Айлин Грин
Эхо забытого счастья

Глава 1. Вероника. По следам прошлого.

Осень, 2024 год

Неспешная прогулка по осеннему городу превратилась в бег от непогоды, так внезапно обрушившейся на него. Вечернее небо стало совсем мрачным и угрюмым из-за затянувших его туч. Запахло дождём и уже намокшей где-то листвой. Отдалённые раскаты грома становились всё ближе, эхом разносясь по небу, каждым ударом напоминая о том, что лучше укрыться где-то в безопасном месте. Люди куда-то бежали, открывая зонты, стараясь спрятаться от пока ещё моросящего дождика, звонили близким и просили забрать их домой. А я наслаждалась каждой минутой, с удовольствием вдыхая запах сырой земли и приближающегося ливня, поднимала голову наверх, подставляя лицо мелким капелькам дождя, не боясь, что он размажет тушь перед важной встречей, оставит чёрные следы на щеках, лишив меня макияжа, на который я потратила заветные минуты. Осень всегда приносит с собой нечто особенное – запахи, чувства и даже звуки кажутся более глубокими, город будто начинает жить в своём особенном ритме.

Дождь усиливался, и мелкие, едва ощутимые капли перешли в уверенную, холодную струю, что скользила по моему лицу, пропитывая волосы влагой. Рядом, под козырьком небольшого кафе, я увидела, как прижимаются друг к другу незнакомцы, их зонты временно превратились в стены, закрывающие их маленький мир от безутешных капризов погоды. Улица вокруг меня пустела, всё больше наполняясь звуками воды и укутываясь золотистыми, разбросанными у ног листьями. С раннего детства я очень любила грозу, поэтому мне не хотелось никуда бежать. Такое незримое касание природы, словно чей-то голос внутри меня, который просил не спешить и насладиться тем, что дарит природа.

Воспоминания о том, как два года назад, под проливным дождём я бежала домой, вытирая рукавом куртки слёзы, как столкнулась с ним впервые, ворвались в моё сознание словно вихрь, погружая меня в собственные мысли. В тот день был такой же проливной дождь, казавшийся бесконечным, смывающим с этого мира все краски. Я бежала, не чувствуя ни холода, ни мокрой насквозь одежды. Мне было больно, физически и морально, внутри меня разрасталась тьма, которая выливалась наружу слезами, удачно смешивающимися с каплями дождя. И вдруг я столкнулась с ним, и вместо извинений, которые моё состояние не позволяло произнести, я толкнула его в ответ, отчаянно желая причинить кому-то боль, которую испытывала сама. Незнакомец схватил мои руки, так легко сжав их, вызывая у меня какую-то неестественную дрожь, и молча посмотрел мне в глаза. Его взгляд будто прожёг меня насквозь, уничтожая тёмную завесу внутри меня. И это стало одновременно и началом, и концом нашей с ним общей вселенной. Он стал частью меня, моей верой и надеждой, моим рассветом и закатом, моей музыкой, моим небом…моим воздухом. Он принял меня такой разбитой с кучей трещин и несовершенств в этой самой вселенной. А спустя год он взорвал её, без предупреждения, без шанса исправить что-либо. Спустя год и по сей день его голос перестал быть для меня музыкой. Он стал чужим, будто его обладатель стал говорить на другом языке. Дождь, который лил в тот вечер и лил сейчас, напомнил мне о том, что я испытывала безграничное счастье, которое было не под силу удержать. Которое сейчас эхом разносилось вокруг меня, словно в предвкушении встречи с тем, кто забрал это счастье с собой.

Глава 2. Вероника. Тонкое прикосновение времени

Два года назад. Осень, 2022 год

От незнакомца, с которым я столкнулась, веяло теплом, уютом и стальной уверенностью. Его зелёные глаза напоминали густой лес в первые минуты рассвета – таинственный, глубокий, полный тайн, которые хотелось разгадать. Мои нервы были на пределе, и я, вместо того, чтобы извиниться и убраться от него подальше, с силой толкнула его в плечо. Будто это могло помочь. Будто что-то можно было исправить эти детским жестом.

– Если бы не чёрные слёзы, красивыми дорожками стекающие по твоим щекам, я бы влюбился уже в эти секунды, – спокойно произнёс незнакомец, игнорируя мой агрессивный выпад, снимая капюшон и рукой убирая назад намокшие пряди волос, – меня зовут Алекс.

– Ты иностранец? – растерянно спросила я, вытирая слёзы рукавом, и, кажется, усугубляя ситуацию с окончательно испорченным макияжем.

