Велес Дубов
Вселенский зов

Способен ли ты светить окружающим, пожираемый тьмой изнутри?!

Пролог

В бескрайних просторах космоса, в череде бесчисленного мерцания звезд, где галактики сплетаются в бесконечный узор, существовали три мира, разделенные тонкой гранью, но связанные незримыми нитями судьбы. Эти миры – «Мир Воплощений», «Мир Чувств и Эмоций», и «Мир Мыслей и Творения» – были словно три лика единой вселенской сущности, каждый из которых обладал своей уникальной природой, своими законами и своей красотой. Однако именно эта уникальность стала причиной великого раздора, ибо каждый из них, уверовав в свою исключительность, стремился всеми возможными способами подавить своих соседей и навязать свой истинно верный, как каждому их них казалось, путь развития и дальнейшего существования на просторах бескрайней вселенной.

Истоки противоречий, зародившиеся в далекие эпохи, о которых не сохранилось даже преданий, с каждым новым поколением усугублялись и совершенно незаметно для всех сторон переросли в великую войну, длившуюся на протяжении жизни многих звезд, которые за это время успевали рождаться и уходить во вселенское небытие. Миры, некогда процветающие и полные гармонии, погрузились в пучину хаоса. На место созидания и творчества, которые когда-то были основой их существования, пришли разрушение и ненависть. Души обитателей всех трех миров ожесточились по отношению к своим собратьям, а сердца наполнились злобой и агрессией. Культура, наука, искусство – все, что когда-то возвышало и вызывало гордость у каждой из сторон, было забыто. Единственной целью стало уничтожение соседей, чтобы доказать превосходство своего мира и остаться единственной силой во вселенной. Всё постепенно вело к единственно возможному итогу – полному уничтожению всех трех цивилизаций.

Но даже в те, самые тёмные моменты их существования, через толщу всепоглощающей ненависти, смогли пробиться робкие ростки света, подарившие слабую надежду на исцеление. В каждом из миров нашлись те, чьи сердца не поддались всеобщему ожесточению. Их души, словно маяки, продолжали излучать свет, несмотря на окружающую тьму. Цильзус из «Мира Воплощений», Осфат из «Мира Чувств и Эмоций», и Етрений из «Мира Мыслей и Творения» – эти трое, словно светлячки в ночи, нашли друг друга, притянутые чистыми вибрациями своих душ. Их встреча стала началом великого замысла, способного изменить судьбу всех трех миров.

Все трое были хранителями древних реликтов своих цивилизаций, в каждом из которых, в соответствии с их спецификой мироощущения, хранилась информация о создании новой, доселе неизвестной сущности, источник энергии которой превосходил все известные ранее формы. Эта новая сила могла быть рождена из слияния сущностей объединенных великой целью и готовых принести себя в жертву. Согласно древним трактатам, все трое должны быть свободны от честолюбивых помыслов, наполнены светом, и искренней готовностью к самопожертвованию, ибо данный ритуал навсегда стирал их из памяти вселенского бытия.

В назначенный час они встретились на краю своих пространств, в точке, где их миры соприкасались и реальность растворяла границы, где время теряло смысл, а пространство изгибалось, словно тонкая материя, сотканная из звёздной пыли. Они понимали, что их выбор необратим, а их жертва станет последним актом существования в привычной форме. Но страх был им неведом – лишь тихая решимость, любой ценой прекратить окружающее безумие. Осознание, что это единственная возможность остановить хаос, пожирающий их миры и подарить своим цивилизациям шанс на спасение, придало им решимость принести себя в жертву во имя всеобщего блага.

Мысленно попрощавшись со всем, что было им дорого, они выпустили наружу энергию древних практик, хранителями которых являлись многие поколения. Пространство было наполнено гулом невидимых сил, а энергия вокруг стала обволакивать их подобно струям водопада. Вокруг витали тени прошлого и будущего, смешиваясь в причудливом танце. Цильзус, Осфат и Етрений соприкоснулись своими оболочками сплетя единый энергетический узел, символизирующий их нерушимую связь и начали пробуждать силы, дремавшие в глубинах вселенной, силы, которые не использовались с тех пор, как миры были рождены. Их тела начали светиться, сначала слабо, как огоньки светлячков, а затем все ярче, пока не превратились в три ослепительных светила. Их материальная сущность начала растворяться, превращаясь в тонкую, почти невесомую энергию. Космический вихрь, рожденный их намерением, подхватил их расщепленные формы, смешивая в единый, сияющий сгусток, но то был не просто свет – сама суть их душ, их надежд, их любви и жертвенности. Мощный энергетический вихрь начал кружить вокруг них, словно гигантская рука, лепящая новую форму из звездной глины. И вот, из хаоса вечного «ничто» родилась новая сущность – существо, чья мощь и гармония превосходили все, что когда-либо существовало во вселенной. Оно словно живое пламя, вознеслось над мирами. Её свет пронзал тьму, как меч, рассекающий ночь. Оно растеклось по пространству исторгая потоки энергии, которые сплелись в мощный барьер, разделяющий три мира. Этот барьер был не просто энергетической стеной – он был живым, дышащим созданием, наполненным светом Цильзуса, любовью Осфата и мудростью Етрения. Теперь миры были разделены навсегда и каждый заключен в свою защитную оболочку, словно драгоценный камень в оправу. Никто больше не мог причинить зла другому, ибо каждый был отделен невидимой, но непреодолимой границей.

Цильзус, Осфат и Етрений навсегда исчезли, растворившись в вечности, как капли дождя в океане. Их имена стерлись из вселенской летописи, но их свет продолжал жить. Он пронизывал каждый из миров, наполняя теплом и надеждой. В каждом атоме пространства, каждом движении энергии, молчании гор и вздохе океана можно было уловить их вибрации. Их жертва не была напрасной – она стала семенем, из которого выросло новое будущее. Миры, некогда погруженные в хаос, начали медленно возвращаться к мирной жизни.

Между тем из пустоты космического пространства явилось нечто совершенно новое доселе неведомое. Возможности этой новой формы пространства простирались за гранью воображения, словно бескрайний океан, чьи волны были сотканы из звёздной бесконечности и непостижимых законов мироздания. Но, как и любое новорожденное существо, оно пребывало в состоянии первозданного неведения. Оно не знало, что было до его появления, не понимало, кто оно есть, откуда пришло и, самое главное, зачем. Оно было словно чистый лист, на котором ещё не выведено ни единой строки, но уже зреет невысказанная история.

Внешне эта сущность являла собой нечто необъяснимое и одновременно будоражеще прекрасное: сгусток ослепительного света, пульсирующий, как сердце вселенной, и окружённый бирюзовой туманностью, которая переливалась, словно жидкое стекло, затянутое в космическое пространство. От подобного зрелища захватывало дух и приводило в трепет одновременно, казалось даже свет самых ярких звезд и красочное великолепие космических туманностей, боялись нарушить его безмолвное величие.

Как любая форма, рождённая в мирах, где имя является ключом к судьбе, оно получило своё – «Циосфет», сотканное из первых букв его создателей: Цильзуса, ОсФата и Етрения. Каждый из них вложил в это имя частицу своей сущности, запечатав в нём тайну и силу каждого из трех миров.

Рождение

Холод. Тишина. Безвременье. Он открыл глаза, которых у него не было. Он вдохнул, но воздуха не существовало. Он почувствовал себя, но не мог понять, что это за чувство. Вокруг простиралась бесконечная пустота, пронизанная мерцанием далеких звезд и туманностей, словно вселенная наблюдала за ним, ожидая первого шага.

– Кто я? – пронеслось в его сознании, словно эхо, потерявшее источник звука.

Он был новорожденным, но не ребенком. Он был существом, но не человеком. Он был чем-то большим, чем мог бы осознать даже самый просвещенный ум. Его сущность вибрировала, излучая свет, который не был виден глазу, но ощущался всем, что его окружало. Он был единением трех миров в единой форме, он был Циосфетом.

Имя пришло к нему само, словно оно всегда было частью его, как сама энергия пронизывающая и окружающая все вокруг. Но что оно значило? Почему он здесь? И где это "здесь"?

Он огляделся – если это слово применимо к бестелесному существу, не обладающему органами восприятия. Вокруг простиралось космическое пространство, но это была не просто пустота, а нечто большее. Он находился в месте, где сходились три мира. Три реальности, три вселенные, каждая из которых была уникальна, но каждая из которых была поражена болезнью. Он почувствовал это.

Тьма. Она витала вокруг, как ядовитый туман, проникая в каждую частицу пространства. Она была живой, но не в том смысле, в каком живым был он. Она была злом, но не в том смысле, в каком зло понимали существа из миров которыми он был окружен, она была чем-то древним, вечным, и ненавидящим все, что излучало свет.

Циосфет почувствовал, как его сущность содрогнулась. Он не знал, что такое страх, но что-то внутри него сопротивлялось этой тьме. Он не мог понять, почему, но он знал, что должен противостоять ей.

– Я должен нести свет, – прошептал он беззвучно, и его мысли растворились в космическом ветре разносясь в самые удаленные уголки бескрайнего космоса.

«Но что это значит? Как он может нести свет, если даже не знает, кто он?» Ответ пришел так же неожиданно, как и возник вопрос.

Он прекратил созерцание и погрузился в себя. Внутри него была вселенная. Бесконечная, безграничная, наполненная знаниями, которые он не мог понять и объять всем своим бескрайним существом. Они были там, как книги в библиотеке, к которой у него не было ключа. Но он чувствовал их. Они были частью его.

– Я должен научиться, – решил он.

Сперва он обратил свой взор на первый из трех миров. Это был мир был объят огнем злобы и ярости. Существа, населявшие его, были могучи и жестоки. Они источали ненависть ко всему что находилось в соседних мирах и были готовы уничтожить их до основания. Их души были наполнены яростью, и эта ярость питала тьму.

Циосфет почувствовал, как то, что заменяло ему сердце – сжалось. Он не мог понять, почему они так поступают. Почему разрушают себя?

– Они не знают другого пути, – прошептал он.

Затем он обратил свой взор на второй мир. Этот мир был холоден как лед и наполнен тишиной, как сама вселенная. Мир, где время текло медленно, а жизнь едва теплилась. Существа, населявшие его, были холодны и равнодушны. Они не сражались, но и не жили. Они существовали, как тени, и их безразличие питало тьму.

