Дарья Туманова
Следствие ведёт Лидия Анатольевна

Глава 1. Уксус, чек и подозрительно вежливый мужчина

Мне просто нужен был уксус. Самый обычный. Девятипроцентный. А лучше – на акции, потому что я, в отличие от некоторых, не считаю, что деньги растут на подоконнике, вместе с укропом.

Но, как оказалось позже, этот уксус стал первой уликой в деле, которое я даже не собиралась начинать.

– Полковник, слезь с моей сумки! – гаркнула я, пытаясь выдрать из-под кота чек и бонусную карту. Полковник (перс с выражением лица подполковника ФСБ) лениво скатился с мяуком: «Мол, сама ты и улика, и подозреваемая».

Я надела пальто, которое уже третий сезон «модно уродливо» (как говорит моя дочь), и пошла в «Пятёрочку». Но до неё я не дошла. Потому что на углу возле магазина в меня врезался мужчина.

– Извините, – сказал он слишком уж вежливо. Прямо как те, кто заранее знает, что в пакете – не только молоко. У него был плащ. Пыльный. И глаза, как у человека, который много знает, но молчит, потому что его об этом просили угрозой.

Он уронил чек. Я подняла. Прочитала, чисто по привычке:

– Крюк рыболовный

– Плёнка строительная

– Крем для рук «Сладкий ром»

– У вас чек, – сказала я. Он забрал, даже не посмотрев.

А потом – исчез в сторону автобусной остановки. Как-то… шмыгнул, как барсук в шортах.

Я пожала плечами. А уже через два дня увидела его фото в местных новостях.

«Директор краеведческого музея найден мёртвым в городском фонтане. Полиция не исключает несчастного случая.»

Фонтан. В ноябре.

Несчастный случай?

Плёнка, крюк и ромовый крем?!

Да. Возможно, я просто устала. Возможно, кофе был крепкий.

Но когда ты находишься на грани между «гражданка» и «частный следователь в пальто цвета борща», есть вещи, мимо которых пройти невозможно.

А главное – я ведь просто хотела уксуса.

Допрос, который не был допросом (официально)

На следующий день я пошла в «ХозМаг» – тот самый, где продавалась плёнка, крюки и, возможно, судьба местного директора музея. Но пошла, конечно, не расследовать, а за новой щёткой для мытья ванны. Потому что старая подозрительно гнулась – как моя воля по выходным.

Но если уж я там, ну что такого, если я немножко поинтересуюсь?

За прилавком стояла Зинаида Васильевна. Женщина суровая, с голосом, как наждачная бумага. Говорит редко, но как скажет – хочешь лезть под лавку. Я, к слову, училась с её племянницей, которая в пятом классе ушла в астрономический кружок и с тех пор больше не вернулась. Говорят, теперь живёт в Омске.

– Зинаида, – говорю я невинно, – а к вам тут мужчина в плаще не заходил дня два назад? Такой… взгляд как у хорька на пенсии?

Она смерила меня с прищуром.

– Лид, ты это про кого опять? Ты опять во что-то вляпалась?

– Я? Да что ты! Просто смотрела новости, и там один… ну… похожий. И крем для рук у него был. Ромовый. Не часто же мужчины ромом мажутся, правильно?

– Ты бы лучше сама кремом намазалась. А то у тебя руки – как у слесаря, который дракона ремонтировал.

– Это да… Но мужчина-то был?

Она помолчала. Потом всё же сдалась.

– Был. Брал плёнку, крюк и ещё перчатки. Ещё спросил, где у нас кислота. Я сказала: «В любви, милок, а не в хозмаге».

– И когда это было?

– Позавчера. Утром. Потом сел в чёрный «форд» и уехал.

(Про машину она сказала с гордостью, как будто сама его сдавала оперативникам.)

– А он тебе не показался… странным?

– Лида, если бы я реагировала на всех странных – я бы с тобой за руку не здоровалась.

На этом диалог завершился. Я вышла. Сидела у магазина с банкой «Золотой семёрки» (не пью – просто присела на ящик, там банка стояла), и обдумывала.

Плёнка. Крюк. Перчатки. Вежливость. Ром.

Что-то он, этот музейщик, точно проворачивал.

А главное – полиция всё спустила на тормозах. Поскользнулся. Упал. В фонтан. В 8 утра. В перчатках.

Полковник в этот момент уронил мою записную книжку с подоконника. Это знак. Или просто у него лапы с жиром. Но я выбрала верить в знаки.

Никто не верит женщине с уксусом

Я решила пойти в полицию. Не как официальная заявительница. А так, между делом.

Типа проходила мимо, вспомнила про уксус, потом – про мёртвого музейщика, потом – ой, а не зайти ли мне к участковому?

