# Болезнь

Андрей Юрьевич Чернышёв

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Мы живем в эпоху, когда каждый наш выбор – от утреннего скроллинга до ночных тревожных мыслей – напоминает игру в русскую рулетку с собственным мозгом. Что, если я скажу вам, что ваша жизнь – это постоянный диалог между пещерным человеком с дубиной и философом в тоге? Между тем, кто хочет съесть весь торт, и тем, кто мечтает написать трактат о воздержании.Современный мир превратил этот диалог в шум толпы на стадионе, где кричат одновременно нейроны, алгоритмы и древние инстинкты.

Редактор Елена Владимировна Архангельская


© Андрей Юрьевич Чернышёв, 2025


ISBN 978-5-0065-8255-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Глава 1

### Импульсы – между хаосом и порядком (Отрывок из дневника экзистенциального психолога). Пролог к человечности

Мы живем в эпоху, когда каждый наш выбор – от утреннего скроллинга до ночных тревожных мыслей – напоминает игру в русскую рулетку с собственным мозгом. Что, если я скажу вам, что ваша жизнь – это постоянный диалог между пещерным человеком с дубиной и философом в тоге? Между тем, кто хочет съесть весь торт, и тем, кто мечтает написать трактат о воздержании.

Современный мир превратил этот диалог в шум толпы на стадионе, где кричат одновременно нейроны, алгоритмы и древние инстинкты.

Современность: цифровой карнавал импульсов

Импульсивность современного общества демонстрирует свои разрушительные последствия. Мы видим рост числа психических заболеваний – депрессии, тревожных расстройств, выгорания.

Поляризация общества проявляется в нежелании слушать и понимать противоположные точки зрения, стремлении действовать резко и безапелляционно.

Экологические кризисы выступают еще одним примером коллективной импульсивности – бездумного потребления ресурсов, оставляющего глубокой раной след на планете.

Всё это – результат утраты баланса между хаосом и порядком, перед которым стоит современный человек.

Представьте: среднестатистический человек проверяет смартфон 150 раз в день – чаще, чем дышит.

Каждый звонок, уведомление, всплывающий баннер – это укол дофамина, микроимпульс, который перестраивает нейронные пути. Мы создали цивилизацию, где первобытный охотник в нашем мозгу путает лайки с мамонтами, а бесконечный фид соцсетей воспринимает как бескрайнюю саванну.

Заметки на полях:

Это важно знать: Фид в социальных сетях – это динамически обновляющийся поток информации, персонализированный для каждого пользователя. Представьте себе бесконечную ленту, постоянно пополняющуюся новыми блоками контента – постами, фотографиями, видео, историями, рекламой и рекомендациями.

Этот контент автоматически подгружается по мере прокрутки, создавая иллюзию непрерывного потока. В зависимости от платформы и настроек пользователя, фид может представлять собой хронологическую ленту новостей от подписок, персонализированную ленту, ранжированную алгоритмами или же тематическую подборку, например, по ключевым словам, или интересам (как в специализированных агрегаторах новостей).

Цель фида – удержать внимание пользователя как можно дольше, обеспечивая ему постоянный поток интересного контента. Для этого используются сложные алгоритмы, анализирующие активность пользователя: лайки, комментарии, репосты, время, проведенное за просмотром определенного типа контента, геолокацию, запросы поиска и даже время суток. На основе этих данных алгоритм предсказывает, какой контент будет наиболее интересен пользователю в данный момент и выводит его в приоритетном порядке. Это объясняет, почему в фиде могут появляться как посты от близких друзей, так и рекомендации совершенно незнакомых аккаунтов, соответствующие вашим интересам, но, возможно, скрытые ранее из-за хронологической сортировки.

Продолжаем.

Цена всего этого карнавала – расплата нервной системы.

Глобальный масштаб проблемы психического здоровья ужасает. Обратимся к неумолимым цифрам.

К 2017 году Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) зафиксировала 792 миллиона человек, страдающих от различных ментальных расстройств – это более 10% населения планеты.

