Zhar Skydrake
Солнце, закованное в корни

Пролог «Двенадцатое марта»

Он ненавидел дни рождения.

Дым сигареты закручивался в морозном воздухе, цепляясь за рыжие ветви фикуса в горшке. Антон прижал потёртую кожаную куртку к груди – подарок отца, который тот бросил на пороге пять лет назад. «Надевай, когда станешь мужчиной». Мужчиной он так и не стал. Вместо этого – сто килограммов мягкого стыда, джинсы с выцветшими коленями и шрам на левой ладони, напоминающий о том дне, когда он заслонил Диму от разбитой бутылки.

Город спал. Над пустынной улицей висело сизое небо, а в трёх шагах от скамейки, где сидел Антон, зияла дыра.

Она появилась ночью – тихо, как сон. Фиолетовые блики танцевали по её краям, словно пытаясь удержать форму. Портал G-ранга, самый слабый. Внутри – лабиринт с крысами-мутантами, как писали в новостях. Для кого-то это шанс. Для Антона – насмешка. Даже крысы здесь сильнее его.

– Тошка¹, ты серьёзно? – Дима выскочил из-за угла, очки съехали на кончик носа. Его рыжие волосы торчали в стороны, а на рукаве мелькнула татуировка – молот Гефеста.

– Ты же обещал не лезть.

– А ты обещал не курить.

Дима пнул камень в сторону портала. В пятнадцать он уже прошёл свой первый портал, украл у отца бутылку коньяка и собрал из микроволновки сигнализацию для их квартиры. Антон в пятнадцать боялся даже автобусов.

– Входишь или нет? – Дима достал из кармана самодельный фонарь, который светил голубым – энергия E-ранга.

– Зачем? – Антон потушил окурок о подошву. – Я же не пробудившийся. Не гений. Не герой.

– А я? – Дима ухмыльнулся. – Я – гений. И знаю, что там твоё «окно состояния». Просто посмотри.

Окно состояния. Интерфейс, который открывается после поглощения энергии порталов. У Димы оно засветилось в четырнадцать: «Кулак Гефеста» – создание оружия из металла. У Антона – тишина.

– Если не войду, ты войдёшь вместо меня? – спросил Антон, глядя на брата.

– Конечно. – Дима поправил очки. – Я же не трус.

Они оба знали, что это ложь. Дима боялся темноты, пауков и того, что однажды его изобретения сломаются навсегда. Но Антон кивнул.

Портал встретил его холодом. Фиолетовый свет сгустился в узкий коридор, стены которого пульсировали, как жилы. В метре от входа сидела крыса размером с собаку. Её глаза светились красным.

– Живучесть G-2, Восприятие G-5… – Антон пробормотал параметры своего окна, которое наконец-то проявилось. Никаких способностей. Только цифры, подтверждающие его никчёмность.

Крыса прыгнула.

Он закрыл глаза, ожидая клыков, но вместо боли услышал хруст. Открыв их, увидел: из трещины в полу выросла ветка. Тонкая, хрупкая. Она пронзила крысу насквозь.

Фикус. Тот самый, что стоял на скамейке. Его корни протянулись сквозь портал, обвивая Антона, как щупальца памяти. В окне состояния вспыхнула новая строка:

«Символ: Фикус (Уровень 1)»

Способность: Поглощение боли.

Дима, наблюдавший снаружи, засмеялся.

– Видишь? Ты не защитник. Ты – губка. Впитываешь всё дерьмо мира.

Но Антон уже не слушал. Он смотрел, как корни фикуса тянутся к телу крысы, высасывая из неё багровую энергию. И впервые за долгие годы почувствовал – его сердце бьётся в такт чему-то большему. Чему-то, что не сломается.

Через неделю Дима погибнет в портале А-ранга. Через месяц Антон обнаружит его дневник с чертежами «Молота Гефеста». А пока он просто стоял, прижимая к груди ветку фикуса, и думал, что, может, быть щитом – не так уж и плохо.