Циосфет содрогнулся.

– Почему они отказываются от жизни?

– Они забыли, что такое свет, – прошептал он.

Наконец, он обратил свой взор на третий мир. Это был мир хаоса и иллюзий. Мир, где реальность менялась каждую секунду, а существа были пленниками своих собственных фантазий. Они не видели правды, и их заблуждения питали тьму.

Циосфет почувствовал, как то, что заменяло ему разум – затуманилось.

– Почему они отталкивают реальность? – вопрошал он.

– Они потеряли себя, – прозвучал ответ.

В то же мгновение его постигло озарение – он был создан нести свет, но не просто сияние, а порядок, жизнь, истину, любовь.

Для исполнения этой миссии ему требовалось изменить окружающие миры, разогнав тьму внутри них и пробудив души обитателей к свету.

– Но как? – тут же родился вопрос в его сознании.

Он снова погрузился в себя. Внезапно он стал ощущать, как знания, сокрытые внутри, начинают раскрываться, одаривая мудростью и решимостью.

– Мой внутренний свет способен изменить их, – обескураженно заключило его сознание.

Он обратился к миру «Чувств и Эмоций». Соприкоснувшись с ним, его охватила неописуемая внутреннюю боль, а также отсутствие теплоты и душевности. Образованную пустоту заполняли агрессия и злоба, источаемая обитателями этого мира ко всему вокруг и друг к другу в частности. Циосфет ужаснулся и попробовал направить в этот мир мощный луч своего света, света любви и сострадания.

– Это умиротворение и покой, – прошептал он.

Однако его чистая энергия была отражена враждебными вибрациями мира «Чувств и Эмоций» и возвращена обратно с искаженным энергетическим зарядом. Только природное могущество Циосфета позволило ему не подвергнуться отравленному воздействию этого отражения и не исказить своей истиной природы.

Тогда он решил обратился к миру «Мыслей и Творения». Более осторожно и так же готовясь к отторжению своей благосклонности, он устремил туда свет тепла.

– Это жажда жизни, – вымолвил он.

Однако не последовало никакой реакции. Словно все обитатели прибывали в глубоком анабиозе безразличия к любому внешнему воздействию. Циосфета охватило уныние и печаль, но он не собирался отчаиваться.

Наконец, он обратился к миру «Воплощений». Соприкоснувшись с ним, он направил туда луч ясности.

– Это истина, – настоял Циосфет.

В ответ вернулись вибрации безразличия и апатии, искажающие текущую реальность и преломляя ее в нечто бездушное и аморфное.

Не взирая на неудачи первых попыток Циосфет не опустил рук.

– Мне нужно познакомиться с каждым миром более тщательно, проникнуть в каждый из них, прожить и прочувствовать изнутри всю боль злобу и обиду которые они испытывают и возможно тогда удастся узреть истинную причину тьмы и в итоге одолеть ее.

Замысел был превосходен, но было одно препятствие – Циосфет являлся структурой целостной и стационарной, в силу своей величественности и могущества он не имел возможности перемещаться в пространстве, осуществление же его плана требовало мобильности и желательно не заметности, а следовательно, более скромных размеров.

– Но как всего этого добиться?!

Мир воплощений

Продолжая прибывать в неведении своих дальнейших действий, Циосфета постигло внезапное озарение – ему нужен лазутчик, неприметный и шустрый, который, не привлекая внимания сможет проникнуть в каждый из миров и собрать всю необходимую информацию. Создание лазутчика должно бы стать для Циосфета первым актом творения за его недолгое существование. Он весь напрягся, его энергетическая сущность начала вибрировать, излучая мощные импульсы света. Из своей оболочки он отделил крошечную частицу – искру, которой предстояло стать его глазами, ушами и руками в мирах, которые его окружали. Отделившись эта частица, наполнилась его энергией и стала обретать форму. Она была подобна крошечной звездочке – кометке, рожденной в глубинах космоса и почти не различимой в силу ее незначительных размеров, но в отличие от холодных мертвых звезд, она была живой и разумной. Циосфет наделил ее своим сознанием, свободной волей и способностью к самосовершенствованию. Он хотел, чтобы его лазутчик был не просто инструментом, а самостоятельным существом, способным принимать решения, меняться в зависимости от полученного опыта и адаптироваться к любым обстоятельствам и вызовам.

– Ты будешь моим проводником, – обратился Циосфет к своему творению. – Ты войдешь в миры, которые я не могу посетить, и узнаешь их тайны.

Лазутчик, светящийся светло-синим светом, словно фрагмент туманности, находился в полнейшей растерянности и, подобно Циосфету, в первые моменты рождения, пытался осознать себя.

– Что я? – обескураженно поинтересовалась новая сущность.

–Ты – часть меня, и твоя миссия – найти ответы, которые я ищу.

– Какие ответы и где их искать?

Маленькое существо пребывало в первозданной чистоте и свете, что на фоне тьмы, окружающей со всех сторон, резко выделяло его из пространства и проникало в самые глубокие уголки души Циосфета, вызывая самые теплые чувства, на которые он по сути только был способен. Отныне во всей вселенной это было единственное родное для него существо и он сразу проникся к нему всей своей безграничной гаммой чувств.

– Мы находимся на границе трех миров природа которых отравлена тьмой и моя задача искоренить ее и привнести свет, но я слишком велик и неподвижен, поэтому я создал тебя.

– Но что я могу? – с детской непосредственностью поинтересовалась маленькая звездочка. – По сравнению с тобой я слишком мала и беззащитна.

Тут наконец она смогла ощутить то, о чем говорил Циосфет, тьма окружающая и давящая со всех сторон стала плотной массой обволакивать её и если бы не энергетический барьер, которым Циосфет сдерживал окружающее пространство, она бы уже давно, как ей казалось, была бы раздавлена этой тьмой.

С огромной тревогой она плотнее прижалась к своему могучему создателю.

– Мне очень страшно! – робко изрекла она.

Циосфет ощущая отеческую ответственность и заботу мягко обволок ее своей энергией. – Не тревожься ты гораздо сильнее чем думаешь, ведь ты часть меня, а я самое могущественное существо во всей вселенной.

– Правда? – продолжая прибывать в липких лапах страха осторожно поинтересовалась маленькая звездочка.

– Конечно, – ободрил Циосфет. – Более того, ты способна перемещаться так быстро как никому не под силу и к тому же способна исчезать, так что если и найдется сила способная тебя настигнуть, то точно не сможет обнаружить.

Маленькая звездочка продолжала источать сомнение.

– Ну попробуй сама, – ласково предложил Циосфет.

Она робко постаралась переместиться на небольшие расстояние, но поначалу ее движения были хаотичны и прерывисты, она то и время останавливалась, сбивалась и совершенно неожиданно, причем очевидно не желая этого, меняла траекторию движения, каждый раз оставляя за собой мерцающий светло-синий цвет космической туманности.

Наблюдая за ее первыми неловкими попытками «научиться ходить» Циосфетом овладело умиление, а её негодование и детская сердитость, из-за своей неловкости, его только забавляли.

– Остановись, – наконец прекратил он ее мучение. Не нужно все усложнять просто устреми внимание в нужную точку, или представь место куда хочешь попасть.

– И все? – недоверчиво спросила маленькая звездочка.

– Попробуй, – заботливо предложил Циосфет.

Она сконцентрировала свое внимание и направила его в самые дальние границы своего создателя. Внезапно перед ней промелькнуло что-то светлое и не успела она опомниться как обнаружила, что находится на самом краю владений Циосфета, а сама энергетика его создателя стала ощущаться очень слабо и едва различимо. От неожиданности она растерялась – менее чем за секунду она преодолела расстояние сопоставимое с несколькими галактиками. Позади остался Циосфет и три мира, хранителем которых он являлся, а впереди открывались безграничные просторы космоса, мрачные по своему виду и бездонности, но привлекательные своей загадочностью и таинственностью. Ей овладело огромное искушение преодолеть этот волнорез, отделяющий открытое море от безопасной береговой гавани и немедленно отправиться в путешествие по бескрайним просторам космического океана, но в этот момент она ощутила слабый призыв со стороны Циосфета. Она бросила печальный взор на далекий космос и вновь обернувшись к своему создателю сконцентрировала внимание и тут же оказалась рядом с ним.

– Ну как? – с озорством и легкой завистью, от того что сам лишен подобной возможности, поинтересовался Циосфет.

Маленькая звездочка просто сияла от восторга.

– Это просто великолепно, а главное так просто!

– Это лишь начало, – игриво ответил Циосфет. – Твои возможности гораздо обширнее чем ты можешь себе представить.

– Расскажи! – с жадным предвкушением взмолилась маленькая звездочка.

Циосфет пропитался энергией веселого задора.

– Всему свое время, могу лишь сказать, что тебе так же подвластно исчезать, становясь невидимой для обитателей всех трех миров, а остальное ты должна освоить сама, по мере того как будешь набираться опыта и становится мудрее.

– Но как?

– В твоем распоряжении целые миры и каждый из них неиссякаемая череда загадок и возможностей, постарайся изучить их как следует и тогда твои способности разовьются до таких высот, о которых ты и не мечтала.

Маленькая звездочка робка приблизилась к энергетическому барьеру отделяющий «Мир Воплощений» от двух других миров и остановилась.

– Но как я смогу преодолеть эту преграду?

– Ты забыла?! Ты частичка меня, а следовательно, никаких преград для тебя не существует.

Она боязненно и очень осторожно соприкоснулось с невидимой границей и почувствовала мощное поле Циосфета, но вместе с тем ощутила, что оно не препятствует и она может свободно проникнуть по ту сторону. Еще не большое усилие и она оказалась в «Мире Воплощений».

Окружающее пространство сразу поразило ее своим великолепием, если внутренняя сфера, где находился Циосфет представляла из себя блеклую монотонную картину, лишенную любого разнообразия, за исключением всеобъемлющей темноты космоса и кое где в отдалении мерцающих одиноких звезд, то здесь все было совершенно иначе и гораздо красочнее. Это был не просто холодный темный космос, а нечто большее – пространство, где планеты, звезды и туманности сливались в единый организм. У маленькой звездочки захватывало дух от подобной россыпи совершенно новых для нее видов и как следствие целого спектра эмоций, от восхищения до дикого безумного восторга. Долгое время не в состоянии совладать с охватившей её эйфорией она металась между красочными туманностями, переливающихся всеми возможными цветами, скоплениями астероидов, образующих занятные формы и множеством планет, находящихся здесь в достаточном количестве и на любой вкус: маленькие и большие, овальные и круглые, яркие и безликие со спутниками и без.