Однако, эти цифры, удручающие сами по себе, представляют собой лишь верхушку айсберга.

К 2019 году, по данным ВОЗ, число людей, живущих с психическими заболеваниями, выросло до 970 миллионов, что составляет приблизительно одного человека из восьми. Это означает, что в каждой семье, в каждом коллективе, в каждом городе есть люди, борющиеся с невидимыми, но мучительными недугами.

Эти данные отражают лишь зарегистрированные случаи, и реальная статистика, несомненно, значительно выше.

По статистике Института показателей и оценки здоровья, в России от психических расстройств страдает от 15,4 до 17,7 млн человек. Надо полагать, это тоже заниженная цифра. Врачи зачастую не фиксируют легкие формы депрессии или тревоги, считая их несущественными, или просто не име. n достаточного времени на полноценную диагностику и документирование.

Люди, страдающие от менее выраженных симптомов, часто не обращаются к специалистам, считая, что справляются самостоятельно, или боясь осуждения со стороны окружающих.

Международные исследования неоднократно подтверждали, что реальное число россиян, страдающих от психических расстройств, значительно превышает официальные данные.

Например, исследование, проведенное в 2024 году, показало, что 70% россиян испытывают тревожные расстройства. В сравнении с 63% в конце 2022 года, это говорит о тревожной тенденции к росту.

Свою долю в статистику внесла пандемия COVID-19, с её изоляцией, экономической нестабильностью и общим чувством страха и неопределённости, что существенно повлияло на эмоциональное состояние миллионов людей во всем мире, включая Россию.

Последующее нарастание геополитической напряженности лишь усугубило ситуацию, создавая постоянный фон стресса и тревоги.

Эксперты говорят, а я, как практикующий психолог подтверждаю, что искусственное нагнетание страха и негативной информации средствами массовой информации играет значительную роль в развитии и обострении психических расстройств.

Постоянное информационное давление, насыщенное тревожными сообщениями, формирует у людей ощущение безысходности, паники и беспомощности, что, в свою очередь, способствует развитию депрессии, тревожных расстройств, посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) и других психических заболеваний.

К этому горячему коктейлю добавим еще и импульсивное нервное поведение, которое привело к тому, что мы стали поколением, которое одновременно боится упустить возможность (FOMO) [1] и задыхается от её избытка (JOMO – радость упущенного).

Клиповое мышление [2] – не просто метафора: исследования MIT [3] доказали, что за последние 20 лет средняя продолжительность концентрации снизилась с 12 до 8 секунд – меньше, чем у золотой рыбки [4].

### Исторический маятник: от Дельф до кушетки Фрейда

Когда-то в Древней Греции жрецы Аполлона высекли на стене храма в Дельфах: «Познай себя» – возможно, первый в истории мем о самоконтроле. Сократ сравнивал душу с колесницей, где белый конь разума вечно спорит с чёрным конём страстей. Платон поместил низменные импульсы в «чрево» своей модели психики, словно предвосхитив Фрейда, который через века назовёт это «Оно» – кипящий котёл желаний.

Но самый провидческий спор случился в XVIII веке между Руссо и Гоббсом. Руссо романтизировал «благородного дикаря», веря, что цивилизация развращает.

Гоббс, видевший в природе человека «войну всех против всех», настаивал: только жёсткий социальный договор сдерживает хаос.

Сегодня их диалог звучит иронично: мы носим в карманах устройства, дающие доступ ко всем знаниям человечества, но используем их преимущественно для кривых и смешных селфи и отчаянных споров с незнакомцами в сети.

Метафора века: канатоходец над пропастью

Представьте канатоходца, балансирующего между двумя безднами. Слева – первобытный хаос: эмоциональные взрывы, аддикции, войны за ресурсы. Справа – механистичный контроль: выхолощенные эмоции, перфекционизм, роботизированная эффективность. Наш век добавил к этому трюк: канат теперь раскачивают искусственный интеллект, климатические кризисы и генетическое редактирование.