– Я Александр, – улыбнулся он, не сводя с меня заинтересованного взгляда, – но в старших классах в моём классе было шесть человек с таким именем. Получить звание «Саша-второй» или ещё хуже «третий» я не хотел, поэтому стал Алексом. Ты назовёшь мне своё имя?

– Вероника, – снова всхлипнула я, содрогаясь от холодных капель дождя, попадающих за мой воротник, – для друзей я Ника.

– Что ж, Ника, мы с тобой обязательно подружимся, – он протянул мне руку, и я, почему-то не сомневаясь ни секунды, вложила в неё свою холодную и мокрую от дождя ладонь. – А теперь нам нужно спрятаться где-то от этой стихии, пока мы не промокли насквозь.

– Куда мы пойдём? – спросила я, думая, что хуже всё равно уже не будет.

– Я знаю одно замечательное место, уверен, что оно тебе понравится. Идём?

– Ты даже не спросишь меня, что случилось? – искренне удивилась я.

– Нет, не спрошу, – пожал он плечами, слегка улыбаясь, – мне это неважно. Важно лишь не допустить, чтобы ты снова заплакала.

Я застыла на месте, будто врастая в землю от удивления. Этот молодой человек видел меня впервые и смог разворошить улей пчёл внутри моих нервных клеток и рой бабочек где-то в районе живота. Плакать я, действительно, перестала.

– Если ты не начнёшь двигаться, то нам придётся провести немало времени в магазине одежды, чтобы подобрать что-то менее мокрое. Зонта у меня, к сожалению, нет.

Я кивнула, стараясь подать сигнал, кажется, окоченевшему мозгу о том, что нужно идти, перебирать ногами и, возможно, даже улыбаться и отвечать на вопросы. Ещё полчаса назад я не хотела жить, будучи уверенной в том, что всё хорошее закончилось. А в эти самые минуты мне показалось, что у меня вообще не было ничего хорошего – оно у меня ещё впереди. И этот дождь, смывающий с меня прошлое, стекал по телу воспоминаниями, навсегда утопающими в лужах.

** ** **

Алекс вошёл в мою жизнь проливным дождём, не оставив мне ни единого шанса не влюбиться в него. С момента нашей с ним первой встречи прошло две недели, и не было ни одного дня, чтобы я не вспоминала тот вечер, который стал для меня глотком спасительного кислорода. Пригласив в меня в кафе, накинув мне на плечи тёплый плед, Алекс напоил меня горячим кофе, накормил вкусным ужином, оставил свой номер телефона и стал неотъемлемой частью моей жизни. Частью меня.

– Вероника! – недовольно крикнула Анастасия, мой руководитель, забирая меня из плена тёплых воспоминаний. – Срочно, зайди ко мне в кабинет!

Я нервно сглотнула, не понимая, чем прогневила начальницу. Я работала-то всего несколько недель, и то не каждый день – договоренность была лишь на понедельник и пятницу – те дни, когда в университете была небольшая загруженность, и я могла оторваться от штудирования учебников, чтобы заработать хотя бы немного денег на личные нужды.

– Что ты натворила? – прошептала Ира, пухленькая девочка в очках, должность которой мне до сих пор была непонятна – она делала всё и сразу, и, порой мне казалось, что она вообще не уходит домой, а ночует прямо здесь, в офисе.

– Если бы я знала, – также шёпотом ответила я, – вроде бы ничего, но я лучше схожу и уточню, – уголки губ слегка поднялись вверх, – не поминай лихом.

Дважды постучавшись в кабинет начальницы и услышав равнодушное «войдите», я осторожно отворила дверь, стараясь не сутулиться и уверенно смотреть вперед. Уволят – значит, найду новое место работы. Хотя я не понимала, за что меня увольнять.

– Садись, Вероника, – строго сказала начальница.

Я села, чувствуя, как от нервов вспотели ладони.

– Ты вообще в курсе, чем занимается наша компания?

– Ну…косметикой для ухода? – неуверенно ответила я, думая, что либо я, либо она сходит с ума.

– Да, – она удовлетворенно кивнула, – и ты в курсе, что мы уже больше месяца ищем человека, который сможет помочь нам с рекламой? И поиски абсолютно безуспешны?

Я молча кивнула, не понимая, к чему она ведёт, и как я замешана в её бедах.

– Ты должна нам помочь, – подвела итог Анастасия и восторженно посмотрела на меня.

– Анастасия Игоревна, – слегка замявшись, начала я разговор, – я учусь на юриста. И не имею никакого отношения к рекламе.

– Не имеешь, – кивнула она, – но я видела, что ты делаешь в свободное время. Извини! – примирительно подняла она руки. – Я заметила совершенно случайно твои рисунки, и они потрясающие!

