Геннадий Кумохин
Магический детектив

Моя лучшая выдумка

«Сохраняйте чувство юмора, сэр»

В маленькой уютной гостиной сидят две пожилые дамы и пьют чай.

Одна из них, очевидно, хозяйка, маленькая, пухленькая, с глазами – пуговками на круглом лице, старательно подкладывает другой серебряными щипчиками крохотные пирожные из расставленных на столе хрустальных вазочек.

Ее подруга, тощая сутуловатая особа меланхолично кивает головой и молча уничтожает лежащее перед собой угощение.

Наконец она удовлетворенно вздыхает и смахивает надушенным платочком сладкие крошки с губ и подбородка, поросшего редкими седыми голосками.

– Ах, как я Вас понимаю, дорогая мисс Кьюз, – заниматься любимым делом и приносить людям неизъяснимое удовольствие. Да это мечта всей моей жизни! – говорит она, продолжая прерванный трапезой разговор.

– Но Вы твердо решили, мисс Клап, вложить деньги в наше предприятие?

– Ну, какие могут быть сомнения, милочка. Я с громадным удовольствием войду в компанию с Вами.

Не совладав с искушением, мисс Клап берет рукой пирожное из ближайшей вазочки и отправляет его в рот.

– Ах, какая прелесть, так и тает во рту. Неужели делать это так просто? Ни за что бы не поверила.

Настенные часы мелодичным боем извещают четверть одиннадцатого вечера, и мисс Клап со вздохом начинает прощаться.

– И как Вы не боитесь, мисс Клап, ходить одна в такую темень. Я, кажется, умерла бы от страха, окажись одна далеко от дома.

Мисс Кьюз подходит к занавешенному окну и, отогнув штору, заглядывает в черную пропасть: «Б-р-р!».

– Но что же делать, милочка, мой доктор рекомендует мне не менее трех часов ходить пешком. Ведь Вы же знаете, какое у меня здоровье. Только благодаря физической нагрузке и держусь.

– Как, – вытаращивает глазки мисс Кьюз, – а бандиты? Разве Вы не боитесь, что Вас могут ограбить? Вот на Вас и кольца и браслеты, и одежда самая дорогая.

«Но ведь это необходимое условие», – думает мисс Клап про себя, а вслух восклицает:

– Бандиты, убийства! Вы знаете, я в них не верю. Поверьте мне, милочка, это больше выдумки наших газетчиков! Я в них не верю, – повторяет она.

– Не провожайте меня мисс Кьюз.

Поздний вечер непрозрачной пеленой опустился на Город. Промозглый ветер выметает из скверов последние листья и разбрасывает по тускло поблескивающей брусчатке.

О чем думает мисс Клап, семенящая по тротуару мелкой старушечьей походкой? У нее нет ни родных, ни близких друзей, и только мысли о мисс Кьюз и о предстоящих им каких-то приятных хлопотах сокращают немного расстояние, которое придется прошагать сегодня унылой мисс Клап.

– Значит так, – бормочет, повторяя про себя мисс Клап, – берутся две порции майонеза, три порции муки, все это смешивается и …

Но она не успела вспомнить, что делается дальше, потому что из ближайшей подворотни за ее спиной метнулась какая-то тень, и мисс Клап почувствовала, как что-то твердое уткнулось ей между лопаток.

– Ну-ка, бабуся, не оборачивайся, а то прихлопну на месте! – приказал молодой, срывающийся голос.

В это время появился еще один грабитель, длинный и тонкий, как жердь, с маской на лице.

«Совсем сопляк», – подумала мисс Клап.

– Что вы собираетесь делать? – преувеличенно храбро спросила она, но голос ее предательски дрожал.

– Да ничего особенного, малость разденем. Давай сюда сумочку, старая карга! – велел длинный в маске.

– Ребята, ребята, что вы делаете? – заплетающимся от страха языком пролепетала она, собираясь, видимо, брякнуться в обморок.