Но главная опасность даже не в падении. Она – в иллюзии, что можно застыть в безопасности. Каждый раз, когда мы заменяем живой диалог эмодзи, подменяем критическое мышление шаблонным репостом, отдаём выбор алгоритму – мы делаем шаг к автоматизму.

Как заметил Карл Юнг: «Человек, избегающий своей тени, становится марионеткой её капризов».

Археология распада: когда импульсы правят массами

Взгляните на пейзаж современного «прогресса»:

Психическое здоровье. Каждый 5-й человек в мире имеет диагноз, связанный с импульс-контролем – от шопоголизма до кибербуллинга [5].

Социум.

Поляризация достигла уровня, когда 62% американцев считают, что оппоненты в политике – не просто ошибаются, а «угрожают нации» (Pew Research, 2023) [6].

Экология. «Импульсивное» потребление привело к тому, что за последние 50 лет человечество уничтожило, как утверждают ученые 60% популяций диких животных и еще больше растений – словно ребёнок, ломающий игрушку в порыве гнева.

Но самый тревожный симптом – нормализация распада. Мы создали культуру, где «живи одним днём» звучит как мудрость, а не как диагноз.

Где твит президента может обрушить биржу, а подросток в соцсетях собирает миллионы лайков за видео «как я потратил стипендию за 10 минут».

Эпилог главы: зачем нам это знать?

Когда-то Виктор Франкл, выживший в концлагере, писал: «Между стимулом и реакцией есть промежуток. В этом промежутке – наша свобода».

Сегодня этот промежуток сжимается как шагреневая кожа. Но именно сейчас, когда технологии обещают подключить наш мозг к облачным серверам, важно вспомнить: человечность начинается не в синхронизации с гаджетами, а в способности сказать «стоп» собственным импульсам.

Следующая глава поведёт нас в лабораторию мозга – туда, где рождаются и умирают импульсы. Вы узнаете, почему дофамин называют «наркотиком эволюции», и как лимбическая система обманывает нас 200 раз в день. Готовы ли вы посмотреть в глаза своему внутреннему «мистеру Хайду»?


Заметки на полях:

Для понимания расшифрую, кого я имею в виду: Мистер Хайд – это один из ключевых персонажей в романе Роберта Льюиса Стивенсона «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда». Он представляет собой зловещую и аморальную сторону личности доктора Джекила, уважаемого врача и ученого.

В романе доктор Джекил создает сыворотку, которая позволяет ему превращаться в мистера Хайда, освобождая свои подавленные желания и инстинкты. Хайд олицетворяет безнравственные аспекты человеческой природы, совершая преступления и аморальные поступки без всякого зазрения совести и обращения к своей человечности.

В то время как доктор Джекил стремится к добру и порядку, мистер Хайд олицетворяет хаос и безнравственность.

История поднимает вопросы о двойственной природе человека, моральных дилеммах и последствиях высвобождения темных сторон личности. Конфликт между Джекилом и Хайдом служит метафорой внутренней борьбы каждого человека между добром и злом.


P.S. Из терапевтического блокнота.

«Ко мне пришёл пациент – успешный IT-предприниматель. С гордостью показал график: 18-часовой рабочий день, 700 уведомлений в сутки, «продуктивность» по минутам. Когда я спросил, когда он последний раз смотрел на закат, не фотографируя его, он растерялся, а потом даже расплакался.

Это и есть наш век: мы научились управлять временем, но разучились жить во времени.

## Глава 2

### Биология импульса: Лимбическая система vs. префронтальная кора. Пролог: Мозг, который пережил себя

Наш мозг – это музей эволюции, где в одном зале соседствуют каменный топор и квантовый компьютер.


Лимбическая система, наследница рептилий, шепчет: «Возьми сейчас». Префронтальная кора, венец Homo sapiens, отвечает: «Подожди, подумай».


Между ними – пропасть в 400 миллионов лет эволюции. И каждый раз, когда вы листаете ленту любой соцсети вместо работы или съедаете третий кусок торта, этот древний конфликт разыгрывается как трагедия в микроскопических масштабах.