Над городом взошло солнце. Оно было чёрным, как провал в небе, но Антон этого ещё не знал.

Глава 1: «Корни и проволока»

Дождь бил в стекло так яростно, будто хотел вырваться внутрь. Антон сидел на краю кровати, сгорбившись, его пальцы впились в край матраса, словно пытались удержать мир от распада. Горшок с фикусом стоял у ног, корни уже не помещались в керамике – толстые, узловатые щупальца выползали из трещин, обвивая ножку стула и ползая по полу, как живые. Они пульсировали в такт его дыханию. Багровый свет, исходивший от листьев, отбрасывал на стены дрожащие тени, напоминающие сплетение вен.

– Ты его задушишь, – бросил Дима, втискивая в рюкзак паяльник, моток медной проволоки и странный прибор, напоминающий компас с треснувшим стеклом. – Растениям нужен солнечный свет, а не твои вечные «я-недостоин».

Антон промолчал. Он смотрел, как капли дождя стекают по окну, оставляя за собой мутные дорожки. Хостел «Уют» пах плесенью и старыми книгами. На стене висела карта города с красными метками – порталами, которые появлялись всё чаще. Фиолетовые – G-ранг, синие – F… Последний, алый, возник неделю назад у вокзала. Дима назвал его «лазейкой в ад», но Антон знал: брат уже строил планы, как туда пробраться.

– Он не обычный, – наконец пробормотал Антон, касаясь листа фикуса. Поверхность была холодной, как металл, а жилки на ней светились тусклым алым. Поглощение боли. После того дня в портале G-ранга растение впитывало всё – страх, гнев, тупое жжение под рёбрами, которое Антон носил в себе годами. Теперь фикус рос невероятно быстро, а по ночам Антону снилось, будто корни пронзают его грудь, высасывая чёрную жижу из сердца.

– Значит, ты – живой фильтр для вселенского дерьма, – Дима застегнул рюкзак с таким треском, будто собирался штурмовать крепость. – Поздравляю. Может, откроешь клинику? Будешь лечить депрессию, подключая людей к своему кактусу.

– Фикусу, – поправил Антон, но брат уже подошёл к окну, откинув занавеску. Напротив, в здании заброшенного завода «Прогресс», мерцал синий ореол. Новый портал. F-ранг. Дима присвистнул:

– Смотри-ка. «Эклипс» уже метку поставил.

На стене завода алел логотип корпорации – стилизованное солнце, поглощённое чёрным кругом. Антон сжал горшок руками. После того, как «Эклипс» начал скупать порталы, город наводнили наёмники в чёрных комбинезонах. Они ловили бездомных, мигрантов, отчаявшихся – всех, кого можно было бросить в порталы как расходник.

– Ты знаешь, что будет, если кто-то узнает про твой символ? – Дима повернулся, и в его зелёных глазах мелькнуло что-то опасное. – Тебя разорвут. Гильдии, корпорации, Архонты… Все захотят твою силу. Ты для них – батарейка. Вечный источник энергии.

– Я никому не нужен, – Антон поставил горшок на подоконник. Корни тут же потянулись к стеклу, к дождю, к чёрному небу. – Даже отец…

– Отец – мусор, – резко оборвал Дима. – Он сбежал, потому что испугался собственной тени. А ты… – Он швырнул Антону свёрток, обмотанный изолентой. – Возьми. Это из ядра G-ранга.

Внутри оказалась проволока – тонкая, гибкая, с красными прожилками, будто вены. Она была тёплой на ощупь и пульсировала, как живая.

– Подключи к фикусу, – сказал Дима. – Если твоя сила реальна, он сможет…

Грохот с улицы заглушил его слова. Антон вскочил, задев горшок. Фикус вздрогнул, корни метнулись вперёд, как щупальца, но он успел поймать растение. За окном, у портала, клубилась толпа. Трое в чёрных комбинезонах с логотипом «Эклипс» тащили к синей дыре девушку. Она вырывалась, её белокурые волосы слипались от дождя, а на лице застыла смесь ярости и страха.

