кто-то вроде того мужика, что был у Дилика на сервисе, мне есть чем его угостить…

Глава 6 Учеба на практике

Вова

Вова завел автомобиль и отъехал от бордюра. Пока ехал по тихой улочке, принялся переключать каналы радиостанции, пока, наконец, не попал на прямой эфир. Диджей принимал звонки и разговаривал со слушателями.

Вова решил оставить этот канал. Может, чего интересного услышит…

Пока шел обычный треп. Диджей просто делал свою работу – развлекал слушателей.

Вова слушал это вполуха, сам же внимательно смотрел по сторонам, вел машину медленно, не спеша.

Он надеялся увидеть кого-то похожего на типа из супермаркета.

Нет, в этот раз он не собирался лезть в драку, как раз наоборот или, что точнее, хотел понять, с кем или чем он имеет дело.

Но пока не везло – стоял хмурый день, моросил мелкий дождик и редкие прохожие казались вполне обычными. Вова же искал кого-то, кто по его мнению должен был двигаться так, как обычно это делают сильно пьяные – шататься, еле передвигать ноги и так далее.

Пока не везло. Хотя, может, это и к лучшему.

Зато повезло с радио. В эфир смогла попасть какая-то женщина:

– Алле! Алле! – кричала она.

– Вы в эфире, здравствуйте! – поприветствовал ее диджей. – Итак, что вы хотите нам рассказать?

– Я… – женщина словно растерялась, – в общем, я была дома, готовила обед. Случайно выглянула в окно и увидела, как там гуляет моя соседка. Она в такое время собак своих выгуливает. А неподалеку от нее был какой-то странный, грязный тип. Может, бомж или алкаш. Дерганый весь какой-то… Больной, в общем.

– Ну, может, человек просто принял лишнего на грудь, – рассмеялся диджей.

– Может, – легко согласилась женщина, – но он мне сразу не понравился. Я почему-то продолжала смотреть в окно, и не зря – этот тип двинулся на мою соседку.

– Так…

– Она напал на нее сзади. Она пыталась отбиться, но он повалил ее на землю и…

– И? – оживился диджей. – Что же было дальше?

– Я не знаю… они были далеко, и со стороны казалось, что он…что он ее…

– Что? Целует? Обнимает? – начал подсказывать диджей.

– Нет…

– Делает искусственное дыхание?

– Нет! Слушайте, я не знаю, что он там делал, но я отошла от окна и позвонила в полицию. Пока ходила за телефоном, пока говорила с оператором… В общем, когда вернулась назад, увидела, что соседка так и лежала на месте, а вокруг нее растекалась лужа крови.

– Хм…а вы уверены…

– Я точно знаю, что видела! – прикрикнула женщина.

– Ну а что же тот пьяный?

– Он просто сидел рядом с ней… Он словно бы…ел. Он был ко мне повернут спиной, и я не могла разглядеть, но…я уверена, что он что-то ел. Потом приехали полицейские и долго не могли с этим типом справиться.

– Он сопротивлялся? Дрался?

– Нет, не дрался, но…не знаю, как сказать…все время вырывался.

– И чем же все закончилось?

– Полицейские его все-таки повалили на землю, скрутили и отвели к себе в машину. Но он, кажется, кого-то из них укусил. Он точно лез кусаться.

– Хм…потрясающая история! – заявил диджей. – Раньше я подобного не слышал, но было интересно.

– Потрясающая? Интересно? – возмутилась женщина. – Слушайте, я сегодня еще одного такого видела, и он тоже пытался напасть на прохожего. Не подходите к…

– Ой, у нас что-то оборвалось, – весело заявил диджей. – Так, все понимаю, погода пока еще пакостная, настроение еще хуже, но не стоит отчаиваться – уже скоро вновь выглянет солнце, дождь закончится, и вы сами не заметите, как ваше настроение резко поднимется! А чтобы это случилось прямо сейчас, давайте послушаем Алину Дайс с ее композицией…

– Идиот, – буркнул Вова и переключил станцию.

Тут по идее вот-вот должны были начаться новости. Может, там что-то толковое будет…

К сожалению, нет. Ничего толкового там не было. Политика, спорт, какие-то сплетни и упоминание, что в их области могут ввести чрезвычайное положение. Но при этом почему-то не упоминалась причина. Мол, «губернатор заявил, что при необходимости…». И все. Что, почему – ни хрена не понятно.

Однако Вову, который и наделся услышать или не услышать нечто подобное, это насторожило.

