Софья Май
Мой самый лучший (враг) друг

Пролог

Доминик, как всегда, пробрался в мою комнату. Мой любимый запах наполнил комнату. Он приходил бесшумно, но запах выдавал его присутствие.

– Скучала по мне мелкая? – хриплым голосом спросил Дом.

– Безумно, – отвечаю и тяну к нему руки. Доминик ложится на мою кровать сгребая меня в охапку, с шумом втягивает запах моих волос. Он всегда так делает. Я не против с ним мое тело тает, сердце начинает отбивать трель, а температура повышается. Мой лучший друг каждую ночь приходит ко мне. Родители не знали о наших ночевках, лишь однажды они застали нас. Мы свели этот инцидент на шутку, вроде как устали от праздника, но следить за нами стали более пристально. И вот он снова рядом. Я обвиваю его руками за шею, носом вдыхаю его запах. Мой любимый качок, что пропадает в спортзале занимаясь дзюдо, мой чемпион с кучей наград. Медали заполнили одну стену в его комнате. – Я снова с тобой, – тихо шепчет Доминик хриплым голосом, запускает свои большие ладони в мои волосы, его горячее дыхание обжигает. Мы притворяется просто друзьями, границ не переходим, играем эти роли друг для друга. Но сердце тянется к нему, требует большего, требует продолжения. – Когда же ты уже вырастешь, мелкая? – шепчет Доминик. Мне девятнадцать, – отвечаю я не понимая, почему друг не видит, что я уже давно выросла. Доминик злобно улыбнулся, улыбка его таит страсть, возбуждение, он дождался и готов брать, то чего ждал. То чего ждала я. Так долго ждала. Он наконец-то заметил, что я выросла. Руки Доминика, беспорядочно бродят по моему телу, сжимают ягодицы, горячие пухлые губы кусают за шею, я громко стону. На его губах улыбка, он доволен такой реакцией. Шершавые подушечки пальцев нежно поглаживает по внутренней части бедра. Наконец-то мы уже давно оба готовы. Неужели сейчас. – Есения! – громкий стук и голос отца, заставляет меня сесть на кровати. Я вытаращила глаза, смотрю на дверь, думая куда спрятать Доминика и тут понимаю постель пуста. Ух, тыж ёжики. Сон. Просто сон, бросивший меня в прошлое, помноженный на мои смелые фантазии. Всегда сон с ним. – Есения! – продолжает стучать отец, – У тебя все хорошо?

– Да пап. Только проснулась, – отвечаю я хриплым голосом.

– Ты кричала.

– Кошмар, – вру я, – Сейчас подойду. Я падаю на подушку и закрыла глаза руками. Ну что же ты мучаешь меня каждую ночь. Почему по утрам я снова в твоих объятиях, просыпаюсь снова возбужденная. Всё в прошлом, да и особо нечему было быть, всё закончилось не начавшись. Но он продолжает мне сниться.

Глава 1 Часть 1 "Не друзья"

Доминик, как всегда, пробрался в мою комнату. Мой любимый запах наполнил комнату. Он приходил бесшумно, но запах выдавал его присутствие.

– Скучала по мне мелкая? – хриплым голосом спросил Дом.

– Безумно, – отвечаю и тяну к нему руки. Доминик ложится на мою кровать сгребая меня в охапку, с шумом втягивает запах моих волос. Он всегда так делает. Я не против с ним мое тело тает, сердце начинает отбивать трель, а температура повышается. Мой лучший друг каждую ночь приходит ко мне. Родители не знали о наших ночевках, лишь однажды они застали нас. Мы свели этот инцидент на шутку, вроде как устали от праздника, но следить за нами стали более пристально. И вот он снова рядом. Я обвиваю его руками за шею, носом вдыхаю его запах. Мой любимый качок, что пропадает в спортзале занимаясь дзюдо, мой чемпион с кучей наград. Медали заполнили одну стену в его комнате. – Я снова с тобой, – тихо шепчет Доминик хриплым голосом, запускает свои большие ладони в мои волосы, его горячее дыхание обжигает. Мы притворяется просто друзьями, границ не переходим, играем эти роли друг для друга. Но сердце тянется к нему, требует большего, требует продолжения. – Когда же ты уже вырастешь, мелкая? – шепчет Доминик. Мне девятнадцать, – отвечаю я не понимая, почему друг не видит, что я уже давно выросла. Доминик злобно улыбнулся, улыбка его таит страсть, возбуждение, он дождался и готов брать, то чего ждал. То чего ждала я. Так долго ждала. Он наконец-то заметил, что я выросла. Руки Доминика, беспорядочно бродят по моему телу, сжимают ягодицы, горячие пухлые губы кусают за шею, я громко стону. На его губах улыбка, он доволен такой реакцией. Шершавые подушечки пальцев нежно поглаживает по внутренней части бедра. Наконец-то мы уже давно оба готовы. Неужели сейчас. – Есения! – громкий стук и голос отца, заставляет меня сесть на кровати. Я вытаращила глаза, смотрю на дверь, думая куда спрятать Доминика и тут понимаю постель пуста. Ух, тыж ёжики. Сон. Просто сон, бросивший меня в прошлое, помноженный на мои смелые фантазии. Всегда сон с ним. – Есения! – продолжает стучать отец, – У тебя все хорошо?

– Да пап. Только проснулась, – отвечаю я хриплым голосом.

– Ты кричала.

– Кошмар, – вру я, – Сейчас подойду. Я падаю на подушку и закрыла глаза руками. Ну что же ты мучаешь меня каждую ночь. Почему по утрам я снова в твоих объятиях, просыпаюсь снова возбужденная. Всё в прошлом, да и особо нечему было быть, всё закончилось не начавшись. Но он продолжает мне сниться.

Глава 2

Мама перешила мне свои брюки от известного бренда, нашла сверх подходящую блузку и собрав меня словно первоклассницу поцеловала в щеку.

Садясь на электричку и держа в одной руке чемодан с логотипом известного бренда, в котором аккуратно сложены вещи, в другой сумку с документами, я затосковала. Мне не хотелось ехать туда. Категорически не хотелось. Папа с мамой улыбались, провожая меня, словно они сделали мне лучший подарок, а я старалась держать на лице улыбку. Они не могли ехать дальше, не хотели сталкиваться с кем-либо из знакомых.

Враньё. Все враньё. Все что связано с прошлой жизнью это смесь лицемерия и обмана. Все улыбаются, но это лишь маска. Я помню, что случается, когда маски не стоит больше надевать, они падают и разбиваются и перед тобой появляются не самые красивые морды, злобные, злорадные, которые рады любой твоей промашки или беде. Эти морды самодовольные и гордые, они рады ужалить, унизить, пережевать и выплюнуть тебя. И почему-то отец отправлял меня снова к ним.

Университет словно гора, большая, величественная, но чтоб забраться повыше стоит вспотеть. Всю дорогу я настраивала себя и в конечном счете, уговорила сама себя идти дальше и пользоваться тем, что дала мне жизнь.

Парковку занимали люксовые автомобили. Да, да. Такие же мажорчики как и я в прошлом. Практически все ничего из себя не представляют, тачки, шмотки, клубы, вечеринки. Почти все пошли сюда учиться по договоренности родителей. Как и я. Черт, да я такая же как они. Только небольшая приписка я теперь Принцесса огорода. Пустая как фантик из-под конфеты.

А вот моя учительница из сельской школы была настоящая. За эти три года я изменилась узнала, что мир шире и не измеряется шмотками и тачками.

Иду в кабинет декана на ватных ногах, хочется убежать обратно домой.

На втором этаже в кабинете декана мои документы скопировали с важным видом. При этом никто не просил документы об окончании школы, лишь паспорт и медицинскую справку. Валентин Валерьевич смотрел на меня сквозь свои квадратные очки словно оценивал. Помню я его, на папином дне рождения, тосты постоянно толкал, как приехал сразу начинал, а приезжать он предпочитал одним из первых и ждать никого не желал. Через час был самый пьяный, что на ногах стоять не мог. Потом его водитель в машину ласково “бросал” и увозил домой, ещё и жена его частенько у нас бывала. Все с мамой по поводу украшений любила разговоры заводить. Да рассказывать, как девочку (то есть меня) надо воспитывать и как пристроить выгоднее.

– Отец все еще в Англии? – спросил Валентин Валерьевич.

– Да, – соврала я, сказав, то что просил отец.

– Не побоялся отпускать одну? – прищурившись продолжил Валентин Валерьевич.

– Я уже взрослая и очень ответственная. Со мной проблем не будет, отец в этом убедился и доверяет мне, – ответила я.

– Роман Абрамов изменился, видимо повлияла на него жизнь за границей, модным стало давать детям свободу, раньше без охраны даже в магазин не пускал, – задумчиво сказал декан, постучал письменной ручкой по столу, – Как его бизнес?

– Все хорошо, подробностей не знаю, – я продолжала врать, – Лучше спросить у него. Я не понимаю всех тонкостей ведения его бизнеса.

Проще всего прикинуться идиоткой, несколько взмахов ресниц, выпученные глаза, рот приоткрыть, образ тупицы готов и от тебя отстают с вопросами. Смотрит на меня Валентин Валерьевич и видит пустышку. Папочка оплатил, мне дали образование.

– Ладно, выйди в холл подожди там, Аня все оформит и подойдёт к тебе. Отец точно не против, что ты будешь жить в общежитии? Я думал тебя каждый день домой будут забирать или в свою квартиру.

– Не против Валентин Валерьевич. Я сама попросила его, немного урезать мои возможности. Нужно начинать с начала.

Я не вышла, а выбежала скорее из кабинета. Первое и основное что интересовало Валентина Валерьевича это деньги отца, есть ли они и сможет он стать меценатом или нет. Все как обычно миром правят деньги. Узнай он что отец в деревне, сделал бы все чтобы не принимать меня. Последний вопрос он задал с единственной целью, хотел пообщаться с отцом. Возможно ждал приглашения на встречу, где мог объяснить, что необходимо институту.

