Марина Иванова
Красные Фонари Амстердама: Тень предательства

Ночь опустилась на Амстердам, окутав каналы плотной пеленой тумана. Багряные отблески неоновых вывесок Квартала Красных Фонарей танцевали на темной воде, словно отражения вырвавшихся на свободу грехов. В этом городе обмана и страсти, где каждый уголок хранит свою тайну, тихий переулок стал местом жестокого убийства. И для детектива Яна ван дер Вельде началось путешествие в самое сердце тьмы.

“Под багряным светом каналов даже правда может утонуть.”

Глава 1: Кровавый шелк

Ночной Амстердам дышал сыростью и запахом моря. Моросящий с самого вечера дождь превратил булыжные мостовые Квартала Красных Фонарей в скользкое зеркало, в котором отражались багровые отблески неоновых вывесок и похотливые взгляды случайных прохожих. В воздухе витал приторный аромат кофе и дешёвых духов, смешанный с едким запахом пива и разочарования.

Детектив Ян ван дер Вельде, одетый в видавший виды плащ и шляпу, надвинутую на самые глаза, не любил этот район. Слишком много фальши, слишком много горя и слишком много нераскрытых дел. Но работа есть работа.

Вызов поступил полчаса назад: «Убийство. Переулок Пилстеег».

Переулок Пилстеег оказался еще более мрачным и узким, чем можно было себе представить. Между двумя борделями, источающими громкую музыку и дешевые обещания, зияла черная дыра, наполненная грязью и страхом.

Ван дер Вельде почувствовал запах крови.

Лейтенант Де Йонг, его вечный спутник и лучший друг, уже был на месте. Его лицо, обычно добродушное и круглое, сейчас было напряженным и серьезным.

– Вот, Ян, – сказал он, кивая в сторону тёмного угла. – Жертва – молодая проститутка. Перерезано горло. Чистая работа.

Ван дер Вельде присел на корточки рядом с телом. Девушка лежала лицом вниз в луже собственной крови. Ее темные волосы слиплись и закрывали лицо. Он осторожно перевернул ее.

Молодое лицо, искажённое гримасой ужаса. Глаза широко распахнуты, словно застывшие в последнем крике. На шее – глубокий ровный порез. Работа профессионала, как и сказал Де Йонг.

Он осмотрел место преступления. Никаких следов борьбы, никаких улик. Убийца действовал быстро и тихо. Похоже, девушка даже не успела закричать.

Ван дер Вельде встал и оглядел переулок. Что-то здесь было не так. Что-то важное, что он упускал из виду.

Его взгляд упал на стену одного из борделей. На стене было граффити. Красной краской было нарисовано сердце, пронзённое стрелой.

Ван дер Вельде нахмурился. Этот символ… Он где-то его видел.

Он напряг память, перебирая в уме все нераскрытые дела и фотографии с мест преступлений. И вдруг вспомнил.

Точно такое же сердце было нарисовано на двери квартиры Аннебель Клотье. Аннебель Клотье, известной журналистки, убитой несколько месяцев назад. Дело было закрыто как бытовое убийство, но Ван дер Вельде всегда чувствовал, что здесь что-то не так.

Аннебель Клотье писала статьи о торговле людьми и коррупции в Квартале красных фонарей. Она знала слишком много. И кто-то решил заставить её замолчать.

Теперь, с появлением этого сердца, дело Аннебель Клотье приобрело совершенно иной оттенок.

– Де Йонг, – сказал Ван дер Вельде, и его голос стал твёрдым. – Пересмотри дело Аннебель Клотье. Я думаю, у нас появился серийный убийца.

Де Йонг удивленно посмотрел на него. “Ты серьезно, Ян? Это всего лишь граффити. Может, это просто совпадение.”

– Может быть, – ответил Ван дер Вельде. – Но я не верю в совпадения. В этом городе всё взаимосвязано. И я намерен выяснить, что связывает Аннебель Клотье с этой девушкой.

Он снова посмотрел на тело. На шее девушки, под воротником дешёвой куртки, он заметил что-то блестящее. Он осторожно отодвинул ткань.

На шее девушки висел амулет. Маленькая серебряная лилия.

Ван дер Вельде замер. Лилия…

Он вспомнил дело Орлова, старого искусствоведа, убитого несколько лет назад. Орлов занимался поиском произведений искусства, украденных нацистами. И на месте его убийства тоже была найдена лилия.

Три дела. Три жертвы. И три лилии.

Ван дер Вельде почувствовал, как его охватывает холод. Он знал, что это только начало. Что впереди его ждёт опасная игра, в которой на кону стоят жизни. И он должен разгадать тайну лилии, прежде чем убийца нанесёт новый удар.

Глава 2: Шепот архивов

Утро в Амстердаме встретило Ван дер Вельде серым небом и нудным дождем, словно вторя его мрачному настроению. Чашка крепкого кофе, как всегда, едва ли принесла облегчение. В голове пульсировали обрывки ночных мыслей – лилия, сердце, Аннебель Клотье… Все это сплеталось в запутанный клубок, требующий немедленного распутывания.

Первым делом он отправился в архив, обитель пыльных документов и забытых историй. Здесь, в тишине, нарушаемой лишь шелестом страниц, он надеялся найти ответы на свои вопросы.