Он уже проехал центр города, вновь оказался на окраинах ближе к трассе. До «Рояла» было рукой подать. Всего-то надо проехать по дороге с крутым спуском до трассы.

И именно здесь он наконец-то увидел того, кого так отчаянно искал.

Впереди по противоположной стороне дороги еле-еле плелся тип.

Одет он был, мягко говоря, совсем не по погоде: домашние треники, футболка на голое тело, тапок сохранился лишь на одной ноге.

Будто алкаш вышел за бутылкой в магазин.

Однако Вова этот район знал – тут один частный сектор и единственный небольшой магазинчик находился в другой стороне, на самом верху.

Туда, куда плелось это чучело, ничего не было – пара перекрестков и все, трасса начинается.

Нет, может, конечно, у него там где-то дом, но…

Вова был уверен, что нет…

Впрочем, он вспомнил, что чуть ли не в самом конце, считай возле трассы, есть даже не дорога, а тропинка, ведущая к лесу, а напротив есть забегаловка, в которой вечно трутся алкаши. Может, этот туда чешет?

Когда Вова подъехал ближе, «пешеход» задергался – закрутил башкой, а затем и вовсе остановился, повернулся к медленно катящейся по улице машине, наблюдая за ней.

Вова знал, что его «кореец» работает очень тихо. Движок мурчит чуть слышно, если на улице шумно – звук можно даже не расслышать.

Но тип его услышал, и сейчас стоял, пялясь на уже поравнявшуюся с ним машину.

Хоть он и таращился на нее, однако не спешил подойти ближе. Так и стоял, глядя и не проявляя к ней больше никакого интереса.

Но когда Вова для эксперимента открыл и закрыл водительскую дверь, причем с довольно громким хлопком, мужика это заинтересовало – он двинулся вперед, но как-то без особой охоты.

Вова хотел было посигналить, но передумал – внимание странного типа он уже привлек. А что если сделать так…

Предварительно проверив, что все двери закрыты и снаружи их не открыть, Вова врубил первую передачу, выжал сцепление, чтобы в случае, если что-то пойдет не так, ему нужно было только отпустить педаль тормоза, и машина сама собой покатит вперед, с горки как раз.

Лишь после всех этих манипуляций он опустил окно.

Тип на противоположной улице сразу оживился, пошел куда резвее, чем раньше.

По мере его приближения Вова смог его разглядеть.

Худой, короткостриженый мужик лет пятидесяти, с трехдневной щетиной и впалыми щеками, глазами на выкате. Идеально бы подошел на роль бывалого сидельца в каком-нибудь отечественном сериале. К тому же еще одежда – заляпанная, потертая, некогда белая майка и видавшие виды треники. Плюс на всех открытых участках тела татуировки. Довольно специфические, отображающие богатую биографию владельца.

Вова в них особо не разбирался, но все же мог понять, когда татуировка просто для баловства сделана, а какую мог носить только сиделец.

А еще у мужика было опухшее лицо, несколько обвисшее, при этом чем-то неуловимо напоминающее то, что было у мужика, напавшего на женщину в магазине.

Глаза! У этого тоже были эдакие бельма, закрывающие зрачок и радужную оболочку. У нормального человека, пусть и бывалого алкаша, не могут быть такие глаза. Да чего там, Вова вообще в жизни не встречал ничего подобного.

А еще у мужика на шее была страшная рана – будто кто-то его укусил, вырвав кусок плоти, при этом кровь из раны уже не текла, она свернулась. Вон, на майке несколько потеков осталось – они побуреть успели.

–Эй! Дружище!

Голос Вовы стал катализатором, который заставил мужика наподдать. Бежать он не мог, он и шел-то, путаясь в ногах. Но все же умудрился как-то ускориться даже с учетом своей походки.

Вова увидел, что хотел, и поднял стекло, оставив лишь маленькую щелку, в которую даже пальцы не просунешь.

Мужик уже добрался до машины и принялся лапать стекло. Он не пытался его разбить, скорее это выглядело так, будто он не понимает, не знает, что перед ним, и пытается просто просунуть руку через стекло.

– Эй, мужик! Выпить хочешь? Может, денег на водку дать? Слышь, петушара опущенная?

Попытки Вовы вывести мужика на разговор не увенчались успехом. Ни предложение выпить, ни деньги, ни даже жесткое оскорбление не сработали. Мужик не отвечал, лишь хрипел, рычал, пытался как-то пробиться сквозь стекло.

Что ж, Вова решил, что эксперимент закончен, и отпустил сцепление, одновременно с этим вдавливая педаль акселератора – машина пошла вперед, быстро набирая скорость и оставляя позади преследователя.