Я стояла у окна ожидая Анну и старалась абстрагироваться от всего происходящего. Пять лет предстоит здесь учиться, отец прав Вуз один из лучших, это возможность мне само реализоваться. Найти свой путь. За окном чистый парк, с зелеными деревьями. Студенты выглядят счастливыми, все чувствуют шажок в новую жизнь и новые возможности. Рассматриваю студентов, с которыми теперь буду учиться.

Пока голос не вырвал меня из моих мыслей.

– Абрамова? – послышался до боли знакомый голос, когда-то от этого голоса я дрожала.

Да что там врать, этот голос до сих пор преследует меня во снах. Каким же образом, я наткнулась на него сразу как пришла. Я надеялась, что мы не встретимся. Хотя бы не так скоро.

– Романов, – сказала я, поворачиваясь и взглядом встречаясь с ним.

Ну здравствуй мой друг и мой кошмар, тот кого я хотела увидеть и от кого хотела спрятаться подальше. Три года, словно, их и не было.

Доминик Романов стоял посреди коридора университета. Мое появление здесь стало для него неприятным шоком. Высокий качок в обтягивающей майке, джинсах и белоснежных кедах огромного размера.

Он нахмурил брови и смотрел на меня тяжелым взглядом. Дышал тяжело, он не ожидал моего появления и узнал со спины, он не спрашивал я ли это, он утверждал.

Раньше я обожала этот взгляд, но это было раньше. Мой друг стал еще выше. На полторы головы выше меня, руки спрятаны в карманах джинс. Модная короткая стрижка. Все те же зеленые глаза, от которых мурашки по телу. Пухлые губы. Со спортом он не расставался, видно по мышцам на натянутой майке. Три года назад я запрыгнула бы на него словно обезьянка, а он рассмеялся бы и унес меня в сторону для бесконечной болтовни. Мы бы делились новостями весело улыбаясь друг другу. Но это было тогда. Мы были друзьями. Теперь мы уже другие. Я точно другая.

– Ничего не хочешь мне сказать? – сурово процедил Романов угрожающе смотря на меня в ожидании ответа, его брови сошлись на переносице…

– Нет, – я покачала головой.

О чем нам с ним говорить? Я исчезла из его жизни по требованию моего отца. Доминик единственный по кому я скучала. Что мне ему сказать? Его жизнь продолжила свое русло, моя ушла в другую сторону.

Романов, не сводя глаз подошел ближе, его запах ворвался в легкие, напоминая о том, что было. Этот запах всегда был со мной. Раньше я всегда знала, когда он приходил ко мне, чувствовала его духи, а он этот надменный гад знал, что я обожаю этот парфюм. Он пах также. Как и раньше. Будто специально напоминал. Этот запах ассоциируется только с ним.

– Есения, мать твою. Три года, – сказал он, нависая надо мной.

– Я знаю Дом, я умею считать.

– Не называй меня так. Никто блядь больше меня так не зовет, – чуть не перейдя на крик говорил Доминик, искрами из глаз готов меня поразить словно молниями.

Мы стояли молча просто смотрели друг на друга. Я поняла, что нам не о чем говорить, я чертовски не хотела рассказывать, как жила эти годы, не хотела, чтобы он меня жалел. Он сразу включит режим долбанного рыцаря или, что страшнее не включит. Если он рассмеется, мне этого не выдержать. Нам не стоит больше общаться.

– Доминик пойдем с нами у нас сюрприз, – за спиной Доминика две девушки модельной внешности уже заждались моего друга. Красотки всегда на него вешаются, ухоженные в мини юбках, что не скрывают почти ничего, а лишь открывают вид на длинные, стройные ноги.

О да, узнаю старого Доминика Романова, девушки вокруг него всегда пачками падали. Наследник папочкиной империи, красавчик, спортсмен смотрит на всех как на мусор, грубит, но при этом притягивает, пользуется и об этом не стесняясь говорит. А они словно на мед летят, каждая думает, что увлечет его. Они его обожают. Хотя и понимают правила его игры, но все же надеются. Лишь на меня он так не смотрел. Раньше не смотрел.

– Тебя уже ждут, – тихо сказала Я.

– Я слышу, проблем со слухом нет. Три года Есения, три года. Могла бы попрощаться и, хотя бы изредка писать. Сказать, что жива, здорова.

– Значит не могла, – стараясь изобразить спокойствие ответила я. Вижу, как он зол, да он прав, но нам не нужно начинать общение снова. Теперь я понимаю, что он должен остаться лишь во снах. Слишком разные мы стали, раньше он не кричал на меня, раньше он защищал меня.

– Надеюсь твой женишок из Англии, не был таким оленем как я и быстро раздвинул твои стройные ножки, – процедил сквозь зубы Доминик.

Доминик говорил грубости, значит был на взводе.

И только сейчас до меня дошел смысл его слов. О, так вот какую легенду для всех подали, что ж буду знать. Я оказывается не просто училась в Англии, я ещё и к жениху уехала. Какой бред, мне было шестнадцать. Доминик идиот, раз поверил в эту ложь, даже не включив свои мозги на секунду. Мне было шестнадцать, отец растил меня словно цветок и не бросил бы в руки какого-то иностранца в шестнадцать лет.

Он злился на меня и имел полное на это право, но вот оскорблять меня он не смел. Не думая больше и секунды, я залепила звонкую пощечину. Вокруг все замерли и с интересом наблюдали за нами. Доминик не шелохнулся, на губах появилась злобная улыбка, нет даже не улыбка насмешка.

Это раньше я была маленькой принцессой, не умеющей ничего в этой жизни в том числе и постоять за себя. Но все изменилось. Школа в деревне стала хорошим учителем.

Романов не шевелился, не говорил, а вокруг тишина не свойственная этому месту.

Дверь в кабинет декана открылась и секретарь Анна, подойдя к нам громко цокая каблучками, позвала меня.

– Абрамова, вот твои документы. Общежитие номер три, комната двести семь. Иди заселяйся, – сказала Анна, сунула мне пакет документов и ушла.

– Увидимся Абрамова, третье общежитие комната двести семь. Добро пожаловать в ад. Зря ты вернулась, – сказал Доминик развернулся и пошел в сторону девушек, ожидавших его, – Я помогу тебе принять решение об окончании учебы как можно скорее. Возвращайся в Англию Абрамова.

Он громко говорил свою пламенную злобную речь, после чего обхватил одну из девушек.

Я шумно вздохнула. Черт этого я и боялась. Почему мне хватило пятнадцати минут чтобы столкнуться с ним. Он запомнил мое общежитие и комнату. Не даст он мне спокойной жизни. За что так отец со мной, ведь знал куда меня отправляет. Нужно рвать все прежние отношения и не общаться с теми, кто был в жизни раньше. Ничего хорошего из этого не выйдет. Я изменилась и сильно, нам больше не по пути. Те фантазии, остались в прошлом.

Доминик обнял своих обожательниц за талию, сначала поцеловав одну, затем другую.

Я забрала свои документы и ушла. Себе твердила, что мне не больно. Но чёртовы сны, которые подбрасывал мой мозг, прочно засели. На улице глубоко вздохнув, я начала успокаиваться.

Мы больше не соседи, ни друзья и не парень, проводящий ночи в спальне девушки, пусть и подруги. От этой мысли стало легче.

Доминик свободен, также, как и я.

А мне нужно строить свою жизнь. Настраивая себя на позитивную волну, я пошла искать общежитие, вот что нужно делать сейчас, устраиваться и пролистнуть прошлое, словно страницу книги.

Глава 3

В комнате разбирала вещи девушка. Шатенка со стрижкой каре. Комната рассчитана на двоих, две кровати, два шкафа и две тумбочки. Окна выходят на солнечную сторону. Ну хоть где-то повезло.

–Привет, я, Катя Ионова, но зови меня Кэт, —лишь бросив взгляд на меня сказала соседка.

– Привет, меня зовут Есения, —представилась я.

– Ого какое имя. Вот умеют же родители имя детям давать, а мои только до Кати додумались.

– Мне нравится твое имя, —сказала я, —Катюша, Катенька очень мило, а Екатерина императрица, как ни крути.

– Это потому, что тебя зовут красиво. Вот прожила бы с этим именем узнала бы. У девочки должно быть редкое цепляющее имя.

Я лишь пожала плечами странная логика. Мне кажется не имя красит человека, а наоборот. Во всяком случае мне так мама всегда говорит.

Комната небольшая, две кровати у окна, две тумбочки и два шкафа. Пожалуй, и все. Я поставила свой чемодан у шкафа, на кровать бросила сумку. Разбирать вещи не хотелось, ноги до сих пор трясутся после встречи с Романовым. Сейчас пять минут полежать, желательно в тишине и я буду в норме. Но соседка не хотела давать, мне такой вольности.

– У тебя есть парень? – спросила Кэт.

Я чуть не засмеялась. Неужели это самое важное. Я же только имя свое сказала. Мы ни подружки, ни знакомые, просто две девушки в одной комнате.

– Нет.

– У меня тоже нет. Но думаю это скоро решится.

Кэт раскладывала свои вещи и мечтательно улыбалась.

– В смысле?

– Я одна быть не собираюсь, подыщу подходящего в скором времени. Поэтому и спрашиваю. Кстати в университете много подходящих парней, хотя бы с баблом, а я в деревню возвращаться не собираюсь поэтому буду искать подходящего с первого дня. Если у меня кто-нибудь с ночевкой будет оставаться, нужно будет, чтобы ты где-то ночевала.

Я закатила глаза, кто, о чем. Парни с баблом, как выразилась моя соседка тут имелись. "Повезло" мне с соседкой ничего не скажешь. Ну почему не миленькая девочка карьеристка, которая всего хочет добиться сама. Ну есть же такие девчонки и наши с ними цели сойдутся, но нет.

Кэт вытащила ультракороткое платье в красных пайетках, бережно поглаживая его и вешая в шкаф. Ну это платье на выход сразу видно, вот в этом ты и собираешься цеплять парней с баблом. Только я выросла с такими парнями и знаю какие они говнюки.

–Кэт давай прямо. Друзей у меня тут нет. Пока нет, поэтому первые пару месяцев я на улице ночевать не собираюсь. А после посмотрим.Может попрошу переселить, меня из комнаты.

