Дай мне имя
Вячеслав Камедин

Наташеньке…

© Вячеслав Камедин, 2025

ISBN 978-5-0065-8179-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Король жан

В поход собрал король наш Жан
свою лихую рать.
Тебе, сестра, оставлю трон,
сказал, в седло садясь.
Пойдём на север, други, мы —
до наступления зимы.
Должно быть, полчище там тьмы
ждёт на краю земли.

Каким вернусь к тебе, сестра,
не скажут семь богов.
Быть может, с сердцем изо льда,
с ватагой мертвецов.
Или удача всех нас ждёт —
падёт пред нами тьма,
и на колени ходоков
поставим, и тогда

придёт на север на века
гармония и мир…
Но это завтра, а пока
пора жестоких битв.
Сказал он так и поскакал —
помчал к стене коня.
Безмолвно плакала сестра,
в след брату-королю глядя.

Простыл уж след, и снег пошёл,
и буря крутит им,
горит в покоях огонёк,
там молят Семерых…

и буря крутит им,
горит в покоях огонёк,
там молят Семерых…

Билли

Билли славный парень. Билли баламут.
Маршалы устали рыскать там и тут.
Билли грабит банки – денег не берёт,
только ради смеха. Билли патриот.

но не идиот. Да, что ты такое говоришь? Билл нормальный парень, всё у него в порядке с головой

Девки любят Билли. Девок любит Билл.
Запах от костров, пота от кобыл,
старых рванных джинсов —
кружит их головки.
Ловок Билл в любви. Билл любовник ловкий.

видишь, не идиот. Идиота бы девки не любили. Хотя кто их знаешь. Любовь штука загадочная

От бога Билл стрелок. Револьвер у Билли
молнии быстрей. Бьёт на сотню миль.
Щелкает курок – миг – пустые гильзы!
Ствол горит огнем. И в дыму наш Билли.

не дай бог, идиоту такое умение. Да и разве смог бы скупой умом научится так стрелять? То-то

Билли не злодей – он за справедливость.
Ствол не достаёт без нужды большой.
Билл не терпит тех, кто посмел обидеть
женщин и детей, стариков, коней,
девочек в салуне, пастора на службе,
нищих поселенцев, и друзей индейцев…
Впрочем, и ещё – Билла самого!

Так что нормальный парень. Всё при нём. Девки его любят, стреляет как сам чёрт. И добрейший человек. Ладно, еще по одной и пойду я спать…

Время пришло

Я упираюсь – я хочу остаться,
Меня же выдавить хотят на холод
Прочь от тепла, уюта и участья.
Что ждёт меня? Разлуки, боль иль голод?
Я упираюсь.
Сдавливает тело
Я упираюсь.
Впервые руки вижу
Я упираюсь.
Яркий свет впервые,
и первый вдох

Чем заслужил внезапную опалу?
С напором жёстким выдворяют голым.
Я беззащитен, уязвимым стану,
Перед ликующим, гремящим хором.

Я упираюсь.
Сдавливает тело
Я упираюсь.
Впервые руки вижу
Я упираюсь.
Яркий свет впервые,
и первый вдох

Я горько плачу – а они смеются.
Я весь в слезах, рву криком нежный голос —
А их глаза от счастья словно блюдца,
Безудержная в хохоте весёлость.

Я упираюсь.
Сдавливает тело
Я упираюсь.
Впервые руки вижу
Я упираюсь.
Яркий свет впервые,
и первый вдох

Я знаю – срок мой вышел, уж девятый
Окончен месяц – и теперь не в силах
Приют мне дать в себе укромный, святый,
Под сердцем где так бережно носила…

Я упираюсь.
Сдавливает тело
Я упираюсь.
Впервые руки вижу
Я упираюсь.
Яркий свет впервые,
и первый вдох

Я упираюсь – я хочу ведь малость,
Неужто не понятен первый вопль:
Впустите вновь обратно встретить старость
В тепле, уюте, где участья вдоволь.

Дай мне имя

Дай мне имя нежное, как лилия, —
буду бережно его хранить,
прятать лепестки от ветра сильного,
и бояться стебель повредить…
Дай мне имя тихое, как бархатцы, —
чтобы было тайною для всех,
только нам известное, и надо бы
только в шёпоте его беречь…

В ожидании чудес
мы живём с тобою, но
забываем часто мы,
что дано нам —
волшебство!
Сами мы способны ведь
создавать все чудеса,
только верить в то уметь
нужно и чуть-чуть мечтать….

Дай мне имя смелое, как фикусы,
чтобы как святой в тени его прозреть —
рассмеяться, вспомнив то, что минуло,
и улыбкой встретить новый день…
Дай мне имя твёрдое, как кактусы, —
сделаю его своей бронёй,
точно оберег с надёжным заклинанием,
отводящим беды стороной…

В ожидании чудес
мы живём с тобою, но
забываем часто мы,
что дано нам —
волшебство!
Сами мы способны ведь
создавать все чудеса,
только верить в то уметь
нужно и чуть-чуть мечтать….

Дева Мэриан

Рыжая кудрявая разбойница.
На бедре у девушки колчан,
лук тисовый, меч короткий в ножнах,
стрелы острые, на груди кинжал.
Ангельское личико. Как персики,
щечки, губки алые, как кровь…
В возрасте её мечтают девочки —
а она всё знает про любовь!

Парень стал разбойником,
скажу вам,
только из-да Девы Мэриан
Так становятся вот Робин Гудом.
Правит всем любовь,
скажу я вам!

Как идёт разбойнице мужское платье —
облегает тело всё трико…
Но шалунья ускользает от объятья —
бьёт стрелою очень далеко.
Все другие девушки боятся сильно
диких, необузданных мужей —
А её боятся сами все мужчины,
в вопле разбегаются быстрей,

Парень стал разбойником,
скажу вам,
только из-да Девы Мэриан
Так становятся вот Робин Гудом.
Правит всем любовь,
скажу я вам!

как завидят гордую кудряшку!
Вновь звенит упруга тетива.
Колокольчиком смеётся,
и, сорвав ромашку,
кошели в мешок, и – такова!

и, сорвав ромашку,
кошели в мешок, и – такова!

Парень стал разбойником,
скажу вам,
только из-да Девы Мэриан
Так становятся вот Робин Гудом.
Правит всем любовь,
скажу я вам!

Диалог молчаний

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.