Вова несколько раз бросил взгляд в зеркало – мужик так и продолжал плестись следом, прямо посреди дороги.

Что ж, кажется, этот был одним из…заразившихся. Вова так и не решался называть его «зомби». Ну вот не мог себя пересилить, и все.

Закурив очередную сигарету, он не спеша вел машину к «Роялу». Магазин большой, находится на отшибе, и там пока что должно быть относительно безопасно – вряд ли «зараженные» туда добрались. Скорее пока крутятся возле своих домов, не успев от них далеко уйти…

Всего несколько минут, и Вова вылетел на своей «кореянке» на трассу. Отсюда уже было видно вдалеке здание торгового центра – по факту с горки скатиться, чуть проехать, и вуаля – ты на месте.

К слову, а чего там брать?

Как-то так получилось, что Вова не успел обдумать этот момент. Ну жратва…это понятно, она во главе всего. А еще что?

Здание «Рояла» стремительно приближалось, уже даже редкие машины на практически пустой парковке стало видно, а в голове все еще пусто – никакого, блин, плана…

Так ничего толком и не придумав, Вова зарулил на парковку, поставил машину поближе к входу и, вопреки привычке, покинув салон автомобиля, заблокировал все двери, и даже на сигнализацию поставил.

В нынешнее время остаться без колес под задницей очень неприятно. Не зря Женя хочет свою тачку во что бы то ни стало забрать с сервиса. Если совсем все плохо пойдет, то уже завтра сервисы могут попросту перестать существовать…

В торговом зале Вова решил начать с продуктов. Тут он хотя бы более-менее знал и понимал, что брать надо. Консервы в первую очередь.

Руки сами хватали упаковками бычков в томате и самую дешевую тушенку, но затем Вова сообразил – не для галочки ведь берет. Случись то, что они с Женькой предполагают, и это все самим же жрать придется.

Он вернул то, что уже было в тележке, назад на витрину и принялся выбирать не спеша. Тушенку взял пусть и дороже, но все же качеством намного выше. От бычков отказался вовсе. Их жрать невозможно. Даже коты, и те морды воротят.

Рыбные консервы тоже более-менее съедобные надо брать. Далее накидал консервированных ананасов, кукурузу, горошек (а чего – уже суп какой-никакой, если прям совсем подсос наступит. А если еще с тушенкой, то почти оливье). Нагреб и забугорных беконов-сосисок, консервированной говядины и свинины. С удивлением обнаружил даже банки с сухарями, которые при соблюдении инструкции и добавлении небольшого количества воды могли превратиться в почти настоящий хлеб. Тоже пойдет. Если хлебозаводы работать перестанут ‒ о булках и батонах можно забыть навсегда. Или, по крайней мере, надолго.

Вместительная тележка, как оказалось, не такая уж и вместительная – во всяком случае, Вова забил ее полностью еще на первом стеллаже.

Пришлось мотнуться на кассу, а затем к машине, перекидав все в багажник.

Затем вернулся в зал и продолжил покупки.

Хотел было еще консервов накидать, но передумал. Нужно и чего другого набрать – макароны всяких подвидов, сахар, соль, спички, упаковка зажигалок, зубная паста, десяток щеток, целая упаковка универсального «шампуне-геля-растворителя».

Так…следующий отдел. Нагреб колбасы и сыра. Конечно, испортится быстро, но недельку продержаться можно, а этого хватит. Вернее уничтожится это раньше, чем продукты окончательно испортятся.

Далее вода. Водой Вова снова добил тележку подчистую и вновь попер на кассу.

– Господи, вы бункер, что ли, готовите? – закатила глаза кассирша, пробивающая товар.

– Не, в экспедицию собираюсь, – соврал Вова.

– А-а-а… – протянула равнодушно кассирша, но больше вопросов не задавала.

Третий набег на торговый зал уже прошел куда спокойнее. К ассортименту уже имеющихся консервов добавились всякого рода соусы, пюре, сыры (да-да, оказывается, и сыр бывает консервированным), далее Вова накидал конфет и печенья, сладкую воду, не поленился набрать и специй (а чего – весят немного, а вкус существенно улучшают даже испорченному или криво приготовленному блюду). Естественно, в тележку полетело несколько коробок любимых батончиков. После этого поперся в ту часть зала, где продавалось все для туризма.

