Татьяна Новикова
Инсания

Глава 1: Поступление в Академию

Раннее утро окутало лес серебристым туманом, размывая очертания деревьев. Воздух был свеж, и легкий ветер ласково касался моего лица, будто напоминал, что я все ещё часть этого мира. Я двигалась быстро, почти бесшумно, погружённая в свои мысли. Лес был моим убежищем. Единственным местом, где я могла быть собой, не опасаясь чужих взглядов или ненужных вопросов. Ирония, – подумала я, – ведь для других он – смертельная ловушка. Маги избегают лесов, потому что в их недрах скрываются порождения бездны – маркиры. Большинству несчастных, попавших в их лапы уготована лишь одна участь – мучительная и долгая смерть. Тела находят в разное время и в разных состояниях, но все они несут на себе следы страха и боли. Я вспомнила, как в одной из своих пробежек столкнулась с этими существами. Тогда они повели себя странно. Сначала неотвратимо приближались, готовясь к нападению, но вдруг, словно по команде, исчезли, будто испугавшись чего—то. Интересные зверушки всё же…

С самого детства меня учили не связываться с бездной и её порождениями. Почему? Ответа я не знала. Но чем старше становилась, тем сильнее ощущала, что бездна – не что—то чуждое для меня. Она живое, вечное существо, куда более древнее и могущественное, чем любой из богов, которым люди поклонялись. У нас ходили легенды о её Князе, чей голос, по слухам, мог заставить дрожать камень. Его боялись и уважали, как смертные, так и бессмертные. Мысли о нём витали на грани сознания, сладкой отравой пропитывая мой разум. Я резко вдохнула, заставляя себя вернуться в реальность. Хватит. Это в прошлом. Сегодня всё изменится. Академия Адарис – то место, где начнется новый этап моей жизни. Не время предаваться воспоминаниям. Пора выдвигаться.

Я вышла из леса к повозке. Два гнедых коня беспокойно переступали копытами, будто ощущая близость долгого пути. Розг, привычным жестом поправляя сбрую, повернул голову в мою сторону.

– Инсания, ты готова? – Голос его звучал спокойно, но я уловила в нём непривычную настороженность.

– Готова. – Коротко ответила, забираясь в повозку

Он проводил меня взглядом, пристальным, каким смотрит всегда, когда что—то его тревожит, но, по своему обыкновению, вопросов не задавал. Розг никогда не лез в чужие тайны – возможно, потому, что у него хватало собственных. Наше знакомство началось несколько лет назад: его дочерей поразило смертельное проклятие, и я впервые нарушила свои правила, чтобы их спасти. С тех пор Розг стал не просто надёжным спутником – он был тем редким человеком, которому я могла доверять.

– Академия – это другое место, Инсания. – Произнёс он, берясь за поводья. – Там всё иначе. Будь осторожна.

– Знаю, – кивнула я, позволяя словам повиснуть в воздухе.

Повозка тронулась, лес за спиной медленно исчезал в тумане. Дорога была долгой, колёса мерно скрипели, а я молчала, погруженная в свои мысли.

В мире магов существует особая иерархия, свои, порой жестокие законы. Здесь магия – это не просто сила, а привилегия, доступная не каждому, а лишь тем, кто родился в «правильной» семье. Чаще всего одаренными оказывались дети из богатых и знатных родов. У них магия, как наследство, передавалась из поколения в поколение. Деревенские не обладали выдающимся потенциалом. Однако исключения время от времени встречались.

Когда повозка остановилась у ворот Академии, я медленно подняла взгляд. Передо мной стояло массивное здание. Высокие башни с узкими окнами тянулись к небу, будто стремились перехватить свет, что едва пробивался сквозь низкие облака. Все это не казалось мне воплощением силы и величия. Мой взгляд оставался спокойным и холодным, не выражая никаких эмоций. Впрочем, как и всегда. Вокруг толпились будущие студенты.

– Удачи тебе, Инсания. – Тихо сказал Розг. Его голос прозвучал сдержанно, но в глубине слышалась тень грусти.

Я в ответ лишь улыбнулась, и накинув на себя слабенькое заклинание отвода глаз, выбралась из повозки и начала двигаться сквозь толпу. Теперь я не интересовала ни одного из присутствующих, а это было главным моим преимуществом. Не нужно сражаться за место в очереди или «обмениваться любезностями» с родовитыми особами.

– Мой дед спонсировал восточное крыло!

– А мой предок открыл Пятую Стихию!

Доносились голоса с разных концов двора. Я качнула головой. Они так отчаянно стараются доказать свое превосходство. Но зачем? Пустая трата времени… Студенты продолжали ссориться, не обращая внимания на окружающих. Тем временем я уже смогла пробраться к главному входу, и вошла в академию.

В зале зачисления было шумно. Толпа магов обсуждала свои шансы на поступление. Кто—то громко смеялся, кто—то нервно жестикулировал. Я остановилась у стены, сбрасывая заклинание отвода глаз, и наблюдая за всем происходящим с холодным интересом. Преподаватели – высокие фигуры в мантиях, украшенных магическими символами – лениво осматривали присутствующих. Вскоре в зал вошел и сам ректор Академии. Все взгляды тут же обратились к нему. В сопровождении двух магистров, он медленно двигался к центру. Ректор был молод и красив. В его походке сквозило величие, а взгляд не покидала легкая усмешка. Однако, несмотря на всю эту показную торжественность, я не могла избавиться от странного, давящего ощущения, которое с каждым его шагом только усиливалось. Я сконцентрировала магическое зрение, произнося древнее заклинание, чтобы он не почувствовал вторжения в ауру, и спустя мгновение всё стало ясным. Под магической оболочкой я увидела старика. За слоем иллюзии открылось настоящее лицо, испещренное морщинами. Его глаза скользили по залу, но в них не было ничего, кроме жадного, похотливого интереса.

– Обма—а—а—нщик – протянула я про себя. Уголки моих губ дрогнули в подобии улыбки.

– Академия Адарис принимает не всех, – голос ректора прокатился низким гулом, заглушая шёпот. – Но раз вы здесь, значит имеете шанс доказать, что достойны учиться.

Он провёл рукой над артефактом – древним диском с рунами, что висел в воздухе. На мгновение символы вспыхнули синим светом.

– Я – Мариус, – произнёс он, останавливаясь так, чтобы тень скрывала его лицо. – А это… ваш первый учитель. Приложите руку, артефакт прочтёт вашу ауру и укажет путь.

Он слегка коснулся поверхности диска, и та мгновенно ожила.