– Новобранцев набирают, – прошипел Дима. – «Эклипс» платит копейки за тех, кто выживает в F-ранге.

Один из мужчин вырвал девушку из рук напарника и толкнул к порталу. Она упала на колени, но тут же вскочила, ударив его каблуком в пах. Мужчина заорал, доставая пистолет – не обычный, а энергетический, с жёлтым кристаллом на рукояти. Антон почувствовал, как фикус задрожал. Листья зашелестели, корни впились в подоконник, рассыпая осколки керамики.

– Не лезь, – Дима схватил его за рукав. – Это F-ранг. Ты даже крысу убить не можешь.

Но Антон уже выбегал из комнаты, сжимая проволоку. Лестница хостела скрипела под его весом, запах плесени сменился холодом дождя. Фикус в горшке, который он прижал к груди, тянулся к нему корнями, будто пытаясь удержать.

– Эй! – крикнул Антон, подбегая к группе. Его голос дрожал, но проволока в руке горела, как уголь. – Отпустите её.

Мужчина с пистолетом обернулся. На его шее алела татуировка – змея, обвивающая меч. Знак гильдии «Змеиный путь».

– Пробудившийся? – усмехнулся он, оглядывая Антона с ног до головы. – Судя по пузу, G-ранг. Иди отсюда, пока живой.

Девушка метнула ему взгляд. Её глаза были синими, как лёд в разломе, и такими же холодными.

– Я… я не позволю вам её убить, – Антон сделал шаг вперёд, чувствуя, как корни фикуса обвивают его ноги, впиваются в асфальт.

– Последний шанс, – мужчина поднял пистолет.

Антон воткнул проволоку в землю.

Мир взорвался.

Зелёный свет хлестнул из-под земли, ослепляя. Корни фикуса вырвались из горшка, пробили асфальт, обвили пистолет, вырвав его из рук мужчины. Они метнулись к девушке, обвили её талию, отбросив «Змеиный путь» к порталу. Тело Антона горело, будто через него пропускали ток. Он видел, как корни пьют чужую злобу, страх, боль – грязный поток, который вливался в фикус, а затем в него.

– Беги! – прохрипел он, но девушка не двинулась. Её пальцы сжали корешок, который тянулся к её виску.

– Ты… поглощаешь эмоции, – сказала она. Её голос звучал механически, будто она разгадывала уравнение. – Интересно.

За спиной Антона раздался смех. Дима стоял под дождём, снимая всё на дешёвый смартфон.

– Тошка, ты гений! – он орал, прыгая через лужи. – Мы будем богаты! Я продам видео гильдиям!

Но Антон уже падал. Корни втягивались обратно в горшок, увлекая за собой весь тот яд, что они высосали. Его вырвало на асфальт, в рвотных массах мелькнули алые искры. Девушка опустилась рядом, её пальцы прикоснулись к его виску.

– Твоя сила нестабильна, – произнесла она. – Но потенциал… невероятен.

Антон попытался оттолкнуть её, но рука не слушалась. Фикус дрожал, листья почернели по краям.

– Меня зовут Кэт, – продолжила она. – Ты нужен моему отцу.

– Отцу? – Антон закашлялся.

– Никола Тесла. Архонт EX-ранга. – Она встала, отряхивая плащ. – Если хочешь выжить, приходи завтра на улицу Гагарина, 12.

Она ушла, оставив его лежать в луже. Дима подбежал, схватив за плечо:

– Ты слышал? Тесла! Это же легенда! Ты втюхался², Тошка!

Но Антон не отвечал. Он смотрел, как чёрное солнце проглядывает сквозь тучи, и думал, что быть щитом – невыносимо.

А потом потерял сознание.