В первую очередь в тележку полетели аж две миниатюрные газовые печки, работающие на баллонах, к ним же упаковка баллончиков. Далее веревки, карабины, следом полетели пусть и, мягко говоря, некачественные, но крайне необходимые «швейцарские ножи», набор инструментов, фонарики, куча батареек различных типов, форм, размеров, небольшая саперная лопатка.

Все, на этом воображение Вовы исчерпалось, а то, что было на витрине, его уже особо не заинтересовало. Либо слишком уж дешевый и некачественный хлам, либо вещи крайне сомнительные в плане «нужности» и «полезности».

Все же на всякий случай заглянул еще и в строительный.

Вот там уже смекалка заработала по полной.

Вова схватил несколько черенков для лопаты, парочку же лопат, болгарку, десяток дисков к ней, переходник с 12В на 220В с адаптером для прикуривателя, а еще квадратный пластиковый люк для канализации, легкий, но прочный. Были у Вовы на него планы. Может показаться, что дурацкие, но…

В очередной раз появившись на кассе, он вызвал недоумение у кассирши своим набором покупок, но к счастью проявлять любопытство и выспрашивать Вову, зачем ему это все надо, ни кассирша, ни торчавший рядом с обескураженным лицом охранник не стали.

И славно!

Вова завалил покупками уже весь багажник своего автомобиля, хотя тот был очень и очень вместительным, и там кроме запаски фактически ничего и не было. Часть покупок пришлось забросить на заднее сидение.

Далее Вова ринулся к аптеке, где заставил фармацевта мотаться между полками, собирая все, что он заказывал. А список там был солидный.

Оттащив лекарства в машину, Вовка направился в магазин одежды.

Черт его знает, чего там в будущем будет, лучше сейчас хоть минимальный запас сделать. Никаких джинсов и рубашек, только удобные, максимально свободные штаны в милитари стиле с боковыми карманами, пара жилетов (чтобы распихать по ним мелочевку), пара курток и несколько ремней. Затем Вова переключился на обувь. Кроссовки и туфли он сходу проигнорил, сразу перейдя к витрине с ботинками или, скорее, даже берцами.

Купил две пары для себя, затем набрал Женьку, уточнил у того размер и купил две пары ему.

Закинув и эти покупки в машину, Вова облегченно выдохнул, отер пот со лба и, бросив в зубы сигарету, прикурил.

Вот теперь вроде справился…

А чего, кстати, небо так потемнело?

Вова посмотрел на циферблат своих часов. Начало пятого…

Как так то? Он что, столько времени в магазине торчал?

А хотя…во сколько он из офиса укатил? В районе часа, начале второго. Путь к «Роялу» отнял пусть и немного времени, однако потом все его набеги сначала в продуктовый, потом в аптеку и магазин одежды…

В принципе, если учитывать все сделанное – довольно быстро справился, все что нужно купил.

Нет, конечно, не все, и почти наверняка много чего забыл, но самое важное, пожалуй, уже в машине лежит…

Докурив, он погрузился в машину и направился в обратный путь.

Вспомнив, что собирался заправиться, тут же свернул на заправку, залил полный бак. Ну а пока суд да дело – вскрыл одну из коробок с любимыми батончиками и схомячил сразу три, решив, что их нужно будет докупить еще, а то с его аппетитом и любовью к сладкому имеющиеся коробки быстро закончатся.

По пути назад следовать тем же маршрутом не получилось – Вова издалека заметил длинную пробку и проблесковые маяки.

Что-то там случилось…

Торчать в пробке он не пожелал, поэтому сделал небольшой крюк, заехав в город чуть дальше, и когда уже мчался среди жилых домов, увидел рекламную вывеску на одном из них, тут же хлопнул себя по лбу.

Во дурак, а…

Тут же подрулил к бордюру, выскочил из-за руля, снова-таки закрыв машину, и бросился к магазинчику на углу, возле которого и увидел вывеску.

Там он заказал семь бутылок водки. Вова водку не любил, но решил, что может понадобиться, ведь это вещь универсальная. И для стерилизации раны, бинтов, и в качестве бартерной единицы. Вот, кстати, одна бутылка точно пойдет в качестве таковой.

– Все? – спросила чем-то недовольная продавщица.

– Еще коньяка, – попросил Вова, – вон того, с синей этикеткой. Давайте три бутылки.

– Одна осталась, – бросила продавщица.

– Ну тогда вон того, что рядом. Его две вижу.

Три бутылки стали на прилавок.

– Не ужретесь? – без всякого намека на шутку поинтересовалась продавщица.

– А вам завидно? – в тон ей ответил Вова.

Она поджала губы и рассчитала его молча.

Так-то лучше.

Теперь уже Вова точно направился домой.

