# Греческий способ

Константин Ежов

Вот и выяснили, из-за кого человечество было практически истреблено, но что дальше-то? Кто даст гарантии, что ничего там за поворотом опять не поджидает? Да и вообще, пора бы обустраиваться и наслаждаться жизнью…

> Девиз: Выбор есть всегда.


Боевая фантастика


© Ежов Константин, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

## Глава 1

– Минус пятнадцать балов, – донеслось откуда-то из зала.

– Ты, ты, ты… – попыталась что-то сказать официантка сидящему за столом клиенту.

– Минус тридцать баллов, – добавили тем же голосом.

На это девушка просто разревелась и убежала из зала.

– Минус семьдесят баллов, – неслось за ней вслед.

– Неужели тебе так нравится издеваться над принцессой? – спросила девушка азиатской внешности у паренька, на которого так реагировала убежавшая.

– Май, это моя работа. Она теперь закреплена исключительно за мной, и значит, «бесплатные» пиршества надо отрабатывать. Да и вообще, тебе разве не приятно смотреть на унижения, пусть и не наследной, но все же принцессы правящего дома страны – вашего извечного соперника? – в итоге спросил у нее про заинтересовавший меня момент.

– Совершенно нет, – неожиданно для меня заявила Май.

– В каком это смысле?! – естественно, выразил свое недоумение вслух.

Все-таки жаль, что я пока такой кривой Мастер Света и ни черта не могу просмотреть варианты ответов на свои вопросы, а уж на не заданные, тем более. А ведь нормальный одаренный такого типа обывателей просто вырубает своей осведомленностью и заставляет подозревать того в телепатии, чего и в помине нет. Вот и приходится спрашивать все, словно обычный смертный. А вот Дорогобудовы уже мозг бы Май вывернули мехом вовнутрь и узнали все ее потаенные секреты. Оракулы недоделанные! Особенность дара позволяет поговорить с человеком без самого факта такой беседы. Хотя это неверное определение. Светлые, как раз ее как бы проводят, и более того, очень много ее вариантов, а вот их собеседник об этом и не подозревает. Мозг сломаешь, пытаясь понять этот дар с рациональной точки зрения, но тут лучше верить. Во всяком случае, проще. Тогда никакого перелома мозга не случится.

– Она ведь такая же одиночка, как и я и даже твоя соседка, Ито Джина, ее подруга лишь номинально. Не сильно-то она бросилась ее защищать, от тебя особенно, – заявила свою позицию Май.

– Видимо, ты не очень хорошо понимаешь отношение самих японцев к императорской семье. Тюбей, хватит отмалчиваться. Вставь уже свое веское слово. А то моя невеста из меня буквально монстра лепит, – обратился я к нашему спутнику.

Сегодня мы с ним одни, в том смысле, что без его сестры и ее подружки, соответственно, без поддержки в лице, или как там… Короче, лимузина у нас нет, а есть метро и Гремислава. А что, ведь непорядок, когда этот представитель Ито все еще не прибран к рукам, в смысле, нашим! А что, японский она уже знает. Дорогобудова под боком, а значит, можно все эти гипнотические чудо-языковые курсы сразу в помойку. Не иначе эта парочка втихаря всемирный заговор готовит. Вот что он в ней нашел?

Зато какое у меня раздолье… образовалось, и не передать. Май-то девица хоть куда! Вот в первое путешествие на метро аж пару раз к ней подкатили теканы. А это вам не какая-то Сяку Юмико, если кто забыл, как подружку Ито Джины зовут. Бил жестко, но аккуратно, чтобы никаких им там синяков, но дней несколько в сортир кровью ходили, ну или лечились у уролога. Нехорошо так зверствовать, но не сдержался. Она моя невеста, а не чья-то там знакомая. Во второй раз вообще оборзел и сам демонстративно ее облапал! Явно демонстрируя, кто хозяин в доме и на чье добро тот козел позарился. И мне за это ничего не было!

Как потом объяснила Дорогобудова, изменилось мое восприятие именно Май. И то, что я потом испугался, что, как обычно в таких случаях, потеряю сознание, ничего по факту не изменило. В общем, могу теперь ее лапать абсолютно безнаказанно, и она меня через несколько дней поцеловала в вагоне метро. Все это настолько заставило почувствовать смелость, что… Светка легким чмоком в щечку завалила на пол, без применения приемов из боевых искусств, которыми владела. При попытке встать, когда очнулся, естественно, подлый прием повторила и Елена, ровно с тем же результатом. И так они делали несколько раз по очереди… насилу вырвался.

В общем, Май – это одно, а осторожность и осмотрительность в первую очередь. А со своей невестой мы спим в одной кровати, что характерно, голые. В первый раз, конечно, было страшно, возможно, поэтому это никак не воспринимается теперь с точки зрения половых отношений, но опять ничего такого не произошло. Однако результат налицо. В смысле сексуальной привлекательности она тоже меня не интересует. Нет, умом понимаю, тем более теперь, когда могу оценить ее обалденный внешний вид и изгибы, но тело никак не реагирует. И это, как взялась утверждать Дорогобудова, результат работы все того же механизма моей самозащиты от разрушающего воздействия собственного дара. И пока его полностью не подчиним и не наладим его работу, как нам надо, то и дело будут выплывать такие фортели, что ни в сказке сказать, ни пером описать. А пока мне добавили время на поиски контакта с Божественным вздохом, с которым у меня Сияние.