Глава 2: «Проволока и молчание»

Дождь всё шёл. Его стук по жестяной крыше склада напоминал барабанную дробь – быструю, нервную, будто сама вселенная отсчитывала секунды до конца света. Антон лежал на матрасе, накрытом потёртым одеялом, и смотрел, как капли воды просачиваются сквозь щель в потолке. Они падали в жестяное ведро, установленное Димой, и этот звук – плюх-плюх-плюх – резал слух.

– Ты выглядишь как мокрая крыса, – бросил Дима, входя с подносом. На нём дымилась чашка растворимой лапши и стакан с чем-то густым и зелёным. – Выпей. Это энергетик моего производства.

Антон сел, опираясь на дрожащие руки. Тело болело так, будто его переехал грузовик, а в висках стучало. Фикус стоял в углу, его корни оплели ржавую трубу, а листья, ещё вчера багровые, теперь почернели по краям, будто обгорели.

– Что это было? – спросил он, глотая противную жижу из стакана. На вкус – смесь мяты и бензина.

– Эксперимент. – Дима ухмыльнулся, доставая из кармана проволоку. Та самая, с красными прожилками, теперь была покрыта трещинами. – Ты выжег ядро. Фикус впитал энергию портала и перегрузил цепь. Зато… – Он швырнул на кровать газету.

На первой полосе красовался заголовок: «ТАИНСТВЕННЫЙ ГЕРОЙ СПАС ДЕВУШКУ ОТ ГИЛЬДИИ “ЗМЕИНЫЙ ПУТЬ”». Под ним – мутное фото, на котором Антон, прикрытый корнями, стоял перед порталом. Лица не было видно, но силуэт с горшком в руках выглядел комично.

– Мы знамениты! – Дима размахивал телефоном. – Видео набрало 50 тысяч просмотров! Гильдии шлют предложения. Даже «Эклипс» интересуется.

Антон сглотнул. На экране мелькнул кадр: корни, срывающие пистолет из рук наёмника. Он помнил этот момент как вспышку боли – будто кто-то вывернул его душу наизнанку.

– Убери это, – прошептал он.

– Ты шутишь? Это наша удача! – Дима схватил его за плечо. – С такими способностями мы сможем штурмовать порталы А-ранга! Представляешь, сколько там энергии?

Фикус дрогнул, и Антон почувствовал, как по спине пробежал холодок. Растение словно реагировало на каждое слово Димы, его корни сжимались, как кулаки.

– Я не хочу штурмовать порталы, – сказал Антон, вставая. Пол под ним качнулся. – Я хочу… не знать, что каждый мой вдох кому-то продают.

Дима замер. Его улыбка исчезла, сменившись чем-то острым, опасным.

– Ты думаешь, у нас есть выбор? – Он подошёл ближе, и Антон впервые заметил синяки под глазами брата. – Отец сбежал. Мать умерла. Мы живём в хостеле с тараканами. Твой фикус – единственный шанс вырваться из этой ямы.

Он ткнул пальцем в газету, где под статьёй мелким шрифтом пестрело: «Выжившие в портале А-ранга получают пожизненную пенсию от корпорации “Эклипс”».

Антон отвернулся. За окном, сквозь пелену дождя, виднелся силуэт завода «Прогресс». Синий портал всё ещё пульсировал, как открытая рана.

– Кэт сказала прийти на Гагарина, 12, – пробормотал он.

– И ты веришь этой ледяной кукле? – Дима фыркнул. – Тесла – миф. Его никто не видел лет двадцать. Думаешь, он просто так поможет тебе?

– А ты предлагаешь продаться «Эклипс»?

– Я предлагаю выжить! – Дима ударил кулаком по стене. Пыль посыпалась с потолка. – Ты не понимаешь? Твоя сила – это валюта. И если мы её не монетизируем, её украдут.

Фикус зашевелился. Корни медленно поползли по полу, обвивая ножки кровати. Антон почувствовал знакомое давление в груди – фикус впитывал его гнев, страх, беспомощность.