Нейроанатомия желания: Дофамин против Серотонина


Дофамин – это не «гормон счастья», как любят писать в поп-психологии. Это наркотик поиска. Каждый раз, когда вы видите уведомление, он активирует ту же цепь, что заставляла наших предков искать воду в пустыне.


Его формула проста: «Ещё! Быстрее! Ближе!»


Серотонин – его антипод. Это химия удовлетворения: чувство, когда вы дописываете книгу, а не листаете мемы.


Он не кричит, а тихо напевает: «Ты на правильном пути».


Проблема современности в том, что мы подменили серотониновые цели дофаминовыми ловушками.


Вместо охоты за смыслом – бег по беличьему колесу микроудовольствий.


Эволюционный парадокс. Почему выживание стало проклятием


Представьте двух пралюдей:


1. Ург бросается на каждый шорох в кустах. Его лимбическая система гиперчувствительна – за десять ложных тревог он получает один реальный шанс сбежать от саблезубого тигра.


2. Ном анализирует: «Тигры охотятся на закате, сейчас полдень – можно спокойно собирать ягоды».


Ург прожил двадцать лет и стал нашим эволюционным дедом. Ном погиб в 30, успев научить детей делать каменные топоры.


Сегодня мы все – потомки Урга. Наш мозг запрограммирован реагировать на:


– Внезапность (всплывающая, в любой момент, реклама)


– Избыток (щедрый и наполненный шведский стол, услуга все включено)


– Новизну (бесконечный скроллинг) [7]


Теперь представьте, в мире, где «саблезубые тигры» – это спам-письма, а «ягоды» – глубокие знания, древние механизмы ведут нас к краю.


Кейс: «Мальчик, который обманул свой мозг»


В моей практике был пациент – 22-летний киберспортсмен. Его рекорд: 58 часов непрерывной игры. Когда он пришёл ко мне, его руки дрожали, как у алкоголика, а в глазах плавали цифровые фантомы (он «видел» интерфейс игры на стенах).


Что случилось?


Его лимбическая система нашла лазейку: каждая победа в игре давала выброс дофамина, сопоставимый с реальным сексом. Префронтальная кора, отвечающая за долгосрочные цели, была отключена – он даже перестал есть, чтобы не прерывать «поток».


Лечение: Мы не блокировали игру. Вместо этого создали «нейро-будильник»:


– Каждые 20 минут он должен был вслух называть 3 реальных объекта в комнате


– Перед стартом сессии писал: «Я играю, чтобы…» (часто он останавливался на этом этапе)


– Заменил 50% игрового времени на бокс – физическая усталость «перезагружала» лимбику.


Через 3 месяца он сказал: «Я будто вышел из матрицы. Оказывается, птицы поют громче, чем звуки в моих наушниках».


Нейропластичность: можно ли перепрограммировать инстинкты?


Нейропластичность – это способность нервной системы изменять свою структуру и функции в ответ на опыт, обучение или повреждения. Этот процесс образования новых нейронных связей, изменение существующих и адаптацию нервных клеток к новым условиям.


Нейропластичность может происходить на различных уровнях: от молекулярных изменений в нейронах до более сложных изменений в нейронных сетях. Она играет ключевую роль в обучении, памяти и восстановлении после травм мозга, таких как инсульты или черепно-мозговые травмы.


Два основных типа нейропластичности:


1. Функциональная нейропластичность: связана с изменением функционирования нейронов и связанных с ними структур в ответ на новые задачи или повреждения.


2. Структурная нейропластичность: включает изменения в самой структуре нейронов, таких как рост новых отростков (дендритов и аксонов) и образование новых синапсов.


Нейропластичность – это процесс, который происходит на протяжении всей жизни человека, но его степень может меняться в зависимости от возраста, образования и других факторов, о которых мы еще поговорим в этой книге.


Продолжим.


Миф о «силе воли» развенчан нейробиологами: префронтальная кора потребляет 25% энергии мозга. Она устаёт быстрее, чем бицепс.