И, действительно, мисс Клап покачнулась, сумка упала, и она последовала бы ее примеру, не подхвати мисс Клап под мышки (сказалось, наверное, воспитание) стоящий сзади грабитель с пистолетом.

– Вот вредная старуха, – проворчал длинный, нагибаясь за сумочкой.

В это время, находясь, видимо, почти без сознания, мисс Клап странно дернула ногой и … удар каблуком пришелся прямо в висок грабителя. Тот без звука растянулся на тротуаре. Не сообразив, очевидно, в чем дело, задний нервно хихикнул в ухо старушке, потом, после секундного замешательства, попытался освободить руки, прижатые локтями мисс Клап, и только тут с ужасом почувствовал, в каких тисках он оказался.

В каменном мешке улицы гулко разнеслись звуки выстрелов, и пули, разлетаясь веером, звучно шлепались о камни брусчатки: «Цхе-е».

Звук последнего выстрела почти слился с громким криком грабителя, потому что мисс Клап резко прогнулась и, встав без посторонней помощи, коротко ударила его под колено. Затем, перехватив правую руку с пистолетом, дернула ее вперед и, стремительно приседая, перебросила безвольное тело через себя.

Проявив столь неожиданные в своем возрасте способности, мисс Клап повела себя еще более странно.

Вместо того, чтобы убираться подальше от места происшествия, она подняла свою вместительную сумку, порывшись, достала черепаховую пудреницу, раскрыла ее и принялась старательно пудрить нос и щеки.

– Алло, третий, третий, говорит Тетушка.

– Третий слушает Тетушку, – послышался через секунду сонный басок.

– 513-я Авеню, дом, – мисс Клап взглянула на слабо освещенную фонарем табличку, – дом 43 дробь Б. Заберите двух племянников. Совсем расшалились.

– Буйные?

– Да нет, уже тихие.

– Ждите, будем через семь минут.

Мисс Клап грустно вздохнула, щелкнула пудреницей и опустила ее в сумку. Недовольно что-то ворча, нагнулась к одному парню, потом сдернула маску с другого и, кряхтя, подтащила его к приятелю. Затем она присела на ступеньку дома, вытянув перед собой ноги, и машинально сунула руку в предполагаемый карман брюк. Однако пальцы скользнули по продольной складке длинной юбки. Осознав этот факт, мисс Клап шепотом выругалась и полезла за сигаретами в сумку.

Но не успела она докурить длинную сигаретку даже до половины, как из-за поворота на большой скорости вылетела полицейская машина. Визгнув тормозами, она остановилась у обочины напротив смирно лежащих, будто дремлющих, грабителей. Четверо здоровенных детин набросились на них и, стуча подкованными каблуками, в мгновение ока затолкали вовнутрь. Дико взвыла сирена, так что мисс Клап даже вздрогнула, и машина снова исчезла.

– Идиоты, – прошипела мисс Клап, – не могут без шума. Воображают себя героями.

Она придавила каблуком окурок и, продолжая сердито ворчать, мелкими шажками побрела прочь. Теперь мисс Клап совсем сгорбилась и даже немного прихрамывала, как будто от сидения на холодной ступеньке ей прибавилось, по крайней мере, лет двадцать.

Однако эта ночь оказалась для мисс Клап насыщенной событиями чрезвычайными. Не успела она пройти и десятка кварталов, как из дверей особняка, стоявшего в глубине двора, раздались отчаянные крики, потом звук приближающихся шагов.

Бежала явно женщина в туфлях на каблуках, и на шоссе совсем рядом с мисс Клап показалась маленькая фигурка в белом. Заметив мисс Клап, она подбежала к ней и с отчаянием утопающей схватила ее за рукав. Это была девушка, совсем юная и очень миленькая. Вдобавок ко всему почти голая, потому что одежда, которую можно было принять за платье, оказалась всего лишь прозрачным пеньюаром.

– Ради бога, я вас умоляю, спасите!

– Что случилось, милая, что случилось? – спросила ее мисс Клап, глядя на белеющее совсем близко залитое слезами личико.