Понимаю, что выразилась грубо, но жаркая вечеринка на моей постели, мне не нужна. Да и жить в борделе,то же желанием не горела. Раньше я бы побоялась так грубо сказать, простой милой девушке, но сейчас мне плевать на всех интересны лишь мои цели, да и статус стервы нужно будет поддержать.

Кэт остановилась, перестав разбирать свои вещи и долго смотрела на меня. Она поджала свои ярко-красные губки, слишком большого размера сделанные плохим косметологом, от чего больше напоминали утиный клювик. Нет, я не против, это дело каждого, но выставлять меня в первый же день, это слишком.

– Ладно, —сказала Кэт, —ты можешь тоже найти себе парня и ночевать у него.

– Меня это не интересует я карьеристка, у меня другие цели.

–Повезло так, повезло. Ладно если что найду у кого ты сможешь переночевать.

Разговор слепого с глухим, честное слово. Еще и парня нет, а Кэт уже думает, как от меня избавиться. Зато мы сошлись в одном, что интересы у нас разные и общаться мы не будем. Пару дней и придется идти просить переселить меня.

– А это костюм от Гуччи? Или реплика? – спросила Кэт, подмечаю брендовую вещь.

– Это Гуччи, -спокойно ответила я, понимая, что полежать, мне соседка не даст и проще всего заняться делом, разобрать вещи, сверить расписание и найти обед.

Я встала, раскрыла чемодан, да, да брендовые, как и все. Быстро сложила вещи в шкаф, в комод сложила нижнее белье и косметичку. После разобралась с письменным принадлежностями и блокнотами.

Все мои манипуляции Кэт сканировала своим зорким взглядом.

– Понятно, ты из богатеньких, вот и не ищешь спонсора, а знаешь если бы ты жила в деревне как я, то по-другому думала. Готова вцепиться в любого лишь бы не возвращаться.

Я чуть не рассмеялась. Как раз из деревни. Если бы моя соседка знала, что скрывается за блестящим миром гламура, может тоже по-другому думала. Объяснять, что я была на обеих сторонах я не собиралась. Пусть думает, что хочет. Пускай думает, что я богатенькая стерва.

– А чего в общежитие обычное заселилась? Вроде для богатеньких другое здание. С ремонтом по заказу и плазмой огромной даже в холле.

– Решила жизни хлебануть по полной, —ухмыляясь ответила я, —Хочу так сказать пороху понюхать. Легко же на всем готовеньком, а я на общих началах.

– Я бы в эту дыру ни за что добровольно не поселилась бы.

Меня забавляли ее мысли, а ведь комнаты рассчитаны на большее количество людей, но нас поселили лишь вдвоем. Гораздо комфортнее, но Кэт считает по-другому. С вещами я закончила и теперь мне страшно захотелось есть. Хотелось лапши, домашней или борща. А ещё пирога с грибами шампиньонами, а на ужин Шарлотку с чаем. Хотелось, чего угодно, главное побольше.

Я ушла, оставив Кэт, беседы с ней сводились к бабкам и шмоткам. И особая тема, для разговора, как подцепить "упакованного" парня. Мне надоели часовые рассуждения о том, какая должна быть одежда и как правильно себя вести с парнями. Как отшивать нищебродов и цеплять богатеев.

– Раз ты из богатеньких познакомишь меня с кем-нибудь?

Я закатила глаза.

– Кэт я никого не знаю тут, много лет прожила за границей, —вру я, ну или образно выражаюсь, прожила за границей “гламурного мира”, —Если встречу, то непременно.

Я оставила Кэт одну.

В первую очередь отправилась в библиотеку получать учебные пособия. Раньше я и слова такого "библиотека" не знала, а теперь это мое любимое место.

Вернувшись в комнату, нашла Кэт в компании подруги.

– О знакомься. Это Есения, а это моя новая подруга Света.

– Привет, —здороваюсь я со Светой и подмечаю внешнюю схожесть девушек. Одинаковый макияж, одинаково плохо сделанные губы, реснички опахало и одинаковое закатывание глаз.

– Есения пойдешь с нами в клуб? – спрашивает Кэт.

– Нет, клубы это не мое. Нужно продуктов купить ещё, и кое-что из канцелярских товаров. Ладно я побежала.

Девушки сразу же потеряли ко мне интерес и начали обсуждать одежду в которой пойдут тусить.

Интереса к клубам и вечеринкам у меня никогда особого не было, отец запрещал ходить в такие места. Но мне хватило и вечеринок дома. Громкая музыка, все напьются, а чем больше алкоголя, тем больше люди становятся похожи на животных.

В свое время отец закатывал грандиозные праздники, от которых я старалась спрятаться подальше.

Я ушла в магазин и вернулась с тяжелыми пакетами. У меня появился обалденный навык «экономии», и я могу рассчитать сколько потребуется продуктов на месяц. Лишних трат я не могла себе позволить. А посмотрев сколько учебных пособий придется мне докупать, понимаю, что необходимо найти работу. К родителям обращаться не собираюсь, дом и так требует ремонта. Но большой город большие возможности, я уверена, что смогу найти подработку.

Глава 4

Итак, новая глава моей жизни. Первый день безумно волнительный, как наверное для каждого человека. В ожидании неизвестности и с надеждой на светлое будущее. Стесняюсь страшно входя в аудиторию, куча незнакомых лиц. Сажусь на свободное место с серьезным видом достаю тетрадь, учебники, кругом всешуршат, готовятся, кто-то знакомится, кто-то болтает, настроение в воздухе витает приподнятое.

–Привет, незанято? – слышу голос.

Поворачиваю голову и вижу милую блондинку, видно,что она тоже стесняется немного и ищет с кем можно сесть рядом.

– Привет, свободно присаживайся, —отвечаю я.

Девушкаулыбается, садитсярядом.

– Я Алексис, —представляется она.

Девушка милая, с огромными голубыми глазами и губками бантиком, а глаза словно из мультика.

– Есения, —представляюсь я.

С соседкой мы не разговариваем, она быстро достает избрендовойсумочки свои письменные принадлежности. Вижу,что она тоже немного стесняется в первый день.

В аудиторию влетает Кэт, громко цокая шпильками, окидывает всю аудиторию взглядом словно ищет кого, увидя меня машет рукой, и спешит подойти.

А я ругаюсь про себя. Ну, что ей от меня надо?

– Есения, я думала мы вместе сядем, —надувает, и так передутые, ярко накрашенные губки Кэт. Макияж у нее боевой, точно не подходит к лекции, скорее к походу в клуб.

– Прости не знала, что ты хочешь сесть со мной, —отвечаю я.

Если честно, после ее вчерашнего заявления, мне хочется свести наше общение на нет. У нас нет общих интересов. А ее напористость и нравоучения, мне порядком надоели и вчера.

– Ну а как же еще? После пар идем пить кофе и ты должна меня со всеми познакомить, —настаивает Кэт.

– С кем со всеми? – не понимаю я.

Кэт закатывает глаза.

– Мы договаривались, со всеми из твоего круга. С перспективными и денежными.

Мне безумно стыдно за ее слова, понимаю,что начинаю краснеть. Ну почему мне досталась именно она в соседки.

Я понятия не имею как от нее избавиться. Просто чувствую, что уже и уши покраснели. “Испанский стыд”. Я же ничего конкретного, не обещала. Но видимо Кэт решила по другому.

– Вон там, Марк сидит, третий ряд, —говорит Алексис указывая на парня,что сидит в телефоне и не смотрит на окружающих, —У его родителей сеть ресторанов, пойди познакомься с ним. Он открыт для общения.

– Спасибо, —визжит Кэт, заговорчески подмигивает и улетает в сторону парня, покачивая бедрами все сильнее.

– Твоя подруга? – спрашивает Алексис загадочно улыбаясь.

Я закатываю глаза.Ну какая подруга? Ну с чего она стала моей подругой? Мы познакомились вчера.

– Моя соседка по комнате.

Алексис смотрит на меня удивленно.

– Ты в общаге живешь?

– Да.

– Вот же повезло! А мои не разрешили, говорят: “и так пошли на встречу”. Отец все хотел,мне выгодную партию найти, но я наотрез отказалась. Сначала лишил доступа к картам, а мне все равно и без его денег проживу.

Мне понравилась позиция Алексис, что-то ко мне близкое.

– Но потом отец, подобрел, вернул карты, согласился, с тем, что я хочу сама всего добиться. Но вот в общагу не пустил.

– У меня похожая история, —немного приврала я.

Алексис мне понравилась, она полностью погружена в учебу, четко спланировала каждый шаг и уверенно двигается. После пар Алексис предложила сходить выпить кофе, я конечно согласилась, с грустью понимая, что эта чашечка будет стоить мне обеда. Но ладно, это лучшая кофейня в городе и этот кофе стоит своих денег.

– Ой убери деньги, —отодвинула Алексис мою купюру, —Это сеть кофеен моего отца. Очень люблю своих родителей, но я хочу сама всего добиться. А этим всем пускай Лев занимается.

Алексис подмигнула мне. Оказывается она болтушка, на паре очень тихо сидела, но мне нравится в ее компании, она очень легкая в общении. Без стеснения рассказывает о своей жизни и планах.

– А Лев это? – спрашиваю я.

– О, это заноза в моей заднице и по совместительству мой старший брат. Думаешь отец от меня бы просто отстал? Повезло, что брат с удовольствием хочет заниматься всем этим. У тебя есть кстати братья или сестры?

– Нет. Я единственный ребенок.

Алексис покрутила чашку в руках, резко выдохнула.

– Хочу признаться, я не просто так к тебе подсела, —говорит Алексис и у меня в душе все падает от ее слов, —Я слышала твою соседку, она говорила,что ты весьма обеспеченная, вроде она твою семью в интернете нашла.

– И?

– И. По ее словам тебя, ничего не интересует кроме учебы, а мне как раз нужна подруга, со схожими интересами. Вот я к тебе и подсела. Подумала вместе веселее.

Я выдыхаю. Стыдно за свои мысли.