– Понимаешь, Май, мы, японцы, не можем не выказывать уважения представителям императорской семьи, иначе это урон чести. А принцесса Фудзико взялась обучаться очень странному для ее рода занятию и пытается стать чьим-то личным слугой. Мы, конечно, догадываемся, кому она решила посвятить жизнь, но поступать с ней как подобает, согласно текущим занятиям, все равно не можем. Иначе это будет уроном чести, как лично принцессы, так и отца. Совсем другое дело гайдзины. Видимо, именно руководствуясь этим, Кулешова-сан и выбрали для этой миссии, а заодно и мы с ним попадаем сюда вкусно покушать. Конечно, еще сказалось и то, что он ей поставил синяки под глазами, победил в поединке и стал просто неимоверным разряжающим фактором просто потому что ходит под этим солнцем. А ведь для личного слуги крайне важно всегда сохранять душевное равновесие, – наконец, разродился речью Тюбей, так, что я уже половину своей жизни успел передумать.

– Вот, теперь понимаешь, что без меня тебя вряд ли сюда пустят, а если вспомнить твое происхождение, которое наверняка всем заинтересованным лицам известно, то еще и выгонят взашей. А так, потоптался по гордости этой Фудзико немного, и все довольны. Для меня это тоже тренировка. Дома у меня засела Нилам. Так что я не просто чревоугодничеством занимаюсь, а набираюсь опыта воздействия на нее, – закончил немного пафосно.

– Ой, да ладно, она тебя не хуже Ленки со Светкой уделает, – фыркнула Май.

Нет, формально Май, конечно, права. И да, она уже спелась с этими двумя. Но есть ведь и особые обстоятельства.

– А ты тогда для чего. Пришла же на помощь, когда эти две твои подружки меня чуть со свету не сжили! Вот, невеста всегда должна спасать от верной погибели своего жениха. И вообще, щас выйдем, всю истискаю и изобнимаю, будешь знать! – заявил ей в ответ.

Потрясающие, скажу я вам, тактильные ощущения от прикосновения к женскому телу. Пускай лишь единственному, но ведь когда Сияние фурычило, была возможность поэкспериментировать, и теперь есть с чем сравнивать. Когда-нибудь оно будет работать, как надо, а пока Май придется отдуваться за весь слабый пол! Нет, она, конечно, стесняется публичных проявлений моих симпатий, что делает ее только милее. Но стоит только попасть нам в метро, так непонятно становится, кто и к кому в тот момент пристает. Образовался у нее такой пунктик. В общем, стал побаиваться спускаться в подземку. Все-таки для меня все это внове. Во всяком случае, внешне мы уже вполне себе выглядим, как нормальная парочка.

– Злой ты, – отреагировала моя невеста на мое заявление после довольно долгой паузы.

– Чего это злой?! Меня закалять надо, а от тебя в этом смысле больше никакого проку! Значит, должна защищать бедного несчастного меня, пока не разберемся, что пошло не так и как нам отладить взаимодействие с Божественным вздохом. Сама же должна быть заинтересована в этом как бы не в первую очередь. Иначе Дорогобудовы так и будут всегда рядом, в очень даже прямом смысле, и без их свечки у нас никогда и нечего не получится, – ответил ей, обидевшись немного.

Да уж, проблема постоянного присутствия одной из сестер поблизости так никуда и не делась. Сияние ведь так и не заработало как надо, а значит, их нахождение рядом в любой момент способно перейти в самый что ни на есть плотный контакт. Обнимашки форева! Только Дорогобудовы способны пусть и не остановить приступ, то хотя бы снизить его воздействие на меня. Во всяком случае, сознание уже полностью не теряю, хотя все равно он переносится тяжело.

– Это ты отмороженный во всю голову, а их я боюсь, – неожиданно заявила она мне.

– Так тем более должна мне активней помогать преодолеть свои проблемы! – радостно уцепился за ее слова.

– А если они против? – задала она вопрос испуганно.

– Ща, пара мгновений, и будем знать точно, – сообщил ей, доставая умфон.

– Псих! Ребята, вы подтвердите, что я с ним не была?! – обратилась она к парочке наших спутников, опять ушедших в свой собственный мир.

Не, ну реально, что этот Тюбей все-таки нашел в Гремиславе?

– Алло, Лада, тут такой вопрос возник, ты случаем не против, чтобы Май мне помогала наладить контакт с Божественным вздохом? Эм-м… Почему такой вопрос возник? Понимаешь, тут такое дело, она тебя боится, сильно, говорит. Да не, не врет, зуб даю. Ага, правильно делает. Выходит, ты таки против? Нет?! А почему тогда такие заявы? А-а-а. Чтобы помнила, что лишь моя защита и спасает ее от самого страшного, что она может только представить. Лада, ты чего такое говоришь? Хватит строить из себя маньяка и убийцу-расчленителя в одном флаконе. А-а-а, так ты такая и есть. Ага, успокоила… меня, а не Май. В общем, помогать она может. О-о-о, даже обязана. Прямо до последней капли крови? Понятно… какая же она тогда невеста в ином случае! Не, все, спасибо, больше ничего не нужно, пока, – позвонил-таки я проживающей с нами сестричке, не став обращать внимания на ее слова.