Лазутчица Циосфета остановилась и решила перевести дух.

– Мне нужно на чем-то остановится, – решила она, – иначе я буду вечно здесь носиться, восхищаясь красотами этого дивного мира, но ничего не знаю.

Выбрав самую крупную планету, маленькая звездочка в мгновение ока оказалась на ее поверхности.

Перед ней открылась картина, потрясшая до самого основания:

Розовые воды местного океана, ровная гладь которого, уходила под горизонт и упиралась там ни в небосвод, а прямо в необозримую космическую даль, что создавало ощущение единства и неделимости между поверхностью планеты и космосом. Просторы океана ограничивало бирюзовое побережье, состоящее из сыпучей субстанции похожей на песок, но салатового цвета. Сразу за границей пляжа начинала произрастать бурная растительность различного окраса, формы и размеров. Разношёрстные папоротники перемешивались с люминесцентными травами и кустарниками, в хаотичном порядке расположившимися под огромными деревьями, кроны которых, сплетаясь между собой и составляли настоящие джунгли, парящие в воздухе. Особую величественность добавляли массивные горные хребты, уходящие своими вершинами в необозримую вселенскую бесконечность, а струи водопадов, спадающих с них, создавали впечатление космических рек, устремляющихся из глубин далеких и неведомых галактик. Завершали картину два небесных тела, судя по всему выполняющие роль спутников. Они были не столь величественны как планета на которой находилась посланница Циосфета, но располагались настолько близко, что визуально можно было различить малейшие детали рельефа на их поверхности. Каждый из спутников обладал своим оттенком и излучал соответствующий свет, обрамляющий поверхность планеты. Одна из них была подобна цвету морской волны, а другая небесно-синему аквамарину, сливаясь с розовым океаном и бирюзовым пляжем они создавали воистину фантастическую картину.

Мир воплощений, казалось, был создан из снов и иллюзий, где реальность переплеталась с фантазией, а законы физики подчинялись лишь воле тех, кто населял это пространство. Лазутчица Циосфета, ощущала себя подобно страннику, забредшему в бескрайний сад, где каждый цветок был целой вселенной, а каждый камень – порталом в иные измерения. Но чем дольше она наблюдала за окружающим великолепием, тем больше понимала, что за всей этой красотой скрывается глубокая тайна.

Прибывая в полнейшем изумлении от окружающих красот, маленькая звездочка совершенно забыла, что не успела воспользоваться еще одной доступной ей особенностью – становиться незаметной для любой формы обитающих в трех мирах, и сейчас она в любой момент рисковала стать жертвой каждого обитателя этой планеты, сочти он ее за угрозу.

Едва осознав свою оплошность, она пришла в ужас, поняв, что не знает как становится невидимой – она просто забыла спросить об этом у Циосфета.

Бегло осмотревшись, она с радостью отметила, что поблизости никого не было, но терять время не стоило. Сконцентрировав свое внимание, она решила использовать тот же прием что и при перемещении и стала представлять, как полностью растворяется в окружающем пространстве становясь его частью. К ее изумлению, она заметила, как ее оболочка и светлый синий след, оставляемый при перемещении, начинают исчезать и наконец полностью растворились. Она больше не замечала себя. Удерживая концентрацию на режиме «незаметности», она попробовала переместиться над океаном и вернуться обратно на пляж.

Получилось! Она продолжала оставаться незаметной.

Её радости не было предела. Как маленький ребенок, выучившийся новому движению, она в восторге стала хаотично метаться по пляжу не в состоянии совладать с охватившей её эйфорией. Неизвестно сколько могло продолжаться это безумство, если бы она не вспомнила с какой целью прибыла сюда – разузнать как можно больше об этом мире и по возможности войти в контакт с его обитателями.

Она мгновенно успокоилась и с крайне медленной, для себя, скоростью двинулась вдоль побережья, тщательно изучая все вокруг. Ей был проделан очень внушительный путь, но ни разу не встретился ни то что обитатель, а даже след, или малейший признак, указывающий на нахождение здесь осознанных существ. Это обстоятельство её чрезвычайно тревожило и озадачивало, поскольку наряду с красочными пейзажами и яркой сочной природой, наблюдаемая безжизненность навевала жутковатые ощущения. При этом, у лазутчицы Циосфета присутствовало стойкое чувство, что жизнь здесь есть и она буквально окружает её. Объяснить подобное противоречие она не могла и это начало её сильно раздражать. Пытаясь найти объяснения подобным странностям, она пришла к выводу, что местные обитатели обнаружили его присутствие и теперь просто прячутся, хотя с другой стороны, она была уверена, что никто, кроме Циосфета, не мог видеть и ощущать ее присутствие, когда она прибывает в «незаметном» состоянии.

Тут её сознание пронзила тревожная мысль: «А если местные существа обладают такими сильными возможностями, что обнаружить её – совершенно элементарная задача для них и сейчас они просто ищут подходящий способ, которым можно уничтожить непрошенного гостя».

Пребывая в панике от подобного откровения, маленькая звездочка случайно уловила вдалеке небольшую тень, которая отделилась от одиноко стоящего дерева и направилась в сторону каменных валунов, расположенных неподалеку.

В мгновение ока посланница Циосфета оказалась рядом и смогла как следует изучить предмет своего любопытства. Этот объект выглядел как бесформенное прозрачное желе среднего роста, приходящее при движении в легкое подрагивание, что делало его очень похожим на ходячий пудинг. Перемещалось оно крайне медленно и словно плывя по поверхности. Вместе с тем это существо было осознанным, маленькая звездочка отчетливо ощущала это и кроме того оно было первым обитателем «Мира воплощений», которое удалось встретить. Движимая любопытством, она решила, как можно дольше понаблюдать за этим субъектом и только потом, убедившись в его миролюбивости, попытаться войти в контакт.

Судя по степенным и неторопливым перемещениям данной особи, лазутчица Циосфета поняла, что сильно преувеличивала возможности представителей этого мира и её страхи, касательно их возможности уничтожить её, были абсолютно беспочвенны. Сейчас её даже забавляла сама мысль, что этот милый увалень мог причинить хоть какой-то вред. Неторопливые движения и состояние полной умиротворенности наблюдаемого объекта окончательно убедили маленькую звездочку, что её прибытие на эту планету осталось абсолютно не замеченным.

Пока посланница Циосфета прибывала в своих мыслях, наблюдаемый объект поравнялся с большим валуном, находящимся у кромки прибоя и на несколько мгновений в буквальном смысле застыл, а потом просто исчез. Маленькую звездочку это привело в полнейшее замешательство. Она тут же вплотную переместилась к месту исчезновения. Обследовав его со всех сторон, она не смогла обнаружить никаких следов своего нового друга. Складывалось впечатление, что он просто растворился в воздухе. Кроме узкой полосы на песке, ведущей к валуну, больше ничего не было. Тогда она решила проследить обратный путь таинственного незнакомца и двинулась по его следам к тому месту откуда оно появилось. Но и здесь поджидало разочарование, поскольку следы обрывались ровно у того дерева, где она первый раз его заметила. Как и возле валуна отсутствовали какие-либо следы, указывающие о приближении к дереву кого-либо. Пребывая в полном недоумении, маленькая звездочка ощутила движение слева от себя. Переведя внимание в данном направлении, она с удивлением заметила, как со стороны океана на берег выползает та самая желеобразная форма, которую она упустила у валуна. Посланница Циосфета была ошарашена. Она не могла поверить, что это, до безобразия медлительное создание, способно за несколько мгновений покрыть расстояние от валуна до воды и сделать это абсолютно не заметно. Здесь явно было, что-то не так, но что именно маленькая звёздочка пока не могла разобраться. Она решила еще раз проследить за желеобразным незнакомцем, но на сей раз быть крайне внимательной и не позволить вновь оставить себя в дураках.

Соблюдая максимальную осторожность, посланница Циосфета практически нависала над «наблюдаемым», желая не упустить ни единой детали и при необходимости успеть остановить его, если он вновь надумает исчезнуть.

Желеобразная форма тем временем была вынуждена остановится перед непреодолимым препятствием в виде высокой горной гряды, возникшей на пути и пресекающую любую попытку дальнейшего движения. На мгновение вся форма этой неизвестной сущности замерла и словно окаменела, лишь легкое колебание от слабых порывов ветра приводило его в легкое колебание и позволяло отличить от полностью неодушевленного предмета. Внезапно маленькую звездочку осенило: – Именно в таком состоянии её «новый друг» находился перед валуном за мгновение до исчезновения. Опасаясь повторения подобного сюжета, посланница Циосфета намеревалась уже соприкоснуться с ним и удержать от возможного растворения в пространстве, но было уже слишком поздно, её сущность встретилась лишь с пустотой.

Разочарование и глубокое смятение сотрясли всю энергетическую форму маленькой звездочки.

– Не могу поверить! Второй раз! Как?! Как ему удалось уйти от меня второй раз?!

Она гневно носилась по пространству не в силах справиться с обуревающими эмоциями. – И что мне теперь делать? Похоже в этом проклятом месте кроме тебя больше никого. Как можно войти в контакт с местными обитателями, если их просто не существует?

Посланница Циосфета не на шутку разгорячилась, что мешало ей концентрироваться на своей «незаметности» и её энергетическая оболочка стала постепенно проявляться в пространстве, оставляя легкую светимость. Но в отличии от её обычного светло-синего шлейфа, сейчас она оставляла за собой ярко красную светимость, которая по мере того как эффект «незаметности» спадал, проявлялась все отчетливее. В целом эмоциональное состояние, в которое она неосознанно вошла, было для неё достаточно ново. Ввиду того, что за время своего недолгого существования ей еще не приходилось сталкиваться с проявлением каких-либо эмоций, она не научилась осознавать их и должным образом управлять ими.

– Итак, что мы имеем? – немного успокоившись и восстановив контроль над своей «незаметностью», рассудила маленькая звездочка. – Я побывала почти во всех точках этой планеты и за исключением моего вечно исчезающего друга не встретила никого, кто хоть отдаленно мог быть похож на существо, наделенное сознанием. Значит, мне придется иметь дело исключительно с ним.