– Ну почти, —говорю я, —Я не хочу никому ничего доказывать, мне просто нужно хорошее образование и после я пойду работать в обычную школу, возможно даже сельскую. Мне кажется многие ребята достойны качественного образования.

Алексис присвистнула.

– Благородная цель. Мы точно подружимся, —толкает меня в бок локтем Алексис.

Так у меня появилась первая подруга в Вузе. Алексис даже обещала помочь мне с работой. Говорит, что у них в кофейне всегда требуются люди, она кстати решила со мной брать вместе смены. И на удивление ее отец даже обрадовался.

Про свои проблемы я даже как-то перестала думать, как и о Доме. Ну если только чуточку, когда улавливала в холле запах его парфюма. Но после первой недели обучения, я поняла, что справлюсь. Свои чувства к нему я переборю. Мы сталкивались несколько раз, но даже не здоровались. Немного больно, что наши жизни так разошлись, но так правильно. Стоит забыть о нем. Он обо мне уж точно не вспоминает. Время все расставит на свои места, а боль в сердце затянется.

Глава 5

Доминик Романов.

Она здесь. Это просто шок. Неделя как идут занятия, семь дней как я ее вижу, и все не верю, что это она. Долбанные семь дней.

Я привык к тому, что она пропала, что ушла не прощаясь. Маленькая богатенькая сучка. Стерва, как и все остальные. Отец сказал, что для Есении нашли выгодную партию и она с радостью укатила в Англию. Такое часто происходит, никого не удивить. Помню, как разозлился, когда узнал об этом. А она даже не попрощалась со мной, просто вычеркнула меня из своей жизни. Но какого черта она вернулась. По первой старался найти ее контакты, поговорить хотел с ней, но все разводили руками, говорили, что она уехала и ни с кем не общается. Старался в Англии напрячь знакомых. После Витя, начальник охраны отца, мне все объяснил. Есения долго держала меня во френд-зоне, зная, что у нее есть жених. Она просто весело проводила время с влюбленным лопухом, а пришло время, и она свинтила, не сказав даже «Прощай». Богатенькая стерва, использующая людей, как и все мы. Но я не думал, что со мной она поступит также.

А теперь она стоит передо мной и нагло смотрит на меня не желая разговаривать. Кольца на пальце я кстати не заметил, фамилия у нее та же.

А она выросла за эти три года. Точнее повзрослела. Внешне всё та же мелочь. Как была мелкой, так и осталась.Худая блин. А руки помнят ее стройное тело, что я всегда, якобы случайно трогал. Как бы не специально задевал.

Сейчас пришлось убрать руки в карманы. Хотелось схватить и душу вытрясти.

Все те же длинные прямые волосы черного цвета, что помню, как раскиданы на подушке, все те же карие глаза, что темнели временами и все те же губы, что требовали их целовать. Когда-то мы были друзьями, совместные ночевки, все лето у бассейна вместе. Правда мне все тяжелее это давалось. Всё сложнее было смотреть на нее по утрам, когда она ещё спала, сложнее видеть ее улыбку. Все тяжелее держать себя в руках, когда она была рядом. Но она ещё мелкая была, я ждал, когда подрастет. Моя подружка, которую я обнимал на ночевках, но думал о другом. О большем, но я долбанный рыцарь ждал, какого-то черта.

Вот Доминик радуйся она выросла, смеялся я сам над собой. Вот она, ты же искал эту стерву. Только мне больше не интересна. Не нужна она мне, это ванильное дерьмо я забыл, никаких радужных пузырей. В день встречи назло ей на глазах у всех поцеловал Инну и как там ее подругу, я уже не помню. Девчонки восприняли все слишком серьезно. Я не терплю поцелуев, и они это знают, а тут подумали меня их предложение так зацепило. Теперь каждый вечер я имел не смолкающий телефон с предложениями повторить втроем. А Есения просто ушла.

Бесит меня один ее вид. Вырядилась и задницей крутит, мать ее круглой, упругой задницей.

Я стоял в холле и смотрел как она прошла мимо меня. Стуча каблуками по полу, как специально стерва пролетела на них. Чистая ведьма. Крутит мной как хочет. Ни разу ей ни в чем не отказал. Ей стоило лишь попросить, и я бежал, выполнял.

– Вау, смотри какая задница, —сказал Гарик, мой нынешний друг с которым мы вместе тусим последние два года.

– Ну так подкати если так нравится, —рыкнул я сразу же пожалел о сказанном.

Какого черта я ее кому-то предлагаю. Дом, тебе плевать на нее, напомнил я себе. Чертова ведьма. Рядом с ней все кувырком.

– Что с тобой? – изучающе посмотрел на меня Гарик.

– Ничего, —рычу я.

Гар бесит своим вниманием и желанием докопаться. Друг смотрел на мою бурную реакцию и наконец-то до него дошло. Я перестал испытывать эмоции очень давно, ни одна девушка, не могла вызвать ни единую. Как-то на вечеринке закончив со мной девушка ушла к нему и мне было плевать. А со вчерашнего вечера, я бешусь и срываюсь. Просто комок нервов.

– Это она? Это про нее все говорят? Та самая которая залепила по морде Романову?

Я глубоко вздохнул, облокотившись о стену, взглядом провожая Абрамову которая стуча каблучками скакала по лестнице. Хорошее настроение у неё сегодня. Задницей крутит для всех. Надела эти джинсы, что сейчас треснут. Белая блузка с расстегнутыми пуговицами, я бы застегнул ее по самое горло. Чем думает ее отец? Неужели Роман Абрамов выдал ее замуж и слился? Что на хрен происходит? Пытался узнать у знакомых, все молчат об Абрамове вообще стараются не говорить.

– Доминик, —заговорчески сказал Гарик сам отвечая на свой вопрос, —А что ты сказал ей? Или чего руки распускал?Мордаха как? Или вы уже успели по трахаться и она мозг выносит?

–Гар отвали, —устало отвечаю другу.

– Ну скажи, может и не стоит к ней подкатывать, я выносящее мозг тело не сильно люблю. Хотя если в постели ничего…

Договорить друг не успел, схватив его за воротник я развернул друга спиной к стене, приподнял его перекрывая кислород. Он знал, на что я способен.

– Дом, —задыхаясь, пытался сказать Гар похлопав меня ладонью по плечу, давая знак, что задыхается и его стоит отпустить.

Не знаю, что накатило на меня. Хотя знаю эта стерва в узких джинсах единственная кто меня так называл.

– Послушай, сюда. Нет я с ней не трахался. Нет я к ней не подкатывал. Это просто моя бывшая соседка. Хочешь к ней подкатить вперёд, но мне рассказывать подробности не стоит. Просто оставь меня в покое. И последнее никогда не называй меня Дом. Понял?

Я отпустил Гара. Друг, откашливаясь, свернулся пополам.Гарне злился, мы многое пережили за эти два года. Но сорвался я так впервые. Гарик отдышался долго, смотрел на меня исподлобья.

– Это она? Та которую ты ждал чтоб подросла, а она с испанцем свалила? – немного отстранившись спросил друг.

Видимо не обижался на мой выпал, а меня бесило все, его вопросы, задница Есении на которую пялился мой друг, меня бесило все и вся вокруг. Она сломала мой ледник, который я так долго строил. Всегда холодно внутри, плевать на всех, а сейчас бесит все и вся. Я закатил глаза, вот же я идиот.

– Англичанин, —поправил я друга.

Сам себя ругал за то, что как-то после вечеринки рассказал ему о Есении, нет имени я не называл и в подробности не особо вдавался, но и то что успел выболтать было лишним. Слишком перебрал в тот раз и рассказал, как ждал ее взросления. Слишком «ванильно» о ней я говорил и Гар легко догадался.

– Что делать будешь? – не обижаясь на мою выходку спросил Гар.

– Устрою немного адской жизни.

– Могу развести ее на голые фото, потом по универу расклеим, —предложил друг.

А во мне опять включился рефлекс ее защитника. Ненавижу ее за это. Захотелось врезать Гару за такое предложение. Вот уж чего не хочу, так это чтобы кто-то видел Есению в стиле НЮ. Сам себя ругаю, она предательница, и мне защищать ее больше не нужно. Ведьма.

Если Гар к ней полезет точно не сдержусь. Я хочу, чтобы Есения улетучилась, но не хочу, чтобы Гар с ней что-то сделал.

– Я придумаю, что-нибудь сам.

Абрамова провела спокойные дни нужно было это менять. Девочке пора понять, что она не в рай попала.

Учеба улетела на дно, никак не мог сосредоточиться.

Несколько раз сталкивался с ней в общем холле и Есения отводила взгляд, делая вид, что мы не знакомы. Сучка. Доводила меня так что руки тряслись. Как меня угораздило так вляпаться.

Правда у меня возникло несколько вопросов. Кольца на пальце нет. Но ее отец никогда не отпустил бы дочь жить в обычной общаге. Есения в магазин ходила с охраной, а ко мне сбегала по ночам. Даже правильнее сказать, что я к ней приходил. Абрамов берег дочь, это его сокровище, его принцесса, но вот она живёт хрен пойми, где и хрен пойми с кем.

Какого хрена происходит? Стоит и губеху нижнюю прикусывает. Я бы эти губки по-другому использовал.

Желание схватить ее за волосы и вытащить отсюда все крепчало, потом в машину посадить и вывезти подальше. Чувствую себя маньяком. Долбанным маньяком. Неделю на нервах, неделю ищу ее глазами и как вижу задушить хочу.

– Доминик, —шепнула мне на ухо блондинка, одна из первокурсниц, что только поступила в университет, —Мне тут птичка на хвосте принесла, что ты можешь развеять скуку.

Девушка поджала губы, а я смотрю не на нее, а на Есению,стоит общается со студенткой видимо однокурсницей и так занята этим разговором. Что-то показывает, стерва, в учебнике. Но я-то знаю её стервозную натуру.

– Что предлагаешь? – спрашиваю я.

– Все что ты сможешь дать, —шепчет блондинка.

Я закатил глаза, мы оба знаем, что я могу предложить и чего ты хочешь блондиночка. Все знают, как я провожу время.

