Ната Дымская
Анемоя. Черновик реальности

Глава 1. Вход в систему

Максим Ветров щелкнул костяшками пальцев – раз, два, три – и только потом положил руки на сенсорную панель. Привычный ритуал перед началом работы, маленькое суеверие программиста.

– Доброе утро, Максим Ильич, – произнес нейтральный женский голос. – Идентификация завершена.

Дверь в исследовательский комплекс АО «НЕЙРОНИКС» бесшумно отъехала в сторону. Максим прошел через турникет, привычно подставив сетчатку для сканирования, и направился к лифту.

– Привет, Афродита, – обратился он к голосовому помощнику в лифте. – Этаж двадцать третий, пожалуйста.

Вчера это была «Клеопатра», позавчера – «Мистер Бэггинс». Охранники давно перестали удивляться его манере давать имена искусственному интеллекту.

Лифт плавно тронулся. За стеклянной стеной проплывали этажи исследовательского центра. Двенадцатый – лаборатории нейроинтерфейсов. Шестнадцатый – отдел квантовых вычислений. На двадцать третьем располагалось его детище – «Новая Атлантида», самая продвинутая симуляция общественного развития.

Внезапно Максима накрыло странное чувство. Он как будто помнил другой лифт – старинный, с кованой решеткой и медной кнопочной панелью. И запах… свежая выпечка и крепкий кофе. Терраса парижского кафе, утреннее солнце на брусчатке площади… Он моргнул. Видение исчезло.

«Странно, – подумал Максим. – Я же никогда не был в Париже».

Рабочая станция приветствовала его мягким свечением голографических дисплеев. Максим достал из холодильника яблоко, посыпал его солью и с хрустом откусил. Антон из соседнего отдела всегда морщился, видя эту привычку.

– Кто соль на яблоки сыплет? – обычно ворчал он.

– Кто кубик Рубика собирает с закрытыми глазами? – парировал Максим.

Он активировал основной интерфейс «Новой Атлантиды» и погрузился в работу. Симуляция создавала модель общества, где экономические отношения строились на принципе динамического распределения ресурсов через нейросеть. Никаких денег, никакого накопления – ресурсы распределялись в реальном времени в соответствии с актуальными потребностями каждого участника.

Сегодня Максим проводил регулярную ревизию кода.

– Компьютер, запусти диагностику квантового слоя симуляции, – скомандовал он, вызвав голографический терминал.

Трехмерная структура кода развернулась перед ним наподобие ветвящегося дерева. Максим начал погружение, следуя по магистральным путям алгоритмов. Здесь все было знакомо: экономический модуль, социальные связи, климатические условия… Но когда он дошел до квантового уровня, где хранились базовые правила симуляции, что-то привлекло его внимание.

Фрагмент кода, который он не помнил. Изящная, почти поэтичная структура алгоритма, как будто нарисованная одним движением.

– Что это за чертовщина? – пробормотал Максим, увеличивая фрагмент.

Код не просто был незнакомым – он использовал подходы, которых Максим не видел раньше. Как будто математику квантовых алгоритмов переписал кто-то, мыслящий на другом уровне.

«Может, Ирина из отдела нейромоделирования? – подумал он. – Но зачем ей лезть в мою симуляцию без спроса?»

Он попытался отследить, когда были внесены изменения, но система выдала сбой. Согласно логам, этот фрагмент существовал всегда, с самого начала проекта. Но Максим точно помнил, что писал этот модуль иначе.

Или не помнил?

Тревожное чувство усилилось. Последние недели его мучили странные сны и мысли не на своем месте. Вспышки воспоминаний, которых не должно было быть.

«Может, просто переутомление», – успокаивал он себя.

Вздохнув, Максим откинулся в кресле и потер глаза. Он проверил время – 16:42. Еще несколько часов работы. Он потянулся к терминалу, чтобы продолжить анализ странного кода, и заметил на краю стола то, чего там раньше не было.

Небольшая прямоугольная карточка размером с кредитную. Старинная на вид – не прозрачный пластик, который сейчас используют, а что-то вроде темного металла с медным отливом. На поверхности витиеватый узор и надпись, сделанная странным шрифтом: «MNEMOSYNE».

– Что за… – Максим осторожно взял карточку. – Эй, кто-нибудь заходил в мой кабинет?

Тишина. Он повертел странный предмет в руках. Карточка была теплой на ощупь и, казалось, слегка вибрировала. По краю шел ряд необычных символов – не похожих ни на один известный ему язык.

«Как она сюда попала?»

Центр «НЕЙРОНИКС» был закрытым объектом с многоуровневой системой безопасности. Никто не мог просто войти и положить что-то на его стол.

Максим поднес карту к сканеру.

– Компьютер, анализ.