Детишки, не сдерживаясь, ринулись к ректору, пихая друг друга локтями. Каждому хотелось первым прикоснуться к артефакту. Когда очередная рука дотрагивалась до магической поверхности, тот начинал ослепительно светиться, мгновенно оповещая, какой факультет рекомендован студенту. Но для кого—то амулет оставался мёртвым, и с разочарованными лицами, они покидали Академию, сгорая от стыда и горечи. Их слёзы, вызванные обидой и недоумением, оставляли следы на полу.

Когда настала моя очередь, я почувствовала легкую дрожь в воздухе – то самое ощущение, когда кто—то смотрит слишком пристально. Подняла взгляд и встретилась с тёмными глазами Мариуса. Он не просто наблюдал, а изучал меня, словно видя нечто любопытное.

– Вы уверены, что хотите попробовать? – его голос был мягким, но в нем звучала насмешка. – Ваш уровень дара мне уже известен

– Уверена, – ответила я, поднимая голову.

Приложила руку к амулету, и на мгновение все замерло. Артефакт вспыхнул невыносимым светом, и на пару секунд ослепил меня, перед глазами запрыгали кровавые блики. Я вглядывалась в его пульсирующую сердцевину, пока зрение не начало возвращаться сквозь пелену боли. Холодный пот выступил на спине – эти вибрирующие узоры, словно вытканные из самой пустоты… Неужели даже здесь замешаны боги? Слишком совершенная работа для кого—то из смертных. Кто же мог создать такой артефакт?

–Универсальный факультет – произнес Мариус удивленно, вырывая меня из размышлений – Признаться честно, не ожидал, учитывая Ваш уровень дара, который я успел уже оценить. Но, возможно, потенциал раскроется, и Вы еще сможете всех поразить.

Преподаватели рядом стояли в замешательстве, до меня артефакт ни на кого не реагировал так ярко. Я молча повернулась и направилась к выходу, не потрудившись изобразить удивление. Я скрывала свой резерв, позволяя подниматься на поверхность лишь тонкой плёнке силы, едва уловимой для чужого взгляда. Остальное оставалось глубоко внутри – запертое, как вода за массивной дамбой, которую я не собиралась уничтожать. Людей и их творения я могла обмануть – их глаза видели лишь то, что я хотела показать. Но, как сегодня выяснилось, божественные артефакты… Они оказались неподвластны моим уловкам. Маги привыкли судить о человеке по его ауре, и моя виделась им пустой. Они шептались за спиной, бросали взгляды вскользь, с едва заметной усмешкой на губах. Для них я была кем—то незначительным. Но в этом и заключалось моё преимущество. Быть «пустой» означало, что никто не наблюдает за тобой слишком пристально. Никто не пытается проникнуть вглубь.

Я вошла в зал универсального факультета последней, притянув к себе десяток недружелюбных взоров. Следующим шагом было распределение по комнатам, рассчитанным на троих жильцов. Как полагала администрация академии, такое количество идеально подходило для знакомства студентов и обмена опытом. Ну и, конечно же, это было экономически выгодно. Заселение затянулось.

– Это что, шутка? – юноша с холёным лицом и серебряным гербом на рукавах презрительно оглядел своего соседа. – Я должен делить комнату с безродным? Серьёзно?

Парень напротив него – высокий, с растрёпанными волосами, в одежде, далёкой от изысканности, – лишь прищурился. В его глазах мелькнуло раздражение, но он явно не собирался отступать. Третий сосед, чей герб с виноградной лозой был вышит на воротнике, безразлично наблюдал за сценой. А позже, развернулся и вышел из зала, не дожидаясь реакции.

Да, тех, кто не имел фамилии или титула, часто относили к низшим слоям общества и ничего особенного от них не ожидали.

– А что, у родовитых аллергия на обычных людей? – усмехнулся он. – Или боишься заразиться здравым смыслом?

– Ты даже не знаешь, с кем разговариваешь, – холодно процедил аристократ, шагнув ближе.

–У вас там медали за высокомерие раздают?

– Ты здесь долго не задержишься. Таких, как ты, Академия быстро отправляет обратно… в грязь, из которой вылезли.

– Возможно, – спокойно ответил его собеседник, скрестив руки на груди. – Но если кто—то из нас и провалится, то не факт, что я.

Преподаватели, наблюдавшие за этой сценой, не торопились вмешиваться.

– Ну и спектакль, – раздался насмешливый голос сбоку.

Рядом стояли две студентки. Одна – высокая и стройная, с длинными тёмными волосами, другая – пониже, с копной рыжих кудрей и озорной улыбкой. Они смотрели на происходящее с нескрываемым интересом.

– Сераф опять устраивает шоу. – Сказала рыжая, сложив руки на груди. – Ему бы на сцену, а не в Академию.

Дальше я слушать не стала – болтовня окружающих быстро перестала быть мне интересной. Но сложившееся положение дел вызывало раздражение. Ждать милостыни от бездны¹ я не собиралась. Без лишних раздумий, я повернула в сторону коридоров, где на стенах висели старые указатели, едва различимые в полумраке. Шаги эхом отдавались в пустых переходах, пока я уверенно направлялась к кабинету ректора, намереваясь добраться туда раньше других студентов, недовольных расселением. Я постучалась и не дожидаясь ответа, вошла. Мариус был не один. На против него сидел мужчина лет тридцати пяти. Его взгляд скользнул по мне, задержавшись на лице, и чуть заметное презрение промелькнуло в глазах. Он молча встал, взял какие—то бумаги и вышел, не обращая на меня больше никакого внимания.

– Что вы хотели…? – Мариус поднял глаза, не спеша откидываясь на спинку своего массивного кресла.

– Инсания, – коротко представилась я, удерживая его взгляд.

– И чего же вы хотите, Инсания? – В голосе мужчины звучала вежливость, но едва уловимая насмешка выдавала его истинное отношение к ситуации.

– Отдельную комнату. Знаю, что места ограничены, но мне нужно пространство для работы. – Произнесла я ровно.

Мариус прищурился. На миг на его лице появилось выражение, в котором смешались раздражение и странное любопытство. Он наклонился вперёд, поставив локти на стол. Голос стал тягучим, будто он смаковал каждое слово:

– А что я получу взамен?

Я смотрела прямо на него, сквозь слой магии, скрывающей его истинную внешность. Под иллюзией молодого и привлекательного мужчины скрывался старик с морщинистой кожей и мутным взглядом. Мариус облизывал сухие губы, его глаза цеплялись за каждую черту моего лица и изгиб фигуры.

– Я вам заплачу. – Спокойно сказала я.