– Шантажист! – как-то странно отреагировала Май на мой звонок.

– В каком это месте? – удивленно спросил у нее.

– Не прикидывайся невинной овечкой. Как мне теперь отказаться от твоих требований, когда даже Дорогобудова напрямую приказала делать, не жалея сил своих! – сердито ответила она.

– Ты хочешь сказать, что не желаешь защищать меня от нападок этих хищных девиц, знакомых и в особенности незнакомых? – удивленно спросил у нее.

– Почему это?! – буквально взвилась она после моего вопроса.

– Так сама же это и сказала! – продолжал упорствовать в своем недоумении. В реальности просто провоцируя ее на откровенности, приятные моему уху.

– Не было такого. Одно дело, когда сама это делаешь по своей воле и желанию, а совершенно другое, если это же требуют с угрозами насилия и расправы. Зачем они так, а? Я ведь и сама готова была все, что только возможно в моих силах, для тебя сделать, а она… – Май чуть ли не расплакалась, отвечая.

– А вот не надо было проявлять осторожность, то и звонить бы не стал. Так что хватит хлюпать, у тебя важная боевая задача – холить и лелеять хорошего меня, чтобы бабайки Дорогобудовы даже приблизиться не посмели! – постарался закруглиться.

– Ага, они да не приблизятся! Да сегодня ночью же к другому твоему боку прижмутся голышом! – неожиданно раздухарилась она.

– Ты же знаешь, исключительно в терапевтических целях! Думаешь, мне так здорово от этого?! – не знаю почему, но в этот раз рассердился.

– Прости, я все время забываю. Ну, когда начинаю о них думать, – стала она извиняться с повинной головой.

– Да ладно, у всех свои тараканы в голове, – пошел на попятную.

– Ага, а у некоторых особо крупные прямо на руке, – фыркнула она.

– Тише ты! – потребовал от Евгении, когда та задергалась и потребовала ее выпустить.

Этого мне еще не хватало, чтобы две девушки, ладно, одна и оружие божественного то ли уровня, то ли типа… в общем не важно, короче, девушки сцепились посреди ресторана. Особенно учитывая боевой потенциал каждой из них. Тут ведь и весь Токио может не уцелеть. Не знаю уж, почему их мир не берет?

– И ты, Май, прекрати провоцировать мой меч! – потребовал в свою очередь от невесты.

Как же порой тяжело с этими двумя…

– Вы там как, уже закончили выяснять отношения? – неожиданно задала вопрос Гремислава.

Честно говоря, такого от нее никак не ожидал. Возможно, все-таки плохо знаю эту девушку, первой испытавшую на себе Сияние и сейчас стремящуюся от него избавиться. Хорошо ей, она-то искала в этом силу, а не как я – способ выживания. Да и сделано оно у нее с Полуденницей. Да, тоже не слышал ни о чем таком. Однако были когда-то такие духи, принимающие вид девушек в прозрачной белой одежде, живущие в полях и помогающие Полевому. Изначально они не представляли особой опасности и, вообще, относились скорее к положительным. А вишь какой в итоге результат.

– Естественно! Даже нашли консенсус. Кстати, а где это наша официантка? Что-то не припомню, чтобы тут была кнопка вызова. Мне что, в святое святых переться, в подсобку, и скандал устраивать? – поинтересовался после ответа нарочито громко.

Однако чуда не случилось, и никто возле нас не материализовался.

– Она что, меня игнорит? – возмутился я, задетый до глубины души столь бессердечным отношением принцессы. Да даром, что она японская, как-то уже сродниться с ней успел. А сколько слабых мест в ее холодной надменной скорлупке уже расковырял, а ведь стрижка только начата! Ну, кто в теме, тот понимает, она еще не познала всей глубины падения своих практических оценок! Вот сердцем чую, не там она учится. Подозреваю, и сами японцы это понимают, раз такого великолепного дрессировщика ей подобрали. Сами понимаете, себя не похвалишь… Явно ведь своей знаменитой химии не используют…

– Да отстань ты от нее, хоть на сегодня, – неожиданно вступилась Май за принцессу.

– Ну уж нет, я такое бессердечие так просто не оставлю. Она не достойна быть личной слугой! Кстати, ты с Алиной знакома? – поинтересовался у нее.

– А это кто? – с явным недоумением в голосе спросила моя невеста.

Даже Тюбей в этот раз отреагировал, не говоря уж о Гремиславе.

– Тоже в некотором роде принцесса. Ну, история нашей страны махнула не тем крылом, и выпала ей страшная и ужасная роль… да. Быть моим секретарем-референтом, или помощницей по особым поручениям. В общем, еще не определился с ее должностью до конца. Так вот, она всем личным слугам слуга! Это она меня как-то по недомыслию чуть не забила, а не сама фонари от такого «специалиста» словила. Так-то вот! Не то что эта недоофициантка. Кто вообще так относится к клиентам? Мы, понимаешь ли, еще березового сока не пили, а она испарилась, – продолжал гнать волну на почти свою недоподшефную.

С детства не любил халтуру. Раз уж пошла на такую специальность, так терпи!

– Иван, у нас в Японии не продают такого, – попытался вступиться за свою принцессу, ну, в смысле, японскую, его – это Гремислава, ну, вы поняли.