– Хорошо, – сказал он, глядя в пол. – Сегодня я иду к Тесле. Если это ловушка…

– Тогда я взорву всё к чертям, – Дима достал из рюкзака устройство, похожее на гранату с мигающим дисплеем. – Самодельная EMP-бомба. Вырубит всю электронику в радиусе километра.

Антон хотел возразить, но понял, что бесполезно. Дима уже решил, что это приключение – и он не отступит.

Улица Гагарина, 12 оказалась старым кирпичным зданием, затерянным среди полуразрушенных складов. Вывеска «Электротехнический институт» висела на одной петле, а за решётчатыми окнами виднелись потухшие лампы. Антон стоял под дождём, сжиная в руке проволоку – ту самую, из ядра G-ранга. Дима притаился в переулке, готовый активировать бомбу.

– Ты опоздал на семь минут, – раздался голос за спиной.

Кэт вышла из тени, одетая в чёрный плащ с серебристыми застёжками. Её волосы были собраны в тугой пучок, а в руке она держала устройство, напоминающее циркуль с голографическим дисплеем.

– Я… – Антон попятился, но Кэт схватила его за запястье. Её пальцы были холодными, как металл.

– Не двигайся. Сканер читает биоритмы.

Она поднесла устройство к его груди. Экран вспыхнул, выводя строки данных:

«Объект: Антон Смирнов

Ранг: G (нестабильный)

Символ: Фикус Бенгальский (мутация 97%)

Угроза: Высокая (поглощение энергии вне классификации)»

– Твой отец… – начал Антон, но Кэт резко дернула его за собой.

Дверь института скрипнула, открываясь в тёмный коридор. Запах озона и масла ударил в нос. Кэт щёлкнула выключателем, и Антон ахнул.

Зал был заставлен машинами, которые он не мог даже опознать. Гигантские катушки Теслы искрили фиолетовыми молниями, роботы-манипуляторы собирали схемы из проволоки, а в центре комнаты парил… человек. Нет, не человек. Существо из света и металла, его тело состояло из мерцающих голограмм и стальных пластин.

– Папа, он здесь, – сказала Кэт, и существо повернулось.

Глаза – два синих прожектора – уставились на Антона. Голос зазвучал отовсюду и ниоткуда, как эхо в пустоте:

– Интересно. Симбиоз с растением. Ты нарушаешь Второй Закон Термодинамики, мальчик.

Антон попятился, натыкаясь на стену. Фикус в его руках задрожал, корни вырвались наружу, но Кэт нажала кнопку на своём устройстве.

– Подавление поля. Не пытайся сопротивляться.

Корни обмякли, словно обесточенные провода. Антон почувствовал, как сила уходит из тела.

– Что вы хотите? – прошептал он.

Тесла – если это был он – парил ближе. Его голограмма-рука протянулась к фикусу.

– Ты – аномалия. Твоя связь с растением не подчиняется рангам. – Голос звучал с любопытством учёного, расчленяющего лягушку. – Я предлагаю эксперимент. Мы усовершенствуем твой символ, а ты станешь… ключом.

– Ключом к чему?

– К Белым Вратам. К миру, где сила не требует жертв. – Тесла исчез, материализовавшись за спиной Антона. – Но сначала надо удалить слабость.

Боль пронзила виски. Антон упал на колени, крича. В глазах мелькали образы: Дима, разрываемый корнями… фикус, растущий сквозь его грудь… чёрное солнце, пожирающее город…

– Нет! – он вырвался, вцепясь в проволоку.

Зал взорвался зелёным светом. Корни фикуса пронзили машины, голограммы, схватили Теслу и швырнули его в стену. Кэт закричала, роняя сканер.

– Ты… неконтролируемый фактор! – проревел Тесла, его форма искажалась. – Уничтожить!

Антон бежал, не разбирая пути. За спиной гремели взрывы, крики Кэт сливались с рёвом сирен. Он выскочил на улицу, где Дима уже заводил мопед.