В участке меня уже знали. После истории с «похищенным» котом, который оказался под ванной, и ложной тревогой по поводу «психопата с пилой» (это был дворник и пила), я стала у них чем-то вроде местной легенды.

– Лидия Анатольевна… – протянул участковый Павел. Молчаливый, высокий, с выражением «опять ты». – Опять с происшествием?

– Не-ет. Просто… у вас ведь там в новостях мужчина – директор музея, умер в фонтане?

Так я вот… проходила, видела. Не как он тонул! А раньше. Он уронил чек.

– И вы… сохранили чек?

– Ну нет, я же не фанатка. Просто запомнила. Там крюк, перчатки, ромовый крем.

Павел вздохнул.

– Лидия, вы – хороший человек. Но, может, не будем превращать каждый случай в эпизод «Следствие ведут…»?

– Меня, кстати, Лидия зовут. Совпадение? – прищурилась я.

– Абсолютно.

Он уже хотел разворачиваться, и тут я вспомнила.

– Слушай… а вы случайно не ключ ищете?

Павел остановился.

– Какой ещё ключ?

– Ну… странный такой. Металлический. С брелком вроде мышки, пушистым. И с биркой, но там всё вытерто. Я где-то читала, что у погибшего был один такой.

– Был. И действительно – потеряли. На месте происшествия. Мистика. Не успели даже оформить. Между прочим, ценная улика. Мы его теперь ищем всей сменой.

Я промолчала. Очень громко. Потому что… у меня в сумке лежит что-то подозрительно подходящее под это описание.

Но показывать – не стала.

– А вдруг это… вообще другой ключ? – неуверенно пожала я плечами. – Сейчас столько ключей в мире.

– Ладно, если что найдёте – принесите. Только не тащите опять трупы или мёртвых голубей, ладно?

Я засмеялась. Неуверенно. Потому что в сумке… что-то подозрительно холодное на ощупь.

Глава 2. Ключ к коту и тайны Пушистой бирки

Я села на кухне, заварила ромашку (вино было бы уместнее, но я обещала себе быть взрослой), и уставилась на ключ. Он лежал на салфетке, как в полицейских сериалах. Только вместо перчаток – у меня варежки, и вместо лампы – лампа, обмотанная гирляндой «с Новым 2019».

– Ну и как я теперь объясню, – пробормотала я. – Что ключ оказался у меня, потому что мой кот, уважаемый кот Полковник, тащит в дом всё, что не приколочено? Он же как сорока, только с усами и характером сантехника.

Я вспомнила, как вчера он шмыгнул с улицы, зашёл как будто с важным делом, и прям залез в сумку. Там он часто спит. Любит мой карман для йогурта. Я и не заглядывала. А теперь, выходит, зря.

– Не мог ты, значит, найти что-то поинтереснее? Мячик, например? Или носок чей-нибудь? Нет… ключ. И не простой, а с уликой. Молодец. Мама тобой «гордится».

Я взяла ключ, покрутила в пальцах – и тут заметила:

брелок. Маленький, пушистый, серый комочек. Я поначалу подумала, что это остатки жизни.

Но пригляделась – и поняла: игрушечная мышка.

– Аааа, – выдохнула я. – Вот как…

Он не улику тащил. Он игрался. Увидел «мышку». Поиграл. Натаскал. А потом, уставший, как любой кот с совестью, решил: «Подарю маме. Пусть порадуется.»

И засунул её в сумку.

И всё. И теперь я – официально лицо, припрятавшее улику по делу об очень странной гибели музейного директора.

– Полковник, ты понимаешь, что нас посадят?

(Он зевнул. Типа «посадят, так и посижу».)

Архив, ключ и внезапный громкий вход

Утро следующего дня началось с кофе, кота на клавиатуре и моральной дилеммы.

– Отнести ключ в полицию – или оставить и сделать вид, что ничего не знаю? – спросила я в воздух.

Полковник потянулся, уронил ложку и плюхнулся на подоконник. Типичный ответ: мне бы солнце и миску – а вы, гражданочка, сами разбирайтесь.

Я решилась. Упаковала ключ в старый футляр от очков (вроде бы более официально), взяла зонт и направилась в участок.

Но как только я вошла – в коридоре взрывно хлопнула дверь, и из дежурной зоны вылетел мужчина в форме, запыхавшийся и с глазами, как у совы на кофеине.

– Кто брал ключ к архиву?! – заорал он.

– Чего? – выдала я, не успев перестроиться с режима "вежливый визит" на "боевик НТВ".

– Кто! – Он уже смотрел на меня. – Архив открыт! Взлома нет, но дверь – распахнута! Всё внутри перевёрнуто, бумаги разбросаны!

Павел – тот самый участковый – вышел из кабинета с папкой, увидел меня и замер.