– Ничего, в посольство Россеа сбегает. Пускай привыкает. А то вон мои, значит, поначалу, пока им счета не открыл, без денег до самого дома своими чудными ножками бегали. А ты знаешь, где он у меня. Вот! А тут посмотри, чувства задели. Да и не стали бы мы ее дожидаться. Дело-то здесь в принципе! В общем я пошел искать официантку. Она разбудила во мне зверя! Тем более синяки под глазами уже прошли, пора подновить, если вдруг дерзость проснется, – выдал вслух, вставая и намереваясь осуществить свою угрозу.

– Вань, да что ты так на нее взъелся? – опять Май вступилась за эту Фудзико.

– Пойми простую вещь, у меня прямо-таки непереносимость к таким полупрофи. Ты совершенно не представляешь, чем могла закончиться наша стычка в том торговом зале, и вина в этом была полностью ее. Именно криворукость и переоценка собственных возможностей теперь нам всем знакомой принцессы. Это я не знал, что там боевые патроны применяются, а не дополнительная реальность такая проработанная, а вот куда она полезла, непонятно. В общем так, либо она станет на выбранной стезе просто супер, либо загнется от нервного тика и инфаркта миокарда. Все, споры о моих поступках закончим, особенно это касается тебя, Тюбей. Я прекрасно вижу, как ты все время порываешься встать на защиту этой вашей принцессы, но, в отличие от нее, ты осознаешь безнадежность этого мероприятия, потому и не лезешь. А ей никто не демонстрировал наличествовавшего у нее уровня, потому пускай радуется, что отделалась синяками под глазами. И вообще, если бы никто этого не хотел, нас бы в этот ресторан не пустили и тем более не кормили на халяву, – заявил им всем в ответ и с высоко поднятой головой пошел топтаться по чужой гордости.

* * *

– Кулешов-сан? – обратился ко мне мужчина в строгом черном костюме.

Скажу честно, такой наряд на этом острове вовсе не смотрится неуместно. Очень многие студенты университета так ходят. С другой стороны, это же чрезвычайно затрудняет идентификацию типа деятельности этого человека. Надо сказать, из объекта общественного питания мы вышли, а поскольку уже вечерело, решили сначала прогуляться всей четверкой по берегу острова и лишь потом идти на монорельс. В эту сторону искусственная суша не росла, и потому набережная была прекрасно обустроена. Были и скамеечки, и красивые каменные парапеты, и ровные, прямо идеальные газоны на прилегающей земле, не укрытой бетоном. Что меня больше всего удивило, что деревья были представлены исключительно гинкго билоба.

– К вашим услугам, – не стал скрываться и делать вид, что не знаком с таким.

– С вами кое-кто хотел бы поговорить. Пройдемте со мной, – потребовал этот тип.

Не попросил, а именно потребовал. Будто он мне может приказывать. Правонарушений не совершал, шпионажем мне по статусу не положено заниматься, а значит, никто мне в этой стране пока не указ. Вот если бы он назвал этого некто, то возможно, я бы и снизошел. Ну, а раз он поступил так, как поступил, то мне, как государеву темнику невместно ходить по требованиям непонятно кого. Если что, мы с Женькой прорвемся, а Май продемонстрирует зазнавшимся представителям Страны восходящего солнца, что такое настоящие Герои.

– Скажите, он инвалид? – поинтересовался у этого наглеца.

– Нет, – растерянно ответил он, явно не поняв, к чему этот вопрос.

– Так вот, если он здоров, пускай уж сам подойдет, раз хочет переговорить. Не знаю, о чем таком секретном можно говорить со школьником, чтобы уединяться, – постарался ответить нейтрально, хотя не очень уверен, будто это получилось.

– Речь идет о принце, – наконец, он снизошел до пояснений.

Кстати, этот момент порадовал. Значит, действовал он нахрапом и каких-либо полномочий мне указывать в реальности не имеет. С другой стороны, все-таки представитель монаршей семьи, пусть и иностранного государства.

– Он случайно не является отцом одной особы с факультета личных слуг, сегодня расплакавшейся от сплошных неудач в учебе в ресторане неподалеку? – поинтересовался у него осторожно.

– Если вы говорите про принцессу Фудзико, то да, – подтвердил он мою догадку.

С одной стороны, принц оказался не наследный, если правильно помню видение, с другой стороны, лучше с ним переговорить и ясно изложить свои причины. А то, кто его знает, как жизнь сложится.

– Хорошо. Далеко идти? – наконец согласился пройти и переговорить.

– Нет, рядом припаркован лимузин, и он вас там ожидает. Вон он, – указал мужчина на машину неподалеку.


– Ну-с, доброго дня, Кулешов-кун. Давно хотел посмотреть на тебя вживе, – заявил поджидавший меня в лимузине принц, когда я наконец устроился в салоне.

– Здравствуйте, Джиро-сан, – ответил ему и даже сделал кивок вежливости.

– Ничего не хочешь мне рассказать, – вежливо спросил он.

Прямо даже неожиданно, но отказываться от такой возможности не стану.

– Джиро-сан, вы знаете, что я Светлый? – обратился к собеседнику.

– К чему этот пассаж? – полюбопытствовал он ровным голосом.

– Однажды мне было видение, как человечество оказалось практически уничтожено вами в результате попытки убить меня, – начал рассказ адаптированной версии видения.

– Прямо-таки хотел именно тебя убить? – наконец в его вопросе прорезались эмоции.