– Прыгай!

Они умчались под дождь, оставляя за собой дымящийся институт. Фикус в руках Антона ссохся, став маленьким и беззащитным.

– Что случилось? – орал Дима, сворачивая в переулок.

– Он хотел… вырезать часть меня, – Антон сжал горшок. – Чтобы сделать «идеальным».

Дима резко затормозил. Его глаза горели.

– Значит, мы воюем. – Он достал EMP-бомбу. – Сейчас всё изменится.

Антон не ответил. Он смотрел на фикус, чьи листья медленно возвращали багровый оттенок. Где-то вдали, на фоне чёрного солнца, маячил портал А-ранга.

А они ехали в никуда, под барабанную дробь дождя.

Глава 3: «Тени и семена»

Мопед заглох на окраине промзоны, где ржавые трубы сливались с горизонтом, как щупальца мёртвого великана. Дождь превратился в мелкую изморось, цепляющуюся за кожу ледяными иглами. Антон слез с сиденья, всё ещё прижимая к груди фикус. Его листья, ещё недавно багровые, теперь казались тусклыми, будто выгоревшими на солнце, которого здесь не было.

– Где мы? – спросил он, оглядывая полуразрушенный ангар с вывеской «Склад №7».

– Там, где нас не найдут, – Дима пнул мопед, и тот закашлялся чёрным дымом. – По крайней мере, до утра.

Он достал из рюкзака фонарь, его голубоватый свет выхватил из темноты груду ящиков с надписью «Осторожно: стекло». Воздух пах ржавчиной и чем-то сладковатым – как будто здесь когда-то хранили фрукты, которые давно сгнили.

– Тесла не остановится, – пробормотал Антон, садясь на перевёрнутый ящик. Корни фикуса медленно ползли по полу, ощупывая трещины в бетоне. – Он сказал, что я «ключ».

– Ключ можно сломать, – Дима швырнул ему банку тушёнки. – Или подобрать отмычку.

Он говорил бодро, но Антон видел, как дрожат его руки. Дима всегда боялся тишины. Заполнял её шутками, схемами, планами. Но сейчас даже он не мог скрыть трещину в своей броне.

– Что будем делать? – Антон открыл банку, но есть не стал. В горле стоял ком.

– Ищем портал. А-ранга. – Дима разложил на полу карту, испещрённую пометками. – Если «Эклипс» правда платит выжившим пенсию, хватит на десять жизней. А с твоим фикусом…

– Я не стану их батарейкой. – Антон встал, и фикус дрогнул, будто почувствовал его гнев. – Ты видел, что они делают с людьми?

– Видел. – Дима подошёл вплотную. Его глаза горели, как у голодного зверя. – Но мы не люди для них. Мы – мусор. И если не станем оружием, нас раздавят.

Фикус зашевелился. Корни резко впились в бетон, и Антон почувствовал, как земля под ногами дрогнула. Где-то в глубине склада что-го упало, зазвенело.

– Что это? – Дима схватил фонарь.

Тени на стене шевелились. Не так, как должны – плавно, извиваясь, словно живые. Из-за ящиков выползла… девушка. Её чёрные волосы сливались с темнотой, а на шее алел шрам в форме спирали.

– Вы нарушили границу, – сказала она. Голос звучал, как скрип несмазанных шестерён.

– Какие границы? Мы просто… – Дима потянулся к рюкзаку, но девушка двинулась быстрее.

Её рука превратилась в лезвие – остроконечное, блестящее, как ртуть. Оно упёрлось Диме в горло.

– Вы в зоне влияния гильдии «Чёрные Цветы». – Она повернула голову к Антону. – А ты… пахнешь странно. Болью.

Фикус затрепетал. Корни рванули вперёд, обвивая руку-лезвие, но девушка лишь рассмеялась. Её тело рассыпалось на сотни чёрных лепестков, чтобы собраться в метре от них.