– Анастасия Игоре…

– Давай на «ты», к чему эти формальности! – совершенно искренне улыбнулась она. – Просто Настя.

– Хорошо, – я поёжилась, – я рисую портреты, и никогда не пробовала рисовать что-то в другом формате.

– Мне и нужен портрет. Остальное доделают наши девочки. Если на плакате будет такой красавчик, которого ты рисуешь, то реклама сработает именно так, как мне нужно.

Так, как ей нужно. Красавчик, которого я рисую. Но согласится ли Алекс?

** ** **

С момента нашей первой с Алексом встречи прошло всего две недели, но календарь уже сменил сентябрь на октябрь, словно напоминая о том, как быстротечно время. Наши отношения с Алексом, кажется, развивались так, будто времени не существовало вовсе. Мы проводили каждую свободную минуту вместе, и я не до конца понимала, кто мы с ним друг другу – друзья или нечто большее? Он не делал никаких намёков, но они были и не нужны. Алекс стал для меня центром моей новой вселенной, омутом, в который я готова была упасть с головой, и никогда не выныривать на поверхность. Сошедший словно с книжных страниц – обходительный, воспитанный, умный, красивый – он казался мне сном. И сном приятным. Тем, после которого совсем не хотелось просыпаться.

– Привет! – я услышала его голос и сразу же почувствовала, как внутри меня разливается тепло, ласковое и согревающее. Его голос с едва заметной хрипотцой обволакивал меня, пробуждая во мне чувства, которых я ещё никогда не испытывала. Он нагнулся и оставил на моей щеке легкий поцелуй, заставив меня немного покраснеть. Рядом с ним я чувствовала себя школьницей, впервые влюбившейся. Школу я закончила два года назад, но что такое любовь – кажется, так и не узнала.

Алекс взял меня за руку:

– У тебя руки холодные, где твои перчатки? – заботливым тоном спросил он.

– Они остались в другой куртке, – лёгко улыбнулась я, – согреешь?

На секунду мне показалось, что Алекс издал какой-то звук, напоминающий протяжный стон. А в следующее мгновение его тёплые ладони накрыли мои, прижимая их к груди. Даже сквозь плотную ткань его осенней куртки я чувствовала, как его сердце пропускает удар за ударом. Алекс наклонился ко мне ближе, и я уловила аромат его древесного парфюма, смешанного с чем-то знакомым.

– Ты чувствуешь? – тихо спросил Алекс.

Конечно, я чувствовала. Только я не была уверена в том, что именно я чувствовала – биение его сердца или ту невидимую грань, которую мы практически с ним переступили.

– Алекс, я не уверена, что готова к новым отношениям, – пробормотала я, уводя свой взгляд от него, – слишком болезненно закончились предыдущие.

– Не говори ничего, – прошептал он, наклоняясь ещё ближе, сокращая расстояние между нами до минимально возможного, – я никогда не заставлю тебя плакать.

Его губы были очень близко, я чувствовала их теплоту, и отчаянно хотела попробовать их вкус. Между нами оставалась буквально секунда, и я доверилась ему, доверилась себе, послушала сердце, которое требовало лишь одного – не думать. Кто из нас первым сжёг эту секунду – я не помню, но мне показалось, что это его губы накрыли мои, бесцеремонно врываясь в мою вселенную, уничтожая время вокруг. Это был не просто поцелуй, это было мгновение, в котором не было ни «до», ни «после». Только сейчас, только он. Только мы. Инстинктивно я притянула его ещё ближе, углубляя поцелуй, закрывая глаза и мечтая о том, чтобы эта секунда не заканчивалась никогда. И нет, мир вокруг нас не взорвался, не исчез – он просто потерял свою форму, превращаясь в неясное расплывчатое пятно. Мы стояли на оживлённом участке улицы, и, скорее всего, мешали прохожим. Мы выглядели как парочка обезумевших подростков, не способных унять свои гормоны. Но мне было всё равно. Осенняя прохлада, влажный от дождей воздух и тишина, в которую погружалась природа, стали для меня тем самым миром, из которого я не планировала вырываться. Никогда.

** ** **

Я не сомневалась, что эта осень станет лучшей в моей жизни. Несмотря на то, что учёба отнимала большую часть моего времени, а в те недолгие часы, когда я отрывалась от конспектов, меня поглощала работа, я чувствовала себя безмерно счастливой. Отношения с Алексом стали не просто глотком свежего воздуха, они стали мощным притоком кислорода. Просыпаться рано утром, зная, что ты кому-то нужна, и тебе есть, к кому торопиться – чувство, которое я не готова была променять ни на какое другое. И пусть мы с Алексом не виделись каждый день, но он незримо присутствовал везде, где была я. Мы переписывались, созванивались, и каждое наше сообщение было чем-то большим, чем просто слова. Вечерами, когда на улице темнело, и зажигались первые фонари, наше с ним общение превращалось в маяк посреди бушующего океана, я летела к этому свету, не замечая ничего вокруг. Теплота, которой он меня окружил, казалась волшебной и необъятной. А свет – тёплым и бесконечным.