Припарковав «кореянку» на «свое» место, он несколько секунд еще сидел в машине, соображая, как поступить лучше – тащить все в квартиру или оставить здесь?

Решил, что лучше оставить. Если нужно будет срочно рвать когти, то пусть все будет наготове. Ему ведь по любому еще из дома вещички собирать и вытаскивать к машине.

А кстати, куда когти то рвать, если придется?

Ответ пришел практически сразу – конечно к бате в деревню. Он живет в такой глуши, что там и о недавно бушевавшей «коронованной эпидемии» никто не слышал… Да и поселок его пустой почти – там богатеи понастроили своих фазенд, местных осталось всего ничего. Даже летом, в самый сезон людей там было мало, а уж сейчас…

А у бати, конечно, не «олл инклюзив», но все же имеются все блага человечества – и вода, и электричество, и газ. Ну окей. А на случай отсутствия оного дрова в избытке.

Вова, не выходя из машины, нагрузил себе пакет продуктами, которые таки намеревался взять с собой в квартиру – там ведь шаром покати, а в холодильнике мышь повесилась.

Лишь после этого вылез наружу и направился к подъезду.

В самом подъезде он шел осторожно, прислушиваясь к подозрительным звукам и взглядом и контролируя углы, из-за которых мог неожиданно кто-то появиться.

Так он поднялся до третьего этажа и позвонил в дверь.

Спустя пару минут послышались шаркающие шаги, и дверь открылась.

В проем осторожно выглянул старик.

– Привет, дядь Федь. Это я.

– О, Вовка! Здорово! – обрадовался дедок.

Хороший был дядька. Общительный, душевный. Никогда в помощи не отказывал, хоть Вовка и обращался к нему не очень часто. С его собственным батей в свое время на заводе пахал, потому Вова и знал его.

Баба Валя, к слову, жена дяди Феди, была куда менее общительная – вечно недовольное лицо, слова цедила сквозь зубы, зыркала вечно по сторонам, будто боясь, что вот-вот ей кто-то грубить начнет, или нападет.

Дети их давно выросли, укатили в большой город, ну а старики остались здесь. Дядь Федя вышел на пенсию и маялся всякими шабашками. Благо руки у него были золотые. Вовке, к примеру, у которого вечно на бытовые проблемы времени не хватало, всю проводку поменял, затем и водопровод, краны, батареи. Вовка и знакомым его рекомендовал, так что у дяди Феди работа была. Не много, но сильно перетруждаться он и не любил – спина мучила.

Бабка его все на даче пропадала, а потом на рынке торговала. Деньги у стариков были и баба Валя, опасаясь, как она сама говорила, «душегубов да наркоманов всяких», поставила солидные железные двери, но на этом все. Вечно над деньгами сохла, мол, на похороны себе и деду берегла, да внучкам на приданное. А потом взяла да и померла, так и не узнав, что с дядь Федей никаких «душегубов да наркоманов всяких не надо». Похоронил тот жену и начал потихоньку заначку пропивать. Дети приезжали, пытались его забрать, да он ни в какую.

Впрочем, дядь Федя мужик был тихий. Пить то пил, но и дел не бросал. Впрочем, особо за работой не гоняясь. А чего? Пенсия имелась, бабкина заначка под рукой, в запои он не уходил, так что на жизнь хватало. «Да и сколько той жизни осталось?» – как он сам говорил.

– Дядь Федь! А дай ключ от гаража?

– Зачем? Помочь чего надо? – оживился дедок.

– Да нет, колпаки на машине поменять хотел, а то погнулись. А на улице дождь моросит – неохота.

Гараж у дяди Феди был, а вот машины – никогда. Да и как-то вообще у него с машинами не задалось: по дому что сделать – легко, а вот машины он словно бы боялся, обходя стороной. Да и признался как-то Вовке, что совершенно в них не разбирается, а учиться уже лень.

– Ну держи… – дядь Федя скрылся за дверью, а спустя несколько секунд протянул связку ключей Вове.

– О! Благодарствую! – обрадовался Вовка. – Через полчаса верну. На!

Он сунул старику пакет, в котором булькала бутылка водки и снедь – колбаса, сыр, хлеб, еще кое-чего.

– Да не надо, чего ты! – заворчал дед.

– А ну прекращай! – прервал его Вовка. – Это от чистого сердца.

– Ну тогда ладно, – кивнул дед и пакет таки взял.

Вовка лишь усмехнулся. Такой его аргумент всегда срабатывал.