– Не лично, нет. В результате целой серии событий вы стали императором Японии и довели один из своих военных проектов почти до совершенства. К сожалению, это было результатом моей безалаберности в том будущем, но видение позволило учесть ошибки, и Ржевские сейчас куда более защищены, и находятся под гораздо более плотным контролем. Однако это не дает гарантии неосуществимости развития тех событий в несколько ином варианте. Главным триггером, толкнувшим человеческую историю в ту сторону, стала гибель вашей дочери. Она у вас одна, в отличие от сыновей, – ответил ему прямо.

– Хм. И причем здесь вы, молодой человек, – задумчиво задал он свой вопрос.

– Именно меня обвинили в ее гибели. Ничего не напоминают события в торговом центре? Будем говорить откровенно, она была подготовлена из рук вон плохо. Влезла в сражение, совершенно не понимая возможностей противника и слаженности работы союзников, а они между тем вели плотный автоматический огонь на поражение, и человеку, с ее уровнем владения боевыми искусствами там выжить было невозможно. Те синяки под глазами, считайте, спасли ей жизнь. Не выруби я ее там, возможно, мы бы уже не разговаривали, вот так. И не думаю, что хоть кто-то признал бы в той ситуации свою вину. И личная слуга из нее… не обижайтесь только. У вас не принято неприятные известия говорить прямо, но я не склонен лавировать, потому сообщаю как есть. Надеюсь, моя откровенность будет полезной для понимания всей ситуации в целом.

## Глава 2

– Не скажу, что вы меня не удивили. Новый взгляд на действие некоторых кланов и чиновников на самом деле приоткрывает не самые лицеприятные моменты. Однако напрямую их ни в чем и не обвинишь. Они действовали согласно принятой у нас традиции. Ведь даже вам понятна ситуация с обучением моей дочери на этом факультете. Ее принадлежность к императорской фамилии ставит любого подданного Страны восходящего солнца в щекотливое положение. С одной стороны, ее надо учить так, как ни одного другого студента, но с другой – за столетия образовался целый свод неформальных правил, за которые нельзя выходить в общении с любым представителем правящей династии. Но выход из этой ситуации есть… – ответил он мне, перейдя на русский.

Да, японцы те еще волшебники. В их традициях нельзя отказывать собеседнику. И если вы разговариваете на японском, то в ответ можете услышать целую оду своему таланту и множество хвалебных слов в адрес своей страны, о превосходстве одного сорта чая над другим. И далеко не всегда удается догадаться, что тебя послали далеко и надолго, до того жители островов поднатарели в «естественном» переходе с одной темы на другую.

Если думаете, они всегда так поступают, то вас постигнет страшное разочарование. Когда им надо, они легко говорят нет, но на иностранном языке. Другой вопрос, что подходящий язык для доходчивого объяснения иностранцу своей позиции знает далеко не каждый. Если говорить прямо, очень мало владеющих вторым языком. Вот беднягам и приходится выкручиваться, как могут, да еще и перед иностранцем, который по-японски не бельмеса и даже со словарем плохо. Вот и получаются недоразумения и все эти рассказы иностранцев о сложности понимания ответов. У местных жителей никаких таких трудностей нет, уж свой язык они знают достаточно.

В принципе, это можно сравнить с ситуацией, когда русский переходит на матерный, в частности, на особо матросский или слесарский его вариант, то тут даже специалисты, не наши, по русскому языку начинают пасовать. А для его носителей никаких там откровений нет и все ясно и понятно, как божий день. В общем, вся проблема с пониманием японцев в такие моменты скорее высосана из пальца и раздута в художественной литературе и кино. Ведь нам продвигать наш вариант непрямой беседы самим как-то неудобно, вот и пользуются некоторые сим моментом.

В моем случае принц перешел на русский, поскольку его знал и так не надо нарушать своих традиций. А наши, сами понимаете, другие и тут можно много больше. Собственно, поэтому японец в Японии это одно, а за границей частенько совсем другое. Но это их страна и их традиции, не нам в их монастырь со своим уставом лезть.

– Стесняюсь даже спросить, и какой выход для вашей дочери? – задумчиво спросил его, тоже перейдя на русский.

Для меня использование родного языка было просто вежливостью.

– Он, как я уже сказал, очень простой. Некто, господин Кулешов, возьмет ее в заложники, – выдал он мне нечто странное.

– Может, я чего-то не понимаю, но ведь заложник – человек, удерживаемый силой с целью заставить кого-либо совершить определенные действия, выполнить некие обязательства или воздержаться от совершения нежелательных действий ради освобождения. И как я сочетаюсь с этим термином? – слегка удивившись, спросил его.

– Теоретически, раз она проиграла вам в схватке в торговом центре, то вы могли ее взять в плен? – задал он явно гипотетический вопрос.

– Тогда она была бы пленной, а никак не заложником. По-прежнему не улавливаю смысла вашего предложения, – честно ответил ему.

– Все просто и сложно одновременно. Пленный – это позор. Вы хотите, чтобы все, ну почти, ладно, лишь некоторые, кто по недомыслию еще о вас не знает, стали вашими врагами? – задал он интересный вопрос.

– Господин Джиро, вы всерьез полагаете, что такие существуют? – поинтересовался у него.