– Помогите! Там, – она указала рукой на особняк, – осталась моя мать. На нее напали бандиты, я едва успела убежать от них. Ах, ради бога, быстрее, они убьют мою бедную маму!

И девушка изо всех сил потянула к дому мисс Клап. Но той овладела какая-то странная апатия. Она прихрамывала то на одну, то на другую ногу, озиралась, а когда девушка выпустила на мгновение ее рукав и забежала на несколько шагов вперед, вынула из сумочки уже знакомую нам пудреницу и преспокойно занялась пуховкой.

Несчастная девушка была так поглощена заботой о своей бедной маме, что, казалось, не замечала странного поведения своей попутчицы. Она опять ухватила мисс Клап за рукав и, прижимаясь к ней, почти силой потащила по направлению к дому.

Наконец они добрались до цели и, отворив дверь, очутились в просторном едва освещенном холле с лестницей на второй этаж.

– Где они? Там? – спросила мисс Клап и, получив утвердительный ответ, выхватила из сумочки пистолет, молодо и упруго взбежала по лестнице.

Но едва она успела достигнуть средины пролета, как вспыхнул яркий свет и громкий голос снизу заставил ее рывком обернуться.

– Не нужно так спешить, тетушка Джекки! Я и мои друзья давно ждем вас!

У входа, ослепительно улыбаясь, стоял красивый молодой человек с двумя пистолетами, а к его локтю прижималась, совсем как пару минут назад к мисс Клап, юная красавица.

– И не делайте лишних движений, не то мои друзья помогут вам стать на пару фунтов тяжелее, – он широким жестом указал на дюжину вооруженных пистолетами и автоматами людей, с мрачным видом стоявших вдоль холла.

– Бросьте вашу игрушку, она вам больше не понадобится, – приказал он, и мисс Клап послушно выронила пистолет.

– Ну, а теперь давайте знакомиться: Красавчик Билл, – представился молодой человек. – давно искал встречи с вами. Мои друзья жалуются на вас, тетушка Джекки, она же Джек Клап, сыщик. Не так ли?

Видя, что лицо мисс Клап приобрело сонное выражение, и она не собирается отвечать, Красавчик Билл продолжал разглагольствовать.

– Вы хороший актер, мистер Клап. Многие наши люди клюнули на вашу удочку, приняв вас за безобидную старушенцию. И поплатились за это. Последними были двое парней, с которыми вы так жестоко разделались этим вечером. Я мог бы их спасти, но не стал этого делать. В конце концов, все мы учимся на ошибках.

Кроме вас, разумеется, потому что у вас уже не будет времени их исправить. Вы тихо и незаметно исчезните из этого мира. Но напоследок я хотел бы преподать вам маленький урок. Да, вы, действительно, похожи на женщину, отвратительную старую деву, но психологию свою вы изменить не сумели. Она осталась у вас прежней – психологией полицейского. Ну, посудите сами: какая старуха бросилась бы очертя голову спасать от грабителей мать девушки, пусть даже такой прелестной, как моя Мэри?

Он ласково обнял за плечи девушку, которая по-прежнему стояла рядом, ничуть не стесняясь своей наготы, только в руке у нее теперь тоже был пистолет.

Мисс Клап будто проснулась после этих слов, рассеянно зевнула, полезла в сумку и равнодушно и привычно, будто не следили за ней десятки настороженных глаз, достала пудреницу и, припудривая свой длинный нос, сказала:

– Да, я проиграл, потому что ничего не смогу поделать против полутора десятка вооруженных бандитов. Но кто же мог предположить, что ваше логово находится на 516 Авеню, в доме номер т… – раздался выстрел и в лицо мисс Клап брызнули осколки зеркала от разбитой пудреницы.

– Малютка Мэри поступила очень верно, мистер Клап, – хладнокровно прокомментировал Красавчик. – Это кощунство: мужчина – и вдруг пудрит нос.