От подобной мысли её охватило сильное негодование.

– Как по мне так легче войти в контакт с астероидным дождем, или черной дырой!

Она вновь начала распаляться, но в этот раз смогла очень быстро нейтрализовать зарождающиеся нотки гнева и взять себя в руки.

– Если это действительно единственный представитель «Мира воплощений», то это значит…? Что мне крышка, – закончил за нее внутренний голос. – Да, ну и задачку поставил Циосфет.

Вспомнив о своем создателе, маленькая звездочка живо представила какое сильное разочарование принесет ему новость о провале её миссии и как следствие крахе всех надежд на получение ответов и привнесение гармонии в каждый из трёх миров.

Уныние, печаль и необъяснимая жалость к Циосфету тут же охватили все её крохотное существо. Ей меньше всего хотелось быть ответственной за разбившиеся надежды и мечты того, кто наделил её сознанием и вдохнул в её существо искру жизни.

Собрав всю волю воедино, она решила продолжать, не взирая ни на что и добиться положительно результата, сколько бы сил и нервов на это не потребовалось.

– Значит «это», чем бы оно не было, дважды появилось из ниоткуда и каждый раз исчезало прямо у меня на виду, – продолжила она свои размышления. – И о чем это может говорить?

Она вновь погрузилась в печаль и уныние.

– Понятия не имею, – тоскливо констатировала она.

Пребывая в полной растерянности ей даже в голову не пришло постараться попытать счастье на других планетах «Мира воплощений». Она настолько углубилась в попытки разрешить ситуацию здесь и сейчас, что не допускала даже возможности решения этой проблемы иным путем, но самое главное ей хотелось, как можно скорее добиться хоть каких-то результатов, чтобы оправдать ожидания Циосфета.

Она еще раз тоскливо окинула окружающее пространство и на некоторое время залюбовалась водной гладью розового океана, в котором отражалось свечение обоих спутников, которые смешиваясь своей палитрой, создавали совершенно новый цвет, приводящий в дикий трепет своей красотой.

– Видимо пока это место будет рождать для меня больше вопросов, нежели ответов, поэтому займусь другими мирами, а потом вернусь сюда еще раз и закончу, – обнадежила она себя и устремилась в высь к космической бесконечности.

Мир чувств и эмоций

В одно мгновение, словно вспышка сверхновой звезды, посланница Циосфета преодолела невообразимое расстояние, пронзив ткань реальности, как тончайшую паутину. Её энергетическое тело, словно пламя, проскользнуло сквозь энергетический барьер, который для обычного существа стал бы непреодолимой стеной. И вот она оказалась в мире «Чувств и Эмоций» – месте, где абстрактное становилось осязаемым, а невидимое обретало форму. Однако, в отличие от мира «Воплощений» это пространство не было столь красочным и завораживающим. От ослепительной красоты «Мира Воплощений» с его переливающимися туманностями, газообразными полями, мерцающих всеми цветами радуги, и множества планет, рассыпанных подобно драгоценным камням в космической тьме, не осталось и следа.

Маленькую звёздочку встречала холодная, безжизненная пустота. Космические тела, редкие и одинокие, казались крошечными точками на бескрайнем полотне тьмы. Расстояния между ними были столь велики, что даже для стремительной маленькой кометки, привыкшей к мгновенным перемещениям, они казались бесконечными. Это был мир, где пространство и время словно растянулись до предела, создавая ощущение безысходности и оторванности от всего живого. Но самое страшное заключалось в другом. Посланница Циосфета мгновенно ощутила, как её окружают вибрации, наполненные агрессией, злобой и ненавистью. Эти эмоции, словно ядовитый туман, проникали в каждую частицу её существа, вызывая чувство глубокого дискомфорта и подавленности. Казалось, само пространство было пропитано этой тьмой, которая тянулась к ней, пытаясь поглотить, растворить, уничтожить. Несмотря на это, маленькая звездочка, движимая любопытством и долгом, продолжила свое исследование. Его интуиция, словно компас, указала на главную планету этого мира, и она направилась к ней.

Пейзаж, открывшейся её взору, едва она погрузилась в тело планеты, был столь же мрачным, как и всё вокруг. Поверхность этого небесного тела покрывала жидкая субстанция, напоминающая гигантский океан без единого островка суши. Вода, если это можно было назвать водой, была монотонно-бирюзового цвета, настолько прозрачной, что дно просматривалось даже на огромной глубине. Но это не придавало красоты – скорее пугало, создавая ощущение неестественности, будто сама природа здесь была искажена. Над планетой, словно стражи, висели с десяток спутников, каждый из которых отличался размером и цветом. Они располагались на равном расстоянии друг от друга, создавая иллюзию порядка в этом хаотичном мире.

Едва оказавшись внутри планетного пространства, маленькая звездочка почувствовала, как её охватывает волна негативной энергии. Злоба, ненависть, агрессия – все это слилось в единый поток, который обрушился на нее с невероятной силой. Она никогда не сталкивалась с чем-либо подобным. Её сознание, обычно ясное и непоколебимое, начало разлагаться, словно бумага, брошенная в огонь. Сначала она потеряла ориентацию, перестала понимать, где находится и что происходит. Затем её энергетическое тело начало растворяться, уменьшаться, словно песок, утекающий сквозь пальцы. Она чувствовала, как её существование подходит к концу, и последняя мысль, мелькнувшая в сознании, была горькой иронией: она, воплощение света, погибнет в мире, где безраздельно правит тьма.

Но в тот момент, когда посланница Циосфета уже смирилась со своей участью и была готова исчезнуть навсегда, произошло нечто неожиданное. Рядом с ней возник сгусток энергии, теплой и живой, словно луч солнца, пробившийся сквозь густые тучи. Эта энергия была настолько чистой и светлой, что мгновенно оттеснила тьму, создав вокруг неё защитный ореол. Маленькая звездочка почувствовала, как её сознание начинает восстанавливаться, а оболочка вновь обретать форму. Тут же её пронзила чужеродная мыслеформа, наполненная тревогой и надеждой.

– Ты в порядке? – прозвучало в её сознании, словно голос из далекого прошлого, знакомый и родной. Это был не просто звук, а целая гамма эмоций: забота, сострадание, желание помочь. Маленькая звездочка поняла, что в этом мире тьмы есть и свет, пусть даже крошечный, но способный если не противостоять ей, то хотя бы создавать небольшой спасительный островок в этом разъяренном бушующем океане враждебных энергий.

Напрягая оставшиеся силы, маленькая звездочка сконцентрировалась, собрав воедино последние искры своей воли. Её сознание, изможденное и израненное, едва удерживало связь с реальностью.

– Теперь да, – мысленно ответила она, – но судя по всему не долго.

Голос незнакомца ответил почти мгновенно.

– Слушай очень внимательно. У нас крайне мало времени, поэтому постарайся уяснить все с первого раза. Я сейчас поделюсь с тобой своей энергией. Это поможет прийти в чувство и вернет возможность перемещаться. После, тебе необходимо следовать за мной до тех пор, пока мы не окажемся в безопасности. Если хоть на мгновение замешкаешься и мы не успеем, окружающая атмосфера полностью истощит тебя и затем окончательно уничтожит.

Поверенная Циосфета едва успевала усваивать всё что исходило от незнакомца. Её активно подавляемое извне сознание, словно затуманенное вихрем, пыталось ухватиться за детали и разобраться в происходящем.

– Что это за место и как… – начала она.

Но голос незнакомца резко оборвал её.

– Времени нет, – прозвучало жестко, почти безжалостно. – Приготовься. Как только ты получишь часть моей энергии и будешь способна перемещаться, немедленно следуй за мной. Надеюсь успеем.

В тот же момент маленькая звездочка почувствовал нечто невероятное. Её форма, словно иссохший сосуд, внезапно наполнилось живительной влагой. Светлая энергия, теплая и пульсирующая, как кровь, влилась в неё. Это не было сравнимо ни с чем, что она испытывала до этого – чистая, как первый луч солнца после долгой ночи, и сильная, как удар сердца вселенной. Это была энергия любви и сострадания, неведомая ей ранее. Она разлилась по ней, наполнила каждую клетку, каждую частицу его существа. Она ощутила, как к ней возвращается способность ориентироваться в пространстве. Мир вокруг, до этого расплывчатый и хаотичный, вдруг обрел четкость. Она снова могла созерцать, чувствовать, двигаться.

Внезапно она ощутила, как незнакомец начал удаляться. Его присутствие, сначала яркое и близкое, теперь стало тускнеть, словно звезда, уходящая за горизонт. Маленькая звездочка, памятуя о наставлении своего спасителя тут же устремилась за ним.

Подобно двум теням, скользящим между измерениями, они перемещались просто с колоссальной скоростью, однако для поверенной Циосфета это был не предел и она могла ускориться, как минимум на несколько порядков, но не знание конечной точки их маршрута, вынуждало двигаться за своим благодетелем.

Пространство вокруг них искривилось, превратившись в вихрь света и тьмы. Маленькая звездочка ощущала, как окружающие энергии несмотря на их стремительность начинают вновь обволакивать её. Ей казалось, что они движутся слишком медленно и что каждый последующий миг может стать для нее последним.

Силы снова начали покидать её. Энергия, полученная от незнакомца, была подобна вспышке молнии – яркой, но кратковременной. С каждым мгновением она чувствовала, как наполняется тяжестью, а сознание вновь затуманивается. Ориентирование в пространстве становилось все труднее. Она знала – стоит остановится и связь с реальностью будет потеряна навсегда.

Через мучительное преодоление она заставляла себя двигаться. Её спутник оторвался далеко вперед и уже был едва различим в хаосе пространства. Маленькая звездочка понимала, что не должна потерять его, ибо он был последней ниточкой, связывающей её с жизнью.

– Держись! – прошептал он.

Но его голос начал теряться в бесконечности.

– Держись, или все кончено.

И она продолжала двигаться, преодолевая измождение и страх, понимая, что только благодаря движению есть шанс одержать победу в этой битве за существование.