– Возможно, моя вера в соотечественников завышена, и все же глупец найдется… да, приходится признать, он для вас вряд ли станет большой проблемой. Шаолинь, хоть и не делится ни с кем секретами своего особого мастерства, вас по какой-то причине обучил. Но ведь гораздо проще все сделать, если вы возьмете ее не в плен, а в заложники. Нас же обяжете следить за ее сохранностью. – выдал он такую конструкцию, что у меня обе брови взлетели.

– Все-таки не понимаю, зачем вообще городить такую мудреную конструкцию, еще и не очень совместимую с нашими понятиями о чести? Да и вообще. Вот в Россеа обыватели пришалеют: взял в заложники и оставил проживать в родной семье же. Что это еще за терроризм такой? – недоуменно поинтересовался я в конце.

– Вот поэтому вряд ли кто станет попрекать такой заложницей, но это чрезвычайно важно для будущего моей дочери, – сообщил он, так ничего и не прояснив.

– Ладно, но в чем ее выгода в таком странном статусе? – потребовал у него подробностей.

– В отношении окружающих японцев. Она больше не будет принцессой, и тогда ее начнут учить по-настоящему, – наконец ответил он.

– Это будет… жестко, – проговорил я в ответ на это.

– Зато очень поучительно и полезно. Надеюсь, ей хватит ума вернуться в семью и больше такими идеями, с которыми она оказалась здесь в ресторане, себе голову не забивать, – вот сейчас он ответил действительно откровенно.

Все-таки не зря перешли на русский, на его родном он ничего такого бы не сказал, и мы тут сидели бы и крутили, и крутили словеса, поскольку мне не хватило бы знания японского, чтобы понять полностью все, что принц желал до меняя донести.

– В этой истории только одно белое пятно. Почему я?.. – задал ему откровенный вопрос.

– Вы уже ее победили, а времени с тех пор прошло не так много, чтобы все это не списать на переговоры о статусе принцессы. Отношение к вам же все равно хуже не станет, вы и так русский, – ответил он вполне логично.

Да и что тут скажешь, в Академии император запретил проявлять националистические замашки насчет русских. Пожалуй, соглашусь на это предложение принца. Будет интересно понаблюдать, как окружающие меня ученики будут решать для себя дилемму. Если что, удастся набраться опыта хотя бы не убивать, чему мой шаолиньский тренер, похоже, учить не собирается.

– Хорошо, но только, если это не потребует от меня телодвижений, – дал ему официальное согласие на это предложение.

– Что же, принципиальное решение есть, но у меня к вам еще один вопрос, – продолжил принц разговор на русском.

А вот этим он меня удивил. Что еще ему могло понадобиться, кроме его дочери? Да и сам факт, что он продолжил разговор на неродном для него языке, вряд ли можно было отнести к признакам вежливости. Думаю, причина все та же, чтобы избежать двойных толкований. Как бы хорошо меня ни обучили языку, тем более Дорогобудовы, это не значит, будто я влился в их культурный код и буду точно и адекватно понимать все тонкости беседы, явно для него важной. Ведь вторая сторона медали относится к нему. Сейчас он в не очень удобной позиции и, значит, будет говорить максимально просто и понятно. Для него ведь точно так же, насколько бы хорошо не знал язык, но все равно он для него не родной. Соответственно, мне тоже придется использовать слова в прямом значении и поменьше игры интонациями.

– Что же вы хотели еще узнать господин Джиро? – подтолкнул его к продолжению.

– Речь зайдет о вашей невесте, – начал он осторожно.

– Ваша страна тоже собралась мне кого-то навязать? – удивился такому заходу.

– Нет, во всяком случае, мне об этом ничего не известно. Хотя и могу предложить кандидатуру… – последнее он добавил, усмехнувшись.

– Это хорошо. А по поводу вашей дочери давайте ограничимся статусом заложника, – ответил ему, тоже улыбнувшись.

– Согласен. В данном случае я веду речь про вашу нынешнюю невесту из Дайвьет, – уточнил он поднятый вопрос.

– Да? Вас так заинтересовали мои отношения с другой девушкой? – прикинулся полным дураком, задав встречный вопрос.

– Совершенно нет. Тем более в вашей стране допускается до семи жен одновременно. Вопрос, во-первых, в том, что она принцесса этого государства. Да и сестра их императора, – сказав это, он остановился.

– Странно, вы прямо-таки бросаете тень на собственную разведку. Вы уж меня извините за эти слова, но иначе просто не понимаю, зачем была поднята тема ее родства с братом. Надо понимать, что там браки не происходят с бухты-барахты и именно по этой же причине так ожесточенно торговались на ее счет. С моей стороны был расчет и не как пылкого влюбленного, а купца. Ее геном – это очень удачное вложение, и невеста, полученная на правах выкупа, крайне выгодна в плане финансовых перспектив. Не скрою, за это время уже много чего произошло такого, что заставило меня несколько пересмотреть взгляд на этот союз, но не думаю, что это повод для публичных обсуждений, – ответил ему ровным голосом.

Надо понимать, меня подобный вопрос не мог задеть. Если уж согласился наделать для Дайвьет амулетов, то, наверное, не просто так. А после того, как сам стал пользоваться телепортом, то, вообще, не склонен пересматривать соглашение о браке с ней. Детям от нее даже не особо оборотистость будет нужна, чтобы жить комфортно и безбедно. Желающих купить систему мгновенного перемещения найдется много. Хотя семья Хо и запустила программу по взращиванию многочисленного молодого поколения, в будущем способную завалить рынок телепортами, но, во-первых, ничто не мешает мне сделать то же самое, а, во-вторых, у кого они еще смогут купить ржевскую «паутинку»? А без нее все это пшик. Да-да, им от меня никуда не деться.