Он поднялся на свой этаж, открыл квартиру и просто забросил пакет внутрь, тут же дверь вновь захлопнув и ринувшись вниз.

Там он достал из машины болгарку, лопаты, черенки к ним, люк и поволок это все к гаражу.

Темнота наступала быстро, и Вовка торопился. Ему крайне не хотелось торчать здесь долго.

Первым делом он «надел» лопаты на черенки, постучал об бетонный пол и зафиксировал каждую несколькими саморезами, которых у рачительного дяди Феди было до хрена, и все они были тщательно рассортированы по коробочкам.

Далее, взяв болгарку, Вова принялся резать полотно лопат. Десять минут аккуратной, неспешной работы, и у него получились два то ли копья, то ли пиллума с остро заточенными, длинными наконечниками.

Полюбовавшись на свою работу, Вова довольно хмыкнул и приступил к работе с люком.

На него он влепил, опять же саморезами, нечто вроде ручек. В качестве одной выступил купленный Вовой ремень, в качестве второй найденный в гараже потолочный поручень от «Москвича» или «Лады», судя по внешнему виду.

Осмотрел дело рук своих и примерял.

Отлично!

Из люка он смастерил нечто вроде щита. А чего, легкий, им можно зомб…зараженного оттолкнуть, держать на расстоянии, не подпуская к себе. И при этом рука защищена, а вторая свободна.

Собрав вещички, Вова закрыл гараж, забросил весь свой инструмент в машину, однако одну лопату прихватил с собой.

Мало ли…

М-да…самодельные копья и щиты ‒ это, конечно, хорошо, но лучше бы было какой-то огнестрел раздобыть…

Да только за один день и без документов попробуй еще это сделать. Вова вспомнил, что Женя должен был встретиться с сервисником из оружейки, однако очень сомневался, что из этой встречи что–то выйдет путное…

Тут ему в голову пришла гениальная мысль. Настолько, что до квартиры дядь Феди он не дошел, а скорее долетел.

Позвонив и дождавшись, пока старик откроет, он сразу сунул ключи в открывшийся между дверью и косяком проем.

– О, справился уже? Молоток… – дядь Федя открыл дверь полностью, взял ключи и оглядел Вовку с головы до ног, остановил взгляд на самодельных щите и копье.

– Опять дурью маетесь? – спросил он. – Я думал, ему для дела, а он…

– Надо мне. Хобби такое, – ответил Вовка.

– Хобби… – передразнил дядя Федя, – лучше вон действительно колпаки, что ли, поменял бы . А вообще машиной бы занялся – давеча как заводился, так стартер у тебя…

– Дед, продай ружье! – выпалил Вовка.

– Мульен! – усмехнувшись, ответил дед.

– Тащи, – без тени улыбки приказал Вовка.

– Да ты чего…на кой оно тебе? – растерялся дядя Федя, явно не ожидавший, что шутка окажется вовсе и не шуткой. – А ну как менты, и чего им скажешь, где взял?

– Не боись, не сдам я тебя.

– А ну как поймают? Чего тогда?

– Да не боись ты! Ну продай, а…очень надо!

– Неужто завалить кого надумал? Ты, Вовка, того, не думай даже! Не стоит оно…

– Да нет же, дядь Федь! И в мыслях не было… Ну продай, а? Все равно ведь пылится без дела…

Раньше дядя Федя числился в знатных охотниках – постоянно на выходных в лесу пропадал или на зверя охотился, или добытое мясо коптил. Вовка с детства помнил вкус кабанины, добытой дядь Федей.

Но потом старик почему-то свои походы прекратил. То здоровье подводило, то еще что-то мешало… А потом возник вопрос узаконивания ружья – тут Вовка подробностей не знал. То ли потерял документы, то ли новые не мог сделать…как бы то ни было, а ружье превратилось в предмет интерьера.

– Ладно… – проворчал дядь Федя, – уговорил, чертяка языкатый! Заходи.

Пока Вовка топтался у входа, дядя Федя приволок свое ружье – классическую вертикалку-двустволку.

– На, пользуй!

– Держи, – Вовка протянул ему несколько сотен баксов.

– Да не надо… – отмахнулся старик.

– Бери, – приказал Вовка, – я ж не забираю, а покупаю. И это…патроны давай.

Дядя Федя вновь метнулся в соседнюю комнату, притащил патронташ и пару коробок патронов.

– Это пятерка, на уток, – он отдал одну из коробок, – а это пулевые – на кабана. Бить лучше в голову или шею, а еще лучше…

– Спасибо, но мне уток пока хватит, – прервал его Вовка.