Он замер на долю секунды, видимо, рассчитывая услышать другое.

– Сколько?

– Тысяча золотых, – ответила я, пристально наблюдая за его реакцией.

Мариус выпрямился, его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнула алчная искорка.

– Свободных комнат нет. – Сказал он с нарочитой холодностью.

Я уже подумывала применить ментальную магию, как вдруг он продолжил:

– Хотя… возможно, я мог бы найти чердачное помещение. Условия там, конечно… – он сделал паузу, его взгляд медленно скользнул вниз на мои ноги, задержавшись там дольше, чем следовало. – но для некоторых талантов трудности – только стимул к росту.

– Чердак меня устроит, – перебила я, прежде чем он успел продолжить свою игру. – Тысяча золотых, и сделка заключена.

Его лицо слегка дёрнулось. Он явно рассчитывал на другой финал.

– Тысяча сто – Сказал ректор, прикрывая глаза. – И сделка заключена.

Я положила деньги на стол, и они незаметно исчезли оттуда, а на их месте появился маленький ключ. Мариус встал, давая понять, что аудиенция окончена.

– Комнату вам покажет мой помощник. Уверен, вы быстро освоитесь.

Я кивнула, взяв ключик со стола и вышла из кабинета. Скрип двери за моей спиной показался чересчур громким в наступившей тишине. Дожидаться помощника не стала, сразу двинулась к винтовой лестнице и поднялась на самые верхние этажи Академии. Здесь оказалось значительно тише. Это были владения преподавателей, уединённые и отгороженные от шумной студенческой жизни.

На одном из поворотов лестницы я встретила того самого мужчину, который одарил меня презрением в кабинете ректора. Теперь его взгляд был гораздо более откровенным, он буквально полыхал отвращением. Мужчина, без сомнения, решил, что я принадлежу к тем, кто пришёл соблазнять ректора в надежде на привилегии, что и подтверждало моё присутствие здесь, в этом секторе. Конечно, такие отношения между студентами и преподавателями были не редкостью, но меня это не касалось. Он мог думать что угодно – его мнение ничем не обременяло мою жизнь. Я слегка повернула голову, избегая его взгляда, и, не теряя хладнокровия, направилась на поиски своей новой комнаты.

Чердачное помещение оказалось неожиданно просторным, несмотря на запущенность. Обшарпанные стены, одна сломанная парта в углу – всё как обычно, но, к моему удивлению, здесь не было ковра пыли. Видимо, сюда хотя бы изредка заходили и уборка проводилась. Я обвела взглядом это странное место, оценивая фронт работы. Закрыв за собой дверь прошла к центру комнаты, присела на корточки и положила руку на деревянный пол. Мои глаза вспыхнули легким серебристым светом. Так проявлялась магия преображения в моем теле. Доски под ладонью заскрипели, изменяясь. Старая древесина начала очищаться, приобретая насыщенный темный оттенок, стены выпрямлялись, становясь прочнее. Следующим шагом была мебель. Магия материализации скользкая вещь… С ней нужно быть осторожной, выплёскивать её дозированно, чтобы меня не могли отследить. После помощи дочерям Розга было опасно оставаться там. Поэтому я направилась в Академию, надеясь, что магический фон тысячи человек сможет меня спрятать. Я протянула руки вперед, сила забурлила в теле. В углу появился удобный диван глубокого изумрудного цвета, рядом с ним – маленький стеклянный столик на тонких ножках. Слева от двери в стене проступила арка. За нею, едва я обратила туда взгляд, засветился белый мрамор: просторная ванная комната с круглым зеркалом, хромированными кранами и мягким сиянием от магических светильников. Посреди комнаты представила новую кровать. Я опустилась на нее и закрыла глаза. Сегодня я позволю себе забыться в этом месте, пусть даже ненадолго.

Глава 2: Пустышка среди магов

Проснувшись, я несколько мгновений смотрела в деревянный потолок, прислушиваясь к тишине. Она была иной – чужой, слишком плотной после привычных звуков леса. Ни шелеста листвы, ни ветра за окном, лишь тусклый свет пробивался сквозь витражи. Я глубоко вдохнула, пытаясь стряхнуть с себя странное чувство. Но оно не уходило. Невидимое, необъяснимое присутствие цепляло сознание. После встречи с маркирами, меня не покидало ощущение чужого взгляда. Я пыталась прощупать пространство – безрезультатно. Кто—то был рядом. Если бы они обнаружили меня, то давно бы вернули обратно, туда, откуда я сбежала. К тому же, я бы почувствовала их ауру. Значит, меня нашел кто—то другой, более сильный. Я ощущала всем существом: это не сулило ничего хорошего.

Погружённая в тревожные мысли, пропустила момент, когда воздух дрогнул, вспыхнув мягким золотистым светом. В следующее мгновение что—то материализовалось прямо над кроватью – и с глухим шлепком упало мне на лицо. Я вздрогнула, резко сдёрнув с себя предмет. Магический конверт. Серьёзно? Я скептически прищурилась, разглядывая сургучную печать. Развернула письмо и пробежалась взглядом по строчкам.

Инсания,

Надеюсь, проведенная ночь на чердаке не стала для вас слишком суровым испытанием, и вам удалось хорошо отдохнуть, ведь впереди у вас насыщенные дни.

К письму приложено ваше расписание занятий, для удобства рядом с каждым предметом стоит Фамилия преподавателя. Академия требует полной отдачи, и, признаться, мне любопытно, как именно вы проявите себя. Надеюсь, вы не разочаруете.

Если вам потребуется помощь – не стесняйтесь. Моя дверь для вас всегда открыта.

Ректор Академии Адарис,

Мариус

Интересно, он всем рассылает подобные письма? Или я стала исключением из правил? Что—ж Мариус, посмотрим к чему это приведет. Я тоже люблю играть, и правила мои… изменчивы.

Я слегка коснулась угрюмых строк расписания. Магия иллюзий… как это вкусно звучит! Ректор – как символ, не иначе. Я не спешила. Выбрала глубокое откровенное черное платье, несмотря на его явное несоответствие духу академии. Плевать. В конце концов, чего стоят все эти правила и приличия? Я направилась на поиски нужной мне аудитории. Так интересно… Почувствовать себя человеком…

Как только я вошла в класс, воздух будто изменился. Запахи враждебности, зависти и восхищения – всё перемешалось и наполнило пространство, касаясь меня, как невидимая сеть. Ммм… Как сладко… Я невольно облизнула губы.

Студенты начали шептаться. Их взгляды, полные оценки и любопытства, скользили по моей фигуре. И мне это нравилось. Я неспешно направилась к самым верхним партам, где не было никого. Тишина.