Терминал моргнул и выдал странный результат:

ОБЪЕКТ: НЕИЗВЕСТНЫЙ

СОСТАВ: СПЛАВ МЕДИ (72%), НЕИДЕНТИФИЦИРОВАННЫЙ МАТЕРИАЛ (28%)

ВОЗРАСТ: ДАННЫЕ ПРОТИВОРЕЧИВЫ

ПРОИСХОЖДЕНИЕ: НЕ ОПРЕДЕЛЕНО

Максим нахмурился и провел пальцем по поверхности карты. В тот же миг его снова накрыло волной дежавю. Он как будто видел эту карту раньше. Держал ее в руках. Вставлял в какое-то устройство с медными контактами и старинными циферблатами…

Звук сообщения вырвал его из транса. Елена Власова, директор проекта, запрашивала встречу через пятнадцать минут.

Максим положил странную карту в карман и направился к ее кабинету, чувствуя, как металл необъяснимо теплеет сквозь ткань.

Кабинет Елены Власовой отличался строгостью и какой-то выверенной элегантностью. Ни одной лишней детали. На столе – только планшет и странные механические часы с тремя циферблатами. За спиной директора – панорамное окно с видом на горы. Искусственное, конечно – они находились глубоко под землей, но проекция была настолько реалистичной, что иногда Максим ловил себя на желании распахнуть окно и вдохнуть горный воздух.

– Присаживайтесь, Максим, – Елена указала на кресло перед столом. Ее темные волосы с проседью были собраны в идеальный пучок, а пронзительные синие глаза, казалось, смотрели прямо в душу.

Максим заметил, что она снова поглаживает тонкий шрам на линии челюсти – жест, который появлялся у нее в моменты напряжения.

– Как продвигается «Новая Атлантида»? – спросила она, не отрывая взгляда от планшета.

– Стабильно, – ответил Максим. – Последние тесты показывают 98% устойчивости модели при стрессовых сценариях. Симуляция выдерживает даже катастрофические события без коллапса системы.

– Хорошо, – кивнула Елена и неожиданно спросила: – Вы не замечали в последнее время… странностей?

Максим вздрогнул.

– Странностей?

– Да. Аномалии в коде, неожиданные результаты, личные… ощущения.

Он колебался. Рассказать ей о странном фрагменте кода? О вспышках памяти, которой не было? О загадочной карточке? Что-то его останавливало.

– Нет, ничего особенного, – солгал он. – Разве что иногда кажется, что компьютер работает медленнее из-за количества данных.

Елена внимательно посмотрела на него, затем кивнула.

– Понятно. – Она на секунду замерла, глядя куда-то в пустоту за его плечом, потом моргнула и продолжила: – В следующем месяце к нам приедет комиссия из министерства. Они хотят увидеть практическое применение вашей симуляции для прогнозирования кризисных ситуаций.

– Мы будем готовы, – уверенно ответил Максим.

– Ваша симуляция – это будущее, Максим, – произнесла Елена, внезапно меняя тон на более мягкий. – Если всё получится, мы сможем не просто прогнозировать будущее общества, а фактически моделировать идеальные сценарии развития.

Максим кивнул, но что-то в ее словах заставило его внутренне насторожиться. Карточка в кармане слегка потеплела, словно резонируя с его тревогой.

– Я делаю всё возможное, – ответил он.

– Подготовьте детальный отчет о состоянии симуляции к понедельнику. И, Максим… будьте внимательны.

Последняя фраза прозвучала странно. Не как обычное напутствие руководителя, а как предупреждение. Или совет.

Выходя из кабинета директора, Максим ощутил непреодолимое желание вернуться к своей рабочей станции. Загадочная карта жгла карман, а в голове пульсировали вопросы без ответов. Что за код появился в его симуляции? Откуда взялась эта старинная ключ-карта? И почему его посещают воспоминания о местах, где он никогда не был?

Максим чувствовал, что стоит на пороге чего-то значительного. Как будто всю жизнь он двигался к этому моменту, сам того не осознавая.

Глава 2. Баг в системе

Звук белого шума успокаивал, но не помогал уснуть. Максим лежал с открытыми глазами, крутя в руках загадочную карточку. Тусклый свет из окна играл на металлических гранях, выхватывая странные символы.

«Что, если анализировать это не как физический объект, а как носитель кода?» – мысль пришла неожиданно, словно подсказка из ниоткуда.

Утром Максим не пошел в свой кабинет. Вместо этого он спустился на минус тридцать седьмой уровень, в заброшенную техническую лабораторию. Официально она числилась на ремонте, но все знали, что проект заморозили год назад, и никто сюда не заглядывал.

Щелкнув костяшками пальцев, он разложил принесенное оборудование: модифицированный квантовый процессор, голографический проектор, несколько плат нейроинтерфейса.

– Добрый день, Вольтер, – обратился Максим к активированному терминалу. – Начинаем проект «Квантовый анализатор».

Шесть часов непрерывной работы. Программирование на уровне квантовых переменных. Корректировка голографических фильтров. Настройка чувствительности.

Наконец Максим выпрямился и потер глаза. Перед ним стояло нечто похожее на небольшой проектор с несколькими линзами и металлическим гнездом – идеально подходящим для загадочной карточки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.