– Еще совсем чуть-чуть, не сдавайся, – прозвенела в сознании маленькой звездочки мысль незнакомца. Посланница Циосфета едва уловила этот звук, он стал для нее единственной нитью, связывающей с реальностью. Всё её существо, изможденное и обессиленное, едва держалось дабы не склонится перед жестокой неизбежностью. Перемещение в пространстве давалось все труднее, а её скорость продолжала замедляться, она словно пробивалась сквозь густой, вязкий туман, окутывающий не только форму, но и сознание. Голос незнакомца практически полностью исчез и она продолжала двигаться просто по инерции.

Внезапно на горизонте, едва различимая в туманной дымке, замаячила темная тень. Это была остроугольная скала, выступающая из воды, как гигантский клык, вонзившийся в небо. Ее очертания казались зловещими, почти неестественными, но именно к ней они стремились. Маленькая звездочка поняла это интуитивно, даже не успев осмыслить. Однако в тот момент, когда до цели оставалось всего несколько мгновений, её восприятие окружающего пространства окончательно померкло. Тьма, которая до этого лишь подкрадывалась к краям его сознания, накрыла с головой. Она остановилась, словно слепой котенок, потерянный в бескрайнем лабиринте. Её энергетическая форма стала инстинктивно направлять лучи своей энергии, пытаясь нащупать хоть что-то, что могло бы стать опорой. Но вокруг была лишь пустота.

Таинственный благодетель, казалось, почувствовал её отчаяние. Энергетика, исходящая от него, стала ближе, теплее, словно он приблизился вплотную.

– Ты чувствуешь меня? – прозвучало в её сознании, и поверенная Циосфета ощутила волну тепла, исходящую от невидимого источника. Это была положительная энергия, чистая и светлая, но на этот раз она была сильнее, чем раньше. Она обволакивала её, как невидимая аура, пытаясь успокоить и придать сил.

– Да, – с трудом отозвалась маленькая звездочка, её ответ звучал слабо и неуверенно.

– Я не могу больше дать тебе энергии, иначе сам потеряю силы и тогда мы оба погибнем. Постарайся довериться своим чувствам, а не внешнему восприятию. Следуй за моим излучением. Сможешь?

Маленькая звездочка замерла. Её сознание, несмотря на истощение, начало работать с удвоенной силой. Она вдруг осознала, что не знает, кто этот незнакомец. Она не могла его созерцать, соприкоснуться с ним, а лишь чувствовала его присутствие.

«А что, если это ловушка? Что, если она доверяет тому, кто намеренно ведет её к гибели? Ведь она находилась на территории существ, чья единственная цель – злоба и ненависть».

Картина, которая вырисовывалась в её сознании, была мрачной и безнадежной. Но вместе с тем иной альтернативы не было, либо погибнуть здесь и сейчас, либо довериться незнакомцу и получить шанс на спасение. Посланница Циосфета сделала выбор. Она сконцентрировалась на излучении положительной энергетики, исходящей от незнакомца. Оно было теплым, почти успокаивающим, как свет далекой звезды в кромешной тьме.

– Попробую, – прошептала она в своем сознании.

Они продолжили движение. Сначала медленно, почти неуверенно, словно ребенок, делающий первые шаги, она отталкивалась исключительно от своих ощущений, следуя за теплым импульсом, который вел сквозь тьму. Незнакомец, казалось, почувствовал доверие с её стороны и начал двигаться быстрее. Маленькая звездочка, несмотря на страх и неуверенность, ускорилась вслед за ним.

Это было странное, почти сюрреалистическое ощущение. Она не видела ничего вокруг, но чувствовала каждый миллиметр пространства, каждый импульс энергии, излучаемые вокруг. Всё действо было сродни танцу, где партнеры следуют друг за другом, не видя, но чувствуя каждое движение. Маленькая звездочка, к своему удивлению, начала находить в этом что-то интригующее, почти захватывающее. Но самое странное было в эмоциях, пробудившихся к таинственному незнакомцу. С самого начала их встречи она ощущала к нему безмерное доверие и симпатию. Откуда взялись эти чувства, она не могла объяснить. Это было что-то глубинное, почти инстинктивное, как будто их души были связаны невидимой нитью.

На фоне новых ощущений посланница Циосфета почти забыла, что находится на грани гибели. Но мыслеформа незнакомца вернула его в суровую реальность.

– Не расслабляйся, – прозвучало в её сознании. – Мы почти у цели.

Но опасность еще не миновала.

Она снова сконцентрировалась на его излучении и пропитавшись решимостью во чтобы то ни стало достигнуть цели, последовала за своим спасителем. По её прикидкам они вот-вот должны были достигнуть той скалы, которую она успела заметить перед тем как потерять возможность созерцать пространство. Но что будет, когда они доберутся? Возможно, там ожидают лишь новые испытания. Однако сейчас её это не заботило. Главное двигаться вперед, доверяя своему проводнику и своим чувствам.

Неожиданно посланница Циосфета ощутила, как негативный враждебный фон сменился на мягкое невесомое пространство, напоминающее пушистую дымку, которая колыхалась под ней, словно живая. Всё её существо, обессиленное и разбитое, постепенно начало наполняться теплом, словно кто-то невидимый вливал живительный эликсир. Тут же она услышала в своем сознании голос таинственного незнакомца – мягкий, убаюкивающий, словно шелест звездного ветра. Этот голос звучал где-то рядом, но в то же время казался частью его самого, как будто исходил из глубин его сознания.

– Добрались, – облегченно произнес он. – Теперь ты в безопасности. Как только восстановишь силы, мы с тобой обязательно пообщаемся. А пока отдыхай. Не буду беспокоить.

Маленькая звездочка почувствовала, как его охватывает тревога. Она еще не успела восстановить возможность созерцания, а потому место, в котором они находились, являлось для нее полной загадкой и как все неизвестное, рождало определенную порцию страхов.

– Ты меня покидаешь? – с беспокойством спросила она, чувствуя, как одиночество начинает сжимать её существо. Необходимость остаться здесь одной, где бы это «здесь» ни было, вызывала у неё почти панический страх.

Незнакомец, казалось, уловил его эмоции. Его голос стал еще мягче, почти материнским.

– Успокойся. Я буду поблизости. Как только восстановишь силы, дай знать. У меня к тебе много вопросов, как, впрочем, думаю и у тебя ко мне.

Маленькая звездочка сконцентрировалась, стараясь уловить источник голоса, но как и прежде почувствовала лишь исходящее от него эмоциональное тепло, которое обволакивало всю её форму, внушая чувство защищенности и глубокого умиротворения. Если бы не факт их столь непродолжительного знакомства, маленькая звездочка была бы готова поклясться, что этот незнакомец, наряду с Циосфетом, самое близкое для неё существо во всей вселенной.

Когда силы в должной мере наконец вернулись и она смогла осмотреться, то первым делом как следует изучила своего спасителя. Тот выглядел как легкая дымчатая субстанция, полупрозрачная и слегка мерцающая, словно сотканная из тумана и звездного света. Его форма была непостоянной – то он напоминал небольшое облако, то принимал очертания, которые маленькая звездочка не могла описать, но которые казались одновременно знакомыми и чужими. Цвет его был светло-синим, как небо на рассвете, и в этом цвете было что-то загадочное, почти гипнотическое.

– Кто ты? – мягко спросила маленькая звездочка, чувствуя, как её сознание пытается осмыслить увиденное.

Незнакомец, словно улыбнулся, хотя и не имел лица.

– Я – Осфатий. А ты?

Маленькая звездочка замерла. Вопрос, казавшийся таким простым, обернулся для неё настоящей катастрофой. Она впервые осознала, что у неё нет имени. Циосфет, по всей видимости, увлекшись процессом создания, забыл о такой мелочи, как имя для своего творения.

– У меня… нет имени, – тихо призналась она, чувствуя, как её охватывает грусть. – Циосфет не успел мне его дать.

Осфатий словно задумался. Его форма слегка изменилась, став более плотной, как будто он сосредоточился.

– Циосфет… это твой отец? – поинтересовался он с явным любопытством.

Маленькая звездочка колебалась. Она даже не задумывалась кем является для неё Циосфет.

– Он мой… создатель, – наконец неуверенно выговорила она.

Осфатия явно охватило юношеское озорство.

– Ну что ж, – тогда у нас будет возможность придумать тебе имя, а пока отдыхай, здесь ты в безопасности.

Посланница Циосфета окончательно расслабилась, скинув напряжение смертельной гонки и с радостью отметила как её энергия стремительно восстанавливается. Она больше не ощущала всепоглощающей агрессии, атакующей снаружи. Пещера, в которой они находились, странным образом защищала её.

– Это потому, что здесь энергетический вакуум, – словно читая его мысли, объяснил Осфатий. – Сюда не способна проникнуть никакая энергетика – ни отрицательная, ни положительная, но стоит тебе покинуть это место, как все повториться.

Маленькая звездочка вздрогнула.

– Ты… читаешь мои мысли? – с удивлением поинтересовалась она.

Осфатия её предположение сильно развеселило.

– Ну что ты! Мы же в мире «Чувств и Эмоций», а не в мире «Мыслей и Творения». Я могу сканировать лишь твои чувства и ощущения. А поскольку я почувствовал резкий подъем положительных эмоций и энергетики в целом, то нетрудно догадаться, что тебя начнет терзать вопрос, почему здесь с тобой не происходит того, что и снаружи.

Поверенная Циосфета живо согласилась с его предположением. В этот же момент она ощутила, как Осфатия охватила глубокая озадаченность, она не могла сама понять, как это произошло, но она будто начинала учиться взаимодействовать с пространством через чувства и ощущать все, что происходит вокруг посредством чувств и сейчас они настойчиво твердили, что её спасителя терзает какой-то вопрос?

– Ты хочешь что-то спросить? – робко поинтересовалась она.

– А этот твой Циосфет… из какого он мира? И как выглядит? – поинтересовался Осфатий, тщетно стараясь скрыть любопытство.

– Он существует вне ваших миров, но ровно на их границе, а выглядит… – маленькая звездочка на мгновение стихла, словно подбирая нужные слова, – как сияющее скопление светлой энергии, яркой, ослепительной, словно сгусток звёздного света, пойманный в ловушку вечности.

Услышав это, Осфатий словно взорвался изнутри. Его волнение стало почти осязаемым, как электрический заряд, витающий в воздухе. Он начал метаться в пространстве, его движения были хаотичными, будто он пытался выплеснуть бурю, захлестнувших его эмоций. В конце концов он остановился, как пригвождённый.