Но есть хорошие новости:


Их можно испробовать на себе прямо сейчас


1. Правило 5 секунд (Мел Роббинс) [8]:


Задержка между импульсом и действием позволяет подключить кору. Попробуйте: прежде чем открыть соцсети, досчитайте до 5, глядя на ладонь.


2. Нейро-ритуалы:


Утренние десять минут письма от руки (активирует планирование).


3. «Дофаминовое голодание»: один день в неделю без экранов и сладкого.


4. Сон – союзник коры: Во время REM-фазы мозг «перезаписывает» дневные импульсы.


Пациент с игровой зависимостью спал 4 часа в сутки?


Первое задание – спать 7 часов как минимум.


Предупреждаю: это не сделает вас роботом.


Как сказал Ницше: «Тот, кто сражается с чудовищами, должен следить, чтобы сам не стал чудовищем».


REM-фаза (Rapid Eye Movement) – это одна из стадий сна, характеризующаяся быстрыми движениями глаз, высокой нервной активностью и яркими сновидениями. Во время REM-фазы происходит восстановление психических функций, укрепление памяти и эмоциональное регулирование.


Циклы сна, включая REM-фазы, повторяются несколько раз за ночь, и каждая последовательная REM-фаза становится длиннее по мере продвижения ночи.


Обычно у взрослого человека REM-сон занимает около 20—25% всего времени сна.


Эта фаза важна для общего здоровья и нормального функционирования организма.


Эпилог главы: где граница контроля?


В 2012 году нейроучёные вживили крысе электрод, стимулирующий центр удовольствия. Она забыла про еду и питье, нажимая на рычаг до смерти.


Мы можем посмеяться над крысой, но разве лайки, азартные игры, бесконечные сериалы – не наш собственный, то есть выбранный нами, «рычаг»?


Секрет в том, что префронтальная кора – не надзиратель, а садовник. Её задача – не вырубить джунгли импульсов, а проложить тропинки, где дикие цветы желаний не заглушат посевы смыслов.


В следующей главе мы отправимся в прошлое – к истокам культуры, где первобытные люди изобрели первые «костыли» для мозга: табу, ритуалы, мораль. Узнаем, почему запрет на инцест стал стартом цивилизации и как шаманские танцы связаны с нейропластичностью.


P.S. Из терапевтического блокнота


«Сегодня пациентка спросила: «Если мой мозг такой древний, почему он не понимает, что шоколад мне вреден?». Я ответил: «Представьте, что вы объясняете кроманьонцу квантовую физику.


Ваша лимбика – это он. Вы – его терпеливый учитель». Она засмеялась: «Значит, мне нужно открыть пещерную школу?». Именно так».

## Глава 3

### Культура: Цивилизация против инстинктов (Из дневника экзистенциального психолога). Пролог: Каменный топор морали

Когда-то, 50 тысяч лет назад, человек из племени Хадза закопал в землю каменный нож, убивший сородича. Так родилось первое табу – попытка обуздать инстинкт убийства ритуалом очищения. С тех пор мы не перестаём изобретать правила: от запрета на инцест до правил этикета за чаем. Но все они – лишь вариации на тему: «Как превратить зверя в садовника собственной души?»


Табу маори: Запрет как акт творения

В Новой Зеландии XVIII века маори практиковали «тапу» – систему запретов, регулирующих всё: от рыбной ловли до прикосновений к вождю. Нарушителя ждала «мана» – не мистическое проклятие, а социальная смерть.


Подробнее: Табу (или «тапу») у маори Новой Зеландии – это система священных запретов и ограничения, которая охватывала различные аспекты жизни, включая еду, поведение и взаимодействия между людьми. Тапу предусматривал строгое соблюдение норм и правил, которые были связаны с культурными, религиозными или социальными аспектами, и служил для поддержания порядка и гармонии в обществе.


Нарушение табу, могло привести к серьезным последствиям, включая потерю социальной статуса, изоляцию и даже физическое наказание. В этом контексте «мана» означала не строгое проклятие, а утрату силы, уважения и авторитета в обществе. Мана была важным элементом социального статуса у маори, и её потеря могла кардинально изменить положение человека в племени.