– Забыться, оторваться,по трахаться, —говорю я, —Но не большее.

– Идёт. Меня кстати зовут…

– Не надо. Все равно не запомню, зачем нам сложности киса?

Я оборвал блондинку, говорил с ней как с тряпкой,может откажет мне. Ну давай покажи, что ты не такая.

– Идёт, красавчик, —пожала она плечами соглашаясь на мои условия ,– На машине прокатишь?

– И не только на ней, —ответил я, указывая на район моего паха.

Девчонка облизнула губы, ее устраивал такой расклад вещей.

Приобнял блондинку за талию и повел к выходу. Планы просто грандиозные куда угодно лишь бы от богатенькой сучки подальше.

Глава 6

Есения.

Ко всему можно привыкнуть. Ну или почти ко всему. К жизни без денег, к переменам в жизни, к требовательным профессорам, но блин Кэт меня выводила. Словно мне выбрали максимально не подходящую соседку, которой откровенно плевать на мои потребности.

– Кэт, ты уже час в ванной, —стучала я в закрытую дверь в надежде достучаться к ее совести, но абсолютно тщетно.

– Выхожу, —крикнула Кэт, уже в третий раз.

Крикнула и просидела в ванной ещё пол часа. Я всегда встаю раньше нее, но сегодня просто проспала и вот результат. Вчера засиделась за учебником, заснула с ним в обнимку.

– Блин я опаздываю, —я успела лишь умыться и почистить зубы.

Натянула джинсы, белую рубашку, волосы скрутила в тугой пучок и зафиксировала карандашом, искать заколку не было времени.

– Ты так пойдешь? – спросила Кэт, закатывая глаза и недовольно поджимая губы, насколько это позволял гель.

– Да, а что?

– Ничего. Так ты себе никого не подцепишь, —сказала Кэт.

– В следующий раз раньше выходи. Может и у меня будет время на прическу.

Кэт закатила глаза опять.

– Ой, ой. Простите, что слежу за собой.

Кэт при полном макияже, прическа, мини-юбка обтягивала стройные бедра, а майка открывала вид на молодую грудь. Высокая шпилька босоножек. Девочка конфетка.

С Кэт мы встречались редко, она каждый день старалась куда-то свинтить, я занималась зубрежкой.

Взяв с собой кучу тетрадок и учебники, я убежала на пары боясь опоздать.

– Привет, Алексис, —сказала Я влетая в аудиторию и садясь с девушкой помешанной на учебе, как ия.

– Привет, готова? – спросила Алексис.

– Как всегда.

В первый же учебный день с Алексис мы сели вместе. Алексис безумно скромная девушка, у ее родителей сеть кофеен, но она хотела чего-то добиться сама.

Лишь спустя пару дней она мне призналась, что на самом деле “пинком” для достижения целей была влюбленность. Все мы такие девочки с марципановыми сердцами, влюбленность Алексис была огромной тайной. Уже два года, как она сходила с ума от партнера по бизнесу своего отца. Кстати парню всего двадцать пять лет, но он даже не замечал Алексис. Лишь вежливо кивал головой при встрече и уходил в свой кабинет.

Но однажды она подслушала разговор отца с матерью и они обсуждали Марика, который уважает только тех женщин, что сами чего-то добились. С этого момента Алексис забыла обо всем на свете, о шопинге, салонах красоты и погрузилась в изучение науки. И что-то мне подсказывает, что с таким напором Марик не справится. У него есть всего пару лет передышки, пока Алексис не начала добиваться своего.

О моей ситуации Вы уже в курсе. Точно не стремлюсь к большим деньгам, но стабильность нужна.

Хочу сама всего добиться, а главное найти гармонию между заработком и гармонией в жизни.

Я в свою очередь призналась Алексис о реальном положении своих дел. Так сказать откровенность, за откровенность. И к моему счастью, Алексис ни разу не посмотрела на меня другим взглядом, ни разу не старалась избежать меня.

Пара пролетела незаметно. Мы с Алексис словно заучки постоянно тянем руки и общаемся с профессором.

После окончания набрала себе холодной воды из кулера в стаканчик.

Выходя из аудитории я не смотрела вперёд постоянно отвлекаясь на разговор с Алексис и наткнулась на какую-то гору остановившую меня. Ледяная вода обожгла кожу. Рубашка моментально пропиталась влагой.

– Да блин, —закричала я, смотря на свою промокшую рубашку.

– Плохой день Абрамова?– послышался голос Доминика.

Я поднимаю взгляд и вижу его чертовы, зеленые глаза, в которых бесята скачут.

По довольному лицу видно, что он это сделал специально, ледяная вода из бумажного стаканчика, вылитая мне на рубашку, как же это остроумно. Вроде вырасти должен был, но нет. А я так радовалась, что практически не встречаюсь с ним.

–Дебил-переросток, —выпалила я.

– Остынь, —улыбаясь сказал Доминик показывая на стаканчик и предлагая добавки.

Толпа вокруг нас с интересом наблюдает. Кто же это посмел осадить Доминика, САМОГО Доминика. Обычно за ним же хвостиком бегают. В рот заглядывают.

– О смотри у нее сиськи видно. Доминик и соски торчат, походу тебя кто-то хочет, —раздался голос в толпе и после этой шутки все кругом загоготали.

И вот, я должна покраснеть, заплакать и может даже убежать. Так я и поступила бы раньше. Но в школе бывали ситуации и похуже, особенно по началу.

Во мне закипает гнев, хочу настучать этому придурку по его дурной голове, и его другу заодно.

И тут я замечаю, Доминик бросил взгляд на мою грудь, короткий, мимолетный, но бросил и сглотнул. Вижу как сжались его губы, как потемнели глаза.

И тут я без слов понимаю, о чем он думает.

О, мой бывший друг, смотрю тебе нравится, то что ты увидел. Белая ткань прилипла полностью открывая вид на тонкий кружевной лифчик. Да именно сегодня я надела белье безпушапа. Соски отчетливо торчали реагируя на холод, а не на этого переростка. Доминик делает странное движение расправляет спину, делает шаг ближе и прикрывает меня собой. Ух у кого-то работает инстинкт защитника. Что такое мой бывший друг, с рефлексами не поспоришь?

– Тебя как зовут? – спросила я у парня, что пальцем на меня показывал. Доминик так и стоит, прикрывая меня от лишних взглядов, а сам не двигается, смотрит мне в глаза, челюсть сжимается все сильнее. Я выглядываю из-за его спины.

– Гарик, —отозвался парень.

– Гарик это грудь, раз тебе так смешно вывод один что ты грудь до моей ещё не видел. Рада быть у тебя первой! – сказала я.

Толпа подхватила шутку и вот теперь уже смотреть смеялась над парнем.

Алексис достала джинсовую рубашку и протянула мне. Я прикрыла прилипающую белую рубашку, толкнула Дома в бок, чтобы он отодвинулся и гордо вскинув голову ушла в туалет. Ну погоди ещё у меня.

В туалете я просушила рубашку минут пять стоя у сушилки для рук. Про себя поливаю Романова самыми грязными ругательствами. Идиот, ничего получше не смог придумать, водой облил. Руки и ноги трясутся от злости.

– Ты такая смелая. Я бы убежала, может и документы из университета забрала бы, —говорит Алексис.

Тоже мне нашла смелую, это я только с виду такая. У самой все перевернулось внутри, когда все смеялись. Хоть и не подаешь виду, а внутри все замирает словно и стыд берет верх. Как сдержалась не знаю. Хотя знаю, взгляд Дома разозлил.

– Они не стоят этого. И запомни если тебя не могут задеть, то и задевать смысла нет. Стерпится. Еще один два выпада и отстанут. Им просто станет скучно.

В этом я кстати уверена. Уже проходили такое в школе. По началу бесилась когда впервые на меня вылили банку краски, когда нашла свой рюкзак полный столовской пюрешки, и таких случаев было много, а потом подралась. Дралась я часто. И тогда моя учительница предложила плевать на колкости от одноклассников, они и успокоились. Это помогло. К концу первого учебного года у меня даже друзья появились.

И вот мы снова проходим боевое крещение от придурка переростка Доминика. Наверное, несколько дней планировал свой великий план, странно, что сосуды на лице не полопались от выдумки столь грандиозного выпада.

Глава 7

Есения

Следующая неделя прошла как на американских горках. Я занята учебой и при этом каждая наша встреча с Домиником заканчивалась неприятно. Видимо облить меня водой было лишь началом. Курьеры через день ломились в аудиторию с громким бодрым оповещением, что для Абрамовой и громко говорили, что именно они принесли. На этой неделе мне принесли тампоны икс икс эль, мазь от геморроя и шампунь от вшей. Хотелось убить Доминика, но я понимаю, что он именно этого и добивается. Ведет себя, как конченный придурок. Стоит отметить, что я стала, слишком часто ругаться и только на него, моего мучителя.

– Романов придурок, —шепчу себе под нос.

– Есения, —шепчет Алексис, —Чего он так взъелся на тебя?

– Дурак он, качается много мышцы растут на мозг и давят, —отмахнулась я.

Ну а кто еще будет заниматься в таком возрасте детскими шалостями?

– Просто должна быть причина. Он твой бывший?

Понимаю к чему ведет Алексис и качаю головой. Он точно не мой бывший, но частично она права. Все-таки отношения у нас были.

– Сосед. Он жил в доме рядом с нашим. На этом все. Иногда праздники и выходные проводили вместе. Но поверь ничего у нас не было.

Алексис пожала плечами.

– Тогда он точно дурак. Может он влюбился в тебя? Страдает парень, старается. Поговори с ним.

Я закатила глаза.

–Алексис прекрати. Он железный робот, с идиотским чувством юмора и знанием собственной вседозволенности, вот и все. И поверь нам с ним не по пути.

Я отмахиваюсь, о наших с Романовым отношениях в прошлом я умолчала, да и рассказывать особо нечего.

– Кстати, тут один парень о тебе интересовался, —затянула Алексис.

– Мне это не интересно, —отвечаю я.