– А как давно он существует?

– Точно сказать не могу, но когда он создал меня, то обмолвился, что его присутствие в этом мире началось… совсем недавно.

Это стало последней каплей. Осфатий вновь сорвался с места, а его движения стали ещё более резкими, почти неконтролируемыми, словно он пытался вырваться из невидимых оков. Внезапно он снова замер.

– Возможно, я знаю кто такой Циосфет, а если это так, то это ключ к разгадке его, а соответственно и твоего появления. Ты знакома с историей зарождения вражды в трех мирах?

– Нет, завороженно ответила маленькая звездочка, предвкушая интересный рассказ.

– Много поколений назад, жизнь в нашем мире, как и в двух других мирах, текла размеренно и спокойно. Её нельзя было назвать идеальной, ведь ни мы, ни наши соседи не были лишены недостатков. Однако эти недостатки никогда не перерастали в нечто большее, чем бытовые конфликты, или мелкие распри между отдельными группами. Всё остальное время жизнь шла своим чередом, монотонно и мирно, как тихая река, не знающая бурь. Как и все существа, наделённые сознанием, мы испытывали весь спектр эмоций: от злости до доброты, от ненависти до любви, и всё, что между ними. Ты, наверное, успела отметить, что наша планета окружена множеством спутников. Но это не просто живописная картинка, добавляющая особый шарм, каждый из этих спутников играет важнейшую роль в нашей жизни, отвечая за определённые чувства и эмоции, напитывая ими всех обитателей планеты. Благодаря этому мы можем взаимодействовать друг с другом на эмоционально-чувственном уровне, не прибегая к словам, или физическому контакту. Частота и интенсивность излучений тех, или иных эмоций позволяют нам безошибочно чувствовать друг друга. Мы всегда знаем, кто настроен на взаимодействие с нами, а от кого лучше держаться подальше. Именно поэтому нам всегда было легко находить пару. Излучение, исходящее от каждого из нас, помогало уловить признаки сходства даже на огромных расстояниях. Это способствовало созданию союзов в нашем мире в раннем возрасте и гармоничному их протеканию до последних мгновений существования. Когда две полностью созвучные сущности встречали друг друга, они сливались в единое энергетическое целое, способное создавать новые формы жизни. С этого момента они становились одним энергетическим образованием с общим энергофоном и сроком жизни. От уровня энергии, возникающей при слиянии, зависело, сколько новых сущностей сможет создать пара. Чем мощнее энергетика, тем больше потомства они способны были произвести, и наоборот. Однако необходимо было соблюдать баланс: если создать слишком много новых существ, можно истощить себя и сократить собственный срок жизни. Каждая новая сущность наследует энерготип своих создателей. Например, если в энергофоне родителей преобладают эмоции красного спутника – ярость, страсть, дерзость, – то и их потомство будет обладать такими же чертами. Если же доминирует белый спутник, новые существа будут холодны, равнодушны и отстранённы.

Естественно, каждая пара стремилась создать как можно больше потомства, чтобы усилить влияние своего энергофона в нашем мире и обеспечить своему виду преимущества доминирующего клана. Несмотря на острую конкуренцию, открытых столкновений никогда не происходило. В каждом из нас, в большей, или меньшей степени, присутствовало влияние синего спутника, отвечающего за любовь, поддержку и сострадание. Однако со временем, эта планета стала слишком тесной для нашего вида. Наши предки начали активно заниматься колонизаторством соседнего космического пространства, преследуя сразу несколько целей: снизить плотность обитателей, а также расширить сферы влияния нашего мира. Поначалу все продвигалось неплохо и нам удалось освоить большое количество новых планет, которые со временем вошли в границы нашего мира, но идиллия длилась недолго. Однажды группа колонистов, отправившаяся к одной из отдаленных планет, обнаружила на ней присутствие других разумных существ, причём сразу двух видов. Это стало для нас настоящим потрясением, ведь до того момента мы были уверены, в своей уникальности и отсутствии во вселенной других разумных форм существования.

Тот момент стал переломным для всех трёх цивилизаций и положил начало эпохе вражды и ненависти, едва не уничтожившей всех нас. Как ты, наверное, догадалась, двумя другими видами были представители мира «Воплощений» и мира «Мыслей и Творения».

Так вот, когда наши колонисты прибыли на эту злосчастную планету, вместо загадочной пустоты, их встретило нечто невообразимое. Представители мира «Воплощений» – существа, чьи формы перетекали, как густая жидкость, и мира «Мыслей и Творения» – существа в физических оболочках способные к телекинезу и внушению своих мыслей. Судя по всему, они уже давно обитали там и существовали в хрупком равновесии, разделив планету на две части, как два творца, творящих на одном холсте, но не смешивающих краски.

На беду, наши колонисты были представителями энергофона красного спутника, наполняющего их яростью, вспыльчивостью и неутолимой жаждой доминирования. Эта энергия, словно яд, текла по их сущностям, искажая их мысли и поступки. Вместо того чтобы искать компромисс, они безапелляционно потребовали свою долю – треть планеты. Представители мира «Воплощений» и мира «Мыслей и Творения» были потрясены подобной наглостью. Их ответ был холоден и тверд: «Уходите и никогда не возвращайтесь». Но красный спутник уже сделал свое дело. Его энергия, как пламя, охватила наших предков, и они, ослепленные яростью, бросились в бой. Они сражались с воплощениями, чьи формы менялись, как вода, и существами мысли которых атаковали как невидимый ветер. Численный перевес был на стороне их противников. В итоге силы наших колонистов иссякли, а мечты о завоевании рассыпались в прах. Пораженные и униженные, они вернулись домой, но не с пустыми руками – они принесли с собой ложь.

Их рассказ был соткан из обмана и подпитанный перенесенным унижением. Они говорили о пустой планете, которой им удалось освоить, о внезапном нападении, о коварных захватчиках, которые стремились уничтожить все живое. Их отравленные слова достигли цели. Жители нашего мира, даже самые миролюбивые, воспламенились гневом. Энергия красного спутника, словно вирус, распространилась по всем уголкам нашей цивилизации. Никто не мог предположить, что истинной причиной была лишь жалкая жажда мести горстки тщеславных существ.

Так началось «Великое противостояние». Сначала битвы бушевали только на планете, послужившей яблоком раздора, но вскоре пламя войны охватило все миры. Гордыня и чувство превосходства ослепили всех. Никто не хотел понять, что вселенная безгранична, что есть бесчисленные миры, которые можно осваивать, не мешая друг другу и продолжить гармоничное существование. Вместо этого они сражались, истощая свои силы, свои ресурсы, свои души.

И вот, спустя эпохи, я стою среди руин, оставшихся от былого величия. Я смотрю на звезды и думаю: насколько глупы и невежественны мы все были. Как легко можно было избежать этой катастрофы, если бы кто-то остановился, оглянулся и увидел, что истинная сила – не в разрушении, а в созидании. Но теперь уже поздно. Красный спутник все еще светит в небе, его кровавый свет напоминает о том, что гордыня и ярость – это не путь к величию, а путь к гибели.

Осфатий на мгновение смолк, очевидно пытаясь совладать с эмоциями.

– Мне даже страшно представить, чем всё это могло закончиться. Возможно, наши миры превратились бы в пыль, рассеянную в бескрайнем космосе, или же один из них возвысился бы над руинами другого, но какой ценой? Даже если бы один из миров одержал победу, он бы навсегда потерял себя. Тот, кто вышел бы из этой войны победителем, вряд ли смог бы вернуться к тому величию, которое когда-то олицетворял. Война оставила бы после себя лишь тень былого могущества, искалеченную и опустошённую.

К моменту, когда наши миры разделил пограничный барьер, «Мир воплощения» уже потерял половину своего жизненного пространства. Его планеты, некогда сиявшие как алмазы в ночи, превратились в груды обугленных руин. «Мир мыслей и творения», где когда-то рождались величайшие идеи и шедевры, был почти стёрт с лица реальности. Их численность сократилось на 90%, и они балансируют на краю полного уничтожения.

А наш мир… Наш мир потерял нечто большее, чем просто территории, или ресурсы. На орбите планеты, где мы сейчас находимся, был уничтожен синий спутник – источник любви и сострадания. Его гибель стала катастрофой, которая изменила саму суть нашего существования. Без его мягкого, успокаивающего света, мы стали другими. Нами начали управлять энергии красного, белого и других спутников, которые наполнили наши сердца холодом, агрессией и жестокостью. Мы стали машинами, лишёнными милосердия, и каждый наш шаг был продиктован лишь злобой и ненавистью.

Осфатий вновь сделал мрачную паузу, словно заново переживая то ужасное время. Маленькая звездочка, даже не являясь свидетелем тех событий, почувствовала всю тяжесть повествования своего спасителя. Ей было неловко нарушать установившуюся тишину, зная, что за каждым словом Осфатия скрывалась боль, которую ему тяжело было выразить. Потому, воспользовавшись образовавшейся паузой, она пыталась осмыслить услышанное. Её разум был переполнен, как сосуд, готовый перелиться через край. Она чувствовала, как реальность, которую она знала, начала трещать по швам, открывая перед ней бездну неизвестного.

Внезапно Осфатий нарушил информационный вакуум.

– В нашем мире, где новые существа рождались из переплетения энергетических потоков сущностей, создавших пару, мой родитель, или, как ты выражаешься, мой создатель, был уникальным явлением. Его сущность была соткана исключительно из энергопотока синего спутника – редчайшее явления, почти невозможное в нашей реальности. Синий спутник, излучающий вибрации чистой любви, сострадания и гармонии, наделил его невероятной чувствительностью к эмоциям и светлым энергиям, пронизывающих наш мир. Но эта уникальность стала и его проклятием.