Мариус вошел в класс, и я сразу почувствовала, как запах воздуха изменился. Смесь влюбленности и обожания. Глупышки… От такой резкой смены ароматов и обильной их концентрации я не смогла сдержаться и чихнула. Это не осталось незамеченным. Мгновение замешательства, затем его взгляд сосредоточился на моей персоне.

– Добро пожаловать на курс магии иллюзий, – начал он с легкой улыбкой. – Не знаю, чем вы провинились перед богами, раз судьба привела ко мне.

Это заявление рассмешило меня. Мариус, расценив мой смех по—своему продолжил.

– Иллюзии могут скрывать правду, манипулировать разумом и даже создавать реальность.

Мариус стоял у доски, его глаза скользили по классу, но взгляд то и дело возвращался ко мне.

– Итак, кто из вас может объяснить, что такое магия иллюзий? И не повторяйте, пожалуйста, слова из учебника. Я не интересуюсь фразами, которые вы выучили наизусть. Мне нужно видеть, что вы на самом деле понимаете.

Я внимательно следила за реакцией аудитории. Страх, волнение, уверенность. Пара рук поднялась вверх, но Мариус легким, почти неуловимым движением головы дал понять, что пока не хочет отвечающих в их лице. Его взгляд вновь остановился на мне.

– Вы. – кивнул он. – Скажите, чем отличается магия иллюзий от, скажем, магии обмана?

Я поднялась, но просто отвечать на вопрос не хотелось, поэтому я решила немного поиграть с ним, в своей манере.

– Магия иллюзий, – начала я, – это не просто манипуляция восприятием. Это когда человек, столкнувшись с иллюзией, начинает сомневаться в самой основе своей реальности. В этом разница. В отличие от магии обмана, которая подменяет одно другим, магия иллюзий подрывает фундамент, заставляя человека верить, что его ложь – это правда.

Мариус чуть наклонил голову, словно анализируя мои слова. Но оценивал он вовсе не их. Он просто любовался мной. Да, я была прекрасна – той красотой, что заставляет мужчин забыть слова, а женщин стиснуть зубы от зависти. Платье облегало изгибы моего тела словно вторая кожа, подчеркивая каждую его идеальную линию. Длинные волосы, темнее бездны, ниспадали волнами по спине, и я специально не стала их укладывать – пусть знают, что мне не нужны драгоценности, чтобы затмить аристократок.

Пусть видят. Пусть запомнят.

Тишина затянулась. И Мариус, словно опомнившись сказал:

– Хорошо. – Он сделал шаг в сторону и взял несколько книг с кафедры. Положил их перед собой и перевел взгляд на другого студента, указав на него пальцем. – Теперь вы. Что происходит с человеческим восприятием, когда оно сталкивается с мощной иллюзией? Как мы можем измерить, насколько человек потерял связь с реальностью?

Студент побледнел, его рука слегка задрожала, но он начал отвечать, сбивчиво, с затруднением.

– Ну, я думаю, что восприятие… как бы… становится ненадежным. Люди начинают терять… свои ориентиры, и… иллюзия становится их новой реальностью?

Мариус не произнес ни слова, только слегка наклонил голову, что, возможно, означало одобрение или, наоборот, разочарование. Его лицо как маска. Никаких эмоций.

– Вы забыли самое главное. Иллюзия не просто меняет восприятие. Она ставит реальность под сомнение на таком уровне, что сама идея «реального» начинает рассыпаться. Это своего рода убийство – только не физическое, а ментальное. И, знаете, что самое сложное в магии иллюзий? Поймать момент, понять, что ты сам уже веришь в свои собственные иллюзии, сам подчиняешься им.

В классе воцарилась мертвая тишина. Студенты сидели, не двигаясь, будто ожидая, что сейчас, вот—вот, он задаст следующий вопрос.

– Так вот, – продолжил ректор, обводя взглядом класс, – я вижу, что большинство из вас еще не понимает, о чем идет речь.

С этими словами Мариус шагнул вперед и резко обернулся, бросая взгляд на доску.

– Иллюзия – это оружие. И я собираюсь научить вас использовать его так, чтобы оно оставляло лишь пустые оболочки вместо людей, суть которых исчезала бы даже из их сознания. Если вы думаете, что придется просто «вызывать светящиеся шарики», вы ошибаетесь. Мы станем работать с тем, что не видно. Начнем создавать такие реальности, в которых вы будете сомневаться и теряться. В реальности, где всё, что вы знаете, окажется лишь еще одной оболочкой, которую можно легко уничтожить.

Его слова как тяжелый камень упали в пространство. Он говорил об опасных вещах – об уничтожении основы, разрушении самих рамок реальности. Иллюзия, в его понимании, была актом насилия над восприятием, манипуляцией, не предполагающей пощады.

Он продемонстрировал пару простых трюков, которые мог бы сделать любой более—менее опытный маг. После этого перешел к практике.

– На сегодня Ваша задача проста. – Сказал ректор. – Сделайте нечто маленькое. Но такое, чтобы оно встало между вами и реальностью. Можете создать кошку, птицу, или нечто невообразимое. Но пусть оно будет убедительным. Ваше создание должно быть не просто видимым, а ощутимым.

Студенты начали работать, но как—то неуверенно, скованно, будто они не до конца поняли задачу. Я наблюдала за ними, анализируя каждое действие. Некоторые начали рисовать узоры в воздухе, другие пытались создать фрагменты мимолетных теней. Но все это было слишком очевидным, слишком поверхностным, что и выдавало их неопытность.

Кто—то создал сияющего светлячка, кто—то – расплывчатую фигуру. Когда настала моя очередь, я закрыла глаза. Магия мягко струилась под кожей, подчиняясь малейшему желанию. Я сосредоточилась на образе – тонкое, гибкое тело, холодная чешуя, напряженная энергия живого существа. Передо мной извивалась змея. Она смотрела на меня блестящими, осмысленными глазами, а потом шевельнула языком… В аудитории послышался резкий вдох. Кто—то дернулся. Даже ректор, до этого безразлично наблюдавший за студентами, медленно выпрямился. Огромная змея поползла по аудитории, пугая всех вокруг. Обвилась вокруг ног Мариуса и медленно прошипела ответ на утреннее письмо:

– С—с—с—пас—с—сибо за чердак. Надеюс—с—сь я удовлетворила Ваш—ш—ш—ше любопытс—с—ство, Гос—с—с—подин Мариус—с—с—с

– Превосходно, Инсания – наконец произнес он, и его голос звучал иначе.