Мисс Клап смахнула с груди и шляпки осколки стекла и кости, достала платок и бережно промокнула проступившую из порезов на лице кровь:

– Дома номер тридцать, – ровным голосом закончила она фразу.

– Мэри, – сказал Красавчик Билл после затянувшейся паузы, – дай мне пистолет и поди оденься, простудишься.

Подождав пока она скроется за дверью в боковой стене, он заметил:

– Мистер Клап, вы мне начинаете нравиться и я, может быть, попросту пристрелил бы вас, если бы не Мэри. Она ненавидит вас просто патологически и заранее потребовала, чтобы я отдал вас ей. А воображение у маленькой Мэри, знаете ли, очень богатое.

Мисс Клап восприняла эти слова так же, как и все прочие: делала вид, будто все происходящее ее вовсе не касается, и только внимательно к чему-то прислушивалась.

Наконец, заподозрил неладное и Красавчик Билл.

– Майкл, – махнул он пистолетом в сторону улицы, – посмотри, что там такое.

Вбежала уже переодетая Мэри и молча яростно начала вырывать пистолет у Билла.

– Да ты что, какая муха тебя укусила? – не понял Красавчик.

– Говорила же я, нечего с ним церемониться, а ты… Полиция, вот, что. Ну, дай же я его!

– Да брось, ты, наконец, – вырвал руку Билл, – не время теперь – сматываться нужно. Уходим через черный ход.

– Том и Майкл, – приказал он парням с автоматами, – прикрываете. Майкл, не забудь про этого.

– Хорошо Билл, – ответил Майкл, и, повернувшись, резанул по мисс Клап короткой очередью.

– Ну вот я и исправила свою ошибку, Красавчик Билл, – прошептала мисс Клап, медленно сползая по перилам.

Месяца через три в один из кабинетов полицейского управления, на двери которого золотыми буквами красовалась надпись: «Г.Т. Хантер», вошла мисс Клап.

Она передвигалась несколько боком, еще больше сгорбившись, и ее облик представлял собой законченный портрет старой девы.

Хозяин кабинета, восседающий за широченным полированным столом на уродливых круглых ножках, пробурчал, не отрывая глаз от стопки бумаг.

– Я занят, не видите, я занят.

Однако назойливая посетительница не испарилась даже при повторном его замечании.

Тяжелая голова с широким лбом и не менее широкой лысиной в его продолжении поднялась, и очки в золотой оправе весело блеснули.

– Ба, Джек, старина! А мы тебя совсем хоронить собрались.

И широко раскинув могучие ручищи, он двинулся навстречу мисс Клап.

– Да, – ответила та неожиданно тонко, – это я, – и поджала губы, выражение которых должно было означать: «Тебе хорошо изображать радушного хозяина, а каково было мне там, с головорезами Красавчика Билла?».

– Ну и наделал же ты переполоха своим визитом в логово этого самого Красавчика, – продолжал мистер Хантер уже тоном ниже.

– Я сам возглавил операцию по разгрому банды. Всего двое или трое ушло, и среди них, – он шутливо толкнул мисс Клап локтем, – твоя добрая приятельница.

– Да, – продолжал мистер Хантер, – с Красавчиком покончено, и половина премии за это дело твоя. Кроме того, ты произведен в старшие сыщики. Я лично настоял на этом.

– Да ты садись, садись, в ногах правды нет, – он указал на кресло рядом с собой.

– Я, собственно, к Вам по делу, мистер Хантер, – сказала мисс Клап, присев на самый краешек кресла и стараясь не принимать располагающего тона начальника.

– Слушаю тебя, Джек.

Мисс Клап положила на колени свою вместительную сумку и достала сложенный вчетверо лист бумаги.

– Что это? – мистер Хантер пробежал глазами исписанный мелким старушечьим почерком листок.

– Прошение об отставке? Да ты рехнулся совсем. Ни за что! – последнее он отчеканил раздельно, и его голос обрел привычный начальственный тон.