– Это не вы… – начал он.

– Нет! Ну, то есть… я… – я достала футляр и медленно протянула. – Вот. Это… оно?

Он открыл футляр. Посмотрел на ключ. Потом на меня.

– …Где вы это взяли?

– У меня в сумке. Он там оказался. От кота. То есть… с брелком. Ну мышка пушистая. Он, наверное, подумал, что игрушка. Поиграл. Положил.

Тишина.

– Вы хотите сказать, – проговорил Павел, – что ваш кот… притащил улику. Кот. К вам. Домой.

– Ну… да.

– А вы теперь решили её вернуть.

– Ну а что, не положено?

Он закрыл глаза, встал, как будто молился внутренне, потом кивнул:

– Хорошо. Идите со мной.

– Куда?

– В архив. Посмотрите, может, узнаете что-то. Вдруг у вашего кота есть ещё следы.

Я сдержалась, чтобы не сказать: «Он-то как раз в тапках не ходит».

Запись в блокноте:

«Ключ сдал. Кот – вне подозрений (пока). В участке паника. Архив открыт. Если меня обвинят – попрошу адвоката из ветклиники.»

Глава 3. Архив не подлежит

Меня провели в архив, как будто я эксперт. Хотя всё, что я знала об архивах, ограничивалось сериалом «Улицы разбитых ламп» и воспоминаниями о шкафе с пыльными тетрадками в школе.

– Сюда, – буркнул Павел. – Только ничего не трогайте.

(Ну да. Конечно. А я вообще тут с маникюром пришла ковыряться.)

Архив был… архивный.

Стеллажи. Папки. Карты. Один стул, покрытый чем-то похожим на остатки кофе и отчаяния.

На полу – разбросанные листы. Видно, кто-то искал что-то. Торопливо. Или не очень аккуратно.

А может, в панике.

Я медленно подошла к кучке возле угла. Случайно задела лист ботинком. Наклонилась – подняла.

Дело №3941. Павлов Николай Никитич.

Вот это поворот.

В углу страницы – пометка:

"АРХИВ НЕ ПОДЛЕЖИТ."

Печать. Красная. Косо. Как будто кто-то с нервами.

– Павел… – осторожно сказала я. – А вот это… это нормально?

Он взял лист, нахмурился.

– Не очень. Такие пометки делают, когда… либо документ утратил силу, либо… когда его не хотят никому показывать.

– А в каком году эта папка?

– Год назад. Странно. Он ведь тогда только стал директором музея. А до этого… был просто завхозом.

– Завхозом?

– Ага. Без образования, кстати.

Я хмыкнула.

– То есть, человек из ниоткуда стал директором музея, а через год – утонул в фонтане. С крюком, плёнкой и кремом для рук.

– Лидия…

– Не, я просто. Связываю факты. Ну так, между делом.

Я присела, загребла ещё несколько листов. И тут – фото.

Старое, чёрно-белое. Вижу знакомое лицо – Николай. Улыбается. И рядом с ним – женщина с тугим пучком, знакомым прищуром и выражением «я тебя насквозь вижу».

– Павел. Это Зинаида Васильевна?

Он посмотрел. Замер.

– …Похоже. Молодая, но… очень похоже.

– Ага. Вот тебе и «просто продавщица с язвами». А между прочим, у неё что-то с прошлого месяца повадились ломаться камеры наблюдения.

Он вздохнул.

– Лидия… я вас официально не просил. Но… продолжайте делать то, что вы делаете.

– То есть… путаться под ногами?

– Именно. Профессионально.

Запись в блокноте:

«Фото найдено. Зинаида не так проста. Архив не подлежит. Я, кажется, снова не купила уксус.»

Гвозди, кофе и один слишком быстрый взгляд

Я решила зайти к Зинаиде Васильевне. Не как подозревающая, а как простая женщина, которой срочно понадобился набор гвоздей. Хотя в жизни я ни один гвоздь не вбила. Ну, может, если только морально.

Хозмаг, как всегда, был полутёмный, пах пылью, дустом и каким-то таинственным бабушкиным мылом. На полке лежал одинокий кран-букс, словно символ сломанной жизни сантехника.

– Добрый день, Зинаида! – пропела я с максимально искренней улыбкой.

Она подняла глаза от каталога и посмотрела на меня так, будто я пришла продать ей пылевого клеща.

– Чего опять? У тебя в ванной труба прорвалась или мозг потёк?

– Ха-ха! Ну, ты, как всегда, с юмором.

Слушай, мне бы гвозди. Маленькие. Для… картины.

– Картины? Ты что, в разведку подалась?

– В смысле?

– Картины развешивать – это не в твоём стиле.

Я улыбнулась шире.

– А вот интересно, Зинаида, ты давно вообще здесь работаешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.