– Вот и зря, он спортсмен, самбист, может твой глупый сосед увидит, что ты с кем-то встречаешься и отстанет. Ну или может ему навалять, как следует.

– О, это точно не мой вариант. Романов тоже самбист. Сразу отпадает этот вариант, —отказываюсь я, —У меня на самбистов и вообще спортсменов аллергия, только шахматисты.

Алексис смеется, толкает локтем меня в бок.

– У вас точно, что-то было. Кстати сегодня наша первая смена. Отец безумно рад, что я проявила интерес к его работе.

– Отлично.

Я радовалась возможности отвлечься и немного подзаработать.

После пар мы с Алексис ушли на подработку, хоть тут меня Романов не достанет.

В кофейне было шумно, нам выдали фартуки с логотипом кофейни, на бейдже красовалось имя: “Стажер Светлана”,у Алексис: “Стажер Татьяна”. Мы долго смеялись над нашими новыми именами. Но мне понравилось, Светлана, так Светлана. Администратор Елена долго рассказывала, как правильно обслуживать клиентов, ничего сложного, но она глаз не сводила с каждого нашего движения. Если что ей не нравилось, Елена тут же хмуро смотрела на нас, делала замечание и тут же писала кому-то.

– Татьяна, —грозно позвала Алексис Елена, —Ты считаешь нормально, что у тебя тут такой свинарник?

Алексис только, что отдала несколько заказов и не сразу поняла, что сделала не так, а я заметила, что к ней сильно цепляется администратор. Слишком сильно, другим ребятам столько внимания она не уделяет.

– А что не так? – Алексис тоже за словом в карман не полезла.

– Да вот посмотри, —Елена указывала на кофе машину на которой было несколько едва заметных капель кофе.

– Сейчас уберу, —процедила Алексис сквозь зубы.

– Сейчас уберу, —передразнила Елена, —Сейчас Марату Сергеевичу напишу, как именно ты сразу убираешь.

Елена ушла звонить, громко, чтобы мы слышали и в красках рассказывала тайной любви Алексис о том, что девчонка криворукая, ленивая, еще и ругается, пререкается и не уважает её. Не знаю, что ответил Елене Марат Сергеевич (или Марик как называла его Алексис), но вернулась, она еще более злая, чем уходила.

– Чего она на тебя взъелась? – спрашиваю у Алексис.

– Да она перед Мариком важность свою показывает, а он не обращает внимания, вот и злится. Мать с отцом говорили, что у него железное правило, не спать с тем, с кем работаешь.

Я старалась не замечать Елену, а просто выполняла работу, ко мне у нее и меньше претензий было. Что кстати странно, учитывая, что мы обе стажерки.

К вечеру ноги безумно гудели, мы с Алексис продолжали улыбаться и выполнять свою работу. Мы решили остаться до двенадцати, так сказать на дополнительную почасовую оплату, тем более она считалась с повышенным коэффициентом.

Ближе к одиннадцати в кофейню вошел высокий парень, темноволосый, с недлинной и ухоженной бородкой, темноглазый, симпатичный, даже не так, модельной внешности, с обложки сошел. Смотрю на него пристально.

Алексис в этот момент умудрилась уронить чашку кофе, за что и получила осудительный взгляд от Елены. Она замолчала, перестала улыбаться и стала похожа на ежика, который старается спрятаться за своими колючками.

А я сразу понимаю, что это и есть Марик, отвести взгляда от него не могу. И нет не потому, что он, красив, я вижу, как он смотрит на Алексис. В его взгляде восторг, сменился злобой, а после в тот момент, когда Алексис уронила кружку, тревога, после он взял себя в руки взгляд стал ледяным и молча он ушел. За ним тут же побежала Елена, стараясь догнать руководителя, по дороге объясняя, какая Алексис обуза.

– Это и есть он? – тихо спросила я, помогая собирать осколки.

Алексис лишь кивнула.

– И теперь он считает, что я криворукая, —вздохнула Алексис, —И так при каждой встрече. Еще и Ленка на меня наговаривает.

В глазах Алексис стоят слезы.

–Сходи, умойся и вернись, той же веселой девчонкой с которой я знакома. Я прикрою.

Алексис ушла в уборную, быстро убрала осколки, протерла полы начисто. Только закончила в зал пришли новые гости. Я бегаю от кофе машины, к кофе машине, обслуживаю гостей, а Алексис не торопится. Она пришла лишь минут через пятнадцать, по глазам вижу, что плакала.

– Я пойду домой, —грустно говорит подруга.

– Почему? Осталось сорок пять минут работы.

– Я подслушала их разговор. Он меня ненавидит и видеть не хочет здесь, —срывающимся голосом говорит Алексис.

– Никуда ты не пойдешь, мы доработаем, не ударим в грязь лицом и пойдем поговорим по дороге. Мне есть, что тебе сказать.

Алексис кивнула, вижу, что ей не хочется работать, но надев дежурную улыбку она продолжила работать. Через сорок пять минут мы закончили, передав смену другим ребятам.Стоим переодеваемся в раздевалке, вошла Елена с явной неприязнью посмотрела на Алексис.

– Если бы не Марат Сергеевич, я бы не посмотрела, что ты дочь хозяина и выгнала тебя раньше. Да и оплачивать, тебе и твоей криворукой подруге не стала бы. Но он сказал перевести деньги, так что диктуйте номера карты.

Вижу лицо Алексис, она еле держится, диктует номер карты. Елена переводит нам обеим на одну карту объясняя, что ей некогда с обеими разбираться и уходит.

Мы собираем свои вещи и уходим. Алексис идет впереди, плечи поникшие, я иду по полу темному коридору за ней к запасному выходу. В этот момент из своего кабинета выходит Марат Сергеевич, и я снова вижу этот взгляд. Сжимает руки в кулаки, челюсть поджимает. Алексис даже не заметила, прошла мимо.

– До свидания, —говорю я, кивая начальству.

– До следующей смены, —отвечает Марат Сергеевич, хмуря брови.

Алексис, услышав его голос старается повернуться, но я быстро хватаю ее и толкаю на выход.

– На выход, —шепчу ей на ухо.

Мы отходим подальше.

– Так теперь рассказывай, что ты слышала? – спрашиваю я.

Глаза Алексис снова становятся полными слез.

– Он орал на Ленку, за то, что я осталась на смене, а его не предупредили.Она начала говорить, что я криворукая, а он сказал, чтобы она тогда меня уволила. И сама моему отцу позвонила. А ему из-за таких мелочей как стажерки, не звонила и не писала.

Алексис начинает рыдать, я обнимаю ее и глажу по спине.

– А хочешь, расскажу, что увидела я?

– Что? – рыдая выдавливает из себя Алексис.

– Я увидела, мужчину, который тобой заинтересован, но почему-то старается показаться холодным. Который не хочет слушать про тебя плохое, поэтому и сказал, чтобы она звонила твоему отцу. Может он почему-то и не хотел с тобой встречаться, но не потому, что ненавидит тебя. А в конце он сказал: “до следующей смены”.

Алексис перестает рыдать смотрит на меня с недоверием.

– Ты правда так думаешь? А если ты неправа?

– А если я неправа, то не ты должна отказываться от своего плана. Учись, работай, добивайся своего и либо он тебя заметит и сделает шаг, либо упустит и будет жалеть.

Я вытираю слезы с заплаканного лица Алексис.

– Я кстати в общагу перебираюсь. Отец согласился, —говорит Алексис.

– Ну вот и отлично. Будем учиться вместе и работать. И твой Марик не устоит. Я видела его взгляд.

– И еще кое-что я тоже не слепая и видела, как ты с тем парнем переглядывалась, —говорит подруга.

Я прыскаю от смеха.

– О, нет. Это совершенно другое. Все моя дорогая, мне пора в общагу, иначе не пустят.

Глава 8

Есения.

Романов сидел за партой позади меня. Какого черта он вообще делает на нашей паре? Что за моду взял, вечно сталкиваться со мной. Я надеялась, что мой игнор, быстро остудит его. Но Романов все ещё продолжает крутиться рядом. Вот на нашу пару припёрся, и главное преподаватель его видел, но ничего не сказал, словно не хочет с ним связываться. Романов сидит с Виолеттой за партой, блондинка с моего курса, она смотрит на него как голодный на котлету. Глазами она уже переспала с Домиником возможно даже пару раз.

Алексис сегодня приболела и не пришла на пары, с ней мне было бы проще.

– Абрамова, не хочешь компанию составить? – слышу ленивый голос Доминика.

– Романов, катись к черту, —шиплю я на него.

Сложно с ним рядом находиться. Сложно слышать всю пару как Виолетта хихикает. И уж слишком громко он приглашал ее провести выходные вместе, в СПА отеле.

Слишком громко они обсуждают интимную сторону вопроса, позы, предпочтения в постели. Фу, мерзость какая и все это обсуждалось так буднично.

Сижу злюсь. Понимаю, что не должна. Какое мне вообще дело, до его досуга. Пускай хоть с каждой в этом ВУЗе переспит. Мне плевать. У меня учеба и работа. Учеба и работа. Напоминаю себе в тысячный раз.

Сконцентрироваться не получалось всю пару слушала, этих голубков, чуть не стошнило. И совсем не радужными конфетками. Профессор впервые делал замечание моей растерянности. Я не смогла ответить на такие простые вопросы. Стараюсь сосредоточиться на лекции и тут слышу этот идиотский смех Виолетты.

Наконец-то пара закончена и хочу сбежать как можно дальше. Начинаю собирать свои тетради и ручки и замечаю, рюкзак пропал. Висел на спинке стула, а теперь нигде нет. И главное ни у кого в руках не видела. Сердце колотится, не предвещая ничего хорошего, я догадываюсь, кто его забрал.

Я выхожу из аудитории. Вот только этого не хватало потерять учебники. Я просто не потяну финансово, купить новые. Не на что.

– Абрамова, меняю. – громко сказал Романов привлекая внимание.

Доминик стоял у открытого окна, высунув руку, в которой и держал мой белоснежный рюкзак.

– Романов тебе сколько лет? – спросила я медленно подходя к нему, —Три? Четыре? Ты считаешь это смешным?