** ** **

Ноябрь вступил в свои права, окончательно оголяя деревья, постепенно погружая природу в длинный осенне-зимний сон. Я вовсю была поглощена учёбой и предстоящими зачётами и тестами, с трудом успевая работать. Алекс был загружен в офисе у своего отца, но в свободное время заезжал за мной на машине, подвозил до университета, пытаясь урвать хотя бы несколько минут, проведённых вместе. Былая робость, преследовавшая меня первые дни, испарилась вместе с воспоминаниями о том, что когда-то у меня в личной жизни был полный разлад. Сердце трепетало от предвкушения каждой встречи с ним, и, горевшая своими чувствами, я так и не спросила его, могу ли я использовать его портрет для своей работы. Подходящего случая не было, и я опасалась вызвать у него негативную реакцию, не зная, как он отнесётся к моему предложению.

– Ника! – я заметила его, стоящего с букетом роз неподалеку от моего офиса. Улыбка озарила моё лицо, и я бросилась ему навстречу, сразу же попадая в его тёплые объятия. – Ты снова без шапки?

– Она портит мою причёску, – отмахнулась я, улыбаясь, – это мне? – спросила я, кивая на букет и протягивая к нему руки.

– Нет-нет, подожди, – он слегка отвёл руку назад, – я присмотрел симпатичную девчонку, которая должна вот-вот выйти из этого здания, – Алекс закусил нижнюю губу, стараясь не засмеяться.

– Что ж, тогда мне придётся добираться до дома пешком, – потупила я притворно взгляд. – Без шапки.

– Без шапки, – подтвердил он, приподнимая мой подбородок и прижимаясь ко мне в томительно сладком поцелуе. Его запах и вкус сводили меня с ума, и каждый раз, проводя с ним время, я чувствовала, что хочу большего. Мне не хватало тактильности и нежности, которую он мог мне подарить. Он не делал первого шага, даже намёка на то, что хочет от меня чего-то большего, и это успокаивало и пугало одновременно.

– Сегодня ровно два месяца, как я впервые встретил тебя, – он слегка отстранился, всё же протягивая мне букет, – и я рад, что твои глаза больше не блестят от слёз. Они светятся счастьем.

– Ты помнишь дату нашей первой встречи? – я изумленно прикрыла ладошкой рот.

– Я никогда не забуду тот день, – кивнул он, снова наклоняясь к моим губам в поисках очередной порции ласк, – и никогда не забуду тебя.

– Звучит, как прощание, – тихим испуганным голосом сказала я.

– Это лишь начало, Ника, – он взял меня за руку, – самое время отметить нашу первую годовщину.

– Тогда уж вторую, – прищурилась я, – ведь был ещё месяц.

– Но мы пропустили его, оба свалившись с гриппом.

– Алекс, мне нужно тебя спросить…– внезапно начала я, коря себя за то, что начинаю этот разговор сейчас, но тянуть дальше было нельзя. Настя планировала запустить рекламу в конце года.

– Спрашивай, я весь внимание.

– Моя начальница хочет, чтобы тот твой портрет, который я тебе недавно показывала, взяли в рекламу, – выпалила я, задержав дыхание и ожидая бури.

– Не думал, что я настолько красив, – хмыкнул он, – хотя, конечно, женщины от меня без ума…эй! – рассмеялся он, когда я толкнула его в бок. – Да пусть берут, на здоровье, только не забудь, что права на эту мордашку принадлежат мне, – он показал на себя пальцами, – и немного тебе, – и снова коснулся моих губ своими. От этих прикосновений по телу в очередной раз пробежала дрожь, вызывающая сладкое головокружение.

– Немного мне? – я притворно прищурилась. – И каков процент?

– Предполагаю, что шестьдесят на сорок, – серьёзным голосом ответил он.

– Что ж, – тяжело вздохнула я, едва сдерживая улыбку, – придётся довольствоваться малым.

– Зато ты полностью владеешь моим сердцем, – улыбнулся он.

Как и ты моим.