– Mori. – Прошептала я, уничтожая свою иллюзию.

Остальные студенты смотрели на меня с опаской.

– Наверняка просто повезло, – пробормотала одна из девушек.

Прозвенел звонок, и студенты ринулись в столовую. Мариус, не стал задерживать меня, лишь проводил озадаченным взглядом. А я направилась за остальными. Голод был для меня понятием чуждым. Я не испытывала нужды в пище, скорее, ее употребление стало чем—то вроде хобби, не более того. Интересно попробовать, чем кормятся люди.

Я вошла в огромный зал, наполненный шумом голосов. Подошла к раздаче, взяла тарелку, в которой покачивалась какая—то масса, и направилась к столику в самом дальнем углу. Я присмотрелась к завтраку и осторожно перевернула тарелку. То, что лежало в ней, не отлипало. Невозможно было отвести взгляд от странной, почти омерзительной субстанции. Неужели они это называют едой?

Я была полностью поглощена наблюдением за тем, что держала в руках, и поэтому не сразу заметила, что кто—то подсел ко мне. Его голос, доброжелательный и непринуждённый, заставил меня поднять глаза.

– Привет. – Он слегка улыбнулся. – Я Лиам.

– Инсания – Коротко представилась я.

– Ты тоже в восторге от еды? – Спросил он с лёгкой насмешкой, указывая на мою тарелку. – Я не часто встречаю простых людей, которые не любят кашу.

Каша… Зацепилась я за название этого шедевра кулинарии.

Присмотрелась к соседу по столику, и промелькнуло узнавание, это же тот парнишка, с которым не хотел жить аристократ …

– Нет, я не голодна, если честно, – сказала, осторожно покручивая ложку в тарелке, боясь даже прикасаться к этому… творению поварского искусства.

– Ты не волнуйся, я не так страшен, как эти каши. —Лиам тихо рассмеялся.

– Лиам, – произнесла я, немного подумав над формулировкой вопроса. – Как там… твой сосед? Вы смогли найти общий язык?

Он поморщился.

– Сераф… Ну, он… не особо склонен к диалогу. Ты знаешь, такие типы всегда полагаются на звания. Но ничего, я постараюсь не держать обиду. В конце концов, нам еще учиться вместе.

– Понимаю, – сказала я, едва заметно кивнув.

– Ты правда думаешь, что сможешь тут удержаться? – В голосе подошедшей студентки звенело напряжение, словно натянутая струна. Ее рыжие кудри вспыхнули на свету, когда она подошла ближе, не скрывая насмешки. Фраза явно предназначалась мне.

– Арисса, хватит, – бросил Лиам, но она даже не взглянула на него.

– Вылезли оба из грязи и вообразили, что вы чего—то стоите? – Ее губы тронула ухмылка, каждое слово сочилось ядом. Она злилась, это было очевидно. И все же, чувствовалось в ее запахе что—то такое – ревность? Но не к Лиаму…

– Кто не знает, что это безродное создание живет на пыльном старом чердаке? Знай своё место, Инсания, – бросила она, явно имея ко мне какие—то счеты.

Я не торопилась. Её слова отдавались эхом в ушах, но я уже давно не слушала. Закрыв глаза, я позволила своим мыслям углубиться, сосредоточив силу на том, что будет ночью. Арисса, она не знала, что не контролирует свой мир. Не в этот раз.

Пусть сны станут для неё недостижимой роскошью. Пусть разум дрейфует между реальностью и кошмарами, теряя опору. Каждый вдох – это зов тьмы, и тьма ответит, вплетая страхи в её сознание. Да будет так.

Я почувствовала, как её энергия затрещала в моих руках.

В древности пытки и жестокие наказания были частью системы контроля. Одним из наиболее страшных методов считалась практика использования ошейника с иглами, который надевали на жертву. Этот инструмент предназначался для того, чтобы лишить узника сна и покоя, доставляя физические мучения. Он представлял собой кольцо, которое закреплялось вокруг шеи или головы. Его внутренние части содержали множество острых игл, которые вонзались в кожу при любом движении, вызывая резкие болевые ощущения. Человек не мог ни повернуться, ни расслабиться, потому что это неминуемо приводило к дополнительным ранам и страданиям. Ошейник часто использовался для того, чтобы удерживать пленника в состоянии постоянной тревоги, страха и бессонницы. Целью было не только телесное истязание, но и психологическое воздействие – жертва все время пребывала в напряжении, а её разум медленно разрушался от постоянной боли и усталости.

Без полноценного отдыха человек постепенно теряет способность восстанавливать силы, что ведет к быстрому физическому и психическому истощению. На первом этапе это вызывает галлюцинации, паранойю, нарушение восприятия реальности. На более поздних стадиях, если бессонница продолжается, появляется склонность к нервным расстройствам, депрессии, а в конечном итоге организм может просто не выдержать испытания. В некоторых случаях постоянное недосыпание могло привести к необратимым изменениям в мозге и даже смерти от изнеможения.

– Арисса, хватит. – Сказал незнакомый парень, вырывая меня из легкого транса.

Он был старше…

– С каких пор Алинор – наследник графства, ты заступаешься за челядь?

– Ты ведешь себя недостойно аристократки. – сказал он, присаживаясь напротив меня.

Лиама уже не было рядом, я заметила его несущим тарелку на стол с грязной посудой. Арисса, последовала примеру Лиама.

– Странно, обычно новички стараются завести полезные знакомства в первые дни. А ты избегаешь всех.

– Разве это проблема?

– Нет. Просто интригует. – сказал он с легкой улыбкой. – Может, ты просто ждешь, пока кто—то покажет тебе, как здесь все устроено?

Его слова удивили меня.

– Почему бы и нет? – согласилась я, не ожидая от себя такого отклика.

– Отлично, – кивнул он. – Меня зовут Алинор, пойдем, я покажу тебе замок.

Мы вышли из столовой, и он легким, уверенным тоном начал свой рассказ. Парень привел меня в сердце Академии – библиотеку. Я ахнула, когда увидела ее. Стены уходили в высоту, стеллажи с книгами тянулись бесконечными рядами.

– Это – центр знаний, – сказал Алинор, проводя рукой по деревянным полкам. – Здесь хранятся труды тысячи магов, а сами книги… некоторые из них "живые". Они могут менять страницы, двигаться, а порой даже дают советы читателям. Если повезет…

Я внимательно осмотрела ближайшие фолианты. Вдалеке заметила книгу, которая самостоятельно открылась и, кажется, замерла, ожидая, что кто—то к ней подойдет.