В эпоху, когда энергии красного источника – агрессивного, хаотичного, наполненного яростью и жаждой разрушения – начали доминировать, шансы встретить сущность подобную ему, стали равны нулю. Красный источник, как вирус, проникал в каждую частицу нашего мира, искажая его, превращая светлые энергии в тени ненависти. Мой родитель был обречен на одиночество, ибо его чистая, незапятнанная сущность не могла найти отклика в эмоциональном фоне тех, кто уже был охвачен безумием. Он страдал. Страдал так, как только может страдать существо, состоящее из энергетических волокон любви и сострадания, вынужденное существовать в мире, где эти чувства становились все более чуждыми. Он видел, как наш мир, некогда наполненный гармонией и балансом, превращался в арену бесконечной борьбы, где каждый день рождал новые волны злобы, ненависти и разрушения. Он чувствовал, как энергетические вибрации синего спутника, некогда такие яркие и мощные, постепенно угасали, подавляемые всепоглощающей тьмой красного источника.

Осфат, как он себя называл, стал изгоем. Его сущность, наполненная светлыми чувствами, не могла разделить ту безумную эйфорию, которая охватила наших сородичей. Они, ослепленные угаром, как им казалось, праведного возмездия, не замечали, как меняются, как под влиянием деструктивных энергий искажаются их души. А может, они уже не могли заметить этого, настолько глубоко красный источник проник в их сущности.

Но Осфат видел. Он видел, как наш мир, некогда прекрасный и полный жизни, превращался в пустыню, где царили лишь злоба и ненависть. Его тревожило не то, что мы можем проиграть в этой бесконечной войне, а то, что мы уже проиграли самих себя. Он чувствовал, как вибрации синего спутника, последние остатки света и любви, становятся все слабее, как будто их поглощает бездонная пустота. И он знал, что настанет миг, когда эти вибрации исчезнут навсегда, оставив наш мир во власти тьмы.

Осфат стал последним хранителем света в мире, который забыл, что такое свет. Его одиночество было не просто отсутствием пары, но отсутствием надежды. Он был последним напоминанием о том, каким наш мир мог бы быть, если бы не влияние красного источника. Каждый день он боролся, не с врагами, а с самим собой, пытаясь сохранить в себе те последние искры любви и сострадания, которые еще теплились в его энергетической сущности. Но даже он, с его невероятной силой духа, не мог остановить неизбежное. Вибрации синего спутника угасали, и с ними угасала последняя надежда на спасение. Осфат знал, что его время подходит к концу, и что скоро он станет лишь воспоминанием в мире, который уже не помнит, что такое свет.

Маленькая звездочка до глубины своего существа тронутая повествованием Осфатия, воспользовалась паузой в его рассказе и робко спросила:

– Не мог бы ты по подробнее осветить связь спутников с обитателями вашего мира?

– Никак не могу привыкнуть что ты посторонняя, – словно извиняясь ответил Осфатий.

– Планета, на которой ты сейчас находишься – колыбель нашего существования, она словно драгоценный камень, оправленный в сияющую оправу спутников. Эти спутники – не просто холодные куски камня и металла, а живые, пульсирующие энергофоны, каждый из которых излучает свою уникальную энергию. Они словно гигантские светильники, чьи лучи пронизывают атмосферу, окрашивая её в мириады оттенков. Их орбиты идеально синхронизированы, образуя сложную геометрическую фигуру, которая кажется то ли древним символом, то ли загадочным механизмом, созданным самой вселенной.

Красный спутник – это огненный исполин, его поверхность бурлит, как лава, а его свет падает на планету кровавыми волнами. Он – воплощение неукротимой силы, источник энергии, который питает души воинов и лидеров. Его излучение пробуждает в сердцах ярость, которая может как разрушить, так и созидать. Те, кто находится под его влиянием, словно закованы в доспехи из пламени, их глаза горят решимостью, а каждый шаг оставляет следы, словно от раскалённого железа.

Синий спутник, напротив, – это оазис спокойствия. Его свет струится мягкими волнами, как вода в тихом озере. Он – источник любви и сострадания, его энергия обволакивает души, как тёплое одеяло, даря утешение и гармонию. Те, кто находится под его влиянием, словно купаются в мягком свете, их сердца открыты, а слова несут умиротворение. Но не стоит обманываться – сила синего спутника так же велика, как и красного, ибо любовь может быть, как щитом, так и мечом.

Между этими двумя гигантами кружатся меньшие спутники, каждый из которых добавляет свои краски в палитру мира. Зелёный спутник – это источник созидания, его свет похож на листву, которая пробуждает жизнь даже в самых тёмных уголках. Белый спутник – холодный и отстранённый, его свет подобен льду, который замораживает эмоции, но также дарует ясность сознания. Серый спутник – это вечный странник, его энергия переменчива, как ветер, она вдохновляет на безумные идеи и неожиданные повороты судьбы. Жёлтый спутник – это солнце в миниатюре, его свет согревает души, даруя им тепло и обаяние, которые притягивают других, как мотыльков к огню.

Каждая сущность нашего мира – это уникальная смесь этих энергий, словно коктейль, приготовленный космическим алхимиком. Одни горят ярко, как факелы, их энергия красного спутника бурлит, как вулкан, а зелёный свет добавляет им творческой искры, превращая их в неутомимых созидателей. Другие, напротив, излучают мягкий синий свет, их души полны любви, но белый спутник делает их сдержанными, словно они носят маску изо льда, скрывая свои истинные чувства.

Наш мир – это вечный танец энергий, где каждый спутник играет свою роль, а каждая сущность – это отдельная нота в бесконечной мелодии. И даже если ты не видишь этого, то чувствуешь, как эти энергии текут в тебе, формируя судьбу, мечты и страхи. Это мир, где эмоции – это не просто чувства, а сила, которая может изменить реальность. И кто знает, может быть, однажды кто-то сможет объединить все эти энергии воедино, создав нечто совершенно новое, что изменит не только эту планету, но и всю вселенную.

Видимо борясь с бестактностью, маленькая звездочка все-таки переселила себя и спросила:

– А где сейчас твой создатель?

Было заметно что этот вопрос причиняет Осфатию сильные переживания и поверенная Циосфета начала себя корить за излишнюю прямоту, но пути назад уже не было.

– Помнишь я рассказывал, как появляются новые сущности в нашем мире?

– Да, – робко ответила она.

Свет, исходящий от Осфатия, стал мерцать, как угасающая звезда, отражая внутреннюю борьбу и боль, которую он носил в себе с момента своего создания. Его форма, сотканная из тончайших нитей синей энергии, пульсировала всё слабее в такт его сознанию, словно живое сердце, бьющееся в груди мира, который давно забыл, что такое гармония.

– Осфат, был не просто моим создателем, но и последним хранителем древней мудрости, утраченной после гибели синего спутника, – наконец начал взволнованно Осфатий.

– Осознавая, что в нынешних условиях обрести пару ему не суждено, Осфат создал меня единолично. Как ты помнишь, подобные действия без пары были чреваты колоссальной потерей энергии и значительным сокращением срока существования. Видимо, к тому моменту он уже принял для себя окончательное решение и не собирался задерживаться в этом мире надолго, потому и пошел на столь отчаянный шаг. Когда я был создан и моя осознанность позволила мне хоть как-то воспринимать окружающую действительность, Осфат подробно, но с явной поспешностью поведал мне историю нашего мира. Он объяснил основные принципы его существования, взаимодействие процессов, которые в нем протекают. Особое место в его рассказе заняла тема противостояния с другими мирами: причины его возникновения, возможные последствия и ужасающие перспективы, которые ожидают всех нас, если это не прекратится. Мне кажется, он был единственным, кто в полной мере осознавал масштаб трагедии, в которую оказались вовлечены все три цивилизации.

После уничтожения синего спутника наша раса, спустя несколько поколений, полностью подпала под влияние энергии красного источника. Теперь о каком-либо перемирии не могло быть и речи. Конфликт был обречен длиться до полного истребления, либо нас, либо наших противников. Любой из этих исходов сулил чудовищные последствия. Предвидя такой финал, Осфат хотел остановить это безумие именно тогда, ибо позже это уже не имело бы смысла. Я как сейчас помню наш последний разговор, в котором он поделился своими опасениями о нашем будущем и попросил простить его, что оставляет меня с энергетикой исчезнувшего источника, обрекая на существование в среде, абсолютно чуждой моей природе. Больше всего его мучило осознание, что мои страдания продлятся всю мою жизнь, и я, подобно ему, буду лишен возможности обрести счастье, встретить свою вторую половину. Более того, учитывая, что уровень моей энергетики был значительно ниже чем у него, я даже не мог единолично воссоздать подобную себе сущность. Ты даже не представляешь, в каком состоянии я тогда прибывал. Представь, если бы Циосфет, едва создав тебя, сразу погрузил твое хрупкое, неокрепшее сознание в пучину столь горьких и мрачных перспектив. Я был ошеломлен и раздавлен.

«В чем был смысл моего создания?» – возмущался я. «Неужели ты настолько меня ненавидишь, что решил превратить мою жизнь в череду бесконечных страданий?»

И в тот момент я почувствовал, какую острую боль причинили ему мои слова. Он приблизился и объяснил, что я даже представить не могу, каких усилий и страданий ему стоило пойти на этот шаг. Он надеялся, что однажды я смогу понять, ведь его действия были продиктованы исключительно заботой и состраданием ко всем существам трех миров. Он хотел, чтобы оставалась надежда на лучшее будущее для всех нас. Пока существует хотя бы одна сущность с энергетикой синего спутника, эта надежда, пусть даже в виде крошечной искорки, будет продолжать теплиться. По его убеждению, только чистые вибрации синего спутника, пронизанные любовью и состраданием, способны остановить царящие вокруг хаос и злобу, вернув в наши миры радость, счастье и процветание.

Осфатий погрузился в печаль.

– В конце концов, существо, состоящее исключительно из потоков светлой энергии, не могло мыслить иначе. Затем он снова попросил прощения и сообщил, что отправляется в опасное путешествие, которое, возможно, позволит восстановить мир и, кто знает, может заодно вернуть угасшую синюю энергию. Удивительно, но в тот момент я чувствовал, что мы больше не увидимся, и это наше последнее общение.

Синее свечение, источаемое Осфатием, стало совсем блеклым.

– Вскоре Осфат покинул планету, а некоторое время спустя на границе наших миров возник пограничный барьер, непреодолимый ни для кого из трех миров и война прекратилась, но злоба, кипящая в сознаниях обитателей каждого мира, никуда не делась. Вот почему твое появление так взволновало меня. Ты – первое осознанное создание, которое смогло пересечь границу с момента ее возникновения. Но больше всего меня заинтересовало твое энергетическое наполнение, так как оно удивительно схоже с энергетикой Осфата. А если тебя действительно создал Циосфет, то убежден, что он каким-то образом причастен к исчезновению моего создателя и я горю желанием узнать, как именно.