– Ну гляди…

– До встречи, – Вовка попытался было выйти, но дед протиснулся вперед, осторожно приоткрыл дверь и выглянул наружу.

– Никого… – констатировал он.

– А ты кого, ментов в засаде ждал? – усмехнулся Вовка.

– Мало ли…

Уже выйдя на площадку, Вовка развернулся.

– Слушай, дядь Федь…

– Чего? – старик уже собирался закрывать дверь.

– Ты бы сваливал из города…

– Чего это?

– Да…эпидемия опять начинается.

– Да ты что! Да не дай бог! – испугался дед.

Когда был карантин, дед с ума сходил в квартире. Особенно после того, как по пути в магазин за «беленькой» был остановлен патрулем и оштрафован за отсутствие маски. А что самое плохое – топливо в тот день он не купил.

– Ага, – кивнул Вовка, – так что звони дядь Коле, берите его тарантас и валите из города.

Нечастым развлечением дяди Феди были поездки с приятелем, дядей Колей, на его старенькой «Ниве». Овдовевшие старики пропадали на даче дяди Коли на месяц, но там они явно не только пили (хотя и не без этого) – возвращался дядя Федя всегда загорелым, полным сил, хоть и жаловался, что Митрофаныч (тот самый дядя Коля) загонял его своими грядками.

– Понял, понял, – закивал старик.

– Не затягивай. Завтра собирайте кости и валите, а то закроют опять кордон и будете куковать, – принялся стращать старика Вова.

– Да ты чего!

– А ты думал…

– Все, сейчас и позвоню. Раз такое дело – действительно, смываться надо. Уж лучше с Митрофанычем в его «Грязях», чем тут в четырех стенах…

– Во-во! – кивнул Вова и направился по ступенькам вверх, к своей квартире.

Уже там, захлопнув за собой входную дверь, он осмотрел приобретение.

Хоть дед на охоту и не ходил, однако оружие регулярно смазывал и чистил – состояние идеальное.

Вот только…Вове очень не хотелось этого делать, да выбора не было.

Найдя на балконе лобзик, он принялся отпиливать ствол, затем та же участь постигла и приклад.

Далее Вова прошелся наждачкой и напильником, зачищая и полируя края.

Узнай дядя Федя, что он сразу после покупки сотворил с его ружьем – обиделся бы, разговаривать не стал. Но Вовка и не собирался ему рассказывать, как надругался над ружьем.

Попробовав, как обрез сидит в руке, Вовка остался доволен.

Ну, не бог весть что, но уже оружие. И спрятать более-менее под одеждой можно.

Хотя лучше, конечно, пистолет, а в идеале бы было неплохо раздобыть автомат.

Срочную Вовка проходил, и хоть оружие им доверяли не очень часто, пользоваться «Калашом» умел…

Вовка набрал Женю, но сеть вновь была перегружена, так что он, оставив телефон на кухонном столе, принялся стряпать себе ужин.

Чуть позже вновь попытался набрать. В этот раз дозвонился, но Женька трубку не брал.

Это Вове совершенно не понравилось – такого за другом не водилось, и с телефоном он не расставался.

Вова взглянул на часы. Уже почти девять, за окном темнотища…

И что делать?

Вова решил так: если до 11 не удастся дозвониться – поедет к Женьке домой.

Когда на часах была почти половина, в дверь кто-то принялся отчаянно звонить, затем даже стучать.

Вовка, сидевший за компьютером, прямо подскочил в своем кресле, направился было к двери, но затем, вспомнив события последнего дня, схватил с дивана обрез, зарядил его, и только потом пошел открывать…

Глава 7 Боевое крещение

Женя

Купленный пистолет я спрятал от греха подальше под сидение. Если что, то достать недолго, зато в глаза не бросается, а то мало ли что… Попаду на особо бдительных ментов и прилепят мне незаконное хранение. Сиди потом в кутузке. А в текущих реалиях это может быть смертельно.

Но все же я подумывал позвонить-таки сервиснику. Глядишь, чем-то и у него удастся разжиться…

Пока ехал назад, попытался позвонить Ане и снова-таки убедить ее свалить с больницы, но она от меня отбилась. Сказала, что все у них тихо и спокойно. Она вообще уже не в приемнике, а в лаборатории.

Сваливать с работы она, конечно же, снова отказалась.