– К слову, – продолжил Алинор, – некоторые секции доступны только для студентов с выдающимися успехами. Но в это число попадают лишь единицы.

– Завтраки, обеды и ужины подаются по расписанию, – продолжил просвещать меня Алинор. – Но те, кто на старших курсах, могут заказывать еду через магический свиток, и она появляется прямо перед ними. Очень удобно, если надо быстро поесть между занятиями.

Юноша возобновил экскурсию, все время что—то рассказывая мне о жизни студентов.

– Учеба здесь – не легкая, – сказал он. – Вокруг конкуренция, особенно на универсальном факультете. Все пытаются продемонстрировать свои способности, и, думаю ты уже ощутила на себе прелести такой жизни. Но на этом и строится магия, не так ли?

Я кивнула.

– После занятий многие студенты проводят время в лабораториях или на тренировочных площадках, чтобы усовершенствовать свои способности, – продолжил он, обводя взглядом суету, царившую вокруг. – А вот здесь, – он указал на широкий двор, – у нас сады и закрытые клубы. Кто—то увлекается алхимией, другие – магическими шахматами, а еще есть клуб астрономии.

– Ты участвуешь в каких—либо из них? – спросила я, с любопытством наблюдая за группой студентов, которые с увлечением что—то обсуждали.

– Алхимия не для меня, – усмехнулся Алинор. – Но магические шахматы… это, пожалуй, лучшее, что можно придумать для отдыха. Хотя, все это не обязательно. Главное – магия. И чем больше ты ее изучаешь, тем меньше хочешь отвлекаться на что—то другое.

Когда экскурсия подошла к концу, я поблагодарила Алинора за приятное время, проведенное с ним. Он шутливо поклонился

–Я был рад пообщаться, Инсания.

Глава 3: Конфликты Боевая подготовка.

Следующая пара – боевая подготовка. Занятие проходило в закрытой аудитории. Стены, исписанные древними символами, впитывали в себя остаточную магическую энергию. Первые два часа были отведены на оттачивание навыков по созданию энергетического барьера. Звук заклинаний сливался в единый фон, наполняя аудиторию гулом чужих голосов и эмоций. С каждым движением пальцев в воздухе вспыхивали защитные купола – у кого—то чёткие и ровные, у других – мерцающие, словно сейчас рассыплются.

Магистр Хорт шагал между рядами, наблюдая за студентами. Его взгляд скользил по каждому, оценивая прогресс.

– Барьер – Это ваша воля, застывшая в пространстве. Слабая воля – слабая защита.

Кто—то с досадой сжал кулаки, чей—то барьер треснул, не продержавшись и минуты.

Когда отведённое время закончилось, магистр велел следовать за ним. Мы покинули аудиторию, и холодные коридоры академии вскоре сменились открытым пространством полигона. Это было огромное поле, окружённое защитными рунами. Земля выжжена магией, кое—где темнели следы недавних тренировок. Воздух пах озоном – свежий, но с металлическим привкусом.

– По парам, – коротко скомандовал Хорт.

Я оказалась с Ариссой, дочерью знатного рода. Когда её имя прозвучало следом за моим, она расплылась в улыбке – предвкушающей, самодовольной.

– Покажи, что ты умеешь, пустышка, – холодно бросила она, встав в боевую стойку. Ее движения были идеальными, словно отточеными годами тренировок.

Проснулось в моей душе что—то темное. Назойливая девица. Я оценивающе посмотрела на нее. Магия исходила от Ариссы волнами. Я задумалась… Если начну атаковать, то могу и случайно убить это хрупкое создание. Но если не отвечу, она не оставит меня в покое. Что же за запах ревности витает? К кому? Я проанализировала, какие заклинания могу использовать, чтобы не вызывать подозрений. Решение пришло быстро – лучше всего подходила тактика выжидания.

– Может, ты сначала покажешь? – спокойно ответила я, не торопясь занимать боевую стойку.

Ее глаза вспыхнули раздражением.

– Неужели трусишь? – усмехнулась она. – Я могу быть мягче, если хочешь.

– Начинай, – спокойно произнесла я, отступив на пару шагов назад.

Арисса не заставила себя ждать. С ее ладони сорвалось магическое копьё, устремившись прямо ко мне. Я увернулась, едва сдвинувшись с места. Ловкость и изворотливость были моими союзниками, и я знала, что могу играть на этом долго.

– Что ж ты только уворачиваешься, пустышка? Боишься атаковать? – ее голос был полон яда.

Вместо ответа я слегка улыбнулась. Моя улыбка, как я заметила, разозлила ее еще больше. Арисса швыряла копьё за копьём, каждое – более мощное, чем предыдущее. Но ее движения становились все более хаотичными.

«Дилетантка», – подумала я, наблюдая, как техника девушки распадается под натиском ее собственного гнева. Она размахивалась слишком сильно, энергию тратила впустую, а тактики не было вовсе. Я продолжала уходить от ее ударов с грацией кошки, почти играя с ней. Она, похоже, не замечала, как изматывается, с каждым разом вкладывая в заклинания все больше мощи.

Когда я заметила, что ее дыхание стало рваным, а магия начала терять стабильность, момент настал.

– Хватит, – коротко сказала я, и выпустила атакующее заклинание. Оно было разработано мной лично – минимум затрат, максимум эффективности.

Поток магии стремительно пронесся вперед, ударяя в ее барьер. Защитное поле треснуло, словно стекло, и Ариссу отбросило назад. Она рухнула на землю, поднимая клубы пыли.

Зал замер в напряженной тишине. Все взгляды были устремлены на нас.

– Это случайность! – закричала Арисса, вскочив на ноги, ее голос дрожал от злости и унижения.

Я спокойно смотрела на нее, не произнося ни слова. Молчание было лучшим оружием против ее истерики.

Преподаватель шагнул вперед, бросив на мою соперницу строгий взгляд.

– Арисса, на практике случайностей не бывает. Если ваш барьер не выдержал, значит, соперник превзошел вас в тактике, – холодно заявил он, затем повернулся ко мне. – Инсания, выполнено чисто. Продолжайте в том же духе.

Шепот студентов заполнил зал. Кто—то восхищался, кто—то осуждал. Но меня это не волновало.

– Инсания, думаю всем будет полезно услышать, как вам удалось так уверенно одержать победу, – сказал преподаватель с той интонацией, которая не предполагала отказа.

– Хорошо, – начала я, подыскивая слова. – Давайте разберем этот бой.

Я встала в центр и обвела взглядом всех. Арисса уже поднялась, ее лицо пылало от негодования, но она молчала.