Он начал с дела Орлова. Полицейские отчёты, фотографии с места преступления, протоколы допросов – он просматривал всё, словно искал ускользающий призрак истины. Ничего нового, ничего, что могло бы связать Орлова с Анн-Бебель Клотье или убитой проституткой. Лилия оставалась единственным зловещим связующим звеном.

Затем он перешёл к делу Аннебель Клотье. Он внимательно изучил её статьи, особенно те, что касались Квартала красных фонарей. Она писала о коррупции в полиции, о торговле людьми, о связях между местными криминальными авторитетами и влиятельными политиками. Аннебель Клотье копнула слишком глубоко и поплатилась за это жизнью.

Просматривая фотографии с места убийства, Ван дер Вельде остановился на одной из них. На ней была изображена дверь ее квартиры, на которой красной краской было нарисовано сердце, пронзенное стрелой. Он вспомнил, что символ был нарисован небрежно, словно в спешке. Он также вспомнил, что в квартире не было следов взлома. Аннебель Клотье знала своего убийцу.

Он приказал архивариусу найти все статьи и заметки Аннебель Клотье, касающиеся дела Орлова. Он хотел узнать, интересовалась ли она его работой по поиску украденных нацистами произведений искусства.

Архивариус, пожилая женщина в очках на цепочке, проворно принялась за работу. Через несколько минут она вернулась с кипой бумаг.

Ван дер Вельде принялся их изучать. Он нашёл несколько заметок, в которых Аннебель Клотье упоминала имя Орлова. Она писала о его работе, о его встречах с коллекционерами и антикварами, о его подозрениях в отношении некоторых из них.

В одной из заметок Анн-Бэль Клотье писала: «Орлов считает, что некоторые коллекционеры, скупающие краденые произведения искусства, связаны с организацией, возникшей после Второй мировой войны. Организацией, которая помогает бывшим нацистам избежать правосудия».

Ван дер Вельде замер. «Организация, помогающая бывшим нацистам…» Он слышал об этом раньше. Она называлась «ОДЕССА».

Он вспомнил о деле Морозова, старого коллекционера, арестованного за кражу произведений искусства и связи с нацистами. Морозов был мёртв, но дело не было закрыто до конца. Остались вопросы, на которые он не смог найти ответы.

Он приказал архивариусу найти все документы, связанные с «Одессой» и делом Морозова. Он чувствовал, что приближается к разгадке тайны.

Пока архивариус искала документы, Ван дер Вельде позвонил Де Йонгу.

– Де Йонг, нужно установить личность убитой проститутки, – сказал он. – И нужно найти того, кто нарисовал сердце на стене. И проверь все контакты Орлова и Аннебель Клотье. Возможно, они общались с одними и теми же людьми.

Де Йонг пообещал все сделать.

Ван дер Вельде снова погрузился в документы. Он читал о преступлениях нацистов, о судьбах людей, пострадавших от войны, о сокровищах, украденных и потерянных. Он чувствовал, как прошлое оживает перед ним, как оно дышит ему в спину.

Архивариус вернулась с кипой бумаг. Она сказала, что нашла несколько документов, связанных с «Одессой» и делом Морозова.

Ван дер Вельде принялся их изучать. В одном из документов был список имён. Имен бывших нацистов, которым «ОДЕССА» помогла бежать из Европы после войны.

Ван дер Вельде просмотрел список. Большинство имён были ему незнакомы. Но одно имя привлекло его внимание.

Альфред Блэквуд.

Альфред Блэквуд, первый владелец шёлкового платка, найденного у Морозова. Альфред Блэквуд, таинственный коллекционер и историк. Альфред Блэквуд, возможный член «ОДЕССЫ».

Теперь все стало складываться в одну картину.

Орлов, занимавшийся поиском украденных нацистами произведений искусства, вышел на след «ОДЕССЫ». Аннебель Клотье, писавшая о коррупции и торговле людьми, заинтересовалась делом Орлова. И оба были убиты.

А связующим звеном между ними был Альфред Блэквуд и его шёлковый платок.

Ван дер Вельде понимал, что ему нужно найти этого человека. Он должен узнать правду об «Одессе», о шёлковом платке и об убийствах.

Но Альфред Блэквуд был мертв.

Тогда ему нужно было найти того, кто его знал. Того, кто мог рассказать ему о его прошлом и связях с нацистами.

И он знал, где искать. В доме Альфреда Блэквуда. В его архиве. В его тайнах.

Он встал и направился к выходу из архива. Он чувствовал, как прошлое зовёт его. И он должен ответить на этот зов.

Глава 3: Эхо прошлого в пыльном доме

Дом Альфреда Блэквуда, расположенный в тихом районе Амстердама, выглядел так, словно время здесь остановилось. Обшарпанные стены, заросший плющом фасад, заколоченные окна – он излучал атмосферу заброшенности и таинственности. После смерти коллекционера дом перешёл к дальним родственникам, которые не проявляли к нему никакого интереса и бросили его на произвол судьбы.

Ван дер Вельде, вооружившись ордером на обыск и несколькими фонарями, в сопровождении Де Йонга прибыл на место. Полицейская лента, натянутая вокруг участка, отгораживала дом от любопытных взглядов соседей.

Внутри было ещё хуже, чем снаружи. Толстый слой пыли покрывал все поверхности, воздух был пропитан запахом плесени и гнили, а лучи света, проникавшие сквозь щели в ставнях, едва освещали заваленные старинной мебелью комнаты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.