Осфатий остановился.

Пытаясь отвлечь своего собеседника от мрачных воспоминаний, маленькая звездочка сменила тему.

– Как был уничтожен синий спутник? – осторожно поинтересовалась она.

– Представители мира «Мысли и творения», существа, чьи умы способны воздействовать на космические объекты, направили сюда астероид. Их цель была холодна и логична: уничтожить эту планету – значит уничтожить саму основу нашей цивилизации. Ведь только здесь, в этом уникальном месте космоса, возможно зарождение новой жизни для нас. Мы, жители этого мира, получаем от родителей лишь энергетическое тело, но сознание и энергоформу нам дарят спутники эмоций окружающие нашу планету. Без них мы лишь пустые оболочки. И если бы астероид достиг своей цели, наша цивилизация исчезла, как угасающая звезда, через одно-два поколения.

Но судьба, словно насмехаясь над логикой, внесла свои коррективы. На пути астероида встал синий спутник – хранитель гармонии и умиротворения. Он принял удар на себя, расколовшись на миллиарды сверкающих осколков, которые рассеялись в космической тьме. Планета была спасена, но цена оказалась слишком высокой. Синий спутник, источник света и спокойствия, исчез навсегда. И хотя его жертва спасла нас, в сердцах тех, кто помнил его свет, начала зарождаться тьма.

Маленькая звездочка, не взирая на свое светлое начало, почувствовала, как в её душе разгорается огонь ненависти к представителям мира «Мыслей и творения», совершивших это подлое вероломство. Как и остальные чувства, которые она уже успела испытать это ощущение было для нее ново и непонятно и она не могла ему противиться.

– Как тебе удалось обнаружить меня среди этой вездесущей воинственной и агрессивной энергии? – рассеянно поинтересовалась посланница Циосфета, – ты ведь не знал, что я появлюсь здесь.

Осфатий начал пульсировать короткими импульсами, источая холодный синий свет.

– Эта энергетика, которую ты называешь воинственной и агрессивной, не может причинить мне вреда. Мы происходим из одной среды. Да, наши полюса противоположны, но в основе мы – существа одного мира. А вот ты… – его вибрации стали тише, – ты другая. У тебя нет иммунитета к этой атмосфере. Любая доминирующая здесь энергоформа может уничтожить тебя в мгновение ока. Если бы здесь все еще царила энергия синего спутника, или хотя бы сохранялось равновесие, то те враждебные действия, с которыми ты столкнулась были бы невозможны. Но теперь, и, судя по всему, до скончания времен, заправлять всем будет красный источник. Его разрушительная энергия будет определять судьбу всего, что существует на этой планете.

Осфатий сделал небольшую паузу.

– Ответить на вторую часть вопроса гораздо сложнее, поскольку я и сам не понимаю, как это возможно, но ты… ты источаешь энергию, идентичную моей. Чистую, концентрированную синюю энергию, без малейшей примеси других спутников. Такая энергетика была только у меня и… у Осфата.

Сущность Осфатия завибрировала и задрожала.

– Вот почему, как только ты появилась, я сразу ощутил твое присутствие. Ты – загадка, которую мне еще предстоит разгадать.

Осфатий направил взор на маленькую звездочку. Он почувствовал, как их энергии переплетаются, создавая невидимую связь. Вокруг, за пределами их укромного укрытия, бушевали волны красной энергии, угрожающие поглотить все на своем пути, но они были подобны двум островкам спокойствия, связанных тайной, способной изменить судьбы трех миров.

– Признаться, в первые мгновения я даже поверил, что вернулся Осфат, – робко продолжил Осфатий. Его силуэт, мерцающий в туманной дымке, казался сейчас маленькой звездочке таким знакомым, почти родным.

– Но когда я приблизился, то понял, что ошибся. Ты была не из нашего мира. Твоя аура, словно сотканная из звёздной пыли и света далёких галактик, излучала нечто совершенно иное. Ты не принадлежала ни к миру «Воплощений», ни к миру «Мысли и творения». Ты была чем-то иным, чем-то, что я не мог понять, но что вызывало во мне одновременно благоговение и сильную симпатию. Свет, исходящий от тебя, был настолько чистым, что растворил все мои подозрения. Я понял, что ты не несешь угрозы, что ты – тайна, которую нужно разгадать, а не уничтожить. И потому я не раздумывая решил спасти тебя. Теперь, когда ты знаешь всё о сложных хитросплетениях взаимоотношений между тремя мирами – я прошу тебя о помощи. Осфат, мой создатель, исчез. Его отсутствие оставило в моей душе пустоту, которую ничто не может заполнить, но теперь я уверен, что Циосфет, это загадочное существо, появившееся из ниоткуда, как-то связано с его исчезновением. Я чувствую, что между ними есть тонкая незримая связь, но я не могу её увидеть. Помоги мне разобраться.

– С радостью, – живо отозвалась маленькая звездочка, чувствуя, как внутри неё разгорается искра любопытства. – Теперь я сама заинтересована не меньше твоего. И, кроме того, я в долгу перед тобой. Ты спас меня, и я не могу остаться в стороне.

– Пожалуйста, не упоминай об этом, – мягко возразил Осфатий. – Мы, светлые существа, не можем пройти мимо, когда кто-то нуждается в помощи. Я уверен, окажись ты на моём месте, то поступила так же.

В этот момент посланница Циосфета почувствовала нечто новое. Тёплые волны благодарности и симпатии окутали её, словно мягкое покрывало из света. Она не могла этого объяснить, но чувствовала, что во всей бескрайней вселенной не найдётся никого, кто был бы так близок, как Осфатий. Его идеи, и взгляд на мир – всё это казалось удивительно созвучным её собственной сущности. Она ещё не знала всех оттенков чувств и эмоций, что существуют во вселенной, но интуитивно понимала, то, что она испытывает сейчас, – это нечто особенное, самое сильное и искреннее, на что способно разумное существо.

– Итак, – продолжил Осфатий, его голос звучал твёрдо, но с ноткой тревоги, – я не могу преодолеть пограничный барьер между мирами. Это непреодолимое препятствие для меня, но ты – другое дело. Ты способна путешествовать между мирами. Тебе нужно отправиться в мир «Воплощений» и мир «Мысли и творения». Возможно, там ты найдёшь ключи к нашей загадке —загадке исчезновения Осфата и появления Циосфета.

– Это мертвый номер, – тоскливо отозвалась маленькая звездочка. – По крайне мере что касается мира «Воплощений». Я там уже была – пустынно и безжизненное пространство, хотя и очень красочное. Кажется, это забытое место покинуло даже время. Этот мир абсолютно пуст. Кроме одинокого создания не имеющего формы, там полное безмолвие.

Посланница Циосфета кратко посвятила в результаты своего путешествия и итоги встречи со странным существом желеобразной формы. Её эмоции были настолько красочны, что Осфатий, чья сущность была соткана из чистой энергии, не смог сдержать своего восторга. Его смех, наполненный энергией задора и радости, сотрясал стены пещеры, заставляя кристаллы на потолке звенеть, как хрустальные колокольчики. Казалось, сама реальность вокруг них колебалась от его эмоций, а его энергетическое тело пульсировало, готовое рассыпаться на мириады светящихся частиц.

Маленькая звездочка, хоть и была рада, что вызвала такую бурю положительных эмоций у Осфатия, но вместе с тем не могла избавиться от чувства досады. Ей казалось, что её невежество и неопытность стали причиной такого веселья, и это задевало её гордость. Осфатий, словно прочтя её мысли, поспешил успокоиться. Его голос звучал мягко и утешительно.

– Извини, – стараясь стать серьезным начал он, – моё веселье не было вызвано твоими действиями, или незнанием. Эта реакция на саму ситуацию, в которой ты оказалась. Она настолько абсурдна и комична, что даже я, обычно сдержанный и спокойный, не смог удержаться. Позволь я чуть больше расскажу тебе о мире воплощений. Это место, где реальность и иллюзия переплетаются так тесно, что их уже невозможно отличить. Его обитатели – не просто существа, они – воплощения идей, эмоций, даже самых абстрактных понятий. Ты встретила лишь одного из них, но их там бесчисленное множество. Они окружали тебя, пронизывали каждый камень, каждую каплю воздуха. Если бы ты обладала физической оболочкой, или хотя бы формой, способной воспринимать их, то ощутила их присутствие повсюду. Они – сама суть этого мира. И поверь, тебе невероятно повезло, что они тебя не заметили.

Осфатий замолчал, его энергетическое тело слегка мерцало, словно отражая глубину его сознания. Маленькая звездочка почувствовал, как первоначальная досада постепенно уступает место любопытству и трепету перед неизведанным. Мир «Воплощений», который она лишь слегка затронула, теперь казался ей еще более загадочным и пугающим, но в то же время невероятно притягательным.

– Постой, постой! – словно придя в себя откликнулась маленькая звездочка. – Что ты имеешь в виду – «Они были во всём»?

– Структура этих существ… она за пределами нашего понимания. Они могут стать чем угодно, кем угодно. Камень, вода, дерево, даже пустота – всё это может быть ими. Они не просто принимают форму объекта, с которым входят в контакт, они становятся им, растворяются в его сути. И неважно, обладает ли объект сознанием или нет. Они – сама материя, сама реальность. Раньше, до начала войны между мирами, они жили открыто, свободно перетекали по своей планете, как свет сквозь призму. Но теперь… теперь они скрываются: в камнях, в водах, в деревьях, в каждом листе, в каждой травинке. Для них это не просто укрытие – это единственный способ выжить. Они больше не доверяют никому. Чужак для них – угроза, враг, которого нужно уничтожить, прежде чем он уничтожит их.

– В таком случае, – медленно ответила маленькая звездочка, – мне нужно поскорее вернуться к Циосфету и рассказать об этом, а потом… потом мы решим, что делать дальше.

– Тогда я буду ждать хороших новостей, – мягко ответил Осфатий. – А сейчас, позволь проводить за пределы планеты. Но помни: как только мы покинем эту пещеру, у тебя будет очень мало времени, чтобы выбраться на орбиту. Ты ведь не забыла, что ждёт снаружи?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.