Доминик лишь улыбался своей мерзкой улыбочкой. Смешно ему. Сводит с ума меня. Играет в "кошки мышки". Аромат его парфюма сводит с ума. У меня учеба и работа напоминаю себе, а на дебила переростка мне плевать, мы из разных миров.

– А теперь будь лапочкой, отдай мне рюкзак, —ласково сказала я, хлопая ресничками, когда-то это работало.

Да мне нравилось с ним играть, черт возьми нравилось. Жаль, что это все в прошлом. Такой мальчик пропадает, жаль, что пока у нас было время мы им не пользовались. Лишь друзья. Сейчас лишь враги.

– Абрамова, а ты на коленки встань и миньет забахай. Я и подумаю, —тихо сказал Романов.

Я закипела. Вот хамло. Наглости-то сколько. Ага размечтался. Все равно он не бросит рюкзак. Так подразнит немного и вернёт. Его шутки надо мной напрягают и доставляют неудобства. Его тон разговора, все чаще бесит.

– Рюкзак не так и дорог, —соврала я. Пришлось все лето в теплице работать, чтобы его купить, но Романову об этом не стоит знать, —Проще свинью поцеловать.Ах, нет, барана.

– Окей, —сказал Доминик и разжал руку.

Время словно замерло. Рюкзак падал вниз, три месяца моей больной спины летели с третьего этажа и приземлились на бетон. Звон, вздохи. Три месяца в теплице. Три месяца работы в земле. И лишь шлепок о землю и смех вокруг.

– Мудак, —прошипела я, залепив громкую пощечину, не думала, что так выражаться буду.

Слезы накатывали, но Романов не должен был их увидеть. Денег на учебники у меня нет, по этой причине пришлось под кучу взглядов идти за своим рюкзаком. Самое обидное, что все смотрят. Все просто смотрят, многие смеются. Позорище, я позорище. А он просто стоит и смотрит. Когда-то я, наверное, была такой же. Правильно мне в школе темную устраивали.

Поверить не могу, что он бросил. Раньше он так не поступил бы.

Белый рюкзак полностью испорчен, грязь отстирать можно, а вот бордовые пятна уже нет. В рюкзаке лежала стеклянная бутылочка с гранатовым соком и конечно же она разбилась.

– Чертов козел, —ругалась я доставая из рюкзака тетради и учебники, —Ай.

Я вскрикнула от режущей боли и отдернула руку.

Сверху послышался смех, друзья Доминика громко комментировали мои действия. Вот теперь я готова была расплакаться. Рюкзак испорчен, я посмешище, ещё и ладонь разрезала. Ненавижу его. Ненавижу. Стоит придумать такой же план, против него. Опозорить недоумка как следует. Обязательно займусь этим. Все Доминик теперь мы официально враги, я слишком долго терпела, надеялась, что ты успокоишься и теперь дам отпор.

Я поднялась в университет и пошла на пары, он ждал что я убегу, но я не предоставлю ему такого удовольствия.

Прижимая тетради с учебником к груди, я прошла мимо Доминика.

– Абрамова сумку не запачкала? – смеясь спросил мой враг.

Послышался хохот. Я выбросила рюкзак в большое пластиковое мусорное ведро с высоко поднятой головой, хотя делала это лишь на эмоциях. Подняла руку и выставила средний палец, теплая кровь прилично окрасила руку. Заливать пол кровью не хотелось, пришлось идти в туалет. Хоть салфетками бумажными перемотать руку.

– Романов включай уже голову. Твои мелкие пакости меня не задевают. Думай это сексуально! – громко сказала я, проходя мимо толпы, – Но, это не твой талант, вот рюкзак бросить это конечно сильно. На другое мозгов не хватит. Ах, да, у птички колибри мозга больше.

Глава 9

Доминик.

Мелкая стерва бесила. Хрен его знает, зачем я выбросил ее рюкзак. Всю неделю доставал ее, а она не реагирует никак. Вообще не понимаю, что со мной творится, бешеный стал. Смотрю на нее и бешусь. Вечерами легче, забываюсь развлекаясь по клубам. Отец уже навтыкать успел мне, за мои гулянки. На пары хожу исправно, но вот вечерами не могу, словно бесы вселяются в меня. Да и на парах сложно как вижу эту дрянь, ничего не могу поделать с собой.

Сегодня приперся к ней на пару,сидел и смотрел на ее спину. Вроде с девчонкой какой-то болтал планы на выходные строили, но смотрел на ее тонкую шею. Она никак не реагировала. Волосы длинные закрутила на макушке, карандашиком зафиксировала. Видел, когда она вошла и ее тонкий лифчик под рубашкой. У стервы пунктик, она не носит пушап. Видел, что слышит наши разговоры, как ерзает на стуле. Правда мне хотелось, чтобы она на моих коленках так поерзала. Совсем с катушек летел, рюкзак стащил, при всех унизить решил. И вроде доволен был этой выходке…

Но когда увидел на ее руке кровь, сам на себя разозлился. Блин это из-за меня. Ее бы наказать, да посильнее. Надменно вскинула голову, стерва прошла мимо. Вроде я над ней издеваюсь, а смысла нет, она не реагирует никак. Стальная стала, несгибаемая. А ещё, блядь я ее хочу. Всегда хотел, но сейчас просто голову сносит. Стоит как каменный каждый раз, когда она мимо проплывает. Стоит ее задницу увидеть встает, четко вижу, когда она в лифчике кружевном. Долбанный извращенец. И в сексе проблем нет, а все не то. Хочу эту дрянь. Вот зачем она мне сдалась?

– Доминик не хочешь минет? – сказала рыжая девушка подходя ко мне.

– Давай.

Ты ж моя умница, как вовремя. Даже не помню её имени.Рыжулей просто зову, а ей нравится, хорошая девчонка. Я приобнял ее за талию и притянул к себе. Тонкая ручка скользнула к ширинке, сжала меня и рыжуля довольно улыбнулась, думая что это реакция на ее предложение. Да и ладно больше стараться станет.

– В туалет? – шепнула рыжуля.

Я пошел за ней следом, нужна срочная разгрузка.Рыжуля затянула меня в женский туалет.

– Пошли в кабинку, —радостно гоготала рыжая.

Возле раковины стояла Есения. Рыжуля радостно говорила, что-то пошлое. А лицо Есеньки впервые сменилось, не той студентки, что не реагирует на меня, а моей Есеньки, которую я помню. Больше не было надменного взгляда, гордо вскинутого носика, на момент даже плечи опали словно ее ударили.

Есения молча намотала салфетки на руку, которые тут же пропитались красной кровью, схватила свои учебники и вылетела из туалета.

– У нас пять минут удовлетворить тебя, —сказала рыжуля.

А мне больше и не надо, милая, подумал я про себя. Я уже удовлетворен, теперь я знаю как достать Абрамову. Мы с ней мало того, что из одного теста, мы с ней точно не друзья. Друзья не ревнуют. А в ее глазах ревность, как и в моих.

Рыжуля делает свое дело. Умело скользит по стволу, и я быстро, бурно кончаю.

– Понравилось? – спрашивает рыжуля и я злюсь, услышав ее голос.

Понимаю, что представлял другую на ее месте. Пока рыжуля старалась я закрыл глаза и все это время видел лицо Есеньки. Ненавижу ее за это, как смела эта ведьма так укорениться в моем мозгу.

– Да все отлично, —пробурчал я.

Больше не говорю с рыжей молча выхожу из туалета. Вижу, как Есенька идет по коридору и понимаю, что мне ни хрена не легче.Ни хрена. Я хочу ЕЕ. Не заменитель, а именно ее. Эту маленькую стерву. И я ее получу, во что бы мне это не стало. Получу. И забуду. Получу и когда она будет смотреть на меня влюбленными глазами брошу ее.

– Эй как дела брат? -Гарик закидывает мне руку на плечо.

– Отлично.

– Да я вижу. Шутка зачетная, но блин, посмеялся и хватит. Девочка не реагирует, не проще ли оставить ее в покое. Мне кажется ей и так не сладко. Но она держится.

Меня бесит, чтоГарза нее заступается, бесит, что посмел о ней говорить. Я сам знаю, что переборщил. Да какое ему дело. Подумаешь рюкзак фуфловый выкинул. Папочка купит новый. Вот с рукой косяк вышел. Да тут признаю. Да и мало меня радует, что все это происходит под чужим пристальным взглядом.

– Это мое дело, —процедил я.

– Твое, твое. Но ты бешеный в последнее время. А у нас проект горит. На тренировки ты забил, скоро соревнование.

– Ты меня убедить хочешь?

– Я хочу, чтобы ты вернулся. Мой друг должен вернуться.

– Я вернулся, —обманываю я друга.

Точнее недоговариваю. На публику доводить Есеньку, я больше не буду, только лично. И кстати Гар прав совсем о тренировках забыл я. Мы тащимся в зал, где я смог наконец-то забыть эти ведьмины глаза. Впервые не поехал кутить в клуб, а просто вернулся в свою комнату. Поискал Есеньку в социальных сетях, но так и не найдя, ни единой статьи, ни единой странички завалился спать. Это была первая ночь, когда я спал спокойно, мне снилось, что мы снова друзья.

Глава 10

Доминик

Маленькая стерва,как обычно,сидела в библиотеке. Уже несколько раз ее там замечал. Закопается в книгах и сидит. Ни разу не встретил, ни на одной вечеринке, ни в клубе. Спрашивал у ее соседки по комнате, та говорит, что Есенька только учится. Она изменилась. Не похожа больше на избалованную принцессу, но я-то знаю какая она на самом деле.

Есения встаёт из-за стола и проходит в лабиринт книжных полок.

Она сегодня в обтягивающей юбке до колена и белой рубашке. Слишком тесно становится в штанах. Моя чертова реакция на нее. Обычно она с подружкой ходит, а тут одна в библиотеку пошла.

Следую за ней. Не знаю зачем я это делаю, но иду следом.

– Посмотрите какая встреча, —тяну я после того как понял, что Есенька в ловушке и деваться ей некуда.