Табу касались не только индивидуального поведения, но и групповых действий. Например, определённые места или предметы могли быть объявлены тапу, и доступ к ним ограничивался для защиты их священности. Это создавало связь между духовными и практическими аспектами жизни маори, а также способствовало сохранению культурного наследия и традиций.


Приведу пример.


Холм одного дерева (One Tree Hill) – это знаковое место в Новой Зеландии, расположенное в Окленде. Это часть обширного парка представляет собой не только природный объект, но и важный символ для местных жителей.


Около 25 миллионов лет назад в результате вулканической активности в этом месте сформировалось множество холмов и кратеров, и Холм одного дерева не стал исключением. Он достиг высоты около 182 метров и служил важной природной меткой для аборигенов маори, которые использовали этот холм как место для собраний и ритуалов.


Первое «дерево» на холме, на которое ссылается его название, было растением тогора, которое было посажено в 1873 году. Однако в течение года дерево было вырублено. Позже на холме было посажено другое дерево, которое также не дожило до наших дней. В 2000 году на холме было посажено новое дерево, которое стало символом объединения и восстановления природы.


Холм одного дерева также имеет историческое значение, связанное с колонизацией Новой Зеландии и конфликтами между маори и европейскими переселенцами. В 1840-х годах здесь проходили сражения, и холм стал частью более широкой истории борьбы за землю.


Легенды и исторические факты:


1. Маорийская Мифология: Холм имеет глубокие корни в маорийской культуре. На этом месте расположены несколько скрытых в земле могил, которые были построены древними маорийскими племенами. Легенды гласят, что холм является священным местом, связанным с духами предков.


2. Символ независимости: В 2000 году, после того как на холме было посажено новое дерево, оно стало символом борьбы за независимость маорийского народа. Дерево было вновь окружено местными легендами, и его история продолжает быть важной для культуры Новой Зеландии.


3. Холм как карта: считается, что форма холма напоминает фигуру креольского военачальника, и местные жители говорили, что по холму можно «пройти» мысленно, следуя за его формами в качестве карты.


Почему это работало?


– Табу создавало искусственные ограничения, заменяющие инстинкты.


– Ритуал снятия тапу (например, омовение в священном источнике, погружение в прорубь) давал мозгу «перезагрузку» – предтечу современной когнитивной терапии.


Современный парадокс: Мы смеёмся над «примитивными» запретами, но сами живём в мире цифровых табу:


– «Не отвечай на письма после 20:00» (табу рабочей этики)


– «Не заходи в социальные сети до обеда» (личное табу)


– «Не ешь после 18.00» (табу диетологов)


– «Не звони до 10 утра» (табу личного пространства)


Религии: Битва десяти заповедей против семи грехов


В Синайской пустыне Бог дал Моисею алгоритм для лимбической системы.


В VII веке папа Григорий I составил антирейтинг пороков.


Сравним их подходы:


Десять заповедей


Семь смертных грехов


Внешние правила «Не убий»


Внутренние состояния «Гнев»


Страх наказания


Концепция духовной болезни


Коллективный договор


Индивидуальная рефлексия


Психологический механизм:


Религии превратили инстинкты в нарративы. Алчность стала историей об Иуде, похоть – о Содоме.


Как заметил Юнг: «Боги – это персонифицированные импульсы психики».


Парадокс Просвещения: как разум развязал войну с самим собой


Вольтер мечтал, что логика избавит человечество от «варварства веры».


Но к 1800 году Европа, уставшая от сухого рационализма, породила романтизм – культ страстей.


Гёте в «Фаусте» вывел формулу эпохи:


«Две души живут в груди моей, и жаждут разделенья они».


Нейроанатомия романтизма:


– Просвещение апеллировало к префронтальной коре (логика, законы)


– Романтизм бунтовал лимбикой (Гойя: «Сон разума рождает чудовищ») [9]


Ирония истории: сегодня мы повторяем этот цикл ежедневно.


Утренний кофе с планом на день (мыслим рационально, а ночью безотрывно смотрим сериалы (лимбический бунт).