Вот ведь…дура! Что, ехать и насильно ее утаскивать? Так ведь знаю ее – упрямая, блин. Крик поднимет, скандал закатит, и ничего я не добьюсь. В лучшем случае ни с чем уйду, а в худшем…там сейчас менты регулярно бывают. Есть шанс, что прихватят меня, заберут в отделение…

Мой поток бешено несущихся мыслей перебил Вова своим звонком и крайне неожиданным вопросом о размере обуви, которую я носил.

Я даже сначала потерялся, совершенно таких вопросов не ожидая. Ответил, конечно, и лишь повесив трубку до меня дошло – Вова уже по полной затаривается. Скупает в магазинах все, что может пригодиться. Вон, даже про универсальную обувашку, для которой не страшна грязь и слякоть, не забыл. Наверняка и одежку какую-никакую взял. Зная Вову – он наверняка уже всю машину забил.

Он ведь у нас, как сам говорил: «Мужик хозяйственный, домовитый». Вечно найдет какой-то хлам и тащит домой. Впрочем, хлам он этот не складировал, а умудрялся довольно быстро приводить в пристойный вид и состояние, а затем продавал.

Сам того не заметил, как добрался до нормального шоссе, и только сейчас осознал, что начинает темнеть. Ну да, поездка к Пешему много времени сожрала – к нему по буеракам пока доберешься, да еще по такой погоде…

Это я еще быстро обернулся, мог и застрять где-то, тогда бы точно в город к темноте только попал, да еще и грязный, как черт.

Я крутнул баранку, съезжая с трассы на дорогу, которая вела к моей улице и дому.

Дорога эта шла в гору и проходила мимо частного сектора. Она не оживленная, поэтому я очень удивился, попав на ней в здоровенную пробку. Что тут могло случиться? На самом верху небольшой магазинчик, ну и внизу, ближе к трассе, есть забегаловка-рыгальник. Там местные алкаши-маргиналы собирались… Все, больше никаких достопримечательностей. Разве что лес как раз напротив рюмочной.

И тем не менее, даже в таком, казалось бы, тихом месте что-то приключалось: Моргали проблесковыми маячками машина ГАИ и «Скорой помощи», в отбойнике слева на спуске торчал небольшой китайский микроавтобус.

Гаишник, торчавший неподалеку, усталый, мрачный, вяло регулировал движение своей палочкой. Сразу было видно, что ни он сам, ни большинство водителей уже не помнили, как конкретно надо вести себя при жестах этой самой палочкой, поэтому все тормозили и тупили. Ну, еще бы, у нас в городе и светофоров не так уж много, чего уж говорить о таком «чуде», как живой регулировщик.

Подъезжая со скоростью черепахи к месту аварии, я обратил внимание на то, что со склона за отбойником спускаются двое врачей, пожимая плечами и что-то крича гайцам. Опустив стекло в пассажирской двери, я дождался, пока машина подползет к гайцу и спросил:

– Командир, а что стряслось? Может, помочь чем надо?

– Езжайте дальше, без вас разберемся.

– Да ладно тебе. Я ж от чистого сердца.

– Спасибо, но поисковиков мы уже вызвали.

– Так а что приключилось то?

– Пешеход, спровоцировавший ДТП, сбежал после него в лес. Может, в шоке, может и еще что. Водила умер на месте, – решив, что так от меня проще отделаться, рассказал гаец. – А нам теперь тут до глубокой ночи торчать и рапорты писать. И это уже третий такой случай за день. Как сдурели все!

– Да…что-то в городе сегодня нездоровое происходит, – кивнул я.

– Ты даже не представляешь, насколько, – хмыкнул гаишник. – Так, давай уже, проезжай, не отвлекай!

За аварией пробка быстро рассасывалась, так что потерял я всего-то полчаса.

Зарулив во двор, я остановился, огляделся по сторонам. Вроде тихо…

Сейчас зайду к Олегу. Он мужик неплохой, точно полезной информацией можно разжиться…

Револьвер я, долго размышляя, все же прихватил с собой. С одной стороны стремно было идти в гости к менту, имея в кармане нелегальное оружие, даже глупо. Но с другой боязнь выглядеть глупым может сыграть злую шутку – вдруг пушка понадобится.

В конце концов я пересилил себя, сунул револьвер в карман, застегнул его, чтобы оружие случайно не выпало или же чтобы не высунулось наружу.

Я не спеша поднялся на свой третий этаж. Шел специально медленно, ожидая неприятностей.

Но вроде в подъезде тихо. Ничего подозрительного не заметил. Да и как тут заметишь – жильцы были единодушны в мнении, что нужно экономить, так что в подъезде светили, если можно так сказать, лампочки тусклые и слабые, еще и краской замазанные, чтобы никто не украл.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.