– Знаете, меня порадовал ваш почти безэмоциональный ответ. Когда в сделках такого рода присутствуют чувства, жди беды. То, что род Хо единственный сохранил геномную линию создателей телепортов, известно всем заинтересованным сторонам. Но это одна часть сделки, а вторая – амулеты, ставящие нашу страну в очень сложное положение, – опять он остановился, не договорив.

– Так вас интересует Ханойская роза, – произнес, улыбнувшись в ответ.

– Не скрою, да, – подтвердил он свой интерес.

– Умеете вы находить самые сложные части сделки. Скажите, как вы себе представляете акт творения? – спросил напрямую у принца.

– Хм, не совсем улавливаю смысла вашего вопроса, – немного растерянно ответил господин Джиро.

– Я веду речь про создание произведений искусств. Не коммерческих поделок, не массового ширпотреба, а чего-то индивидуального, без дизайн-проекта и других примочек, ориентированных на клиента? – сделал уточнение для него.

– Знаете, вы только еще больше запутали ситуацию, – честно ответил он.

– Хорошо, рассмотрим на примере интересной вам Ханойской розы. Чтобы ее создать, не использовались никакие инструменты для того, чтобы узнать, понравится этот кулон Май или нет. Все создавалось только мной, в соответствии с имевшимися у меня идеями, что ей подошло бы. И уж тем более ничего не думалось, а понравится это хотя бы кому-то еще, да даже ей самой? Какую цену за это можно взять и как это потом производить массово? Это был подарок, безвозмездный, той девушке, которую я тогда увидел на приеме. И мне не было дела ни до ее происхождения, ни до стоимости материалов, ни тем более до того, во сколько такую работу потом оценят. Все это было после и уже делалось людьми. Я просто вложил душу в тот кулон, то, как его видел, и то, что у него оказались и иные свойства, превратившие его в артефакт, скорее следствие этого, а не бизнес-план по добыче чего-то ценного взамен, – на этом закончил свое пояснение.

– И как это связано с моим беспокойством насчет Ханойской розы? – с недоумением в голосе спросил принц.

– Вы не обратили внимания, что я ни разу не упомянул ни ее брата, императора Дайвьет, ни их Героев, ни ее родственников или знакомых и даже телепорта в речи не было. Кулон создавался только для одного человека, самой Май и как подарок. Не для продажи, похвальбы или демонстрации моего мастерства в ювелирном деле. Хотя, как в этом году узнал, оказывается, уже выделяют ограненные мной алмазы в отдельный тип, и они, что оказалось для меня особенно удивительным, ценятся дороже обычных, просто в силу того, что другие мастера давно так не делают. Смешно, появились подделки. Да и бог бы с ним. Но история с Ханойской розой вообще получилась раздутой на весь мир, даже без учета артефактных свойств кулона, о которых не принято говорить, – остановился на этом.

– Получается, вы не намерены выполнять свою часть договора и отказываетесь от возможности самому создавать телепорты. А вам не кажется, что Дайвьет вам припомнит это? – неправильно истолковал он мои слова.

– Ну, это вы зря. Я ведь вам сказал, контроль над Ржевскими сейчас куда строже, чем в том варианте событий, где из-за вашей дочери была развязана война. По сути, производство ржевской паутинки возможно только у меня, а значит, никто и ничего без вашего покорного слуги сделать не сможет. Что они будет помнить, а что постараются забыть, мне не интересно. И если подумать, я могу и не выполнять свою часть сделки, а вот им придется отдать все, или они останутся совсем ни с чем. Во всей этой истории есть только одно «но», мое купеческое слово и доброе имя. И как бы нас не изображали психами и сумасшедшими, для нашего сословия – это не пустой звук. А кто забывает про это, про того очень быстро забывают все. Кому нужны неудачники? И попадать в их число… мне совершенно не хочется. Пусть у меня и несколько другие возможности, и вполне вероятно, я выдержу даже такой бойкот, но в любом случае работать впоследствии будет сложно. Так зачем мне препятствия, тем более созданные самим собой? – обратился к нему с вопросом в конце.

– М-м. Так вы сделаете их или нет? – немного растерянно спросил он.

– Естественно, сделаю, это дело чести. Другой вопрос, когда? Копирование артефактов совсем не то же самое, что их создание, и для меня довольно неприятно, мягко говоря, и не делается по щелчку пальцев. Пока же мне не к спеху. Нужно понимать, что возраст еще не тот. Вот если бы пару-тройку столетий назад, а сейчас в Россеа не принято жениться так рано и тем более обзаводиться наследниками. Ну, а раз все делаться будет размеренно и по плану, то стоит подумать, что бы такого у них еще отжать. Право слово, потом просто остыну и, когда им потребуется паутинка, не факт, что им припомню все. Так-то, если что, есть те, кто это и без меня сделает. Правда и тут есть нюансы. Теперь я темник, государево лицо, а именно его люди за меня хлопотали. Тоже, надо думать, как бы и его честь случаем не принизить. Нужны будут консультации. В общем, это история долгая, и у Японии будет время подумать, как восстановить баланс силы в регионе. Ведь Дайвьет тоже сразу нарастить количество Героев не сможет, – объяснил ему свое видение ситуации.