Глава 3. Вероника. Больше, чем слово "люблю"

Зима, 2022-2023 годы

Свидание за свиданием, и я по-настоящему влюбилась в Алекса. Каждый день, проведённый с ним, приближал меня к первому в жизни настоящему признанию в любви. Я, конечно, как и все девчонки, влюблялась и раньше – и в пять лет, и в одиннадцать, и в шестнадцать. Но я ни разу никому не говорила эти три заветных слова. А тут я готова была их прокричать посреди шумной, наполненной людьми улице. Или прошептать в тихой комнате так, чтобы никто не услышал. Повторять их снова и снова. Не боясь и не сомневаясь.

– Я тебя люблю, – произнесла я вслух, выходя из офиса и накидывая капюшон, – я тебя люблю, – сказала уже громче, будто репетируя речь перед важным собеседованием.

Так легко произнести эти слова, когда рядом никого нет, и так сложно признаться кому-то в том, что ты чувствуешь что-то невероятное.

В воздухе запорхали первые крупные снежинки, ослепительный блеск которых напоминал мне о том, что скоро влажный осенний асфальт будет согрет пушистым белым ковром. Воздух стал холоднее, обжигал щёки и оставлял на них красный румянец. Улицы всё больше и больше пустели, и лишь редкие прохожие торопливо проходили мимо.

Я шла медленно, механически переставляя ноги, то улыбаясь, то хмуря брови. «Я тебя люблю» – слова, которые столько времени были заперты внутри, вырвались наружу. Пока не долетев до адресата, но они были произнесены, изменяя воздух вокруг меня. Делая его легче. Или тяжелее. Я пока не поняла. Я уже не один раз хотела признаться ему в любви, но каждый раз момент был не тем. Я находила сотню оправданий. Не здесь. Не сейчас. Не так. Но сегодня я почувствовала, что хочу сказать ему то, что я чувствую. Возможно, первый в этом году снег подтолкнул меня к этому признанию. Возможно, чувство, разраставшееся всё это время, стало настолько тяжёлым и необъятным, что внутри меня не осталось места, чтобы его сдерживать.

Добираясь до кафе, которое стало нашим с Алексом незримым пристанищем, я чувствовала, как бешено стучит сердце, норовя выскочить из груди. Это место с сентября стало нашей территорией – островок тишины и покоя посреди бушующего суетой города. Наш столик у окна всегда был свободен для нас, будто никто никогда не занимал наши места, зная, что мы обязательно сюда придём. Из окна можно было наблюдать за прохожими и прятаться от их взглядов за чашечкой кофе.

Я открыла дверь кафе, чувствуя, как меня обнимает знакомый аромат кофейных зерён и свежей выпечки. Алекса ещё не было, и я направилась к столику, попутно кивнув официанту, который уже знал, что мне принести. Странно, Алекс никогда не опаздывал. А, если вдруг боялся, что опоздает, то звонил и присылал сообщение. Отогнав от себя нехорошие мысли, я посмотрела в окно – асфальт уже покрылся лёгкой снежной простынью, а мерцающий жёлтый свет от фонарей освещал падающие снежинки, блеском подчёркивая их невесомость.

Дверь в кафе скрипнула, и мне не нужно было поворачивать голову, чтобы узнать, кто это. Сердце было уверено, что это он.

– Привет, Ника, – его нежный голос коснулся моего уха, – прости, что опоздал. Отец задержал, – недовольные нотки лишь на краткий миг промелькнули в его интонации.

– Я успела соскучиться, – я закусила губу, – уже планировала подсесть к кому-то за другой столик, чтобы не быть одинокой в этот прекрасный зимний вечер.

– Я рад, что ты не этого не сделала, – он перешёл на шёпот, легко касаясь моих губ, забирая с них невысказанные слова, – я бы этого не пережил…– он снова коснулся моих губ, и сел напротив меня. Мне показалось, что выглядит он уставшим.

– Много работы? – заботливо поинтересовалась я. – Выглядишь уставшим.

– Есть небольшие проблемы, но я их решу, – отмахнулся он.

Я похолодела. У нас только-только начали налаживаться отношения, никаких проблем не хотелось. Тем более с ним. Особенно с ним.

– Ника, – улыбаясь, он щёлкнул перед моим лицом пальцами, – всё в порядке, я разберусь.

– Хорошо, – неуверенно согласилась я, думая, что, возможно, сейчас опять не тот момент. А, может быть, наоборот? Тот самый? Может быть, пора перестать бояться?

– Алекс, я должна тебе сказать…– попробовала я отвлечься от ненужных и навязчивых мыслей.

– Если должна, то говори, – он приподнял уголки губ, – надеюсь, ты не собираешься бросить меня в этот прекрасный снежный вечер, потому что я не очень хорошо переношу холод, и будет обидно, если…