– Интересно, – прошептала она. – Ты не пробудившийся. Ты… что-то другое.

– Отстань от нас! – Антон шагнул вперёд, и фикус взревел. Корни вырвались из-под пола, сокрушая ящики, но девушка снова рассыпалась. Её смех эхом нёсся по складу.

– Вернись на рассвете, – её голос доносился со всех сторон. – Или мы найдём тебя сами.

Тишина. Дима стоял, сжимая EMP-бомбу, его лицо было белым как мел.

– Кто это? – Антон опустился на колени. Фикус сжимал его запястье, будто пытаясь успокоить.

– «Чёрные Цветы». – Дима вытер лоб. – Говорят, они торгуют артефактами из S-ранга. Но это миф…

– Больше не миф. – Антон посмотрел на шрам у себя на ладони. – Она сказала вернуться.

– Это ловушка.

– А у нас есть выбор?

Дима замер. Где-то за стеной завыл ветер, и Антон понял – фикус тянет его туда, вглубь тьмы. К семенам, которые надо посеять, даже если они прорастут ядом.

– Ладно, – Дима сунул бомбу обратно в рюкзак. – Но если это портал, я выбираю музыку.

Он достал старый плеер, вставил кассету. Из динамиков хрипло заиграл рок. Антон усмехнулся. Даже в аду Дима оставался Дима.

А фикус молча рос, обвиваясь вокруг его сердца.

Глава 4: «Цветы сквозь асфальт»

Рассвет в промзоне был похож на грязную акварель – серое небо сливалось с ржавыми трубами, а первые лучи солнца пробивались сквозь дым, окрашивая всё в цвет старой крови. Антон стоял у входа на склад №7, сжимая фикус так, что костяшки пальцев побелели. Дима крутил в руках EMP-бомбу, будто пытаясь решить, кому её подарить: «Чёрным Цветам» или самому себе.

– Если они достанут арбалеты, я бегу первым, – пробормотал он, поправляя очки.

– Ты же сам настоял на этом, – Антон толкнул дверь.

Внутри царила тишина, но не та, что обволакивает покоем. Это была тишина хищника, затаившего дыхание. Воздух пах железом и гниющими лепестками. Посреди зала, на груде разбитых ящиков, сидела та самая девушка. Её чёрные волосы теперь были заплетены в косу, перехваченную шипом, а шрам-спираль на шее мерцал, как живой.

– Опоздали на четыре минуты, – сказала она, не глядя на них. – Но для новичков сойдёт.

– Мы не новички, – фыркнул Дима, но замолчал, когда её глаза – полностью чёрные, без зрачков – уставились на него.

– Вы – мусор, – она поднялась, и её платье, сотканное из теней, зашевелилось. – Но мусор с потенциалом.

Антон почувствовал, как фикус дрогнул. Корни потянулись к девушке, но он сдержал их, сжав горшок.

– Что вы хотите? – спросил он.

– Вашу боль. – Она провела пальцем по шраму на шее, и тот вспыхнул багровым. – «Чёрные Цветы» выращивают артефакты из эмоций. А ты… ты целая плантация.

Дима шагнул вперёд, заслоняя брата:

– Мы не продаёмся.

– Не продаёте. – Девушка усмехнулась. – Вы платите. За вход в портал S-ранга.

Антон ахнул. S-ранг. Даже Дима, вечный авантюрист, побледнел.

– Ты сошла с ума, – прошипел он. – В S-ранге выживают единицы!

– А вы возьмёте с собой это. – Она бросила на пол предмет – чёрный цветок с металлическими лепестками. – Артефакт «Шип ночи». Он пробьёт брешь в портале… если, конечно, ваш фикус выдержит.

Антон поднял цветок. Лепестки обожгли пальцы, и в голову хлынули образы: город в руинах, люди, кричащие без звука, чёрное солнце, пожирающее небо…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Уменьшительно-ласкательная форма русского имени «Антон»

Вернуться

2

Влюбился на сленге

Вернуться