Есения подскочила на месте,повернулась и бросила на меня пренебрежительный взгляд.

– Доминик, это библиотека ты видимо ошибся дверью.

Стерва. Ошибся дверью я.

– Да и какая же дверь для меня? – спрашиваю я.

– Тусовки тут нет, девушек полуголых тоже. Тут только книги.

Есения достает книгу и делает вид, что меня тут вообще нет.

Делаю два шага к Есеньке, она отходит дальше. Глупая маленькая Есенька, я эти лабиринты как свои пять пальцев знаю. Хоть она и считает, что я отмороженный идиот, но в этой библиотеке я провел не так уж и мало времени.

– Ну лишнюю одежду можно снять, —тяну я, продолжая, подходить к ней словно охотник к добыче.

Есения пятится назад, прикрываясь книгой словно щитом. Смешная, словно книга может меня остановить. Хочу прижать ее к стене и хорошенько отшлепать.

Есения продолжает отступать.

– Дом, иди куда шел, —деланным надменным тоном говорит девушка, но я вижу, что она волнуется.

Вижу, как стала прятать глаза, смотря лишь на пол.

– Может я сюда и шел.

Есения упирается спиной в Полки с книгами смотрит по сторонам и понимает, что попала в ловушку.

– Тогда дай мне пройти.

Продолжаю подходить к Есении, между нами остаётся сантиметров тридцать, вижу как она волнуется, мнет пальцами край книги.

Наклоняюсь к уху и тихо шепчу:

– Чего же ты боишься Есенька? Давай поиграем немного.

Есенька морщит свой носик. Хочу ее до дрожи. Есения старается обойти меня, но я выставляю руки с обеих сторон от нее. Попалась маленькая стерва. Никуда теперь не денешься. Никуда не отпущу, ощутить ее губы на вкус и не только.

– Дом. Это место для учебы. Пусти, иначе я закричу.

– Напоминаю, —злобно шепчу я, —Не зови меня так. Но если хочется покричать могу предложить более горизонтальный повод для этого.

– Придурок, —шипит девушка и ударяет маленьким кулачком мне по плечу.

– Сама напросилась.

Я хватаю Есеньку за талию притягиваю к себе, девушка старается вырваться. Прижимаясь к ее губам в злобном, жёстком поцелуе. Есения крутится старается вырваться, кусает меня за губу. Больно, но я только сильнее возбуждаюсь.

– Сенька, я не против по жестче, —хриплю я, рукой беру ее за шею, не давая ей возможности вырваться и вертеть головой.

Прижимаюсь снова к ее губам, словно насилуя ее, проникают языком в ее рот, Есения больше не вырывается. Она замерла. А я понимаю, что зря так сделал. Ведьма. Она всегда так себя ведёт. Заставляет меня забывать обо всем. Мой мозг отключается, ее пухлые губы мягкие податливые, наши языки переплетаются. Больше ничего нет, только наши губы, что наконец-то встретились. Ведьма, она больше не сопротивляется, а я словно оазис нашел и хочу напиться. Твою мать. Как же я скучал по ней. Она хрупкая словно спичка, одной рукой ее обхватываю.

Есенька чуть слышно застонала. Она все также стоит с книгой словно она ее защищает. Но голову подняла и отвечает на мои поцелуи, не вырывается. Хочу ее до одури и плевать, где мы. Главное прямо сейчас.

Целовать ее опасно. Всегда хотел так сделать. Да, вот все ждал. А теперь она выросла, родителей рядом нет, барьеры упали. Кто сможет меня остановить?

Стоит на нее словно каменный, прижимаюсь к ней все сильнее. Чувствую, что попал на небеса, вот, что мне нужно было. Вот чего я так долго ждал. Раствориться в ней и пошло все к чертям. Ведьма моя черноволосая. Наш поцелуй распаляет меня все сильнее. Задыхаюсь от этой близости.

– А ну-ка объясните мне молодые люди, что тут происходит?! – слышится громкий голос Петровны.

Вот облом! Ну спасибо. Не хочу отпускать свою ведьму. Напоминаю себе, что Есенька обманщица.

Нехотя отпускаю Есению, она красная словно рак, уши и те покраснели, прижимает идиотскую книгу к груди.

– У меня камеры между прочим везде.

– Готов купить эту запись, —выдаю я. Да купить и пересматривать. Это лучше любого порно.

– Я бы вас обоих отчислила, но вижу, что ваши родители быстро замнут ситуацию. Так что для вас в мою библиотеку вход закрыт на ближайшие полгода.

Нас выгоняют из библиотеки. Блядь, не хватает только чтобы отцу доложили.Есенька быстро собирает свои вещи, а я иду следом. Смотрю на ее аппетитную задницу. Что она со мной творит словно ослик иду следом.

Есения резко разворачивается, вижу слезы в ее глазах. Хочу обнять пожалеть ее, тяну к ней руку, но получаю резкий удар по руке.

– Придурок конченный. Отстань от меня если отец узнает, ты хотя бы представляешь, что будет? А если запись с камеры кто увидит? Мне нужно иметь возможность отлично учиться и доступ к библиотеке мне необходим!

Злость начинает закипать во мне, боится, что папочка узнает или жених? Что же с тобой случилось? С каких пор ты стала такой стервой? Или всегда такая была?

Когда целовал ее, она с радостью отвечала, а теперь посмотри какая фифа стала.

– Что такое? Ну книжки-то тебе папа купит. Или боишься, что жених домой позовет или откажется от тебя? Или папка в башню посадит? Что случится Есень? Объясни мне наконец-то.

Черные волосы растрепались, губы опухшие, глаза горят от злости. Все также прижимает к себе книгу. Вижу, что она впервые срывается, ни на один мой выпад не обращала внимание, а тут разошлась.

– Пошел ты, —рычит девушку, —Катись к чертям, иди потрахайся с кем-нибудь, только в мою жизнь не лезь. У каждого из нас своя жизнь, вот и вперёд. Найди ту, что забахает минет по-быстрому в туалете. Но от меня отстань. Твои попытки меня задеть ни хрена не работают.

Есенька ругается, никогда не слышал от нее таких слов. Но она впервые хоть как-то отреагировала. Я все терплю, руки сжимаются в кулаки. Минуту назад она таяла в моих руках и вот стерва вернулась.

– А папочка в курсе, что его дочурка ругается словно сапожник. В Англии воспитание забылось? – злобно спрашиваю я.

– Какой же ты идиот, никчёмный, тупой. У тебя мозга словно у воробушка, хорошо, что твой папочка за тебя всегда договорится.

– Ну куда уж мне? А когда женишок тебя целует, ты также реагируешь? – не спрашиваю, а выплевываю эти слова.

Девушка на взводе, ругается, кричит. Стерва папочкина боится, что женишок узнает о ее проделках. И я видел желание в ее глазах, черт возьми видел.

Понимаю, что хочу ее еще сильнее. И ту, что была податливая в библиотеке и ту, что сейчас ругается на меня, даже сейчас еще больше. Точно ведьма, валькирия бешеная. И я с ней в пропасть лечу.

– Да пошел ты, —рычит Есения, из глаз искры сыплются, —А знаешь, что? Если тебе так интересно отвечу. Когда он меня целует, я просто растворяюсь в нем. Жду не дождусь, когда он уже приедет ко мне.

Есения врёт. Виду, что врёт. Или просто ее слова так больно бьют по самолюбию. Что мне хочется, чтобы это было враньём. Сжимаю кулаки, стиснул челюсть. Хочу узнать, кто он. Кто этот ублюдок и придушить его. Не знаю, зачем мне это. Но уверен в одном, если он приедет к ней, то вернется в Англию со сломанными ногами.

Не оставлю я ее в покое. Хотела покоя, оставалась бы в Англии, чертова стерва. Она должна была понимать, что я ни за что ее не оставлю в покое. Черта с два. Она должна была это понимать. Всегда говорил, что не дам ей спокойной жизни. Всегда говорил, что она “МОЯ малая”. Она знала это, но все равно ворвалась в мою жизнь.

Нет, Есения завтра тебя ждёт новый сюрприз. Подожди немного.

Есения убегает от меня, а я смотрю ей вслед. Стерва чертова.

Сам возвращаюсь в библиотеку, лучше сразу решить эту проблему.

Петровна оскорблена. Но я ей такую втюхал, романтичную историю рассказал, о том, что наши родители против, а мы безумно любим друг друга и огласка нам не нужна. Не помню всех слов, что говорил, но как итог этого разговора, я получил видеозапись. И договорился, чтобы нас не лишали возможности посещать библиотеку. Петровна получила небольшой денежный перевод, а я стал единственным владельцем видео, наших с Есенькой шалостей. Хочется узнать, кто же жених Есении и отправить ему это видео. Пускай посмотрит и поймет, что я не отпускаю то, что по праву мое. А она моя.

Глава 11

Есения.

Дурацкая неделя. Мне пришлось долго уговаривать нашего библиотекаря, не лишать меня возможности посещать библиотеку. Пришлось отработать смену до ночи и принести из кофейни пирожных на половину зарплаты. Но выбор не велик и Петровна прекрасно это знает. Доклады сыпятся один за другим, а покупать книгу у меня просто нет возможности. Как и оплачивать дорогой интернет. Режим экономии блин, еле хватает на еду и распечатку текстов, с покупкой папок и файлов.

Иду печалюсь своим мыслям, ко мне подбегает соседка.

Как обычно цокая шпильками, мне кажется я уже выучила звук, который издают именно ее каблуки.

– Абрамова, свали сегодня. Пожалуйста, —налетела на меня Кэт.

– Ионова ты обалдела? Три недели прошли ты уже кого-то собираешься притащить.

Ну вот еще одна беда прилетела, никто не просил. Она и раньше меня упрашивала, точнее пробивала почву интересуясь, нашла ли я друзей для ночевки. Но сегодня она слишком напориста. Видимо крупная рыбка на крючке.

– Это не просто парень. Это огонь. Секс ходячий. При бабках, при хороших бабках. Ну свали на ночь.Он все равно будет ночевать у меня, я его не упущу, ты же не хочешь слушать как мы…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.