– Запомни! Только через мой труп. Лучшая моя выдумка! «Женщина-сыщик». Непобедимая тетушка Джекки, гроза всех гангстеров, – и вдруг отставка. Да ты отдаешь себе отчет в том, что я для тебя сделал? Кем бы ты был без меня? Брюзгливое ничтожество, нищий. И вдруг такая карьера! Слава, пусть своеобразная, но зато круглый счет в банке! И это все я, запомни, все я для тебя сделал. Три сотни задержанных грабителей за какие-нибудь семь лет. Лучшая выдумка – и отставка? Никогда!

– Мистер Хантер, – тихим дрожащим голосом произнесла мисс Клап, – я не милости у Вас просить пришел. Все, что я имею, я заслужил не протиранием брюк на мягком стуле, а собственной кровью. Шесть раз бандиты бросали меня на улице, потому что считали мертвым. Но я выжила, простите, я выжил и… имею право на отдых. Прошу подписать мой рапорт.

– Ну, хорошо, – сказал мистер Хантер после некоторого раздумья, – хорошо. Я почти согласен, но скажите, что вы будете делать без полиции? Да вы помрете от тоски в четырех стенах, обреченный еще на долгие годы безделья. Ну, скажите, что вы будете делать на пенсии? – закончил он с победоносным видом, уверенный, что поставил экс-сыщика в тупик.

– Я и мисс Кьюз собираемся открыть маленькую кондитерскую для членов нашего клуба.

– Какого клуба? Разве вы состоите членом какого-нибудь клуба?

– Клуба старых дев, сэр, – последовал учтивый ответ.

И с извиняющейся улыбкой мисс Клап добавила.

– Наши девушки очень любят сладкое, мы рассчитываем получать неплохую прибыль.

Мистер Хантер побагровел так, будто его вот-вот собирался хватить удар, яростно черканул ручкой и швырнул листок мисс Клап.

– Убирайтесь, ко всем чертям, к вашим девам, и чтоб больше я вас не видел. В-о-н! – в неистовстве затопал он слоноподобными ножищами.

А потом вдруг упал в изнеможении на кресло и захохотал.

– Ха-ха–ха, – ревел он, – не могу! Моя лучшая выдумка – общество старых дев – кружева, оборочки – девушки обожают пирожное – ха–ха-ха!

Давно уже прошаркала мимо молоденькой секретарши мистера Хантера фыркающая, как рассерженная кошка, мисс Клап. А из-за тяжелой двери все еще доносился неистовый хохот, отдаленно напоминающий раскаты грома.

В отношении чувства юмора у мистера Хантера все было в порядке.

Вот Мэри удивилась!

После описанных событий у мистера Хантера прошло около года.

Мисс Клап удалось реализовать свою давнюю мечту и открыть кафе-кондитерскую при Клубе старых дев. Кафе располагалось в старинном особняке, построенном в причудливом викторианском стиле и очень похожем на любимую вещь какой-нибудь старой дамы.

Жизнь здесь кипела с раннего утра до поздней ночи. На рассвете на самом верхнем этаже неизменно зажигались огни. А затем загорались окна в правом крыле дома, где находилась кухня. И вскоре оттуда начинали доноситься разные звуки, не оставляющие сомнения в том, что там происходит. А потом уже далеко разливались чарующие ароматы и притягивали к себе любого, кто соизволил пройти мимо заведения мисс Клап.

За прошедшее время мисс Кьюз превратилась из «бабушки-божий одуванчик» в прекрасного кулинара. Под ее руководством трудились два десятка девушек, которые успевали не только работать на кухне, но и обслуживать клиентов.

В просторном зале стояло три десятка столиков, которые неизменно были заказаны за много дней вперед. От клиентов просто не было отбоя. Теперь уже не только постоянные клиенты из Клуба старых дев, но и ведущие члены элиты Города наведывались в популярное заведение «У тетушки Джекки».