– Первое, что нужно понять: бой – это не просто демонстрация силы, – продолжила я. – Это баланс стратегии, ресурсов и контроля над ситуацией.

Я указала на место, где стояла Арисса в начале.

– Моя соперница начала с агрессии. Она выпустила первое заклинание практически сразу, не изучив моих движений и не оценив обстановку. Это была ее первая ошибка.

Несколько студентов зашептались, но я продолжила:

– Второе. Она делала ставку на грубую силу. Ее магические копья были мощными, но плохо направленными. Энергия тратилась впустую. Если вы перегружаете себя в начале боя, это делает вас уязвимыми к концу.

Я встретила взгляд Ариссы, который сейчас был наполнен злобой и, возможно, легким осознанием правоты моих слов.

– Третья ошибка – отсутствие тактики. В любой схватке важно не просто атаковать, а просчитывать шаги противника. Я не выпускала заклинаний, потому что хотела вымотать соперницу. Арисса сама дала мне время оценить ее движения и найти слабые места.

Я подняла руку, воспроизводя небольшой магический барьер, идентичный тому, что разрушила.

– Этот барьер треснул, потому что его структура была нестабильной. Это результат усталости и слишком больших затрат энергии. И когда я атаковала, она не смогла удержать защиту.

Магистр Хорт кивнул, подтверждая мои слова. Он смотрел на меня с восхищением и уважением.

– И последнее, – я сделала паузу, чтобы все меня услышали. – Бой – это не только магия. Это умение сохранять хладнокровие и использовать слабости противника. Если вы позволяете эмоциям взять верх, вы уже проиграли.

Я перевела взгляд на Ариссу, которая, хотя и выглядела оскорбленной, уже не могла возразить.

Магистр Хорт обвел глазами студентов.

– Урок для всех: сила без разума – это лишь бесполезная демонстрация вашего потенциала. Возьмите пример с Инсании. Ее тактика была идеальна, – он повернулся ко мне. – Можете идти.

Я легко кивнула и спокойно вышла из зала, оставляя за спиной шум обсуждения. Кто—то называл меня высокомерной, кто—то признавал мою правоту, но я была уверена в одном: многие поняли, что я кусаюсь.

Как выяснилось позже, это возымело обратный эффект. Напряжение в Академии достигло апогея, когда слухи о бое разлетелись, и факультеты объединились только с одной целью – испытать меня на прочность. Её звали Биатрис. Высокая, статная, с горящими глазами, подруга Арисс. Она была старше на несколько лет, не меня, разумеется, а своих однокурсников. Её ненависть ко мне казалась едва ли не осязаемой.

– Ты отлично сражалась.

Высокая, с волосами, заплетёнными в тугую косу. В её взгляде не было страха – только интерес и лёгкая ухмылка. Я выпрямилась.

– Ты явилась сюда чтобы похвалить меня?

Биатрис рассмеялась.

– О нет, я пришла, чтобы сказать, что следующая твоя соперница – я. Я вызываю тебя на дуэль. – И она бросила мне под ногу лапку ворона.

В моей душе вспыхнул огонёк веселья.

– Что ж… – Я склонила голову чуть набок. – Тогда постарайся не разочаровать меня.

– Скажи это себе.

Биатрис развернулась и ушла, её шаги звучали уверенно и ритмично. Я знала, что именно её задело больше всего. Для таких, как она, сама мысль о том, что человек без имени и родословной, без вековых традиций за спиной может оказаться с ними на одной ступени, была не просто неприятной – унизительной. Она выросла в мире, где принадлежность к роду решает всё. Где фамилия открывает двери раньше, чем ты успеваешь к ним подойти. А я… В ее глазах я олицетворяла всех тех, кто эту закономерность нарушал и своим присутствием ставил под сомнение незыблемость их правил. Для неё это было хуже всего.

Новость о нашем поединке разнеслась по Академии быстрее, чем магический импульс. Факт, что моим следующим соперником стала именно Биатрис, вызвал всплеск интереса. Об этом событии говорили в коридорах, на лекциях, в столовой.

– Биатрис раздавит её.

– Не будь так уверен. Ты видел, что она сделала с Ариссой?

– Это была случайность. Арисса просто недооценила её.

– Может да, а может и нет…

Глава 4: Дуэль

Вечером я сидела на каменной ограде внутреннего двора Академии, лениво разглядывая закат.

– Кажется, на тебя сделали самые крупные ставки за последние 5 лет.

Голос Лиама ворвался в мои мысли лёгкой волной веселья.

Я чуть повернула голову. Парень стоял рядом, ухмыляясь, глаза его лукаво поблескивали. В руках он крутил маленькую монету, перебрасывая её между пальцами с ловкостью карточного шулера.

– Что? – лениво переспросила я.

– А ты не знала? – Он хмыкнул и присел рядом, уперев локти в колени. – В Академии устроили тотализатор. Твои шансы обсуждают буквально в каждом коридоре. Люди ставят деньги, артефакты, клянутся душами своих предков, что угадают, когда ты проиграешь.

Я склонила голову набок, разглядывая его с лёгким интересом.

– И какой у меня коэффициент?

Лиам расхохотался.

– Пока низкий. Есть и те, кто считает, что ты просто блефуешь.

Я улыбнулась.

– Блефую?

– Да. Что ты, мол, не настолько сильна, просто хорошо скрываешь слабости. Или что тебе всего лишь везёт.

Я задумчиво провела пальцем по краю каменной ограды.

– Интересная мысль.

– Ты не злишься?

В моих глазах мелькнул странный, почти одержимый блеск. Я увидела его отражение в глазах Лиама

– Почему? Мне нравится.

Лиам смотрел на меня, улыбка на его губах стала чуть осторожнее.

– Значит, тебе нравится, когда люди ставят деньги за твою голову?

– Мне нравится, что они не могут решить, бояться меня или смеяться надо мной.

– Ох, Инсания, ты чертовски странная.

– А ты только заметил?

Лиам снова перебросил монету между пальцами, задумчиво разглядывая её.

– И всё же… – Он усмехнулся. – Я поставил на тебя.

– Как мило, – протянула я.

– О да, я просто образец великодушия.

Он встал и потянулся, затем бросил через плечо:

– Только не проиграй. Иначе я лишусь всех своих золотых.

Я не ответила. Просто смотрела ему вслед, чуть покачивая ногой в воздухе, и мои губы медленно расползались в улыбке.

Ах, какие же они забавные. Все эти людишки. Ставят деньги, заключают пари, спорят о шансах… Будто у них есть хоть малейшее представление о том, во что они ввязались.