– Хорошо, что вы осознаете необходимость соблюдения военного баланса между странами, – почему-то тяжело произнес принц.

– О-о-о, вы просто не понимаете, насколько. А хотите я вам дам небольшой совет, как выйти из положения? – поинтересовался у него, словно дьявол-искуситель.

– Интересно, что может такого сказать столь молодой человек на эту тему? – с явной иронией в голосе спросил он.

– А вот зря вы сомневаетесь. Я вам уже дал подсказку, между прочим. Вы совсем забыли про программу, упомянутую в связи с уже невозможным будущим. Да-да, речь, между прочим, шла про ваши «доспехи духа». Или доспех, учитывая, что это одна единица и неделимая. Но я вам сообщу, возможно, с одной стороны, прорывную новость, а с другой стороны… – начал ходить вокруг да около нужной темы.

– Уже интересно, но что же вы такое узнали такого? – серьезно отреагировал он.

– Право слово. Ладно, повторюсь. Ржевские под полным контролем, и неспроста. Именно их паутинка подходит под ваши требования. Понятно, можно, конечно, скупить, что еще есть на свободном рынке, и потом долгие годы подгонять ее и, в итоге, так и не получить того, что надо. А есть вариант просто прикупить необходимое с нужными параметрами, – почти в лоб назвал ему свои условия.

– Ага. Но для этого вам нужно что-то вкусное взамен, – констатировал принц очевидное.

– Для начала торга можно было бы предложить технологии как самого доспеха, так и ядра, – задумчиво выдал как бы в никуда.

Однако он на этих словах аж поперхнулся.

– Вам даже и это известно? – устало констатировал он, потерев переносицу.

– Именно в этом и есть преимущество Света, которого в вашем направлении искусства нет. Хотя и есть кое-какие аналоги, но работают они иначе и результаты, естественно иные, – заметил в ответ на это.

– Тогда как вы смотрите на помолвку с моей дочерью? – неожиданно спросил он, усмехнувшись.

– Не поймите меня превратно. Вовсе не желаю вас оскорбить, но в свете всех событий вокруг Май крайне, крайне отрицательно, – очень серьезно отреагировал на его вопрос.

– Вот даже как. Что же, настаивать не буду. Надеюсь, вы не будете против, если мы все договоренности насчет моей дочери обговорим и с императором Россеа, как вашим непосредственным патроном? – задал он, если разобраться, логичный вопрос.

А вот почему мне в голову это не пришло, не могу сказать. Явно у него больше опыта в таких тонких материях, а мне еще привыкать к званию темника.

– Что вы, господин Джиро. Думаю, так будет даже правильнее, – согласился на его предложение.

А если с япошками выгорит, чувствую под названием «мобильный доспех» у нас будет нечто куда большее. Это же писец какая штука будет. Да фантасты из того, прошлого моего мира только за то, чтобы увидеть характеристики этого костюма, удавились бы. Этакое чудо техномагической мысли нашей цивилизации. Ведь в таком вполне реально и всякие абордажи устраивать в открытом космосе даже людям без дара. Наверное, им как раз в первую очередь и подойдет. Блин, так ведь простые «боевики» перестанут котироваться. А так-то мир будущего вырисовываться начинает очень интересным, в свете созданной «гравицапы» и «яйца феникса». А если еще и телепортов будет много, ваще тащусь. Так ведь и добраться до звезд в обозримом будущем сможем. Не сразу и не так скоро, как хочется, но шансы уже не такие и нулевые. А кто только меня психом и сумасшедшим с моими идеями ни называл…

* * *

– Что-то долго тебя не было, – высказалась Гремислава.

– Да, пообсуждали с господином Джиро мою Май, – откликнулся, все еще раздумывая, и потому сильно не сосредотачивался на ответе.

– И что именно, – с какой-то непонятной интонацией спросила виновница.

– Твою стройность, красоту, – ответил не задумываясь.

– Не поняла, а кто он такой-то, чтобы с ним это обсуждать? – выразила она свое недоумение моим ответом.

– А? А… отец неудачницы из ресторана, – в этот раз уже осознанно сообщил ей информацию, когда, наконец, сообразил, что от меня требуют.

– С принцем?! Ты говорил с принцем, – почему-то взвился Тюбей.

– Ито, не кипишуй. Нормальный он дядька. Пока. Лучше скажи, куда теперь подадимся? Целистиал не предлагать! – спросил у него, как специалиста по Японии.

– Так давай как обычно, сначала на монорельсе покатаемся, – предложил он сразу.

Ага, знаем мы их. У них там обнимашки, а Май как-то совсем агрессивно стала приставать в общественном транспорте. А я не такой, мне нежность и ласка нужна, в смысле диван бы подавить, а дома Дорогобудова и, значит, непрерывные тренировки. Кстати, попросить бы ее что-то придумать с этими приемами, чтобы не сразу отправлять людей на перерождение, а хотя бы для начала просто калечить. А тут вырвешься, устроишь себе в халявном ресторане праздник живота. Подумаешь, немного потоптаться по гордости одной девушки надо.

– Не, давай так, отсюда и до пересадки и сразу, куда предложишь, – предложил сразу альтернативный подход.