Мисс Клап уверенно руководила всем довольно солидным хозяйством, и теперь уже в этой даме было трудно узнать прежнюю меланхоличную особу. Она немного поправилась и как-то распрямилась. Оказалось, что это довольно приятная дама средних лет, а вовсе не какая-то пародия на женщину.

Мисс Клап стала душой коллектива старых дев, которые неизменно устраивали здесь многочасовые посиделки. И все, буквально открыв рты, слушали мисс Клап. Многие дамы в течение жизни за пределы своего Города буквально носа не высовывали. И для них в диковинку было слушать рассказы мисс Клап о далеких странах и странных обычаях. Все это она рассказывала так живо, как будто сама все это видела своими глазами.

Это было тем более удивительно потому, что, если верить слухам, сама мисс Клап никуда из Города не отлучалась. Правда, некоторые утверждали, что до того, как заведовать кондитерской, мисс Клап была кем-то вроде частного сыщика, в то время как многие другие считали, что никаким сыщиком она не была, да и не могла быть просто по состоянию здоровья, и деньги на открытие бизнеса она получила по наследству.

Словом, было много неясного в прошлом мисс Клап, но это делало ее фигуру еще более таинственной и одновременно притягивающей.

Однажды в особняк тетушки Джекки наведался прежний ее патрон мистер Хантер. Он с удовольствием откушал с десяток крошечных пирожных и запил горячим шоколадом из маленькой чашечки, которая казалась игрушечной в его огромной ручище. Затем он заперся в кабинете с мисс Клап и долго о чем-то с ней беседовал.

После визита Хантера успела пройти пара недель. Однажды, уже довольно поздним вечером, когда основная масса посетителей уже схлынула, а завсегдатаи из числа членов Клуба старых дев еще только начинали собираться, в кабинет мисс Клап постучала девушка, работающая в зале.

– Мисс Клап, вас хочет видеть одна посетительница.

Ничего не подозревающая хозяйка заведения вышла в зал, и нежданные гости заставили слегка побледнеть даже видавшую виды мисс Клап.

За столиком, прямо перед небольшой сценой, на которой обычно играли приглашенные музыканты, сидел, вальяжно развалясь, уже знакомый ей бандит по имени Майкл.

Но не он стал той неприятной неожиданностью, которая заставила измениться в лице мисс Клап, а сидевшая с ним за столиком молодая особа в карнавальной маске «летучая мышь». При виде Клап она сорвала эту маску, небрежно бросив ее на пол, и все увидели сверкающую глазами атаманшу бандитов, которой в отсутствие Красавчика Билла стала Крошка Мэри.

– Вот так встреча! – произнесла уже успевшая прийти в себя мисс Клап, – а не желают ли наши гости фирменных напитков заведения?

– Я бы, пожалуй, выпил пару кружек ямайского рома, – осклабился Майкл.

– Спиртных напитков мы не держим, но парой чашечек нашего горячего шоколада я, пожалуй, могу вас угостить, – строго сказала мисс Клап и приказала, – принесите, пожалуйста, две порции шоколада.

– Что это так вкусно пахнет? – спросил Майкл, жадно втягивая носом воздух, когда девушка в белом нарядном фартуке принесла на подносе две чашки с темным как будто дымящимся напитком.

– Это наш секрет, – ответила мисс Клап, – желаете еще?

– Да, да и побольше! – пожадничал бандит.

– Пригласите сюда мисс Кьюз с кастрюлей, – распорядилась хозяйка.

Маленькая мисс Кьюз привезла на сервировочном столике большую кастрюлю, до половины наполненную горячим напитком, и разливной изогнутой ложкой стала наполнять чашку Майкла до тех пор, пока тот не показал жестом, что сыт по горло.

– Ну вот, что, мистер Клап, меня-то вы своим шоколадом не заморочите, – резко сказала Крошка Мэри, которую раздражала вся эта суета вокруг шоколада.

Сама она терпеть не могла сладкого.

– Милочка, какая же я «мистер»? Ну посмотри на меня, – втолковывала ей мисс Клап.