Но пора было выдвигаться. Наверное, вся Академия собралась у арены. Каменные трибуны заполнялись, студенты занимали места, воздух дрожал от напряжения. Я вышла на арену спокойно, словно все это было лишь формальностью. Платье развевалось, подчеркивая каждое мое движение. С противоположной стороны появилась Биатрис. Я чуть улыбнулась, глядя ей прямо в глаза.

– Сегодня я докажу всем, что ты просто фикция, – прошипела она, но ее голос звучал уверенно.

Я сделала шаг вперёд. Полигон, до этого наполненный шумом и азартными возгласами, вдруг охватило мёртвое молчание. Казалось, сам воздух в зале стал вязким и плотным, затрудняющим дыхание. Я двигалась медленно, с ленивой грацией, чуть покачивая бёдрами, ради демонстрации. С каждым шагом вокруг меня сгущалась невидимая, но ощутимая сила – чужая, древняя, голодная. А затем я почувствовала это. Прикосновение. Не физическое – нечто незримое, неуловимое, как дыхание мрака, скользнуло по моей талии, пробежалось ледяным шёпотом по коже. Оно обнимало меня, окутывало, подчиняло пространство. Мгновение…

Воздух дрогнул, словно натянутая струна. По толпе прокатилась волна паники – люди замирали от ужаса.

Тело Биатрис предало её первым. Ещё мгновение назад во взгляде девушки читалась уверенность, но теперь зрачки расширились, а в глазах отразилось неосознанное, первобытное чувство. Страх. Колени подкосились, и она рухнула на землю, точно марионетка, у которой перерезали нити. Пальцы сжались в судорожном рефлексе, ногти впились в камень, но опоры больше не существовало. Рваный, хриплый вдох.

– Н—нет… – Голос её был не громче шелеста, но он вибрировал, как струна, готовая оборваться в любую секунду.

По щекам покатились неконтролируемые слёзы. Она пыталась отползти от меня, но не могла – тело её не слушалось, словно стало частью арены, вросло в этот холодный камень. Я остановилась не понимая, что произошло. Я же ничего не успела сделать. Кто—то испортил мне веселье. Я изучала Биатрис – она задыхалась от страха. Если я это не прекращу, она сгорит в своём ужасе.

Толпа загудела от непонимания. Одни нервно сжимали амулеты, другие отступали назад, словно опасаясь, что сила, которую они ощутили, может кинуться и на них.

– Она использовала что—то запрещённое?

– Тёмная магия?

– Этого не может быть…

–Я не знаю, но… я чувствовал это. Как будто что—то внутри меня сжалось.

– Она даже не произнесла ни слова…

–Sanatio – Прошептала я заклинание исцеления и направилась к выходу.

Глава 5: Ночной бред или явь?

Я очнулась резко, словно вырванная из объятий тьмы. Тревога, острая и необъяснимая, сжала горло стальною рукой. Чердачная комната, мое временное убежище, была погружена в густой мрак, лишь бледный лунный свет пробивался сквозь стекла, рисуя на полу призрачные узоры. Постель подо мной была влажной, липкой. Я лежала, прислушиваясь к бешеному стуку сердца, пытаясь успокоить рваное дыхание. Этот сон…

Он был реальнее, чем сама реальность.

Прикосновения – холодные, но жгучие, словно лед, обжигающий кожу. Шепот – низкий, глубокий, как гул подземного грома, – пробирал до мурашек, заставляя каждый нерв трепетать. И это чувство… переживание чужого присутствия. Оно было везде: в воздухе, в тенях, в самом моем дыхании. Оно манило и обещало что—то сладкое, но в то же время заставляло сжиматься в комок с ощущением загнанного зверя.

Я попыталась вспомнить детали, но они ускользали, как песок сквозь пальцы. Лишь обрывки: чьи—то руки скользят по моей коже, оставляя на ней следы тьмы; голос звучит так близко, что кажется, он исходит из самой глубины моей души; и глаза… два горящих угля, смотрящих прямо в меня, проникающих сквозь плоть и кровь, до самых тайн, которые я так тщательно скрывала.

– Проклятье… – прошептала я, стирая пот с лба дрожащей ладонью.

Это не просто сновидение. Это было вторжение. Кто—то – прорвался в мой разум, оставив после себя след, который я чувствовала каждой клеткой своего тела. Я резко встала с кровати, слыша, как половицы под ногами скрипят, словно негодуя из—за моих шагов.

– Кто здесь? – прошептала я, затаив дыхание.

Ответа не последовало, но ощущение чужого присутствия не исчезло. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, просканировать пространство на следы магического вмешательства. Но ничего. Ни единой зацепки, ни малейшего намека.

Подошла к окну, резко распахнула его, впустив порыв прохладного ночного воздуха. Он обжег лицо, но не принес облегчения. Я стояла, опершись о подоконник, глядя в темноту, где звезды казались такими далекими и равнодушными.

Вернувшись в постель, долго лежала, уставившись в потолок, пытаясь успокоить дрожь, которая никак не отпускала. Сон больше не приходил, и тревога осталась со мной. Она пульсировала в висках, шевелилась на краю сознания, напоминая, что я не одна.

– Кто же ты? Друг или враг? – прошептала в пустоту, но ответа не последовало.

И тогда я вспомнила. Арена. Толпа. Биатрис глядит с ужасом, как будто видит не меня, а что—то другое. И это чувство… что мои движения больше не принадлежали мне. Словно чьи—то невидимые руки обвили мою талию, направляя каждый шаг, каждый жест. В тот момент, когда я почувствовала ЕГО, все вокруг замерло. Зрители отшатнулись, их глаза расширились от страха, рты открылись в беззвучных криках. Они пытались дышать, но воздух стал густым, как смола, и я видела, как их лица искажались от паники.

Эта сила… она была за пределами моего контроля.

– Зачем играешь со мной? Покажись!

Глава 6: Урок некромантии.

Утренний колокол, возвещающий о начале занятий, звучал как никогда зловеще. Я перевела взгляд на расписание. Первым значился курс «Судебно—магическая экспертиза» под руководством магистра Рендала Крофта – предмет, где расследования преступлений строились на общении с душами погибших. Обычная некромантия, пусть немного расширенная и завуалированная под академический термин. Далее – «Иллюзии» с Мариусом. Завершало список предметов «Зельеварение», которое вела профессор Женева Вирст.

Сердце сжалось от странного предчувствия. Я не любила некромантию, и на то имелись свои причины. Но предмет входил в учебную программу, избежать его было невозможно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Ждать милости от Бездны» – крылатая фраза, означающая бессмысленное ожидание. Используется среди магов как символ напрасных надежд.

Вернуться